Курьер Бездны: Экспресс-Доставка в Ад

НЕЙТОН ПАТЧЕР

МОНОПОЛИЯ КОСТЕЙ:

ХОЗЯИН МЕРТВОЙ ИМПЕРИИ

Серия «Курьер Бездны» • Книга 1

Глава 1. Последний заказ мегаполиса

Стекло мотоциклетного шлема заливало так, будто сверху опрокинули цистерну с мутной, вспененной речной жижей. Дворник-лепесток на правом пальце перчатки уже не спасал: он лишь размазывал жирную дорожную грязь вперемешку с ледяными каплями октябрьского ливня. Шторм, налетевший на мегаполис около полуночи, синоптики стыдливо окрестили «локальной депрессией с порывами до тридцати метров в секунду». На деле же это был ревущий, захлебывающийся водоворот, в котором бетонные громады делового центра казались шаткими надгробными плитами, а восьмиполосный проспект — бурлящим желобом водосброса.

Денис Ракитин не смотрел на небо. Он не смотрел даже на зеркала заднего вида — их оторвало ветром еще на съезде с моста через промзону. Все его зрение, суженное туннельным эффектом запредельной скорости, было приковано к трем вещам: дрожащему впереди пятну ксенонового луча, черной ленте асфальта, грозившей в любую миллисекунду сорвать мотоцикл в аквапланирование, и маленькому цифровому индикатору, смонтированному прямо на руле.

Таймер пульсировал едким фосфорным светом:

**02:41... 02:40... 02:39...**

За спиной, накрепко впаянный в стальную раму кастомного «Кавасаки» и дополнительно стянутый четырьмя армированными стропами вокруг торса Дениса, глухо гудел герметичный криоконтейнер «Омега-Био».

Внутри, в среде переохлажденного перфторана и виброгасящего геля, лежало донорское сердце.

Девочке в операционной детского кардиоцентра на северной окраине города оставалось жить ровно столько, сколько отсчитывал этот таймер. Вертолет санавиации не поднялся — диспетчеры запретили взлет из-за бокового сдвига ветра, грозившего размазать борт о ближайшую высотку. Скорая помощь застряла на затопленной развязке третьего кольца, где рухнувший рекламный щит перегородил шесть полос.

Оставался только Денис. Курьер экстренной медико-биологической транзитной службы. Человек, у которого в трудовой книжке не значилось ничего, кроме пяти лет безаварийного стажа на самых грязных, безнадежных и самоубийственных маршрутах.

— Держись, мелкая, — прохрипел Денис в переговорное устройство шлема, хотя канал связи давно захлебнулся белым шумом помех. — Еще три километра. Держись, черт бы тебя побрал...

Двигатель взвыл на тринадцати тысячах оборотов. Заднее колесо на долю секунды потеряло сцепление на скользкой термопластиковой разметке, байк вильнул, выбрасывая из-под хвоста фонтан кипящей водяной взвеси. Сердце Дениса пропустило удар, в висках молотом застучала кровь, но пальцы действовали сами по себе — мышечная память, вбитая годами тренировок, выровняла тяжелую двухсоткилограммовую машину коротким, выверенным движением контргаза.

Он летел по встречной полосе. Ночной мегаполис вымер, испуганный разгулом стихии; лишь редкие запоздалые внедорожники жались к обочинам с аварийными огнями. Их фары смазывались в сплошные алые и желтые полосы.

Ветер ударил в правый борт с силой летящего бревна. Мотоцикл накренило под углом в сорок градусов на совершенно прямой дороге. Денис стиснул зубы так, что эмаль захрустела, свесился влево, балансируя массой собственного тела и весом сорокакилограммового криобоgear-комплекта за спиной.

**01:52... 01:51...**

Впереди замаячил круговой перекресток перед клиникой. Дорожники оставили там ремонтные пластиковые блоки, которые сейчас плавали в мутном разливе полуметровой глубины, как ядовито-красные айсберги.

Тормозить было поздно. Любая попытка сбросить скорость на этом зеркале воды превратит байк в неуправляемый снаряд, который снесет бетонный отбойник и разорвет криоконтейнер в клочья.

— Давай, родная... — Денис пригнулся к баку, коснувшись подбородком влажной кожи комбинезона.

Он не сбросил газ. Он открыл заслонку до упора.

