Новая Зона. Псы преисподней
- -
- 100%
- +
– А зачем им тогда клетки? – ехидно поинтересовался главный спонсор.
– Дополнительные меры безопасности, – в том же тоне ответил Гордеев. – Это чтоб страховку в случае чего не платить.
Заказчики и покровители понимающе ухмыльнулись. Как же, как же, всем известно, что люди, кадры – наше главное богатство, которое, как сказал один политик прошлого века, решает все.
В руках аквалангисты держали металлические патрубки, отдаленно напоминающие ПТУРСы. Но ведь использовать подобное оружие под водой нельзя!
Ответом на скептическую реакцию гостей, явственно отразившуюся на их лицах, стала покровительственная улыбка Фоки Фомича. Он-то знал, как работают его «Тритоны».
– Давайте, ребята! – молвил членкор в коробочку рации. – Приготовьте нам лобстера по-питерски!
Повинуясь команде, парни в клетках ловко и слаженно вскинули патрубки на плечи и прицелились каждый в облюбованную им мишень.
Зрители приникли лбами к стеклу, но так и не смогли ничего заметить. Ни тебе какого-либо свечения или мигания, ни малейшего намека на выброс из трубок чего-нибудь, напоминавшего снаряд или там гарпун.
Между тем в аквариуме творилось настоящее побоище.
Целью первого акванавта стал один из двух ракоскорпионов. Он вдруг замер на месте, резко забил хвостом и замахал гигантскими клешнями, словно отбивался от невидимого жестокого врага. Потом затих и налился красной краской, будто от гнева или удушья. Еще пару секунд, и, перевернувшись кверху брюхом, рак-переросток стал медленно подниматься вверх, вероятно, к поверхности воды.
– Вот и добрая закусь к пиву, – прокомментировал Гордеев, довольно потирая руки.
Второй целью был трилобит. Этот сначала пошел на таран клетки, успел несколько раз боднуть ее и даже раздвинуть своими мощными многочисленными лапами несколько прутьев. Но затем его закорежило, заколбасило. Он также покраснел, но только на считаные мгновения. А потом вдруг рассыпался на мелкие ошметки, разлетевшиеся в разные стороны.
Оставшийся в живых ракоскорпион, презрев опасность, тут же кинулся к бренным останкам, чтобы полакомиться всласть. Но не тут-то было. Сразу две трубы, направленные на членистоногое, протрубили его смертный час. Он тоже был сварен.
Почуявший неладное кракен заметался по аквариуму, не давая охотникам прицелиться и нанести удар.
Зрителей снова окатило волной чужого сознания. На сей раз на них излились лютая ненависть и отчаяние. От этого хотелось бежать или лезть на стену.
Фока Фомич почувствовал, что его голова сейчас расколется и разлетится мелкими брызгами, как давешний трилобит.
Кракен изо всех сил ударился об аквариумное стекло, отделявшее его темницу от комнаты, где скучились мучители. Стекло было чрезвычайно прочным, уж Гордееву ли не знать. Чуть ли не пятнадцать сантиметров толщины. Но и оно не выдержало натиска то ли туши кальмара, то ли испускаемых им ультразвуковых волн. Пошло вдруг мелкими трещинами.
Если стекло не выдержит, лопнет, многие тонны воды, выплеснувшись, зальют все вокруг и погубят едва ли не весь подземный полигон. Что делать?
– Увеличьте мощность до максимума!! – проорал в микрофон членкор.
Он увидел, как согласно дернулись головы акванавтов, и стал ждать результатов, нервно поглядывая на дверь. Успеет ли выскочить, если вдруг чего?..
Да, видно, что не зря они почти год потели над этими «Тритонами».
Психическая атака вдруг прекратилась. Кракен замер на месте и тоже стал менять окрас, становясь не алым, как ракоскорпионы, а розовым. Зрачки еще минуту назад нервно вращавшихся глаз застыли и подернулись пеленой. Колоссальная туша медленно, но верно поплыла к потолку, туда, где уже плавали два свежесваренных членистоногих.
– И как вам? – обратился членкор к полковнику Михайлову.
Заместитель начальника ЦАЯ по науке молча пожал плечами. Он был явно поражен увиденным.
– Ну, тогда на десерт предложу вам кое-что из собственных разработок. Не все же вас чужими изобретениями потчевать.
В небольшом вольере, надежно привязанные, расположились быкарь и обычная коза. Внутрь вошел человек, державший в руках нечто похожее на старый кинопроектор.
– Давай, Гаврила!
