- -
- 100%
- +
*«Тайный приказ в ее поясной сумке, — зафиксировал аналитический модуль Кирилла. — Запечатан сургучом с родовым гербом династии Валлуа. Интересно. Внутренний раскол в коалиции уже назрел».*
Кирилл сместил фокус глубже.
Глаза старого интенданта в подземном складе провизии: штабеля ящиков с зачарованным сушеным мясом, бочки с порохом гномов, тайные цистерны с горючей алхимической смесью «Слезы Феникса», спрятанные под скальным навесом у четвертой башни.
Глаза часового на северной вышке: слабая боль в левом колене, усталость, мысли о невесте в далекой деревне, страх перед темным небом на западе.
Глаза верховного жреца Солнечного Пламени, преклонившего колени в золоченом шатре-базилике перед алтарем: Кирилл слышал его молитву, но через хеморецепторы спор в его носоглотке безошибочно определил гнилостный запах скрытой болезни легких, которую старик безуспешно глушил эликсирами на основе вытяжки из корня мандрагоры.
Но самой ценной добычей стал центральный командный бункер, выдолбленный в монолитной базальтовой скале на глубине пятидесяти метров под цитаделью.
Сюда не могли пробиться даже взгляды богов. Стены были обиты пластинами из чистейшего свинца и сплава против прорицания, зачарованы рунами Небытия двенадцатого круга. Архимаги были уверены в абсолютной герметичности своей ставки.
Они не учли лишь одного: им нужно было дышать.
Вентиляционная система, затягивающая воздух с поверхности через узкие щели в базальте, затянула внутрь миллионы спор Кирилла еще полчаса назад.
Сейчас Био-Конструктор присутствовал на их самом секретном военном совете.
Он смотрел на тактическую карту сразу с двенадцати ракурсов — глазами четырех маршалов, шести великих архимагов и двух личных телохранителей верховного главнокомандующего, герцога Бранденбургского.
— ...таким образом, восточный фланг освобождается полностью, — говорил хриплый, сухой голос главнокомандующего. Герцог Бранденбургский водил костлявым пальцем по светящейся карте континента. — Угроза Высшего Хищника ликвидирована. Теперь мы можем направить освободившиеся резервы на север. Земли мятежных кланов друидов должны быть зачищены до наступления зимы. Их леса содержат необходимые ресурсы для восстановления запасов маны, сожженных Аннигилятором.
— А что с распределением трофеев, Ваша Светлость? — холодно поинтересовался седобородый старик в мантии с символикой Пространственного Раскола. — Мой орден потратил три кристалла сингулярности, чтобы удержать тварь в эпицентре взрыва. Нам обещали доступ к останкам, если океан выбросит хоть кусок его плоти.
— Океан ничего не выбросит, архимаг, — усмехнулся герцог. — Но не волнуйтесь, казна Двенадцати Королевств компенсирует ваши затраты золотом и землями. Главное — мы доказали, что этот мир принадлежит нам. Никакие древние чудовища, никакие эволюционные мутанты не способны противостоять объединенной магии цивилизации.
Кирилл слушал каждое их слово.
Он не просто слушал. Его сознание фиксировало:
— Расположение всех стационарных телепортационных кругов в лагере и частоты их настройки;
— Коды доступа к командным руническим цепям противовоздушной обороны;
— Имена предателей и наемников, недовольных задержкой жалованья;
— Состояние магических щитов: главный барьер лагеря имел микроскопическую слепую зону в секторе семь из-за интерференции между столпами Церкви и артефактами Академии. Архимаги знали об этом, но надеялись устранить зазор только к утру, будучи уверенными, что нападать некому.
Каждая слабость. Каждая трещина в броне. Каждый тайный страх их командиров.
Все это теперь принадлежало ему.
Они стояли перед ним абсолютно нагие, со снятыми доспехами и раскрытыми душами, даже не осознавая, что в эту самую секунду их собственные глаза, уши и нервные окончания служат инструментами в руках палача, которого они считали мертвым.
`[Анализ обороны противника завершен на 100%.]`
`[Выявлено критических уязвимостей в структуре обороны: 412.]`
`[Выявлено ключевых генетических целей с уникальными родовыми способностями: 1 840 особей.]`
`[Рекомендация Системы: Инициировать вторую фазу развертывания штамма. Перевод спор из режима разведки в режим нейротоксической ликвидации / генного захвата.]`
Кирилл в воздухе над океаном медленно покачал головой:
— Нет. Рано. Пусть празднуют. Пусть пьют вино, пусть восхваляют своих богов и делят золото за мою голову.