Мотоцикл влетел в воду на скорости за сто двадцать. Волна ударила в ноги, словно жидкий бетон, пытаясь оторвать подошвы от подножек. Руль забился в руках с яростью раненого зверя, но Ракитин держал его железным, мертвым хватом. Удар о первый пластиковый барьер — крошево полиэтилена взметнулось в воздух. Мотоцикл подбросило на металлическом основании временного знака, подвеска с лязгом сжалась до упора, пробивая амортизаторы, и на мгновение Денис ощутил полную, леденящую невесомость.

Полет длился меньше секунды.

Приземление выбило дух из легких. Переднее колесо зацепилось за край асфальтового пандуса, ведущего прямо к дверям реанимационного отделения. Резина завизжала, выплевывая клочья перегретого корда.

**00:34... 00:33...**

Денис завалил байк на бок, намеренно пуская его в скольжение по мокрой плитке пандуса. Металл защитных дуг высек сноп белых искр, прорезавших тьму. Байк с грохотом врезался в резиновые отбойники приемного покоя, а сам Денис, сгруппировавшись, перекатился через плечо, погасил инерцию и вскочил на ноги в едином, смазанном движении.

Ремни не заело — система быстрого сброса сработала безупречно. Контейнер остался в его руках.

— Дорогу! — рявкнул он в запотевшее забрало, разбивая плечом автоматические двери, которые открывались слишком медленно.

В стерильном, пахнущем хлоркой и озоном вестибюле приемного покоя время словно загустело. Две медсестры за стойкой застыли с расширенными от ужаса глазами, глядя на черную, покрытую дорожной грязью и струящейся водой фигуру, вломившуюся в здание.

Навстречу уже бежали двое санитаров и невысокий седой хирург в зеленых бахилах и залитом антисептиком фартуке. Лицо врача было серым от безнадежности, глаза — воспаленными, мертвыми.

— Ракитин?.. — выдохнул хирург, не веря собственным глазам. — Вы... вы пробились?

Денис не ответил. Он рухнул на одно колено перед каталкой, выставив контейнер вперед, и ударил ладонью по биометрической панели замка.

Зеленый диод мигнул. Раздалось шипение стравливаемого азота.

**00:07... 00:06... 00:05...**

Крышка контейнера откинулась. В клубах морозного пара лежал прозрачный капсульный бокс, внутри которого ровно, размеренно пульсировал раствор жизнеобеспечения.

— Температура три и восемь десятых, — голос Дениса из-под шлема звучал глухо, как из цинкового гроба. — Дефибрилляция стабильна. Распишитесь в терминале.

Хирург дрожащими пальцами схватил бокс. Санитары тут же подхватили каталку, разворачивая ее в сторону шлюза операционного блока. Врач на ходу ткнул стилусом в электронный планшет на предплечье Дениса, оставив кривой росчерк:

**[ДОСТАВКА ПОДТВЕРЖДЕНА. ВРЕМЯ: 00:02 ДО ДЕДЛАЙНА]**

— Жива... — одними губами прошептал хирург, уже скрываясь за тяжелыми створками шлюза. — Парень, ты... ты сотворил гребаное чудо.

Денис медленно опустился спиной на влажную кафельную стену коридора. Ноги дрожали мелкой, противной дрожью, вызванной чудовищным откатом адреналина. Пальцы свело судорогой — они все еще сжимали рукоять уже пустого контейнера.

Он сорвал шлем. В нос ударил резкий, въедливый запах медикаментов, смешанный с холодным сквозняком из разбитого вестибюля. Денис запрокинул голову, тяжело, со свистом втягивая воздух измученными легкими.

«Успел. Черт возьми, успел».

Это был его девиз. Единственное правило, которое держало его на плаву в этом безумном мире: посылка должна быть доставлена. Неважно, что горит под колесами — лед, вода, законы физики или собственный страх. Если контракт подписан — груз прибудет на место.

И в этот самый миг реальность треснула.

***

Это не было похоже на взрыв. Взрыв — это звук, ударная волна, температура.

Здесь же первым делом исчезли именно звуки.

Шум дождя за распахнутыми дверями выключило, словно вынули штекер из гигантского усилителя. Пропал гул вентиляционных шахт, писк кардиомониторов из операционной, тяжелое дыхание самого Дениса. Воцарилась абсолютная, вакуумная тишина, от которой мгновенно заложило уши, а в черепной коробке родилось тошнотворное, распирающее давление.

Денис попытался подняться, опираясь на стену, но ладонь провалилась сквозь кафель.

