Аварийный Электрик: Сверхпроводимость

Глава 5. Схватка с десантными шаттлами

Асфальт под ногами еще хранил остаточное тепло короткого северного лета, но воздух на стыке улиц Коминтерна и Индустриального проспекта уже пах не пылью и тополиной листвой, а чистейшим, концентрированным озоном. Над Четвертым микрорайоном пульсировал мягкий изумрудный свет. Купол сверхпроводящего контура, запитанный Денисом Викторовичем от трехфазной сети через намертво заземленный подвал бабы Маши, стоял монолитно. Ни один паразитный гармонический всплеск не искажал его идеальную полусферу.

Скворцов шел не торопясь, мерно отмеряя шаги тяжелыми диэлектрическими ботами с маркировкой «15 кВ. Испытано до 2028 года». Брезентовая куртка топорщилась на плечах, пропахшая гарью, машинным маслом и ядреным дымом «Беломорканала». В левой руке он держал старый жестяной фонарь с круглой линзой, в правой — неизменный чемоданчик из фибры с никелированными уголками. Внутри весело и привычно позвякивали рожковые ключи, моток синей изоленты и проверенная годами индикаторная отвертка с неоновой лампочкой внутри прозрачной ручки.

Рядом, стараясь попадать след в след, семенила Лидочка. Ее новенький монтерский пояс с петлями для инструмента казался великоват, а из-под каски выбилась прядь пепельных волос. Девушка прижимала к груди оперативный журнал в жестком коленкоровом переплете, то и дело поправляя карандаш, привязанный к корешку суровой сутажной нитью.

— Денис Викторович, — негромко позвала она, вглядываясь в экран закрепленного на запястье системного планшета. — А диспетчер не напутала? По журналу на третьем подъеме насосной станции имени Дзержинского расчетный напор — восемь атмосфер. Если там подшипник греется, значит, перекос фаз минимум градусов на пятнадцать. Опять высоковольтники с перемычками начудили?

— Начудили, Лидочка, — не оборачиваясь, хрипло отозвался Скворцов, выпустив через правый угол рта тонкую струю сизого дыма. — Они всегда чудят, когда думают, что интегралы из учебника за них гайки крутить будут. Фазу «Б» наверняка на холостой ход бросили, а емкостную компенсацию не посчитали. Вот у них ротор в статоре и пляшет, как первокурсник на дискотеке. Придем — вправлю им векторную диаграмму по первое число. Лично в журнал замечаний впишу, с лишением тринадцатой зарплаты.

Он не успел договорить.

Мир вокруг внезапно потерял цвет. Тихий ночной шелест листвы и мерное гудение трансформаторных будок утонули в чудовищном, раздирающем барабанные перепонки свисте. Небо над путепроводом имени 50-летия Энергетики — циклопической стальной эстакадой, связывавшей жилой массив с промзоной тяжелого машиностроения, — раскололось багровыми трещинами.

Изумрудный купол планетарной защиты на высоте трехсот метров протяжно, басово загудел. Он не пробивался — расчетная плотность тока сверхпроводимости держала удар, — но в точке сопряжения с внешним атмосферным фронтом возникла интерференционная воронка.

* * *

`[ВНИМАНИЕ! ОБНАРУЖЕНО ВТОРЖЕНИЕ В ЛОКАЛЬНЫЙ СЕКТОР ОТВЕТСТВЕННОСТИ]`

`[Источник: Орбитальная группировка ЧВК «Гелиос-Тактикал» / Синдикат Тяжелых Металлов]`

`[Цель: Подавление несанкционированного узла энергораспределения нулевого сопротивления]`

`[Силы противника: Тактическая штурмовая группа «Цербер-9» (уровень личного состава: 82–115)]`

`[Техника: Тяжелые десантные платформы типа «Гаргулья-IV» — 3 единицы]`

`[Статус боевой готовности: КРИТИЧЕСКИЙ]`

* * *

Из низких свинцовых туч, волоча за собой шлейфы перегретого ионизированного водорода, вывалились три черные угловатые туши. Десантные шаттлы корпорации не летели — они падали, гася чудовищную кинетическую массу ревущими факелами посадочных маневровых дюз. Углепластик, абляционная броня, тусклый блеск тяжелых кинетических пушек под брюхом и хищные очертания направляющих для плазменных кассет.

