«Подарок» на день рождения
- -
- 100%
- +
– Садись, подвезу, – бросил ему Вадим в открытое окно.
– Нет, спасибо. – Отчим в знак протеста мотнул головой. – Сам дойду.
Вадим проехал чуть вперёд и перегородил ему дорогу.
– Садись, разговор есть. – Он перегнулся через сиденье, распахивая перед Василием дверцу. – Быстрее, я жду.
Отчим беспомощно огляделся по сторонам и нерешительно полез в салон, сильно ударившись при этом головой о стойку. Как только дверь захлопнулась, Вадим рванул с места. Покрышки с визгом выбросили под днище машины сухой песок и мелкие камешки. А уже через несколько мгновений они с отчимом на большой скорости мчались в сторону заброшенных складов.
– Куда ты меня везёшь? – испуганно запротестовал Василий. – Моя мастерская совсем в другом направлении. Останови, я выйду!
Он попытался на ходу открыть дверцу, но Вадим опередил его, заблокировав все замки.
– Лучше пристегнись и получай удовольствие.
Они заехали на территорию складов – кругом разруха, тишина и покой. То, что нужно для задуманной операции. Вадим велел отчиму подниматься на крышу здания. Увидев пистолет, Василий без лишних вопросов принялся карабкаться по усыпанной битым кирпичом лестнице наверх, словно хотел убежать. Вадим едва поспевал за ним. И чем выше они забирались, тем меньше ему нравился этот безумный план. Теперь он вызывал отвращение, казался пустым, а результат – до банальности предсказуемым. Но раз уж взялся за дело – нужно довести его до конца.
Двух минут не прошло, как они оба оказались на ровной площадке из бетонных перекрытий, щедро залитых гудроном. Громыхая ржавым железом и спотыкаясь о старые поддоны, Василий испуганно пятился назад. До тех пор, пока не закончилась крыша. Дальше отступать было некуда.
Вадим подошёл к краю. Приличная высота – внизу кирпичи, строительный мусор, обломки плит с торчащей арматурой. Он посмотрел на отчима:
– Ну всё, папенька, молись, моё терпение лопнуло, – для усиления эффекта медленно поднёс к его виску руку с пистолетом. – Сам прыгнешь или помочь?
Глаза отчима широко распахнулись, напоминая два куриных яйца, губы задрожали. Он как подрубленный упал на колени.
– Ваденька, родной, не губи!
Бедолага на самом деле поверил в скорую расправу. Он слёзно бил себя в грудь и горячо клялся в том, что никогда больше не обидит мать. Отныне его жизненное кредо – сдувать с неё пылинки. А вчерашний инцидент – всего лишь досадная случайность. Он ведь не знал, что она стояла у него за спиной, иначе бы не стал размахивать локтями. Он обещал вести себя прилично, навсегда расстаться с бутылкой и быть для своего пасынка хорошим отцом.
Последнее утверждение особенно позабавило Вадима.
Отчим сгорбился на самом краю складской крыши и дрожал от страха. По его щекам ручьём катились слёзы. Просто жалкий, трясущийся от ужаса человечек. В какой-то момент в районе его ширинки образовалось тёмное, влажное пятно и стало увеличиваться в размерах.
Вся сцена выглядела довольно омерзительно и гадко. И как матери может нравиться подобное ничтожество, не имеющее ни малейшего представления о чести, гордости? О человеческом достоинстве, наконец! С другой стороны, ещё неизвестно, как Вадим сам повёл бы себя, оказавшись под дулом пистолета. Он понимал, что поступает грязно, жестоко, не по-мужски. Ему самому было тошно от мысли, что он в чём-то уподобился этому амёбному существу. Успокаивало одно: Василий не признавал простых слов, как любой трус, – он уважал только силу.
Изобразив внутреннюю борьбу с самим собой за право жить отчиму или умереть, Вадим нехотя опустил «оружие».
– Ладно, дыши пока, – разрешил он. – Но если ещё раз…
Василий энергично кивал головой, но подниматься с колен не спешил. И хотя экстремальная история закончилась для него всего лишь испугом и мокрыми штанами, Вадим нисколько не сомневался: отчим никогда не простит ему этого унижения. Ну и пусть! Зато он сдержал данное матери обещание: поставил негодяя на место, не тронув его и пальцем. Теперь Васенька вряд ли решится воевать с ней. По крайней мере, открыто.
