Топограф сновидений. Вектор пробуждения

║ ТЕКУЩИЙ СТАТУС МИССИИ: ║

║ Цель: Входная Брама Ядра Первотворения ║

║ Расстояние: 2 100 метрических миль ║

║ Помехи на курсе: ОТСУТСТВУЮТ ║

║ Прочность геодезического вектора «Озеров-Альфа»: 100% ║

║ Статус пространства: Абсолютная Топографическая Доминанта ║

╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝

Вадим убрал штангенциркуль в кожаный чехол на поясе, поправил воротник кителя и спокойно посмотрел на рулевого:

— Продуть маневровые дюзы. Запустить главную турбину. Курс — строго по нулевому меридиану, скорость — три четверти от максимума.

Он подошел к носовому стеклу, скрестив руки на груди, и окинул взглядом сияющие врата впереди.

— Империя выставила свой лучший заслон и проиграла. Теперь нас ничто не остановит. Пора подойти к самому истоку и забить туда наш мерный кол.

Глава 4. Город Забытых Душ

Главная турбина тяжелого разведывательного геодезического фрегата «Меридиан-12» отозвалась низким, утробным гулом, от которого мелко завибрировали бронированные стекла панорамной рубки. Пространство за бортом больше не сопротивлялось. Имперский заслон, еще полчаса назад казавшийся несокрушимой циклопической стеной из искаженных геометрических сингулярностей и броненосцев класса «Эмпирей», превратился в россыпь безвредной топографической пыли. Разорванные в клочья складки иллюзорной метрики медленно оседали на дно астрального вакуума, распадаясь на мерцающие кванты несбывшихся вероятностей.

Вадим стоял у навигационного стола, не отрывая взгляда от центральной голографической проекции. Его пальцы в тонких перчатках из драконьей кожи мерно постукивали по полированной латуни оправы Теодолита Первозданного Нуля. Внутри прибора, взвешенный в капле абсолютного вакуума, бешено вращался сапфировый визир, непрерывно вычисляя поправки на кривизну спящего мироздания.

— Скорость — три четверти. Вектор стабилен, — доложил рулевой, не оборачиваясь. Руки офицера лежали на штурвале из окаменевшего бивня Мнемонического Левиафана, вены на предплечьях пульсировали ровным лазурным светом. — Входная Брама приближается согласно расчетной сетке. Но… господин Архи-Топограф, взгляните на эхолот плотности бытия.

Вадим скользнул взглядом по круговой шкале. Стрелка манометра реальности, обычно замершая на отметке «0.98 Озерова», внезапно дрогнула и поползла вниз. Воздух в рубке ощутимо похолодел, запахло сухой библиотечной пылью, старым пергаментом и озоном, предвещающим грозу в чужих снах.

— Мы входим в зону гравитационного провала памяти, — тихо произнесла подошедшая Амалия.

Она сменила испачканный кровью платок на свежую повязку из шелка фантомных шелкопрядов, которая туго стягивала ее лоб. Глаза девушки горели тем странным, лихорадочным блеском, какой бывает лишь у навигаторов, заглянувших за изнанку седьмого слоя грез. В левой руке она держала узкий хрустальный стилус, непрерывно чертящий в воздухе затухающие глифы пересчета координат.

— Брама не пускает напрямую, Вадим, — продолжала она, всматриваясь в сгущающуюся за бортом мглу. — Имперцы не просто так выставили флот именно здесь. Они знали то, чего не было в официальных атласах Коллегии. Брама окружена анклавом-ловушкой.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗

║ СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ: ВХОЖДЕНИЕ В АНОМАЛЬНУЮ ЗОНУ ║

║ Локация: Парящий Некрополис Мнемоса (Класс: Онтический Фрагмент) ║

║ Общепринятое наименование: «Город Забытых Душ» ║

║ Текущий статус реальности: 0.42 / 1.00 (Фазовый дрейф) ║

║ Предупреждение: Высокая концентрация неразрешенных парадоксов! ║

║ Активный штраф зоны: Скорость забывания собственных навыков: +12%/час ║

║ Сопротивление Воли Топографа (Уровень 120): Штраф аннулирован ║

╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝

Прямо по курсу, там, где золотые кольца преддверия Ядра должны были сиять ослепительным пламенем творения, пространство начало трескаться и расслаиваться, точно старое зеркало, залитое чернилами. Из рваных туманных испарений медленно, подобно всплывающему со дна чудовищу, проступали исполинские силуэты.