Стена больницы потеряла плотность. Белая плитка покрылась сетью тончайших фиолетовых трещин, похожих на светящиеся капилляры, а затем начала распадаться на ровные геометрические кубы размером с игральную кость. Кубы зависали в воздухе, медленно вращаясь вокруг своей оси, обнажая за собой не кирпичную кладку и не проводку, а бездонную, маслянистую пустоту чернильного цвета, усыпанную немигающими холодными искрами.

— Что за... — Денис открыл рот, но звука не последовало. Воздух превратился в густой, тягучий кисель, пахнущий жженым сахаром, озоном и древней, вековой пылью.

Он метнулся к выходу. То, что он увидел снаружи, не поддавалось никакому осмыслению.

Небо над мегаполисом больше не было штормовым. Оно лопнуло. Колоссальный, уходящий за пределы стратосферы разлом вспорол ткань пространства от горизонта до горизонта. Из этой зияющей раны на Землю накатывала гигантская, циклопическая волна полупрозрачного ультрамаринового огня — Бездна. Она не падала сверху, она текла во всех направлениях одновременно, переписывая материю.

Высотки Москва-Сити на противоположном берегу реки на глазах теряли очертания. Сталь и стекло текли, превращаясь в причудливые кристаллические иглы, устремленные в зенит. Река вскипела фиолетовым фосфором и взмыла вверх тысячами светящихся геодезических сфер. Люди, автомобили, асфальт — все, к чему прикасалась лавина Бездны, деконструировалось, разбиралось на фундаментальные частицы кода и втягивалось в ненасытное жерло небесного разлома.

Волна накрыла клинический городок за долю секунды.

Денис инстинктивно вскинул руки, закрывая лицо, ожидая боли, ожогов, разрыва плоти. Но боли не было. Было жуткое ощущение того, как его собственное тело — каждый орган, каждая кость, каждая мысль и воспоминание — оцифровывается, перемалывается и сжимается в бесконечно малую точку сингулярности.

Мир схлопнулся.

***

Сознание вернулось толчком, словно после удара дефибриллятора прямо в обнаженную сердечную мышцу.

Денис резко сел, судорожно хватая ртом воздух. Воздух был. Он был идеально чистым, стерильным, абсолютно сухим и странно безвкусным — словно дистиллированная вода, переведенная в газообразное состояние.

Под ним не было ни грязи, ни осколков плитки. Денис сидел на гладкой, бесшовной поверхности ослепительно белого цвета, напоминающей матовое стекло или полированную кость. Поверхность не имела температуры — ни тепла, ни холода.

Он огляделся.

Это был бесконечный коридор. У него не было видимых стен, но взгляд интуитивно упирался в невидимые границы шириной около двадцати метров. Потолок терялся где-то в вышине, растворяясь в мягком, рассеянном молочном свечении, у которого не было источника. Ни теней, ни стыков, ни звуков шагов.

Денис посмотрел на свои руки. Мотоциклетный комбинезон исчез. Вместо него на нем были простые серые штаны и майка из плотной, грубой ткани, похожей на холст. Ни часов, ни шлема, ни ключей от байка.

Только на запястье остался белесый шрам от давнего ожога выхлопной трубой — единственное доказательство того, что он все еще был Денисом Ракитиным, а не фантомом в чьем-то бредовом сне.

Внезапно пространство перед его глазами дрогнуло.

Возник низкий, вибрирующий гул, отозвавшийся в зубах, и прямо в воздухе вспыхнули резкие, рубленые строки полупрозрачного текста цвета темного аметиста. Текст не висел в воздухе — он проецировался прямо на сетчатку, реагируя на движение зрачков.

**[ВНИМАНИЕ: Планетарная интеграция Сектора Земля-09 завершена]**

**[Физический протокол базовой реальности деактивирован]**

**[Инициация выживших биологических единиц: 14.12%]**

**[Добро пожаловать в Систему Великой Бездны]**

Денис замер, вчитываясь в символы. Годы, проведенные за рулем, выработали в нем железную привычку: в любой катастрофической ситуации паника — это гарантированная смерть. Если ты вылетел на лед — ты не орешь, ты работаешь рулем и газом. Если мир накрылся медным тазом и перед глазами вылез экран из дешевой фантастики — ты читаешь инструкции.

