Эфирный Инквизитор: Печать Чистоты

НЕЙТОН ПАТЧЕР

ЭФИРНЫЙ ИНКВИЗИТОР: ПЕЧАТЬ ЧИСТОТЫ

Серия «Эфирный Инквизитор» • Книга 1

Глава 1. Прорыв демонической чумы кода в жилом секторе «Новый Вавилон».

Воздух в жилом секторе «Новый Вавилон» не просто пах гарью — он пах битым кремнием, паленым озоном и разлагающейся системной логикой.

Этот запах ни с чем нельзя было спутать. Когда ткань локального пространства дает сбой, когда архитектура бытия трещит под весом чужеродного скрипта, все сущее начинает фонить специфическим кисло-металлическим привкусом на кончике языка. Словно ты лизнул оголенный силовой кабель эфирного реактора, в который кто-то щедрой рукой плеснул сырой энтропийной слизи.

Над головой, вместо привычной проекции лазурного неба девяносто четвертого яруса, медленно вращалась рваная, пульсирующая воронка из битых текстур. Небесный купол «Нового Вавилона», рассчитанный на поддержание комфортного биоритма для трех миллионов привилегированных граждан, сейчас напоминал разбитый молотом жидкокристаллический витраж. Сквозь трещины просачивался гнойно-багровый свет несуществующих звезд, а вдоль силовых ферм купола с жутким шелестом стекали водопады мертвого бинарного шума:

[ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКИЙ СБОЙ СУБ-УРОВНЯ: LOC_SECTOR_BABYLON_94]

[ОШИБКА 0x880F002A: Нарушение целостности геометрии меша]

[Угроза: Демоническая Инъекция Кода // Класс «Скверна Бездны»]

[Индекс заражения среды: 73.84% — ЭКСПОНЕНЦИАЛЬНЫЙ РОСТ]

[Действует протокол планетарного карантина «Седьмая Печать»]

Артём Соколов стоял на краю разбитого фонтана на Променаде Вознесения.

Вода в чаше фонтана уже перестала подчиняться гидродинамике. Она превратилась в вязкую, ступенчатую субстанцию, застывшую острыми ступенями вокселей, из глубин которой то и дело всплывали полураспавшиеся системные строки: NULL_POINTER_EXCEPTION: SOUL_STREAM_NOT_FOUND.

Ветер трепал полы его тяжелого глухо-черного плаща, сотканного из экранированных эфирных нитей и покрытого тончайшей вязью микрорунических предохранителей. За долгие десятилетия службы плащ потерял былой лоск: плечи покрывали шрамы от кислотных скриптов архидемонов шестого круга, а подол был опален огнем очищающих ритуалов в глубинах склепов Старого Цюриха. Но артефактная ткань держала форму. Она гасила паразитные наводки, не позволяя фоновому разложению лизнуть открытые участки брони.

Артём медленно вдохнул. В груди привычно отозвалась глухая, тянущая боль — старая рана ядра средоточия, оставленная еще в кампании на Рубеже Тысячи Векторов.

— Опять нулевой день, — негромко произнес он в пустоту разбитой улицы. Голос прозвучал глухо, придавленный искаженным давлением воздуха. — Они не меняют почерк. Бьют по узлам рендера в часы пиковой нагрузки.

Перед глазами Соколова висел полупрозрачный, янтарно-золотой интерфейс Инквизиции. В отличие от стандартных гражданских панелей Системы, этот интерфейс был строг, лишен декоративных рамок и мерцал жестким, очищенным спектром первичного эфира:

[Имя: Артём Соколов]

[Класс: Эфирный Инквизитор Верховного Синода]

[Ранг: Абсолютный Судия (Том 161: Владыка Печати Чистоты)]

[Уровень ядра: 840 (Стабилизирован)]

[Запас Эфира: 4 890 000 / 4 890 000]

[Сопротивление Порче Кода: 99.4%]

[Текущий статус: Развертывание Очищающего Контура]

В ста метрах впереди, у входа в некогда фешенебельный торговый комплекс «Галерея Небесных Сфер», раздался звук, похожий одновременно на скрежет циркулярной пилы по металлу и истошный человеческий вопль, многократно пропущенный через сломанный вокодер.

Из клубящегося сизого дыма начали появляться фигуры.

Это были жители сектора. Еще полчаса назад — преуспевающие операторы потоков данных, алхимики синтетических полимеров, светские львицы с улучшенными нейро-интерфейсами. Теперь чума переписала их базовые матрицы.

