Арт-объект

И все равно мышление Джека вводило меня в оторопь. Пусть сиано-костюм – штука достаточно гибкая, да и степень прозрачности шлема в принципе позволяет рассмотреть слот для пищевого контейнера. Но вести в них машину? Для этого нужна особая степень отчаянности.

– Давай ко мне заедем, – предложил я. – Тоже костюм надену. Я так понимаю, ты хочешь показать что-то очень секретное.

– Главное, чтобы не услышали, что скажу я. – Голос Джека через шлем звучал глухо, но я его более-менее понимал. – И это не займет много времени. Лучше расскажи, что я пропустил.

Я откинулся на спинку сиденья. Обнаружил, что стискиваю кулаки, и расслабился насколько мог. Вот ни разу еще присутствие Джека не вселяло умиротворения.

– Да ты сам все знаешь, – пожал я плечами. – Камилла все так же на своем месте, только мне не отвечает. Чертанович продает оружие всем классам, а не только мне. Девчонка, которую мы спасли на башне, больше не пробовала спрыгнуть вниз…

– Я не об этом, – прервал Джек. – Статик! Расскажи, что там с командой.

– Немного преждевременно называть нас коман-дой, – хмыкнул я с непонятной самому себе тоской. – Меркуцио заправляет Иммигрантами. Бурелом собрал вокруг себя Гостей. Коренные остались без лидера и больше напоминают одиночек. Против них сплотились оба враждебных класса на Ходынском поле, и они этого не забыли. Фойе, наверное, может постоянно отображать карты группировок и расстановку сил. Я туда не заходил.

– Не заходил? – Джек переключил передачу. – Почему?

– Не знаю, – ответил я честно. – Хотя…

– Говори.

– Все из-за Батискафа. Эта штука меня нервирует. Когда со мной была Камилла, было как-то легче, я все время занимался чем-нибудь полезным. Ну или тем, что за полезное принимал. Но быть в Фойе одному, видеть пустые стены и этот черный ящик…

– Не заглядывай туда, – предупредил Джек. – Лучше перестраховаться. Неизвестно, что случится с тобой. Или с твоим аккаунтом. Обнуления Арбестера допустить нельзя.

– Джек, что находится внутри Батискафа?! – не стерпел я. – Раз уж ты нацепил костюм и тебя никто не слышит – скажи мне, черт побери! У меня крыша едет с концами!

– Денис, я не знаю, – сказал Джек. – Клянусь, не знаю.

– А что ты знаешь? Мы последние недели занимаемся только изучением твоей перчатки, ты что-то допиливаешь, а мне не говоришь. Куда дальше-то секреты хранить? Я уже телепортируюсь по Версиане без помощи Камиллы, и…

– Навыки помогают? – перебил Джек, чем не поспособствовал моему комфорту.

– Мое Восприятие дает расширенную картину мира. Я уже свыкся со своим классом. Дальше что?

Джек включил поворотник, свернул на улицу, которую я сразу не распознал. Вел он целеустремленно, словно ему было нужно именно сюда.

– Куда мы едем? – спросил я. – Ты что-то хочешь мне показать?

– Да.

– Пожалуйста, скажи, что я получу все ответы.

Джек остановился у обочины, заглушил мотор. Настала тишина, хотя я бы предпочел фоновые шумы.

Стащив перчатки, Джек медленно, стараясь не повредить, снял шлем. У него были взъерошенные волосы и красные воспаленные глаза. Похоже, он долго не спал. Он смотрел не на меня, а на высокий дом.

И дом был, надо сказать, фактурным. Напоминая дизайнерское пирожное, он относился к тому классу московских построек посреди относительной глуши, что выросли неизвестно когда и зачем.

– Башня «Доминион», – произнес я. – Так мы сюда ехали?

– Да.

– Почему?

– Здесь Версиана нас не услышит. Я могу поговорить без костюма.

Вот тут Джек меня заинтриговал по-настоящему. Чуть склонившись к стеклу, по которому запрыгали первые капли дождя, я смотрел на здание, пытаясь вспомнить, что знаю про него. Вроде бы когда-то это был бизнес-центр, а вот что там сейчас…

– Версиана не прорисовывает этот дом, – сказал Джек. – Здесь не может быть игроков. Это своего рода «темная зона», или называй как хочешь. Конечно, ее быстро обнаружили и зафиксировали на форумах в зомбинете. Внимания к ней никакого, потому что отвечать про нее все равно некому.

– Почему это место игрой не прорисовывается?

– Потому что это штаб-квартира «Сианы».

