Капеллан: Цена Знания. Том I

[Арка III: Сердцебиение]. Глава 8

Сразу отправиться на заслуженный отдых мне не позволила капеллан Висс.

Она отослала девушек прямиком в местную обитель Ордена, дождалась, пока уйдут Элькас и Харр с орденцами, спровадила Роэна сотоварищи и только тогда, кивнув на глухую стену одного из домов, решительно направила меня к ней.

– У тебя накопилось множество вопросов, Даррик. – Не спросила, а утвердила блондинка. – Я на них отвечу. Но перед этим… ты помнишь, что я говорила по поводу смирения?

– Да, капеллан Висс. – Я склонил голову. – Я не сдержал эмоций. Всё было слишком… неожиданно, и отлично от того, что я знал о способах проверки на заражение.

Висс вздохнула:

– Именно, Даррик. Ты знал, как Орден обычно проверяет людей. И что можно сделать, чтобы свести эффект от проверки к нулю. – Мои глаза приоткрылись, а в голове яркой звездой вспыхнуло понимание. – Понял теперь?

«Я явно ещё не до конца отошёл от боя, раз не дошёл до этой мысли самостоятельно».

– Понял. – И снова кивок. – Это… логично.

– Роэн – не враг. Надеюсь, ты это хорошо понимаешь, потому что внутренние конфликты в Ордене нам не нужны. – Висс скрестила руки под грудью, направив взгляд на снующих по улицам людей. – Он исполнял свой долг.

Уже смеркалось, но город всё ещё дышал, даже не думая засыпать. Гигантский по местным меркам, Визегельд не шёл ни в какое сравнение со всем тем, что мне приходилось видеть раньше.

Рядом с нашей обителью находился городишко на семь тысяч человек, но он и рядом не стоял с военным оплотом северной границы.

Тут одних только солдат было около десяти тысяч, и это в условно-мирное время.

– Я понимаю и не таю обиды, капеллан. Все мы преследуем одну цель – служить надёжной опорой Трону и человечеству.

От меня Долг потребовал принести в жертву ребёнка, от Роэна – изобразить из себя невесть что, старательно втирая соль в свежие раны и провоцируя меня на эмоции.

«Главное отличие в том, что моя жертва была не напрасна, а вот его спектакль – да».

– Хорошо. Тогда… – На лице Висс всплыла ехидная ухмылка. Та самая, которую все мы привыкли видеть во время тренировок. – … что у тебя с Вейрой Куорн?

Я не смог сдержать разочарованного вздоха, обратив на Висс полный усталости и укора взгляд.

– Мне правда нужно повторяться?

Женщина качнула головой:

– Нет. Но помни о том, что привязанности погубили многих капелланов. И смерть в этом контексте – не самое худшее. – Она отстранилась от стены дома, сделав шаг вперёд. – Не повторяй чужих ошибок.

– И не думал, капеллан Висс.

– Очень на это надеюсь. – Висс кивнула удовлетворённо. – День и место сбора тебе известны. Если что-то потребуется – ищи меня в местной обители Ордена.

– Благодарю за беспокойство…

Последняя фраза была сказана вслед удаляющейся женщине, созерцать которую со спины было так же приятно, как и раньше. И я, поймав себя на этой мысли, с усилием отвёл взгляд, растерев лицо обеими руками:

– Отставить, Даррик! – Собственный шёпот прозвучал отрезвляюще. – Сейчас не время. Совсем не время…

Минута ушла на то, чтобы очистить разум и вернуть себе привычную прозрачность мыслей и стремлений. Потом я застыл, осматриваясь и прикидывая, куда лучше всего направиться: за Харром, раз пошла такая пьянка, или в торговый район?..

Только тогда нахлынуло осознание того неприятного факта, что города-то я не знаю.

И за полчаса из края в край его не пересечь, настолько большим он был…

Взгляд скользнул по окрестностям, остановившись на стражниках, сбившихся в кучку и что-то обсуждавших. Один из них заметил мой взгляд, но почти сразу отвернулся.

Боится.

«Хуже было бы, только начни меня проверять при всём честном народе» – промелькнула недовольная мысль.