Они подошли к машине. В багажнике лежала старая тряпка, оставшаяся от прежнего владельца. Вадим бросил её на переднее сиденье – для отчима. У него не было ни желания, ни времени стирать после него чехлы. Сначала он хотел отвезти его к проходной прямо так, в мокрых штанах. Но потом решил: это будет уже перебор.
В результате он высадил Василия возле дома и умчался на работу, предоставив отчиму самому выкручиваться из щекотливого положения. Интересно: как он объяснит матери появление на брюках позорного пятна?
После смены Вадим по привычке отправился в больницу к Наташе. На этой неделе её должны были выписать, и он мучительно ломал голову над тем, как быть дальше. С каждым днём он привязывался к девушке всё сильнее, но стоявший между ними смертельный недуг жёстко диктовал свои условия. А ведь Серёга прав: у них совсем нет будущего. Пора наконец принимать решение и не мучить ни себя, ни бедную девчонку. Ещё не поздно вернуть своему сердцу покой и стабильность. А она… Она поймёт, ей даже ничего не нужно объяснять. Достаточно сказать прощай и пожелать… пожелать чего? Здоровья, любви, успехов, а ещё – счастливо скоротать остаток своих дней? Господи, какой абсурд! Нет, он действительно последние две недели сходит с ума. Только у полного идиота могло возникнуть желание связать себя с ВИЧ-инфицированным человеком… Но ведь как-то живут с такими людьми?
Вадим тряхнул головой и лишь сейчас заметил, что всё ещё стоит перед входом в больницу, не решаясь зайти внутрь.
«Да, старик, заварил ты кашу – вовек не расхлебать. Ну, делай уже что-нибудь, не стой как памятник! – Он глубоко вздохнул. – Раз, два, три… Пускай всё идёт своим чередом. Жизнь – штука мудрая, она сама расставит всё по своим местам. И будь что будет».
С этими мыслями перешагнул порог стационара.
Наташу он, как всегда, нашёл в палате. Она сидела на койке, для удобства сунув под спину подушку. Тонкие пальчики ловко порхали по клавишам лежавшего на коленях ноутбука. Девушка подняла голову и взглянула на Вадима. Её лицо просияло от радости.
Он невольно обернулся назад. Едва ли эта сияющая улыбка предназначалась ему. Но Наташа отложила в сторону ноутбук и уже поднималась с кровати.
– Привет, Вадим, как здорово, что ты пришёл!
Значит, всё-таки ему она так счастливо улыбалась. Он недоумевал. Какая муха её укусила? Наверное, очень добрая и безобидная.
– Меня завтра выписывают, – радостно сообщила Наташа и, взяв его за руку, потянула за собой.
Вадим послушно последовал за ней в коридор. Они вышли на лестницу, к распахнутому настежь окну. Внизу суетились люди, слышались голоса, шум проносящихся машин. А в густом, почти тропическом воздухе уже ощущались первые признаки приближающейся грозы.
Наташа прижалась спиной к прохладной, выкрашенной голубой краской стене и суетливо закрыла лицо руками. Но не удержалась, убрала ладошки и сложила их вместе.
– Я здорова! – взволнованно произнесла она.
– Да, я слышал, – кивнул Вадим. – Тебя завтра выписывают.
– Ты не понял. Я совсем здорова!
– В каком смысле?
– В том самом. У меня нет СПИДа. И никогда не было.
Вадим молчал. Вероятно, у него был сейчас совершенно глупый вид, потому что девушка радостно засмеялась.
– Я тоже сначала не поверила, – сказала она. – Пока доктор не показал мне утром новый результат анализа. Там всё в порядке.
– Но… – только и смог произнести Вадим.
Наташа шагнула к окну и, склонившись над подоконником, сделала глубокий вздох:
– Господи, какое счастье! Я здорова! – Она подняла руки вверх. – Гроза… я раньше очень её боялась, а теперь просто обожаю! Гроза, я люблю тебя!
Сильный порыв ветра растрепал её волосы – она снова засмеялась и повернулась к Вадиму лицом.
– Мне кажется, я родилась сегодня во второй раз! Это так необычно. Я чувствую: мир вокруг меня стал другим. Не таким, как прежде.
Вадима продолжали одолевать сомнения:
– Подожди, я не понял: а как же тот анализ, который положительный?
Наташа развела руками.