Он медленно опустил руки и выпрямился во весь рост.
Над перевалом Серых Игл сгущались сумерки. Первые звезды проглядывали сквозь разогнанные тучи, отражаясь в бокалах ликующих солдат, в зеркалах цитадели и в бескрайней изумрудно-золотой бездне глаз существа, зависшего в небесах.
Ловушка захлопнулась. Мицелиальная паутина оплела каждого из них.
Оставалось лишь дернуть за нити.
— Спите спокойно, герои, — тихо произнес Био-Конструктор, и в его голосе прозвучала холодная, абсолютная неизбежность приближающейся жатвы. — Ваш триумф продлится ровно до рассвета.
Глава 4. Разгром наемников «Стальной Череп»
Каньон Кровавого Скользящего Ветра рассекал базальтовое плато подобно гигантскому рубцу, оставленному когтем титана. На глубине трехсот метров царила почти абсолютная тьма, нарушаемая лишь тусклым, фосфоресцирующим свечением рунических полос на тяжелых композитных доспехах.
Колонна двигалась без единого лязга. Триста отборных карателей наемного корпуса «Стальной Череп» — личной гвардии гильдии наемников южного сектора Альянса — шагали с отточенной, пугающей синхронностью. Каждый из них стоил целой сотни обычных линейных легионеров. За плечами этих ветеранов были сотни зачисток: от уничтожения гнездовий древних мантикор до ликвидации мятежных архимагов вместе с их родовыми башнями.
Они были вооружены для охоты на чудовищ.
Тяжелая зачарованная пехота в осадных скафандрах из адамантина и закаленного панциря глубинных кракенов несла ростовые башенные щиты, покрытые антимагической чешуей. На щитах непрерывно мерцали синие дуги заземления. За авангардом шли ликвидаторы с тяжелыми руническими карабинами, заряженными стреловидными боеприпасами из очищенного мифрила с сердечниками из белого фосфора и алхимической ртути. Над колонной, мерно рассекая холодный воздух гравитационными стабилизаторами, плыли двенадцать шестиногих шагателей-автоматонов типа «Палач-IV», чьи сдвоенные роторные орудия калибра 30-мм были способны превратить в фарш взрослого дракона за четыре секунды непрерывной стрельбы.
Во главе отряда шел командир — полковник Варгас, известный на черном рынке как «Могильщик Крепостей». Человек, чье тело на семьдесят процентов состояло из мифриловых аугментаций, древних протезов предтеч и переплетенных жил горного тролля, вживленных в плоть запретной плотской трансмутацией.
Его единственный биологический глаз, налитый кровью и гневом, непрерывно сканировал выступы каньона, пока правый, многофазный оптический сенсор имперского класса, проецировал тактическую сетку прямо на сетчатку.
— Тишина в эфире, — раздался в закрытом пси-канале его хриплый, механически модулированный бас. — В секторе чисто. Но сканеры маны фиксируют странные флуктуации плотности воздуха. Будто мы идем по брюху спящего левиафана. Активировать очистители атмосферы на фильтрах шлемов. Уровень фильтрации — абсолют. Развернуть антимикотические и антивирусные кадильницы. Если этот ублюдок действительно распылил споры над лагерем, как визжали штабные крысы, сюда он не сунется.
За его спиной шел главный техномаг отряда, сухопарый старик в тяжелом механизированном экзоскелете, увешанном связками защитных амулетов:
— Полковник, при всем уважении к вашему чутью, верховное командование уже празднует. Патриарх лично объявил о дезинтеграции Первородного Био-Конструктора в эпицентре комбинированного орбитального удара. Наш приказ — лишь прочесать этот сектор, чтобы исключить возможность восстановления его клонов через остаточные корневые системы. Ни одно живое существо рангом ниже Истинного Божества не способно пережить расщепление плазмой шестого ранга.
Варгас сплюнул под ноги черную маслянистую слюну.
— Патриарх — надутый индюк в золоченой юбке, — огрызнулся киборг. — Он не видел, как эта тварь на сорок втором уровне Бездны пересобрала целый полк тяжелых рыцарей в единый бьющийся мясной таран за три секунды. Если у этой дряни осталась хотя бы одна живая клетка, хотя бы один миллиграмм чертовой протоплазмы — мы все еще по уши в дерьме. Дроны-ищейки, доклад!
