Гений клана

На какое-то время Элин лишился всякой способности не то что связно говорить, но и мыслить, а потому промолчал, собирая воедино ту кашу, в которую превратила его мозг неожиданная встреча.

– Господин Бельфи, я… Благодарен вам за предложение, но я сомневаюсь, что смотрители позволят сделать что-то подобное.

– Да, в чём-то ты прав, юный Нойр. Но правила, к которым я сам приложил руку… – Тут Гайо коварно, совсем по-детски улыбнулся, а в его голубых глазах заплясали бесенята.

Невольно Элин поймал себя на мысли, что человек, которым он искренне восхищался в прошлой жизни, подозрительно напоминает ему Мика в те моменты, когда тот решался провернуть нечто безумное. Этот образ слишком хорошо отпечатался в памяти переродившегося анимуса, чтобы когда-либо оказаться забытым.

– Никто и слова не скажет директору академии, если тот решит помочь заинтересовавшему его потенциальному студенту. Что конкретно тебя интересует, Элин?

– Самые разрушительные техники, нацеленные в первую очередь на убийство других анимусов, – без какой-либо задней мысли ответил Элин, с небольшим запозданием поняв, как это звучит. Но ввернуть в диалог объяснение не успел, так как Гайо Бельфи обернулся через плечо и, как-то странно посмотрев на парня, спросил:

– Ты же понимаешь, что самыми разрушительными техниками ты не сможешь пользоваться ещё очень долго, верно? Если тебя кто-то обидел, то можно всегда ответить добрым словом. И только если оно не помогло, начинать бой. Но сейчас я бы посоветовал тебе начать с чего-то, что поможет укрепить тело, ведь полноценно использовать даже медные боевые техники ты сможешь лишь спустя месяцы упорных тренировок. – У забывшего, как контролировать мимику Элина задёргалось веко. – Вот, например, азы этой техники помогут раскрыть сокрытую в человеческом теле подвижность и в дальнейшем с меньшим сопротивлением обеспечить слияние с демоническим зверем соответствующего направления…

Находись неподалёку сторонний наблюдатель, то у него явно возникли бы вопросы к тому, как отреагировал немолодой анимус на обнаруженное у ребёнка желание кого-то прикончить. Не остановил, не попытался вразумить, а предложил то, что школьник сможет освоить уже сейчас! И более того, сунул в руки подростка самый настоящий незащищённый свиток с техникой.

– Я, должно быть, не так выразился, господин Бельфи. Я ищу сведения о потенциале атакующих техник лишь для того, чтобы сопоставить их с защитными.

– О?.. – Гайо замер со свитком в руках, после чего так же спокойно вернул его на место, будто ничего и не было. Следом анимус указал рукой на читальные столы: – Присядем? Мне интересно, чего именно ты хочешь добиться.

– Я думаю, господин Бельфи, что вы тоже задавались подобным вопросом. Представьте, что вы, находясь в воздухе, попали под удар Тюрьмы Ледяного Духа. – Элин устроился за тем же столом, за которым перелопачивал книги до этого. Гайо же занял место напротив. – Какая защитная техника будет в таком случае наиболее эффективной при стандартной напитке рун? А при десятикратной? Стократной?

В своей реальности Элин сам дал ответ на этот вопрос, оставив в нескольких городах свои труды на соответствующую тему. Семь томов расчётов и примеров, которые он перенёс на бумагу лишь для того, чтобы внести свою лепту в становление могущества человеческой расы. Каждый абсолют должен был в своей жизни сделать что-то такое, за что потомки смогут его поблагодарить, и правило это не нарушали даже тёмные.

– Это очень интересный вопрос. Очень интересный. – Мужчина запустил свободную руку в шевелюру, второй всё ещё придерживая свой посох. – И ответа на него у меня нет. Ты сам дошёл до этой идеи?

– Да, господин Бельфи.

Как-то незаметно Элин решил, что настало время для создания репутации юного гения.

– И ты хочешь стать анимусом, верно? Действительно хочешь, без всяких скидок на богатство и власть?

– Без богатства и власти не обрести подлинной силы. Я хочу стать абсолютом, господин Бельфи, и достойным главой своего клана. И для этого… – Элин улыбнулся. – Да, мне нужно стать анимусом.

Гайо, в свою очередь, ощерился во все тридцать два белоснежных зуба, после чего удовлетворённо кивнул:

– Твои амбиции велики, но как насчёт знаний? Начерти рунную цепочку, скажем, младшего барьера подвижного типа.