Шаттлы зависли точно над эстакадой. Из их днищ с глухим металлическим грохотом выстрелили массивные гарпунные опоры. Вольфрамовые лапы вонзились в несущие двутавровые балки пролета номер семь, высекая фонтаны белых искр и намертво заякоривая тридцатиметровые машины прямо на теле дорожной развязки.

С шипением откинулись аппарели.

На рифленую сталь верхнего яруса моста посыпались бойцы.

Это не были пехотинцы из регулярных частей. Корпорация бросила в бой профессиональных карателей в экзоскелетах тяжелого класса «Аэгис-М». Монолитные титано-марганцевые кирасы, гидравлические приводы толщиной с человеческую ногу, нашлемные визоры, светящиеся узкими полосами мертвого рубинового огня. За спиной каждого штурмовика гудел ранец автономного плазменного реактора закрытого цикла, питающий тяжелые ручные плазмометы «Гелиос-Пульсар».

— Сектор очистить! — пророкотал через внешние громкоговорители искаженный вокодером голос командира головного звена. — Энергетическую аномалию локализовать! Все биологические объекты без корпоративных чипов подлежат утилизации по категории «техногенный мусор»! Расчеты плазменных карабинов — занять периметр на фермах!

Двадцать четыре тяжелых штурмовика развернулись веером, печатая шаг магнитными подковами по стальным плитам дорожного полотна. Каждый шаг трехсоткилограммовой бронированной туши отзывался протяжным гулом металлоконструкций. Плазменные стволы с низким подвыванием начали накачивать емкостные накопители — воздух между фермами задрожал от марева тепловой ионизации.

Лидочка побледнела, судорожно вцепившись пальцами в край оперативного журнала. Страницы нервно затрепетали.

— Денис Викторович... У них же композитная термозащита восьмого класса! И плазма на сорок тысяч градусов! Они сейчас весь кабельный коллектор под эстакадой испарят... Там же маслонаполненные кабели на маслоподпорных станциях, там давление двадцать атмосфер! Если пробьет — весь Четвертый микрорайон без резерва останется!

Скворцов даже не вынул изо рта папиросу. Он лишь медленно прищурился, глядя на то, как десантные шаттлы поливают посадочные фермы раскаленной реактивной струей, обжигая сурик и защитную грунтовку на заклепках моста.

— Варвары, — тихо, с глубоким презрением произнес он. — Сопляки с маркетплейса. Навешали на себя титана, а сопромат в глаза не видели. Кто ж сажает тяжелую технику на ферму с консольным выносом без распределительных подушек? Они же мне сейчас все сварные швы порежут усталостной деформацией.

* * *

`[НАВЫК АКТИВИРОВАН: Полный аудит электроустановки 10-го ранга]`

`[Объект анализа: Тактическая группа «Цербер-9» + десантные платформы]`

`[Материал брони: Высоколегированный ферромагнитный титан марки ВТ-22, вольфрамовый подбой, бериллиевая бронза в сочленениях]`

`[Электропроводность силового каркаса: 4.8 × 10^6 См/м (высокая)]`

`[Магнитная проницаемость: μ = 180 (ферромагнетик высокой восприимчивости)]`

`[Конструктивная особенность: Замкнутые контуры сервоприводов с нулевым зазором относительно бронеплит]`

`[Уязвимость обнаружена: Закон электромагнитной индукции Фарадея игнорируется производителем ввиду надежды на внешние экраны силового поля]`

* * *

— Лидочка, — спокойно скомандовал Денис Викторович, ставя свой чемоданчик на асфальт и щелкая обоими замками. — Открой журнал на странице сорок два. Записывай телефонограмму. «В адрес оперативного дежурного филиала ПАО «МРСК-Северо-Запад». Ввиду грубейшего нарушения Правил технической эксплуатации потребителями категории ноль, аварийная бригада приступает к принудительному выводу постороннего оборудования из работы путем применения токов промышленной и повышенной частоты». Записала?

