Скрытые возможности. Серия 3

Выражаю особую благодарность: за рисунок обложки Владимиру (Hloros Gades). jobvvp@gmail.com Е-мэйл для сотрудничества, и Хабаровой Галине за редактуру.

Солнце лениво поднималось над городом. Лучи разгоняли ночную прохладу, выхватывая из темноты человеческие скелеты. Они разбросаны повсюду. Лежали на улицах, сидели за столиками в летних кафе, в собственных автомобилях. Одежда истлела от времени и теперь едва прикрывала пожелтевшие кости. В могильной тишине защебетали птицы. Для них начинался новый день. Питаемые солнечными батареями, скрипя и потрескивая от помех, ожили громкоговорители. Они спугнули стаю ворон из центрального парка.

– … Эта запись, наша последняя надежда на то, чтобы дать о себе знать!

Взволнованный женский голос прорезал округу. Эхо разнеслось на десятки километров.

– Мы назвали этот вирус Красной Лихорадкой. Всё началось с маленьких локальных вспышек, вирус передавался от зараженного к зараженному через тактильный контакт. Нам удавалось погасить очаги, удавалось нейтрализовать вирус с помощью карантина. Разработка вакцины находилась на последней стадии, когда появился новый штамм…

Пустые глазницы скелетов безразлично смотрели в небо, каждое утро они безучастно слушали это обращение. Сквозь асфальт улиц начинала прорастать трава. Уже много лет здесь не ступала нога человека. Программа автоматического повтора продолжила воспроизведение записи.

– Он убивал за считанные дни. Мы ничего не смогли сделать! Мы назвали его K1L1. Вирус стал передаваться воздушно-капельным путём, он не оставил нам шанса. Девяносто пять процентов населения планеты погибло в течение года. Те, кому посчастливилось выжить, приняли тяжелое решение. Чтобы сохранить популяцию, нам пришлось покинуть свой привычный ареал обитания. Правительства крупнейших стран объединились и смогли в кротчайшие сроки построить несколько подводных городов-убежищ. Вирус не смог пробиться сквозь толщу воды, но нам пока не удалось разработать вакцину, мы не можем вернуться на поверхность… Если вы слышите эту запись, неважно, кто вы и откуда пришли. Мы молим вас о помощи. Если вам самим нужна помощь, и вы не заражены, мы с радостью примем вас в своих гостях. Акрос, один из наших городов, находится на дне океана недалеко от этого города. Поспешите, пока не стало слишком поздно!

Запись оборвалась щелчками. Город упирался в песчаный берег, за которым начинался океан. Старый пирс западного побережья облюбовали чайки, они расселились по крышам брошенных строений и ветхих катеров, что мерно раскачивались на волнах. Горизонт, где небо сливалось с большой водой, почернел. Раскаты грома и вспышки молний согнали птиц с насиженных мест и заставили искать убежища. На берег надвигалась гроза…

1 глава

«Внимание… внимание… внимание…»

Сун вздрогнул как от пощечины, пришел в себя. Отклонился назад, судорожно вдохнув, приоткрыл глаза. В нос ударил приторный запах рыбы. До боли знакомый. Он будоражил фантазию, заставлял оживать картинки давно минувших дней. Бескрайнее море, слепящее солнце. Соленые брызги ударяли в лицо, а парус над головой развевался по воле ветра. Отец брал его на рыбалку всего два раза. Как давно это было? Чоу отвлеченно смотрел на тушу мертвого Астрагона, на губах заиграла невольная улыбка. Ему тогда едва исполнилось восемь лет…

