Сад, что вырос под виселицей
- -
- 100%
- +
Как я уже говорил, страх перед астартами поутих и отошел на второй план. Многие горе-фарисеи стали неосторожны, опасаясь гонений Инквизиции, зачастую просто забывали, что угроза может быть и скрытой, что она может подкрасться в образе невинной, наивной девушки, которая как бы случайно поддалась искушению. То же случилось и с Яковом, который уже около часа бился в конвульсиях в комнате отеля Святой Елены.
– Почему он до сих пор жив, Саша? – не выдержав, спросил самый мрачный и огромный инквизитор отряда. Леди оперлась правой кистью о подбородок, закатила глаза и медленно, смакую каждое слово, произнесла:
– Дьякон Бальтозар, я думала, вам должно быть известно, что Синод пожаловал мне звание игумена? Но, все же допуская, что по ряду причин от вас могла ускользнуть эта информация, в связи с этим я лично доношу ее вам. Естественно, я не могу вообразить, чтоб вы не соблюдали субординацию, ведь ваш непосредственный начальник очень любит повторять: если мы не будем соблюдать субординацию – притупим уважение, притупим уважение – исчезнет страх! А люди без страха либо идиоты, либо нелюди, лишенные вообще всего человеческого!»
Инквизитор преклонил колено.
– Я прошу прощения, леди Саша!
Девушка улыбнулась.
– Так-то лучше, что вы хотели узнать, дьякон?
– Госпожа, скажите, почему эта мерзость еще жива?
– Такое случается крайне редко, последний случай был около двух лет назад. Некоторые мужчины в состоянии пережить ночь с астартой. Заберите его в темницы! Еще пару часов его будет лихорадить, а после вы должны сделать так, чтоб он был не рад, что выжил!
– Слушаюсь.
В дверь аккуратно вышел первый инквизитор, за ним вышли еще двое, волоча за руки каноника, последним номер покинул дьякон Бальтозар. И хоть он весьма учтиво поклонился Саше, в его глазах сверкнули злобные искры. Леди же удостоила дьякона только безразличием. В ответ на его реверанс лишь небрежно мотнула рукой, дабы мужчина поторапливался и быстрей выметался из номера. Дверь захлопнулась, и в номере отеля наступила тишина. Если бы дьякон увидел, что происходило в номера после его ухода, то посчитал бы эту картину как минимум странной, но, скажем прямо, инквизиторы не самые романтичные люди. Привлеченная тишиной из номера, на балконе чирикала парочка пестрых канареек, теплые солнечные лучи осеннего солнца пробивались через тюль комнаты, который развевал теплый муссон с юга, шевеливший длинные каштановые волосы необычайно красивой юной леди. Саша сидела на кровати, скрестив ноги, приложив большой палец правой руки к губам, а четверо других сжав в подобие кулака, ее глаза были закрыты, лоб украшала одна еле видная морщинка, говорившая о том, что леди о чем-то напряженно размышляет. Так продолжалось на протяжении пятнадцати минут, все это время в голове у Саши мелькала одна мысль: «Откуда он достал диалексид?»
Глава 2.
Землю Советам – Власть крестьянам!
Я бы не поверила своим глазам, но у меня еще есть уши, и услышанное подтверждало весь ужас увиденного!
Если рассматривать семью как социальный институт, а труд домохозяек приравнять к реальной работе (за что ратуют, в том числе, и сами так называемые трудящиеся), откуда тогда сложилось такое осуждения к карьеристам? Если дом — это работа, а домохозяйка посвящает всю себя дому, значит, она также является карьеристом. Тупик! Наверное, все же, если у человека нет ничего, кроме семьи, это говорит только о том, что он зауряден и не способен сделать что-то действительно значимое.
126 год новой эры
5 июня (среда)
Добрый вечер, уважаемый дневник. Еще не решила, буду ли вообще тебя вести, но попробовать ведь можно, правда? Меня зовут Тэя Рэйн, студентка юридического факультета ЛГУ. Подрабатываю журналистом в «Комсомолке». Сегодня сама вступила в комсомол. Комсомолка работает в «Комсомолке», забавно, правда? Я решила вести дневник именно с сегодняшнего дня, потому что влюбилась, пока не знаю, как его зовут. Но я уверена, что скоро это выясню.
