- -
- 100%
- +
© Павел Незнамов, 2025
ISBN 978-5-0062-7465-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
Будильник на телефоне заиграл любимую песню Ализе. Я открыла глаза сразу – не потому что выспалась, а потому что эта мелодия у меня ассоциировалась с детством. С летом. С чем-то солнечным и лёгким. Наверное, именно поэтому я до сих пор не сменила её, хотя уже сто лет как собиралась.
Солнце щедро заливало комнату, пробиваясь сквозь полураспахнутые шторы. Я потянулась за телефоном, но не выключила звук. Наоборот – прибавила громкость. Пусть музыка побудет со мной ещё чуть-чуть. Всё равно никто не ждёт меня с фанфарами.
Под ритмы Ализе я выбралась из постели и почти на автомате отправилась в ванную. Щётка, холодная вода, зеркало – моё слегка взлохмаченное отражение посмотрело на меня без энтузиазма.
– Доброе утро, взрослая жизнь, – пробурчала я и прыснула себе в лицо водой.
Вернувшись на кухню, включила радио – пусть будет хоть какой-то шум – и занялась кофе. Чёрный, крепкий, с каплей сливок. Если не проснусь от музыки, то точно – от кофеина.
– Сегодня великий день! – торжественно сообщил диктор. – Жители города собираются на площади, чтобы увидеть редчайшее солнечное затмение…
– Вот ещё праздник, – пробормотала я и тут же выключила радио.
Серьёзно? Солнечное затмение? Оно ведь даже не настоящее. Ну да, солнце на пару минут станет похожим на пончик, и всё. Никаких «вау». Только если не рассматривать его через сварочную маску.
Я быстро допила кофе, заела бутербродом с плавленым сыром (да, гурман во мне плачет), и краем глаза глянула на часы.
– Чёрт возьми! – чуть не подавилась. – Уже почти девять?!
Будильник же был на семь. Наверное, опять слишком увлеклась танцами. Эта Ализе доведёт меня до увольнения ещё до начала карьеры. Надо будет сменить мелодию. Хотя бы на что-нибудь отрезвляющее – звук капающего крана, например.
А в девять у меня собеседование. Не просто в магазин за углом, а в «Макси». Крупная корпорация, про которую толком никто ничего не знает. Вроде как работают в сфере технологий. Или медицины. Или чего-то ещё – слухов больше, чем фактов. В нашем городе она всего полгода, но офис уже занимает целый квартал. Вроде бы даже с охраной на входе.
Знакомый сказал, что у них сейчас идёт набор. Он и уговорил меня отправить резюме. А я и не сопротивлялась – после окончания Высшей школы имени Шмидта я, честно говоря, немного зависла. Впереди – поступление, но пока есть лето, нужно чем-то себя занять. Подработать. Ощутить, как это – быть взрослой. Взрослой, у которой с утра собеседование, а вечером, возможно, новая жизнь.
Мне недавно исполнилось девятнадцать. Ни много ни мало, а возраст, когда ты вроде уже не ребёнок, но и взрослой себя чувствуешь только наполовину. Когда всё впереди – и это пугает больше, чем радует.
Я вышла из дома и села в ярко-красную машину – мамину. Моей собственной не было, но эта малютка с облупленной ручкой двери уже давно воспринималась как моя. Как и положено подростку, я всё ещё жила с матерью. Она работала школьным психологом – и, конечно, именно в той школе, где училась я. Удобство сомнительное. Дома её почти не бывало: работа давно заняла в её жизни то место, которое у других занимает семья.
После основной смены мама оставалась на факультатив – для избранных. Мы называли их Хранителями. Люди с необычной природой, способные защищать других не оружием, а силой души.
