Служба забытых цитат

Секретный физик – о великих сказочниках

Как-то возник спор вокруг понятия "великий сказочник". Народ спорил – кого можно так называть, а кого нельзя, кто достоин, а кто нет.

На мой взгляд, пояснить лучше всего на примере.

Уже не вспомню, о ком шла речь, но один Великий Академик – по-настоящему великий физик, сталинских времен, из основосоздавших – в старости как-то был замечен учениками за чтением детских книжек со сказками Андерсена.

На недоумение охотно пояснил: "Для меня это идеальное чтение. Шрифт крупный, а мысли мудрые".

Уголовный кодекс – о заднице

Задница как юридический термин

Как вы думаете, в каком юридическом кодексе имелся раздел под названием "О заднице" и почему он там имелся?

Мой стародавний знакомый, суперлингвист Дмитрий Сичинава дает справку:

______________

Задница. У слов "передьнии" и "задьнии" в древнерусском языке были метафорические значения, связанные с временем. Обычно передним считалось «предстоящее», а задним оставшееся «позади», но бывало, что и наоборот (например, слово «прежний» тоже связано с «передний»).

Задницей называлось то, что осталось после человека на будущее, – наследство.

Это характернейший славянский социальный термин, много раз упоминающийся в Русской Правде.

Там есть и такой заголовок: «А се о задницѣ».

«Аже братья ростяжються передъ княземь о задницю» – «если братья будут вести тяжбу перед князем о наследстве». А земля, не доставшаяся никому по наследству (выморочная), называлась «беззадщина». Историки иногда стыдливо ставят ударение задни́ца, хотя акцентология однозначно свидетельствует, что и тысячу лет назад ударение было на первом слоге.

____________

Не знаю, как вы, а я убежден – в современных кодексах Российской Федерации раздел "О заднице" просто необходим.

Причем – во всех.

Иван Грозный – о сетевых троллях

Как царь и великий князь троллей на место ставил

Первый русский царь Иван Грозный был человек простой, и часто писал коллегам-самодержцам всякие гадости – обзывал, например, английскую королеву Елизавету "пошлой девицей", распустившей своих "торговых мужиков". Иногда его письма просто не доставляли по назначению – боясь, что после прочтения подателя письма просто пришибут под горячую руку.

Единственный, кто рискнул ответить Грозному в таком же тоне, был шведский король Юхан III. В основном потому, что был реально отмороженным на всю голову берсерком. У них вся семейка такая была. Брат его Эрик, правивший до него, был психом – натуральным, со справкой. Поэтому Юхана посадил в зиндан, а жену Юхана Катерину чуть было не подарил Грозному. Сделка сорвалась только потому, что безумный Эрик всех достал, его свергли, а на трон посадили откинувшегося из тюрьмы Юхана.

Вот этот самый король с судимостью и обложил в ответном письме Грозного едва не матом. Иван Васильевич, которого обругали чуть ли не первый раз в жизни, получив письмо даже не оскорбился, а скорее удивился. И ответное послание начал словами:

"Ты прислал к нам через пленника свою грамоту, наполненную собачьим лаем, – мы дадим тебе на нее отповедь позже. А сейчас, по своему государскому обычаю, достойному нашего высокого величества, посылаем тебе пространное наставление…" – и дальше несколько страниц с пруфами доказывал, насколько Юхан неправ.

А вот завершил письмо Иван Васильевич той самой обещанной "отповедью хаму". Она, на мой взгляд, прекрасна:

___________

А что ты писал к нам лай и дальше хочешь лаем отвечать на наше письмо, так нам, великим государям, к тебе, кроме лая, и писать ничего не стоит, да писать лай не подобает великим государям. Мы же писали к тебе не лай, а правду, а иногда потому так пространно писали, что если тебе не разъяснить, то от тебя и ответа не получишь. А если ты, взяв собачий рот, захочешь лаять для забавы – так то твой холопский обычай: тебе это честь, а нам, великим государям, и сноситься с тобой – бесчестие, а лай тебе писать – и того хуже, а перелаиваться с тобой – горше того не бывает на этом свете. А если хочешь перелаиваться, так ты найди себе такого же холопа, какой ты сам холоп, да с ним и перелаивайся. Отныне, сколько ты не напишешь лая, мы тебе никакого ответа давать не будем.

