Медная далла из Кордовы

Глава 2. Сложный выбор

Эли, спотыкаясь, выбралась на улицу. Уже стемнело. Сколько же времени она провела в этом странном месте? Весь путь до отеля прошел в бессознательном состоянии, и Эли уже не замечала дождь, промокшие ноги, одежду и волосы.

В номере она сняла с себя все и после получасового принятия горячего душа, укутавшись в простыни, села на кровать. Часы показывали без четверти двенадцать.

Перед ней лежала далла. Освещение номера не давало яркого света, но все же лучше, чем в доме у Марии. Эли осторожно взяла в руки сосуд. Носик заткнут каким-то веществом – нечто твердое, но явно не ткань или глина. Крышка также приварена намертво. Интересно, как в нем можно сварить кофе? Этот предмет больше напоминал музейный экспонат. Видимо кофейник часто чистили, так как символы, начертанные на нем и орнамент арабской вязи сильно стерлись. Но один знак все-таки отчетливо виден: два пересекающихся треугольника в круге с точками около каждой грани.

Эли не знала, что делать. Билет на поезд лежал вместе с паспортом в шкафчике. Завтра в три пятнадцать она покидает Кордову, а самолет из Мадрида должен вернуть ее на родину через два дня. Даже если она поменяет билет на поезд, не сможет остаться совершить ритуал. «Господи, что за бред? Какой ритуал?» – она рассмеялась. Конечно, нужно просто оставить этот предмет с запиской на ресепшене. Вот и весь выход. Но Мария обещала прийти… К тому же, если далла действительно бесценна, она точно должна ее забрать. Оставаться тут нет никакого смысла, к чему такой риск.

Но что-то внутри препятствовало этому решению. «Ты вообще для чего приехала сюда?» – язвительно произнес внутренний голос. Действительно, для чего? Эли вспомнила, как выбирала цель поездки. Севилью или Гранаду она отбросила сразу, но Кордова… Словно невидимая нить Ариадны манила ее.

«Ну хорошо, на минутку представим, что это возможно», – подумала девушка.

Она лежала с закрытыми глазами и думала о том, что теоретически могла бы остаться. Груз ответственности, порядочность в паре с явлением частичного перфекционизма со всей силы давили на мозг. Потянувшись к ночнику, девушка взглянула на даллу и вдруг ей показалось, что легкая тень пробежала по сосуду – будто она опять сидит в доме Марии, и это игра свечей рисует в воображении разные фигуры.

Эли мало знала о джиннах, разве что из сказок «Тысячи и одной ночи». Почему она не вспомнила об этих сказках, когда в первый раз увидела этот медный сосуд? Ведь это очевидно! Алладин, лампа, джинн…

Рука застыла на кнопке выключения ночника – девушка не могла оторваться от даллы, пытаясь рассмотреть единственный отчетливый символ на кофейнике. Печать Соломона. Откуда ей знаком этот знак? Эли вспомнила, что читала про Соломона какую-то статью, причем совсем недавно: перед поездкой в Испанию. И опять-таки, эта статья попалась на глаза совершенно случайно и касалась в основном библейского текста о знаменитом храме царя Соломона и кратко о его встрече с царицей Савской. И вообще за время путешествия она часто вспоминала о Соломоне, почему? Какое он имеет отношение к Испании?

Эли выключила свет. Все страхи и сомнения улетучились. Как будто все должно произойти именно так и никак иначе. Единственным моментом оставался тот факт, что она ничего не знает о Марии, хотя тут можно было догадаться. Она, скорее всего, действительно является членом сообщества наподобие масонов или розенкрейцеров. В любом случае хотелось посмотреть, чем все это закончится. Будущее приключение манило больше, чем осознание скорого возвращения на родину.