Это был город.

Но не мертвый каменный монолит и не живое поселение плоти и крови. Огромный архипелаг из сотен парящих плато, мостов и циклопических башен висел посреди абсолютного ничто. Архитектура его отрицала всякую логику евклидова пространства: винтовые лестницы вели в пустоту и смыкались сами с собой; готические шпили из дымчатого базальта загибались под немыслимыми углами, переходя в акведуки, по которым струился не жидкий водопад, а мерный поток тускло светящихся рун; огромные арки опирались на облака застывшего серпантина мыслей.

Город застрял между вдохом спящего титана и его последним выдохом. Он не принадлежал ни Яви, где царят жесткие законы сопромата и гравитации, ни Сну, где все подвластно силе воображения. Это был чудовищный топографический тромб в артерии мироздания.

— Приборы сходят с ума, — голос рулевого дрогнул. — Высотомер показывает минус бесконечность, затем — абсолютный зенит. Магнитные линии замкнуты в узлы Мебиуса. Мы теряем горизонт!

— Спокойно, — ровным, металлическим голосом отозвался Вадим.

Он положил ладонь на массивную латунную станину центрального нивелира. Его аура — плотный, густой золотистый купол, расчерченный идеальной сеткой параллелей и меридианов — мгновенно расширилась, выплескиваясь за пределы корпуса корабля на триста саженей во все стороны. Металл обшивки перестал скрипеть под давлением чужеродной метрики.

— Перевести управление на ручной теодолитный привод. Амалия, разверни астролябию Шестого Патриарха. Нам не нужны их магнитные полюса. Мы привяжем этот чертов призрак к моему собственному нулевому уровню.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗

║ ПРИМЕНЕН НАВЫК: «Абсолютный Геодезический Базис» (Ранг: Мифический) ║

║ Затраты: 14 000 Мп / сек ║

║ Эффект: Создание локальной координатной сетки с принудительной фиксацией║

║ вектора притяжения. ║

║ Стабильность корпуса фрегата повышена на 450%. ║

║ Иллюзорное сопротивление пространства подавлено. ║

╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝

Корабль плавно качнулся и лег на ровный киль, словно войдя в тихую гавань после девятибалльного шторма. По мутным стеклам заструился ровный янтарный свет, разгоняя наползавшие серые тени.

Вадим подошел ближе к обзорной панели и вгляделся в улицы безмолвного исполина. Теперь, когда искажения были частично скомпенсированы его аурой, стало видно: город населен.

По широким проспектам, вымощенным плитами из спрессованного звездного пепла, двигались тысячи фигур. Они напоминали полупрозрачные силуэты из тончайшего дыма, в которые время от времени вкраплялись искры лазурного огня. Существа шли размеренными, бесконечными процессиями, переходили с одного зависшего в пустоте моста на другой, читали свитки, застывали в молитвенных или просительных позах перед гигантскими монолитами — и тут же расплывались, забывая, кто они и куда направлялись.

— Забытые души… — прошептала Амалия, коснувшись стекла кончиками пальцев. — Это же граждане Первой Архивации. Цивилизация Ат-Рам, строители преддверия Ядра. Когда Империя предприняла Первое Запечатывание шесть эпох назад, их просто вычеркнули из реестра сущих. Их мир стерли из памяти Яви, но не позволили раствориться в Сне. Они заперты здесь навечно, в бесконечном круге воспоминаний о собственном несуществовании.

— Их архивариусы, — Вадим прищурился, активируя способность «Око Картографа: Сквозной Срез». — Где они?

В глубине города, на самом высоком парящем острове, возвышалось строение, разительно отличавшееся от призрачных готических башен. Это была идеальная усеченная пирамида из черного обсидиана, опоясанная семью кольцами гигантских шестерен из белого кварца. Шестерни не двигались. Между их зубьями застыли чудовищные цепи из темного света — кандалы онтологического паралича.

Внутри пирамиды сканеры Вадима зафиксировали мощнейший источник упорядоченной информации. Миллионы терабайт древнейших топографических матриц, карт первозданного Ядра и ключей к замкам Брамы были запечатаны там. А охраняли этот массив те, кто создавал его: верховные архивариусы Ат-Рам. Они не стали призраками, но их положение было в сто крат хуже.