– Я сама не понимаю, почему так вышло. Возможно, перепутали в лаборатории. – Она немного помолчала. – Доктор сказал, что я зря волновалась. Если в крови обнаружена ВИЧ-инфекция, обязательно надо сделать повторный тест, чтобы исключить случайную ошибку. Он сложно всё объяснял, но я поняла только одно: многие вирусные инфекции и даже 80% кожных заболеваний очень часто дают ложноположительную реакцию на ВИЧ. Так что в зоне риска может оказаться любой. Кстати, два месяца назад я переболела гриппом.
– Значит, это была ошибка? – Вадим медленно покачал головой. – Я бы и злейшему врагу не пожелал такого испытания.
Наташа вздохнула.
– Ты прав: эта ошибка меня порядочно подкосила! Хорошо, я родителям не успела рассказать. Им вполне хватило аварии. Знаешь, я почти на свете не жила все эти дни: шок, ужас. Если бы не ты…
Она вдруг шагнула к нему и, привстав на носочки, поцеловала в щёку.
– Спасибо тебе огромное за поддержку!
Вадима охватило похожее на смущение чувство. Он сунул руки в карманы джинсов и постарался скрыть замешательство.
– Я очень рад, что у тебя всё хорошо.
Он подождал, пока по лестнице спустятся посетители: молодая девушка, сдерживая шаг, подстраивалась под женщину средних лет. Слегка прихрамывая, та медленно переступала со ступени на ступень, стараясь не отставать от молодой спутницы. Проводив их взглядом, он добавил:
– Значит, завтра тебя уже не будет в больнице?
– Жду – не дождусь этого дня.
Грозовые раскаты за окном становились всё ближе – того и гляди хлынет дождь.
Наташа мягко взяла его за руку чуть повыше запястья.
– Вадим, ещё раз прости меня за эту аварию. Ты очень хороший человек. – Она заглянула ему в глаза. – Мне будет не хватать твоего общества.
Поддавшись мимолётному порыву, Вадим накрыл своей ладонью руку девушки.
– Мне тоже. – Пальцы медленно поглаживали прохладный серебристый браслетик на её часах. – Знаешь, я ведь привык каждый вечер приходить сюда. Даже не представляю, как теперь буду обходиться без травматологического отделения!
Наташа улыбнулась и склонила голову набок.
– Если вся проблема состоит только в том, где убить вечер, могу предложить неплохое решение.
– Какое?
– Улица Юбилейная в Ивановских Двориках подходит? Я там живу.
Ему показалось, в её синих глазах мелькнула надежда. А может быть, в них просто отразилось его невысказанное чувство? Ведь такая девушка, как Наташа, – мечта любого мужчины. К счастью, она здорова, всё обошлось. Теперь у неё есть свобода выбора. Стоит ей только щёлкнуть пальцами – и от поклонников не будет отбоя.
Он испытывал лёгкое сожаление – будто бы сейчас между ними оборвалась незримая, но такая прочная связь. Пока Наташа «болела», она принадлежала ему. А теперь? Это были злые, эгоистичные мысли, вот только поделать с ними Вадим ничего не мог. Ему вдруг невыносимо захотелось обнять её, крепко прижать к груди и никуда не отпускать. Ни на секунду. Он поборол в себе это острое желание и постарался свести разговор к шутке.
– Боюсь, твой Герман не поймёт подобной рокировки. Одно дело – больничная палата, и совсем другое – мой визит на дом.
Радостное настроение девушки мгновенно улетучилось. Наташа повернулась к окну и положила руки на подоконник.
– Вадим, скажи: тебя когда-нибудь предавали? – не оборачиваясь, спросила она.
– Нет.
– А ты?
Он немного помолчал.
– Надеюсь, что нет.
– Прости за глупый вопрос. По тебе сразу видно: ты добрый, надёжный человек. Я всегда мечтала быть рядом именно с таким мужчиной… – Наташа вздохнула. – А Гера… я ничего не хочу сказать о нём плохого, потому что не знаю, как сама поступила бы на его месте. Но внезапно исчезать, даже не объяснив причину, я бы точно не стала.
На улице заметно потемнело, где-то совсем рядом полыхнули яркие зигзагообразные нити, а через секунду по всему небу прокатился жуткий, оглушающий грохот.
Наташа вздрогнула и отпрянула от окна:
– Ничего себе бабахнуло!
– Считай это салютом в честь твоего выздоровления.
Вадим не удержался и обнял девушку за плечи. Наташа не отстранилась – наоборот, он почувствовал, как она доверчиво затихла в его объятиях. Вот и правильно. Теперь он навсегда будет для неё защитой и опорой. И он никому её не отдаст.