Но защищали они не простых людей. Они были связаны с Лордами – существами, похожими на вампиров, только охотившимися не за кровью, а за душами. Чужими. Заблудшими. А иногда, если не находили мёртвую – могли высосать и живую. В Лордах текла магия. Они были опасны. Сильны. Но зависимы: без душ они начинали слабеть, страдать, умирать. И вот тогда на сцену выходили Хранители.
Хранители питали Лордов на расстоянии, поддерживали их силу. У них была особая, мощная душа, способная служить якорем. Связь между ними – не просто договор. Если погибал один, следом уходил и другой. Связь, против которой не попрёшь.
Мама была Хранителем. Одной из сильнейших. И она обучала новичков, таких, как я могла бы быть.
Могла бы, но не стала.
Мой дар так и не проснулся. Ни слабой вспышки, ни знака. Я – обычный человек.
Такое случается, но редко. Особенно в семьях, где каждый второй – избранный.
Теперь у меня – свой путь. Без магии, без вечной связи с кем-то, кого ты обязана спасать ценой собственной жизни.
У меня – реальный мир. Учёба. Работа. Возможно, когда-нибудь – семья. Хотя о замужестве пока даже думать смешно. Парня-то нет. И не ищется.
Я вставила диск в магнитолу – всё ту же Ализе, Moi… Lolita, – и включила песню на всю громкость. Та самая, с которой начиналось утро. Поехала в сторону корпорации, весело подпевала, как ребёнок. Мне казалось, если я буду петь достаточно громко, утро не скатится в очередной провал.
И вдруг – музыка оборвалась. Диск заело. Я вытащила его и, не особо надеясь, включила радио.
Голос диктора был глухим, искажённым:
– …Луна закрывает Солнце… момент истины…
Я машинально посмотрела вверх. Солнце действительно исчезало за чем-то тёмным. На улице стремительно темнело, словно кто-то прокрутил время вперёд, к вечеру. Город, как в сказке, замер.
Я вспомнила мамины рассказы. В детстве она говорила, что во время затмения Чёрный бог закрывает Белого, и на короткое время дети Мары могут связаться со своими родителями. По легенде, Белый бог заточил их в темницу, чтобы остановить Войну Апокалипсиса. Глупости, конечно. Сказки, чтобы пугать детей. Но тогда, в детстве, это звучало страшно. И как ни странно – правдиво.
– Вот настал момент истины… – снова прозвучало из радио. – Луна полностью скрыла свет…
Я подняла взгляд – и забыла о дороге.
В небе вспыхнуло белое, ослепляющее сияние. В следующие мгновения я ничего не видела. Свет был такой яркий, что мне показалось – я ослепла. Или… умерла?
Может, это и есть белый свет, о котором говорят все умершие в книжках?
Может, Белый бог действительно забрал меня?
Радио внезапно замолкло. Остались только глухие, искажённые помехи. Я резко вырубила его, наощупь нашла ручку двери и выскочила наружу.
Солнца уже не было.
В небе плавали облака… жёлто-зелёные.
Их цвет был неестественным. Тревожным. Нездешним.
Я стояла посреди улицы, держа в руках ключи и не веря глазам.
Что это было?
Глава 2
Я судорожно вытащила телефон. Надо было позвонить маме. Если кто и мог объяснить, что здесь происходит, – только она.
Но…
Нет сигнала.
Ни одной полоски. Пусто. Словно мир оборвался.
Я подняла руку выше, проверила снова – всё тот же чёрный экран со словом «нет сети». Прошла пару шагов от машины. Потом ещё. Пять метров. Десять. Телефон – всё так же мёртв. Будто над городом опустился невидимый купол. Радио, связь, солнце – всё исчезло.
Паника, подступившая было к горлу, начала утихать. Осталась только холодная, липкая тревога. Страх больше не сжимал сердце, но не уходил – он прятался где-то внутри, наблюдая.
Кто-то наблюдает.
Это ощущение не покидало меня с самого затмения.
– Блин, – выдохнула я, засунув телефон в карман.