___________

Иван Васильевич, безусловно, понимал за кормление троллей. Рекомендую всем копипейстить это наследие древнерусской литературы в ответ всем сетевым хамам.

Пушкин о депрессии

“Опять хандришь. Эй, смотри: хандра хуже холеры, одна убивает только тело, другая убивает душу. Дельвиг умер, Молчанов умер; погоди, умрёт и Жуковский, умрём и мы.

Но жизнь всё ещё богата; мы встретим ещё новых знакомцев, новые созреют нам друзья, дочь у тебя будет расти, вырастет невестой, мы будем старые хрычи, жёны наши – старые хрычовки, а детки будут славные, молодые, весёлые ребята; а мальчики станут повесничать, а девчонки сентиментальничать; а нам то и любо.

Вздор, душа моя; не хандри – холера на днях пройдёт, были бы мы живы, будем когда-нибудь и веселы”.

А.С. Пушкин в письме П.А. Плетнёву. 22 июля 1831 года.

Металлург Грум-Гржимайло про ошибки Карла Маркса

Учение Маркса есть отсталое учение, уже потерявшее всякую под собой почву. Оно было создано в период расцвета мускульного труда и почти полного отсутствия технического знания и промышленности.

Теперь картина резко меняется, и я совершенно убежден, что через 50 лет никакого пролетариата не будет. Как труд рабов, необходимый в древние времена, заменился работою пара и гидравлической силы, так труд пролетариата заменится электричеством.

Наш инженерный идеал, зарю которого мы уже видим в железопрокатных заводах Америки, есть завод без рабочих. Это даст людям такое обилие жизненных ресурсов, что в классовой борьбе не будет смысла. Капитализм прекрасно справляется с задачей насаждения этой будущей культуры: гражданин САСШ уже сейчас в 12 раз богаче русского и во столько же раз лучше обеспечен жизненными ресурсами.

Из сказанного очевидна одиозность диктатуры мозолистых рук. Но… фактически власть в России у большевиков… Это факт, с которым надо смириться.

Большевики хотят сделать опыт создания социалистически построенного государства. Он будет стоить очень дорого. Но татарское иго стоило еще дороже; однако только благодаря татарской школе русские сделались государственной нацией.

Временный упадок, ослабление нации с избытком покрываются выгодами такой школы. Увлечение большевизмом сделает русскую науку такой же сильной, как американская. Подавление большевиками личной, промышленной и торговой инициативы, бюрократизация промышленности и всей жизни сделают русских нацией людей инициативы и безграничной свободы. Большевики излечат русских от национального порока – беспечности – и как следствие ее – расточительности.

За это стоит заплатить.

И вот почему я приветствую этот опыт, как бы тяжелы не были его последствия для современного мне поколения…

(из записки В.Е. Грум-Гржимайло в президиум НТУ ВСНХ СССР от 18.07.1928 г.)

Грум-Гржимайло, Владимир Ефимович (1864-1928) – русский и советский инженер-металлург, педагог и организатор производства, член-корреспондент АН СССР. До революции – один из самых авторитетных и уважаемых российских металлургов, создатель гидравлической теории печей.

Дипломат Серединной Империи Цин Чжан Дэи о спасении русского царя

Старый Су вел солдат всю ночь и завел их в глухой лес. Отсюда до того места, где сейчас находился государь, было несколько сотен ли. Солдаты вконец обессилили. Стоял мороз, а тут еще подул лютый ветер со снегом. Солдаты, взявшись за сабли, принялись допрашивать старика, однако Су, догадываясь о том, что царь уже обо всем знает, и успел скрыться, громко сказал: "Я не знаю, где находится государь, а завел я вас сюда для того, чтобы затянуть время, дабы он успел скрыться". Рассвирепевшие солдаты убили его.

Через какое-то время государь, осуществив свои планы, присвоил посмертно Су титул Преданного мужа и даровал чиновное звание. Имя героя дошло до наших дней.