Они были превращены в живые реперы — краеугольные камни, удерживающие эту тюрьму в стабильном состоянии межеумочности.

— Они держат на себе весь вес этого мертвого сектора, — произнес Вадим, и в его голосе зазвенела холодная ярость настоящего мастера, видящего чудовищное осквернение законов мироустройства. — Имперцы не просто уничтожили цивилизацию. Они заставили ее мудрецов стать вечными якорями собственной темницы. Рулевой, сажай корабль на внешнюю террасу пирамиды. Мы идем вниз.

— Господин Архи-Топограф, посадочных платформ нет, — отозвался офицер, вглядываясь в экраны развертки. — Под нами — взвесь плотного эфира и обломки ментальных конструктов. Днище корабля может срезать при малейшем сдвиге фазы.

— Посадочная площадка будет там, где я забью первый колышек, — отрезал Вадим.

Он расстегнул кожаный чехол на бедре и извлек тяжелый металлический стержень длиною в локоть. Это был не боевой клинок и не жезл магии. Это был Мерный Штырь Геодезиста Нулевого Ранга, выкованный из метеоритной платины с сердечником из застывшего первородного закона всемирного тяготения.

Выйдя на открытый мостик десантного шлюза, Вадим не обратил внимания на шквальный ветер небытия, трепавший полы его офицерского кителя. Воздух здесь был разреженным до состояния вакуума, но легкие Топографа 120-го уровня давно не нуждались в простом кислороде — его организм питался строго выверенным давлением пространственных констант.

Вадим размахнулся и метнул штырь вертикально вниз.

Снаряд прорезал туманную мглу с глухим свистом, похожим на звук разрываемого шелка. Спустя секунду тишину разорвал не взрыв, а чистый, идеальный звон камертона, заставивший содрогнуться всю парящую пирамиду.

От точки падения штыря по поверхности обсидиановой террасы с чудовищной скоростью побежали золотые линии координатной разметки. Хаос отступил. Рыхлый эфир мгновенно кристаллизовался в несокрушимую монолитную плиту, идеальную горизонтальную плоскость площадью в сотню квадратных саженей.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗

║ СФОРМИРОВАН ЛОКАЛЬНЫЙ РЕПЕР № 1 ║

║ Точность горизонтали: 99.9999% ║

║ Девиация исключена. Несущая способность: 500 000 тонн ║

║ Статус зоны: Временная Территория Абсолютного Порядка ║

╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝

— Посадка! — скомандовал Вадим по внутренней связи.

«Меридиан-12» плавно опустился массивными посадочными опорами прямо на золотую сетку. Гидравлические стойки с шипением стравили избыточное давление, с трапа уже сбегал штурмовой отряд топографической разведки под предводительством Амалии. В руках бойцов поблескивали нивелирные карабины и геодезические рейки, наконечники которых источали едкий синий огонь истинного зрения.

Вадим сошел по трапу последним. Каждый его шаг отдавался глухим эхом в основаниях древней пирамиды.

Перед ними высились Врата Мнемозины — титанический портал из черного камня, на котором не было ни замков, ни петель. Поверхность врат была покрыта сплошным ковром из выбитых клинописных символов, которые непрерывно шевелились, перестраиваясь в новые слова и смыслы, не позволяя ни единой мысли завершиться.

— Замок Неопределенности, — констатировала Амалия, остановившись в трех шагах от монолита. Ее стилус задрожал. — Тот, кто пытается прочесть эти письмена, теряет память о своем имени уже на третьем слоге. Это защита высшего имперского цензора. Чтобы войти, нужно забыть, кто ты, но тогда ты забудешь, зачем пришел.

— Древний имперский трюк, основанный на дешевой софистике и субъективном восприятии, — холодно усмехнулся Вадим.

Он подошел вплотную к вратам и вытащил из внутреннего кармана штангенциркуль из звездного серебра. Инструмент в его руках казался живым продолжением костей и связок.

— Мне плевать на смысл их слов. Меня интересует только шаг резьбы и расстояние между символами. Любой текст — это всего лишь линейный массив точек в двухмерной плоскости.

Вадим развел ножки штангенциркуля ровно на 3.1415 миллиметра и прижал резец к первой блуждающей руне.

— Фиксация масштаба. Аннулирование смыслового дрейфа. Введение единого метрического стандарта.