Огляделась. Пейзаж был тот же: потемневшее небо, странный полумрак, искавший форму в жёлто-зелёных облаках. Казалось, воздух стал гуще. Тяжелее. Я сделала вдох – и тут же закашлялась.
Горло будто сжало. Першение нарастало. Ком не давал нормально дышать.
Гром. Резкий, сухой. Я резко подняла голову. Облака завихрились, стали плотнее. Пахло дождём – но не тем, летним, с запахом травы. Этот пах как пыль после пожара.
Я пошла вперёд. И только тут заметила, что вокруг – чёрные кусты. Совсем голые, будто выжженные. Их ветви были покрыты сажей, или чем-то, что выглядело как копоть. Мир был словно выжжен, вычищен.
И вдруг – звук.
Глухой, рвущийся. Похож на рев трактора.
Я замерла. Потом выдохнула с облегчением.
– Может, просто техника. Кто-то пашет поле… тракторист? – пробормотала я себе под нос, вслушиваясь.
Звук приближался. Низкий, вибрирующий. Я побежала – навстречу, к кустам. Хоть кто-то. Хоть что-то привычное.
Но я не успела добежать до дороги. Из-за чёрных кустов выпрыгнула девушка.
Я резко остановилась, едва не сбив её с ног. Она тоже застыла – в нескольких сантиметрах от меня. Оглядела меня испуганным, диким взглядом. Она была босая, в рваном, будто из прошлого, платье. Волосы спутаны, кожа бледная, взгляд – как у загнанного зверя.
Звук за кустами усилился. Он уже не напоминал трактор. Скорее… нечто огромное, механическое, но не земное. Давящее. Слишком тяжёлое для обычной машины.
Девушка резко обернулась.
Не сказала ни слова.
Просто схватила меня за руку и побежала.
Я больше не могла бежать. Ноги наливались свинцом, сердце готово было выскочить из груди, а лёгкие сжались в тугой узел.
Звук приближался – рычащий, гудящий, но… ничего не было видно.
Пустота. Только туман, кусты, сажа. И этот рвущийся рев, как у взбесившегося трактора.
– Да стой же ты! – я рванулась, вырвала руку из хватки девушки. – Кто ты вообще такая? Что здесь происходит?! Куда ты меня тащишь?!
– Мы должны бежать! – её голос дрожал. Глаза метались между мной и той самой темнотой.
– От кого?!
– Поверь… – она посмотрела мне в глаза. – Уже слишком поздно.
Она начала пятиться назад. Плечи дрожали, губы приоткрыты в беззвучной мольбе. Я медленно обернулась.
Из мёртвых кустов, с каждой секундой всё яснее, выходило Оно.
Существо. Нечто.
Ростом почти два метра.
Чёрное, как копоть.
Морда – звериная, вытянутая, как у гигантской собаки, но клыки… они были слишком длинные. Саблезубые. Из них капала вязкая слюна, и там, где она касалась земли, та начинала шипеть, словно под кислотой.
Глаза – кроваво-красные.
Уши – острые, как у добермана.
А из пасти вырывался тот самый гул, похожий на мотор, от которого вибрировал воздух.
Я попятилась.
– Мамочка моя… – вырвалось шёпотом. – Это что такое?..
– Псоглав, – прошептала девушка и снова схватила меня за руку.
Зверь сорвался с места.
Он не просто бежал – он нёсся. Быстро, легко, с пугающей точностью. Земля дрожала. Мне показалось, что он вот-вот вцепится в мою спину. Внутри всё оборвалось. Страх вспыхнул таким жаром, что я перестала чувствовать собственное тело. Казалось, всё – конец.
Я бежала, не разбирая дороги, не чувствуя ног. Всё, что я могла, – это повторять в голове:
«Мамочка… ой, мамочки… пожалуйста, домой…»
И вдруг – я споткнулась.