Гайо коснулся большим пальцем перстня на указательном, и в его руках тут же появилось дорогостоящее перо, которому чернила для обычного письма никогда не требовались. Следом на свет явилось несколько плотных листов бумаги – тоже не самое дешёвое удовольствие. Лишь действительно богатые люди могли себе позволить вот так вручить их первому встречному пацану с наказом нарисовать довольно простую, но не простейшую технику.

– Справишься?

Вместо ответа Элин притянул к себе один лист бумаги, сдвинул в сторону книги и, приняв из рук анимуса перо, принялся за работу, намеренно снизив скорость и качество письма. Но даже так Гайо Бельфи отметил про себя, что движения сидящего перед ним мальца больше подходят опытному мастеру рун или писарю, нежели кандидату в анимусы, готовящемуся поступить в академию, откуда выходят сплошь боевики. И данный факт был практически гарантией того, что этот божественный талант там будет попросту зарыт в землю.

Тем временем Элин нанёс последний штрих и, отложив в сторону перо, замер, жестом предложив собеседнику ознакомиться с результатами его работы. Мужчина набрал полную грудь воздуха, огладил бороду и, подтянув к себе листок, заскользил взглядом по изящным, геометрически корректным рунам, которые можно было прямо сейчас запитывать анимой и отдавать кому-то на освоение.

Бельфи улыбнулся, и Элин понял: тот более чем доволен увиденным.

– Элин Нойр, что ты думаешь насчёт того, чтобы стать моим учеником? Не вместо академии, нет, но в дополнение к ней?

Никто не позволил бы даже легенде среди легенд забрать себе наследника пусть и малого, но клана. Влияние анимусов на аристократов было строго регламентировано ради всеобщего блага и предупреждения вероятных конфликтов.

Элин покорно склонил голову. Но не столько для того, чтобы выразить уважение, сколько чтобы скрыть коварную ухмылку.

– Я буду рад этому, господин Бельфи. Но я должен вас предупредить: не далее как вчера проверяющий выявил у меня отсутствие всяких способностей…

Элин не успел даже договорить, а Гайо уже поймал его за запястье и пристально уставился на ладонь, спустя секунду хохотнув:

– Однако аниму ты высвобождал не далее как сегодня. Плевать, что сказал тот кретин, которого я лично вышвырну из академии. Ты станешь сильным анимусом, Элин Нойр. И достойным главой своего рода. – Гайо запустил руку за пазуху своего одеяния, выудив оттуда матово-чёрный амулет, в центре которого находился алый драгоценный камень в форме шестилучевой звезды. Легенда его мира и здесь достиг ранга абсолюта. – Завтра в полдень я буду ждать тебя у ворот академии. Сразу зарегистрируем тебя в качестве моего ученика и определим в тот единственный класс, способный хоть что-то тебе дать.

– Благодарю вас, учитель. А…

– Техники мы сегодня смотреть не будем. – Гайо развёл руками, как бы извиняясь. – К сожалению, теперь мне нужно кое с чем разобраться. Слишком давно я не брал учеников… Особенно вот так.

Под «вот так», похоже, подразумевались обстоятельства и скоротечность их встречи. Никаких длительных тестов, никакой притирки – небольшой разговор и одно задание, только и всего. Сотни юных анимусов, что могли лишь мечтать об учителе-абсолюте, прознав об этом, вполне могли дружно пойти и вздёрнуться на суку. Потому что это чёртов абсурд!

– Хорошо, учитель. В таком случае я, с вашего позволения, продолжу заниматься.

– Не перетрудись, юный Нойр. Энтузиазм – это великая сила и крепкий клинок, но всякий меч имеет свойство тупиться, если им безостановочно рубить.

– Я учту это, учитель.