— За... записала, — пальцы девушки вывели ровные строчки химическим карандашом, хотя рука ее заметно подрагивала. — Денис Викторович, они заряжают орудия! Вектор на нас!

На верхнем ярусе эстакады командир карателей вскинул массивную руку в бронеперчатке:

— Цель внизу! Ликвидировать бродяг! Огонь!

Четыре плазменных карабина изрыгнули сгустки ослепительного бело-голубого огня. Высокотемпературные заряды, способные прожечь лобовую броню тяжелого танка, с ревом устремились вниз, к фигуре электрика в брезентовой робе.

Скворцов даже не дрогнул. Он просто шагнул к ближайшей опоре эстакады — монументальной стальной балке номер тридцать шесть, уходящей глубоко в железобетонный ростверк набережной. В его правой руке тускло блеснул монтажный нож с рукоятью из толстого текстолита, а в левой — кусок гибкого медного шунта сечением сто двадцать квадратов с массивными медными наконечниками.

— Сначала соблюдаем технику безопасности при работе под наведенным потенциалом, — нравоучительно бросил Скворцов.

Он с силой вогнал медный наконечник прямо в технологический болтовой стык опоры, а второй конец с хрустом вогнал в шину контура заземления кабельного коллектора.

`[ИСПОЛЬЗОВАНИЕ УМЕНИЯ: Сверхпроводящий дренаж (Пассивный множитель: Абсолютный нуль)]`

Плазменные сгустки ударили не в асфальт и не в людей. Подчиняясь законам электродинамики и колоссальной разности потенциалов, ионизированные каналы плазмы за долю микросекунды свернули в сторону и с сухим треском втянулись прямо в заземленную металлоконструкцию моста. Заряд ушел в землю с коротким гулким вздохом, словно капля воды упала на раскаленную чугунную сковороду. Ни дыма, ни разрушений — только по стальным ребрам эстакады пробежала зеленоватая волна, растворившись в бесконечной емкости планетарной земли.

Наверху, на мосту, на мгновение воцарилась тишина. Наемники опешили. Их встроенные баллистические компьютеры забились тревожными сообщениями об отказе целеуказания и нулевом поражающем факторе.

— Что за чертовщина?! — взревел командир карателей. — Сплошной залп! Выжечь весь квартал к чертовой матери!

— Ну вот, никакого понятия о культуре потребления, — вздохнул Денис Викторович, щелчком пальцев отправляя окурок точно в чугунную урну у входа в теплопункт. — Лидочка, отвернись. Сейчас будет ярковато. Работаем на высокой частоте без экранирующих очков.

Скворцов распахнул полы куртки. На его поясе висели не артефакты древних богов и не кристаллические накопители маны. Там висели проверенные реле времени РВ-4, токовые клещи ДИТ-1 и тяжелый, литой чугунный пакетный переключатель кулачкового типа с карболитовой рукояткой, выдранный тридцать лет назад из распределительного щита прокатного стана.

Электрик положил ладонь в толстой трехпалой диэлектрической рукавице на главную несущую балку эстакады.

— Земля есть. Фазировка прямая. А теперь, дорогие товарищи интервенты, вспомним дедушку Фуко и законы вихревых токов в массивных проводниках.