____________________________

Из дневника господина Чжан Дэи , чиновника из свиты Полномочного представителя Цинского двора в России Цзэн Цзицзэ. Запись сделана после посещения в Санкт-Петербурге оперы "Жизнь за царя".

На самом деле в реакции китайского дипломата нет ничего удивительного – история Ивана Сусанина как родная укладывается в конфуцианские каноны этики, это просто образец поведения достойного мужа.

Именно с конфуцианством, кстати, связана и невиданная популярность в Китае книги "Как закалялась сталь" и фильма "А зори здесь тихие…". Потому что главные герои ведут себя как образцовые китайцы из средневековых этических трактатов. Ибо что может быть правильнее, чем умереть, отдав во благо Родины все – молодость, здоровье и саму жизнь?

Только умереть за родителей.

Потому, что родители выше всего. Вообще всего.

Но об этом как-нибудь в другой раз.

Древние китайцы – о сыновней любви

Китайцы очень любят своих родителей. Настолько, что создали целый жанр нравоучительных притч под девизом "Я вас научу папу-маму любить!". Вот вам несколько примеров:

Восьмилетний У Мэн летними ночами раздевался донага и сидел в саду, атакуемый полчищами комаров. Просто его отец спал в саду, вот почтительный сын и старался перетянуть внимание комаров с папы на себя.

***

Го Цзюй был настолько беден, что не мог прокормить и свою мать, и сына. Он решил избавиться от одного из иждивенцев: "Убьем сына, ведь сына мы можем pодить еще, а матеpи дpугой не будет". Так и сделал. А когда он копал для него могилу, откопал гоpшок с золотом, на котоpом было написано:"Hебо вознагpаждает тебя за твое почитание родителей".

***

В глубокой древности некто Лао Лай-цзы дожил до шестидесяти лет, его родители к тому времени были уже очень старыми. Чтобы его возраст не напоминал родителям об их старости, он, несмотря на седину, одевался в детские платьица, играл и танцевал, веселя стариков. Как-то он нес воду, оскользнулся, упал и больно ушибся, но и тут принялся принимать смешные позы, дабы позабавить родителей.

***

Вань Бо-у, заслышав гром, бежал на могилу матери, при жизни ужасно боявшейся грома, и с криком: «Я здесь, матушка, не бойтесь!» – укрывал могилу собственным телом».

Это не бред и не анекдоты. Это наставления о том, как должен вести себя приличный человек.

Вышеупомянутые люди достойны не смешков, а всяческого почитания.

Потому что это все – примеры сыновней почтительности.

Согласно конфуцианским традициям, любой человек находится в абсолютном повиновении у своих родителей не до достижения совершеннолетия, как это было принято в Европе, а всегда. Насовсем, до их смерти, и даже после нее.

Конфуций ввел основополагающее понятие – «сяо», сыновняя почтительность. Непочитание родителей было самым страшным грехом. А любимый ученик Конфуция, Цзэн Шэнь, по преданию, написал на основе своих бесед с Учителем книгу «Сяо Цзин» – «Канон сыновней почтительности», которая входит в список конфуцианского пятикнижия – нечто вроде Библии для Восточной Азии. Японские самураи, к примеру, заучивали «Сяо Цзин» наизусть.

Кстати, миссионеры очень жаловались, что японцев или корейцев сложно обращать в христианство, так как некоторые сюжеты Библии ставят их в тупик.

В частности – притча о блудном сыне. С точки зрения нормального человека, объясняли они, блудный сын – это не несчастный человек, по неопытности и недомыслию допустивший трагическую ошибку, а мерзавец и негодяй, которого самое правильное было бы не тельцом откормленным кормить, а просто забить святотатца кольями, чтобы другим неповадно было.

Здесь я немного отвлекусь и замечу, что и другие привычки европейских священников создавали им в Китае изрядные сложности. Так, например, ругательство, аналогичное нашему "я твою маму… имел" в китайском звучит весьма невинно- "ты мой сын". И эта фраза – предельная степень оскорбления. Моя знакомая преподавала на языковых курсах для китайцев, приехавших на Дальний Восток делать бизнес. Один въедливый студиоз взялся читать Горького, обалдел и подошел к преподавательнице с вопросом – почему один герой другого так унижает. Выяснилось, что китайца в шок повергла фраза "Сынок, помоги мне", сказанная старшим из попутчиков младшему.