Близкое столкновение с чуждыми само по себе было значимым событием даже в масштабах Визегельда. А уж тщательная проверка целого каравана с перекрытием южных ворот – и подавно.

И пусть никто не трубил на каждом углу о моей роли в битве, но у людей есть глаза, рты и уши. Не заметить особого внимания к моей персоне они не могли, а это значит, что скоро поползут слухи…

– Хорошо, что мы тут надолго не задержимся. – Я цокнул языком перед тем, как накинуть на голову капюшон, поправить меч на поясе и двинуться в центр города.

Без конкретной цели я брёл вдоль основной улицы, лавируя среди людей и присматриваясь ко всему, что попадалось на глаза.

Идущие по своим делам горожане. Торопящиеся покинуть Визегельд крестьяне с пустыми мешками и повозками. Стражники, хохочущие и снисходительно поглядывающие на местных оборванцев.

Увидел даже незнакомого брата по ордену, но тот так спешил по своим делам, что меня не заметил. А жаль: вот у кого можно было бы спросить о приличном месте для постоя…

Мои мысли в то же самое время бесновались в голове, мечась от темы к теме. Харр и Элькас. Саэри, Айдра и Элиса. Висс. И… Вейра, образ которой слишком часто вставал перед глазами из-за того, что сегодня каждый счёл своим святым долгом заподозрить меня в привязанности к ней.

Бесспорно, магесса была красива и умна, а её область интересов лежала там, где я чувствовал себя словно рыба в воде. Вот только это ничего не меняло. Я был капелланом, а она – магом. Меня могли отправить когда и куда угодно, а она подчинялась себе самой.

Даже если бы Вейра нравилась мне как девушка, я тем более не стал бы вредить и себе, и ей попытками создать такую связь…

Когда вокруг зашелестело, я дёрнулся было, но спустя секунду понял: дождь. Всего лишь дождь, вынуждающий людей ускоряться или искать укрытие под сводами торговых лавок, питейных заведений и таверн.

Я не стал суетиться, произнеся формулу заклинания, опустившегося на плечи невидимой вуалью. Капли, только что грозящие промочить меня до нитки, бессильно застучали, разбиваясь об эту преграду. Идеальное исполнение.

– О! – Рядом остановился мужчина в годах, окинув меня нетрезвым взглядом. Покачнулся, едва не упав. – О-о-о! Колдун, Трон тебя ети!..

Я обернулся. Смерил наглеца взглядом, постаравшись выглядеть как можно более сурово… и, знаете, помогло. Мужичок резво подобрался и скрылся за дверьми таверны, избавив меня от лишних беспокойств.

Сразу же оттуда раздалась ругань, но я уже стремительно уходил прочь, наслаждаясь тем, что на улицах почти никого не осталось. Редкость даже в небольшом городишке, не говоря уже об оплоте севера.

«Нужно было идти с Харром» – подумал я, выйдя на одну из городских площадей.

Просторная, к ночи избавившаяся от торговых палаток и толп людей, она могла похвастать лишь массивным мраморным монументом, изображающим опустившегося на одно колено истинного мага.

И стоял он на постаменте, поверхность которого покрывали вереницы имён и дат.

Монолит Памяти, рядом с которым я, прищурившись, безо всякого труда разглядел укрывшуюся от дождя теми же чарами фигуру.

Вейра. Стоит, задумчиво глядя на монолит и не замечая ничего вокруг себя.

«Хорошо, что так».

Я сжал кулаки, развернулся и двинулся в противоположном направлении, завернув в третью попавшуюся мне на пути таверну. Прошёл, минуя пьянчужек, прямиком к стойке, за которой стояла дородная женщина-хозяйка и возвышалась целая стена из бочек.

– Вина. И горячего, если осталось что-то нормальное. – Я достал три таллера, водрузив их перед собой. – Комната на ночь есть?

– Почто не быть? Есть. И вино, и рагу. – Женщина покивала деловито. – Пять таллеров, стало быть, за всё…

Я прищурился, глядя в эти наичестнейшие глаза. Сбросил капюшон, открыв приметный капелланский ворот. Женщина вздрогнула, а спустя секунду затараторила:

– Три, три таллера-то, обсчиталась, господин капеллан! Как раз последняя комната осталась, как вас ждала, чесслово!..

