Яснорада
- -
- 100%
- +
Может быть, но это всё равно ничего не меняло. Леди должна была сидеть дома и оплакивать брата, а будущий жених — утешать её вечерами. Но воин помнил, как рыжая плелась, еле передвигая ногами, смешно морщила нос, сдерживая чихание. Чихала, кстати, ещё смешнее.
Когда она пришла впервые в лагерь, паладин понял, что у девчонки не осталось воды: губы потрескались, тени залегли вокруг впалых глаз, мечущихся в поиске сосуда с питьём — всё говорило о жажде. Воин чуть не рассмеялся, когда леди хлебнула огненной настойки, которую так любили простые солдаты. Да он и сам особо не брезговал ею в походах.
Паладин забавлялся, глядя на ничего не подозревающую девушку. Он развлекался в одиночестве и не рассказал своим воинам о таинственной спутнице. Позволил украсть ключ, хоть руки и чесались схватить воровку. Не помешал отпустить призывников и лошадей. Правда, пару раз воин чуть не выдал себя, когда откровенно смотрел на неё в упор.
Девчонка становилась бледной, пятилась. Мужчине казалось, что она рухнет в обморок от страха. Но Рыжая брала себя в руки, убеждалась, что всё ещё невидима, и продолжала бедокурить.
Именно бедокурить и пакостить. Угрозы никакой от девушки не исходило. Даже когда она ударила Марса по голове, то испугалась за него и судорожно нащупывала пульс. Ей было жаль того, кого она считала врагом. Только убедившись, что он жив, продолжила начатое.
На очередном привале парни заметили кого-то вдали, но командующий отдал приказ не обращать внимания. Он понял, что девчонка умирает от жажды, раз она даже полог не может удержать. Командующий испытал укол разочарования. Путь был неблизким и однообразным, а рыжей удавалось поразвлечь воина.
Перед уходом он оставил ослабевшей путнице сосуд с водой, сомневаясь, что она выкарабкается.
На ночном привале паладин не выдержал и, приняв бестелесную форму, вернулся на то место, где осталась умирающая. Девчонка поднялась, чем ещё больше удивила мужчину.
Надо же, какая сила! И это не тяга к жизни: будь дело только в ней, рыжая уже бы сдалась. Это любовь! Такая светлая и чистая, что даже он ощущал её тепло, хотя и принадлежало чувство другому.
К развлечению паладина присоединилось и иное — любопытство. Он решил помочь любящей найти любимого, ведь колонна сменила направление, а девушка упрямо топала строго на север. Пришлось её немного попугать.
После горячих источников леди изменилась. Она стала чистой. Огненная копна волос была кое-как перехвачена лентой. Кожа оказалась золотистого оттенка, непривычного взору паладина. В его краях ценили благородную бледность. Темно-зелёная широкая рубаха, перетянутая ремешком на талии, и коричневые кожаные штаны подчёркивали стройность юной особы. Девушка выглядела непростительно ярко. Там, откуда он родом, так не выглядели леди. Да и те, кого и леди-то язык не поворачивался назвать, тоже так не выглядели.
Вернувшись, рыжая принялась за дело: распугала лошадей и попыталась освободить паренька. Но паладин уже знал, на кого нацелен маленький огненный смерч, поэтому стерёг блондина. Ждал. Было любопытно, что предпримет она на этот раз.
Девчонка, правильно рассудив, отступила. Правда, командующий опять не удержался и посмотрел на неё, чуть не выдав себя.
Она стояла так близко, что он смог разглядеть на её коже россыпь мелких, медного цвета точек, покрывающих лицо. А ещё глаза. Её радужки искрились хризолитовым блеском. Тёплым, светлым и чистым зелёным. Вызывающе красочно!
Под взором мужчины кожа девушки побледнела, незнакомку затрясло, но, взяв себя в руки, она сдвинула жеребца в сторону, а паладин приложил усилие, чтобы не проводить леди взглядом. Она ушла. Но воин знал, что ненадолго.
