От 350 до 0

ПОСВЯЩЕНИЕ

Памяти А. В. К. 03.11.2021

«Тля капустная.

Чешуя рыбная.

Матрёшка.»

Я помню. И буду помнить. Спасибо за всё, что ты сделал для меня. Что невидимой нитью прошло через мою жизнь и оставило твой след в ней.

Надеюсь, чувство вины когда-нибудь уйдет. А пока… Прости, что не нашла нужных слов и не смогла помочь тебе. Теперь ты в вечности. Больше нет боли. Прощай…

Книга закончена 7 ноября 2021 года. В годовщину смерти одного моего любимого человека и спустя несколько дней, после потери ещё одного дорогого для меня человека. Она не имеет никакого отношения ни к одному из этих людей. Просто так совпало, что она была дописана в трудный для меня период. И это мой способ сохранить память о человеке, которому она посвящена, ещё где-то, кроме моих воспоминаний.

ПРЕДИСЛОВИЕ

События книги разворачиваются в городе Аннаполис, штат Мэриленд, США.

Сэм – Саманта Льюис – хирург-трансплантолог, ищет новое место работы. На пути в другую жизнь, она встречает новые испытания, и, кое-кого, совершенно неожиданного, из своего прошлого.

Саманта уже немало пережила. Стоит ли ждать милости от судьбы, или испытания ещё не окончены? И какова роль человека из прошлого, в будущем Сэм?

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Паркуюсь у медицинского центра Анны Арундел в Аннаполисе.

Это довольно крупный госпиталь. Шестой по величине, среди госпиталей Мэриленда. Поэтому, я возлагаю большую надежду на то, что тут будет вакансия для меня.

Мне уже отказали в предыдущих четырёх местах. Но те госпитали были небольшими, в маленьких городках, по пути от Балтимора к Аннаполису. Поэтому, здесь у меня больше шансов. По крайней мере, я на это надеюсь.

Аннаполис – меньше, чем в часе езды от Балтимора. Не слишком далеко, но и не слишком близко.

«Это не Балтимор, и здесь не будет напоминать об Алексе каждое здание, улица, магазин, да, вообще всё…» – снова настраиваю я себя.

Мне совсем не хочется уезжать ещё дальше от дома. Я надеюсь, что спустя время, мы с Ники, сможем вернуться…

Беру шлем под мышку, и направляюсь к зданию госпиталя.

«Отделение неотложной помощи» – гласят крупные, красные буквы, над входом в приёмное отделение.

Я – Сэм. Саманта Льюис. Мне тридцать три года. Я – хирург. У меня есть дочь Ники, ей шестнадцать. Вообще-то, я ей мачеха. Мы стали жить с её отцом, когда Ники было восемь. Её родная мать бросила их, когда Ники было шесть. Подсела на наркоту и сбежала с каким-то торчком. Сейчас мы собираемся переехать в другой город. Я приехала найти работу и обустроиться, потом Ники приедет ко мне.

Подхожу ко входу приёмного отделения скорой помощи. Тут, как всегда, кипит работа – привезли пострадавшего, и его, как раз выгружают из скорой. Я слышу отрывки сообщения парамедика, который докладывает о состоянии пациента:

–… давление девяносто на пятьдесят, открытая черепно-мозговая травма…

Пострадавшего завозят внутрь, и я захожу следом за ними.

«Надеюсь, здесь меня возьмут на работу…» – снова, с надеждой, думаю я.

Не без труда, я нахожу того, кто сообщает мне, как найти администратора госпиталя. Иду в указанный кабинет. Стучу.

– Войдите, – раздаётся из кабинета женский голос.

– Здравствуйте, – вхожу я, и вижу рыжеволосую, средних лет женщину, которая сидит за своим столом.

– Здравствуйте. Что вы хотели? – сразу переходит она к делу.