***

Мария появилась в пять утра. Эли долго не могла уснуть, поэтому появление гостя в столь раннее время не обрадовало. Дождь не прекращался всю ночь, оттого сырость проникла, кажется, в самые кости, оставляя ощущение жуткого дискомфорта. Чемодан был собран, можно было проспать часов до десяти. Несмотря на вчерашнюю решимость поддаться приключению, с которым ее свела судьба, сейчас все происходящее казалось ошибкой.

Эли раздвинула шторы, впуская рассвет в комнату и медленно пошла к входной двери, в которую постучали уже в третий раз. Она шла так медленно, будто каждый шаг мог помочь ей принять решение, которое она уже приняла. Или нет?

Открыв дверь Эли впустила Марию. Та стряхнула зонт и молча вошла внутрь: на ней была легкая кожаная куртка, волосы небрежно собраны в пучок.

– Тебе ведь в 12:00 выселяться сегодня, правильно? Я тут подумала, чтобы не доплачивать за гостиницу, предлагаю поехать к нам. Приглашаю тебя в гости!

Мария, казалось, подпрыгивала от жизнерадостности и отличного настроения. Но на Эли это не подействовало. Ужасно хотелось спать, больше она ни о чем думать сейчас не могла.

– Мария, я… – она жестом пригласила гостью присесть в кресло. – Зачем приходить так рано, времени еще много. Я ужасно не выспалась.

– Тем лучше! – радостно произнесла Мария. – Вообще перед совершением подобных ритуалов, с одним из которых ты по воли судьбы скоро познакомишься, необходима подготовка – ограничение по возможности физиологических потребностей. Но так как ты человек новый, мы хотя бы частично восполним пробелы.

«Не есть, не спать, что ли?» – подумала девушка.

– Прости… Я не могу. Это какая-то шутка, ошибка или дурной сон. Не понимаю при чем тут я. Сегодня поезд на Мадрид, так что можете забрать эту… этот сосуд. На следующей неделе мне надо выходить на работу и готовиться к экзаменам. Отпуск заканчивается.

Присев на кровать, Эли нервно перебирала складки простыни. Она не думала, что Мария просто так скажет «ну ладно» и уйдет.

Но женщина никак не отреагировала на ее слова.

– Послушай, Элеонора, – она нежно прикоснулась к руке девушки. – Скажу тебе правду. Как ты уже догадалась, я являюсь последователем одного мистического сообщества, зародившегося в X веке нашей эры. Ранее оно называлось «Братья чистоты» и примкнуть к нему могли только мужчины, но постепенно женщинам дозволили вступать в его ряды.

– Как масоны? – прервала ее Эли.

– Да, можно сказать и так, но только наше сообщество, несмотря на то, что оно восточного толка, вбирает в себя черты как арабских, еврейских, так и европейских мистических учений. На протяжении многих лет мы собираем книги, артефакты для наших нужд. Возможно то, что я скажу, необычно для тебя, но мы используем нечто вроде магии для достижении своих целей.

– И какие же у вас цели?

Мария убрала руку, но продолжала говорить мягким и успокаивающим тоном, хотя на лице прошла тень смущения.

– Цели, как и у любого мистического общества: познание Бога и Истины, восстановление мирового порядка во Вселенной.

– А что, с мировым порядком у нас все плохо? – полюбопытствовала девушка с сарказмом.

Казалось, вопрос смутил Марию, и Эли уже не обрадовалась, что задала его таким тоном. Сейчас начнется рассказ о том, что происходит с современной цивилизацией и как все плохо. Но, как и странно, этого не произошло – Мария только покачала головой и развела руками.

– Хорошо, но причем тут я? Ищите дальше свою истину, дайте мне спокойно вернуться домой.

– Только не говори, что тебя все это не заинтересовало? – Мария с неподдельным любопытством рассматривала девушку. – Какие скрытые желания хранишь в сердце и в чем твое разочарование? А ведь оно есть, мне это открылось при нашей первой встрече.

Наступила короткая пауза.

– Я не знаю. – Эли пожала плечами.

