МагАкадемия. Истинная последнего дракона

Глава 1

– Мантиса, вставай! Быстро вставай, собирай вещи и выметайся!

Хм… Почему у Маринки голосок, как у перепившего крови комара? И при чём тут мантисса? Это ведь что-то страшно сложное из высшей математики. А, может, не из высшей – я не сильна в точных науках.

– Мантиса, вставай же! Тебе всё равно придётся переехать, это решено! Или ты и впрямь думала, что мы друзья? Да кому ты нужна без папочки ректора?

В незнакомом писклявом голосе послышалась явственная ехидца.

– На свет ещё не родился эльф, который за просто так станет дружить с человеком.

– Драконы круче, – из чистого упрямства ответила я, не понимая спросонья, с чего вдруг эльфы перестали быть выдумкой.

– Драконы? – невидимая собеседница ядовито хмыкнула, – Всё ещё веришь в давным-давно развенчанные мифы? Малахольная идиотка!

Да что за бред, в конце концов! Сегодня воскресенье, мы собирались отоспаться. Что Маринка затеяла? Я с трудом оторвала голову от подушки, осторожненько поднялась и села, свесив с кровати голые ступни.

Ох, будто лечу на легкомоторном самолёте, да ещё вверх тормашками.

Огляделась и сглотнула, ощущая во рту противный кислый вкус – предвестник накатывающего ужаса.

Протёрла глаза. Поморгала.

Не помогло.

Комната ничем не напоминала нашу с Маринкой съёмную двушку с «бабушкиным» ремонтом. Апартаментам, в которых мне довелось проснуться, больше подошло бы наименование «опочивальня». Теперь ясно, почему ноги болтаются на весу – кровать была высоченной. С шикарного балдахина нежно-розового цвета свисали тяжёлые объёмные кисти, на золочёных стенах играли блики утреннего солнышка.

И разбудила меня вовсе не Маринка.

Брезгливо поджав полные губы, рядышком стояла очень худенькая девица. Её бледное надменное лицо обрамляли светлые волосы, которые топорщились во все стороны весёленьким одуванчиком. В голове внезапно щёлкнуло и откуда-то из недр памяти всплыло имя блондинки – Алари тин Араиэль.

Э-э, что? Какой-то слишком упорядоченный бред.

– Алари? – прохрипела я не своим голосом, потихоньку начиная паниковать.

– Проснулась, наконец, благодарение среброликой Исиэль! – девица скривилась, словно ей под нос подсунули нечто премерзкое, – На завтрак уже не успеешь. Впрочем, мне плевать. Комендантша пришла, так что сейчас же переселяйся в другую комнату, а я попрошу декана рассадить нас. На этом разговор окончен. Считай, что дружба с эльфами тебе приснилась.

И, вскинув голову, девушка горделивой походкой направилась к выходу, а я пялилась на дрожащий одуванчик белых волос, борясь с глупым желанием дунуть, чтобы посмотреть, не разлетится ли он по комнате маленькими парашютиками. Наконец, хлопнула дверь, и глухой стук произвёл сногсшибательный эффект.

На мою бедную голову, которая раскалывалась от боли, обрушилось очень яркое воспоминание.

В кафешке напротив меня сидит очаровательная шатенка с приторно милым, будто кукольным личиком, и, широко улыбаясь, предлагает посетить чудесный магический мир. Я тоже улыбаюсь и качаю головой – мол, здорово бы, да невозможно.

– Возможно! – напирает незнакомка, с энтузиазмом разминая ложечкой шарик шоколадного мороженого, – Ты только дай согласие. Представляешь – настоящие эльфы, магическая академия и море всяческих чудес! Сама пожалеешь, если не попробуешь.

Вообще-то, я с детства мечтала о невероятных приключениях. При этом всегда была до невозможности осторожной, из-за чего никаких приключений со мной отродясь не случалось. А девица, будто точно зная, что нашла подходящую по всем параметрам кандидатуру, продолжает скороговоркой перечислять выгоды своего предложения, пока, в конце концов, не добивается согласия:

– Ну, хорошо, – говорю, – Хочу на экскурсию в магический мир.

– Экс-кур-сию? – в синих глазах мелькает непонимание, которое мгновенно сменяется торжеством, – Вот и ладненько, – улыбка девицы становится непомерно широкой, а моё сердце начинает ныть от дурного предчувствия, – Давай-ка, передам кое-какие знания.

Она прикладывает прохладную ладонь к моему лбу, и окружающее пространство взрывается калейдоскопом разноцветных картинок.