– Меня устраивает. – Я позволил ей стянуть со стола монеты. Отошёл от стойки, окинул зал взглядом и занял место подальше от камина и основной массы людей, сев спиной к стене.

Спустя пять минут передо мной уже водрузили литровый кувшин разбавленного вина, кружку, чашку с исходящим паром рагу, ржаной хлеб и кусок сыра.

И так как за день я оголодал о-го-го как, к поглощению съестного я приступил незамедлительно и с полной самоотдачей. Как вдруг…

– … нет комнат? Совсем?

– Только общая, вашмилость! – Женщина-хозяйка раскинула руками. – И та вам в три таллера обойдётся…

Я тихо выдохнул. Зажмурил глаза. Голоса никуда не пропали, и Вейра исчезать тоже не торопилась. Она так же растерянно выспрашивала, где ещё поблизости есть постой, когда я допил вино и поднялся со своего места, направившись к стойке.

И немного опередил вояку в подпитии, который целенаправленно двигался к Вейре, явно собираясь рискнуть здоровьем. Спустя секунду, впрочем, его перехватили его же собутыльники, принявшись оттаскивать и отговаривать от сомнительной идеи «познакомиться с барышней».

«А ведь я хотел как лучше. Но, видно, на всё воля Трона…».

– Вейра. – Наградив хозяйку таверны суровым взглядом, я улыбнулся магессе. – Не ожидал тебя здесь встретить.

– Даррик? – Девушка удивилась совершенно искренне. Значит, у монолита она меня и правда не заметила. И всё равно пришла сюда… – Разве ты не должен быть с остальными, ну… своими?

– Нас насильно в обитель не загоняют, если ты об этом. – Я повернулся к хозяйке таверны. – Комнат и правда нет?

– Никак нет, господин капеллан! Токмо общие койки остались, по пол-таллера… кхм!

– Эй! – Вейра ожидаемо вскинулась на такую несправедливость, но я не дал ей продолжить. Отсчитал шесть грошей, положив монеты на стойку.

– Девушка заночует в моей комнате. И оставьте для меня одну койку. – Хозяйка, сначала запунцовевшая, резко поскучнела и кивнула, а я обернулся к Вейре. – Не ужинала?

– Нет! И я не… – Она приготовилась было возмущаться, но её запал иссяк на полуслове. С недовольно-удивлённого, лицо магессы приняло задумчиво-надутое выражение, с которым она обратилась к пытавшейся сурово её облапошить женщине: – Сколько за ужин?

Та ответила тихо:

– Таллер, госпожа…

Вейра покосилась на меня, дождалась кивка и расплатилась за обещанную еду.

– На будущее, советую уточнять, за что ты платишь. Под едой могут подразумевать и корку хлеба с водой. – Усмехнулся я, вместе с девушкой вернувшись за «свою» часть одного из общих столов.

– Ты же здесь ел. И тебя она… – Вейра кивнула на хозяйку сего заведения. – … обманывать не хочет, почему-то. И во сколько тебе обошлась комната? Я заплачу!

Сопротивляться и отказываться от такого «обмена» она не стала. И то хлеб.

– Два таллера. Ты раньше никуда не ездила?

– Меня сопровождал Олаф, организатор каравана. Но он погиб… там. А сама я… – Она мотнула головой, пододвинув ко мне пару серебряных монет. – … нет, не ездила.

«И вот эта девочка, не понимающая даже, что и сколько стоит, дралась насмерть с чуждыми. Троном клянусь, это не нормально».

– Полагаю, спрашивать, почему ты решила остановиться здесь, а не в местах поприличнее, смысла нет никакого?

– Я не успела дойти до этих «мест поприличнее». Увлеклась прогулкой…

Я хмыкнул, глядя на лицо Вейры. Она совершенно не умела врать.

– Что ж, такое случается. Но в следующий раз лучше заранее ищи место для ночлега, а уже потом «гуляй», сколько вздумается. – Я опёрся об стену.

Спинок у лавок, естественно, не было.

Хозяйка принесла Вейре ужин, вдобавок водрузив передо мной кружку вина. Всем своим видом она демонстрировала крайнюю степень раскаяния, а это была попытка удостовериться в том, что я не начну вот-вот причинять справедливость.