Их тела вытягивались, ломаясь в суставах под противоестественными углами. У одного из них — рослого мужчины в разорванном шелковом костюме — левая половина лица оплыла, превратившись в мерцающий каскад красных глифов, а рука от локтя разрослась в трехметровое зазубренное лезвие из сырого, нескомпилированного обсидианового полигона.

[Объект: Зараженный житель // Мутация «Стековый Трупоед»]

[Уровень угрозы: 420–460]

[Поражение души кодом скверны: 100% (Необратимо)]

[Директива Инквизиции: Тотальная декомпиляция]

— Помо... ги... те... — выдавил из себя мутант, но челюсть его дернулась, застряла в бесконечном цикле анимации, повторяя одно и то же движение челюстных костей: вниз-вверх, вниз-вверх со скоростью шестьдесят герц. — Помо... ги... ERR_SEGMENTATION_FAULT... УБЕЙ...

Следом за ним из витрин, из разбитых лифтовых шахт, из щелей в асфальте полезла остальная масса. Их было не меньше сотни. Искаженные, скрюченные, покрытые шипами из застывшего байт-кода, они волочили за собой черные шлейфы энтропийного дыма, оставляя на камне мостовой дымящиеся проплешины абсолютного вакуума.

Артём не дрогнул. Его пальцы в тяжелой перчатке из шкуры эфирного левиафана легли на рукоять оружия, покоящегося в ножнах у левого бедра.

Клинок Чистого Эфира.

Это оружие не знало кузнечного молота. Его не ковали в пламени горна. Сто тридцать томов назад Артём лично вытянул этот луч света из Сердца Первичной Матрицы, потратив сорок циклов медитации на грани аннигиляции, чтобы связать непокорную энергию абсолютного закона в форму полуторного меча.

— Именем Первого Истока, — произнес Соколов. Каждое слово отдавалось в воздухе тяжелым колокольным звоном, заставляя дрожать мерцающие обломки реальности. — Да очистится искаженное. Да сотрется чужое.

*Вжих.*

Звук извлечения клинка был похож на вздох рождающейся звезды.

Клинок Чистого Эфира покинул ножны. В тот же миг сумрак улицы разорвало ослепительным серебристо-белым сиянием, лишенным малейшей примеси спектральных искажений. Меч не имел физического лезвия — это был кристаллизованный, вибрирующий на немыслимой частоте поток чистейшей субстанции, способной рассекать не плоть, а сами концептуальные связи зараженных объектов.

Вокруг Артёма мгновенно очертился защитный круг радиусом в пятнадцать метров. Багровые глифы чумы, стелившиеся по земле, с шипением испарялись, едва касаясь границы этого света, оставляя после себя девственно чистый, восстановленный серый гранит.

[Активирован пассивный навык: «Аура Первичной Гармонии»]

[Эффект: Рассеивание иллюзий, подавление скверны кода на 40% в радиусе действия]

[Расход эфира: 1 200 ед./сек]

— Вперед, отродья свалки, — холодно бросил Инквизитор.

Первая тварь — бывший мужчина с обсидиановым лезвием — сорвалась с места с чудовищным ускорением. Асфальт под его трехпалыми когтями брызнул каменным крошевом. Демонический код внутри него разогнал физические параметры носителя до предела, наплевав на структурную прочность биологических костей. Он летел вперед, выставив лезвие, вокруг которого закручивалась черная воронка анти-гравитации.

Артём даже не сдвинулся с места.

Его восприятие давно оперировало миллисекундами. Мир вокруг замедлился, превратившись в череду дискретных кадров. Он видел каждую строчку вредоносного скрипта, направлявшего бросок монстра: вектор атаки, точку приложения кинетической силы, расчетную глубину проникновения.

*Слишком примитивно. Код написан наспех.*

Один шаг влево. Смещение центра тяжести на три сантиметра. Обсидиановый серп твари прорезал пустоту в волоске от грудной пластины инквизитора. Встречное движение кисти — Клинок Чистого Эфира описал безупречную полудугу, оставляя в воздухе след из тающего серебряного пламени.

Лезвие прошло сквозь торс зараженного без малейшего механического сопротивления. Не было ни брызг крови, ни хруста костей.

В месте разреза плоть мутанта мгновенно распалась на миллиарды светящихся зеленых нулей и единиц, которые тут же вспыхнули белым огнем и бесследно аннигилировали.