Придя в себя, я со стоном сжимаю разваливающуюся на части голову. Так, надо проверить, сон это или нет, а то боль какая-то уж очень натуральная! Разглядываю руки. Хм… Яркий лак с кокетливым бантиком на мизинце исчез, а пальцы длинные, тонкие, с аккуратными ноготками, но не мои. Пытаюсь проснуться. Ох, нет, это не сон!

Я соскочила с кровати и заметалась по комнате в поисках зеркала. К счастью, оно обнаружилось быстро – венчало помпезный туалетный столик, точно такой же розовый, как балдахин и постельное бельё. Теперь этот цвет ассоциировался с молочным поросёнком, а не с чем-то нежно-чарующим.

К зеркалу подкрадывалась, как к спящему хищнику – медленно и осторожно.

Шажок.

Ещё шажок.

А когда оказалась совсем близко, зажмурила глаза и уселась на мягкий пуф. На ощупь. Ещё с минуту собиралась с духом, и…

Мама!

Это и правда не я!

Серебристая гладь отражала ту самую особу, которая настойчиво зазывала меня в магический мир.

Гибкая шея. Лукавые синие глаза. Непослушная чёлка. Упрямые скулы и нос-кнопка.

Лента воспоминаний прокрутилась ещё раз, заставив зажмуриться от подступившей дурноты, и раскрылась во всей красе. Синеглазая шутница – это Мантиса ди Бэйл, королева магической академии, любимица папы-ректора. Живёт в одной из самых шикарных комнат студенческого общежития. Комната шикарная, тут она не обманула, но не в моём вкусе.

Что ещё? Ах да. За ней табунами ходят поклонники и фрейлины-подружки. И ещё в сознании всплыло много всякого расчудесного, на что мозг посмотреть бы не отказался, но принимать непосредственное участие? Ну уж нет. Ищи дурака! А если учесть, что с папой-ректором всплыли какие-то проблемы, плюс вместо верных фрейлин и поклонников нарисовалась эльфийка, настроенная не слишком дружелюбно, пожалуй, я склонна согласиться со своим мудрым мозгом.

– Куда же я влипла, господа хорошие? – задала риторический вопрос в пустое пространство.

– Фррр-ффф, это она нам? – откликнулось пространство, а я в ужасе завизжала и в мгновение ока спряталась за кровать, – Или сама с собой разговаривает? Фррр-ффф.

– Конечно, сама с собой, Катуш, – тихонько прошелестел детский голосок, – Никто из них не обращает на нас внимания, хоть плачь, хоть смейся, хоть кричи.

Эта фраза прозвучала так печально, что я решилась выглянуть из-за высоких перин – принцесса на горошине обзавидовалась бы, – и увидела две призрачные фигуры. Болтая ногами, на широком подлокотнике кресла сидела маленькая девочка в коротком платье с кружевными оборками, а на втором подлокотнике, поблёскивая фиолетовыми глазами, возлежал кот размером с крупного пекинеса. Длинные, пушистые, совсем не кошачьи усы и странные уши придавали ему вид нереального, несуществующего животного. Если, конечно, призрака можно считать хоть сколько-нибудь реальным.

А-а-а! Это уже слишком!

Перед глазами заплясали ярко-белые круги, и… я упала в обморок.

Очнулась там же, куда грохнулась – на полу. Мягко, удобно. Зачем нужна эта монстрообразная кровать? Пока с неё спустишься, половина утра пройдёт.

Надо мной нависала полупрозрачная девчушка не старше четырёх-пяти лет – длинные вьющиеся волосы, огромные глаза и пухлые щёчки придавали ей сходство с ангелом, сошедшим с небес. Рядышком маячила не менее симпатичная кошачья мордашка.

Оба недоуменно таращились то на меня, то друг на друга.

– Она нас видит! А почему раньше не видела?

– Фррр-ффф. Фррр-ффф, – очень информативно ответила удивительная животинка, внезапно развернув за спиной крылышки.

Ой-ой…

Бровки девочки просительно поползли вверх.

– Ну скажи что-нибудь, Катуш.

– Фррр-ффф. Только призрачные боги знают правду, – философски произнёс Катуш, возведя к потолку сияющие глаза.

В его шёрстке и на крылышках время от времени мелькали загадочные бледные искорки, к которым так и тянуло прикоснуться.

– Простите, Катуш, а можно вас погладить?

Я решила, что если рехнулась, от невинного вопроса хуже не станет.