Я молчал. И молчал долго. Мне казалось, что, если я произнесу хоть слово, хотя бы наберу воздуху в легкие, чтобы это слово вымолвить, Джек тут же даст по газам и умчится вдаль, попутно растворяясь во вселенской энтропии. И домой меня завезет уже его опустевший костюм.

– Постараюсь ответить на твои вопросы, – произнес Джек мягко. – Насколько сумею. Напоминаю: я сам знаю не все. Что-то из того, что знаю, сказать просто не могу, потому что это внесет в тебя дикую сумятицу. Но попробую по порядку. Когда мы с тобой беседовали у моего балкона, ты верно понял, что я хочу сделать.

– Уничтожить Версиану, – вымолвил я.

– Точно, – кивнул Джек. – И ты еще спросил, когда же мы начинаем. В то время я тебе не ответил, потому что ответ я тебе дал гораздо раньше. И повторяю сейчас: мы начнем, когда докачается Лайм. Денис, нам требуются пятеро игроков тридцатого уровня, включая тебя и исключая меня.

– Помню, тебе нужен полный рейдовый статик, – кивнул я. – Пятеро тридцатых. И Лайм пока не успевает. Вероятно, он уже двадцать восьмой или близок к этому.

– Ты же следишь за ним?

– Слежу, но не вмешиваюсь. Лайм в очень тяжелом состоянии, Джек. Ему не с кем поговорить о том, что он совершил. Правосудие до него тоже не добралось. Хотя я думаю, что он бы этого хотел. Понести наказание.

– Нельзя этого допустить, – напомнил Джек. – Лайм не должен сесть в тюрьму или выкинуть какую-нибудь дичь. Он может делать что хочет, как только мы закончим. А до того времени он должен быть на свободе. Играть. Качаться. Набирать опыт. Времени у нас мало – ты видишь, что Версиана делает с людьми.

– Вижу.

– Каждый день все больше психоза и насилия. Топовые игроки едва перевалили за третий или четвертый уровни, но этого хватило, чтобы столица сошла с ума. Денис, мы не можем бесконечно бегать по Москве и выборочно спасать людей. Надо решать вопрос глобально.

– Ты ведь не просто так привез меня сюда, – догадался я.

– Не просто.

Прошла минута или две, пока Джек собирался с мыслями. Все это время меня нервировал его шлем. Воплощение пустой жестянки, хоть и чертовски продвинутой, и оно пристально смотрело на меня безжизненными глазницами.

Формально сиано-шлему никакие глазницы не нужны. В инструкции говорилось, что это просто обратная сторона полупрозрачных фотоэлементов, сканирующих дрожание глазниц пользователя даже через опущенные веки. Но, черт побери, на месте компании я бы сделал эту штуку сплошной снаружи.

Я не прерывал молчания. Лишь отвернулся от шлема и наблюдал за медленно стекающими по стеклу каплями. Штаб-квартира компании, которая все это придумала, никуда не пропадала – стояла непреклонным фоном, ввинчиваясь в подсознание, словно сама превратилась в «темную зону», невзирая на яркие прожекторы на крыше. И за все время, что я наблюдал, в нее не вошел и не вышел ни один человек.

– Денис, сейчас мы с тобой должны четко сформулировать глобальную задачу, – сказал Джек. – Разобраться с Версианой будет непросто, не разобравшись попутно с самой «Сианой». А это уже не игра. Это большая компания, максимально скрытная. В нашем мире, в настоящей Москве. Достаточно солидная, чтобы создать, запустить и поддерживать такой проект, как Версиана.

– И ты знаешь, как нам героически ее расхреначить, – закончил я за него.

– Нет, – спокойно ответил Джек. – Потому мы даже и пробовать не будем.

Вслед за скепсисом я позволил вырваться облегчению. Оказывается, некоторые вещи из тех, что выдавал Джек, не грозили обернуться смирительной рубашкой. Во всяком случае, с не слишком короткими рукавами.

– Тогда, в моем доме, ты все понял правильно, – сказал Джек. – Версиана выключается через достаточно сложную систему действий, синхронизированных как внутри нее самой, так и снаружи, в живом мире. Тебя касается та часть, что внутри, и она представляет собой игровое подземелье. Или что-то такое, что технически можно к нему отнести. Потому что я сильно сомневаюсь, что процесс отключения Версианы будет кем-то стилизован под увлекательное приключение, доступное топовым игрокам. Скорее это способ защитить систему изнутри, спрятать ключ от сейфа внутри сейфа. Или защитить исходный код шифровальщика самим шифровальщиком.

– Примерно понял, – сказал я.