[Уничтожен: «Стековый Трупоед» (Ур. 442)]

[Получено опыта: 1 450 000 (Штраф уровня: -99.9%)]

[Очищено системных потоков: 1]

[Пул Печати Чистоты пополнен на 0.001%]

Верхняя половина тела монстра еще продолжала лететь вперед по инерции, но к моменту удара о землю от нее не осталось даже пепла — чистый эфир выжег саму информационную сигнатуру скверны, вернув искаженную материю в первородный вакуум.

Но остальные уже накатывали сплошной стеной.

Визжащие полуженщины с многосуставчатыми паучьими конечностями из гнутого титанового профиля, вздувшиеся туши санитарных автоматонов, зараженных вирусом бешенства логики, бесформенные комья живой протоплазмы, утыканные светящимися сенсорами и кричащими ртами — волна демонического прорыва захлестнула площадь перед торговым центром.

— Стая, — процедил Артём. Его взгляд оставался ледяным. Ни страха, ни жалости. За сто шестьдесят томов бесконечной войны эмоции отсекались так же безжалостно, как и поврежденные участки секторов. Оставался лишь расчет. — Уровень энтропии растет. Они пытаются задавить массой, чтобы перегрузить мой вычислительный буфер.

Он поднял левую руку, раскрывая ладонь в сторону наступающей орды.

— Первая Печать: Катрен Отречения!

Воздух перед ладонью Артёма спрессовался. Золотая руническая вязь вырвалась из кончиков его пальцев, мгновенно разворачиваясь в воздухе в гигантскую правильную октаграмму размером с трехэтажный дом. Руны вспыхнули с ослепительной яростью, извергая сплошной конус священного давления:

[Активирован навык: «Инквизиторская Печать: Катрен Отречения»]

[Тип: Рассекающий пространственный фильтр]

[Затраты эфира: 85 000]

Орда тварей врезалась в октаграмму, словно стая мошкары в турбину реактивного лайнера.

Пространство перед Артёмом сжалось, издав оглушительный стон сминаемой материи. Твари, попавшие под конус Отречения, не просто гибли — их системные параметры принудительно обнулялись. Здоровье, броня, плотность эфирного щита — все падало до абсолютного нуля за десятую долю секунды. Десятки мутантов просто рассыпались сухим цифровым прахом, который тут же подхватывал и уносил яростный вихрь очищения.

Однако земля под ногами Соколова внезапно дрогнула.

Из глубин гранитной мостовой, прямо сквозь силовые кабели центральной магистрали яруса, с оглушительным ревом вырвалось нечто колоссальное.

Это был не просто зараженный. Это был штамм-носитель.

Существо напоминало отвратительный гибрид гигантского бронированного скорпиона и промышленного компилятора данных. Его панцирь состоял из сотен спрессованных серверных стоек, между которыми бурлила черная жижа зараженного эфира. Вместо жала на сегментированном хвосте качался чудовищный бур, состоящий из вращающихся колец искаженного синтаксиса, излучающий во все стороны волны концентрированной погибели.

[ТРЕВОГА! ОБНАРУЖЕН ЭЛИТНЫЙ ВРЕДОНОСНЫЙ МОДУЛЬ]

[Сущность: Демонический Компилятор Разложения // Архи-вирус Типа «Красвь»]

[Уровень: 810 (Босс локального прорыва)]

[Запас прочности: 850 000 000 / 850 000 000]

[Специальное свойство: Пожирание локальной геометрии, Иммунитет к физическому урону]

[Статус: Формирование разлома в ядро девяносто четвертого яруса]

— Наконец-то что-то сопоставимое с затратами времени, — холодно ухмыльнулся Артём, перехватывая Клинок Чистого Эфира двумя руками.

Компилятор взревел. Звук его голоса был подобен удару миллиона испорченных жестких дисков. Из пасти твари ударил луч густо-малинового распада, целясь прямо в грудь инквизитора. Луч нес в себе команду прямого удаления материи — абсолютный деструктивный скрипт десятого ранга.

Артём не стал уклоняться. Уклонение означало бы, что луч ударит в жилые блоки за его спиной, где в заблокированных убежищах еще оставались живые люди, чьи спасательные капсулы отчаянно слали сигналы SOS на закрытых частотах.

— Стоять, — скомандовал Соколов самому себе.