Взгляды парочки мгновенно сфокусировались на мне – удивлённые и пугающе задумчивые. Будто заговорил толстый ковёр, на котором я с комфортом расположилась.

– Фррр-ффф. Бред, – категорично сказал кот, обращаясь к призрачной напарнице.

Та печально кивнула.

– У неё не выйдет. Фррр-ффф.

– Конечно же нет, – согласилась девочка.

– Фррр-ффф. Попробуй.

Я поняла, что предложение адресовано мне, только когда призрак девчушки плавно отлетел в сторону, пропуская вперёд крылатого котика. Приподнялась (в голове, кстати, прояснилось, словно утреннего недомогания вовсе не бывало), протянула руку и легонько провела ладонью по спинке.

Ох, ничего себе! Тусклые искры, спрятавшиеся в мягкой, шелковистой шерсти, засияли ярче звёзд.

– Не может быть, – покачала головой девочка, растворяясь в пространстве.

– Фррр-ффф, фррр-ффф, – осуждающе профыркал кот и незамедлительно последовал за подружкой. Даже улыбку не оставил.

И что это было? Галлюцинация?

Я ущипнула себя за руку – больно. Потрогала поочерёдно стены, кровать, кресло, светильник (красивенький такой, будто распустившийся живой цветок) – осязание работало как положено. В спальне стоял приятный, едва уловимый цитрусовый аромат, доказывая, что и с обонянием всё в порядке.

А затем я вновь уставилась в зеркало. Нет, ну, в принципе, неплохо, но моё лицо нравилось мне больше. Хотя, вполне возможно, что это дело вкуса или банальной привычки.

Самое интересное, что рефлексировать расхотелось, а мысли потекли в более конструктивном направлении – как приспособиться к жизни на новом месте. То, что вокруг не сон, я знала доподлинно – когда-то практиковалась в осознанных сновидениях, так что сон от реальности уж как-нибудь отличу.

Итак, во-первых, надо переехать в другую комнату – вступать в конфронтации с надменной эльфийкой почему-то не тянет, да и нет смысла жить с тем, кто в лоб признался в дружбе из корыстных побуждений. Кстати, хорошо бы поговорить с новоиспечённым отцом, возможно, прояснятся какие-нибудь важные детали.

Во-вторых, желудок начал недвусмысленно намекать, что пришло время подкрепиться. Ну, и в-третьих, пора идти на занятия. Вспомнилось расписание на сегодня: «Магическая защита», «Магическая защита (полигон)» и «Демонология».

Хорошенький списочек.

Впрочем, чего ещё ждать от пятого курса Факультета тёмной магии? Память, подкорректированная аферисткой Мантисой, услужливо подкинула информацию, что всего в Академии пять факультетов. Вдобавок к нашему – Факультет заклинателей, Факультет алхимиков, Факультет артефакторов и Факультет стихийников.

Я заглянула в громадный белый шкаф с круглыми позолоченными (а, может, и по-настоящему золотыми) углами и обнаружила ворох одежды на вешалках и батарею обуви внизу. Однако, ни чемодана, ни какого-нибудь завалящего баула. Комендантша общежития, которую звали сэнтия Риминна, заседала в комнате на первом этаже справа от входа – это я знала, – но данных о том, как здесь перевозят вещи, Мантиса не предоставила. Что же, придётся помучить сэнтию Риминну глупыми вопросами.

Умылась и оделась минут за десять. И даже не забыла предварительно посмотреть в окно – довольно высоко, кстати. Внизу шелестели кроны могучих деревьев, позолоченные утренним солнцем, а чуть дальше виднелась аллея с цветочными клумбами и зелёными шарами аккуратно подстриженного кустарника. Над аллеей скорбно нависало мрачное здание с четырьмя круглыми башнями по краям, крыши которых заканчивались острыми шпилями.

Впрочем, позже я поняла, что все здания в академии были одинаково тёмные, будто неведомый архитектор желал посредством своего искусства задавить радость в сердцах адептов.

Среди множества разнообразных нарядов я выбрала самый неброский – рубашку молочного цвета с короткими рукавами, светло-синюю жилетку и расклешённую юбку такого же цвета, длиной чуть выше колена. Изящные туфельки на низком каблучке дополнили простой наряд.

Книги по сегодняшним предметам – «Магическая защита» Карло ди Оско и «Демонология» Бильды Монтеко, – а ещё письменные принадлежности и две тетради нашлись в сумке, которая лежала на стуле, понуро свесив длинную ручку почти до пола.