Мужчина пришел в себя. Краски перед глазами потускнели. Сознание возвращало его обратно в холодные стены лаборатории. Сун с грустью взирал на неподвижную рыбину. Она умерла совсем недавно, широко разинув пасть. От акулы разило удушливым ароматом неизбежной смерти. Из раскрытых глаз на пол стекали кровавые слезы. Лихорадка продолжала пожирать труп Астрагона, не смотря ни на что. Чоу опустил руки, заметил на них кровь. Испуганно тёр об штанины, но разве могло это помочь? Силы покинули его. Хотелось сдаться, лечь рядом с акулой и забыться сном. Умереть во сне, что может быть лучше!? Сун нервно вскочил на ноги. Вирус не даёт такой блажи! Адреналин ударил в голову. Он будет терзать разум, до самого последнего момента! Хотелось что-то сделать, как-то повлиять на события. Чоу взглянул на дверь и обмяк. Он взаперти. Шатаясь, лаборант приблизился к выходу. Прометей отрезал путь в коридор. Оставил Суна без еды и воды, но единственное что заботило мужчину, успел ли он вовремя активировать протокол безопасности и спасти город!? Чоу подошел к стеклянным вставкам двери вплотную, заскользил на остатках воды и слизи. Удержал равновесие, заглянул в импровизированные смотровые окошки. Снаружи светло, но никого не видно. Нет людей, нет паники. Подозрительная тишина давила на уши. Она оборвалась звуком сирены. Извещение об очередном сканировании не застало лаборанта врасплох. После первого прошло второе, потом еще одно… он перестал считать. Чоу обернулся, поднял уставший взгляд на потолок. Окуляры-глазки ожили, окрашивали помещение зелеными отблесками. Лучи преломлялись на осколках стекла, Сун увидел в них своё отражение – бледное, испуганное лицо. Он вздрогнул от стука. В запертую дверь кто-то ударил. Лаборант вскрикнул от испуга, развернулся, сделал шаг назад. Освещение коридора замерцало, медленно погружая его в полумрак. Перед дверью с другой стороны стоял мужчина. Чоу увидел его сквозь стеклянные вставки. Он бил кулаками в неприступную преграду, раскрывал рот в отчаянном крике. По спине Суна пробежали мурашки. Он почти не слышал звуков, смог разобрать всего несколько слов.

– Помоги… Впусти меня…

Решетки вентиляционных шахт срывало с креплений одну за другой. Они ударялись об пол, впуская поток холодной морской воды. Прометей затапливал коридоры зараженных зон, не оставляя шанса на спасение запертым в них людям. Чоу ничем не мог помочь бедолаге. Делал неуверенные шаги спиной, пятился вглубь лаборатории. Он хотел отвести взгляд, но силуэт мужчины притягивал, словно магнит. Лаборант споткнулся о хвост Астрагона, едва не упал. С трудом добрался до кресла, склонился над клавиатурой компьютера. На мониторе застыла картинка, информирующая о запуске директивы безопасности. Дрожащими пальцами Сун пробежался по клавишам, но система оцепенела, не желая подчинятся командам. Глухие удары в дверь продолжали терзать сознание Чоу.

– Я знаю, ты там, не прячься! Помоги мне… воды много… пожалуйста!

Лаборант закрыл глаза. Этот страшный сон не кончался. Мужчина продолжал звать его на помощь, не отступал.

– Уйди, пожалуйста, уйди… – простонал Сун, сжав зубы. Было страшно смотреть в лицо человека обреченного на смерть.

– Вам надо отдохнуть… – Лаура вздрогнула от слов. Они вывели её из горьких размышлений о дочери. Эмили осталась в городе одна, и Уотерс никак не могла понять, почему это произошло. Она подняла болезненный взгляд на подошедшего мужчину. Ему около пятидесяти, седые волосы на висках, на губах извиняющаяся улыбка. Лаура не ответила, потупила взор, сильнее прижалась к закрытому шлюзу. Она сидела на полу, обхватив колени руками. Не сразу узнала в мужчине того человека что, сказал о девочке, когда она искала дочь.

– Меня зовут Эрик Грант, – он представился, указал на свободное место рядом с Уотерс. – Можно?

Лаура не возражала. Немного сдвинулась влево. Отвлеклась на девочку, спящую на коленях матери. Та застонала во сне. Совсем недавно биолог вколола ей успокаивающее из бортовой аптечки Диамеда. Малютка плакала, как только просыпалась. Её мучили кошмары: страшные пауки из большой зеленой паутины…

– У вас осталась в городе дочь? – осторожно поинтересовался Эрик. Лаура молча кивнула.

– Не вините себя, я думаю, вы сделали все, что бы этого не произошло…

– Меня обманули… – процедила Уотерс сквозь зубы. Она хотела злиться, вспоминая того офицера, но уже не находила сил.

– Это не страшно… – Грант пытался утешить женщину, понимая её горе. Он уселся на полу поудобнее. – Бывает, что ложь оказывается спасением. Часто люди обманывают, чтобы не причинить боль…

Уотерс перевела на него вопросительный взгляд. В полумраке лицо Эрика походило на восковую маску.

– Прометей – это страшная программа, она создана без жалости и сострадания… – мужчина тяжело вздохнул. – Она не щадит никого, Лаура…

– Моя дочь жива! – с нажимом ответила Уотерс. Она смерила собеседника яростным взглядом, вскочила на ноги. – Она жива!