Его тело окутало серебряное марево.

— Стиль Чистого Эфира: Отражающая Призма Серафима!

Клинок в его руках описал короткий, филигранный крест. Серебряное сияние сгустилось в зеркальную грань толщиной в один атом.

Малиновый луч абсолютного распада врезался в призму.

*УДАР!*

Ударная волна разметала обломки зданий в радиусе двухсот метров. Витрины «Галереи Небесных Сфер» лопнули, осыпавшись дождем стеклянного гравия. Земля вокруг ног Артёма просела на метр, гранитные плиты превратились в пыль под давлением колоссальной кинетической и магической энергии. Но сама призма даже не шелохнулась.

Инквизитор стоял, словно адамантовая скала посреди бушующего океана погибели. По его клинку струились ослепительные серебряные искры, поглощая и перенаправляя враждебный код.

[Поглощено урона: 42 000 000 ед. энтропии]

[Конверсия в очищенный эфир: 100%]

[Бонус к следующей атаке: +300% к пробитию демонических щитов]

— Твой код полон дыр, демон, — произнес Артём. В его глазах вспыхнул чистый, незамутненный свет абсолютной власти над стихией порядка. — Ты используешь библиотеки тринадцатого цикла. Неужели Архитекторы Бездны думали, что я не выучил ваши уязвимости за последние пятьдесят томов?

Чудовище замерло на долю секунды, словно пытаясь пересчитать параметры цели, не укладывающейся в стандартные алгоритмы разрушения. Но этой доли секунды Соколову было более чем достаточно.

*Шаг.*

Пространство под его подошвой сжалось. Навык [Мерцающий Вектор] переместил его тело сквозь пространство, игнорируя расстояние и гравитацию. В следующую микросекунду Артём уже находился в воздухе, прямо над массивным загривком гигантского Компилятора.

Ветер рвал его волосы. Внизу, в глубине броневых пластин твари, яростно пульсировало оскверненное ядро — клубок спутанных, кровоточащих кабелей и светящихся демонических рун.

— Печать Чистоты: Форматирование Нулевого Сектора!

Артём обрушил Клинок Чистого Эфира вертикально вниз.

Острие меча вошло в стык между серверными пластинами Компилятора так же легко, как раскаленный нож входит в масло. Но в этот раз клинок не просто рассекал. Он начал закачивать в тело монстра миллионы кубических метров сжатого до предела, высоковольтного эфира чистоты.

— ИЗЫДИ В НЕБЫТИЕ!

Тварь содрогнулась всем своим колоссальным телом. Из всех ее сочленений, из пасти, из глазных сенсоров, из вентиляционных решеток ударили фонтаны нестерпимого белого света. Бронированный скорпион забился в конвульсиях, пытаясь сбросить с себя инквизитора, его гигантский бур-хвост свистнул в воздухе, рассекая здания пополам, но Артём держал рукоять мертвой хваткой.

Он вливал эфир. Без остатка. Без жалости.

[Критический удар! Чистый эфирный резонанс!]

[Нанесено урона: 999 999 999 (Сверхлимит)]

[Структура цели дестабилизирована]

[Запущена процедура полной очистки регистра]

Звук схлопнулся. Наступила абсолютная, звенящая тишина — тишина, какая бывает только в момент перезагрузки целого мира.

Затем последовала вспышка.

Она не ослепляла, нет. Это была вспышка первозданного света творения, которая выжигала только то, что не имело права на существование в гармоничной системе. Волна белого огня прокатилась по площади, выплеснулась на улицы, затопила нижние террасы Променада Вознесения.

Все мутанты, оставшиеся на ногах, все мелкие паразиты кода, вся багровая слизь, сочившаяся из трещин реальности — все это вспыхнуло ровным белым пламенем и растаяло без следа. Даже колоссальная туша Демонического Компилятора просто растворилась, превратившись в безвредный поток золотистой пыльцы, осевшей на восстановленный, чистый камень мостовой.

Артём легко приземлился на обе ноги. Подол его плаща мягко опустился.

Он плавно крутанул клинок в руке, стряхивая с него невидимые капли информационной гари, и замер, вслушиваясь в тишину.