До первого этажа добралась без приключений – быстро прошагала несколько пустых лестничных пролётов, пялясь на лепные статуи, на портреты незнакомых людей и эльфов с заострёнными оттопыренными ушами; на потолок, оформленный живописной мозаикой, на кованые люстры и фонари.

Обалдеть. Будто вокруг – ожившая сказка.

Нужная дверь с надписью «Комендант женской половины Факультета тёмной магии» нашлась легко. Я лишь успела занести руку, чтобы постучаться, как дверь распахнулась, являя высокую пышнотелую особу.

– О, Мантиса, наконец-то, – расплылась в улыбке комендантша, даже не думая пропускать меня внутрь.

Кстати, лучше бы она не улыбалась – узкое лицо с выпуклыми водянистыми глазами превратилось в кровожадный рыбий оскал.

– Ваши вещи будут незамедлительно перемещены в тринадцатый номер. Второй этаж, налево по коридору последняя дверь.

– Спасибо, – сказала я, радуясь, что не пришлось задавать вопросы.

Сэнтия Риминна вздёрнула тонкие брови, явно удивляясь моему энтузиазму, снова «мило» улыбнулась и, протянув тонкий ключик на серебристой цепочке, добавила:

– Приходите на новое место после занятий. На завтрак вы опоздали, потрудитесь не опоздать на первую пару.

Ага, значит, занятия сдвоенные. Жаль неизвестно, сколько идут – эту информацию Мантиса тоже посчитала лишней. Почему она не скинула всё, что может пригодиться? А ещё очень интересно, когда она собирается вернуть меня домой? И где сейчас моё тело?

Задумавшись об этом – лучше поздно, чем никогда – я вышла из общежития и направилась в сторону учебных корпусов. Надеюсь, учебных… Синеглазая магичка вообще не стала заморачиваться на том, чтобы обеспечить засланку в свой мир знаниями, которые касались бытовых вопросов.

Выйдя на улицу, я попала на тропинку, которая спустя несколько минут допетляла до аллеи, видневшейся из окна. Ну и куда дальше? Недолго думая, направилась прямиком к мрачному зданию, решив почему-то, будто это и есть учебный корпус. Редкие встречные студенты не обращали на меня никакого внимания, шагали быстро и целеустремлённо, кто куда. Вероятно, такие же опаздуны.

Внутри здания было прохладно – значительно прохладнее, чем на улице или в общежитии – голые руки и ноги сразу продрогли, покрывшись гусиной кожей. Громадный тёмный холл с гигантской бронзовой люстрой на сотни рожков и безмолвными статуями выточенных из камня рыцарей ничем не напоминал наш университетский – ни тебе досок с объявлениями, ни дверей с надписями, ни словоохотливых охранников.

Ничего и никого.

И куда идти?

Поразмыслив немного, выбрала центральную лестницу и отправилась наверх. Позже я пыталась найти логику в своих действиях, но логики там не завалялось ни на грош – то ли чистая случайность, то ли вмешалось вездесущее и всезнающее провидение…

Ступени были высокие и жутко неудобные, так что взбиралась я медленно, то и дело чертыхаясь про себя. Когда доползла до половины второго лестничного пролёта, распахнулась самая крайняя дверь, и оттуда вышел сурового вида брюнет лет тридцати. На однотонном чёрном одеянии сверкали бриллиантовые пуговицы, напоминая яркие ночные звёзды. Из-под жилетки виднелись острые края воротничка рубашки, а сверху – длинный бархатный сюртук. Лестница была очень широкой, но мужчина отыскал меня взглядом и целенаправленно двинулся в мою сторону. Тяжёлые чёрные ботинки легко и неслышно ступали по каменному полу, да и спускался он как-то очень уж плавно, будто не ощущал никакого неудобства из-за высоченных ступеней.

У незнакомца были удивительные глаза цвета тёмного пепла – обжигающе горячие, словно только-только вынутые из кострища угли, и вместе с тем совершенно ледяные. Когда мужчина подошёл, я инстинктивно отшатнулась. В голове всплыли имя и должность этого человека – декан Факультета тёмной магии, преподаватель демонологии, Вэлфорд эль Сэндо.

– Мантиса?

В звуке спокойного глубокого голоса мне почудилось разочарование.

Этот голос вошёл в уши и взорвался где-то в самой глубине сердца, распространив по телу автострады электрических мурашек. На миг я впала в непонятное забытье, а когда вновь осознала себя, увидела, что декан продолжает пялится на меня, словно ожившее каменное изваяние. Его взгляд был холоднее верхушки антарктического айсберга, но на долю секунды в нём промелькнула тень недоумения пополам с печальным скепсисом.