– Отлично. И с этим связана проблема. Дело в том, что я не знаю, где находится вход в это подземелье. Или, условно говоря, ядро. Логично, что оно где-то в Москве. Но я не знаю, где именно. И наша с тобой задача на ближайшие пару недель – заняться выяснением данного вопроса. А там и Лайм докачается. И мы с тобой будем готовы. После этого уже надо будет непосредственно начинать проходить подземелье.

– Если ты не знаешь, где вход, то наверняка знаешь того, кто это знает, – предположил я.

– Конечно. Координаты входа находятся в базах данных «Сианы». Внутри этого здания.

– Ты говорил, что никогда не работал на «Сиану».

– Так и есть, – подтвердил Джек.

– Откуда же ты столько знаешь про нее? Откуда тебе в принципе известно, где расположен офис компании?

– Хотел бы я ответить тебе, что вычислил его эмпирическим путем, сканируя все сокрытые зоны, – вздохнул Джек. – Но все прозаичнее. Мне об этом сказали внутренние источники, заслуживающие доверия. Тебе назвать их кодовые мена?

– Не нужно, – сказал я. – Так нам надо зайти в «Доминион»? Только и всего?

– Наверное, я неверно выразился, – мотнул головой Джек. – Попробую уточнить. «Сиана» вообще не хранит подобных баз в живом мире. Нужные нам координаты находятся внутри Версианы. Точнее, в версианской копии самой «Сианы». Внутри «темной зоны» на месте «Доминиона».

– Ты говорил, что туда нельзя пролезть. И что Версиана этот дом не оцифровывает.

– Это для игроков так. Денис, Версиана оцифровывает абсолютно все в рамках Москвы. Вопрос лишь в том, какие области компания предоставляет игрокам для исследования. Конечно же, она скрыла свой штаб вуалью. Вот нам и надо забраться туда. Если Лайм на двадцать восьмом уровне, то ему как раз и осталась пара недель. За это время мы с тобой должны решить вопрос. Мы должны залезть сюда.

– И почему ты говоришь мне об этом только сейчас?

– Потому что раньше я не знал, как это сделать технически.

– А теперь знаешь?

– Да.

Джек сунул руку куда-то за воротник костюма, вытащил знакомую флешку.

– Твой мастер-ключ, – сказал он, передавая ее мне.

Я принял кусочек пластика, тут же спрятал, словно прожекторы «Доминиона» пристально следили за нами.

– В общем, я закончил перепрошивку перчатки, которую ваял последнее время, – сообщил Джек. – Теперь мастер-ключ полный. Перчатка обладает всем функционалом, и это поможет нам пробраться на оцифрованный сервер «Сианы». Вернее, тебе.

– Мне? – переспросил я и тут же догадался: – А, ну да. Тебе опять придется быть снаружи, как всегда.

– Именно, – подтвердил Джек. – Денис, ты вообще думал, почему мы с тобой в последнее время бегали по Москве в подобной связке? Я – исключительно снаружи, ты – строго в Версиане. Почему мы носились по разным местам?

– Мы спасли одиннадцать человек, – напомнил я в недоумении. – Пресекли несколько попыток самоубийства, три случая насилия. Я вообще удивлен, что тебя не выпасли. Ты от мэрии, наверное, уже медаль заработал.

– На фиг медаль, – поморщился Джек. – Не хочу светиться лишний раз. Мне было надо, чтобы ты привык к мастер-ключу, научился им пользоваться. Чтобы прям вот на рефлексах, не думая. И у тебя прекрасно получается. Но до проникновения в штаб «Сианы» нам с тобой надо освоить еще один хитрый трюк. Тот, который мы с тобой ни разу не пробовали, потому что он противоречит физике игры. Арт-объект.

– А? – не понял я.

Джек положил пальцы на руль, нервно сжал, глядя на углы «Доминиона» с нескрываемой злостью.

– Объясню, – сказал он. – Когда ты в Версиане пробуешь взаимодействовать со мной – что происходит?

– Дай подумать. – Я напряг лоб, понимая, до чего же не люблю подобных вопросов, призванных лишь подчеркнуть мою отсталость в мышлении. – Из Версианы ты виден как НПС, а при взаимодействии превращаешься в бота. Все как обычно, никаких сюрпризов.

– Теперь представь, что было бы, если бы я никак не реагировал на твою активность, – посмотрел на меня Джек. – Вот ты изнутри игры заехал мне в морду, а я не замечаю и занимаюсь своими делами. И не говори, что ни разу не пробовал.

– Разок всего, – смутился я.

– Прощаю. Так что? Что было бы, если бы мой НПС не превращался в бота?

