Джервы. Политрук

От автора

Как известно Вселенная бесконечна. Следовательно, можно полагать, что во Вселенной имеется множество миров с разумными существами. Часть из этих миров, в силу их множественности, может быть похожа на нашу родную планету Земля.

Здесь описываются события, которые происходили на одной из таких планет. Имена и географические названия приведены к виду, удобному для нашего восприятия.

Естественно, что всякие совпадения с тем, что происходило на Земле, являются чисто случайными.

Каменнолицые…

Шумит-бурлит Залив-Море. Волны, одна страшней другой, набегают на утлые суденышки Морской Республики и убегают вдаль к грозным скалам Иверии. Больше года пробыли на островах Туле посланцы Морской Республики, и теперь возвращаются домой, к родным берегам, к своим семьям, возвращаются с грузом меди и олова. Нужна, очень нужна Республике бронза, нужна для быта, нужна для плугов, нужна для обмена с другими странами, но главное – нужна для мечей и наконечников стрел. Идет война, ожесточенная война не на жизнь, а на смерть. Решается, кому быть властелином мира – Морской Республике или грозному Лигурийскому государству, которое уже присвоило себе звание Всемирной Державы.

С корабля-флагмана послан сигнал «Впереди Пролив, приготовиться к повороту». Капитан флагмана, прикрыв ладонью глаза от солнечного блеска, всматривается вдаль. Вот-вот покажутся столбы-великаны, стоящие как часовые у входа в Пролив. Но что это? На горизонте возник косой красный парус. Свои.

Капитан повернулся к помощнику: «Смотри, нас встречают! С чего бы это? Подать сигнал «Мы вас видим. Идем на сближение.».

Через час шлюпка с встречного корабля подошла к кораблю-флагману. Капитан встречного корабля легко вскарабкался по спущенной веревочной лестнице. Обветренное, иссеченное шрамами лицо морского волка было мрачным. Он окинул взглядом собравшихся на палубе флагмана моряков – устали, намучились, рвутся домой, к своим семьям, на родную землю. Капитан сам ходил когда-то в Туле, и знал, что это такое. Вздохнул: «Братья, у нас громадное горе. Возвращаться вам некуда! Морской Республики больше нет!».

Грозный рык-рев вырвался из глоток моряков. В нем звучали боль, отчаяние и ярость: «Смерть Лигурии!».

Этих людей ненавидели и боялись. По всему миру пролетела весть о страшной расправе над населением Республики и ее столицей. По приказу Сената Всемирной Державы Город-Столица был снесен до основания, а земля, на которой он стоял, перепахана и посыпана солью. Все население, даже младенцев, было приказано уничтожить.

Только мстить… Потерявшим родных и свой дом не оставалось другого смысла в жизни. Опытные моряки стали пиратами – грозой для кораблей Всемирной Державы и городов побережья Внутреннего моря. От обычных морских разбойников их отличали железная дисциплина и беспощадность.

Их называли каменнолицыми, и они такими и были. После всего пережитого они стали недоступны никаким эмоциям. Только холод мщения. А сегодня они шли в последний бой: брандеры не возвращаются.

– Ну где же эти транспорты? – командир каменнолицых вглядывался в предрассветную тьму.

– Скоро должны быть. – Коренастый седовласый помощник, не отрываясь, смотрел вдаль. – Может течение где замедлилось, или ветер. Подойдут, никуда не денутся… А вот и они!

Командир вперился взглядом в горизонт. Там в предутреннем тумане расплывчатыми тенями стали вырисовываться громады транспортных кораблей.

– Весла обмотаны? Смотри, чтобы ни всплеска! Давай!

Галеры бесшумными ночными чудовищами выползли из-за лесистого мыса Зеленого Острова и устремились к кораблям Всемирной Державы. На носу каждой галеры у бочек с разогретой смолой, с горящими факелами наготове, прикрывшись шкурами, чтобы не было видно огня, стояли поджигатели. У бортов изготовились крючники.

Галера скользнула вдоль борта транспорта. Взлетели и вцепились в борт крючья. Команда подтянула галеру вплотную к транспортнику. Полилась горячая смола. Факельщики выступили вперед с кличем: «За жен и детей наших, за порушенную республику!».

Спросонья морские солдаты не сразу поняли, что случилось, а когда разобрались и стали пытаться гасить охватившее корабль пламя, их встретили стрелы и топоры нападавших. Каменнолицые бились молча, и это было особенно жутко. Легионеры метались по кораблю, мешая морским солдатам, прыгали за борт, пытаясь спастись… Рассветное солнце высветило шесть дымящихся остовов громадных транспортных кораблей. А от галер и этого не осталось.

Снайперы

С вершины горы лагерь четвертого легиона союзников был виден как на ладони, и хотя расстояние от наблюдателей до лагеря было не менее двух стадий, чистый прозрачный воздух раннего утра позволял рассматривать в деталях экзерсисы построения готовившихся к выходу центурий.