– Что же, если сумели войти, извольте присоединиться.

Сказав непонятную фразу, Вэлфорд эль Сэндо сделал рукой приглашающий жест. Штурм лестницы продолжился, но почему-то теперь давался на порядок легче.

Мужчина шагал следом, и его присутствие ощущалось совершенно нелепым образом – время от времени я чувствовала, как он мягко касается то пальцев моей руки, то затылка, то… сердца. И вроде бы ясно, что подобное невозможно, но я шла, затаив дыхание, и дрожащие от напряжения нервы заставляли поминутно вздрагивать и оглядываться, хотя смотреть на пронизывающий взгляд декана было тем ещё удовольствием.

Беспрестанные атаки закончились, лишь когда мы достигли железной двери, которая была сплошь расписана витиеватыми металлическими узорами, символами и буквами. Дверь неслышно распахнулась, явив просторную круглую аудиторию. Многочисленные скамейки, расположенные ярусами друг над другом, были пусты, лишь на самой нижней, словно вороны на жёрдочках, сидели двое мужчин в блестящих чёрных мантиях. За деревянной трибуной стояла хмурая темноволосая женщина в строгом белом платье с воротничком-стойкой, а справа от входа, возле заваленного бумагами стола торчал сгорбленный старик с пером в руке.

– Это студентка моего факультета.

В гробовой тишине голос декана прозвучал зловеще, и члены немногочисленного собрания, разумеется, немедленно повернулись ко мне.

Глава 2

– Как вы вошли в Храм карающей длани правосудия? – обвиняющим тоном вопросила женщина.

Все присутствующие взирали на меня с претенциозными минами, включая огромный портрет неизвестного эльфа в дурацком берете. Из берета торчали любопытные заострённые уши и длинное мохнатое перо. Даже затылок Вэлфорда эль Сэндо, который с грацией матёрого хищника направлялся к скамейке, источал явственные флюиды недовольства.

– Ну… Просто вошла, – ответила, оробев под непонятной атакой.

– Пгосто вошли? – забавно коверкая букву «р», переспросил один из мужчин.

Он, как и все остальные, кроме декана Факультета тёмной магии и старичка-писаря, мог похвастаться отборными эльфийскими ушами. Недобрые глаза блестели откровенным презрением, благородное худощавое лицо перекошено – красота, да и только. Эльф хотел сказать что-то ещё, но как раз в этот момент Вэлфорд эль Сэндо опустился на скамейку, и неприятный тип закашлялся, словно подавившись сухой хлебной крошкой.

– Имя? – волоокая эльфийка вытянула руку и невежливо ткнула в меня указательным пальцем.

– Э-э… – я чуть не брякнула «Вероника Крылова», но под внимательным взглядом декана очнулась, – М-мантиса ди Бэйл.

– Дочь государственного преступника, ректора Виргина ди Бэйла, устроившего дерзкий побег? – ярко-голубые глаза женщины раскрылись так широко, что их можно было принять за пластиковое пособие по анатомии.

Мои глаза, впрочем, тоже выпучились, вступая в необъявленное соревнование – неприятная информация об отце настоящей Мантисы всплыла слишком уж неожиданно.

– Курс? – продолжила допрос эльфийка под бубнёж начавших шептаться между собой эльфов.

– Пятый курс Факультета тёмной магии, – эта информация отчеканилась без запинки.

Тётка ещё немного повращала глазищами, а потом вдруг воздела руки и начала вещать изменившимся, неестественно низким голосом:

– Мантиса ди Бэйл, вам надлежит присутствовать при карающем процессе над высшим демоном. Потрудитесь принять клятву неразглашения. Повторяйте слово в слово: «Я, урождённая Мантиса ди Бэйл, клянусь ушами и сердцем, что увиденное и услышанное мною навеки останется в этих священных стенах».

Ушами? Я бы посмеялась над абсурдностью клятвы, да обстановка не слишком располагала к веселью. Пришлось безропотно повторить сей бред, после чего ко мне подшаркал старичок, на ходу доставая откуда-то из-за пазухи свиток почерневшего от времени пергамента.

– Мантиса ди Бэйл, будьте любезны поставить печать с родовым вензелем, – прокудахтал он, тыча корявым пальцем в пустое место в самом низу страницы.