Надо ли говорить, как реагировали китайцы на привычное для европейских священников обращение "сын мой"?

Но вернемся к сыновней почтительности. Родителей почитают везде, но нигде это почтение не доведено до такой степени, как в Китае.

Что у нас? В лучшем случае – материальная поддержка. А Конфуций сказал: «Hыне почтительность сводится к тому, чтобы быть в состоянии пpокоpмить pодителей. Hо ведь собак и лошадей тоже коpмят. И если отбpосить благоговейное почтение, то в чем же тогда будет pазница?". А что надо делать? А надо «Служить pодителям по пpавилам ЛИ, похоpонить по пpавилам ЛИ и пpиносить им жеpтвы по пpавилам ЛИ».

Ли – это полное, безоглядное, абсолютное послушание.

Уезжая из дома, ты обязан сообщить папе и маме, зачем, куда и на сколько ты едешь, и заpучиться их согласием. Твой возраст и социальный статус при этом не имеют никакого значения. Если вы обращали внимание, накануне китайского Нового Года, поданных КНР в наших городах практически не остается. Потому как этот самый большой праздник приличный человек обязан встречать дома, с родителями. Тысячи километров расстояния отмазкой не являются.

Пока жив отец, сын не pасполагает никакой частью имущества, он не pасполагает даже собой, кем бы он ни был в социальной иеpаpхии. Отец выше любви, дpужбы, долга, pодины. Пока он жив, китаец не клянется своей жизнью. Китайские суды никогда не выслушивали свидетельства детей – дети в принципе не могут свидетельствовать против родителей, даже если те совершили преступление, долг детей – отмазывать их всеми возможными способами.

За донос на родителей человека удавливали.

Если стаpейшего пpиговаpивали, напpимеp, к четвеpтованию, то деньги его сына, все без остатка, шли на то, чтобы заменить казнь на удушение, а если не удавалось, то хотя бы на пpаво все детали соединить в гpобу. Отцеубийцы ни за какие богатства не могли pасчитывать на смягчение участи.

А после смерти папенька пополнял собой галерею предков, и все его потомки и много веков спустя будут помнить его имя, бить поклоны перед табличкой с его именем, и почитать его как только можно.

Если вы думаете, что все это предания старины глубокой, то вынужден вас огорчить. Один мой приятель женился на китаянке, а потом развелся. Когда я спросил его – почему, он сказал: "А тебе бы понравилось, если бы твоя жена натащила в дом всякие вазочки с прахом своих предков, любовно расставила их на полочках в нашей спальне, и каждый день, каждый, блин, день! протирала их тряпочкой, потому что предкам надо высказывать уважение?!

Я не могу жить в одной квартире с толпой мертвых китайцев!».

Надо ли удивляться, что, едва родившись, китаец мечтает состаpиться? Ибо хоть что-то он начинает представлять из себя только ближе к старости, а до этого он полный раб своих родителей. Это чистой воды дедовщина в прямом смысле этого слова – пока ты молодой, ты чуть выше насекомого, твой удел – бегать, трудиться, слушать старших разумные речи и почтительно кивать. И только постарев, ты начинаешь что-то представлять собой как личность.

Именно поэтому в Китае прибавить пару десятков лет собеседнику – это такая мелкая лесть:

«Никогда бы не подумал, мадам, что вам всего 56. Выглядите вы как минимум на 80!».

Я не утрирую. Когда я, недалекий варвар, льстиво заверял свою нечаянную знакомую: «Вам никогда не дашь 75!», мне в ответ неоднократно обиженно подчеркнули: «Но мне действительно 75!».

Старость – это клево. Думаю, вы уже не удивитесь, узнав, что в Китае прилагательные «старый» и «уважаемый» это одно и то же слово – «лао».