7 июня (пятница)
Дорогой дневник, теперь я буду вести тебя постоянно! Я даже придумала тебе имя. Тебя буду называть Крисом. Так вот, Крис, я знаю, как звать парня, в которого я влюблена. Никогда не догадаешься: его зовут Исаак. Он говорит, что это имя библейское, представляешь? Мой возлюбленный — демократ. Я было сначала расстроилась, думая, что он кто-то вроде посла и скоро уедет, но оказалось, что он работник Западно-Европейского посольства и останется у нас в стране еще на три года. Подумать только, Крис, как раз через три года я закончу университет, и он сможет увезти меня с собой, правда здорово!
8 июня (суббота)
Сегодня суббота — похоже, что посольство работает только по будням. Исаак приходит обедать в студенческую столовую каждый день в полдень. Членов посольства кормят у нас в университете бесплатно, и маловероятно, что он пойдет куда-то в другое место. Раньше, когда я с ним общалась, каждые пять минут он закатывал рукав рубашки, чтоб посмотреть на часы. В итоге вышел из столовой ровно без двадцати час, путь до посольства занимает около десяти минут. Значит, на работе он был без десяти час. Все эти факторы говорят, что Исаак крайне пунктуальный человек, и на обед он опоздать не мог. Вдобавок ко всему, он каждый раз обедает за одним столиком, столик далеко не лучший, он находится рядом с уборной, зато никогда не бывает занятым. Исаак неуютно чувствует себя на новом месте, ему важно, чтоб его стол всегда был свободен. К тому же официантка всегда задает только один вопрос: «Вам как всегда?» Исаак здоровается и кивает. Я так с ним и познакомилась, заметив, насколько он зависит от привычек. Пришла на пять минут раньше него, заняла его место и заказала то же, что и он…
9 июня (воскресенье)
Крис, мне скучно, мало того, что сегодня я опять не смогу увидеть Исаака, так сегодня еще и университет не работает.
10 июня (понедельник)
Привет, Крис, сегодня опять обедала с Исааком. Он такой смешной: представь, верит в бога. Он сказал, что на Западе все верят в бога, вот умора.
11 июня (вторник)
Опять кушала с Исааком. Просто болтали.
12 июня (среда)
Во время обеда слегка задела ножкой ногу Исаака. Его руки начали нервно постукивать, а взгляд больше не поднимался от его обуви – ему не хватало смелости даже посмотреть на свои часы. В итоге дурачок так перенервничал, что облился компотом и убежал.
13 июня (четверг)
Пятнадцать минут первого, Исаака до сих пор нет. Мне не видно входную дверь, но официантка уже два раза к ней подходила. После первого раза бросила взгляд в мою сторону. Наверняка ее попросил проверить Исаак, который стоит сейчас у двери и не решается войти. Лучше не идти к нему сейчас. Сделаю вид, будто ничего не заметила. Завтра он должен подойти, я явно ему понравилась. Наверное, сегодня полночи будет себя бранить за то, что струсил, а завтра попробует реабилитироваться.
14 июня (пятница)
Крис, ты можешь себе представить, сделал вид что ничего не было. Ну, нет, я это так просто не оставлю! В понедельник разыграю такой спектакль!
15 июня (суббота)
Обычный день.
16 июня (воскресенье)
Дура, дура, дура! Как я могла, так облажаться! Посол – человек, который не может быть привязан к рутинному распорядку дня! Каждый день должен отличаться от предыдущего. Обычно такие люди презирают рутину, желание во что бы то ни стало упорядочить хотя бы малую часть времени может означать только одно: человек прожил большую часть своей жизни по расписанию! Вариантов не так уж много: тюрьма, армия и монастырь! Педант из религиозной страны, живущей по расписанию. Ест вегетарианскую еду по средам и пятницам. Вел себя как очень уверенный молодой человек, без капли смущения, до того, как я до него дотронулась. То есть, несмотря на очевидное, он даже в голове не мог себе представить подобную ситуацию. И это его поведение в четверг: он боялся зайти не от смущения, а от того, что может не сдержаться и начнет ухаживать за мной. Точно, это объясняет его поведение в пятницу! Исаак ночью не собирался с силами, чтоб подойти ко мне, а наоборот подготовил себя к борьбе с искушением общения с девушкой. Он священник или монах, может, послушник, так или иначе, он дал обет безбрачия. Какая же я все-таки дура!