Остальное пространство листа было заполнено тесно переплетёнными строчками букв, но прочитать написанное не получилось. Зато в сознании мелькнула чёткая картинка – камешек с семейной реликвией выглядел как украшение и был прикреплён к браслету на запястье. Ну хоть с этим всё в порядке.

Вот только…

– Дайте, пожалуйста, какие-нибудь чернила.

Старичок в явном недоумении приподнял жёсткие кустистые брови и снисходительно проскрипел:

– Чернила? О чём вы, дитя? Расписка строжайшей секретности закрепляется свежей кровью.

Приехали… При виде крови я обычно падаю в обморок – приходится сдавать анализы, вооружившись нашатырём. Внутренне содрогаясь от ужаса, хотела попросить что-нибудь, чтобы проколоть палец, но старик меня опередил:

– Не взяли именной стилет? А печать? Вензелевая печать с собой?

– Печать с собой, а…

– А именные стилеты выдаются не ранее шестого курса, и лишь за особые заслуги, – ледяным тоном вмешался декан.

И очень вовремя, потому что я чуть не сдала себя с потрохами. Старичок возмущённо покрутил головой, и непослушный вихор, торчащий на седой макушке, осуждающе затрепыхался.

– В моё время стилеты выдавались при поступлении в академию.

– Во времена вашей славной юности, уважаемый Горзон, только-только закончилась война, – усыпляюще-текучим голосом возразил второй эльф, до смешного лопоухий, – в ту пору боевым магом считался каждый, в ком теплится искра силы.

– Так война-то не окончена, – возразил старик, гордо распрямляя скрюченную спину, – Демонюки всё лезут. На месте Владыки я бы вернул прежние правила.

– Но вы не на месте Владыки, милейший, вот в чём дело, – подчёркнуто уважительным и вместе с тем явственно саркастическим тоном заметил эльф с худощавым лицом.

Женщина резко вскинула руку, останавливая дальнейшие препирательства.

– Довольно разговоров, – властным тоном приказала она, – Дайте ей свой стилет, Горзон. Пришло время вызывать Верховного инквизитора, – и, не обращая внимания на слабые попытки старика что-то возразить, продолжила, – Где Данкин?

Стоило прозвучать этому имени, как под потолком что-то звонко хлопнуло, и перед трибуной появилась, зависнув в воздухе, цилиндрическая туба ярко-алого цвета с болтающейся на цепочке сургучной печатью.

– Хм, экстренная почта, – эльфийка сломала печать и осторожно развернула жёлтый листок.

Прошла минута, не меньше, а она всё пялилась в депешу.

– Уважаемая глас Верховного инквизитора, что там? – негромко поинтересовался второй эльф, у которого, видно, кончилось терпение.

– Данкин пропал, – голос эльфийки слегка дрогнул.

А затем, воздев глаза к небу, вернее, к потолку, она сказала:

– Эта студентка пришла по велению Среброликой Исиэль! Возблагодарим же Благочестивую за её всеобъемлющую заботу!

Торжественность момента слегка подпортило недоверчивое покашливание лопоухого, а ещё выражение лица самой эльфийки и второго эльфа. Все трое явно не понимали, почему на замену неизвестному Данкину прислали меня, вернее, Мантису.

– Мантиса ди Бэйл, вам уже доводилось удерживать высшего демона? – как ни в чём не бывало продолжила «уважаемая глас Верховного инквизитора», замяв тему подозрительного несоответствия.

– Тарсали, Ди Бэйл учится на пятом курсе, а год только начался, – вновь вмешался Вэлфорд эль Сэндо. И очень в тему, потому что у меня закончились и слова, и даже буквы, – Удержание демонов входит в стандартную программу обучения, но это низшие демоны и бестелесные духи. Работа с демонами мести, боевыми демонами, демонами-магами и остальными, согласно иерархии, начинается со второй половины пятого курса. О высших и речи нет – это уровень архимага и архимагистра.

– Да-да, – рассеянно покивала эльфийка, но сказанное явно пролетело мимо аккуратных остреньких ушек, потому что она начала деловито распоряжаться, – Горзон, прекратите бессмысленно разевать рот и поменяйте расписку на временный договор. Мантиса, вам придётся выйти на слушанье в качестве четвёртого стража. Вэлфорд, как удачно вышло, что ди Бэйл с вашего факультета – возьмите её на дополнительное обучение и в кратчайшие сроки подготовьте к удержанию высшего демона. Скажем, за две недели. Надеюсь, Верховный инквизитор согласится подождать.