[Угроза ликвидирована]

[Элитный вредоносный модуль уничтожен]

[Индекс заражения сектора снижен: 73.84% -> 12.11%]

[Локальный контур стабилизирован силами Инквизиции]

Площадь опустела. Вокруг высились полуразрушенные фасады роскошных зданий, но теперь их контуры не двоились, не дрожали в припадке графического безумия. Небо над головой перестало кровоточить бинарным кодом — сквозь трещины купола снова пробивался мягкий свет сервисных прожекторов «Нового Вавилона».

Артём медленно поднял меч к лицу, всматриваясь в его безупречно ровную грань.

На серебряной глади эфира на долю мгновения проступила чужая, едва заметная строка. Не системная. Ручная. Словно кто-то оставил цифровую подпись прямо перед тем, как компилятор был уничтожен:

PROJECT_BABYLON_PURGE // AUTHOR: ARCHITECT_VALERIUS // STAGE_1_COMPLETE

Глаза инквизитора сузились.

— Валериус... — тихо прошептал Соколов, и в его голосе зазвучал металл, от которого даже воздух вокруг снова начал кристаллизоваться. — Значит, слухи не врали. Предательство не на нижних ярусах. Гниль зародилась на самом верху, в Верховном Совете Архитекторов.

Он резким движением вогнал Клинок Чистого Эфира обратно в ножны. Раздался сухой, тяжелый щелчок запирающего замка.

Шелест шагов заставил его обернуться.

Из бокового переулка, осторожно переступая через остатки разрушенных барикад, выбирался уцелевший отряд городской стражи. Их силовые щиты мерцали на последних процентах батарей, на лицах сквозь забрала шлемов читался первобытный, животный ужас. Увидев одинокую фигуру в черном инквизиторском плаще, капитан отряда замер, затем медленно опустил свое оружие и преклонил колено.

Остальные гвардейцы последовали его примеру без единого слова.

— Лорд Инквизитор... — хрипло произнес капитан, сглатывая ком в горле. — Мы... мы думали, Синод бросил девяносто четвертый ярус. Нам передали, что сектор подлежит полной термической зачистке... орбитальным ударом.

Артём медленно подошел к офицеру. Его тяжелый взгляд скользнул по помятым эмблемам гвардии, по треснувшим визорам.

— Синод не бросает то, что принадлежит Закону, — ровным, ледяным тоном ответил Соколов. — Но приказ об орбитальной зачистке исходил не из Синода. Кто подписал директиву?

Капитан вздрогнул, поднял глаза на инквизитора и дрожащей рукой нажал кнопку на своем наручном коммуникаторе, выводя крошечную голограмму приказа:

— Личная печать Архитектора Валериуса, милорд. Приказ пришел пятнадцать минут назад, сразу после того, как рухнули экраны на Центральном Роутере яруса.

Артём посмотрел на голограмму. Его лицо оставалось непроницаемой маской, но внутри него закипала холодная, расчетливая ярость истинного судьи. Сто шестьдесят томов странствий по мирам, раздираемым чумой, научили его главному: демоны снаружи никогда не бывают так опасны, как те, кто открывает им двери изнутри, прикрываясь высокими титулами и спасением человечества.

Он повернулся спиной к гвардейцам и посмотрел вверх, туда, где сквозь пробитый купол сектора уходила в бесконечность циклопическая игла Центрального Шпиля «Нового Вавилона» — резиденции высшей знати и Совета Архитекторов.

— Соберите выживших, — не оборачиваясь, бросил Артём. — Заприте периметр. Установите полевые фильтры на воздуховоды. Чума подавлена на этой улице, но ее корни глубже.

— А вы, лорд Соколов? — осмелился спросить капитан. — Куда направитесь вы?

Артём положил ладонь на эфес спрятанного в ножнах клинка. В глубине его души, в самом средоточии ядра, разгоралось не знающее пощады пламя Печати Чистоты.

— Я иду наверх, — произнес Инквизитор, и каждый слог его прозвучал как смертный приговор. — Пора провести ревизию в покоях тех, кто возомнил себя богами кода.

Он сделал шаг вперед, и пространство вокруг его фигуры снова дрогнуло, размываясь в серебряный шлейф [Мерцающего Вектора], унося Судию навстречу шторму, который только начинал разгораться над гибнущим мегаполисом.

Глава 2. Пробуждение древней системной директивы: получение класса «Эфирный Инквизитор».

Серебряная дуга [Мерцающего Вектора] разорвала сгустившийся сумрак нижнего подуровня, ввинтилась в решетку вентиляционного коллектора и выплюнула Артёма на технологическую эстакаду Магистрали-4. Пространство за его спиной схлопнулось с сухим, трескучим звуком лопнувшего конденсатора, оставив в воздухе едкий след озона и сгоревшей пыли.