– Ты сильно меня выручил. Не знаю, где бы я искала комнату посреди ночи. – Установившуюся тишину Вейра прервала, лишь покончив с едой. – Спасибо.

– Пустое. – Я отмахнулся, улыбнувшись. – Я, в отличие от тебя, могу заночевать и в общей комнате, и под открытым небом, если придётся.

Правда, мне хотелось оказаться в нормальной постели, но ведь впереди всё равно будет ещё одна спокойная ночь. Тогда и отосплюсь.

– А тебя точно обучали в Ордене? – С улыбкой и безо всякого намёка на серьёзность спросила Вейра. – Ты совсем не похож на своих товарищей…

– Просто ты пока не видела других капелланов, которые предпочитали проводить свободное время за книгами…

Мы проболтали ни о чём ещё с полчаса, перебрасываясь шутками и ненавязчивыми взаимными комплиментами.

А после Вейра начала отчаянно зевать, и я спровадил её спать. Не забыл при этом повесить на ручку двери её комнаты простейший одноразовый сигнальный оберег, коих у меня в запасе было аж два десятка.

Просто на всякий случай.

Только после этого, удовлетворённый своей предусмотрительностью, я добрался до общей комнаты, найдя «свой» сундук-лежанку. Снял броню, меч и вещмешок, спрятав всё ценное под грубо сколоченной крышкой.

Проковырявшись пару минут, я и тут смог приспособить ещё один оберег, после чего, наконец, принял горизонтальное положение, закрыл глаза и попытался обособиться от дыхания, хрипов, сипов и скрипов, издаваемых «соседями».

Но сон не шёл. На периферии сознания засела надоедливая, не прекращающая жужжать мошка, отгоняющая сон прочь и навевающая смутное чувство тревоги.

Я ворочался, пытаясь найти источник этого ощущения, но откуда бы тому было взяться в комнате, полной дрыхнущих пьяных крестьян?

«Перенапрягся, что ли?..» – я тихонько встал со своего места, повёл плечами и так же тихо двинулся ко второму, не запертому на ночь и ведущему во внутренний дворик выходу из тонущей в тишине таверны.

Никого не встретив по пути, я выбрался на свежий воздух и вдохнул полной грудью: здесь мне стало получше.

Минуты потянулись одна за другой, а я, подперев спиной початый тюк сена, начал откровенно клевать носом. Сон, который не шёл там, в комнате, снаружи навалился на меня с новой силой.

А когда я окончательно расслабился, пригревшись на новом месте, в голове раздался мощный колокольный перезвон.

Я вскочил, бешено озираясь. Секунда, другая – и сон окончательно отступил…

«Звон. Звон! Обереги!..» – я пулей бросился ко входу в таверну, едва не вышибив дверь и влетев в коридор второго этажа. Дверь, ведущая в комнату Вейры, стояла нетронутой, а сам оберег не выглядел активированным.

«Ничего? Значит, мой сундук…».

Чувство тревоги взвыло с новой силой, и я кубарем бросился вперёд.

Раздался грохот, по полу застучала щепа. Я развернулся, вскинул левую руку, сложил нужный жест – и второй удар пришёлся на магический щит. Отступая, я одновременно и усилил зрение, и выбросил вперёд пару светлячков, вырвавших из полумрака силуэт пьяницы-наёмника, который сжимал в руках спинку переломившегося стула.

– Именем Ордена, стоять! – Но здоровяк оказался глух к моим словам, бросившись вперёд так, словно от этого зависела его жизнь.

Я шагнул назад, скрутив ладонь левой руки и послав вперёд значительно ослабленный воздушный снаряд. Свист ветра, удар, грохот – и горе-нападавший сполз по стеночке, потеряв сознание.

Я замер, прислушиваясь к своим ощущениям и слуху.

Таверна просыпалась. На лестнице показались первые разбуженные шумом люди. Дверь, ведущая в комнату Вейры, приоткрылась, и заспанная, но готовая использовать магию девушка осторожно выглянула наружу:

– Что тут… Даррик?

Я дёрнулся, беззвучно отключив второй зазвеневший оберег.