Женщина даже в мыслях не допускала другого исхода. Диамед качнуло на волнах. У Лауры закружилась голова. Навязчивая мысль о беспомощности в сложившейся ситуации заставила женщину идти вперёд. Шатаясь и едва сохраняя равновесие, Уотерс добралась до лестницы на командный мостик. Под ногами редкая поклажа пассажиров. Совсем мало. Людей собирали в спешке, некоторых выдергивали с рабочих мест. Потревоженные неуклюжими движениями биолога, они поднимали уставшие лица. Уотерс остановилась, зацепившись за поручень. Замерла, осознав, что Эрик назвал её по имени.

– Откуда вы знаете, как меня зовут? – спросила, прищурившись, пытаясь разглядеть силуэт мужчины, увидеть глаза. Грант продолжал сидеть на полу. Беспечно улыбаясь, развел руками.

– Когда-то люди сетовали, что мир слишком мал. Сейчас он стал еще меньше… Я знал вашего отца…

Лаура не ответила. Она взглянула холодно, зацепилась за перекладину над головой, подтянулась. Рубка манила своими огнями. Её отец умер на Асционе во время вспышки лихорадки. Его знало очень много людей.

Сквозь пелену сна, Лоуренс слышал голоса своих подчиненных.

– Да подними его повыше! – раздраженно проговорил Дэй.

– Да куда выше-то!? – Хватов взвалил тело командира на плечи, зафиксировал рукавами куртки, сплетенными в узел.

– У него ноги в воде!

Лоуренс пытался почувствовать холод, тело отказывалось подчиняться.

– У меня тоже, если ты не заметил! – с обидой ответил сержант. Вода действительно уже доходила до колен. Она под напором била из раскрытых дверей двух элеваторов, уверенно заполняя пространство коридора.

– Надо что-то придумать! – Ли не унимался, вертелся вокруг Максима, наводил суету. Хватов стойко переносил ситуацию, крепко держал Лоуренса, что так и норовил съехать в воду.

– Надо ждать помощи, – сержант стоял на своём, сделал несколько тяжелых шагов в сторону двери, из которой торчал нож. – Останемся здесь. Люди с той стороны, наверняка уже знают о нашей проблеме. Здесь куча видеокамер, да и тревога Прометея о блокировке шестого коридора должна была привлечь внимание.

Прометей. Стивен приоткрыл глаза. Это слово не показалось ему знакомым. Лейтенант отвлекся. Хватов шел навстречу худому силуэту Патриции. Она ждала их у спасительного выхода, любопытно склонив голову на бок.

– Ты как всегда, жалок и беспомощен… – Лоуренс услышал её надменный голос, несмотря на разделявшее их расстояние, услышал его отчетливо и громко. – Ты опять не справился, да?

Сержант пронёс Стивена совсем рядом с ней. Патриция проводила их насмешливым взглядом, повернулась в полкорпуса. Лейтенант приподнял голову. Рана дала о себе знать. Он морщился от боли, но только так мог видеть её чуть дольше. Застонав, Лоуренс беспомощно уткнулся в спину Максима. Затылок сковал спазм. Хватов остановился у двери. Оценивающе смотрел на рукоятку ножа. Попробовал ухватиться за неё, повернуть в сторону. Двери слишком плотно сжимали лезвие, сержанту не хватило сил. Висящий на спине командир сковывал движение, мешал расправить плечи. Лейтенант услышал, как расплескивая воду, кто-то подошел сзади.

– Может, попробуем отжать? – Дэй встал совсем рядом.

– Кто? Ты один свободен! Справишься в одиночку? – Максим недобро усмехнулся. Развернулся, окинул спасенных из шахты лифта людей пытливым взглядом. Они молча шли за солдатами по пятам, держали почтительное расстояние. Как и говорил Хватов, свободные руки были только у капрала. Девочка сидела на спине Рея, обхватив его шею руками, а бока ногами. Мужчина крепко держал её, не давая упасть. По его изнывающему от усталости лицу, не смотря на холод, текли крупные капли пота. Из одежды на ребенке был только сарафан, свисающий подол которого уже намочило водой. Женщины стояли чуть дальше. Они смотрели на команду с надеждой и возрастающей тревогой.

– Надо где-то оставить кэпа! – заключил Хватов после паузы. Этот вывод напрашивался сам собой, но уровень затопления уже не позволял просто положить Лоуренса на пол.