Поручик Громбчевский о непобедимом кунфу

"Все движения производились по команде голосом обучающего – стройно и однообразно. При этом, нанося удар, вся шеренга уморительно подпрыгивала, а защищающаяся приседала. Все это напоминало скорее танец клоунов в цирке, чем обучение войск, и поистине приходилось пожалеть время и труд, затраченные на обучение ни к чему не ведущим, и очень комичным прыжкам".

"Отчет о поездке в Кашгар и южную Кашгарию в 1885 году". Поручик царской армии Бронислав Громбчевский наблюдает тренировку китайских солдат.

Анархист Бакунин о любви к начальству

"Учтите, крестьянин ненавидит все правительства. Он их терпит из осторожности, регулярно платит им налоги, допускает, что берут его сыновей в солдаты, потому что не видит иного выхода.

Он не способствует никакой перемене, потому что он убежден, что все правительства стоят одно другого и что новое правительство, как бы оно ни называлось, будет не лучше старого, и потому он хочет избежать риска и издержек, связанных с бесполезной переменой".

(с) Михаил Бакунин

Историк Карамзин о борзых ишаках Ивана Грозного

В "Истории государства Российского" есть одно смешное место. Великий русский историк Николай Карамзин, описывая путешествие не менее великого русского царя Ивана Васильевича Грозного по северным городам, утверждает, первый русский царь, в частности:

________________

не видал печалей народа, и в шуме забав не слыхал стенаний бедности;скакал на борзых ишаках и оставлял за собою слезы, жалобы, новую бедность.

________________

Скакал на борзых ишаках! Плюя, надо полагать, с высоты ишака на угнетенные народные массы.

Первый и резонный вопрос – откуда у Карамзина взялись эти несусветные "борзые ишаки"?! При том, что этот эпизод фигурирует и у другого не менее великого историка Соловьева – только у него все логично: царь «все гонялъ на ямскихъ» – то есть на ямских лошадях (временно выставляемых крестьянами по налогу для обеспечения работы почты) и тем самым еще сильнее пакостил своим поданным.

Но на самом деле ошибся не Карамзин, а как раз Соловьев, неправильно прочитав слово – не "ямских" а "мсках". В Псковской летописи, откуда оба историка и позаимствовали этот эпизод, ясно говорится: «все гонялъ на мскахъ, а христіанамъ много проторъ и волокиты учинилъ».

Езус Мария! – скажете вы. – Это еще что за мски!?

Но это просто. Мски или мески – это просто устаревшее наименование мулов, слово, в изобилии встречающееся как в летописях, так и в русских средневековых документах. И, надо сказать, на мулах в те времена на Руси ездить было даже престижнее, чем на конях: "не на конех, но на мсках вседшии". К тому же мулы практически полностью импортировались из Европы, то есть были, по сути, "иномаркой".

Почему же тогда у Карамзина ишаки, а не мулы? Ответ на этот вопрос мы находим в словаре церковнословянского языка и некоторых других: "Меск – помесь осла с лошадью, лошак, ишак".

Ну а с "борзыми" еще проще. В своем изначальном значении слово "борзый" означало "резвый", "быстрый". Отсюда, кстати, и название породы собак "борзая". И выражение "Ты чо такой борзый?" на самом деле – полный синоним наезда в стиле "Ты чо такой резкий?". Это уже потом слово "борзый" сменило значение и стало синонимом слова "дерзкий".

Публицист Гарин-Михайловский о России, которую мы потеряли

Воспоминаний об Юматове сохранилось больше. Он оставил память о себе, как о хорошем хозяине, но был лют и охоч до баб. Это, главным образом, и погубило его.

Исторический факт таков: Юматова убили ночью, нанеся ему до ста ран. Двухлетние розыски не приводили ни к чему. Наконец, один из главных виновников, пьяный, на празднике в соседней деревне, рассказал как было дело. Виновного схватили, посадили в острог, два года он запирался, а потом, когда уже хотели, было, на всё махнуть рукой, повинился во всём и выдал сообщников.