Человек что-то повернул на корпусе… И – ничего.
Вон, беленькая козочка так и пасется себе, мирно пощипывая травку.
А вот быкарю не повезло. Смерть настигла гигантскую тварь мгновенно. Наблюдатели только рты разинули, увидев, как взорвалась, усеяв зеленую траву кровавыми ошметками, уродливая, усеянная шишками голова монстра.
– В основу конструкции нашей «Маргариты» положен тот же принцип, что и в нейтронной бомбе, – прокомментировал Фока Фомич. – Но наше изделие более «гуманное», так сказать. Оно воздействует только на мутированные формы жизни, не вредя остальным живым организмам. В радиусе тридцати метров все мутанты оказываются мертвы… Можно сказать, что в наших руках легендарная «смерть-лампа». Пока что из-за редкости нужных артефактов массовое производство начать мы не можем, но придет день, и патрульные и военные сталкеры смогут ходить по Зонам, не боясь местных аборигенов.
– Да уж… – покачал головой полковник.
– Интересно, а на аномалии вот таким же образом влиять нельзя? – полюбопытствовал главный. – Уничтожать их или хотя бы нейтрализовать?
– Увы, – развел руками членкор. – Понимаете, природа оружия, работающего на артефактах, изучена не до конца. Равно как и природа аномалий. Вот та же «Маргарита», с которой вы только что познакомились. Ее конструкция базируется на использовании известного артефакта «луч-кувалда», электромагнитный импульс которого останавливает сердце и вызывает спазмы сосудов мозга, проще говоря, инсульт. Ну, еще кое-что добавлено. Уточнять не стану, что поделаешь, коммерческая, да и военная тайна…
Присутствующие понимающе закивали.
– А аномалии, как пока известно, не обладают каким-либо разумом. Да и вообще непонятно, живые ли они организмы, или просто некие образования. Были попытки использовать против них обычное оружие, но помните же, чем они заканчивались…
Михайлов тяжело вздохнул. Недавняя гибель его коллеги по ЦАЯ доцента Зубова, попытавшегося в Москве расстрелять из пушек аномалию «звездный цветок», была еще свежа в памяти.
– Что ж, Фока Фомич, – вытирая платком со лба обильный пот, подытожил полковник Михайлов. – Крутите в пиджаке дырку для нового ордена. Результаты испытаний вашей продукции поразительны. Оценка «пять с плюсом». Не так ли, господа? – обратился он к остальным гостям.
Те дружно закивали, также промокая взмокшие от страха и волнения лбы.
– Так и доложим руководству! – констатировал заместитель начальника ЦАЯ. – И вообще, уважаемый господин член-корреспондент, пора приступать к поточному производству. Ваша продукция совершенно необходима Родине в наше нелегкое время…
Гордеев покивал для приличия. Для конвейерного производства продемонстрированных им сегодня образцов нужны такие мощности и такие средства, которые у всех вместе взятых его спонсоров вряд ли найдутся. Но вслух этого говорить не стал. Ибо был умен и не раз учен жизнью.
Вместо ненужных и неуместных слов пригласил дорогих гостей к столу, отметить, как это принято у русского народа, успех обильной едой и не менее обильной выпивкой.
* * *По окончании фуршета Михайлов вполголоса сообщил Гордееву, что хочет с ним поговорить.
Когда осоловевшие акционеры и деловые партнеры свалили, полковник уединился с членкором в его кабинете.
– У меня есть к вам серьезный разговор, Фока Фомич. Ознакомьтесь.
На стол упал конверт, из коего торчали фотоснимки.
Гордеев, разбросав их по столу, присмотрелся, недоуменно поднимая брови. На первом – облицованная кафелем стена с дыркой, на втором – мощная бронированная круглая дверь спецхранилища с кодовым замком с такой же точно дырой по центру. На прочих ряды банковских ячеек, дверцы сплошь открыты. Еще одна дверь – тоже продырявлена.
– И что все это означает? – уставился Гордеев на Михайлова.
– В прошлое воскресенье ночью из головного отделения банка «Евразия-Траст» в Екатеринбурге было похищено содержимое почти пятисот банковских сейфов, – сообщил полицейский. – Также было ограблено главное хранилище. Пробив фундамент, воры пробрались в подвал банка, а затем в комнату, где стоят сейфы. Им удалось взломать почти все ящики. Бронирование двадцать миллиметров, с двойными замками. Этот банк считался самым надежным в регионе. Сотрудники банка даже были вынуждены вызвать к зданию полдюжины машин «Скорой помощи»: некоторые клиенты испытали настолько сильное потрясение, что их схватил сердечный приступ. Так вот, как показала экспертиза, при проникновении и взломе использовались артефактные сборки, идентичные вашим моделям «звездочка», «дятел» и «алмаз». Что на это скажете?