Вернулась к ночи. Командующий гадал, что предпримет огненный вихрь на этот раз. Уже и мужчин освободили. Аарон ввёл их в курс дела, вкратце пояснив, для чего их ведут и почему в начале пути их связывали и сажали в клетки. Теперь пленить новобранцев не имело смысла. Все понимали, что шли сражаться за свои земли. Мрак накроет всё: и Ирдаван, и Ардан, если прорвёт границу с Эребраном. Но вихрь привёл коня и ушёл, не напакостив. Рыжая пожалела голодное животное. Странная девушка.
Паладин подумал о тех леди, которые кривили носы от одного запаха немытой конины и уж точно не ездили верхом. А зеленоглазая обнимала и целовала Тёмного в нос! И в седле держалась превосходно. Воин даже залюбовался ею.
— Кто она тебе? — тихо спросил паладин у светловолосого крепкого паренька.
Тот встревоженно глянул на неожиданного собеседника, но ответил честно, поняв, что воину всё известно.
— Наречённая. Любит меня уже восемь лет. Я обещал жениться на ней, но теперь
— Не женишься, — продолжил паладин. — Вряд ли ты вернёшься. Но твоя смерть не будет напрасной. Ты отдашь свою жизнь во благо других. Пока такие, как мы, жертвуют, все прочие живут.
Парень сник. А командующий задумался, глядя на жениха. Чем же он мог заслужить такую любовь?
После довольно долгой паузы паладин лениво продолжил:
— Ты сможешь вернуться домой. Я могу тебе в этом помочь. Дам провизию и то, что защитит тебя от нового призыва.
— Что я буду должен? — оживился Тит.
— Отказаться от её любви, — пояснил чёрный воин.
— Как? Разве я могу решать за неё? — удивился блондин.
— Решай за себя, Тит, — паладин намеренно назвал парня по имени, хотя тот ему не представлялся.
Под утро наречённая явилась. Кинулась в клетку к притворяющемуся спящим жениху не оглядываясь. Наивная.
Воин подумал, что это даже хорошо, ведь чем больнее ей будет, тем больше станет её сила в итоге. Он намеренно обменял слабенького паренька на девушку. У Тита дара было разве что на закрытие узенькой щёлочки, в которую детёныш взъясыти с трудом пролез бы. А вот рыжая пылала мощью. Сила её была совершенно непонятна паладину Мрака. Он не знал, что с нею делать, но любопытство перебороло его, и воин решился на авантюру. Обоих забрать он не мог, так как всегда строго следовал договору, по которому увозил из Ардана пятьдесят душ, не больше и не меньше. Но обмен можно было считать вполне уместным.
Важно, чтобы парень предал девушку и она узнала правду. Паладин по собственному опыту понимал, что чем сильнее боль, тем могущественнее становится человек. А ему требовалось много светлого дара, поэтому он оказался доволен, когда разговор влюблённых подошёл к концу. Девушка испытала невероятную боль.
Однако она снова удивила — не плакала, когда внутри неё что-то умерло, не слала проклятия вслед предавшему, не умоляла парня выпустить её. Стоя в клетке, она переживала за него. А ещё за Евсея и Савку. И командующему стало безумно любопытно, о ком шла речь.
Глава 10
Кочевники начали собираться в путь, будто и не спали вовсе. Наверное, так и было, просто разыграли для неосторожной Лисицы спектакль, сговорившись с Титом. Да и пленные поднялись бодрые, выспавшиеся. Перекусив, принялись тянуть жребий, кому ехать в телеге.
Оказалось, что путешествовать в клетке хотели все. Оно и неудивительно, раз сбега́ть передумали. Всё лучше на повозке, чем ноги собственные сбивать.
Рада заволновалась. Только сейчас осознала, что придётся находиться в тесном окружении стольких мужчин. Иллюзий насчёт них она не питала. За время путешествия такого наслушалась, что волосы дыбом вставали. Поэтому понимала, что, если захотят они воспользоваться её юным телом, никто их не остановит. Здесь, в гиблой пустоши, законов не было. Просто Лисице пока всё ещё везло оставаться незамеченной.
Зажмурившись, она представила себя щупленьким пареньком, надеясь, что морок удастся.
— А ты кто, заморыш? Не видел тебя раньше, — удивился краснолицый мужик с мясистыми щеками, забираясь в повозку. — Пошёл вон! Нужно было жеребьёвку пройти, чтобы ехать.