17 июня (понедельник)
Я спросила Исаака, почему он не сказал, что он священнослужитель. Он удивился, начал расспрашивать, кто мне рассказал. Я поделилась своими наблюдениями и дала пару советов, как ему вести себя, чтоб больше никто не догадался.
В благодарность Исаак объяснил, почему ему важно, чтоб никто не знал, что он в прошлом церковнослужитель. Партия еще как-то могла вытерпеть миротворца-демократа на своей территории, но никак не священника. В лучшем случае, Исаака просто депортируют, если всплывет его прошлое.
Затем Исаак немного расслабился и объяснил мне разницу между священнослужителем и церковнослужителем (не могу быть уверена на сто процентов, но, вроде бы, первый — это высший клирик в православии, а второй — низший и должен помогать первому в богослужении).
4 июля (четверг)
Привет, Крис, давно не виделись, с 18 июня до сегодняшнего дня уезжала на практику. Всю группу повезли работать в близлежащий колхоз. Я так торопилась, что забыла тебя, прости. Крис, там было безумно скучно, я чуть с ума не сошла! А местные парни — просто ужас, настоящие варвары. Как ни крути, а гордиться нашим пролетариатом лучше на расстоянии. Один из этих придурков усиленно ухаживал за мной. Правда, его ума хватило только на то, чтобы подарить мне букет полевых цветов и лапать меня за задницу, как я попадусь ему на глаза. Я написала жалобу председателю, но толку от этого было мало. Он оказался такой же невежественной свиньей. Сказал, что, мол, у них такие комплименты, и ударил меня по заднице. Ну, ничего, я в отместку накопала кучу компромата на их колхоз, в частности, на председателя, сегодня же закончу статью! Моему редактору очень понравится, так и вижу завтрашний заголовок! «Председатель колхоза имени Фридриха Фридриховича Энгельса — Иудушка или политическая проститутка?» Конечно, такой заголовок никогда бы не пропустили, но когда-то сам товарищ Ленин высказался так в сторону Троцкого, а, как известно, цензура на слова вождей не распространяется. Подумать только, вести дружескую переписку с сестрой, проживающей в Конфедерации — согласись, уже зазорно. Вдобавок, представь себе, Крис, она еще беженка. Между прочим, осужденная по 58 статье как враг народа. Вместо того, чтоб выдать свою сестру, этот предатель переписывается с ней, да еще и рассказывает стратегические данные о отгрузке, приемке товара, обороте колхоза в целом и т. д. Это — врагу народа, проживающему в Конфедерации. Товарищу председателю придется многое объяснить, думаю, пойдет по той же статье, что и его сестрица.
5 июля (пятница)
Сегодня в редакции все такие счастливые, так и светятся. Конечно, а как иначе, ведь в этот самый день, 5 июля 1943 года Советская армия начала битву на Курской дуге. После нашей победы вблизи Орла мы перестали отступать и начали давить нацистскую Германию. Это счастливейший день для любого советского человека. Крис, когда сегодня играл гимн, я была столь тронута, что даже заплакала. Это ничего, что моя статья о председателе на второй странице. Я полностью согласна с редактором, что на первой страницы мы должны почтить память наших великих предков, а только потом уделить внимание грязи, не достойной носить гордое имя Советского гражданина. Жалко, правда, что заголовок не пропустили. Якобы Ленин оставил заметку в состоянии черновика, и «О краске стыда у Иудушки Троцкого» была опубликована уже после его смерти!
6 июля (суббота)
На улице подошел познакомиться парень, очень красивый, оказался, как и я, комсомолец. Зовут Мишей, завтра идем зоопарк.
7 июля (воскресенье)
Крис, Миша очень хороший, у нас так много общего. Представляешь, у него тоже любимый фильм «Приключения Электроника». Я, конечно, не стала с ним целоваться на первом свидании. Да он и сам не попробовал, хотя я сразу поняла, что он очень хочет — так и должен себя вести настоящий комсомолец.
