МагАкадемия. Истинная последнего дракона

Глава 4

В столовой мне понравилось.

Во-первых, просторно, светло и очень приятная, будто праздничная, атмосфера – праздник желудка тут явно умеют устроить. Ну и во-вторых, я побаивалась, что еда в академии платная, но обошлось.

В воздухе витали соблазнительные ароматы – немедленно захотелось попробовать всё и сразу! И дорога нашлась легко. Совершенно точно, что в отличие от учебных классов, это место Мантиса любила – покушать-то мы все не дураки.

Основная раздача была отгорожена магическим полем, которое переливалось всеми цветами радуги, словно гигантский мыльный пузырь, созданный безумным аниматором. На пузыре нервно подрагивало объявление, которое сразу бросалось в глаза: «Завтрак с 7.00 до 9.00, Обед с 12.00 до 14.30, ужин с 18.00 до 20.00».

Зато неподалёку от закрытой раздачи обнаружился работающий буфет, в котором заправляла симпатичная молодая женщина в платье с ажурным передником.

– Доброе утречко! Чего изволите? – она улыбнулась, но озорные глаза смотрели настороженно.

– Здравствуйте! У вас всё так красиво и вкусно, – улыбнулась я в ответ, – Что посоветуете?

Буфетчица начала расхваливать все блюда по очереди, и хотя чувствовалось, что она расслабилась, в певучих интонациях прослеживались нотки удивления. Ну да, учусь пятый год и вдруг прошу познакомить с ассортиментом.

А ассортимент впечатлял! За стеклом на фарфоровых горках красовались десятки видов аккуратно разложенного печенья, конфет и пирожных, тарелки-менажницы завлекали разнообразными салатами, миниатюрными бутербродиками, нарезкой из сыров и холодного мяса, а ещё выпечкой на любой вкус, включая пирожки, слойки, рогалики и блинчики. Очень порадовали свежие фрукты! У меня тут же потекли слюни, а желудок громко возвестил, что давным-давно проголодался. Хорошо, что сейчас, а не в кабинете Вэлфорда эль Сэндо.

Немного помучившись с выбором, я взяла овощной салат, внушительных размеров кусок пирога с мясом и пирожное на десерт. А ещё прихватила булочку, похожую на круассан, и кулёк печенья из несладкого теста с вишнёвой начинкой – на будущее. Мало ли, вдруг проголодаюсь.

Усевшись за один из столиков, покрытых кипельно-белой скатертью, принялась завтракать. Как говорится, с чувством, с толком, с расстановкой. Заодно разглядывала студенческую столовую – память услужливо подкинула информацию, что преподавательский состав питается этажом выше.

Столовая была похожа на просторное, но очень уютное кафе с панорамными окнами, которые выходили на стильно оформленную парковую зону. Разглядывая карликовые деревья, каменные горки, аккуратно подрезанный кустарник и многоярусные клумбы, усыпанные цветами, я подумала, что дела не так уж плохи, ведь всё могло обернуться куда хуже. По крайней мере, тут красиво и много вкусной еды – с голоду точно не помру.

Интересно, что из множества столиков лишь расположенные возле окон были покрыты скатертью. Они отличались и формой – овальные, с резными ножками и с мягкими диванчиками вместо обычных стульев, которыми были окружены квадратные столы.

Я уже заканчивала завтракать – попивала чай с ягодной тарталеткой и, блаженно улыбаясь, любовалась прекрасным видом из окна, – когда в столовую вошли два парня.

Высокие, стройные блондины, оба со слегка оттопыренными эльфийскими ушами. И похожи друг на друга, словно две половинки апельсина: одинаковые прямые носы, одинаковые выразительные глаза с по-девчачьи длинными ресницами и брезгливо поджатые губы. Если бы не последний штрих, эльфы были бы очень симпатичными.

Они сразу двинулись к столикам, а, увидев меня, многозначительно переглянулись и, чуть подкорректировав курс, направились прямиком в мою сторону.