Гайо Бельфи, развернувшись на месте, направился к выходу, размеренно постукивая посохом по каменным плитам, устилающим пол, а Элин, уткнувшись носом в вернувшийся на своё законное место свиток, думал над тем, как докатился до жизни такой. Ладно Алексия, принять её было его собственным решением, о котором он пока не жалел и вряд ли пожалеет в будущем. Но встреча с Гайо Бельфи, с тем, о ком он читал лишь в книгах и которого почитал как основателя своей родины, Китежа…

И словно этого было мало, Бельфи смог что-то в нём разглядеть за эти жалкие десять минут, сразу же предложив ученичество. И отказ… был возможен, но если бы об этом узнал хоть кто-то ещё, то слава придурковатого чудака стала бы самым мягким из вероятных последствий. Никто в здравом уме не откажется от наставника-абсолюта, даже если тот будет убеждённым фанатиком-копрофилом. Просто потому, что высший ранг анимуса – это сила, власть и политический вес. Это человек-армия, хранитель человечества и тот, кто может себе позволить если не всё что угодно, то очень и очень многое.

Лишь по этой причине Элин согласился, ведь даже восхищения было недостаточно, чтобы подвергнуть угрозе свои секреты. Гайо… Он, безусловно, могущественный анимус, но и интриган из него не хуже. На душе этого беззащитного с виду старика было столько грехов, что его можно смело назначать покровителем загробного мира – того самого, куда отправляются слишком тёмные, неисправимые души. Историю пишут победители, и Гайо написал свою, исказив одни факты, сокрыв другие и выставив в нужном свете третьи.

Элин много странствовал по миру и потому смог составить истинную картину той далёкой эпохи. Тем делам, которые проворачивал Гайо Бельфи, позавидовали бы многие Тёмные, одни лишь имена которых заставляли детей пачкать штанишки. И этот человек с сего дня будет считаться его учителем.

А впереди, между прочим, ужин, на который приглашены и родители Алексии. Конечно, от ворот поворот после произошедшего Элину никто не даст, но разговор можно превратить в нечто ужасное, даже сыпя отборными, искренними комплиментами.

Спустя несколько минут поняв, что в нынешнем состоянии запомнить что-то сверх уже выученного невозможно, а до встречи с будущей роднёй оставалось немногим больше пары часов, Элин решил немного погулять по городу, развеяться и как следует обдумать нынешнее положение дел.

При том уровне всеобщего внимания, что обеспечит статус ученика анимуса-абсолюта, скрываться будет непросто. Не будет никакого окна в полгода-год, на которое Элин рассчитывал, планируя своё развитие. Придётся всё делать на виду, из-за чего о тёмных искусствах придётся забыть…

«А нужны ли они мне, эти запретные техники?»

Элин успел выйти из библиотеки и пройти километр с небольшим, прежде чем его голову навестила такая простая мысль. С покровительством учителя, анимуса-абсолюта, можно будет не беспокоиться о тех проблемах, что могли доставить его, Элина, недоброжелатели. Вне зависимости от того, какой класс выберет Гайо в качестве наиболее подходящего, соседство со всеми сливками кланов ему заказано. Иначе к чему учитель упомянул «тот единственный класс, что способен что-то тебе дать»?

Аристократия учится не в одной группе, а в нескольких. Чуть больше классов выделено для талантливых детей горожан и парочка – для сирот. Отдельно стояли специализированные факультеты, куда разбирающиеся в вопросе родители посылали своих чад под собственную ответственность. Ведь сражаться может кто угодно, а вот профессионально заниматься рунным письмом – единицы.

Да и не нужны были городу бесконечные армии мастеров рун: хватало тех немногих, что учились в пресловутых специальных группах.

Руны… Элин подумал, что, вероятно, Гайо решил на первых порах отправить его именно на такой факультет, где наставники смогут раскрыть его талант к рунному письму. Боевые техники разучить можно когда угодно, а вот заложить основы для ремесла только в очень юном возрасте, и чем младше кандидат, тем лучше. Можешь держать в руках перо и понимать человеческую речь – можешь и учиться.

Тем временем солнце оказалось очень близко к горизонту, а Элин, прикинув время, направился к дому… и лишь завидев патруль, вспомнил о том, что Китеж был одним из немногих городов, в котором действовал комендантский час. Эта важная деталь совершенно вылетела из его головы, и потому теперь на целенаправленно приближающихся к нему мужчин он смотрел с дикой тоской во взгляде. Выслушивать нотации людей, которые будут находиться в своём праве, – последнее, чего он сейчас желал.

Элин прикрыл глаза и тут же словно с головой окунулся в грязную, мутную воду. Сила, наполняющая всё живое и присутствующая даже в воздухе, здесь имела грязный, серый, противный и мерзкий оттенок. Чем же он, этот оттенок, является на деле? Выжимкой, концентратом эмоций людей, растений и демонических зверей. И эта энергия медленно, но неумолимо изменяла чувствительных к ней анимусов, коверкала саму их суть, искажала душу, перекраивая её под себя и придавая необходимую форму. Помести лист бумаги в краску, и чистым он остаться уже не может.