– Но я знаю. Ты умная и храбрая! Вряд ли бы ты с такой легкостью согласилась на поездку в Испанию, которую выиграла благодаря случайному стечению обстоятельств. Попробуй поверить мне – это не просто так, все события в нашей жизни взаимосвязаны, совпадений нет. Но хуже всего для человека упустить свой шанс – второго такого случая может и не быть. – Мария пересела с кресла на кровать рядом с Эли. – Пойдем к нам, нормально позавтракаем, побеседуем, ты нечего не теряешь. Я ведь не заставляю тебя. Ну что?

Эли внимательно посмотрела на женщину.

– И что это за шанс такой? Что он мне дает?

Мария рассмеялась.

– Представь, что тебе предлагают лотерейный билет. Если откажешься, потом не сетуй, что выигрыш получил кто-то другой.

Мария встала. Неожиданно по всему номеру заверещала пожарная сигнализация. Через минуту за дверью послышались голоса, началась суматоха. Эли напряглась, ощутив дежавю – все это казалось странным, и напомнило вчерашний вечер перед тем, как ей впихнули даллу и выставили за дверь.

Эли вопросительно посмотрела на Марию, но пожала плечами.

В дверь постучали.

– Прошу вас как можно скорее выйти наружу. Сработала пожарная сигнализация, у нас в подвале пожар, поторопитесь, – служащий замешкался. – Простите, вы сегодня выезжаете? Если у все вещи собраны, спускайтесь в холл.

Он выбежал, прихватив с собой ключи от номера.

Эли ничего не оставалось, как быстро собрать свои вещи. Когда они спустились, то обнаружили столпившихся посетителей у стойки ресепшен. Запаха дыма не чувствовалось, но сигнализация верещала как бешенная. Все старались узнать, в чем дело; полицейский, прибывший, по-видимому, раньше пожарных, просто кивал головой и просил всех выйти наружу.

– Пойдем на выход, разберемся там, – сказала Мария и вместе с ее чемоданом вышла на улицу.

Снаружи уже столпились зеваки. Мария не остановилась, а упорно шла вперед вместе с чемоданом и шла так быстро, что Эли еле успевала за ней.

– Мария, подожди, наконец!

Они остановились у высокого дерева. В воздухе стоял густой утренний туман, было сыро, но тепло.

– Я думаю, тебе нечего уже делать в отеле, прими мое приглашение, если будешь настаивать на своем, я провожу тебя на вокзал, – добродушно сказала Мария.

Эли смирилась со своей судьбой и молча пошла следом.

***

Они долго петляли по проулкам, пока не добрались до Еврейского квартала. Мария остановилась около мавританской арки, загороженной решеткой, и, отодвинув ее, позвала Эли. Они пошли дальше, по еще более узкой улочке, девушке пришлось нести чемодан в руках, так как дорога была плохая: то и дело приходилось спотыкаться о старые камни, торчащие из земли.

– Мария, а мы идем в то же самое место? – обеспокоенно спросила Эли.

– Да, но только зайдем с другой стороны.

Пройдя через очередную арку, они повернули налево и сразу уперлись в деревянную дверь. Внутри оказался небольшой дворик с фонтаном посередине. За ним – двухэтажное здание типичной мавританской архитектуры, свойственной Андалузии времен правления арабов: галерея по периметру двора, состоящая из портиков с колоннами, опирающимися на арки, сплошь покрытыми арабской вязью. Окна на втором этаже также были разграничены арками. Во двориках галереи уютно примостились деревянные лавочки. Вокруг была такая красота, что Эли вертела голову, рассматривая орнаменты и декоративные элементы. Мария увидев это, улыбнулась.

– Нравится? Это стиль мудехар, – она указала на здание. – Все эти вырезанные узоры, арабески на стенах и окнах относятся к арабскому искусству. В те времена широко использовалась мудехарская штукатурка, кстати, гипс был завезен сюда именно арабами. Для этого стиля характерна тенденция к заполнению всего пустого пространства, эта практика еще называется «боязнь пустоты».