– Я ищу работу… – тоже не теряя времени, отвечаю я. И опять вижу этот оценивающий взгляд. В предыдущем месте тоже так смотрели. Женщина в косухе, и со шлемом в руках не воспринимается всерьёз, пока дело не доходит до моей квалификации и опыта работы. На этом этапе я шокирую людей повторно.

– Какого рода? – интересуется она, впрочем, без намёка на упрёк.

– Я – хирург, – отвечаю я, и жду.

Она осматривает меня с ног до головы, а затем переводит взгляд на шлем.

– Присаживайтесь, – указывает она на стул, напротив своего стола. Я с облегчением сажусь.

– Это моя лицензия и рекомендации.

Я протягиваю ей бумаги.

– Я – Джулия Рэй, – представляется она, забирая мои документы.

– Саманта Льюис. Но все зовут меня Сэм, – с лёгкой улыбкой произношу я последнюю фразу, давая понять, что так меня и нужно называть, в личном общении.

– Очень приятно, – улыбается она мне, приняв мою безмолвную просьбу к сведению.

– Взаимно.

На этом наше знакомство заканчивается, и она начинает смотреть мои документы. Её брови приподнимаются.

– Вы закончили Университет Джонса Хопкинса и работали в одноименном госпитале?

– Да.

– Рекомендации у вас отличные. Почему ушли оттуда? – она с интересом смотрит на меня.

Я знала, что будут задавать этот вопрос. И даже решила отвечать как можно более обобщенно. Но мне нужна эта работа. А ещё нужно решить вопрос с жильём. На это тоже нужно время. Лучше, чтобы Ники быстрее переехала.

– Мой муж погиб месяц назад, – затрагиваю я непростую для себя тему. Вообще-то, мы с Алексом не были женаты. Но вдаваться сейчас в такие детали я не хочу. – Нам с дочерью нужно сменить обстановку, – говорю я, как есть, не уклоняясь и не пытаясь что-то скрыть.

– О, я сожалею, – с сочувствием произносит она.

– Спасибо… – глотаю я комок подступивших чувств.

Следующие несколько минут, она молча просматривает мои документы. За это время я успеваю успокоиться и прийти в себя.

– У вас говорящие сами за себя рекомендации и характеристики, и ваша квалификация выше той, на которую вы претендуете, так что ваше собеседование – это чистая формальность… – говорит она, отложив мои бумаги в сторону, и смотрит на меня. Я киваю.

Следующие пол часа мы общаемся исключительно на медицинские темы: общая медицина, общая хирургия, трансплантология. Всё проходит довольно просто и непринуждённо. К моему удивлению и восхищению, Джулия оказывается не только первоклассным администратором и собеседником, но и коллегой. Её специализация – абдоминальная хирургия. Эту область мы затрагиваем детальнее всего, и даже обсуждаем с ней вероятность лечения аппендицита без оперативного вмешательства, исключительно с помощью антибиотиков. Сходимся на том, что это наше неминуемое будущее.

– Значит, переезжаете вдвоём с ребёнком? – возвращается она к формальным вопросам, и снова берёт мои бумаги.

– Ей шестнадцать, – поясняю я.

– Хорошо, – не отрываясь от бумаг, произносит она. – Уже нашли жильё? – подняв на меня взгляд, спрашивает она.

– Нет, ещё нет.

– Идите в отдел кадров, там вас оформят и спросите список риелторов. Мы сотрудничаем с некоторыми, чтобы наши доктора жили недалеко от работы. Она протягивает мне мои документы.

– О, это отлично. Спасибо!

Я забираю свои бумаги.

– Вам на десятый этаж и налево из лифта, – объясняет она мне, куда мне следовать дальше.

– Поняла. Спасибо.

Я уже встаю, и собираюсь выходить, когда она вдогонку спрашивает:

– Ещё один вопрос, если позволите? Не относящийся к делу, но это не даст мне теперь покоя… – с улыбкой говорит она.

– Да. Спрашивайте.