А как повлияют на неокрепшее детское сознание кипящие среди взрослых страсти? Ненависть, зависть, гнев и ярость? Самые сильные эмоции и чувства, какие только есть у человека кроме любви? Кого мастера академии получат в итоге? Безумца, способного из-за собственного недовольства сравнять с землёй всю улицу? Помешанного, больше всего ценящего власть и богатство? Или монстра, одержимого идеей изменения прошлого?..

– Малец, чьих будешь? И ты один?

Последняя надежда на то, что отряд пройдёт мимо, растаяла, словно дым, а энергия, к которой потянулся Элин, собираясь обеспечить себе благоприятные обстоятельства для побега, начала медленно собираться у его рук. Но спустя всего секунду переродившийся анимус усмехнулся мысленно – и оставил эту затею. Покуда в том нет великой необходимости, демонстрировать свои способности он не будет.

– Клана Нойр, господа. Элин Нойр. И да, я один.

Патрульный нахмурился.

– Я допоздна засиделся в библиотеке со своим учителем, анимусом Гайо Бельфи.

– И он тебя отпустил? Ранговый амулет? Перстень?

– Отпустил, но знака у меня нет. Я ещё не сдавал соответствующие экзамены.

Капитан отряда кивнул, дав отмашку своему подручному, принял из его рук лист бумаги, простенькое заправляемое перо и начал что-то записывать. Спустя несколько секунд он закончил и, порвав бланк на две части, одну протянул Элину.

– Уведомление отдашь родителям. Где ты живёшь? Мы проводим тебя до дома.

– Район Нойр, господа. Неподалёку от Седьмой Ремесленной улицы, – вынул Элин из памяти адрес, который, к счастью, не оказался забыт. – Спасибо.

И благодарить было за что, ведь патруль имел полное право не только выписать штраф с выговором вместо уведомления, но и отвести его не домой, а в управление стражи, откуда его бы непонятно когда забрали родители…

Неожиданно на плечо Элина легла широкая ладонь:

– Гайо – хороший человек, и я не хочу обижать его ученика. Но в будущем постарайся не ходить по улицам ночью, уж больно много всякой твари в последнее время копошится под стенами.

– Я постараюсь, господин патрульный. – Почему-то Элин вполне искренне зауважал этого человека. Знает Гайо Бельфи и на службе ведёт себя как человек, что тоже редкость. – Но откуда вы знаете учителя?

– Знаю? Нет, это вряд ли. Скорее, это я его помню, а он… Вряд ли такой человек запоминает каждого спасённого мальчишку. – Ностальгически улыбнувшись, мужчина продолжил уже после того, как их отряд выдвинулся к новой точке назначения: – Мы с друзьями как-то решили доказать свою взрослость. Откопали где-то оружие и пошли на охоту, за стены. Нас бы никто не выпустил, да только мы представились учениками алхимиков, прибившись к их молодняку. Так и пробрались… Но речь не о том.

Тихий и спокойный вечер, родной город и хороший рассказ, в котором фигурирует Гайо Бельфи… Что ещё нужно для счастья? Так думал и Элин, внимательно запоминающий всё услышанное.

– Набрели на руины, где столкнулись со зверями. Обычными, даже не демоническими, но даже с ними совладали с трудом. Появились первые раненые, и мы решили уйти в город, но на кровь пришли Теневые пумы. Там бы мы и встретили свой конец, если бы не Гайо, что оказался поблизости и успел прийти нам на помощь. Спас он нас, идиотов малолетних. А меня так вообще буквально из пасти вырвал.

– Красивая история. Вам сильно повезло: обычно Теневые пумы сразу убивают своих жертв. Молодняк?

Капитан, хмыкнув удивлённо, кивнул:

– Две взрослых особи и с десяток детёнышей. Учились они на нас. – Мужчина поморщился. – Увлекаешься книгами?

– Немного. Готовлюсь к тому, чтобы стать анимусом, как учитель.

И плевать, что учителя он встретил буквально полтора часа назад. Учитель же? Учитель. Книгами увлекается? Настолько, что одна его буквально до смерти довела.