– Ты с ума сошел!? Здесь уже нет сухих мест! – Ли распалился. Стивену не хотелось быть для них обузой, он приоткрыл глаза, хотел спрыгнуть с Хватова, но рубашка держала слишком крепко. Боковым зрением лейтенант снова заметил силуэт мертвой жены. Призраки почему-то не хотели уходить… Хоть Патриция молчала, Лоуренс явственно чувствовал давление её взгляда. Легкая боль прорезала правую икру. Лоуренс почти не отреагировал на нее. Спор подчиненных снова переходил в перепалку.

Разин замедлил шаг, оказавшись в коридоре своих апартаментов. Опасливо оглядывался по сторонам. Эмили не отставала, держала мужчину за руку. Сосредоточенно смотрела вперед. За последние несколько минут стрежень её маленького внутреннего мира дрогнул и надломился. Виктор старался избегать больших коридоров, вел девочку узкими запасными проходами. Люди еще не поддавались панике, которую ожидал увидеть химик, но осознание ситуации медленно открывало жителям города глаза. Они оказались в ловушке. Можно сколько угодно врать окружающим, но ты никогда не обманешь себя. Разин боялся того момента когда хищнические инстинкты преобладают над здравым смыслом. Когда человеческий страх медленно перерастет в злобу и отчаяние. Эмили пока не увидела самого страшного. Мужчина надеялся, что ей не придется переживать этот ад… Еще сильнее он ждал того момента, когда сможет передать девочку матери и наконец исполнить задуманное.

Ряд однотипных дверей тянулся справа от них нескончаемым потоком. Некоторые распахнуты настежь. Тут же, в спешке на полу разбросаны вещи. Чья-то фотография. Виктор случайно наступил на неё ногой, оставил отпечаток. Эмили обернулась, пыталась рассмотреть человека изображенного на матовой, выцветшей поверхности. Фотография старая, сделанная на бумаге еще до Великого Исхода. На заднем фоне двухэтажный серый дом. Девочка потеряла её из виду, когда они остановились перед квартирой Разина. Мужчина закопался в брюках, искал ключ. Он думал, как поступить. Если его ждали внутри, идти вперед вместе с Эмили опасно. Хоть она еще ребенок, но могла все понять из разговора. Виктору не нужны свидетели. Оставить её в коридоре тоже не выход. На улицах Акроса начинал разрастаться хаос. Самый лучший вариант это встреча в коридоре. Он мог бы отправить девочку в квартиру и не опасаться за её безопасность. Как ни старался химик тянуть время, никто так и не появился. Разин открыл замок, осторожно заглянул внутрь. В апартаментах все лежало так, как он оставлял перед уходом. Отпустил руку Эмили, сделал несколько неуверенных шагов. Девочка осталась в коридоре, с удивлением наблюдая за действиями Виктора. Она едва понимала что происходит.

– Мама? – сердце Эмили замерло. Она надеялась, что Лаура выйдет к ней и обнимет. Но этого не произошло. Химик появился в дверях расстроенным и уставшим, пригласил девочку внутрь. Квартира была пуста.

2 глава

– Где мама? – Эмили робко встала у двери. Прислушалась к тишине. Разин бодро прошел к кухонному столу, закопался в посуде.

– Что ты будешь к чаю? – он проигнорировал вопрос. Еще не знал, что на него ответить. Улыбался, но слишком натянуто и не искренне.

– Есть печенья? – Эмили действительно не отказалась бы от перекуса. Она присела, чтобы снять ботинки.

– Да! Сейчас найду, – Виктор включил электрический чайник, открыл верхнюю полку. – Не разувайся, у меня грязно…

Девочка еле заметно улыбнулась, скинула портфель, поставила у двери. Она сделала несколько шагов в сторону стола, неожиданно остановилась. Что-то хрустнуло под ботинком. Осколки стекла еле заметно переливались на свету.

– Ох, точно! – Разин отвлекся, вспомнив, что не убрал разбитый стакан. Эмили отступила к двери. Терпеливо наблюдала за тем, как вооружившись метелкой и совком, химик осторожно выметал осколки.

– Когда придет мама? – девочке было неудобно напоминать о себе, но это слишком важный вопрос, на который она еще не получила ответа.

– Мама? – Виктор замер, поднял уставшие, опухшие глаза. Ему не хотелось пугать Эмили правдой, об этом просила Лаура, но как сказать, что она осталась одна!? – Мама пока не может быть здесь…

Виктор и сам едва понял что сказал.