– Неужели ваша копна волос помещается в этот шлем? – почти с задором спрашивает она, глядя сначала на мои длинные, чёрные, кудрявые волосы, а затем указывая на шлем.

– Просто нужен шлем чуть побольше, – со смехом отвечаю я. Она тоже смеётся.

Я выхожу от неё с улыбкой и хорошим настроением.

«А она мне нравится…» – заключаю я.

Подхожу к лифту и нажимаю кнопку, жду несколько минут. Дверь открывается.

В лифте есть пассажир. Мужчина, моего возраста. Высокий, спортивное телосложение, карие глаза, короткая, стильная стрижка, брюнет. Правильные черты лица – пожалуй, отвечающие правилу «Золотого сечения», выдающиеся скулы, лёгкая одно-двухдневная щетина. Он тоже врач, так как он в халате, поверх униформы, и со стетофонендоскопом на шее.

– Наверх? – спрашиваю я.

– Да, – отвечает он, каким-то странным, как мне показалось, тоном.

Я захожу в лифт. Десятый этаж уже нажат.

– Какими судьбами? – обращается ко мне мой попутчик. Я смотрю на него непонимающе.

«Спрашивает так, будто мы знакомы, но я его не знаю» – осмысливаю я ситуацию.

– Мы знакомы? – тут же уточняю я у него, и всматриваюсь в его лицо.

– О, Сэм, как ты могла меня забыть? – уже с нескрываемой улыбкой обращается он ко мне, повернувшись. А я вспоминаю эту интонацию и тембр голоса. Мысленно чертыхаюсь: «Эрик долбанный Крейн…»

– Эрик, кажется? – пытаюсь я придать голосу полнейшую беззаботность. Но перед глазами у меня, тем временем, картинками, всплывают фрагменты прошлого, от которых мне становится тревожно и тяжело в груди, будто я опять в университете.

Вот этот парень со мной на лекции, вот мы встретились в кампусе… Да где угодно… Достаточно было, просто оказаться рядом. И каждый раз, я слышала от него насмешку или издёвку в свой адрес. А затем, следовали испепеляющие взгляды всей женской части моего потока, или тех, кто был рядом в этот момент. Плавно это распространилось вообще на всех девушек в университете. И я негласно стала всеобщим, женским объектом ненависти. Словно неприязнь этого парня, передавалась девушкам, преумножалась, а затем выливалась в порой совершенно неадекватные поступки с их стороны.

Из воспоминаний меня возвращает его голос:

– Всё-таки помнишь… – улыбаясь, говорит он.

«Конечно, помню. Как мне забыть говнюка, который выпил столько моей крови в университете?» – содрогаюсь я внутренне. Отворачиваюсь от него, и смотрю перед собой, ничего ему не ответив. Просто надеюсь, что он поймёт, что разговор на этом закончен. Но это же долбанный Крейн.

– Так какими судьбами? – не унимается он.

Я снова мысленно чертыхаюсь. Наяву же делаю самый спокойный вид. Этому человеку лучше не показывать слабость, он тут же ухватится за неё и будет использовать её против тебя. Это я усвоила ещё в университете.

– Устраиваюсь на работу, – спокойно и с безразличием отвечаю я ему.

От его удивленного вида отвлекают открывшиеся двери лифта. Он галантно выставляет руку, пропуская меня вперед. Не знай я его раньше, могла бы решить, что он джентльмен. Выхожу. Он идёт следом.

– А как же Хопкинс? Ты же была ботанкой и зубрилой не ради рядового госпиталя в Аннаполисе? – продолжает интересоваться он.

«Вот и его сущность. Снова старый, «добрый» Эрик долбанный Крейн…» – ругаюсь я про себя.

– И чем же плох этот госпиталь? – спрашиваю я, почти с издёвкой.

– Не твой уровень, – серьёзно отвечает он. Я начинаю злиться.