Рада кивнула и направилась к выходу, стараясь не показывать радости от предстоящего побега. Но у двери встал тот самый ирдаванец с насмешливой улыбкой и тёмными глазами, который наводил на Лисицу жуть. Он окинул девушку изучающим взглядом с ног до головы и хмыкнул, как ей показалось, одобрительно.
— Парень поедет здесь, — произнёс спокойным тоном он.
Обсуждать его слова никто не осмелился. В том, что прозвучал приказ, сомнений ни у кого не возникло.
Мужчины погрузились в клетки. Заперли только ту, в которой была Яснорада. Пеших арданийцев не связывали. Колонна тронулась в путь.
Всю дорогу Рада молчала. Лисица боялась проболтаться о том, кто она на самом деле, или того, что мужики по голосу догадаются о её тайне. Девушка просто сидела и слушала.
Из разговоров стало понятно, что везли мужиков на войну. «Выходит, всё же новобранцы, а не пленные. Тит тоже упоминал об этом. Но на какую?» — задалась вопросом Яснорада.
Двигалась группа почти всё время на север, лишь пару раз забирая чуть западнее. До Юго-Западной гряды было уже больше недели пути, а значило это, что война не между государствами Открытых Земель.
И тут Раду осенило: «Против Покрова Мрака!»
Волоски на теле девушки встали дыбом. Она вспомнила призрачного мужчину, которого видела недавней ночью, и всё, что знала о тех существах. Сердце заколотилось, как сумасшедшее. Стало тяжело дышать. Закралась мысль, что в ту ночь Лисице ничего не привиделось. Что она узрела создание Мрака! А что, если арданийцев везли на корм монстрам?
Неконтролируемая паника охватила пленницу, и Рада стала задыхаться.
— Эй, ты чего? Пареньку плохо! Воды сюда! — прокричал немолодой мужчина.
В его руках оказался бурдюк, который он сунул Яснораде, а сам опасливо отошёл.
Напившись, девушка увидела, что все мужчины столпились в противоположном от неё углу, настороженно поглядывая.
— Ты, случаем, не хворый, малый? На чахоточного походишь. Дюже худой да бледный, и всё лицо в точках, — раздался низкий бас из толпы.
Рада помотала головой и ответила сиплым голосом:
— Перенервничала перенервничал!
Мужики недоверчиво косились, но спустя пару мгновений расселись на полу, приняв объяснение. Бурдюк оставили Лисице. На всякий случай, боясь неизвестной болезни.
Путь продолжался.
Весь день Рада обдумывала варианты побега да слушала мужицкие байки, буквально затыкая уши, когда рассказы скатывались в пошлость.
В периоды тишины девушка смотрела вдаль, размышляя о своём. Во время привалов её выпускали справить нужду в сторонке под присмотром того воина, у которого она стянула ключ. Тогда-то девушка поняла, что жуткий кочевник всё-таки её видел и, похоже, всегда. Но спрашивать она об этом побоялась. Вдруг он знал не обо всех её «подвигах».
Рада попыталась один раз сбежать, но кочевник без особых усилий её поймал, несмотря на невидимость, которую она набросила на себя заранее, и пригрозил, что перестанет водить по нужде в сторонку, а заставит делать дела в толпе ничего не подозревающих мужиков. Боясь быть разоблачённой, пленница бросила попытки освободиться и совсем отчаялась.
За двое суток Лисица почти не спала. Опасалась, что морок развеется, стоит ей крепко уснуть, и мужики поймут, что она девушка.
Иногда к решётке подходил вороной конь, когда позволяла длина привязи. Он тыкался мордой Раде в плечо и фыркал, подставлял нос для ласковых поглаживаний и поцелуев, коими одаривала его девушка, пока никто не видел. В конце она всегда давала ему несколько кусочков сушёных яблок. Хитрец быстро прожёвывал их и заходил с другой стороны. Тыкался во второе плечо, подставлял наглую морду и опять просил лакомства, повторяя ритуал по-новому. Иногда Яснорада, не сдержавшись, тихо смеялась. Уж очень забавлял её этот серьёзный на вид плут!