8 июля (понедельник)
После занятий пошли с Мишей в кино. Там он взял меня за руку. Я сразу заметила, подушечки его пальцев все в мозолях. Значит, парень играет на гитаре или балалайке, но когда я спросила его, на чем он играет, Миша сказал, что никогда не играл на музыкальных инструментах. Он что-то от меня скрывает!
11 июля (четверг)
После двух часов валялась на газоне в центральном парке, ждала Мишу, он должен был прийти из больницы. Михаил говорил, что уже больше недели лежит в больнице на дневном стационаре, поэтому мы встречались после обеда. К полтретьему я подошла к памятнику маршала Жукова, там мы встречались сегодня, Миша пришел только через двадцать минут, хотя прекрасно знал, что я ненавижу, когда опаздывают. Долго извинялся, я не подала виду, что обижена, сказал, задержали на процедурах. И тут, Крис, знаешь, что я увидела? Кусочек водорослей на его сандалии! Но откуда в больнице водоросли? Надо было его проверить. Я долго всматривалась в его ладонь, и мне показалась, что я вижу песок. Он был на пляже, я была почти полностью уверена, но нужно было убедиться. Миша полез целоваться, я решила, что лучше шанса не представится и запустила, как бы невзначай, ладонь в его волосы. Как и думала, они все были в песке. Миша определенно был сегодня на пляже, а не в больнице. Вопрос, зачем он мне врал?
Наверно, измена, надо будет проверить.
14 июля (суббота)
Миша пригласил меня в гости, я согласилась. Но он привел меня явно не в свою квартиру! Во-первых, он начал открывать дверь от себя, когда она открывалась на себя. Согласись, уже вызывает подозрения. Сперва я решила, что он перевозбужден, мы поднимались, держась за руки, по лестнице, и я не упустила момента сосчитать его пульс — он был как у спортсменов на марафоне. И поэтому оплошность с дверью я списала на то, что он хочет со мной интимной близости. Но на этом ляпы не закончились, вернее, только начались. Обувь у порога с разницей в два размера, свежий окурок в туалете (о чем свидетельствовал запах табака). Думаю, часа два, три назад кто-то курил в уборной, Миша в это время был со мной. Вдобавок рыжий волос — Миша шатен — на расческе и халате (можно было бы предположить, что у Миши мог быть гость, но такой же волос я нашла на зимней куртке – гость, должно быть, гостил в доме с зимы, — которая тоже, кстати, была великовата для Михаила). Вдобавок ко всему, компьютерная мышь лежала относительно клавиатуры справа (так как и клавиатура, и мышь были проводные, сомнений не оставалось: хозяин дома правша), Миша был левшой. В этой квартире жил кто угодно, но только не Михаил! Крис, больше всего на свете я ненавижу, когда из меня делают дуру, поэтому я притворилась, что у меня звонит телефон, вышла на лестничную площадку и убежала.
17 июля (вторник)
Миша замучил меня звонками и смс-сообщениями. Обещает все объяснить, но я проверю сама и только потом решу, стоит ли ему довериться. Он каждый день торчит на пляже, я это знаю точно. Нужно взять камеру с хорошим зумом и проследить за ним: думаю, он выходит из дому где-то в 9, машины у него нет, метро за город не ходит, значит, остается только автобус. Согласно карте, все загородные маршруты проходят через станцию Карла Маркса. Напротив есть кафе, если правильно подобрать столик и взять сильную камеру, будут видны пассажиры каждого автобуса.
18 июля (среда)
Слежка без результатов.
19 июля (четверг)
Слежка без результатов.
20 июля (пятница)
Наконец-то увидела Мишу, он ехал в 27 автобусе. Завтра надену свою синюю мешковатую кофту – там такой большой капюшон, что лица вообще не видно, меня в ней частенько путали с мальчиком, – кроссовки, спортивные штаны и кепку; если честно, в этом уже нет смысла, но так хочется довершить образ — главное, не перестараться.