– Тебе обязательно идти за мной? – почти огрызаюсь я, и чувствую себя, в этот момент, будто я снова в университете. Только на этот раз я отвечаю Крейну не в своих мыслях, а вслух.

– О, Сэм стала злюкой? – задирает он меня с усмешкой.

Почему-то мне не удаётся сохранять хладнокровие, наверное, прошлый опыт «общения» с этим человеком оставил бОльший отпечаток в моей памяти и эмоциональном состоянии, чем я предполагала. Тем не менее, я напоминаю себе, что мы уже не студенты, и отвечаю ему спокойно, но твёрдо:

– Ты травил меня в университете, потому что я была тихой и спокойной. Но теперь я изменилась. Теперь я могу постоять за себя. Так что отстань, – решительно заявляю я.

Вижу боковым зрением, как его оценивающий взгляд пробегается по мне.

– Да, ты изменилась… Но что за байки о травле? Я подшучивал над тобой иногда. И только.

Меня будто током прошибает от его слов.

– О, да… Ты только подшучивал, а вся твоя орда поклонниц травила меня за тебя. Дохлые мыши в шкафчике, пропавшие конспекты… – эмоционирую я, вспоминая прошлое, и замечаю, что он уставился на меня.

– Я не знал… – растерянно произносит он. Я хмыкаю:

– Угум, – специально громко, чтобы слышал. Тут он берет меня за руку и останавливает. Поворачивает лицом к себе.

– Я правда не знал, – говорит он, глядя мне прямо в глаза. И кажется абсолютно искренним.

– Ну, конечно, – не скрываю я свой скепсис, кажется, даже, закатив глаза, и уже собираюсь продолжить свой путь. Но он не даёт мне этого сделать, придерживая меня, и подходит совсем вплотную ко мне. Это вынуждает меня отступить.

– Послушай… – начинает он, вкрадчиво. И внимательно смотрит мне в глаза, при этом, снова приближаясь ко мне. Я делаю ещё шаг от него, и чувствую спиной стену, к которой он меня прижал. На мгновение я утрачиваю контроль и снова чувствую себя беззащитной студенткой, над которой он «подшучивал». Но затем я всё-таки беру себя в руки, и прерываю его, не давая продолжить:

– Отвали. Или твои яйца поплатятся за твою наглость, – говорю я, решительно, глядя ему в глаза, и поднимаю колено в направлении его паха. Он не удивляется моей дерзости, только пару секунд медлит, а затем отступает на шаг, и даёт мне пройти. Я опускаю ноги, и прохожу мимо него, а он добавляет, уже в спину мне:

– Я бы на твоём месте был по-вежливее. Нам вместе работать…

Я зажмуриваю глаза и прикусываю губу.

«Чёрт! Чёрт! Чёрт!» – сокрушаюсь я мысленно.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Иду и думаю: «Интересно, кем он работает? Насколько часто мы будем пересекаться? Надеюсь, не хирургом…»

Я захожу в нужный мне кабинет, он заходит следом за мной.

«Ну, конечно, ему тоже сюда. Ещё не начала работать, уже Крейн доканывает. Опять.» – бубню я мысленно.

– О, Крейн, привет! – раздаётся звонкий, воодушевлённый голос симпатичной блондинки. Она даже со своего места поднялась, и вышла из-за стола, чтобы поприветствовать Крейна.

Крейн стоит за моей спиной. И я, как пустое место между ними, потому что девушка пялится мимо меня, на него.

«Да уж, ничего не изменилось. Девушки, как и раньше, ведутся на его личико. Хоть бы узнали его лучше, прежде, чем вешаться.» – размышляю я.

– Привет, Джил, – приветствует он блондинку, без особой заинтересованности, впрочем. – Думаю, сначала девушка, – имея ввиду меня, говорит он ей, – она первая пришла. Я подожду. Когда он заканчивает, в кабинете повисает неловкая тишина. Джил нехотя переводит на меня взгляд.

– Добрый день. Я вас слушаю.