Из передовой разведки пришел шипящий ответ оператора:
— Сканеры био-следа молчат, сэр. Эфир чист. Однако... температура базальтовых стен каньона растет. Пять минут назад было минус три по Цельсию. Сейчас — плюс восемнадцать. И влажность... датчики показывают девяносто восемь процентов.
Варгас резко поднял затянутый в тяжелую адамантиновую перчатку кулак. Колонна встала мгновенно, без единого лишнего шороха. Оружие сотен наемников вскинулось к плечам, стволы автоматонов с тихим воем раскрутили сервоприводы, взяв на прицел нависающие карнизы ущелья.
— Стоять, — скомандовал полковник. — Откуда влажность в мертвом каменном мешке?
Он протянул руку и коснулся пальцами отвесной стены каньона.
Камень был теплым. Он не просто сохранял тепло — он ритмично, едва уловимо вибрировал. С частотой около шестидесяти ударов в минуту.
Варгас отдернул руку и поднес перчатку к оптическому сенсору. На металле осталась тончайшая, полупрозрачная слизь, в которой плавали микроскопические изумрудно-черные точки.
Сенсор командира вспыхнул багровыми рунами тревоги:
`[Внимание! Обнаружен неизвестный органический агент!]`
`[Анализ состава: 4% хитин, 12% белковые цепочки неизвестной спирализации, 84% высокоактивная клеточная биомасса с признаками искусственной сингулярности.]`
`[Угроза заражения: Критическая. Материал доспеха разъедается на субатомном уровне...]`
— Назад! — взревел Варгас, и его голос сорвался на механический скрежет. — Круговая оборона! Фаланга титана! Включить стационарные поля разложения!
Но было уже поздно.
Стены каньона, сотни тысяч тонн базальта, гранита и сланца, простиравшиеся на два километра вперед и назад, вдруг шумно, глубоко вдохнули.
Звук был таким, будто огромные легкие размером с горный хребет втянули в себя весь ночной воздух. Уши наемников заложило от чудовищного перепада давления. В следующий миг по ущелью пронесся стон — не ветра, а живой плоти, рвущейся сквозь трещины камня.
Швы между скальными плитами лопнули. Из них, брызжа едкой, шипящей жидкостью, ударили миллиарды угольно-черных нитей, мгновенно сплетающихся в гигантские мышечные канаты. Твердый камень вокруг них плавился, превращаясь в питательный бульон. Каньон перестал быть геологическим объектом. Он стал пищеводом.
`[Полевая зона «Каньон Рваного Гребня» полностью поглощена и трансформирована.]`
`[Развернута автономная среда: «Чрево Левиафана — Штамм Цербер-78».]`
`[Все внешние телепортационные коридоры заблокированы био-резонансными глушителями.]`
`[Статус целей: 300 особей отряда «Стальной Череп». Классификация: Обогащенный биоматериал высшего качества.]`
`[Инициация протокола жатвы.]`
Голос Системы прозвучал не в пространстве — он отдался глухим эхом непосредственно в мозговых центрах наемников, преодолевая любые ментальные щиты и глушилки.
— Залп по верхним ярусам! Огонь! Огонь, мать вашу! — истошно закричал техномаг.
Грохот трехсот стволов разорвал тишину ночи. Шагатели «Палач» залили стены каньона непрерывными реками вольфрама и плазмы. Мифриловые пули разрывали черные канаты, взрывы белого фосфора выжигали плоть сотнями квадратных метров, поднимая клубы зловонного жирного пара. Базальт крошился, плазма плавила мышечные узлы до состояния кипящего дегтя.
Это была идеальная, сокрушительная огневая мощь элитной армии. Любая армия нежити, любая стая мутантов была бы стерта в пыль за первые три секунды подобного шквала.
Но биомасса не умирала.
Разорванные волокна не падали на землю мертвыми ошметками. В воздухе, в каплях кипящего фосфора, они начинали делиться с умопомрачительной скоростью. Каждая отсеченная плеть выбрасывала тысячи микроскопических гарпунов из модифицированного костного апатита. Они впивались в броню, в шарниры автоматонов, в оптические линзы прицелов.
— Они не регенерируют... — с ужасом в голосе прохрипел сержант первой линии, наблюдая, как разорванный надвое трехметровый мышечный узел прямо на его глазах за доли секунды сформировал две новые зубастые пасти, лишенные глаз, но источающие ультразвуковой визг. — Они эволюционируют прямо под огнем!