Он с силой провел инструментом по горизонтальной оси врат, оставляя за собой неглубокую, но ослепительно белую царапину.

Это было не физическое разрушение камня. Это было насилие чистой математической точности над зыбким миром сновидческих парадоксов. Шевелящиеся символы отчаянно взвизгнули — звук был похож на писк тысяч раздавленных летучих мышей. Они попытались измениться, ускользнуть, спрятаться за метафорами и аллегориями, но белый след от штангенциркуля Вадима действовал как раскаленный утюг на тонкую ткань. Символы застывали, теряли текучесть, превращаясь в самые обычные, неподвижные насечки на мертвом базальте.

С чудовищным скрежетом, не смазанный шесть эпох замок внутри врат провернулся.

Тяжелые плиты весом в десятки тысяч пудов дрогнули и медленно поползли внутрь пирамиды, открывая проход в бездну Великого Атриума Записей.

Внутри царил холод абсолютного нуля.

Воздух был неподвижен, словно застывший хрусталь. Огромный зал терялся в вышине, где вместо потолка кружились медленные галактики из светящейся золотистой пыли — крупиц невостребованного знания. В центре зала, подвешенные в силовых полях на высоте двадцати саженей над полом, висели три исполинских кристалла призматической формы. Каждый кристалл переливался густым, тяжелым аметистовым цветом.

Внутри призм, скрестив ноги и опустив седые бороды до самых колен, сидели трое старцев. Их тела казались выточенными из слоновой кости, глаза были закрыты, а из их висков тянулись тысячи тончайших серебряных нитей, уходящих вниз, в пол зала, где они переплетались с механизмами бесчисленных шестерен.

Архивариусы Ат-Рам.

Они были живы, но их сознание непрерывно сгорало в топке поддержания небытия собственного народа.

— Чужаки… — шепот не раздался в воздухе, он возник прямо в глубине черепных коробок вошедших. Звук был сухим, ломким, как шелест опавших листьев под сапогами могильщика. — Зачем вы пришли нарушить покой небытия? Уходите. Все, что здесь записано — мертво. Все, что мы знали — стерто. Оставьте нас нашему сну без сновидений.

— Ошибаетесь, почтенные, — Вадим шагнул вперед, гулко ступая по зеркальному обсидиану пола. — Топографическая служба Союза не признает актов стирания без подписи главного ревизора межевания. Ваш сон нарушает генеральный план развертывания реальности в секторе Брамы.

Внезапно пространство между Вадимом и парящими кристаллами вздыбилось.

Зеркальный пол вскипел черной жижей, из которой начали с чудовищной скоростью формироваться гротескные фигуры. Это не были демоны или монстры снов. Это были геометрические кошмары — Хранители Забвения, порожденные имперской цензурой. Их тела состояли из обломков циркулей, разорванных карт, текучих чернильных пятен и гигантских ножниц из тусклой бронзы, предназначенных лишь для одного: вырезать целые смысловые пласты из ткани сущего.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗

║ ВНИМАНИЕ! АТАКА ОНТОЛОГИЧЕСКИХ ЦЕНЗОРОВ ║

║ Противники: «Ножницы Редакции» (Уровень 118, Элитный) — 12 единиц ║

║ «Чернильный Колосс Амнезии» (Уровень 122, Босс Локации) ║

║ Свойство врагов: «Несуществующий удар» — атаки игнорируют физическую ║

║ броню и магические барьеры, нанося прямой урон по шкале Памяти Персонажа.║

╚══════════════════════════════════════════════════════════════════════════╝

Чернильный Колосс — бесформенная гора текучего черного дегтя высотой с четырехэтажный дом — взревел тысячами украденных голосов. Из его плеч выметнулись десятки хлыстов, оканчивающихся лезвиями ножниц. Воздух вокруг них схлопывался, оставляя за собой полосы абсолютной пустоты.

— Держать периметр! — крикнула Амалия, вскидывая нивелирный карабин. Ее отряд мгновенно выстроился в классическое каре, открыв шквальный огонь пулями из концентрированного свинцового факта.

Выстрелы рвали черную массу, но дыры затягивались мгновенно. Чудовища не имели плоти, их невозможно было убить обычным оружием, ибо нельзя уничтожить то, чего официально никогда не существовало.