* * *

`[АКТИВАЦИЯ ВЕЛИКОГО РЕМЕСЛЕННОГО НАВЫКА]`

`[«ПРОМЫШЛЕННЫЙ ИНДУКЦИОННЫЙ НАГРЕВ: РЕЗОНАНС МЕГАВАТТНОГО КЛАССА»]`

`[Класс: Аварийный Электрик Всесоюзной Категории]`

`[Источник питания: Трансформаторная подстанция 110/10 кВ «Северная» + сверхпроводящая петля обратной связи]`

`[Контур нагрузки: Металлоконструкции путепровода им. 50-летия Энергетики (общая масса ферромагнетика: 14 200 тонн)]`

`[Частота генерации: 66 000 Гц с модуляцией третьей гармоникой]`

`[Добротность контура Q: 450 (Идеальное согласование)]`

* * *

Воздух над эстакадой не просто зазвенел — он запел тонким, комариным, невыносимо пронзительным ультразвуком.

Стальные балки моста, фермы перекрытий, настилы, ограждения и заклепки не изменились внешне ни на йоту. Но внутри кристаллической решетки металла начался ад. Денис Викторович превратил замкнутый периметр эстакады в гигантскую первичную обмотку индукционной печи, а вторичной короткозамкнутой обмоткой стало все, что имело неосторожность находиться на этой стали и обладало электропроводностью.

А тяжелые штурмовики корпорации состояли из проводников чуть менее чем полностью.

— Внимание! — раздался в шлемах наемников панический вой бортовой телеметрии. — Внешнее переменное магнитное поле чудовищной напряженности! Вектор магнитной индукции — двадцать пять Тесла! Сбой экранирования! Паразитные токи в шинах питания!

Первыми взвыли сервоприводы.

Закон электромагнитной индукции не знает пощады к дорогим брендам. В массивных титановых кирасах наемников начали циркулировать вихревые токи колоссальной плотности — миллионы ампер на квадратный сантиметр. Из-за скин-эффекта на частоте шестьдесят шесть килогерц ток не шел вглубь металла — он сконцентрировался в тончайшем поверхностном слое толщиной в доли миллиметра.

— А-а-а-а! — истошно заорал головной пулеметчик, выронив плазменное орудие.

Ствол его винтовки, превратившись в локальный сердечник индуктора, за полторы секунды разогрелся до вишневого, затем до слепяще-желтого свечения. Пластиковые композитные накладки мгновенно вспыхнули жирным черным пламенем, а внутренние соленоиды затвора просто стекли жидкой медью в ствольную коробку, намертво запаяв оружие изнутри.

Но настоящее возмездие развернулось на уровне суставов экзоскелетов.

В шарнирах, шарикоподшипниках коленных чашечек, плечевых сочленениях и шестернях гидравлических редукторов зазоры измерялись микронами. Высокочастотные вихревые токи перескакивали через эти микрозазоры снопами мириад микроскопических электрических дуг.

Произошло то, что в металлургии называется контактно-диффузионной сваркой трением и током.

— Ноги! Мои ноги! — орал сержант, пытаясь сделать шаг.

Его коленные шарниры вспыхнули снопом ослепительно-белых искр. Стальные шарики подшипников мгновенно достигли точки плавления — тысяча пятьсот градусов Цельсия. Жидкий металл смешался со смазкой, выгорел синим факелом и тут же, под давлением многотонного экзоскелета, схватился монолитом. Титан сварился с легированной сталью в единый неразъемный кусок.

Двадцать четыре элитных штурмовика корпорации «Гелиос-Тактикал» застыли на эстакаде в нелепых, гротескных позах. Кто-то замер с поднятой для шага ногой, балансируя на одной опоре. Кто-то застыл с намертво приваренной к бедру бронеперчаткой. Любое сочленение, где металл касался металла, перестало существовать как подвижный узел.

Они превратились в железные статуи.