Парочка остановилась напротив, и брезгливость на благородных лицах стала кричащей. У одного из парней были карие глаза, у другого – тёмно-зелёные.

– Я так понимаю с первого раза до тебя не доходит, Бэйл? – вопросил кареглазый, выделив фамилию, как непристойное ругательство, – Впрочем, ты всегда была туповата. Убирайся отсюда.

Я обратила внимание, что он не использовал приставку «ди», что бы та не значила, но фамилию назвал правильно. Видно, ректорская дочка была и впрямь известным персонажем, который успел проесть плешь всем обитателям академии.

Подошла буфетчица с кожаной папкой красивого сиреневого цвета, и тут меня накрыло новой волной информации. Оказывается, кареглазый был старшим сыном нынешнего Владыки эльфов и учился на шестом курсе Факультета стихийников. Зеленоглазый – его младший брат, пятый курс Факультета тёмной магии. Тоже прогуливает «Магическую защиту».

Тармас тон Дарнимароэль и Шиман тон Дарнимароэль соответственно.

Настоящие принцы прям как в фэнтезийной книжке.

Я издала нервный смешок, отчего эльфийские лица непонимающе вытянулись. Тут ещё зачем-то вспомнилось, что Мантиса была не прочь закрутить роман с любым из этих красавчиков. Из провала в чужие эмоции выдернул старший из принцев:

– Почему ты позволила ей сесть за эльфийский стол?

Он вперился уничтожающим взглядом в буфетчицу, которая всё так же стояла рядом, беспокойно переминаясь с ноги на ногу. Она мигом побледнела до нежно-зелёного оттенка, даже носик заострился – краше в гроб кладут.

– Но… Ведь Мантисе ди Бэйл всегда разрешалось…

– Разрешалось до вчерашнего вечера, – Шиман оборвал едва слышный лепет женщины и, пробуравив её хмурым взглядом, добавил, – Убери меню, Лирисса. Мне, как обычно, на обед по вторникам.

– Но с-сегодня с-среда, господин тон Дарнимароэль, – робко заметила буфетчица.

И как сумела выговорить мудрёную фамилию!

Младший принц не ответил, лишь глянул так выразительно, что озорные голубые глаза Лириссы окончательно потухли.

– Простите, господин тон Дарнимароэль.

– А мне принеси завтрак, – с царственным видом приказал Тармас.

– Завтрак, который вы обычно заказываете по средам, господин тон Дарнимароэль? – опасливо втянув голову в плечи, уточнила буфетчица и, дождавшись раздражённого кивка, бочком-бочком побежала за свою стойку.

– Ты плохо слышишь, Бэйл? Пересядь!

Сегодня мне второй раз пеняют на мифическую глухоту… Что ж такое-то.

– А в чём проблема? Все столы свободны, садитесь за любой.

– Да ты совсем обнаглела? Похоже, в столовой пора выставить охрану, чтобы кто попало не…

– Чтобы кто попало не занял ваш драгоценный стол? – некультурно перебила я рассвирепевшего Тармаса.

Но какими же они были противными. Как довели буфетчицу! Наверняка бедняжка сейчас рыдает где-нибудь в подсобке.

– Вытирать ноги об подданных не к лицу будущему Владыке.

Градусу наставительности в моём тоне позавидовал бы сам мастер Йода.

– Что-о? Дхакур и вся его преисподняя! – окончательно рассвирепев, заорал Тармас.

Шиман в отличие от брата выглядел абсолютно бесстрастным, но зелёные глаза угрожающе сузились:

– Ты понимаешь, с кем говоришь?

Ещё как понимаю. Внутри всё сжималось от страха и осознания, что хожу по тонкому льду – ведь я не знаю местных правил! Как дóлжно вести себя с этими надменными венценосными особами? Но останавливаться уже не хотелось.

Будь что будет!