Около десяти часов вечера Вадим ненадолго заскочил домой к приятелю. Дверь открыла Ирина Ивановна – в пёстром халате, в бигуди и с огуречными кружкáми на лице.
– Заходи, – не размыкая губ, выдохнула она.
Вадим переступил порог. Высоко подняв подбородок, женщина показывала руками на своё лицо, потом по-лебединому махала широкими рукавами халата куда-то в сторону и при этом очень выразительно вращала глазами.
Живописное зрелище! Чтобы не расхохотаться прямо здесь, в прихожей, Вадим крепко прикусил зубами нижнюю губу, однако немую жестикуляцию Ирины Ивановны понял без переводчика. На нормальном языке это означало: «Серёжа находится в своей комнате, а я, извини, говорить не могу – у меня огурцы попадают».
Подражая хозяйке, он приложил руку к груди и слегка поклонился: «Вас понял, спасибо за подсказку». Расшаркиваясь, точно два китайских мандарина, они разошлись по разные стороны квартиры. Ирина Ивановна медленно поплыла в направлении кухни, а Вадим распахнул дверь в Серёгину комнату.
В углу на тумбочке тихо бормотал телевизор. Сам приятель, подсунув руку под голову, лежал на диване. Вторая рука с зажатой в пальцах сигаретой безмятежно свесилась вниз.
Сергей спал. Вадим осторожно забрал у него сигарету, затушил о пепельницу. Потом достал из-за пояса зажигалку, положил на край письменного стола и тихо, чтобы не разбудить друга, направился к выходу.
– Стоять, не двигаться! – уткнулся ему в спину резкий грозный окрик.
Он обернулся. Приподнявшись на локте, Сергей целился в него оттопыренным указательным пальцем и хитро улыбался. Вадим покачал головой.
– Балбес, кто тебя научил спать и курить одновременно?
– Прости, папочка, больше не буду.
Сергей заметил на столе зажигалку. Он сел и похлопал рукой по дивану, приглашая занять место рядом с собой:
– Ну как, план сработал? Рассказывай скорее.
Вадим остался стоять.
– Сейчас не могу – я на работе. Заскочил только игрушку вернуть.
– Да ладно, пять минут тебе погоды не сделают. Скажи всего в двух словах: получилось?
Вадим помолчал и нехотя проронил:
– Если не считать того, что я нажил себе кровного врага, то да – всё получилось.
– Не понял? – Сергей озадаченно склонил голову набок. – Поясни-ка для бестолковых.
– Чего здесь непонятного? Этот Васенька – как трусливая собака в подворотне: кусает только исподтишка. Неизвестно, когда выскочит.
Сергей сложил на груди руки и подозрительно прищурился:
– А что это у тебя морда такая довольная? Глазки так и сияют.
– Настроение хорошее.
– С чего бы? – продолжал допытываться приятель. – Что-то мне подсказывает: твой папенька здесь ни при чём. Я прав?
Вадим не удержался – губы сами растянулись в довольной улыбке:
– Прав, – он открыл дверь, собираясь уйти, а напоследок добавил: – Наташа здорова. Совсем здорова. И мы теперь вместе!
С тех пор как Наташу выписали из больницы, жизнь Вадима круто изменилась. Теперь мысли о женитьбе его совершенно не пугали. Наоборот, это был единственный способ удержать возле себя любимую девушку.
Кто бы мог подумать, что проказница-судьба столь необычным образом подкинет на капот его машины самое настоящее сокровище! Такую королеву можно встретить только раз в жизни и навсегда лишиться покоя. Что, собственно, и произошло – Вадим влюбился, как пятнадцатилетний мальчишка! До этого момента он думал, что знает о любви всё. Ведь были же взволнованные речи, вздохи под луной и пылкие, нетерпеливые объятия и поцелуи. Но то, что Вадим испытывал сейчас, не шло ни в какое сравнение с поблёкшими интрижками. Всем его существом завладела безграничная нежность, от которой сладко замирало сердце и теплело в груди.
Наташа отвечала ему взаимностью, и когда Вадим сделал ей предложение, она не раздумывая согласилась стать его женой. День свадьбы назначили на середину октября.
С этого момента все силы были брошены на подготовку к свадебному торжеству.