* * *

`[БОЕВОЙ ОТЧЕТ СИСТЕМЫ]`

`[Применен эффект: «Индукционная диффузионная монолитизация»]`

`[Урон живой силе: Термические ожоги 1-й и 2-й степени через термокомпенсирующие поддоспешники]`

`[Подвижность противника: 0% (Полная механическая блокировка сервоскелетов)]`

`[Статус вооружения противника: Выведено из строя методом оплавления катушек инжекции]`

`[Потери среди гражданского населения: 0]`

`[Потери энергосети: 0.00 кВт·ч (Рекуперация реактивной мощности обратно в контур)]`

* * *

— Лидочка, — Скворцов чуть повернул ладонь, корректируя емкостную связь ключом на семнадцать, словно подстраивал тонкий струнный инструмент. — В параграфе девять правил эксплуатации что сказано? «В металлических конструкциях, подверженных воздействию переменных электромагнитных полей, надлежит исключать образование короткозамкнутых контуров во избежание их недопустимого нагрева». Они правила не учили. Пусть теперь постоят, остынут.

Но бой еще не был окончен.

Капитаны десантных шаттлов, осознав, что пехота нейтрализована без единого выстрела со стороны противника, запаниковали. Реактивные дюзы «Гаргулий» взревели на форсаже, выбрасывая столбы оранжевого пламени в ночное небо. Пилоты экстренно пытались оторвать корабли от эстакады, врубив системы отстрела якорных вольфрамовых лап.

— Взлет! Аварийный взлет! Врубить антигравы на полную мощность! — надрывался эфир на аварийной частоте корпорации.

Шаттлы дернулись вверх. Но вольфрамовые гарпуны, намертво заклиненные в двутавровых балках, уже стали частью резонансной цепи Дениса Викторовича.

— Куда? — нахмурился Скворцов, и в его глазах блеснула не добрая ирония старого мастера, а грозная, несокрушимая ярость советской энергетической системы, не прощающей наглых аварийных отключений. — Полотно испохабили, заклепки перегрели, а теперь тягу на форсаж? А за повреждение дорожного покрытия общего пользования кто платить будет? Пушкин?

Он перехватил индикаторную отвертку обратным хватом и с размаху вогнал ее жало в контрольное гнездо вторичной обмотки трансформатора тока, установленного на служебной будке путепровода.

— Перекос фаз заказывали? Получите в трехкратном размере с нулевым проводом!

`[НАВЫК: УДАРНАЯ ФАЗИРОВКА В ПРОТИВОФАЗЕ]`

`[Генерация обратной ЭДС сверхвысокого потенциала]`

Магнитное поле эстакады резко сменило знак. Высокочастотный свист сменился тяжелым, утробным, инфразвуковым гулом частотой ровно в пятьдесят герц — каноническим, фундаментальным гулом промышленной энергосистемы.

Вольфрамовые тросы якорных систем шаттлов за долю секунды нагрелись до белого кала. Они не лопнули — благодаря сверхпроводимости они превратились в магнитные соленоиды колоссальной удерживающей силы. Возникшая между днищами шаттлов и стальным настилом эстакады сила Лоренца составила сотни тысяч тонн на разрыв.

Тяжелые десантные корабли не просто не взлетели. Их с чудовищной силой притянуло обратно к мосту.

С оглушительным треском многотонные посадочные лыжи шаттлов врезались в двутавровые балки пролета. Металл лыж и металл балок, разогретый индукцией до пластического состояния, вступил в мгновенную диффузионную реакцию. Десантные корабли сварились с эстакадой! Их днища прикипели к мосту так, словно их отливали на Магнитогорском металлургическом комбинате в одной изложнице.

А затем волна обратной ЭДС ударила прямо по якорным кабель-каналам в силовые установки шаттлов.

Внутри кораблей раздался сухой, трескучий залп взрывающихся конденсаторных батарей. Бортовые антигравитационные генераторы, не рассчитанные на прием мегаваттной мощности из внешней среды через собственный корпус, захлебнулись собственным магнитным потоком. Турбины дюз с жалобным воем заглохли, захлебнувшись отсечкой топлива — автоматика шаттлов просто заблокировала все узлы, посчитав, что корабль упал внутрь нейтронной звезды.