У неё такой взгляд, будто я из под венца её жениха увела.

– Здравствуйте. Я – доктор Льюис. Меня к вам отправила доктор Рэй, – представляюсь я. – Я устраиваюсь к вам на работу.

Во взгляде блондинки появляется нескрываемое удивление.

– Вы – хирург? – с почти обвинительным недоверием спрашивает она.

– Не похожа? – парирую я, с улыбкой.

Она, видимо, осознаёт свою бестактность и замолкает, смущаясь. Выдерживает паузу, и продолжает говорить:

– Джулия звонила насчёт вас. Ваши документы, пожалуйста, – она идёт на своё место. Я следую за ней, и протягиваю ей свои документы. И одновременно спрашиваю:

– Доктор Рэй сказала, я могу взять у вас список риелторов, с которыми вы сотрудничаете. Можно мне получить его сейчас?

– Да, минутку, – отвечает она, взяв мои бумаги, и отложив их в сторону. А затем она поворачивается к своему ноутбуку и распечатывает листок. – Первое имя в списке – у неё сейчас точно есть свободная квартира, – поясняет она, протягивая мне листок. – Однокомнатная, насколько я знаю. Ваш преемник там жил.

– А, так это по соседству со мной… – с весёлым комментарием влезает Крейн в наш разговор, оказавшись за моей спиной.

Девушка только что зубами не скрипит. На её лице заметен активный мыслительный процесс, едва ли не панический, глаза то и дело «бегают» между мной и Крейном.

– Может быть, она не подойдёт… – начинает она, не скрывая надежду в голосе, и заглядывает в мои документы, посмотреть моё имя. – Саманте – заканчивает она.

– Саманте? – снова подаёт голос неугомонный Крейн, уже встав рядом со мной.

– Да, это моё имя, – поясняю я для него.

Он широко улыбается. Девушка переводит взгляд с меня на него, видимо, залюбовавшись этим зрелищем.

– Мне бы что-то попросторнее… – говорю я ей, пытаясь вернуть её внимание.

Она чуть не захлёбывается от радости, и почти тараторит:

– Наверняка, у других риелторов будет что-то подходящее для вас… – ей даже приходится глубоко вдохнуть, из-за нехватки воздуха от перевозбуждения.

– Что-то ещё нужно от меня, или я могу идти? – спрашиваю я, не желая более слушать её нескрываемое воодушевление.

Она заглядывает в документы.

– Вижу ваша специализация Уже, чем предлагаемая должность, – задумчиво говорит она.

– Да, моя специализация – трансплантология. Но общая хирургия также в моей компетенции, – объясняю я.

– Хорошо, – соглашается она с какой-то грустью что ли. – Когда вы готовы приступить?

– Как только разберусь с квартирой. Можно ваш номер, чтобы созвониться насчёт этого? – прошу я её.

Она записывает свой номер на листочек, и протягивает его мне. Я кладу его во внутренний карман куртки, вместе со списком риелторов.

– Спасибо. До свидания, – прощаюсь я с ней. – Крейн, – прощаюсь я и с ним, предельно сдержанно.

– Пока, Саманта, – с улыбочкой отвечает он мне, глядя в глаза. Меня аж передернуло внутренне.

– Называй меня Сэм, пожалуйста, – с невозмутимым видом прошу я. Он ничего не отвечает. И я иду на выход.

По дороге на парковку, начинаю звонить риелторам. Первого пропускаю. «Не хватало ещё жить рядом с Крейном…» – решаю я. Звоню по списку дальше. Первые три отказывают мне, так как у них нет для меня предложений. Появляется некоторая тревога. Но четвёртый риелтор соглашается показать двушку. Называет мне адрес. Когда я заканчиваю с ней разговор, то смотрю дорогу до предполагаемого нового жилья. Это совсем недалеко. Надеваю шлем, и боковым зрением замечаю, как Крейн выходит из госпиталя, останавливается и смотрит на меня. Я сажусь на байк, завожу мотор и уезжаю.