**[Субъект: Денис Ракитин]**

**[Статус: Биологическая форма жизни (Человек)]**

**[Психоэмоциональная стабильность: 89% (Критически высокий показатель для Первой Волны)]**

**[Причина выживания: Завершение экстренного контракта в момент фазового сдвига]**

**[Переход к этапу: Первичная Классовая Инициация]**

Текст мигнул, и коридор вокруг Дениса наполнился сотнями мерцающих пиктограмм. Они кружили вокруг него, словно потревоженный рой светляков, складываясь в стройные колонны, галереи и спирали.

Каждая пиктограмма пульсировала собственным цветом, источая слабые отголоски образов, запахов и эмоций.

Перед ним развернулись четыре монументальные арки интерфейса, заслонившие горизонт:

**[ВЫБЕРИТЕ БАЗОВУЮ СТЕЗЮ РАЗВИТИЯ:]**

**1. [ВОИН КРОВАВОГО ПРИЛИВА]**

*Специализация: Ближний бой, управление яростью, модификация плотности мышечных волокон. Колоссальная живучесть ценой снижения когнитивного контроля.*

*«Твое тело — наковальня, твоя ярость — молот. Сокрушай все, что стоит на пути».*

**2. [СТИХИЙНЫЙ РАЗРУШИТЕЛЬ]**

*Специализация: Дальний бой, манипуляция фундаментальными термодинамическими процессами (Плазма, Лед, Кинетика). Высокий урон по площади.*

*«Мир состоит из искр. Раздуй из них пожар, в котором сгорит само мироздание».*

**3. [ТЕНЕВОЙ ЖНЕЦ]**

*Специализация: Скрытность, критические уязвимости, фазовое растворение в складках пространства. Ликвидация приоритетных целей.*

*«Если тебя увидели — ты ошибся. Если ты ударил — цель мертва».*

**4. [СВЯЩЕННИК ИСТОКА]**

*Специализация: Регенерация клеточной структуры, очищение от энтропии Бездны, наложение ментальных барьеров.*

*«Пока бьется твое сердце — живут те, кто встал за твоей спиной».*

Стандарт. Классика. То, о чем Денис мельком читал в сетевых книгах, когда коротал часы между сменами на заправках. Предсказуемые пути: стать пушечным мясом в латах, артиллерией, наемным убийцей или полевым доктором.

Денис медленно покачал головой. Ни одна из этих дорог не вызывала в нем ни малейшего отклика.

Воин? Он никогда не искал драки ради драки. Убивать монстров огромным мечом? Бред.

Маг? Сжигать чужие города плазменными шарами? Ему не нужно было ничего разрушать.

Ассасин? Подкрадываться со спины к чужим жизням? Противно.

Он пять лет выживал на грани смерти не для того, чтобы отнимать чужие жизни или меряться силой с чудовищами. Вся его суть, весь его стержень, вколоченный в подкорку бессонными ночами, сломанными ребрами и воем сирен, заключался в совершенно другом.

Он был тем, кто преодолевает непреодолимое, чтобы спасти то, что доверено нести.

— Система, — негромко произнес Денис. Его голос в белом безмолвии прозвучал сухо и твердо. — Эти варианты... они шаблонные. Они для толпы. Что есть для тех, кто не воюет, а доставляет?

Интерфейс на секунду замер. Текст задрожал, словно от помех на телевизионном экране.

Светящиеся арки четырех основных классов вдруг подернулись рябью и начали истончаться, растворяясь в белом матовом воздухе.

Раздался странный, щелкающий звук — будто гигантский механизм перебирал шестеренки, анализируя глубинные пласты памяти и поведенческих паттернов субъекта.

**[Запрос зафиксирован...]**

**[Глубинное сканирование ядра личности...]**

**[Анализ преобладающего ментального архетипа...]**

*— Опыт преодоления экстремальных маршрутов: 18 420 часов.*

*— Доля успешных доставок критических грузов: 99.8%.*

*— Последнее зарегистрированное действие: добровольный риск уничтожения матрицы ради спасения чужой единицы.*

*— Вектор воли: «Движение сквозь сопротивление среды. Неприкосновенность груза. Абсолютный приоритет дедлайна».*

Символы на сетчатке сменили цвет с аметистового на холодный, матово-серебряный, переплетенный с глубокой, обсидиановой синевой.

Из глубины белого коридора, расталкивая стандартные шаблоны, бесшумно выплыла пятая структура. Она не походила на величественные храмовые врата или башни магов. Это была узкая, острая, словно лезвие бритвы, вертикальная трещина в пространстве, из которой сочился мерцающий серебристый туман.