– Господин Михайлов, но, собственно, при чем тут я? – пожал членкор плечами. – Если, конечно, прокуратура пошлет соответствующий запрос, мы представим все документы на реализацию соответствующих изделий… Но, в конце концов, любой, у кого имеются нужные артефакты, может создать соответствующее оборудование.
– Но почему-то предпочитают заказывать его у вас, так?
– Да, – развел руками Гордеев. – И армия, и ФСБ, и МЧС тоже. И ваше ведомство, кстати. А вот в прошлом году под Эль-Кабрером с помощью артефактных машинок боевики сбили двенадцать самолетов международных сил. В этом вы тоже меня обвините?
– А вы тут точно ни при чем? – хмуро и подозрительно уставился на него Михайлов.
– Ну, кто мог знать, что тамошние фанатики догадаются поменять схему сборки таким образом, что из мирного силового бура получится дальнобойная пушка на квант-эффекте? Кто мог им такое подсказать, ума не приложу…
– Шутите, господин член-корреспондент, – нарочито раздельно выговорил его научное звание силовик. – Шутите, значит? – Неприкрытая злость звучала в его голосе. – Как бы вам не дошутиться! Впрочем, не буду тратить мое и ваше время. Но вам все-таки лучше прийти в управление МВД по городу Санкт-Петербургу и дать кое-какие объяснения в техотделе. Ведь именно он выдает лицензии на работу с «аномальными материально- энергетическими объектами», так? Не смею вас больше задерживать.
Оставшись один, Гордеев еще какое-то время разглядывал оставленные гостем фото.
– Да уж… Наш инструмент – это такое дело. Это вам не самодельные «Маруси», – удовлетворенно пробормотал он.
(«Марусями» в кругах сталкеров именовались гранаты артефактных боевых сборок, взрывавшиеся со страшной силой, но при этом опасные для самого владельца – они нередко срабатывали сами по себе, а радиус поражения у них был до тысячи квадратных метров.)
Сталкеры в основном наугад работали, а у него есть теория, есть база данных, наработанная за годы службы на официальную науку. Ну, еще есть Вахмурка, который и разработал эти самые «Маруси», ставшие «бабушками» нынешних сборок. Они хотят с ним поговорить? Пусть говорят. Предъявить-то нечего. Его бизнес легален. Когда-то такие, как этот Михайлов – ограниченные людишки, только в костюмах, а не в мундирах, – смеялись над его идеями. Рано или поздно они поймут, какими были дураками.
А в управление он зайдет, чего ж не зайти… Пусть попробуют отобрать у него лицензию, если они дураки. Дураков надо учить. Он тут же свяжется с разными уважаемыми людьми и сообщит, что их заказы выполнены не будут и вообще его предприятие закрывается… То-то вставят фитиля обнаглевшим «милицаям»!
Былое
Новая Зона. Сталкер Радуга
Радуга шел по лесу, не отрывая взгляда от детектора.
Это, конечно, Внешний Круг, места почти тихие, но всякое может быть. Пусть это не ближнее Подмосковье, где среди искореженных стволов растут разноцветные мхи и лишайники и россыпи бледных, чуть светящихся в сумраке тонконогих грибов, а клочья тумана ползают над изуродованной чуждыми силами землей, как призраки. Но и тут надо держать ухо востро. Возникнет на тропе «хваталочка» или «мышеловка», рванет из засады голодный кошак или волкарь, а то и…
– Стоять, урод! Руки в гору!
Судя по специфической интонации, голос принадлежал не бандиту, а вояке. Это внушало некоторую надежду.
– Бырасай сытвол, сывынья! – донесся из-за спины хриплый гортанный голос.
Радуга обернулся. На тропе стояли пять человек. Все одеты в камуфляжные комбинезоны, оружие у всех одинаковое – новенькие кургузые автоматы с подствольниками и хитроумными прицелами. Правда, марка не самая последняя – обычные «калаши», пусть и каких-то спецназовских модификаций. Однако же самое то для Зоны – простой и надежный агрегат. А что устаревший, так не с «зелеными беретами» перестреливаться… И у всех на рукаве нашивка в виде кургузого бурого зверя.