Один из хлыстов метнулся прямо к горлу Вадима. Бронзовые лезвия разошлись, готовясь отсечь не просто голову, а само воспоминание о том, что Архи-Топограф когда-либо существовал в этой временной ветке.

Вадим даже не шелохнулся.

Он лишь слегка повернул голову и поднял левую руку, в которой блеснул Астральный Отвес — массивный конус из чистейшего рубина на цепочке из перевитых гравитонов.

— Отклонение по вертикали: сорок пять градусов. Ошибка позиционирования: непростительна.

Отвес качнулся.

Хлыст Колосса, не долетев до лица Вадима трех дюймов, внезапно изогнулся под прямым углом и с чудовищной силой вонзился в пол, словно притянутый гравитацией нейтронной звезды. Лезвия ножниц жалобно хрустнули и раскололись на куски.

— Амалия, прекратить бесполезную пальбу, — спокойно бросил Вадим через плечо. — Они питаются вашим вниманием и попытками вступить в диалог. Для нас они — не враги. Они — всего лишь погрешность измерений. Мусор на линзе объектива.

Вадим сделал шаг вперед, и под его ногой вспыхнул золотой круг диаметром в три сажени.

— Развернуть теодолитную треногу. Номер три, номер четыре — забить боковые колья. Начинаем нивелирование нулевого горизонта!

Бойцы отряда, прошедшие с Вадимом через сотни искривленных миров, среагировали мгновенно. Двое сержантов с размаху вогнали тяжелые стальные опоры треноги прямо в обсидиановые плиты пола. Вадим одним плавным, выверенным движением установил на станину латунный корпус Теодолита Первозданного Нуля.

Он прильнул к окуляру.

Мир для Вадима изменился. Пропали стены, пропали жуткие морды чернильных тварей, пропали стоны архивариусов. Осталась лишь бесконечная, кристально чистая трехмерная координатная сетка Вселенной. Вадим видел каждый узел напряженности, каждую фальшивую складку пространства, созданную имперскими цензорами.

Чернильный Колосс взревел и бросился на него всей своей многотонной массой, стремясь расплющить, утопить дерзкого смертного в море забвения.

Вадим не отрывался от окуляра. Его пальцы вращали микрометрические винты наводки с микроскопической точностью.

— Засечка раз: угол места — тридцать градусов, азимут — сто восемьдесят. Ты не стоишь на этой земле, порождение цензуры. Твоя координата «Z» равна нулю.

Он нажал спусковой рычажок прибора.

Из объектива теодолита вырвался тонкий, толщиной с иглу, луч золотого света. Он прошил тушу Колосса насквозь. Чудовище замерло. Та часть его тела, которой коснулся луч, внезапно потеряла свой зловещий черный цвет и превратилась в совершенно обычную, сухую и безвредную сажу, которая тут же посыпалась на пол.

— Засечка два, — Вадим повернул визир на четверть оборота. — Время существования объекта: фиктивно. Поправка на параллакс наблюдателя: минус сто процентов.

Второй луч ударил монстра в основание туловища.

Колосс забил всеми своими щупальцами, но в них больше не было силы. Он начал стремительно усыхать, терять объем, сжиматься, словно дырявый воздушный шар. Твари рангом поменьше — «Ножницы Редакции» — в панике бросились врассыпную, но бойцы отряда Амалии уже перестроили свои нивелиры, перекрестным огнем золотых лучей прижимая их к полу и буквально стирая ластиком математической логики из метрической книги бытия.

— И последнее, — произнес Вадим, поднимая взгляд от окуляра. — Закрытие полигона. Сумма углов треугольника должна равняться ста восьмидесяти градусам. Все, что сверх того — подлежит аннигиляции.

Он ударил ладонью по верхней призме теодолита.

Волна золотого пламени сферическим валом прокатилась по всему Атриуму Записей. Чернильный Колосс даже не успел издать прощального крика — его разорвало изнутри вспышкой абсолютной ясности, и на обсидиановый пол осел лишь тонкий слой серого пепла, который тут же развеялся сквозняком.

Зал погрузился в звенящую, кристальную тишину.

Бойцы тяжело дышали, опуская перегретое оружие. На их лицах сияли восторженные улыбки — они снова видели, как невозможное становилось рутиной под мерной рейкой их командира.

Вадим не стал тратить время на празднование легкой победы. Он подошел к центральному возвышению, над которым висели три кристаллические призмы с плененными старцами.