Вокруг трещины вились тяжелые цепи из темного металла, покрытые светящимися рунами контрактов.

**[ВНИМАНИЕ! Обнаружена скрытая ветвь развития Системы]**

**[Соответствие системным критериям: 99.4%]**

**[Класс не запрашивался в Секторе Земля-09 на протяжении 1 420 000 циклов интеграции]**

**[Доступна уникальная эволюционная стезя: ПРОСТРАНСТВЕННЫЙ КУРЬЕР / НЕУЯЗВИМЫЙ ТРАНЗИТЕР]**

Денис подался вперед. Глаза его загорелись тем самым холодным, азартным огнем, который всегда вспыхивал в нем перед самым безнадежным рейсом в грозу.

— Описание, — потребовал он.

Перед глазами развернулся подробнейший свиток системных параметров:

**[КЛАСС: ПРОСТРАНСТВЕННЫЙ КУРЬЕР (Уникальный / Концептуальный)]**

*Описание:*

*Вы — вектор движения в мире энтропии. Там, где другие видят непреодолимые стены, разломы Бездны, орды чудовищ или пространственные коллапсы, вы видите лишь маршрут.*

*Курьер Бездны не ищет славы завоевателя. Он не покоряет земли. Он связывает разорванные миры, доставляя то, без чего эти миры обречены на гибель.*

*Пока контракт активен — само пространство становится вашей дорогой, а законы физики уступают место воле Транзитера.*

*Базовые ограничения класса:*

*— Вы не можете экипировать тяжелое осадное вооружение.*

*— Вы не можете использовать боевую разрушительную магию прямого действия.*

*— Урон по врагам снижен на 30%, если бой не связан с защитой груза или прорывом маршрута.*

*Базовые преимущества класса:*

*— Сопротивление любым пространственным аномалиям, искажениям гравитации и замедляющим эффектам.*

*— Доступ к Инвентарю Нулевого Смещения (груз внутри изолирован от течения времени и внешних воздействий).*

*— Приоритетное восприятие пространственных линий и разломов.*

*— Абсолютная концептуальная нерушимость принятых контрактов.*

Денис усмехнулся. Уголки его губ дрогнули впервые с того момента, как он влетел в приемный покой кардиоцентра.

«Снижен урон? Запрет на тяжелое оружие? Да к черту оно мне сдалось. Мое оружие — это скорость и знание дороги».

Он вспомнил лицо хирурга. Вспомнил тиканье таймера. Вспомнил ту звенящую, абсолютную радость, когда в последние секунды перед катастрофой створки криобоgear открылись и чья-то крошечная, угасающая жизнь получила второй шанс.

В этом новом, безумном мире, разорванном Бездной на куски, миллионы людей сейчас метались в агонии, запертые в анклавах, отрезанные от ресурсов, медикаментов, надежды. Им не нужны были новые короли или герои с окровавленными клинками.

Им нужны были те, кто сможет пройти сквозь Ад и принести им то, что спасет их от неминуемого конца.

— Посылка должна быть доставлена в срок, — вслух произнес Денис свое нерушимое кредо, глядя прямо в серебряную трещину интерфейса. — Чего бы это ни стоило. Я выбираю класс.

Белый коридор взорвался ослепительным сапфировым сиянием.

***

Гул, заполнивший сознание Дениса, был подобен реву сотен турбин. Но этот звук не оглушал — он втекал в вены, перестраивая саму природу его плоти.

Денис почувствовал, как его тело отрывается от поверхности. Энергия, холодная, текучая и кристально чистая, хлынула через макушку, прошивая нервную систему миллионами микроскопических разрядов. Мышцы свело сладкой, вибрирующей судорогой. Зрение внезапно обрело чудовищную глубину: он начал видеть не просто пустоту вокруг, а саму структуру пространства — тончайшие, дрожащие серебряные струны, натянутые во всех направлениях, узловые точки пересечения измерений и тяжелые, темные провалы гравитационных ям.