Через минуту Сергей, лишившись оружия, стоял на коленях со сложенными на затылке руками.
– Зынатный гусь! – одобрительно оглядел Радугу высокий чернявый военный, в котором явно можно было признать выходца с Кавказа.
– Фартит нам, – согласился другой, кряжистый и плотный, подбирая брошенный Сергеем «Абакан». Повертел трофей в руках. – Ого! Ты посмотри только… Обнаглела совсем сталкерня! И зачем он тебе, скажешь, от мутантов отстреливаться?
Передернул затвор, пощелкал языком.
– О, и магазины! – ткнул он в разгрузку Радуги. – Раз, два… Пять штук. Ну, все, засыпался ты, бродяга!
– Я его нашел! – заученно пробормотал Сергей. – Решал, что мне с ним теперь делать, а тут вы…
– Конечно, нашел в лесу? Подобрал и пошел сдавать, так? – заржал офицер (капитан, разглядел сталкер на плечах четыре звездочки). – Ведь так?
– Все правильно, – с готовностью согласился Радуга.
– А где именно ты нашел оружие, чувак? Или забыл? – загоготал кряжистый, но замолчал, уловив злой взгляд офицера.
– Я же говорю, в лесу. Под елкой лежало.
– Под елко-ой?! Бу-га-га!
– А это не тебя вчера в Болотинках видели? – осведомился офицер.
Видимо, подумалось Сергею, это капитан Тупиков, адъютант шефа «Росомах» – личность, уже ставшая знаменитой в Зоне.
– Ну и что? – непонимающе буркнул Радуга.
– А то! – огрызнулся офицер. – Там Гуся завалили… И как раз из «Абакана». Что его братва скажет? Словечко-то про тебя недолго шепнуть.
Парень лихорадочно размышлял, пытаясь найти выход из положения. Попробовать бежать? Не выйдет, верная смерть. Пообещать отдать им какой-то из своих тайников в обмен на свободу? Чего доброго, получив свое, убьют, и все дела.
Вояки рывком с двух сторон подняли Сергея на ноги и толкнули вперед.
– Александр Васильевич, – отрапортовал капитан кому-то невидимому, – вот он…
– Ну, здравствуй, Радуга!
Из кустов вышел одетый в грязный камуфляж полковник Крылов – кошмар всего севера Новой Зоны. В руке он держал недоеденную сосиску, красная морда выражала высокомерную насмешку.
– Давно хотел тебя повидать. Никак ты сегодня с большим уловом?
– Откуда, Александр Васильевич? – развел руками сталкер, пытаясь сбросить мешок.
– Ты рюкзачок-то не трогай, пройдемся до машины и там разберемся.
В «почетном» эскорте, с самыми нехорошими предчувствиями, сталкер двинулся по дороге.
* * *Коровники, дома, скелеты теплиц…
Покрытые шифером крыши давно сгнили и были готовы вот-вот обвалиться. Обшарпанные и ободранные от последнего слоя штукатурки стены покрыты засохшей грязью и выбоинами от пуль. Когда-то здесь был совхоз-миллионер. Теперь же мерзость запустения царила вокруг.
Верно, здешние жители давно, еще до первого «харма», кто спился, кто разъехался… Дома стояли открытые и пустые. Заходи и живи, кто хочет.
Деревенская церквушка еще кое-как стояла, но крест на маковке надломился и обрушился. Двери храма распахнуты настежь, и сквозь них видна позолоченная резьба алтаря с чудом сохранившимися образами. Видно, недосуг было святых выносить.
А по улицам бродили вояки. Добрая треть специального отряда разведки и прикрытия МЧС «Росомаха» были тут.
У неказистой «матылыги» они остановились.
– Ну, что там у тебя, – кисло глянул на него полковник, – показывай.
Сергей снял рюкзак и раскрыл его.
– А вот и хабар, – заглянул Крылов на дно рюкзака. – Тьфу, дрянь всякая…
Брезгливо он пошевелил штык-ножом «черные бусы» и «свиристелки».
– Оставь себе на похороны! – толкнул рюкзак носком начищенного до блеска сапога. – Я что, даром на тебя время потратил? Ох, так ведь и тянет тебя оформить! Одно незаконное хранение оружия – это три года минимум! Соображаешь?
– Дело ваше, но оружие я шел сдавать, – твердо ответил сталкер. – А хаба… э-э-э… артефакты я собирал по контракту с Академией наук. И бумага есть, – достал Сергей из-за пазухи аккуратно сложенный прозрачный файл. – Вот, стандартный открытый лист на промысел…
Не взглянув на документ, Крылов пренебрежительно смял листок, затем выразительным движением поднес ее к обтянутой пятнистыми штанами внушительной «корме» и издал неприличный звук.