Так как Вадиму приходилось трудиться сразу на двух работах, основная нагрузка легла на плечи Наташи и родителей. Но девушке беспокойные, суетливые хлопоты доставляли только удовольствие.
Вадим не ожидал, что праздничные приготовления отнимут у них всё свободное время и даже приведут к разногласиям с родителями. Сначала они долго спорили, где проводить церемонию. Старшее поколение руками и ногами голосовало за небольшой, но уютный ресторанчик, в котором с лёгкостью и комфортом можно было разместить всех гостей. А их набиралось немало. Наташу и Вадима такой вариант не устраивал. Они хотели отмечать событие дома, без шума и пафоса, а за столом собрать только самых близких друзей и родственников. В результате жарких прений спор между двумя сторонами завершился компромиссом: свадьбу решили играть в ресторане «Жемчужина», но с минимальным количеством приглашённых.
Мама Вадима старалась принимать в подготовке к торжеству самое активное участие. Будущая сноха пришлась ей по душе, и она не уставала повторять:
– Какую хорошую девушку ты нашёл, сынок!
Впрочем, будь на месте Наташи любая другая избранница, Вадим нисколько не сомневался: матушка твердила бы то же самое. Слишком уж велико было её желание видеть своего сына счастливым, семейным человеком.
А вот мама Наташи – Елена Сергеевна – придерживалась совершенно иного мнения. Она с первого дня дала понять: Вадим не самая лучшая кандидатура для её дочери. За что она невзлюбила своего будущего зятя, для всех оставалось загадкой. Возможно, не простила аварию, но, скорее всего, видела рядом с Наташей другого – более богатого и успешного претендента.
В отличие от неё, Аркадий Иванович принял дочкиного избранника тепло и доброжелательно, как родного. Совершенно случайно Вадим услышал обрывок их разговора.
– …Аркаша, но ведь он старше Таточки на целых семь лет! – жаловалась Елена Сергеевна. – К тому же у него пьющие родители. Ты только представь, какая у наших внуков будет наследственность!
– Вспомни, Леночка, я тоже гораздо старше тебя. – Аркадий Иванович не поддавался на провокацию. – И вообще, когда это возраст становился помехой для любви? А что до родителей – их не выбирают. Главное, чтобы у самого была голова на плечах.
– Всё равно я не понимаю Татку, – вздыхала будущая тёща. – Зачем она рассталась с Германом? Такой хороший был мальчик: образованный, перспективный, из приличной семьи. Эх, Наташа-Наташа, сама себе жизнь усложнила!
– Не забывай, Леночка: наша дочь уже взрослая. И если она сделала свой выбор, его нужно уважать. А на Вадима ты зря наговариваешь. Он честный, порядочный и, заметь: тоже с высшим образованием. Просто золото, а не парень! Но самое главное – он по-настоящему любит Наташу. Согласись: в наше время это большая редкость…
Вадим искренне надеялся, что когда-нибудь Елена Сергеевна переменит к нему своё отношение.
Примерно за месяц до брачной церемонии Наташа вдруг загорелась безумной идеей отправиться в свадебное путешествие. Её целью был Египет. Примерно год назад она вместе с подругой отдыхала в Хургаде и до сих пор ещё находилась под впечатлением от дальней поездки. Девушка с таким неподдельным восторгом описывала свои похождения в чужой стране, что Вадим просто не мог воспротивиться её маленькому капризу.
– Наташ, но ведь у меня нет загранпаспорта, – спохватился он. – А чтобы его получить, нужно время. Сожалею, но медовый месяц нам придётся провести здесь.
– Не беда, – Наташа ласково водила пальчиком по его губам, – мне с тобой везде хорошо. А в Египет поедем, как только будет готов паспорт.
– А это обязательно?
– Обязательно, Вадим. Тебе там точно понравится. Одно только Красное море чего стоит. – Она мечтательно закрыла глаза. – Лазурно-голубое, прозрачное, чистое. Красота! К тому же в отеле тебя ждёт сюрприз.
– Что ещё за сюрприз?
Наташа лукаво улыбнулась. Вадим обожал эту улыбку, от которой на щеках девушки появлялись милые ямочки. Ради них он поехал бы даже к чёрту в пекло.
– Самый настоящий сюрприз, – заверила его Наташа. – В прошлый раз я загадала, что непременно окажусь в этом отеле с любимым человеком. Ты ведь знаешь примету: если очень хочешь куда-то вернуться, оставь там свою вещь. Вот я и спрятала в ванной комнате под раковиной не просто какую-то безделушку, а подарок для любимого. Чтобы ему тоже приятно было.