– Надеюсь и даже верю, что говорю с достойными сыновьями Владыки эльфов, – призвав на помощь всё своё самообладание, спокойно ответила я, – Для которых честь – не пустое слово. Обещаю, что впредь буду садиться за обычные столики, но, умоляю, пощадите буфетчицу. Она ни в чём не виновата, благородные принцы тон Дарнимароэль.

Уф, выговорила! Десять баллов в зачёт.

Не дожидаясь ответа от изумлённо хлопающих глазами парней, я встала, подхватила поднос с пустыми тарелками и, соблазнительно покачивая бёдрами, отправилась восвояси.

Уверена – оба брата смотрели вслед наглой выскочке, потому что фигурка у Мантисы отличная! Тонкая, почти осиная талия, длинные ноги с изящными щиколотками и аппетитный бюст. Правда, бюста сзади не видно, но ничего, фантазия дорисует.

Выскочив за дверь столовой, я облегчённо перевела дух. Всё-таки сильно напряглась из-за встречи с местными принцами, хорошо бы больше с ними не пересекаться.

Сама подумала и сама над собой посмеялась. Как не пересекаться, если младшенький учится на моём курсе?

Зазвенел звонок, возвещая окончание первой пары. Странно, а почему к началу никакого звонка не было? Такой оглушительный тирлилинь пропустить невозможно.

В сознании очень к месту возникла мысль, что после первой пары следует тридцатиминутный перерыв, следовательно, до начала «Магической защиты» на полигоне я успею посмотреть свою новую комнату и заодно оставлю там взятые в буфете вкусности.

Дорога в общежитие нашлась без проблем – меня будто провели по незримой ниточке до самого входа, и вскоре я стояла возле комнаты номер тринадцать.

Второй этаж разительно отличался от четвёртого, на котором Мантиса жила с Алари. Никаких ковровых дорожек, картин и дорогих панно. Обычные стены выкрашены в коричневый цвет. Ну конечно, простому люду и так сойдёт.

Признаться, я побаивалась, что над попавшей в опалу Мантисой будут потешаться все, кому не лень, в том числе комендантша, но ключ легко повернулся в замочной скважине.

Уютной гостиной здесь не было, зато комната, рассчитанная на двух студенток, за счёт светло-бежевого оформления казалась вполне просторной.

Всё стандартно для общаги – площадь логически поделена на две части, в каждой из которых разместились шкаф, узкая кровать, письменный стол и стул. Единственное, что удивило – шкаф напротив одной из кроватей был мне хорошо знаком! Белый с золотыми уголками – именно он стоял в прежних помпезных апартаментах Мантисы. И вещи на месте.

Вот, значит, как у них устроен переезд. Удобненько.

Нашлась и ванная комната – она вмещала втиснутые впритирочку раковину, унитаз и душевое место, выделенное прямо на каменном полу. По-спартански, конечно, зато удобства на двоих, а не на весь этаж, как часто бывает.

И вообще, здесь мне понравилось больше, чем в хоромах Алари. Впрочем, немудрено. Негде было обзавестись привычкой жить в королевских покоях.

А потом я увидела кое-что, ради чего стоило переехать – на стене у входа, в симпатичной рамочке висела подробнейшая карта академии! И сделана так искусно, что миниатюрные здания, дорожки и буйная растительность казались реальными копиями настоящих. Не знаю, фантазия это или нет, но мне даже почудилось, что рядом с картой витает нежный аромат уличных цветов.

Возле свободного стола обнаружился ещё один сюрприз – моё собственное расписание с указанием аудиторий и зданий, в которых они находятся! Причём в сегодняшних занятиях слова «Магическая защита» были выведены чёрным цветом, а «Магическая защита (полигон)» и «Демонология» – ярко-синим. Вероятно, чёрным отображаются те, что уже закончились.

Тщательно изучив расписание, я узнала, что учатся здесь полтора часа подряд с тридцатиминутным перерывом после каждой пары. Единственное исключение – второй перерыв, который является обеденным и длится с двенадцати тридцати до четырнадцати ноль-ноль. Висевшие над входной дверью часы (совершенно обычные – белый циферблат с непрерывно движущимися чёрными стрелками) показывали десять тридцать пять утра.