Сверху, с высоты полукилометра, медленно опустилась фигура.
Кирилл не летел на крыльях и не парил на магических потоках. Он стоял на гигантской горизонтальной пластине из полупрозрачного черного хитина, которую несли вперед десятки переплетенных суставчатых жнецов.
На нем не было доспехов в человеческом понимании. Его тело покрывал симбиотический экзоскелет цвета запекшейся бездны, с прожилками пульсирующего изумрудного света, переливающегося в такт его сердцебиению. На плечах и предплечьях лезвиями торчали костяные наросты с бритвенно-острой мономолекулярной кромкой. Лицо оставалось открытым, но глаза... в них больше не было человеческих белков и зрачков. Там клубились два водоворота жидкого золота и концентрированной воли высшего хищника, для которого вся Вселенная была лишь бесконечным набором органических цепочек, ожидающих правильного синтеза.
Он посмотрел вниз, на ощетинившийся сталью и плазмой отряд наемников, как ученый смотрит на культуру бактерий в чашке Петри.
— Варгас, — негромко произнес Кирилл. Его голос был спокоен, чист и глубок, но раскатывался по каньону мощнее грома, заставляя вибрировать адамантиновые пластины на броне солдат. — Ты ведь гордишься своими аугментациями. Ты считаешь, что заменив гнилую плоть на холодное железо, ты приблизился к бессмертию. Какое трогательное, примитивное заблуждение.
— Убейте его! Концентрированный огонь по ублюдку! — взревел полковник, вскидывая свою правую руку, которая с металлическим лязгом трансформировалась в осадный дезинтегратор материи.
Луч ослепительно-фиолетовой аннигиляции толщиной с вековое дерево ударил снизу вверх, прямо в грудь Кирилла. Следом за ним ударили орудия всех двенадцати шагателей, залпы тяжелых рунических карабинов и тридцать боевых заклинаний высшего круга, сорвавшихся с посохов магов отряда.
Энергетический взрыв на мгновение превратил ночь в день. Температура в каньоне подскочила до трех тысяч градусов. Воздух выгорел, превратившись в вакуумную ловушку. Базальтовые скалы потекли стекловидной лавой.
Наемники затаили дыхание. Даже сквозь тяжелые фильтры шлемов до них донесся запах ионизированного озона и расплавленного металла.
— Попали... — выдохнул техномаг, сжимая дымящийся посох. — Прямое попадание дезинтегратора и пяти залпов плазменных батарей. Там не могло остаться даже ядерных связей!
Дым начал рассеиваться.
Кирилл стоял на том же месте.
Перед ним не было магического щита. Не было силового барьера.
Перед ним висела тонкая, полупрозрачная мембрана, напоминающая крыло стрекозы, сотканная из зеркальных хитиновых шестигранников толщиной меньше человеческого волоса. Вся чудовищная энергия трех десятков орудий и дезинтегратора была поглощена этой пленкой. Шестигранники мерцали, перенаправляя колоссальный энергетический поток внутрь кровеносной системы самого Кирилла.
Изумрудные прожилки на его экзоскелете вспыхнули ярче, с жадным упоением впитывая мегаватты кинетической и термической мощи.
`[Поглощено энергии внешнего воздействия: 480 000 ТЭ.]`
`[Адаптивная мембрана «Зеркало Бездны» отработала с эффективностью 99.4%.]`
`[Термический и плазменный урон конвертирован в резервный био-потенциал: +240 000 единиц синтеза.]`
`[Благодарность за поставку ресурсов. Инициировать ответную реакцию?]`
Кирилл слегка наклонил голову набок. На его губах появилась едва заметная, леденящая душу полуулыбка.
— Моя очередь, — тихо сказал он.
Он просто опустил руку ладонью вниз и сжал пальцы.
Земля под ногами наемников перестала быть опорой. Каменный пол каньона толщиной в сотни метров мгновенно размягчился, превратившись в кипящую, жадную биогенную топь.
— Тревога! Гравитационные ранцы — активация! В воздух! — скомандовал Варгас, чувствуя, как его многотонные шагатели начинают проваливаться в черную пульсирующую кашу.
Солдаты включили наспинные ускорители. Голубые факелы плазмы ударили из дюз, пытаясь вырвать наемников из капкана.