– Не спрашивай. Я и сам не знаю, какого Трона сейчас произошло. Хозяйка! – Дородная женщина объявилась тут несколько секунд назад, но пока не торопилась что-либо говорить. – Отправь кого-нибудь за стражей. У нас тут попытка кражи и нападение.

Очевидно, что в мой сундук влез именно этот перепивший крепыш. И, похоже, я сильно его задел тем, что «отодвинул» от Вейры, раз он решился на такое.

События дальнейшей ночи не дали мне ни единого шанса на то, чтобы по-человечески выспаться. Прибывшая стража опросила меня и всех свидетелей, убедилась, что ничего из сундука не пропало, после чего уволокла буяна в местные казематы.

На словах ещё ничего, но на деле тянулось это так долго, что заснул я лишь под утро.

И то – беспокойным, тревожным сном, дёргаясь от каждого шороха, по-всякому прокручивая в голове одну-единственную мысль:

«Вот так и делай людям добро. Буйные северяне, что б их!..».

Глава 9

В полдень, едва я продрал глаза и вышел в общий зал, ко мне с неожиданной просьбой обратились стражники: они хотели замять ночное происшествие.

Естественно, самим им это было не надо, но вот протрезвевший и оценивший дела рук своих наёмник страстно возжелал компенсировать неудобства всем пострадавшим.

Хозяевам таверны он уже заплатил за разбитую мебель, повреждения стены и беспокойство, а мне от его лица всучили полный таллеров кошель, кратко описав ситуацию.

Пьянчуга очень не хотел, чтобы капеллан потребовал наказать его по всей строгости законов Империи, ведь нападение на членов Ордена каралось всегда одинаково: смертью. Он Троном клялся никогда больше не брать в рот ни капли спиртного, и даже один из стражников набрался смелости, пообещав присматривать за «непутёвым родственником».

И этого оказалось достаточно, чтобы я махнул рукой и отпустил их с миром.

Уже после, понимая, что следующим утром мы покидаем последний город на нашем пути, я собрал свои нехитрые пожитки, надел доспехи, повесил на пояс меч, оплатил постой – и в спешке направился в торговый район.

Вейры в таверне к этому моменту не оказалось, но комнату она, со слов хозяйки, оплатила и на вторую ночь тоже. Благодаря этому я знал, где искать девушку поздним вечером.

И мысль, что я обладаю этим знанием, почему-то была приятной и тревожной одновременно.

К середине дня в Визегельде уже вовсю кипела жизнь: на улицах было не протолкнуться, повсюду раздавались голоса, от края до края мелькали гружёные повозки и телеги, несла дежурство многочисленная стража.

В этой суете никому не было дела до одного-единственного человека. И если вчера на мне ещё задерживали обеспокоенные и встревоженные взгляды, то сегодня всё было иначе.

Я смог спокойно уточнить у местных дорогу и в приподнятом настроении начать свой поход по торговым рядам.

Покупал то, на что копил ещё в обители: кое-что из «нетрадиционной» для Ордена одежды, полезные в быту мелочи, простые магические травы, писчие принадлежности.

Особенно дорого мне обошлась качественная бумага для ведения своего личного Кодекса или, как иногда говорят, Гримуара. Удалось отыскать также солидную, безликую кожаную обложку, и прямо на месте, не без помощи мастера-книжника, присоединить её к артефактному корешку.

И на это ушла вся полученная от наёмника компенсация.

Так, буднично и без помпы, я сделал то, к чему актуариусы обычно приходят спустя пару-тройку лет службы. И не случайно: вопреки своим ожиданиям, в пути я не просто оттачивал навыки, но и узнавал что-то новое, спасибо Вейре. А сходу запомнить всё то, о чём она говорила и будет говорить, было невозможно.

Поэтому гримуар придётся как нельзя кстати, ведь нам запрещено доверять некоторые сакральные знания обычной бумаге.

Я шёл меж торговых рядов с улыбкой, одной рукой поглаживая раздувшуюся сумку. Несмотря на неспокойную ночь и исхудавший кошель, моё настроение уверенно покоряло новые высоты.

Я всем своим естеством чувствовал, как становлюсь лучше себя прежнего.