Внизу, в полукилометре под шаткими рифлеными мостками, догорал Сектор 09. Даже отсюда, с высоты технического горизонта, было видно, как алые вспышки лазерных турелей зачистки методично выжигают жилые блоки. Но то была лишь видимость порядка. В инфракрасном и эфирном спектрах, доступных его внутреннему зрению, город выглядел иначе — как умирающее исполинское животное, чьи вскрытые вены истекали не кровью, а мутным, зеленовато-серым шумом поврежденного кода.

Эфирная Чума не просто убивала плоть. Она взламывала саму структуру системных параметров. Она превращала человеческие классы в деформированные кластеры цифрового гноя, переписывала навыки в суицидальные триггеры и разъедала саму ткань пространства, превращая плотный углепластик и армированный бетон в сыпучую, мерцающую артефактами текстуру.

Артём опустился на одно колено, прижав ладонь к стальному настилу. Металл под перчаткой мелко дрожал. Это была не вибрация циклопических турбин шпиля — это дрожали гравитационные стабилизаторы платформы, чей базовый микрокод пожирали споры скверны.

— Пятнадцать минут до орбитального удара, — негромко произнес он в пустоту. Голос прозвучал глухо под герметичным щитком тактического капюшона. — Валериус торопится. Если Архитектор готов стереть целый сектор с сотнями тысяч подданных ради сокрытия одного корневого сбоя, значит, гниль подобралась к самому престолу.

Его собственное тело отозвалось на эти слова тупой, пульсирующей болью в солнечном сплетении. Там, в средоточии духовных каналов, тлели остатки его прежнего могущества. Сто шестьдесят перерождений. Сто шестьдесят миров, выжженных дотла, спасенных, пересозданных или брошенных во тьму на границе Великого Цикла. Но правила Системы в этом кластере оказались на редкость жесткими: при переносе в «Новый Вавилон» его сущность была жестко усечена локальным брандмауэром. Текущий физический носитель числился в реестрах города как ничтожный «Оператор низшего контура 12-го уровня» — расходный материал, чья жизнь стоила меньше одного энергокартриджа для турели.

Однако душа помнила всё.

Артём поднялся во весь рост. Впереди, перекрывая подъем к шлюзам Среднего Города, вздымался Распределительный Узел 42-Омега. Огромная восьмиугольная цитадель из бронестекла и базальтовых плит врезалась в тело Центрального Шпиля, словно клещ. Воздух вокруг нее рябил: защитные барьеры узла работали с чудовищным перегрузом, выбрасывая в шахту снопы лиловых искр.

Внезапно темноту впереди прорезал вой аварийной сирены. Прерывистый, истеричный звук, похожий на крик раненой птицы, сменился монотонным синтетическим голосом местной суб-сети:

[ВНИМАНИЕ. ОБНАРУЖЕНА УГРОЗА КАТЕГОРИИ «КСЕНО-ЭНТРОПИЯ».]

[ПРОТОКОЛ КАРАНТИНА НАРУШЕН В СЕКТОРАХ 08, 09, 10.]

[АВТОРИЗАЦИЯ АРХИТЕКТОРА ВАЛЕРИУСА: ВСЕ НАЗЕМНЫЕ ОБЪЕКТЫ ПОДЛЕЖАТ ДЕКОМПИЛЯЦИИ.]

[ВРЕМЯ ДО ИНИЦИАЦИИ ОРБИТАЛЬНОГО ЛУЧА «ГНЕВ ДЕМИУРГА»: 14 МИНУТ 12 СЕКУНД.]

— Значит, таймер уже запущен, — холодно констатировал Соколов.

Он сделал шаг вперед по эстакаде, и в тот же миг из вентиляционных шахт и технологических люков шлюзового узла хлынула волна.

Это не были люди. Это были те, кем они стали полчаса назад — техники обслуживания, линейные сержанты гвардии, сервисные киборги. Их тела вздулись серыми полимерными волдырями, глаза заменяли пульсирующие пучки оптоволокна, изо ртов капала черная жижа сжиженного машинного масла и желчи. Над головами мутантов вспыхивали алые, дергающиеся таблички локатора:

[Глитч-Пожиратель Уровня 34]

[Чумной Инженер-Ликвидатор Уровня 38]