Камень, какой-то проклятый, торчащий из земли. Я рухнула лицом вперёд, ударилась, едва не врезавшись носом в чёрную землю. Всё в глазах поплыло. Мир качнулся.
Позади – тишь.
Я обернулась и увидела, как зверь остановился.
Он медленно пошёл ко мне.
Улыбался. Если это вообще можно было назвать улыбкой.
Десны обнажились, огромные зубы капали кислотой, и каждый его шаг звучал как приговор.
Я не слышала его рычания.
Только пульс в ушах. Громкий, тяжёлый, как набат.
Никогда в жизни мне не было так страшно. Никогда.
«Мамочка… прости меня…»
Я закрыла глаза.
Ждала.
Готовилась.
Вся моя жизнь – такая короткая, такая жалкая – пронеслась перед глазами.
И наступила тишина.
Через мгновение что-то изменилось.
Рёв псоглава стал другим. Он больше не звучал как глухой мотор. Теперь это было похоже на рычание уличной собаки, пытающейся защитить добычу… или оспорить её у кого-то сильнее.
Я приоткрыла глаза.
Перед чудовищем стояло ещё одно. Огромное. Чёрное. Медведь.
Но не совсем. Не полностью.
Он был… получеловеком.
Человеческие ноги – и в тёмных спортивных штанах, будто он только что вышел из зала. Под рваной тканью угадывались мышцы, пресс, немного волос на груди. Руки – покрыты густой чёрной шерстью, с когтями, которые точно не были человеческими. Голова – медвежья, массивная, с развернутыми ноздрями и клыками, способными разорвать металл.
Словно оборотень. Только не волчий. Медвежий.
Он зарычал, бросился на псоглава. Когти вспарывали воздух. Звери сцепились. Я не могла оторвать взгляд.
И в этот момент медведь повернул ко мне морду. Мы встретились глазами. Его зрачки были чёрными, как бездна, но… в них что-то светилось. Человечность. Сила. И, самое главное – намерение защитить.
Он был здесь ради меня.
В следующее мгновение рядом со мной оказалась та самая девушка.
– Вставай! – Она подхватила меня под руку. – Пока он его задерживает, мы должны уйти!
Я поднялась. Ноги подгибались. Сердце всё ещё бешено колотилось. Но я пошла. Мы побежали. Снова. Я оборачивалась, не в силах не смотреть – звери продолжали драку. Земля дрожала от их ударов.
Через несколько десятков метров я не выдержала.
Остановилась.
Согнулась, пытаясь перевести дыхание.
В груди жгло, как будто я бежала через пламя.
– Хватит. Стой… – прохрипела я.
Девушка, не сразу, но остановилась. Вернулась ко мне.
– Что, чёрт возьми, происходит? Кто ты вообще такая?
– Меня зовут Алеся, – быстро сказала она, глядя куда-то за моё плечо. – И… это Война Апокалипсиса.
Я вскинула брови.
– Какая ещё война? Где все? Что это было?! – голос дрожал. – Куда я попала? Конец света?
Алеся шагнула ближе, осмотрела меня с головы до ног.
В её взгляде мелькнуло сомнение. И что-то вроде… узнавания.
– А ты откуда?
– Что значит «откуда»?
– Ты… из десятого?
– Что? Я живу в одноэтажном доме! – выдохнула я, всё ещё пытаясь восстановить дыхание.
– Я не про дом. – Алеся сузила глаза, словно пыталась сфокусироваться на чём-то невидимом. – Я спрашиваю: ты из десятого года?
Я моргнула.
– Ну… да. Сейчас 2010-й. А что?
Она отступила на шаг.
– Нет… этого не может быть…
– Чего не может быть?
– Сейчас… 2025-й.
Мир, который и так рушился вокруг меня, пошатнулся ещё сильнее.
– Какой? – Я вытаращилась на неё. – Нет. Нет-нет-нет, я не верю. Такого не бывает. Это невозможно. Люди не могут перемещаться во времени. Машины времени не существует!