Дело кончилось тем, что 40 дворов было сослано в Сибирь. Сами князевцы охотно вспоминают о смерти Юматова и так приблизительно передают дело:

– В Казань за подходящими людьми посылали. Две недели кормили и поили их. Всё никак нельзя было: то он в гости, то к нему гости. Дворню всю на свою сторону переманили. Мальчик при нём дворовый спал, – тоже на нашу сторону поддался. Часовых по дорогам расставили… Здоровый был: девять человек насели на него; он их волоком проволок по всем комнатам, – всё выходу искал. Выскочи они во двор, так и не дался бы, да на самом крыльце один в лоб ему угодил оглоблей, тут он и повалился.

О самой ссылке предание совершенно умалчивает. Князевец угрюмо отделывается короткою фразой:

– Греха много было… Вытерпели… – помолчав, угрюмо добавляет он."

(с) Гарин-Михайловский. "Несколько лет в деревне".

Что на самом деле говорил Черчилль о Сталине

Предисловие:

Всем известно, что слов «принял страну с сохой, а оставил с ядерной бомбой» Уинстон Черчилль про Иосифа Сталина не говорил. А что же он говорил на самом деле?

Часть первая:

«У меня лишь одна цель – уничтожить Гитлера, и это сильно упрощает мою жизнь. Если бы Гитлер вторгся в ад, я по меньшей мере благожелательно отозвался бы о Сатане в Палате Общин».

Уинстон Черчилль в разговоре со своим секретарем Коллвилом 21 июня 1941 года, по записи которого фраза приведена в мемуарах Черчилля «Вторая мировая война» (т. 3, кн. 1, гл. 20). За эти мемуары Черчилль, кстати, получил Нобелевскую премию 1953 года по литературе.

Часть вторая:

«России очень повезло, что когда она агонизировала, во главе ее оказался такой жёсткий военный вождь. Это выдающаяся личность, подходящая для суровых времен. Человек неисчерпаемо смелый, властный, прямой в действиях и даже грубый в своих высказываниях… Однако он сохранил чувство юмора, что весьма важно для всех людей и народов, и особенно для больших людей и великих народов. Сталин также произвёл на меня впечатление своей хладнокровной мудростью, при полном отсутствии каких-либо иллюзий».

Уинстон Черчилль, речь в британском парламенте 8 сентября 1942 года по итогам визита в Москву.

Пара цитат Черчилля, которые я самолично списал с оригиналов документов на выставке «1953 год. Между прошлым и будущим», открывшейся 28 февраля 2003 г. в Выставочном зале федеральных архивов. На выставке, кстати, были представлены документы из восьми архивов страны, в том числе фактически закрытых для исследователей – вроде Центрального архива ФСБ или архива Федеральной службы охраны России.

Вот черчиллевская телеграмма-поздравление ко дню рождения Сталина: "Ваша жизнь драгоценна не только для Вашей страны, которую Вы спасли, но и для дела дружбы между Советской Россией и Великобританией и даже всем англо-говорящим миром, дружбы, от которой зависит будущее счастье человечества".

А вот что он написал на своем портрете, подаренном Иосифу Виссарионовичу: "Маршалу и Премьеру Сталину, который, возглавляя Русскую армию и Советское правительство, разгромил главные силы Германской военной машины и помог всем объединенным нациям открыть дорогу к миру, справедливости и свободе. От его друга Уинстона С. Черчилля».

Пик его славословий в адрес Сталина, пожалуй, был достигнут на Ялтинской конференции. Вот как он сам передает свою речь там:

«В этот вечер мы все вместе обедали со Сталиным в Юсуповском дворце. Речи, произносившиеся за обедом, были записаны и могут быть приведены здесь. Между прочим, я сказал:

"Я не прибегаю ни к преувеличению, ни к цветистым комплиментам, когда говорю, что мы считаем жизнь маршала Сталина драгоценнейшим сокровищем для наших надежд и наших сердец. В истории было много завоевателей. Но лишь немногие из них были государственными деятелями, и большинство из них, столкнувшись с трудностями, которые следовали за их войнами, рассеивали плоды своих побед. Я искренне надеюсь, что жизнь маршала сохранится для народа Советского Союза и поможет всем нам приблизиться к менее печальным временам, чем те, которые мы пережили недавно.