В ушах зазвучал чистый, торжественный перезвон колоколов, переходящий в монотонный, чеканный голос Системы:

**[ПОДТВЕРЖДЕНО!]**

**[Получен уникальный класс: Пространственный Курьер]**

**[Инициация первичного ранга (Уровень 1)]**

Перед глазами сплошным водопадом хлынули системные логи:

**[ЛОГ СИСТЕМНОЙ МОДИФИКАЦИИ:]**

*— Скорректированы базовые атрибуты:*

*— Сила: 12 (+2 за счет мышечной адаптации)*

*— Ловкость: 18 (+6 за счет моторики экстремального вождения)*

*— Выносливость: 20 (+8 за счет преодоления физиологических перегрузок)*

*— Пространственное Восприятие (Скрытый параметр): 25 [Разблокировано!]*

*— Непреклонность Воли: 30 [Уникальный стартовый показатель]*

**[ВНИМАНИЕ! Разблокирован ключевой пассивный статус класса:]**

**[«Служба Доставки: контракт превыше смерти» (Ранг: Абсолютный / Персональный)]**

Денис жадно впился взглядом в расшифровку пассивного навыка:

*«Служба Доставки: контракт превыше смерти»:*

*Тип: Концептуальный пассивный статус.*

*Эффект 1 (Неотвратимость маршрута): Пока вы несете груз по активному контракту, любые замедляющие, парализующие, оглушающие или искажающие траекторию эффекты снижаются на 50% (эффект усиливается с ростом уровня).*

*Эффект 2 (Второе дыхание курьера): При падении уровня здоровья ниже 10% во время выполнения доставки активируется состояние «Транзитный призрак» на 15 секунд — входящий урон снижается на 90%, скорость передвижения увеличивается на 100%, игнорируются физические преграды плотностью ниже гранита. (Кулдаун: 24 часа).*

*Эффект 3 (Презумпция целостности): Груз, закрепленный на теле Курьера в сертифицированном ранце, не может быть поврежден, уничтожен или изъят третьими лицами до тех пор, пока жив сам Курьер.*

*«Мертвые не оправдываются задержками. Живые обязаны прийти вовремя».*

— Вот это... инструмент, — выдохнул Денис, чувствуя, как по коже бегают колючие искры статического электричества. Это была не просто магия. Это был функционал, созданный идеально под его психотип.

Следом за пассивным статусом вспыхнули две иконки активных навыков первого ранга:

**[Получен активный навык: «Пространственный Рывок» (Ранг 1)]**

*Мгновенное смещение физического тела вдоль линии пространственного натяжения на расстояние до 10 метров. Игнорирует мелкие физические препятствия. Затраты: 15 единиц Пространственной Выносливости. Кулдаун: 4 секунды.*

**[Получен активный навык: «Транзитный Карман» (Ранг 1)]**

*Вызов персонального изолированного пространственного хранилища объемом 1 кубический метр. Время внутри хранилища остановлено. Органические объекты сохраняют исходное состояние. Доступ к карману осуществляется мысленным усилием.*

Белый свет вокруг начал тускнеть, сменяясь плотной, дымчатой серостью. Пространство инициации завершало свой цикл.

Прямо перед Денисом материализовался предмет. Он опустился в его вытянутые руки с глухим, солидным стуком.

Это был курьерский ранец.

Но не тот хлипкий нейлоновый рюкзак с логотипом службы доставки, с которого он начинал свою карьеру семь лет назад, и даже не стальной бокс скорой помощи.

Ранец был создан из матовой черной ткани, сотканной из волокон Бездны, усиленной экзоскелетными ребрами из матового титанового сплава. Широкие анатомические лямки были оснащены магнитными захватами и титановыми пряжками с выгравированными на них рунами стабилизации. На лицевой панели покоился массивный стальной герб: стилизованные крылья, пробивающие песочные часы.

Денис привычным, отточенным до автоматизма движением забросил ранец за спину.

Щелчок!

Магнитные замки на груди и поясе сошлись с тяжелым, оружейным звуком. Ранец словно растворился на теле, слился с позвоночником, став его продолжением. Вес снаряжения практически не ощущался — пространственные волокна компенсировали гравитацию.

Серая пелена вокруг Дениса заколебалась. Молочный коридор инициации начал таять, обнажая за собой совершенно иной пейзаж — мрачный, грандиозный и беспощадный.

Сквозь редеющий туман проступили контуры исполинской циклопической арки из черного базальта, увитой светящимися лиловыми венами Бездны. За аркой бушевало чужое, чудовищное небо цвета запекшейся крови, по которому плыли три расколотые, мертвые луны.

В нос ударил воздух, пропитанный серой, пеплом сожженных цивилизаций и металлическим запахом чужой крови. Вдали, за грядой изломанных обсидиановых пиков, грохотала канонада: глухие, сотрясающие тектонические плиты удары осадных орудий и истошный, многоголосый вой созданий, не имевших ничего общего с земной фауной.