Вадим обнял девушку и привлёк к себе.
– Интересно: какую же тайну хранит санузел Египта?
– Приедем, и сам всё узнаешь.
Он уткнулся носом в шелковистые волосы, пахнущие терпким ароматом лаванды:
– Уже жду не дождусь.
Вадим, конечно, занялся оформлением бумаг на загранпаспорт, но непредвиденная задержка застопорила дело. Сперва он сам что-то напутал, заполняя бланк, и ему пришлось переписывать всё заново. Но самое весёлое началось тогда, когда в новеньком, только что полученном документе обнаружилась досадная опечатка: вместо мужского пола ему поставили отметку «ж». На исправление ошибки вновь потребовалось время.
В итоге свадьбу давно отыграли, а медовый месяц провели дома – благо Вадиму и его жене было чем заняться в четырёх стенах. А это особенно приятно, когда знаешь, что есть собственное отдельное жильё. Три года назад Наташе в наследство от бабушки досталась небольшая однокомнатная квартирка, которая теперь стараниями новоиспечённых супругов превратилась в уютное семейное гнёздышко.
Для полного счастья Вадиму не хватало только новой стабильной работы. Ведь для того чтобы налаживать быт и содержать семью, требовались заработки на порядок выше.
Как-то зимой он случайно повстречал на улице институтского приятеля Макса Королёва. Они разговорились. Узнав, что Вадим так и не устроился после учёбы по специальности, Макс предложил ему попробовать свои силы в строительной компании, в которой трудился сам. Организации требовался дипломированный специалист в области проектирования городских территорий и сооружений, и Вадим вполне мог претендовать на эту должность. Удобный рабочий график и достойная зарплата не оставили ему ни единого шанса на раздумье. Конечно же, он согласился. Соответственно, накрылся и запланированный на весну Египет. Просто так ведь на новом месте в отпуск не уйдёшь – хочешь, не хочешь, а полгода отработать обязан.
А там и Наташа забеременела. Её мечты о Красном море отодвигались всё дальше и дальше. Супруга очень плохо переносила беременность. Последние два месяца перед родами оказались особенно тяжёлыми, и ей даже пришлось лечь в больницу на сохранение. Но молодая жена не унывала: не получилось сейчас – значит, очень скоро они полетят в любимый Египет втроём. Всей семьёй.
В отличие от Наташи, прелести далёкого края совершенно не будоражили Вадима. Но он соглашался с женой, а в душе росла тревога: как бы чего не случилось. И каждый день твердил про себя, словно читал заклинание: всё будет хорошо! Только так и никак иначе! Небеса услышали его усердные молитвы, и 24 августа на свет появилась крошечная, как две капли воды похожая на папу малютка. Именно так утверждала Наташа. А вскоре её вместе с девочкой выписали из больницы.
Уже дома, когда драгоценный свёрток положили на кровать и развязали все банты, Вадим с изумлением отметил, что розовое голенькое существо в пелёнках и правда оказалось его точной миниатюрной копией.
Решив, что молодому отцу пора познакомиться с дочкой поближе, Наташа осторожно протянула ему малышку. С почти благоговейным трепетом он взял её на руки. Маленькое тельце едва ли не целиком поместилось в его ладонях. Девочка явно находилась не в духе – она дрыгала крохотными ножками и вопила так, что закладывало уши. «Певица будет, не меньше», – с умилением глядя на дочь, решил Вадим.
Теперь каждый день он как на крыльях мчался с работы домой. Наташа была ещё слишком слаба после родов, и Вадим помогал ей как мог: стирал пелёнки, вставал по ночам к кроватке и делал всё, чтобы жена не чувствовала себя измождённой и усталой.
– Счастье ты моё! – говорила она ему. – Как мне с тобой повезло!
Дочку назвали Ксенией. Каждый раз, купая или пеленая малышку, он не переставал удивляться: неужели этот беззащитный комочек – часть его плоти и крови?
Почему-то существует твёрдое убеждение, что все мужчины мечтают только о сыновьях. Чушь! Вадим готов был поспорить с подобным утверждением. Лично ему всегда больше нравились девочки. Да, сын – это, конечно, круто: будущий мужик, наследник. И в плане воспитания с ним куда проще. Ведь всегда легче понять того, кто близок тебе по духу и находится с тобой на одном физиологическом уровне.