– Как вам обстановка? По мне, так лучше не бывает, даже перья на шлемах четко видны, – обратился начальник поста к возившимся с какими-то непонятного назначения устройствами трем молодым людям.

Те молча продолжали собирать и устанавливать на мощных стрелометах прицельные устройства новейшей конструкции.

– Только по старшим командирам! Я стреляю первым, – скомандовал старший лучник. – Командира первой центурии и легата беру на себя. На завалах все готово? – обратился он к начальнику поста. – Вам надо продержаться, пока мы не доберемся до повозок. Наши устройства не должны попасть в руки легионеров!

– Ладно, обо всем с вечера договорились, – старый командир ворчал, ему не нравилось сухое и, как ему казалось, высокомерное обращение юнцов.

– Не сердись, отец. Сам видишь, чем мы тут занимаемся. Наши прицельные устройства – последняя тайна царства. Потому вам и держаться придется.

– Чего уж там, все будет как положено.

Растерянность первых минут после внезапной гибели старших командиров сменилась четкими действиями. Командир охранной центурии, быстро оценив обстановку, скомандовал: «Черепаха!». Выставив щиты так, что они, перекрывая друг друга, образовали крышу над головами легионеров, воины пяти центурий двинулись к горе. У подножья пришлось остановиться. Ширина тропы, ведущей к вершине, а смертельные стрелы прилетели именно оттуда, позволяла идти только гуськом.

Снова команда «Ветераны вперед», и наиболее опытные поседевшие в боях легионеры начали подъем.

Начальник поста внимательно следил за передвижением легионеров. Наконец, когда первые манипулы прошли примерно полпути до вершины, он скомандовал: «Навались!».

Солдаты поста дружно ухватились за канат, рванули его на себя, и лавина из бревен и камней устремилась вниз, сметая все на своем пути.

Решение

Джервы применяли самую совершенную по тому времени военную технику. Полководцы Страны Обетованной применяли весь опыт, накопленный веками. Воины дрались самоотверженно. Легионы союзников Всемирной Державы несли тяжелые потери, нервы солдат и командиров терзали ночные рейды джервов, сопровождавшиеся леденящими душу хриплыми звуками роговых труб. Но силы были неравными – на каждого воина-джерва приходилось не менее трех легионеров, а Великий Город всё посылал и посылал подкрепления.

Сенат Всемирной Державы постановил: Царству Джервов не быть.

Силы джервов были на исходе, а Всемирная Держава пока еще даже не ввела в бой ни одного собственного лигурийского легиона.

Саул, военный вождь джервов, смотрел в узкое окно-стрельницу крепости-дворца и потирал саднившее плечо – досталось во время ночного налета на второй легион союзников, как называли войска, набранные в странах, покоренных Всемирной державой.

Вообще-то, эти налеты, сами по себе мало что давали. Цель состояла в том, чтобы удачными действиями ободрить граждан и усталых бойцов, и, насколько возможно, деморализовать суеверных солдат противника. Внешне казалось, дела идут неплохо. Легионы союзников пока еще не смогли преодолеть опорные пункты обороны в двадцати стадиях от Старого Города. Более того, появились первые перебежчики. Они рассказывали о растущем недовольстве в войсках союзников. Солдаты ворчали, что Всемирная Держава использует их как дешевое мясо войны, а своих лигурийских легионеров бережет.

Саул повернулся к большому каменному столу с мозаичной мраморной столешницей, на котором лежали еще непрочитанные восковые таблички с донесениями.

Так, уничтожен командный состав четвертого легиона союзников. Неплохо. Они теперь будут осторожничать. Ликвидирован обоз с осадными машинами и камнеметами. Захваченные машины доставлены на позиции. Хорошо, городу будет легче, когда дело дойдет до осады. Заканчивается строительство канала. Ну что ж, дополнительный источник воды пригодится. А это что?! Этого нам только ко всем нашим бедам нехватало! Повернулся к секретарю. – От кого поступило донесение о лигурийских транспортниках?

– Гонец еще здесь.

– Зови! – И вошедшему гонцу, – рассказывай.

– Записано со слов рыбаков. Они сами видели каменнолицых и пожар на лигурийских кораблях.

– Из наших никто не участвовал, не помогал?

– Нет, мы сами их боимся.

– Ладно, иди. – Секретарю, – я к Авруму.

Аврум, старший учитель Книги, глубокий старик, иногда даже пошучивал, что о нем наверху забыли. Однако, несмотря на преклоный возраст, был необычайно бодр и обладал острым умом.

– С чем пришел, Саул?

Саул молча протянул табличку с донесением.

– Так, лигурийцы наверняка решат, что это мы их транспортники уничтожили. Что делать будем? Может послать кого к ним, объясниться?