– Вот где твоей бумажке место!
Смятый договор полетел в траву.
– Слушай, Радуга, может, хватит дурачка из себя строить? – ласково молвил Крылов. – Терпеть это ненавижу! Заливай кому другому, только не мне. Впрочем… – Полковник вытащил из кармана пачку дорогой «Короны», затянулся. – У тебя есть еще шанс, если ты подскажешь мне кое-что.
– Я всегда рад помочь нашей доблестной армии…
Внушительный кулак Крылова соприкоснулся с его челюстью, и Радуга толком пришел в себя, уже сидя на земле и ошалело вращая глазами.
– Ну, ты, помощничек! – надвинулся на него всей своей полуторацентнерной тушей «полкан». – Некогда мне с тобой тут лясы точить! В Ногинске в баре «Ведьмин студень» ты по пьянке проговорился, что нашел схрон Богомола! Слушай сюда, крысак! На хабар, который этот свихнутый наркоша там прятал, мне плевать! Можешь его с чистой совестью пропить за мое здоровье. Но там еще должны были быть кое-какие документы… Где они? Не подскажешь, братец?
«Вот суки! Все-таки настучали?! Кто, интересно? Ну, братья-сталкеры!»
– Какая же дрянь меня сдала? – изобразив муку на лице (для чего почти не потребовалось притворяться), пробормотал он, делая попытку встать.
– Сыды! – Обутая в «маттерхорн» сорок пятого размера ножища кавказца больно пихнула его в плечо.
– Так где бумаги?! – снова завел свое полковник. – Только не вздумай врать, что скурил или на растопку употребил! А впрочем, если и так, тебе же хуже! Самого на растопку пущу!
На лбу Сергея выступила испарина. Тон полковника ясно давал понять, что он не шутит. А что этот краснорожий убийца способен привести угрозу в исполнение, сомнений, увы, не было.
– Ладно, Александр Васильевич, – обреченно произнес Радуга. – Договоримся… Куда ж мне деваться с подводной лодки?
– Умный крысак! – восхитился Крылов. – Я ж знаю, ты умный, хоть и вредный, потому жив еще…
– Я вам указываю место, где спрятаны документы, а вы меня отпускаете. Так сойдет?
– Договорились, – быстро согласился полковник (слишком быстро, чтоб Радуга ему поверил на слово). – Ну, так говори, где они?
– Я скажу, а вы меня грохнете. Нет уж, поедем все вместе, при свидетелях покажу…
– Да кому надо тебя убивать? – скривился Крылов. – Ну, ладно, так и быть, поехали, покажешь место.
– Добро! – процедил Радуга.
* * *Они ехали в «уазике» с Крыловым и Тупиковым. Сзади ревела «БМП-3», полная солдат. Тыкая в навигатор, Радуга показывал дорогу.
– Вот здесь надо выйти, – скомандовал он. – Остановите машину. Отсюда еще идти с полкилометра.
Солдаты высыпали из машины, взяли стволы на изготовку, и сталкер повел шеренгу в лес по известным одному ему приметам.
На обычной лесной поляне они остановились.
– Ну и где твоя нычка? – набычившись, осведомился полковник.
– Вот здесь. – Сергей ткнул ногой в почти незаметный холмик. – Поднимите дерн, он легко снимается.
Подняв пласт дернины, «росомахи» обнаружили под ним ступеньки и вход.
– Это что за землянка? – поинтересовался Крылов, когда они отошли в сторону. – Это и есть точка Богомола, что ли?
– Нет, это наших… «Генераторов»… – помрачнел сталкер, вспомнив погибший в схватке с мародерами клан.
– Товарищ полковник. Вход откопали, – к ним подлетел ефрейтор. – Все чисто, ни мин, ни ловушек.
– Ты отдохни здесь, Костин, – кивнул полковник Радуге. – Мы уж без тебя там справимся.
Крылов и его архаровцы пошли к черному провалу в земле и, включив фонарики, исчезли там.
Сергей присел на пень. Достал сигареты и закурил. Волосы намокли и налипли на лоб. Дождевые капли разбивались о капюшон с глухим стуком.
Через полчаса о нем наконец вспомнили.
Крылов и два его головореза подошли к сталкеру.
– Радуга, так сколько было сумок с документами? – подозрительно осведомился шеф «Росомах».