– Как это? – девочка смутилась. Она больше не улыбалась, задумчиво прошла к столу, как только Разин очистил к нему путь.

– У неё срочные дела в лаборатории, и она пока не может придти… – Виктор соврал невольно. Подумал о тех восемнадцати часах, после которых коридоры Акроса снова будут чисты. Надежда покинуть город сохранялась только в том случае, если лихорадка не заденет порт. Лаура сможет вернуться, а Разин, воспользовавшись суматохой, сбежать.

– Она придет вечером? – Эмили долго молчала, думала над словами химика. Виктор успел приготовить чай, подать его вместе с нехитрым угощением. Зеленоватые печенья из водорослей, покрытые сладкой глазурью, казались ему ужасной пищей, но почему-то очень нравились девочке. Виктор сел напротив, сцепив пальцы в замок и подперев подбородок, наблюдал, как Эмили ест.

– Нет, не вечером, – спокойно ответил он. Обман удался, и Разин больше не паниковал по поводу девочки. Она верит ему, а значит, будет слушаться во всем. – Ты поспишь у меня ночь, и завтра днём она заберет тебя. Хорошо?

– А почему не в нашей квартире? – Эмили оглядела апартаменты химика. Однотипные, построенные по одному принципу квартиры, почти ничем не отличались друг от друга. У Виктора девочка бывала много раз, но никогда не находила здесь того уюта, что был в их доме.

– Ну, я думаю, твоей маме не понравится, если я буду спать на её кровати! – шепнул Разин, задорно подмигнув Эмили.

– Ха, это точно! – девочка хихикнула, Виктор рассмеялся в ответ. Он на мгновение забыл о ситуации, в которую они попали. Глядя на светящееся от радости лицо Эмили, чувствовал душевную теплоту. Приглушенный крик из коридора заставил их замолчать.

– Аааа… чертов город… да будьте вы все прокляты…! – Разин вздрогнул, пристально смотрел на входную дверь. Нервно сглотнул. Люди начинали меняться под действием обстоятельств.

– Что это? – голос Эмили сел от испуга.

– Облокотим его о стену, ничего страшного, если кэп побудет в воде пару минут! – Максим повысил голос. Лоуренс не понимал почему взаимоотношения Хватова и Ли слишком часто перерастали в откровенную антипатию на ровном месте.

– А ты раньше придумать этого не мог? Когда воды было меньше!? – капралу не пришлась эта идея по душе.

– Когда её было меньше, кэп вытаскивал людей из того чертового лифта! – напарники встали напротив друг друга. Каждый отстаивал свою точку зрения, не желая уступать.

– Так это ты не дал мне спуститься туда! – Дэй прорычал это, сделал угрожающий шаг.

– Давай, мелкий… – еле слышно процедил сквозь зубы Хватов. Хрустнули костяшки его пальцев, сжавшись в кулак.

– Они будут убивать друг друга! Смотри на это, ты же не способен их остановить… – издевательский смешок на грани отчаяния донесся до Стивена слева. Патриция не отходила ни на шаг. Лейтенант не мог понять, почему так происходит. Боль в ноге нарастала, мышцу скручивало в узел, растущий неприятной шишкой.

– Пожалуйста, не надо! – в спор солдат вмешались спасенные ими люди. Лоуренс не видел их, слышал только голоса. Женщины роптали, не зная, что предпринять.

– Вы пугаете ребенка! – Рей вышел вперед, пытался привлечь внимание мужчин. Они не услышали слов, напирали друг на друга. В любую секунду могли кинуться в драку. Лейтенант не мог больше терпеть. Боль прожгла икру, влезла под кожу раскаленной иглой. Он закричал, задергался на спине Хватова. Военные замолчали, Дэй попятился назад. Максим спешно развязывал узел рубашки на груди. Стивен изогнулся. От боли перехватило дыхание. Патриция стояла рядом, безразлично смотрела на муки возлюбленного. Он съехал по спине сержанта, оказался на полу. Лоуренс попытался удержать равновесие. Взвыл от боли, схватился за ногу. Расплескивая воду, упал на колени. Соленые брызги попали в лицо. Не чувствуя холода лейтенант подался вперед. Встал на четвереньки, судорожно хватал ртом воздух. Он смотрел на расходящиеся волны, зажмурился, не вынося собственного отражения.

– Кэп! – Хватов подскочил к Стивену первым, помогал встать. Командир оттолкнул сержанта, поднял дрожащую голову. Струйка крови стекла от затылка по шее. Он окинул подчиненных презрительным взглядом.