21 июля (суббота)
В 9 утра зашла в автобус на Карла Маркса, Миши в нем не было, пришлось выходить. Так повторилось трижды, пока наконец, не пришел тот самый, в котором сидел Миша. По сравнению с Исааком, пунктуальности в Михаиле не было вовсе. Я заняла место за ним, тот ничего не заподозрил, просто сидел, слушал плеер. Ехали мы где-то около часа, пока Миша не вышел у поселка городского типа имени Алексея Стаханова. Там действительно располагался неплохой пляж. В детстве я была на нем раза три-четыре. Но Миша направился в сторону, противоположную пляжу. Я, стараясь держать дистанцию около шести метров, двинулась за ним. Спустя триста метров Михаил свернул на тропинку, я отстала еще на пять метров на всякий случай. Примерно через полкилометра мы вышли к симпатичному заливчику с песчаным берегом – судя по рекламе и мощеным дорожкам, во времена старой эры тут был платный пляж. Сейчас осталась только старая лодочная станция — именно туда и направился Михаил; остановился на пороге, постучал четыре раза длинными, одним коротким, после чего дверь открылась. Я подождала, пока он войдет, а потом подкралась к тыльной стороне забора станции, аккуратно перелезла через него и стала наблюдать за тем, что происходило внутри, через щель меж досок в стене станции. Это было помещение квадратов двести, в котором не делали ремонт, наверно, лет сорок. В центре стоял какой-то странный станок, вокруг которого что-то возбужденно обсуждали человек пятнадцать, часть из них параллельно поднимали и опускали пресс, другие полировали тонкие алюминиевые трубы, заляпанные чем-то вроде мазута — среди них был и Михаил (вот от куда у него эти мозоли на пальцах). Так продолжалось около пяти минут, пока в зал не вошел еще один человек. Все тут же замолчали и прекратили работу, мужчина заговорил. Я бы не поверила своим глазам, но у меня еще есть уши и услышанное подтверждала весь ужас увиденного! У меня был с собой диктофон, сейчас я дословно перепишу то, что мне удалось узнать с его помощью.
«Я не хотел бы быть рабом и не хотел бы быть рабовладельцем. Это выражение моего понимания демократии!» — говорил Авраам Линкольн! Святой человек со святым именем – у этой страны не было лучшего правителя! Убежденный, что в управлении страной должны принимать участие граждане, которым и принадлежит закон на самом деле! А кому принадлежит закон сейчас? Партийным крысам, бесчинствующим на землях некогда великого и свободного народа! Паразитирующие на нашем труде трутни в бетонном улье! И при всем при этом они позволяют себе бесчинства! 58 статья, созданная, чтоб карать врагов народа, служит инструментом партийных деспотов для подавления воли граждан. Оккупанты, узурпирующие власть, которые имеют наглость поучать нас, учить принципам морали и порядочности! Деспоты и тираны, которые требуют, чтоб мы называли их товарищами!»
Крис, ты и представить себе не можешь, кто был автором этой отвратительной тирады! Это был Исаак!
Глава 3. Тройственность
Часть 1. Акведуки
В чем проявляется истинная сила человека?
Если я скажу, что в поступках, думаю, окажусь прав. Навряд ли есть качество более важное, чем сила воли! Мы все рождаемся разными, с разными возможностями. Будь то сила, интеллект или, разумеется, социальный статус. Но именно поэтому нам дана воля — слабый может стать сильным, глупец мудрецом, а нищий богачом.
Но есть одно небольшое «но»: сила воли – это дар, который также дается нам по праву рождения.
Воля людей способна менять мир, и нет ни одного человека на Земле, который не хотел бы изменить этот мир, нет ни одного человека, который был бы согласен со всем тем, что происходит в этом мире!..
Воля людей способна изменить мир…
«Как же хочется есть – не припомню, когда я последний раз был так голоден! У меня вроде еще остались какие-то гроши, так, посмотрим… три сотни… нет, ну это уж слишком, я будто Раскольников – такой же отвратительный нищий мечтатель. Интересно, где меня ждет моя старуха-процентщица? – молодой человек залился истерическим смехом. – Как же там было?»