– Две, – односложно ответил Сергей.
– Ты вскрывал их?
– Угу…
– Обе?
– Да, а что?
– Ты вытаскивал оттуда что-нибудь? – подозрительно впился в него злыми глазками Крылов.
– Нет, – забормотал Радуга. – Честное слово! Только посмотрел, что там такое.
– Что это за бумаги, не понимаешь?
– Я об этом не задумывался даже… Просто так взял!
Полковник о чем-то думал с минуту, а потом вынес решение:
– Хорошо. Парни, отпускаем бродягу! – И внушительно добавил: – До следующего раза!
А потом добродушно рассмеялся.
– Хабар, как я и обещал, твой. Только «золотую птицу» я забрал. Уж извини, жирно будет…
– Но до Периметра далеко, – жалобно молвил Радуга. – Подвезите хоть немножко.
– Извини, пацан, у нищих слуг нет, – развел руками Тупиков. – И не зли нас ради Зоны, а то придем по известному нам адресу и шмон в хате устроим…
– Ради Бога! Только время зря потратите… – обреченно вздохнул Радуга. – Об одном прошу. Пожалуйста, не врывайтесь в квартиру скопом, а то переполошите соседей.
– Хорошо, будем иметь в виду, – хмыкнул полковник. – Пока, Костин. Вот тебе пропуск.
– До встречи, Александр Васильевич, – сказал Сергей, поправляя капюшон куртки.
– Бывай, крысак! Иди. А лучше пересиди в землянке… А то промокнешь, простынешь, да и загнешься от воспаления легких. Кто нам, честным воинам России, хабар носить будет?..
* * *На севере Новой Зоны, за рухнувшим железнодорожным мостом, рядом с руинами правления дачного товарищества «Пищевик» расположилась старая автобусная станция. Вытянутая коробка из облицованных бетонных плит тоскливо возвышалась среди перелесков, напоминая о прошлой жизни.
Мало кто знал, что под руинами сохранился обширный и сухой подвал, который теперь как базу использовали сталкеры.
Из разгромленного загаженного зала в подвал вела спрятанная за фальшивой стеной пологая лестница. Вдоль стен расположились старые койки, в углу – ящики со всяким полезным барахлом, а посередине громоздился облезлый стол и шесть колченогих стульев. Все освещала «световая муха», подвешенная под потолком.
Тунец, глава команды из пяти сталкеров, закадычный друг Радуги, присел у стола, заваленного старыми бумагами. Его скуластое лицо с кривым шрамом во всю щеку выражало радость пополам с восхищением. Черные глаза внимательно изучали кривые рукописные строчки и аляповатые карты. Тонкие губы изогнулись в усмешке.
– Блин, Богомол точно был чокнутый! Все аномалии, блин, запоминал и записывал, где размещаются, когда и с какой периодичностью появляются, сколько артефактов приносят! Хоть бы в комп информацию загнал, а нет… И выходит, что натянул-таки покойник нос научникам. Те все его идеи дерьмом считали! Теперь будем арты как на огороде собирать! – с восхищением резюмировал приятель Радуги. – И добавил: – Блин! А ты молодец, что архив разделить догадался. И кто тебя надоумил?
– Чутье! – бросил Радуга, наливая себе водки «на два пальца». – А Крылов без главных карт еще год будет искать, что и как!..
Глава 5
г. Санкт-Петербург
Добравшись до салона, Наталья обнаружила там Лиду. Эта второкурсница психологического факультета СПГУ совмещала в одном лице помощницу, ученицу, секретаря, бухгалтера, привратника и уборщицу. Лидочка была вторым штатным работником в магическом салоне «Лунное зеркало». Сидя на ресепшене среди выставки разнообразных талисманов и проспектов, девушка вела первичный прием клиентов, отсекая бедных и несерьезных, и иногда подменяла Наталью, когда никого из «випов» по предварительной записи не предвиделось.
Сегодня таковые как раз намечались.
Третьим, директором, числился некий Судаков Роман Юрьевич. Наташа его и в глаза не видела. Купила его, можно сказать, вместе с ООО, и ничем иным, кроме кипы заранее подписанных бланков, сей господин себя не проявлял.
Обменявшись с Лидой приветствиями, Наташа скользнула в кабинет, быстро переоделась, натянув длинное нелепое платье с огромным декольте, повязав столь же нелепую расшитую рунами и символами бандану и навесив пару ожерелий. Что делать, положение обязывает. Чародейке в пиджаке от «Версаче» не поверят.