Как совершенствуюсь не только в магии, но и в неоднозначном искусстве бытия капелланом…

И всё равно где-то на глубине сознания, словно застарелая заноза, сидела та ночная тревога. Переутомление, отсутствие нормального сна, непривычная обстановка – всё это сказывалось на мне не лучшим образом.

– И долго ты планируешь тут шататься, Дар? – Вышагивающий со мной по правую руку Харр, глупо улыбающийся и явно очень довольный жизнью, снова начал ворчать.

– Я ведь предупреждал, что со мной тебе будет скучно. – Я пожал плечами.

– Было нескучно, пока ты что-то да покупал, объясняя, зачем. А теперь мы ходим кругами… – Парень развёл руками, будто бы пытаясь указать на всё сразу. – И ты не признаёшься, чего ради.

– А нужно обязательно ходить ради чего-то?

Он хихикнул:

– Никогда не поверю в то, что ты вдруг решил просто погулять. Не после твоих ночных приключений…

Я же, оценив подколку, гаденько ухмыльнулся:

– Не хочу слышать это от того, кто «наприключался» на сорок таллеров за одну ночь.

– Это другое! – Возмутился Харр так, как мог только он.

Громко, но совершенно беззлобно.

– Может быть. Но, насколько я знаю, тебя с Элькасом тоже отправили в какую-то дыру. Наслаждайся цивилизацией, пока можешь, друг мой… – Меланхолично ответил я, продолжая вышагивать по улицам.

– Наша дыра поменьше вашего с магичкой дыра. Там хоть городок, а не пограничный форт. – Фыркнул Харр, переходя на заговорщицкий шёпот. – И, к слову, ты слышал о том, что конкретно творится у границ?

Я напрягся: он всегда так делал, когда собирался сообщить о чём-то очень важном, и никогда ещё эти вести не оказывались чем-то приятным.

– Ты это о чём?

– Не слышал, значит… – Мой товарищ покивал удовлетворённо. – А я вот вызнал, что говорят люди. На северных границах уже с полгода живые мертвецы мелькают. Дошло до того, что деревенские с насиженных мест снимаются и перебираются южнее. Чернокнижники, мол, житья не дают…

Я помассировал виски.

– Это только слухи, или там реально что-то происходит?

– Было б неплохо, окажись эти слухи всего лишь слухами. – Парень поморщился. – Но ведь и нас не просто так раскидывают по всей границе. Местные капелланы болтают, что через Визегельд и с других обителей пополнение проходит. И орденариусы тоже…

Он шумно выдохнул, бросив на меня серьёзный взгляд.

– А ещё со всех регионов к опустевшим шахтам ссылают каторжников, но и с ними что-то там неладно.

– Это очень дурно пахнет, друг мой. Очень дурно. – И я сейчас ни разу не драматизировал. – Что остальные?

– Сообщу им утром. Но капеллан Висс наверняка и так обо всём знает. – Он пожал плечами. – Это мы как слепые котята, а она-то в курсе, что в Империи происходит.

– Факт. – Как ни прискорбно было это признавать, конечно же. – А я-то надеялся, что нас помаринуют год-другой в относительно безопасных местах…

– Знаешь, после боя с чуждыми живые мертвецы – не такой уж и плохой вариант. Они хотя бы тупые… – Харр поморщился, отвернув ближе к краю улицы. Я шагнул следом. – Чуждые бросались на нас слаженно, с пониманием, знаешь? Им ведь всё равно на то, что ты проколол им сердце или вскрыл грудину. С такими ранами они могли ещё с минуту шевелиться, и как!..

Я ободряюще опустил ладонь на плечо друга, но промолчал. Мне нечего было добавить, но я мог хотя бы выслушать и поддержать на правах «старшего».

– Пока с десяток тварей наседает, одна может прыгнуть, повалить человека и вцепиться в горло. И ты её хоть в лоскуты поруби – она не отцепится. Только магией спасались, и то – не всегда. – Он раздосадованно махнул рукой. – Ты же знаешь, какой из меня колдун. На месте наставников я б себя плетьми обхаживал каждый день, если б знал, что нас ждёт! А они что? Хорош с мечом – значит, хватит?!