Юноша достал замызганную тетрадку, пролистал несколько листов и ткнул пальцем в средину страницы. «Лучшие мысли великих умов» гласила длинная надпись, написанная до неприличия корявым почерком. Под надписью красовалась цитата Достоевского
«Бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета — порок-с. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же никогда и никто. За нищету даже и не палкой выгоняют, а метлой выметают из компании человеческой, чтобы тем оскорбительнее было; и справедливо, ибо в нищете я первый сам готов оскорблять себя».
«Эх, – вздохнул юноша, – ты прав, Фёдор Михайлович, нищета отвратительна, а ведь мы с ней теперь попутчики, значит, и я отвратителен… Так, соберись, надо поесть, купить сигарет и позвонить ей (от чего-то одного придется отказаться)».
Подумать только, три дня прошло, как последний раз видел ее, да и помыться не помешает. А вот и пункт четыре.
Юноша постучал в окно три раза. Из окна высунулась голова афроамериканца лет двадцати пяти.
– Пачку сигарет, пожалуйста, самых дешевых.
– Тебе крепких или легких?
– Крепких.
– Могу предложить за ту же сумму синтетику.
– Нет, спасибо, я в завязке.
– Как знаешь, брат, вот твоя сдача.
– Сдачу залей на этот номер.
– Да там же всего тридцатка, даже на минуту не хватит.
– Залей, говорю!
– Хорошо, хорошо, тока остынь, ладно.
Юноша забрал сигареты и быстро нырнул в ближайший переулок. Торговец в свою очередь пробурчал что-то вроде «когда ж вы подохнете, низшие».
Так, звонить нет смысла, напишу, чтоб перезвонила. Ну, давай же, перезванивай, давай!
– Алло.
– У тебя опять нет денег?
– Просто вовремя не пополнил, а вблизи ни одного пункта.
– Ну да, ну да, что тебе надо?
– Ты не хочешь со мной разговаривать?
– Удивительно, правда?
– Только не ври!
– Тебе больно надо.
– Не хотела бы говорить, не перезвонила, или я опять не прав?
– Все то же высокомерие. Откуда такое себялюбия у наркомана?
– Я завязал!
– Две недели без дозы, тоже мне завязка.
– В этот раз точно все. Я же обещал!
– А чего стоят твои обещания? Докажи хоть раз делом, а не словом!
– Вот увидишь, не пройдет и года, как из Акведуков я перевезу тебя на средний уровень града!
– Тогда и поговорим, а сейчас я хочу спать.
– Эрика!
– Что?
– Я люблю тебя.
– Иди спать!
В трубке слышны серии коротких гудков.
«Эх, женщина… Интересно, зачем вообще нам отношения? Деньги, нервы, время – они забирают все и не дают за это ничего! Ну, может, только секс, так если подумать, секс можно получить, воспользовавшись услугами проститутки. Если посчитать траты на подарки и ухаживания, возможно, выйдет даже дешевле, избавит от переживаний, да и не займет драгоценное время! А самое главное, все будет предельно честно: чисто коммерческие отношения, где суесловие будет просто неуместно! — размышляя про себя, Орфей на ходу распаковывал пачку сигарет, затем поджёг одну и сильно затянулся. – Уже четыре года прошло, как я ее не видел. Интересно, как она там. А я ведь ее любил, а самое странное, ведь тогда были и деньги, и хорошее место в обществе. А она все равно ушла. Этот ее новый парень, олигофрен – ни мозгов, ни цели в жизни, завод его потолок! Да и лицом явно не вышел! Так почему он? Чем я тогда был хуже? Наверно, для женщин это не главное. Ну, что тогда? Вообще, в этом деле я явно неудачник! Вроде бы ходил весь такой франтом, в лакированных туфлях, блистал зазубренными цитатами, а толку? Все равно по-настоящему меня ни разу не любили. Каждая новая женщина только разбивала мое сердце! Я думал, может, мои достижения слишком незначительны. Но, черт возьми, я был успешнее 97% людей на Земле как минимум, но любовь так и не пришла ко мне! Наверно, я обречен! Даже нет, я проклят! Хоть бы этот мир провалился в бездну! Со всеми его счастливыми влюбленными! Чтоб вы сдохли! Все! Пойду к двадцать седьмому причалу, там, говорят, нет зрячих, значит, можно будет наконец-то поспать. Хотя там много воров, а у меня все равно ничего нет».