– Иммунитет к активации из Версианы? – спросил я в задумчивости. – Ничего подобного в игре не припомню. Что люди, что дома или машины… Разрушаемость окружения – один из фундаментов игры. Хотя технически… да, могу представить.

– Тогда представь следующее, – продолжал Джек. – Ты касаешься меня в Версиане, но не можешь дотронуться. Руки насквозь проходят. Ты даже можешь залезть в мою модельку. Как, по-твоему, отреагирует Версиана?

– Не знаю, – сказал я.

– Произойдет конфликт протоколов. Поскольку в бота я не превращаюсь, то, с одной стороны, Версиана должна продолжать транслировать мою модель в игру в актуальных пространственно-временных координатах. С другой, если аналогичные координаты тебя как игрока совпадают с моей моделью, то она должна транслировать тебя, а меня не показывать вовсе. Это два взаимоисключающих процесса.

– Версиана должна оставить тебя на сторис, – догадался я.

– Неверно. Отлипание бота от объектива проходит лишь при активации самого бота, а ее у нас не происходит. Возникает парадокс. Программный баг, который мне удалось определить и который так и не исправлен «Сианой». Я и называю его арт-объектом. Это когда два субъекта в разных мирах, настоящем и игровом, занимают в Версиане единое физическое пространство.

– Любопытно, – задумался я. – И что это нам дает?

– Это дает крайне полезный побочный эффект. Связка из двух человек, создавших таким образом арт-объект, игнорируется любыми защитными протоколами Версианы. Значит, мы можем синхронизировать наши движения и завести тебя в «темные зоны».

– И попасть в «Доминион», – догадался я.

– Точно. – Взгляд Джека был более присущ хищнику, чем исследователю. – Мы можем так пройти куда угодно. И я уверен, что именно так защищено наше целевое подземелье. В формате арт-объекта нам придется зайти в ядро, в котором мы отключим эту чертову игру. И точно так же нам надо сначала добыть его координаты. Попасть в нутро «Сианы», в ее цифровое альтер-эго – «Доминион» в Версиане. Место, где не бывал никто и никогда. Где хранятся все их секреты. Мне оставалось лишь довести до ума мастер-ключ.

– Так ты добавил в него функцию иммунитета НПС? – догадался я. – Только и всего?

– Для создания арт-объекта больше ничего и не нужно. Денис, я очень рад, что ты все понимаешь.

– Погоди, дай сообразить, – произнес я, коснувшись рукой флешки в кармане. – Я возвращаюсь в Версиану, предварительно подключив мастер-ключ к костюму. Получаю в игре обновленную перчатку. Нахожу тебя в Москве, когда ты будешь снаружи. И смогу забраться внутрь твоей модели. После чего мы, поддерживая радиосвязь, двигаемся синхронно и проходим куда угодно, потому что Версиана не будет нас видеть.

– У нас все получится, – заверил Джек.

– Заходим в штаб «Сианы», – проговорил я с азартом. – В башню «Доминион». Ты заходишь здесь, а я в Версиане. Меня пропустят безо всяких «темных зон». Внутри я найду… а что я найду, Джек?

– Без понятия, – ответил парень. – Может, большую серверную. Или пустую комнату с компьютером внутри. Но все ответы, все секреты – там. Ты сможешь если не скопировать их куда-нибудь, то хотя бы просмотреть. Тебе нужны координаты подземелья. И это – наша с тобой единственная задача на ближайшие недели. После чего мы находим Лайма, собираем всех и ставим точку в этой игре.

Джек закончил, продолжая смотреть на меня. Мне казалось, что он зааплодирует своим же суждениям. Или же ждет оваций от меня.

– Джек, – сказал я после короткой паузы. – Ты же понимаешь, что все не будет так просто?

– Конечно, не будет, – согласился Джек. – И, прежде всего, передо мной лично стоит весьма прозаичный вопрос. Я не знаю, как мне попасть в этот дом. Это уже не бизнес-центр, не проходной двор. Если ты заметил, «Сиана» – компания предельно скрытная. За все время ее существования никто даже не вычислил ее офис. Никто не был в этой башне из посторонних, начиная с ранней «альфы». Думаю, если мы с тобой прямо сейчас выйдем из машины и попробуем зайти – нас тупо не пустят. Я вижу отсюда закрытые двери.

– Предлагаю пока не пробовать, – предостерег я.

– Конечно. Банально засветимся раньше времени.

– Короче, нам надо придумать, как провести тебя внутрь «Доминиона», – кивнул я.

– А тут думать нечего. Нужен кто-то из своих или почти своих. Кто способен провести постороннего, вроде меня, в офис. Денис, ты уже понял, о ком я говорю.