Посчитав, что краткий курс в историю искусства Испании времен арабов закончен, Мария пригласила Эли пройти в дом. Внутреннее убранство, как и предполагала девушка, соответствовало мавританскому стилю: на стенах голубая мелкая мозаика сплошь покрытая арабесками, резная мебель, инкрустированная, по-видимому, слоновой костью или керамикой. Войдя в гостиную, Мария попросила Эли чувствовать себя как дома. Но в гостиной они были не одни: в роскошном кресле с подлокотниками в виде птичьих когтей сидел молодой стройный мужчина импозантной внешности с выразительными карими глазами и острым выступающим вперед подбородком и курил кальян.

– О! Познакомься, Элеонора, это Мигель, мой брат, – Мария, похоже, была удивлена его присутствию. – Сейчас распоряжусь, чтобы принесли чай и завтрак, а также приготовили комнату.

Мигель встал и пожал Эли руку. На его лице не отразилось никаких эмоций по поводу гостьи.

– Добро пожаловать в наше скромное жилище. Мария рассказала о тебе, мы все с нетерпением ждали твоего прихода.

«Что-то на твоем лице не отразилась радости по поводу моего прибытия», – подумала Эли, а вслух произнесла: – Мы? А кто еще участвует в этой истории? – Она решила, что нечего скрывать истинную причину их встречи.

– Мы ждем еще прибытия Эсагилкиниуббиба – заклинателя, чтущего бога и царя! – восторженно произнес он.

– Мигель! – резко оборвала его Мария, которая только что вернулась. – Прекрати свои шутки. Тут никого больше нет, кроме нескольких работников, которые помогают нам по хозяйству.

Она обратилась к Эли:

– Сейчас приготовят комнату. До поезда еще далеко, а тебе нужно переодеться, отдохнуть, – сказала Мария. – Ну что стоишь, присаживайся, я скоро вернусь.

С этими словами она схватила чемодан Эли и опять оставила ее наедине с Мигелем. Тот вернулся к кальяну, жестом показывая, не хочет ли она присоединиться. Девушка таким же безмолвным способом ответила отказом. Все это время она держала в руках даллу, которую ей опять впихнула Мария перед тем, как войти в дом.

– Чем Вы занимаетесь, Мигель?

Тот удивленно поднял брови, видимо, не ожидая, что Эли будет беседовать с ним. Он немного промолчал, обдумывая ответ.

– Мы держим лавку сувениров тут, недалеко.

Мигель посмотрел на даллу, которую Эли теребила в руках. Затем встал и вышел из гостиной, но уже через минуту вернулся, держа в руках большую шкатулку, которую положил на столик перед гостьей.

– Эта шкатулка – место, где мы храним даллу, можешь отправить ее туда, если мешает.

Эли посмотрела на шкатулку: ей показалось странным, что в этом изящном и красивом ларце держали такой невзрачный сосуд. Обитая кожей шкатулка сияла позолоченными линиями растительного орнамента.

– Это гвадамесѝл? – спросила Эли. Она видела кожаные позолоченные изделия в сувенирных магазинах Кордовы.

– Да, именно так мы называем выделанную кожу. Мои предки испокон веков славились этим искусством и знаешь, откуда идет название? От ливийского города Гадамес, оттуда было завезено искусство кожевников. То, что ты видишь – ручная работа XVI века, сделанная моим предком. Если будет время, я мог бы показать наши изделия. Внизу моя мастерская.

– Вы тоже делаете подобные вещи? – с неподдельным восхищением спросила Эли.

– И делаем и собираем антиквариат. Особенно много у нас шкатулок и предметов керамики: старых и невероятно красивых. Если ты еще не приобрела сувениры, то я с радостью подарю тебе что-то из нашей коллекции, – он наклонился и тихо добавил: – Мария собирает все это, а мне надо освободить часть мастерской, слишком много накопилось вещей, поэтому я действительно могу отдать понравившуюся вещь.