Наступила тишина.

Она была почти физически ощутимой. Только монотонно потрескивал остывающий асфальт, тихо шипела окалина на побелевших вольфрамовых тросах да на эстакаде тонко, жалобно скулил один из наемников, которому горячая кираса основательно припекла филейную часть через прогоревший огнеупорный комбинезон.

Двадцать четыре элитных штурмовика стояли неподвижными монументами собственной глупости. Три тяжелых шаттла намертво вросли в мост, превратившись в декоративные архитектурные элементы дорожной развязки.

Денис Викторович вынул отвертку из контрольного гнезда, аккуратно отер жало о рукав брезентовой робы и спрятал инструмент в кармашек на груди, рядом с профсоюзным билетом.

* * *

`[БОЙ ЗАВЕРШЕН]`

`[Отражена попытка вторжения класса «Звездный Десант»]`

`[Нейтрализовано живой силы противника: 24]`

`[Захвачено тяжелой боевой техники: 3 десантных шаттла «Гаргулья-IV»]`

`[Получен опыт: 1 450 000 ед.]`

`[Уровень персонажа повышен: 108 -> 109]`

`[Внимание: Очки характеристик автоматически распределены согласно профессиональному стандарту: +5 к «Электробезопасности», +3 к «Сопротивлению изоляции», +2 к «Административной непоколебимости»]`

`[Открыто новое системное звание: «Гроза цветной металлургии»]`

`[Трофеи зарегистрированы на балансе ЖЭУ №4: металлолом легированный (категория 3А) — 180 тонн; кабельная продукция медная экранированная — 1 200 метров; силовые тиристорные модули — 48 штук]`

* * *

Скворцов неспешно подошел к лестнице, ведущей на верхний ярус эстакады. Диэлектрические боты гулко ступали по рифленым железным ступеням. Лидочка, прижимая журнал и настороженно озираясь, поднималась следом, стараясь не наступать на пятки наставнику.

Они вышли на мост.

Командир штурмовиков стоял в самом центре пролета. Его броня закоптилась, краска с символикой синдиката вспучилась безобразными волдырями, а сам он не мог даже повернуть головы — шейный шарнир шлема намертво сварился с плечевым упором под углом сорок пять градусов. Он мог смотреть только в сторону ближайшей пивной будки и на Дениса Викторовича, приближающегося неспешной походкой бывалого контролера энергосбыта.

— Вы... вы кто такие, мать вашу?.. — прохрипел командир через решетку внешнего переговорного устройства. В его голосе не осталось и следа спеси, только животный, неподдельный ужас перед силой, которую его штабные аналитики даже не внесли в боевые регистры. — Это боевые наномашины? Запрещенная гравитационная магия Древних? Орбитальный кинетический луч?

Скворцов остановился в двух шагах от командира, достал из кармана новую папиросу, чиркнул спичкой о шершавый наколенник монолитного экзоскелета и прикурил. Огонек мягко осветил его морщинистое, усталое лицо с глубокими складками у губ.

— Запрещенная магия, говоришь? — Денис Викторович выпустил клубок ароматного дыма прямо в оптический визор наемника. — Инструкция по охране труда при эксплуатации электроустановок, издание седьмое, переработанное и дополненное. Вот твоя магия, сынок. Кто вам, дуракам, разрешил наводить электромагнитное поле вблизи высоковольтных линий без заземления обоих концов несущей конструкции?

— Мы... мы ЧВК... у нас мандат Совета Директоров... — пробормотал наемник, отчаянно пытаясь шевельнуть пальцем в перчатке. Но гидравлика застыла намертво.