К вечеру другого дня посреди пустоши показался город. Большой, с крепостной стеной и башнями, красный и необычный. Он высился вдалеке, будто оазис. Пока колонна приближалась к нему, Рада зажмуривалась несколько раз, не веря своим глазам. Неужели пустошь закончилась? А что ждало Лисицу дальше? Далеко ли до границы с Покровом Мрака?
Дойдя до стены, кочевники направили повозки вдоль неё и через какое-то время оказались с другой стороны города, не заходя в него. Сокамерники столпились спереди и принялись охать, ахать да причитать, чем вызвали у Яснорады безудержное любопытство. Она пыталась встать на носочки, подпрыгнуть или поднырнуть, но всё оказалось тщетно. Девушка ничего не видела, кроме широких мужских тылов.
Те, как назло, восторгались все громче да примешивали к аханьям матерок. Чем ближе подъезжала клетка, тем брань становилась забористее, давая понять Раде степень восхищения соотечественников. Не выдержав, Лисица рявкнула на них, чем сбила с толку.
— Разойдитесь! — чуть ли не взвизгнув, прокричала она в образе щуплого паренька. Мужики обернулись и, опасливо озираясь, попятились, пропуская разозлившегося курносого пацана. С самого начала он вызывал у народа подозрения своим неожиданным появлением посреди пустыни и тем, что его единственного сажали под замок. Рада прошла вперёд и увидела невероятную картину. На огромной ровной площади, словно рассыпанные цветные карамельки, стояли корабли-дирижабли и аэростаты. Яснорада знала названия этих летательных аппаратов — читала в одной книге о них. Но увидеть собственными глазами — полный восторг!
— Матерь-Сотворительница! — выдохнула девушка.
Картина впечатляла. Некоторые дирижабли поднимались в воздух, какие-то приземлялись. А шары, подобно россыпи диковинных ягод, заполоняли и небосвод, и красную землю.
Людей вокруг было видимо-невидимо. Повсюду сновали повозки со всевозможными грузами, начиная с дерева и заканчивая дикими животными в клетках.
Колонна остановилась возле огромного воздушного корабля, выглядевшего величественно и мрачно. Его необъятный продолговатый баллон тёмно-серого цвета был наполнен горячим воздухом, а корпус сделан из чёрно-бордового морёного дерева. Через большой люк в хвостовой части, в который с лёгкостью проехала бы запряжённая тройкой телега, в корабль заносили грузы и поднимались мужчины. Вовсю кипела работа.
Все люди оказались необычной внешности. Очень смуглая кожа, почти коричневая, карие, чуть ли не чёрные, глаза и смоляные волосы отличали иноземцев от арданийцев.
— Кто они? — спросила негромко Рада.
— Ирдаванцы, — ответил чей-то голос, принадлежащий одному из столпившихся соотечественников.
— А это тогда кто? — Девушка указала на стоявшего в стороне воина в чёрном, одного из тех, что сопровождали их колонну от самой Юго-западной гряды.
— Так это ж эребранцы, — пояснил кто-то из клетки.
— Эребранцы? — шёпотом переспросила Рада. — Исчадия Мрака?
Мужик рядом с ней скривился в ухмылке и кивнул. Ему было забавно слышать такое сравнение о тех, кто дважды колотил его во время похода. Но девушка не оценила веселья собеседника.
Тело Яснорады снова отреагировало на страх — по рукам побежали колкие мурашки, глаза едва не вылезли из орбит, сердце затрепетало испуганной пичугой. Лисица смотрела на открывающего замок воина, того самого, которого огрела в пустоши ведром, и испытывала животный, душащий ужас, толкающий на безумства.
Все эребранцы — призраки! Арданийцев везут не на войну, а в логово, где выпьют их светлые души, оставив умирать в муках! И, несмотря на то что бо́льшую часть страшилок про призраков Мрака девушка выдумала самолично, на тот момент она уверовала во все эти истории.
— Мы обречены! — завопила Рада, хватаясь за сердце. — Спасайтесь! Слышите? Помогите!
Пленники-новобранцы подобрались и насторожились, а Яснорада изо всех сил толкнула недоумевающего эребранца в грудь и, выпрыгнув из клетки, понеслась.
Бежала, как не бегала никогда, а делала она это превосходно. Когда живёшь с четырьмя братьями, и не такому научишься!