Эли была заинтригована. Она смотрела на шкатулку и думала о том, что сувениров то не приобрела почти, разве что несколько дешевых магнитов и пару полотенец. А ведь обещала подруге тарелку для пополнения коллекции, этот шанс она точно не могла упустить.

– Я бы с удовольствием посмотрела на Вашу коллекцию, – также тихо как и Мигель произнесла она.

– Решено, обещаю подарить то, что понравится, даже если стоит немало.

Они немного помолчали, затем Эли спросила:

– Скажите, а Вы тоже член тайного братства, как и Мария?

Тот, казалось, удивился прямоте девушки.

– Да, но я не отношусь к этому настолько фанатично. Она чаще меня встречается с себе подобными, меня зовут только на важные церемонии.

Он рассмеялся.

– Тогда Вы, может, знаете, что хочет Мария? Я должна выполнить какой-то ритуал?

Эли не собиралась задавать этот вопрос и сама удивилась, что напрямую решила все выяснить. Мигель был озадачен и больше не смеялся.

– Ну… Я знаю об этом только то, что говорила сама Мария, которая долго тебя ждала и готовилась к встрече. Она поистине одаренный астролог, составляет гороскопы видным лицам не только Кордовы, но и Мадрида. Сестра верит, что ты как-то связана с арабскими средневековыми учеными типа Аль-Маджрити.

– Да, про Аль-Маджрити она рассказывала. Но я все равно не понимаю, зачем все это. Мария говорит, что мы должны вызвать демона.

– Хм, мне нечего добавить, я же сказал, что… Вот и она, наконец-то! – с облегчением произнес Мигель.

В комнату вошла Мария, неся на подносе кофейник и сэндвичи с хамоном. Эли только сейчас поняла, как она голодна. Чувство голода затмило все остальные эмоции по поводу переживаний из-за происходящего.

– Ну что, я вас, пожалуй, оставлю. Пора открывать лавку. Элеонора, – он кивнул головой и подмигнул ей. – Приятно было познакомиться. Встретимся позже.

Мария была в хорошем настроении. Она разлила кофе.

– Ну и Мигель, даже кофе с нами не попил. О чем это он? Вы уже успели о чем-то договориться в мое отсутствие?

– Да так… Он пообещал мне показать вашу коллекцию сувениров. Сказал, что вы собираете антиквариат.

– Вот видишь, я тебя не обманываю. Мы действительно собираем старые вещи, но что Мигель называет хламом антиквариата, на самом деле артефакты, магические предметы, книги, рецепты снадобий и прочие подобные вещи. Знаешь, мне кажется, тебе надо отдохнуть. Твоя комната на втором этаже.

– Мария, спасибо огромное, я знаю, что ты хочешь меня уговорить остаться… – Эли подозрительно посмотрела на Марию. – Разве мне не надо как неподготовленному человеку ограничивать себя в физиологических потребностях?

Мария рассмеялась.

– Это была всего лишь шутка.

«Или предлог, чтобы явиться спозаранку и застать врасплох», – подумала Эли.

– Милая, скажи правду, как ты себя чувствуешь?

Эли задумалась. Она закрыла глаза и отдалась своим ощущениям. Тревога осталась, но больше всего почему-то хотелось посмотреть сувениры, которые обещал показать (и подарить!) Мигель. Господи, неужели она думает о материальном?

– Все отлично, спасибо!

– Хм. Ну, хорошо. Смотри, если хочешь я тебя познакомлю со своими коллегами, ты будешь знать, кто мы и чем занимаемся… Вот только сегодня суббота, а наша встреча запланирована на среду. Но мы можем связаться с ними по скайпу, например.

«Она хочет уговорить меня остаться», – подумала Эли.