Доезжаю до места назначения быстро, за пять минут. Оказывается действительно близко. С первого взгляда замечаю, что район не очень. И школа далеко. Но, всё-таки решаю посмотреть квартиру.

Квартира оказывается на цокольном этаже. В спальнях, окна под потолком, как в подвале. И запах сырости в ванной, и даже, плесень в углах на ванне. «Без вариантов» – решаю я. Отказываюсь, отпускаю риелтора, звоню оставшимся. У них вообще никаких предложений не оказывается: ни однушек, ни двушек.

Я стою у байка и думаю: «Можно поискать самой, но это время… А Ники лучше переехать как можно скорее, тем более, она сейчас там одна…»

Быстро набираю первого риелтора из списка, пока не утратила свою решительность. Договариваемся с ней на просмотр квартиры через пятнадцать минут, потому что, затем у неё показы на несколько часов. Она называет мне адрес, и отключает звонок. «Быстрая дама…» – решаю я про себя.

Я смотрю адрес в навигаторе, квартира оказывается в другой стороне города, и ехать мне до неё явно дольше пятнадцати минут, но я успеваю.

Когда подъезжаю к нужному дому, риелтор уже ждёт меня.

– Здравствуйте. Я – Дина, – представляется она довольно торопливо, и также спешно идёт к квартире.

– Здравствуйте. Я – Сэм. Очень приятно, – приветствую я её уже в спину.

Поднимаемся в квартиру по лестнице. Дом на четыре квартиры: две сверху, две снизу. Квартиры сверху – на одной площадке, но с двумя лестницами. Мы поднялись по той, что справа.

Дина открывает квартиру, и одновременно говорит:

– Как видите, район отличный. До вашей больницы – пятнадцать минут на транспорте. До школы – десять минут пешком. Магазины, прачечная, спортзал – всё рядом.

Район мне и правда понравился. Отметила это, ещё, когда ехала.

Мы заходим в квартиру. «Однокомнатная…» – констатирую я про себя. Она замечает моё разочарование.

– Вам нужна квартира побольше? – уточняет она.

– Да, я с дочерью. Подростком, – говорю я, всё-таки осматривая квартиру.

– Ааа, понятно, – с пониманием отзывается она, и добавляет: – Обидно, соседняя квартира, как раз двуспальная, тоже сотрудник вашей больницы снимает. Один… А вы знаете… можно попробовать договориться поменяться? – неожиданно для меня, предлагает она с таким азартом, будто эта мысль ей вот-вот пришла в голову и она готова её реализовать немедленно.

– Не надо, – пытаюсь остановить её я.

«Ещё Крейна о чём-то просить…» – даже от мысли меня передёрнуло, не говоря уже о том, чтобы просить его об этом лично.

– Подумайте… – начинает убеждать она меня. – В этом районе больше квартир не найдёте. Да, и в городе сейчас трудно что-то приличное найти, тем более со школой и всем необходимым. Кризис на рынке недвижимости, сами знаете…

– Дадите минуту подумать? – прошу я.

– Да, конечно, – соглашается она, и отходит к столу.

Я обдумываю свои варианты, которых собственно и нет. И мои раздумья заканчиваются меньше, чем за минуту.

«Что называется, вариантов нет… Может, появится что-то другое, а пока, видимо, берём, что есть. Ники переедет, а там посмотрим…» – решаю я.

– Хорошо, беру эту квартиру, – с решительностью говорю я Дине.

– Я бы на вашем месте, всё-таки попросила вашего коллегу поменяться. Ему одному и этой хватит, – снова предлагает она.

– Я подумаю… – пытаюсь я «отвести» её от этой идеи. Но Дина оказывается человеком действия.

– Я ему позвоню, – совершенно игнорируя меня, отвечает она, будто себе.