Но из трясины выметнулись не щупальца.
Выметнулись тончайшие костяные спицы, движимые колоссальным гидравлическим давлением. Скорость их выброса превышала десять махов. Звуковой барьер взорвался сотнями синхронных хлопков. Спицы пробивали адамантиновые щиты, прошивали насквозь реакторы гравитационных ранцев, пригвождая наемников обратно к живой жиже.
Те, чьи ранцы взорвались, даже не успели сгореть: взрывная волна и огонь мгновенно поглощались окружающим мицелием, который жадно питался чистой энергией детонации.
Один из автоматонов «Палач-IV» попытался сделать шаг, ведя беспорядочную стрельбу во все стороны. Но жижа под его шеститонной опорой вздулась гигантским пузырем. Из пузыря сформировался массивный челюстной капкан из черной зубчатой кости, покрытый рунами подавления металла.
*ХРУСТ.*
Звук сминаемой пятидесятимиллиметровой брони эхом прокатился по каньону. Капкан сомкнулся, перекусив механического гиганта пополам, словно сухую ветку. Из разорванного чрева машины хлынуло гидравлическое масло и посыпались искры. Но не успели обломки упасть, как сотни мелких, плотоядных жуков-трупоедов с челюстями из алмазного композита облепили металл, растворяя сплавы предтеч желудочной кислотой прямо на глазах у оцепеневших солдат.
— Это не зверь... — закричал элитный снайпер отряда, стоя на уступе и пытаясь в панике перезарядить свою тяжелую винтовку трясущимися руками. — Это биологическая фабрика судного дня! Он перерабатывает технику! Он жрет наш металл!
Тень скользнула по скале за его спиной.
Снайпер резко обернулся, выхватывая мономолекулярный клинок, но лезвие ударило в пустоту. Прямо из вертикального камня выступил силуэт — идеальный гуманоидный морф-охотник, сотканный из углеродных волокон и теневой протоплазмы. У него не было глаз, только вертикальная щель на лице, из которой вырвался узкий пучок парализующего газа.
Снайпер задохнулся. Его нервная система отключилась за долю секунды. Клинок выпал из онемевших пальцев. Охотник плавно шагнул вперед, прижал ладонь к грудине солдата, и сотни тончайших органических игл проникли сквозь стыки доспеха прямо в костный мозг наемника.
`[Захвачен элитный генетический материал: Особей — 1.]`
`[Класс: Снайпер-виртуоз дальнего радиуса. Уникальный талант: «Сверхчувствительный вектор вероятности».]`
`[Анализ завершен. Навык ассимилирован и передан в общую нейросеть роя.]`
Тело снайпера не упало. Оно просто растворилось, втянувшись внутрь скалы, оставив после себя лишь пустую, идеально вычищенную изнутри броню, которая тут же была смята и утащена вглубь базальта для переплавки в микроэлементы.
Внизу развернулась бойня, равной которой история Альянса еще не знала.
Это не было битвой. Битва подразумевает шанс на победу или хотя бы возможность сопротивления. Это была показательная вивисекция, демонстрация абсолютного превосходства высшей формы жизни над технологическим мусором умирающей цивилизации.
Кирилл ступил на землю. Точнее, топь под его ногами мгновенно кристаллизовалась, превращаясь в гладкий черный обсидиан, по которому пробегали изумрудные искры.
Каждый его шаг отзывался стоном умирающих наемников.
— Защитный купол! Все ко мне! — орал техномаг, вонзая в землю три серебряных столба с рунами Седьмого Неба. — Абсолютная изоляция! Ни одна молекула не пройдет сквозь этот барьер! Это свет истинных богов!
Вокруг оставшихся в живых восьмидесяти наемников вспыхнула ослепительная золотая полусфера. Чистая божественная энергия, освященная верховными жрецами столицы. Творение веры и высшей геометрии магии. Все споры, касавшиеся купола, с шипением сгорали, осыпаясь серым пеплом.
Солдаты прижались друг к другу, тяжело дыша. Их лица под забралами шлемов были белыми от первобытного ужаса. Вокруг купола бушевал ад: стометровые щупальца крушили оставшихся автоматонов, растворяли бронемашины поддержки, всасывали разорванные тела тех, кто не успел добежать до круга.
Варгас тяжело хромал внутри купола. Его правая рука-пушка была оторвана по локоть, из культи хлестала голубая мана-жидкость вперемешку с темной тролльей кровью.