– Не поверят, а посланца распнут.

– Это они могут… Саул, мы с тобой здесь одни, можем говорить откровенно. Нас остается все меньше. В бой идут четырнадцатилетние юнцы. Победить мы не можем…

– Всё как ты говоришь. На победу не рассчитываю.

– Думаешь, профессора найдут решение?

– Единственная надежда.

– А если пойти на капитуляцию?

– Приказ Сената тебе известен – Царству Джервов не быть.

– Значит всех джервов в пределах царства…

– Тех, кто с оружием – уничтожить. Остальных – продать в рабство. На милость Сената не рассчитывай. А уж теперь, после уничтожения каменнолицыми транспортников, может поступить приказ о поголовном истреблении…

После ухода Саула Аврум долго смотрел ему вслед… Время Царства Джервов истекало. С горечью подумал: Продержимся еще месяц от силы. Потеряем всех воинов и младшее поколение, а потом что? – И сам себе ответил, – Потом пустота. Нужно немедленное решение. Что там, в горах? Чего они медлят?!

Решалась судьба народа, история которого насчитывала более трех тысячелетий лет, и эта история вот-вот должна оборваться, если мудрецы не найдут ответа…

В тайном убежище глубоко в горах профессора Университета мучительно искали решение. Оно давалось непросто. Нужно было определить место или несколько мест, где участники исхода могли бы обосноваться на долгие долгие годы, скорее всего на несколько веков, а то и дольше. Потом выбрать маршруты исхода. Надо было определить минимальную численность групп, чтобы они могли продержаться до возвращения, продумать тактику и стратегию общения с местными властями и населением. И одна из главнейших задач – как не ассимилироваться с местными племенами и нациями и не растерять в веках свою веру и культуру.

А время отчаянно поджимало. Каждый день гибли молодые воины – цвет и надежда Страны, завещанной от бога…

Мудрецы, также, как и Cаул с Аврумом и Совет Старейшин, знали, что окончательное поражение не за горами. На милость победителей рассчитывать не приходилось. На памяти была гибель Морской Республики. Четверть века она на равных сражалась с Всемирной Державой. Ее отчаянные десанты пробивались даже к стенам Великого Города. Но людские и материальные ресурсы Республики истощились. Легионеры разрушили ее столицу. Землю, на которой стоял Город-Столица, перепахали и посыпали солью. По приказу Сената всех граждан Морской Республики истребили. Под страхом смерти запрещено было даже брать их в рабство.

Если не удастся найти какое-то совершенно небывалое решение, то о джервах тоже скажут «Они были». И когда в штаб-квартиру прибыл вестник, то к пещере мудрецов, о которой знали только военный вождь и преосвященник, сразу же помчались колесницы старейшин.

И вот теперь у входа в пещеру старейшины Страны Обетованной ждали решения, от которого зависело само существование народа Книги. Наконец они вышли – пять знаменитых ученых. В наступавших сумерках одетые в тёмно-синее плащи с капюшонами – обычное одеяние профессоров университета – ученые выглядели жрецами древних царств. Бледные – они почти полгода работали в пещере – профессора щурились, хотя солнце уже зашло.

– Итак, – произнес Симон, глава синклита, держа перед собой свиток из дорогой выбеленной телячьей кожи, – мы исходили из двух основных постулатов, а именно, поражение нашей армии неизбежно, и легионеры истребят или поработят всех, кого найдут на территории Царства Джервов. Мы исследовали пути воссоздания нашего царства в будущем. Вот наши решения: «Главное – нужно сохранить нацию. А это означает, что те, кто спасутся, должны унести с собой и передавать из поколения в поколение нашу веру, нашу историю, нашу культуру и наши знания. Нам не дано знать, когда мы вернемся. Это может произойти через триста лет, через тысячу, а может и позже. Поэтому необходимо наладить хорошие отношения с теми народами, которые нас примут, но не смешиваться с ними. Насколько нам известно, истребление нашего народа будет происходить только в пределах Царства. Нет никаких признаков преследования джервов как в Великом Городе, так и в провинциях Всемирной Державы. Однако, большое скопление наших людей в каких-либо землях Империи вызовет подозрения у Сената Всемирной Державы со всеми вытекающими отсюда последствиями. Следовательно, расселение должно проходить небольшими группами. Для сохранения нации джервы должны всегда помнить о нашей цели – о возрождении нашего царства, о заветах нашего бога, а потому в каждой группе обязательно должен быть учитель Книги. Ни в коем случае нельзя пытаться обращать местное население в нашу веру. И еще… Для того, чтобы наших людей приняли, мы должны быть нужными, наши знания должны приносить ощутимую пользу местному населению. Наиболее благоприятными местами расселения являются Дакия, Страна Угров, Северная Галлия и Острова Туле.».