Положив на свободный письменный стол принесённые вкусности и сумку с книгами, я принялась изучать карту.

Не считая трёх крупных парков и десятка аллей, академия состояла из более чем двадцати строений и включала в себя административный корпус, лекторий, здание для торжественных церемоний с оранжереей на крыше, столовую, общежитие для преподавательского состава, пять студенческих общежитий, каждое из которых было поделено на два крыла (женская половина и мужская), лечебницу, пять огромных факультетских зданий и пять крытых полигонов. А ещё – из моей груди вырвался тяжкий вздох, – здесь было два спортзала и поле для занятий физкультурой.

С особым интересом я искала библиотеку – в первую очередь, надо познакомиться с новым миром и подтянуть знания по всем предметам. Мантиса не слишком озаботилась тем, чтобы передать достаточное количество информации, так что придётся справляться самой.

Библиотекой оказалось большое, замкнутое по периметру здание с четырьмя башнями и квадратным сквером посередине.

И как туда добраться? Ага, вот наше общежитие, дальше налево и прямо по аллее.

Э-э… Секундочку.

Но ведь именно в этом месте находится Храм карающей длани правосудия!

Я что, открыла дверь библиотеки, а попала совсем в другое здание? Которое стоит себе тихо-мирно где-то за пределами академии?

Н-да.

Теперь понятно, почему Вэлфорд эль Сэндо и остальные члены собрания были… хм… несколько удивлены.

Наверное, я бы ещё долго стояла в полном оцепенении, глядя на карту с открытым ртом, но тут дверь распахнулась, и в комнату влетела заплаканная девушка.

Очень симпатичная, рыженькая, зеленоглазая. Наверное, для стороннего наблюдателя мы выглядели забавно, потому что я во все глаза уставилась на неё, она – на меня.

Новая соседка молчала, поэтому пришлось взять инициативу в свои руки:

– Привет. Меня зовут Тиса, – решила сократить дурацкое имя до более-менее нормального, – извини, что меня к тебе подселили.

– Ты извиняешься передо мной? – изумилась девушка, и её волосы, которые только что были ярко-рыжими перетекли в кромешно-чёрный цвет, а радужка глаз – в синий.

Я заморгала в не меньшем изумлении.

– У тебя поменялся цвет глаз и волос, – прошептала, пребывая в культурном шоке.

– Издеваешься? – девушка вскинула голову, словно упрямый бычок, при этом чёрные волосы вновь стали рыжими.

– Вовсе нет. Это, наверное, какая-то магия? Как тебя зовут?

Рыжина на голове соседки, кажется, стала ещё интенсивнее, запылав ярким костром.

– Гусеница меня зовут! Гу-се-ни-ца, – по слогам повторила девушка, – Или забыла, как чуть ли не каждый день обзываешься и насмехаешься надо мной на потеху всей академии? «Какая мерзость, она меняет цвета, как жирная навозная гусеница. Гусеница, не вздумай приходить в столовую, пока я обедаю. Выпустишь вонючее облако, как твои сестрицы в навозной куче, пеняй на себя»!

Мощнейшая волна неприязни едва не смыла меня в приоткрытое окошко, но, слава богу, обошлось. Зато появились все шансы в очередной раз сгореть со стыда за проделки треклятой Мантисы.

– После того, что случилось с отцом, я действительно многое забыла, – сказала твёрдо, – Если говорить честно, я забыла почти всё. Давай попробуем начать заново. Как тебя зовут?

– Я тебе не верю, – упрямо ответила девушка, – Это какая-то ловушка. Сейчас вбегут твои прихлебатели, чтобы снова поиздеваться надо мной. Да от тебя в жизни никто доброго слова не слышал!

Чёрт…

– Я изменилась, – стараясь быть убедительной, сказала я, – И больше не буду вести себя, как тупая курица. Прости, пожалуйста. Видишь, здесь мой шкаф, вряд ли это может быть злой шуткой.