– Не надо… – пытаюсь я остановить её, но она уже набирает его и выходит из квартиры.

Я остаюсь стоять, сгорая от стыда, что приходится Крейна о чём-то просить, да ещё через другого человека.

– Он согласен, – ошарашивает она меня, вернувшись назад в квартиру буквально через минуту.

У меня челюсть чуть не падает на пол.

– Я зайду вечером, оформим договоры. Обменяетесь ключами, – быстро забирая свой портфель со стола, говорит она.

– Хорошо. Спасибо, – как в прострации отвечаю я. Она уже выходит и дверь за ней закрывается.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Стою посреди квартиры, уже предвкушаю издёвки Крейна. Набираю Ники.

– Ало, – отвечает мне всё тот же безрадостный голос, что ударяет меня прямо в сердце, в очередной раз.

– Привет. Я устроилась. Работа, квартира. В Аннаполисе. Бери билет на завтра. Я оформлю доставку наших вещей. Только поставь свои коробки к остальным, чтобы транспортная компания их не оставила, – выдаю я всю информацию залпом. Она молчит. – Ты тут? – интересуюсь я.

– Аннаполис? – совсем невоодушевлённо спрашивает она.

– Да, а что? – я начинаю нервничать, зная, что это совсем нелегко для неё.

– Может всё-таки тут останемся? – с надеждой предлагает она.

– Мы же вместе с тобой решили, что надо сменить обстановку… – напоминаю я ей. Она ничего не отвечает, и просто молчит. – В Балтиморе всё напоминает о папе… – добавляю я.

«Об Алексе…» – болью в сердце отзывается мне воспоминание о нём.

– Но тут у меня школа и друзья… – начинает снова аргументировать она своё желание остаться.

– Знаю. Для меня это тоже трудно. Но мы месяц живём без твоего папы. И легче не становится, – с горечью заключаю я.

– Знаю… – тихо соглашается она, и вздыхает. – Сейчас оформлю билет, – добавляет она, и кладёт трубку.

После разговора с Ники, я звоню в кадры.

– Ало, – отвечает Джил. Довольно дружелюбно.

– Добрый день ещё раз. Это доктор Саманта Льюис. Я нашла квартиру. Могу выйти завтра, – сообщаю я ей. На секунду воцаряется молчание, а затем она отвечает:

– Хорошо. Завтра в девять приступаете к работе. Будьте в госпитале за полтора часа, – совсем безрадостно говорит она мне. – Всего доброго, – произносит она в конце, хотя, по тону, это больше напоминает «что б ты сдохла».

– До свидания, – говорю я, но понимаю, что на том конце уже никого.

Закончив этот странный разговор, я решаю объехать район и зайти где-нибудь поесть. Так и поступаю.

Район оказывается действительно приятным: тихим, зелёным. Как и говорила Дина, всё необходимое рядом: спортзал, прачечная. Ещё я обнаруживаю бассейн, буквально по соседству, и парк, всего в квартале от дома. Супермаркет тоже недалеко, вполне можно дойти пешком. Заезжаю в школу, чтобы обсудить с директором приём Ники. Это занимает около часа, но всё проходит хорошо. Затем я еду ужинать. В гриль-бар. И всё ради шикарного краба.

Подъезжаю к квартире, Крейн выходит на лестничную площадку. «Будто ждал меня…» Снимаю шлем, иду к своей квартире. Морально готовлюсь выслушивать его издёвки.

– Ты не говорила, что у тебя есть дочь. Сколько ей? – сразу без церемоний спрашивает он.

Открываю квартиру, захожу. Он заходит за мной. Я уставилась на него.

– Мне же надо посмотреть свою новую квартиру, – отвечает он на мой немой вопрос: «Какого чёрта?»

Жестом пропускаю его. Он входит, с довольным видом. Начинает ходить по квартире, всё рассматривать.

– Так сколько ей? – предпринимает он новую попытку удовлетворить своё необъятное любопытство.