— Держи барьер, старик, — прохрипел полковник, активируя запасной аварийный маяк. — Держи, сука! Сигнал SOS ушел в главный лагерь. Сюда уже идут три ударных легиона и верховные архимаги на виманах. Им нужно всего десять минут! Десять минут, и они сотрут это ущелье в пыль вместе с ним!
Кирилл подошел к золотому куполу вплотную.
Он остановился на расстоянии вытянутой руки. За барьером солдаты видели каждую черту его лица. Спокойного. Холодного. Безжалостного, как законы термодинамики.
— Десять минут? — переспросил Кирилл. Его голос звучал прямо в головах запертых людей, вибрируя на частоте их собственного страха. — Варгас, ты до сих пор не понял, почему вы все еще дышите?
Кирилл поднял правую руку. Его пальцы удлинились, ногти превратились в черные иглы из гипер-уплотненного био-титана.
— Вы здесь не для того, чтобы умереть быстро, — тихо продолжил он. — Вы здесь для того, чтобы я протестировал штамм «Панцирелом-9». Вы ведь так гордились своими святыми рунами и непогрешимой божественной защитой.
Он коснулся кончиком пальца золотого купола.
Техномаг истерически расхохотался:
— Глупец! Это свет Созидателя! Он отталкивает любую скверну! Твоя гнилая плоть сгорит до костей, если ты попытаешься...
Слова застряли у старика в горле.
Палец Кирилла не сгорел.
В месте прикосновения золотой свет барьера вдруг помутнел. Он стал грязно-серым, затем багровым, а затем покрылся сетью черных трещин, из которых начали прорастать... крошечные, бледные гифы мицелия.
Глаза Кирилла вспыхнули ледяным золотом.
`[Инициирован био-резонансный взлом божественной матричной структуры.]`
`[Анализ частоты святого барьера: Завершен на 100% благодаря предварительному сбору данных в лагере противника.]`
`[Внедрение штамма вируса «Иуда-12»: Пожирание маны светового спектра с конверсией в органическую кислоту.]`
`[Целостность барьера: 82%... 44%... 11%...]`
— Как... как он это делает?! — взвыл маг, глядя, как защитные руны на серебряных столбах плавятся и текут, словно дешевый воск. — Он не ломает барьер! Он... он заражает саму магию! Он скармливает свет своей чуме!
— В лагере, — с безжалостной отчетливостью произнес Кирилл, глядя прямо в единственный биологический глаз Варгаса, — жрецы пели молитвы на частоте сорок четыре килогерца. Они использовали артефакты шестого круга, искренне полагая, что их гармоники идеальны. Они не знали, что любая гармоника — это волна. А любая волна может быть поглощена правильной биологической мембраной. Спасибо за код доступа, полковник. Ваши архимаги оказались на редкость предсказуемыми скотами.
Купол лопнул.
Не с грохотом взрыва, а с тихим, влажным звуком лопнувшего гнойника.
Золотые осколки магии превратились в черную ядовитую росу, которая брызнула во все стороны, прожигая адамантиновые кирасы наемников, словно мокрую бумагу.
— Огонь в упор! — в последнем припадке безумия завопил Варгас, выхватывая левой рукой тяжелый вибро-топор с мономолекулярной заточкой.
Остатки отряда бросились в самоубийственную атаку. Это были ветераны сотен войн, они знали, что пощады не будет, и хотели лишь одного — продать свои жизни подороже.
Но им не позволили даже этого.
Кирилл сделал одно-единственное движение. Он взмахнул рукой, и пространство перед ним словно разломилось.
Из его предплечья вырвался серповидный вал черного био-кинетического лезвия. Волна прокатилась по рядам наступающих наемников на высоте пояса. Ни сталь, ни титан, ни тролльи мышцы, ни зачарованные кости не оказали сопротивления. Лезвие срезало тридцать тяжелых пехотинцев одновременно, чисто и беззвучно, как коса срезает спелые колоски пшеницы.
Верхние половины тел наемников взлетели в воздух, заливая пол черной от токсинов кровью, а их нижние половины продолжали бежать по инерции еще два шага, прежде чем рухнуть в жадно распахнувшуюся под ними биомассу.
Техномаг упал на колени, глядя на приближающегося Био-Конструктора снизу вверх. Старик трясся мелкой дрожью, из его носа и ушей текла кровь — давление чудовищной ауры Кирилла расплющивало его внутренние органы.