Несколько раз Лисица налетала на прохожих, а одну небольшую повозку даже перемахнула. Девушка не думала, куда бежать, лишь бы подальше от исчадий. Оглядывалась и летела вперёд, не обращая внимания на ругательства, брошенные в её адрес пострадавшими. Пока из-за угла какого-то прямоугольного хлипкого сарая не вышел тот, кто пугал беглянку больше всех прочих.
Воин в чёрном спокойно перехватил Лисицу поперёк талии, отчего её ноги по инерции взлетели в воздух. Пленница приготовилась к жёсткому приземлению и уже думала, куда метнуться дальше после падения, но не упала. Жуткий эребранец развернул пойманную спиной к своей груди и зажал.
— Тсс! — усмирил он беглянку. — Спокойно! Куда собралась?
Рада ничего не ответила. Попыталась освободиться от захвата, хоть ей это и не удавалось, потому что она попросту висела на руке мужчины и трепыхалась, как набитая соломой кукла. Потом собралась и ударила пяткой по ноге воина, правда, целилась в пах. Затылком попала ему в скулу и ещё прокусила ладонь, когда он пытался усмирить ретивую. Но воин не выпустил девушку. Развернулся и грубо прижал её лицом к стене.
Через два мгновения Рада оказалась связана. Руки стянуты за спиной, лодыжки спутаны так, что длины верёвки хватало только на маленький шажок.
Лисицу очень удивила скорость, с которой приспешник Мрака скрутил её. На мгновение страх отступил, сменившись практическим любопытством, и она хотела разглядеть узлы, которыми её связали. Она изворачивалась, пытаясь рассмотреть путы на лодыжках и запястьях. Пару раз чуть не упала, рискуя разбить нос, но враг грубо одёргивал её за шкирку, как нашкодившего кота.
В итоге Рада присмирела, видя пустое выражение лица мужчины, поймавшего её, и дёрнулась от неожиданности, когда тот негромко к ней обратился:
— Поправь морок.
Яснорада тряхнула головой, и на её грудь упала тяжёлая растрёпанная коса.
— Вот же брыдлый тартыга! — позволила себе выругаться Лисица.
А что? С мужиками поведёшься
Закрыла глаза и вновь превратилась для окружающих в паренька.
Назад идти Лисица устала. Удивилась расстоянию, которое в панике преодолела. Похоже, это был её рекорд.
Эребранец тоже торопился, оттого подталкивал добычу за шкирку, а под конец пронёс на весу и впихнул в руки такому же, как он, исчадию.
— Под замок. Путы снять только в клетке. Аарон, новобранец лягается и кусается, — сухо пояснил жуткий воин чуть менее жуткому.
Тот кивнул и мешком втащил Раду в темноту.
Глаза не сразу привыкли к такой перемене, и осмотреться Лисица смогла, только когда её развязали и закрыли в просторной клетке. Девушка порадовалась, что одна, правда, недолго. Вскоре в тюрьму запустили ещё человек двадцать. И ими оказались смуглые кареглазые ирдаванцы. На этот раз истинные.
Воздух быстро наполнился тяжёлым мужским запахом и утратил свежесть. Дышать стало тяжелее.
— Зачем закрываешь на замок? — спросил неприятным голосом один из них.
— Замок не для вас, — сухо пояснил Аарон.
После ответа воина все чёрные глаза кочевников уставились на щуплого рыжего паренька, притаившегося на скамье.
Глава 11
Пятьдесят ирдаванцев и столько же слабых арданийцев. Точнее, сорок девять плюс один сильный. Вернее — одна. И совершенно непонятно, как использовать её силу.
Паладин ещё никогда не имел дела с женщинами. Точнее, женщин он как раз таки имел! И любил это занятие! Помогало расслабиться и отвлечься ненадолго. Но использовать леди на войне ему не приходилось.
Впрочем, у этой и впрямь были все шансы продержаться дольше, чем у её наречённого. К слову, теперь уже бывшего. Дерзкая и шустрая. Она или не боялась ничего, или страх придавал ей огромную силу. И то и другое — превосходно для воина, для того, с кем одарённая встанет плечом к плечу на поле боя.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.