Соседка молчала, явно ни капли не поверив неубедительному объяснению.

Собственно, никто бы поверил.

И тут меня осенило – что, если поделиться с ней своей историей? Узнает, кто на самом деле находится в теле Мантисы ди Бэйл, и успокоится.

– Послушай, я могу дать магическую клятву, что не вру. А ещё, хочу рассказать тебе одну тайну, но тут уж тебе придётся поклясться, что не выдашь.

Девушка окинула меня таким взглядом, будто прикидывала, как бы поудобнее снять мерку для изготовления гроба, а потом вздохнула, смиряясь с неизбежным.

– Хорошо. Меня зовут Иврия.

Отлично, теперь договоримся.

Впору расплакаться от облегчения, потому что воевать с новой соседкой, мягко говоря, не хотелось. Алари, принцев и прочих однокурсников в качестве недругов более чем достаточно.

– Иврия. Иви. Красивое имя! – объявила я весело и кивнула на стол – может, для начала выпьем мировую? За Иви и Тису! Я печенье принесла. У тебя есть чай?

– Иви… – тихо повторила девушка.

Её волосы сменили цвет на белый, почти пепельный, а радужка глаз – на бледно-голубой. В новом образе она выглядела настоящей красавицей, прекрасной какой-то трогательной, чистой красотой.

– Так меня называла только мама.

Она прошла к своему шкафу и достала чайную пару, чайник и жестяную коробку, на крышке которой среди заснеженных вершин парила огненно-рыжая птица, напоминающая феникса.

– Кружка только одна.

В свою очередь я полезла в бело-золотой шкаф и в одной из закрытых ниш нашла целый сервиз из четырёх чашек с блюдцами, которые были искусно расписаны мелкими цветами. Обнаружились и три банки с чаем, причём не жестяные, а серебряные, инкрустированные засиявшими на свету мелкими камушками.

Иврия нахмурилась, уставившись на золотую ложечку с фарфоровым кончиком, которую я вытащила из коробочки, обшитой мягким бархатом.

– Опять издеваешься? – удивительные волосы запылали рыжим.

– Нет, – я покачала головой, – Видишь, даже не помню, что есть в моём шкафу.

– А знаешь, что? Чай подождёт, – решительно заявила соседка, грохнув банкой об стол, – Давай-ка начнём с магической клятвы, – и снова полезла в свой шкаф.

На этот раз она рылась там куда дольше и, в конце концов, вернулась к столу раскрасневшаяся, с белыми волосами и с кинжалом в руках.

– Это мамин именной стилет, – она любовно погладила рукоять цвета слоновой кости, – Ты первая.

– Видишь ли, какое дело, – протянула я, не спеша брать оружие, – Я с удовольствием дам клятву, вот только не помню, как это делается.

Соседка недоверчиво приподняла бровь, и в этот момент цвет волос вновь сменился. Было интересно и весьма забавно наблюдать, как белая бровь изгибается и – вжух, – как по мановению волшебной палочки рыжеет. Похоже, смена цветов завязана на эмоции.

– Не хочешь первая, объясни пошагово, что надо делать, – торопливо добавила я, не желая препираться.

Девушка закатила глаза, будто прося всевидящие небеса дать ей сил, а затем решительно полоснула лезвием, рассекая подушечку указательного пальца.

– Ну, чего ждёшь? Скорей, руку!

Я протянула правую руку, ожидая свою порцию боли, но на раскрытую ладонь полилась алая кровь. Одна капля, вторая, третья… На седьмой капле Иврия положила свою ладонь поверх моей и торжественно произнесла:

– Клянусь, что унесу твои тайны с собой в могилу.Мaragajaduhhi shapathha hatfo.

Ладонь обожгло нестерпимо горячим огнём, но, когда мы разняли руки, кровь исчезла, и от пореза на пальце Иврии не осталось и следа.