– Поубивать друг друга решили!? – Лоуренс оттолкнулся от пола, попытался выпрямиться. Поморщился от боли. Правую ногу, скрученную спазмом, парализовало. Дэй с Максимом виновато переглянулись. Стивен пришел в себя, наконец, смог выпрямить спину. Мироощущение постепенно возвращалось к нему. Лейтенант посмотрел на руки.

– Ты не меняешься… – Патриция подошла сбоку. Стояла в воде по щиколотку, но не оставляла следов, не отбрасывала даже тени. – И что же ты собираешься делать теперь? Как будешь спасать всех их?

Она окинула рукой людей стоящих перед Лоуренсом. Четверо штатских и двое его подчиненных.

– Командир, ты как!? – Дэй неуверенно приблизился к Стивену, пытался заглянуть в его лицо. Лейтенант больше не обращал на них внимание. Поднял взгляд на жену. Смотрел на неё с ужасом и отчаянием. Хотел отскочить в сторону, попятиться назад. У Лоуренса не было на это сил. Он обреченно выдохнул, опустил руки. Когда видишь свой кошмар слишком долго, начинаешь терять страх. На мгновение Стивену показалось, что она жива и невредима. Отчетливые черты её силуэта заставили приоткрыть от удивления рот. Лейтенант давно пришел в себя, прогнал все наваждения, но призрак мертвой жены почему-то не исчез. Не растворился в лабиринте его воспоминаний. Патриция издевательски ухмыльнулась…

Падинг тяжело вздохнула, когда Прометей выдал отчет о результатах проверки секторов города. Она надела очки, перевела взгляд на монитор компьютера. Очередное сканирование Акроса отправило в карантин еще несколько коридоров первого этажа. Очаг заражения подходил вплотную к порту и кухне. Фактически заблокировал их. Эвакуация закончилась двадцать минут назад. Люси получила уведомление об этом. Пыталась вывести на мониторы изображение с видеокамер пирса, но система отказалась давать префекту допуск к нижним этажам города. Слова Маркуса о контроле Прометея Этаном Локом не давала Падинг покоя. В который раз она набрала номер своего технического отдела. Звонок принял Климов. Похоже он ни на мгновение не покидал рабочего места.

– Есть подвижки Стас? – в голосе Люси сквозило надеждой. Она развернулась к стене с мониторами. Они усеяны изображениями из доступных частей Акроса. Площадь, на которой уже начиналась давка, полупустая жилая зона. В центре всего этого находился шестой коридор четвертого этажа. Горстка людей во главе с военными Анклава билась за жизнь с бездушной системой безопасности. Падинг неустанно следила за их судьбой, надежда спасти заложников не покидала её.

– Похвастаться нечем. Пытаемся взломать систему, но Прометей крепкий орешек.

– Что с системами жизнеобеспечения?

– Пока всё функционирует в штатных режимах. Есть некоторые аварии в опреснителях и системе циркуляции воздуха, но нам удается локализовать их и устранить.

– Это хорошие новости, – Падинг отвлеклась на центральный монитор. – Что с шестым коридором? Он продолжает затапливаться…

– Да мисс Падинг, к сожалению, мы не сможем остановить эту процедуру. Но как я говорил, сможем вызвать аварийное открытие восточной двери. Всего на несколько секунд, но этого должно хватить, что бы люди покинули коридор.

– Их надо будет предупредить об этом! – Люси задумчиво качала головой. Обогнула стол. – Ты сможешь вывести мой микрофон на динамики заблокированной зоны?

– Да, я думаю, это будет не сложно… – Стас продолжал работать с компьютером. Кажется, судьба пленников Прометея совсем не заботила его.

– Предупредишь меня, когда все будет готово… – Климов молча кивнул. Префект устало опустилась в кресло, от напряжения ныла спина. Она склонилась над компьютером, задумчиво смотрела на трехмерную карту Акроса.

– Есть еще кое-что, что меня беспокоит… – женщина не сразу озвучила мысль. Ей в тягость чужие проблемы, когда хватает своих. Но как префект города, Падинг просто не могла пройти мимо назревающей проблемы для солдат Анклава. – Если заражение распространится еще на один коридор в юго-западной области города…

– Да, казармы военных будут отрезаны от Акроса, – Климов закончил мысль Люси. – Я знаю об этом.

– Мы можем что-то сделать для них? – она спросила осторожно, понимая, что уже и так загрузила инженера непосильным объемом работы.