– Правильным путём идёшь, парень. Способности надо развивать…

Капитан кивнул одобрительно и вдруг резко остановился, схватил Элина за плечо и одним движением задвинул за свою спину. Патрульные разом подобрались и чётко, без единой ошибки сформировали защитный периметр с лидером и ребёнком в центре.

– Капитан? – один из бойцов, сжимая копьё и вглядываясь в темноту, явно был не против услышать хоть что-то.

– Слева мелькнуло что-то. Показалось, возможно.

Все как один вперили взгляд в левую сторону улицы, и это стало самой фатальной ошибкой, какая только могла быть допущена. Одновременно с раздавшимся позади тихим, но пробирающим до костей шипением из ниоткуда появилась гигантская змея, одним махом зажавшая голову ближайшего к ней воина в пасти и одним рывком сломавшая ему шею.

– К бою! Сэм, Дигни, прикрываете ребёнка!

Капитан правой рукой выхватил из-за спины чуть изогнутый клинок, а левой, метнув в тварь пару массивных ножей, умудрился раздавить сигнальную пластину. В небо взвилась алая искра, света от которой хватило для того, чтобы лишённый такого привычного восприятия Элин как следует разглядел, кто им повстречался на улицах Китежа.

Огромная, чуть меньше тридцати метров в длину змея ничуть не походила на своих мелких и относительно безобидных сородичей. Серебряная чешуя, переливающаяся в свете луны, две пары клыков, угрожающе выглядывающих из пасти… Самым неприятным было то, что Элин не мог сказать, к какому виду принадлежит этот демонический зверь. Он его просто не знал, хоть и перебил за свою жизнь сотни тысяч подобных монстров.

По улице пронёсся устрашающий рёв-шипение, капитан со своими людьми бросился вперёд, а Элин, стоя за спинами отнюдь не самых сильных молодых воинов, явственно ощутил страх. Весь день он пытался хоть как-то раскачать своё духовное тело и за счёт этого смог почувствовать ту мощь, что скрывала в себе змея-людоед. Платиновый ранг, не меньше. Бронзовых воинов и серебряного капитана она сожрёт и не заметит, после чего примется за мальчишку, который не успел подготовить ничего из того, что могло сейчас помочь.

«Столько пережить лишь затем, чтобы сгинуть в пасти какого-то платинового мусора?!»

Десятки и сотни моментальных внеуровневых техник всплывали в памяти Элина, но все он отметал в сторону – ему не хватило бы ни анимы, ни физических сил, чтобы эффективно их использовать. А всё то, что требовало подготовки, не подходило уже потому, что четверти часа в запасе как-то не наблюдалось. Тут и на одну минуту рассчитывать можно было лишь с большим трудом…

Тем временем капитан подскочил к змее и попытался разрубить чешую, но тварь словно очнулась от сна, неуловимым движением махнув хвостом и отбросив человека на десятки метров. Подоспевшие на помощь лидеру патрульные чётко, словно на учениях скоординировались и одновременно нанесли сразу несколько ударов копьями, но на прочной шкуре демонического зверя не осталось даже одной-единственной царапины. В какой-то момент Элину показалось даже, что эта змея смеётся над людьми так же, как человек, закутанный в одежду с головы до ног, насмехается над беспомощными комарами.

– Назад!

Капитан, будучи самым сильным и крепким во всём отряде, уже успел встать на ноги, приблизиться и даже откинуть одного из замешкавшихся подчинённых в сторону, как вдруг змея, сверкнув глазами с изумрудной радужкой и вытянутыми зрачками, ринулась вперёд. Раз – и первого копейщика размазывает об мостовую. Два – и к товарищу присоединяется тот несчастный, чьи ноги тварь просто и незатейливо вырвала из тела, отшвырнув останки защитника в сторону.

Ни дерево, ни сталь не представляли для неё ровным счётом никакой угрозы, и потому Элин, грязно выругавшись и посетовав на отсутствие за годы ставшего привычным перстня с шипом на внешней стороне, выхватил из-за пояса одного из стоявших перед ним патрульных кинжал, которым тут же рассёк себе ладонь. Подталкиваемая анимой кровь хлынула на мостовую и, словно живая, начала расползаться вокруг, формируя чертовски огромный и сложный узор.

Прекрасно осознавая всю бессмысленность бегства, Элин решил разыграть козырную карту, которой, при небольшом везении, должно было хватить не для победы, но для выживания. Потянуть время. Что может быть проще?..