Цепи темного света, сковывавшие кристаллы, начали вибрировать, пытаясь перестроиться после гибели Колосса, но Вадим уже достал из чехла свой главный инструмент — Двуручный Геодезический Циркуль Времени.

— Амалия, держи луч подсветки на центральной грани. Мне нужна точная проекция их сердечных узлов.

— Есть подсветка! — девушка направила широкий конус лазурного света своего стилуса прямо на среднюю призму.

Внутри кристалла стало отчетливо видно крошечное, размером с грецкий орех, черное семя — имперскую печать забвения, которая пустила корни прямо в духовное ядро верховного архивариуса.

— Варварская работа, — покачал головой Вадим, примериваясь циркулем. — Топорная геометрия эпохи Поздней Бюрократии. Никакого изящества линий, одни сплошные костыли и логические подпорки.

Он развел стальные бранши циркуля, водрузил одну иглу точно на грань кристалла, а вторую вонзил в пол у своего сапога, создавая рычаг невероятной метафизической силы.

— Во имя Первозданного Нуля. Во имя Великой Триангуляции. Снять напряжение в узле! Разомкнуть цепь!

Мышцы под кителем Вадима вздулись так, что затрещали швы. Уровень 120 требовал чудовищного напряжения всех внутренних ресурсов. Его шкала маны опустошалась с пугающей скоростью: минус пятьдесят тысяч… минус сто тысяч… минус двести тысяч единиц! В глазах полыхнуло багровое пламя предельной нагрузки, но руки оставались тверже алмаза.

Он повернул циркуль на тридцать градусов против часовой стрелки.

КРИСТАЛЛЫ ТРЕСНУЛИ.

Звук был подобен звону разбивающегося хрустального колокола размером с гору. Три призмы одновременно раскололись на миллиарды сверкающих осколков, которые осыпались вниз радужным дождем.

Черные цепи лопнули, сворачиваясь в агонии и растворяясь в воздухе.

Три старца плавно опустились на обсидиановый пол. Серебряные нити, тянувшиеся из их висков, с мягким шелестом втянулись обратно под кожу. Их бледные, иссохшие лица начали стремительно наполняться краской жизни, седые волосы темнели, а в закрытых доселе глазах затеплился свет пробужденного разума.

Центральный архивариус — старец колоссального роста в просторной мантии, затканной созвездиями эпохи Первотворения — медленно открыл глаза.

Его взгляд был глубок, как само преддверие Бездны. Он посмотрел на свои руки, сжал и разжал длинные, узловатые пальцы, а затем перевел взор на стоявшего перед ним Вадима, опирающегося на верный теодолит.

— Координата… восстановлена? — голос старца больше не напоминал шелест сухих листьев. Это был звучный, бархатный бас истинного творца миров.

— С точностью до микрона, коллега, — с легким полупоклоном ответил Вадим, пряча циркуль обратно в петли разгрузочного пояса. — Вы находитесь на нулевом горизонте сектора Брамы. Меня зовут Вадим Озеров, Главный Топограф Свободной Разведки. Мы пришли снять с вас арест и забрать карты.

Старец медленно поднялся во весь свой огромный рост. Двое его собратьев по бокам тоже пришли в движение, расправляя затекшие за миллионы лет суставы.

— Шесть эпох… — произнес верховный архивариус, коснувшись своего лба. — Шесть эпох мы держали на своих плечах иллюзию небытия, не позволяя Империи окончательно перемолоть память нашего народа в строительный щебень для их искусственного рая. Я — Селен-Ар-Мин, Первый Хранитель Триангуляционных Свитков Ат-Рам.

Он посмотрел сквозь распахнутые врата пирамиды наружу, туда, где над парящими островами города медленно рассеивался серый саван забвения.

Призрачные силуэты на улицах начали меняться. Они больше не бродили бессмысленными кругами. Обретая плотность, они застывали, смотрели друг на друга, узнавали своих близких, падали на колени и плакали слезами из чистейшего жидкого света. Город Забытых Душ переставал быть кладбищем. Он возвращался в систему координат живого бытия.

╔══════════════════════════════════════════════════════════════════════════╗

║ ВЕЛИКОЕ ДОСТИЖЕНИЕ: «ВОЗВРАЩЕНИЕ ИМЕН» ║