— Намотай свой мандат на кабельный барабан, — отрезал Скворцов. — Значит так. Статья двести пятнадцать точка два Уголовного кодекса: приведение в негодность объектов жизнеобеспечения. Вы мне тут чуть масляный кабель не передавили своими корытами. Это раз.

Он подошел к ближайшему шаттлу, постучал костяшками пальцев по приваренной к балке посадочной опоре. Звук был глухой, монолитный.

— Полотно испортили — это два. Ремонт мостового перехода теперь на вашу контору спишем. Лидочка, перепиши номера бортов с этих летающих утюгов. Будем составлять рекламационный акт.

— Уже переписываю, Денис Викторович! — Лидочка с энтузиазмом выводила в журнале: *«Борт зав. № ГТ-884-бис, владелец Синдикат, незаконная парковка на проезжей части путепровода с созданием аварийной обстановки»*.

— И третье, — Скворцов снова повернулся к командиру застывших штурмовиков. — Стоять будете здесь до утра. До восьми ноль-ноль, пока не придет дневная смена газорезчиков из райгаза. Они вам шарниры автогеном срежут, аккуратненько, чтоб шкурку не попортить. А потом строем, с метлами и лопатами — убирать мусор по всему Индустриальному проспекту. На две недели исправительных работ вы себе уже настреляли.

— Нас... нас эвакуируют! — попытался огрызнуться сержант из заднего ряда, чья броня стояла в позе ласточки. — Флот Синдиката сотрет этот сектор с лица земли!

— Не сотрет, — равнодушно бросил Скворцов, стряхивая пепел с папиросы на закопченную броню командира. — Купол на сверхпроводимости сидит. Любой импульс с вашей орбиты в землю уходит без выделения джоулева тепла. Вы хоть звезду смерти пригоните — у меня на подстанции просто дифференциальная защита сработает и звонок у дежурной зазвенит. Так что стойте смирно, не потейте. Вспотеете — поддоспешник сыростью возьмется, а на мосту сквозняк, простудитесь еще. Мне лишние больничные листы в районе закрывать не с руки.

Он полез в свой объемистый карман, порылся среди мотков изоленты и вытащил стандартную жестяную табличку, покрытую прочной желтой эмалью. На табличке был изображен черный череп с молнией и четкая, не допускающая двояких толкований надпись:

**«НЕ ВЛЕЗАЙ — УБЬЕТ!»**

Подойдя к носовому обтекателю головного шаттла, Денис Викторович аккуратно зацепил проволочные усы таблички за решетку радиатора бортового радара.

— Вот так. Теперь по правилам. Предупреждающий плакат вывешен, наряд-допуск оформлен протоколом в журнале.

Он посмотрел на наручные командирские часы. Секундная стрелка неумолимо отсчитывала время ночного дежурства.

— Время — четыре часа пятнадцать минут. Лидочка, подбирай инструмент. Насосную мы еще не смотрели. Диспетчер водоканала, поди, уже все ногти сгрызла, слушая, как у нее третий насос вразнос идет.

— Бегу, Денис Викторович! — Лидочка захлопнула оперативный журнал, спрятала его в водонепроницаемую полевую сумку и с восхищением посмотрела на застывшую армаду вторжения.

Еще двадцать минут назад эти бронированные великаны казались несокрушимой силой, вестниками неизбежной гибели и порабощения. А сейчас они выглядели просто как партия бракованных чугунных болванок, забытых нерадивыми снабженцами под открытым небом.

Они спустились с эстакады обратно на тихий, прохладный асфальт Индустриального проспекта.

Сзади, на путепроводе имени 50-летия Энергетики, стояли в мертвом молчании двадцать четыре элитных штурмовика и три приваренных к балкам шаттла корпорации. Никто из них не мог шевельнуть даже пальцем. Лишь тихий ночной ветерок шевелил желтую табличку с черепом и молнией на носу флагманского корабля: «НЕ ВЛЕЗАЙ — УБЬЕТ!».