– Мария, я могла бы остаться только на один день, но необходимо купить новый билет на поезд, и если честно… У меня осталось немного средств, а дорога на родину дальняя.

Эли была смущена своим признанием, но Мария наоборот, еще больше преобразилась.

– О, милая, за это можешь не переживать, я куплю билет. Значит, ты задержишься на один день? – с надеждой спросила она.

Эли взвесила все за и против, точно просчитала время до самолета и решила, что один день может себе позволить. Все документы, которые касались курса по обмену культурными знаниями, она забрала заранее, как будто предчувствовала такой разворот событий. Эта мысль стала окончательным поводом, склонившим часу весов в пользу того, чтобы остаться. К тому же назавтра обещали хорошую погоду, а она на удивление еще не видела солнца в Кордове.

– Уговорили, – неуверенным тоном сказала она.

– Восхитительно. Как только передохнешь, поедем на вокзал и купим билет. Все будет хорошо!

***

После завтрака Мария проводила Эли в комнату. Бросившись на кровать, она надеялась вздремнуть, но так и не смогла – тупо смотрела в мозаичный потолок и размышляла о жизни.

В скором времени ей надоело валяться. Эли встала, подошла к окну и распахнув шторы, не смогла поверить глазам: снаружи светило солнце. Вид был потрясающий: солнечные лучи, пробиваясь сквозь влажные листочки фруктовых деревьев, игриво отражались в фонтане. Сейчас уже не казалась глупой эта идея продлить пребывание в Кордове даже на один день.

«Мескита… Ритуал, вызывание заточенного духа», – вдруг подумала Эли. А может, это еще одна шутка? Однако девушка чувствовала, что такое гостеприимство обычным людям не оказывают. Ну что ж. Надо посмотреть, что будет дальше.

Эли обдумывала все это, спускаясь со второго этажа. В гостиной никого не оказалось. Тогда она вышла во двор, жалея о том, что не спросила Мигеля об адресе магазина сувениров. Побродив среди деревьев и послушав пение птиц, вернулась в гостиную. На журнальном столике стояла шкатулка, а в ней – далла. Еще раз Эли про себя отметила, что медный сосуд смотрелся как-то некстати по сравнению с роскошью шкатулки. Она вытащила даллу и опять, как вчера в отеле стала рассматривать: вертела ее так и сяк, даже прислонилась к ней ухом: вдруг что-то услышит?

– О, девочка моя, ты уже проснулась. Как отдохнула?

От неожиданности Эли чуть не выронила даллу. Она не успела поприветствовать Марию, так как та с пакетом в руке уже бежала на кухню. Эли снова почувствовала себя неловко: смущала излишняя вежливость и ласковое обращение Марии, даже мама не говорила ей «девочка моя».

– Мария, нам надо ехать на вокзал! – прокричала Эли в сторону кухни.

– Да, да, конечно, сейчас Мигель нас отвезет! Он должен вот-вот быть тут. Не представляешь, какую экскурсионную программу мы приготовили!

Спустя час они уже стояли в очереди на вокзале и покупали билет. Эли под предлогом необходимости сходить в туалет сбегала в багажное отделение и оставила документы и часть денег в ячейке. Мало ли что могло случиться – она уже смирилась с тем, что придется участвовать в необычном мероприятии.

Весь день они провели в разъездах, посещая разные достопримечательности Кордовы и ее окрестностей. Мигель в основном работал в качестве таксиста: почти не выходил из машины и практически всегда молчал. Казалось, ему было невероятно скучно. Мария, напротив, находилась в своем обычном веселом настроении. Она шутила, рассказывала невероятные истории и легенды и девушка, скорее всего благодаря такому радушию, совершенно потеряла бдительность и всецело доверилась ей. Эли периодически возвращалась в мыслях о далле и будущем ритуале, но заговорить об этом стеснялась, да и Мария с самого утра вообще не упоминала об этом. И только вечером, когда они сидели после ужина в гостиной за бокалом вина, Мария завела разговор.