– Пошли. Я объясню. Всё объясню, – Алеся развернулась и пошла дальше, всё время оглядываясь назад.
Я стояла, не двигаясь.
– Две тысячи… двадцать пятый? – прошептала я.
Глаза начали щипать от слёз, но я моргнула их обратно.
– Это сон. Просто… сон. Я сейчас проснусь.
Но я не проснулась.
Я просто… пошла за ней.
Я оглянулась. Хотела увидеть, чем закончилась схватка…
Но там уже никого не было.
Пусто.
Ни медведя, ни чудовища.
Даже следов не осталось – как будто всё было сном.
Я пошла за Алесей. Шла, как во сне, уставившись в пейзаж, который невозможно было принять за реальность. Земля – сожжённая, чёрная, словно покрытая пеплом. Голые деревья – без единого листа, скрученные, как мёртвые пальцы.
А дома…
Дома были мёртвы. Разрушенные, серые, покинутые. В этом безмолвии чувствовалась не просто тишина – последствие войны.
– Неужели… я и правда в будущем? – догнала Алесю. – Здесь была война?
– Не просто война, – тихо ответила она.
Мы прошли мимо полусгоревшего здания. На кирпичной стене крупными, размашистыми буквами было выведено:
«СМЕРТЬ АЛИЗЕ!»
Я остановилась.
– Кто такая Ализе?
Алеся не обернулась.
– С неё всё и началось.
Я шла дальше, и с каждой новой улицей на стенах разрушенных домов появлялись те же надписи. Одни были выцарапаны ножом, другие написаны чем-то тёмным, словно углём.
Смерть. Смерть. Смерть Ализе.
Невольно по спине прошёл холодок.
– Может, скажешь, куда мы вообще идём?
– Домой, – коротко бросила она, всё время оглядываясь по сторонам, словно ожидала нападения. В её взгляде было напряжение. Страх. Настороженность.
Наконец мы вышли на асфальтированную дорогу. Я узнала её сразу.
– Военная часть?.. – прошептала я. И вдруг всё стало куда реальнее.
Алеся подошла к КПП – металлическая решётка, за ней никого не видно. Она оглянулась, постучала кулаком по прутью.
– Пароль три! – отозвался мужской голос.
– Пароль четыре, – шепнула она.
Секунда – и решётка медленно открылась. Перед нами стоял парень, не старше девятнадцати. В рваных, запылённых джинсах, красной футболке, в руках автомат, который он, к слову, не опустил.
– Кто это с тобой? – холодно спросил он, не сводя с меня прицела.
Алеся обернулась ко мне, потом вновь к нему – и вдруг… улыбнулась.
– Это девушка из десятого.
Парень замер.
Глаза расширились. Рот чуть приоткрылся.
– Из десятого?.. – переспросил он, как будто сам не верил.
Он нас пропустил. Но автомат всё ещё держал наготове.
Военный городок был крошечным – всего четыре здания. Алеся свернула к штабу. Возле входа стояли двое с оружием. Один – зрелый, лет под пятьдесят. Второй – такой же, как парень на КПП, но с глазами, в которых уже жила усталость воина.
– Алеся! – мужчина шагнул вперёд. – Слава Богу, ты жива!
– Ага, – фыркнула она и обняла его. – Что со мной может случиться, дядя Миша?
– Артур уже вернулся, знаешь? Где-то с час назад… – его взгляд скользнул на меня. – А это кто?
Вот это уже начинало раздражать. Я была рядом, слышала всё, и всё равно – «а это кто?»
Как будто я – просто артефакт, найденный в земле.
– Это девушка из десятого! – повторила Алеся.
Он прищурился.
– Да ну?.. Это… правда? И куда ты её ведёшь?
– Сначала к себе. Объясню всё. А дальше она сама решит.
– Ну давай, – махнул рукой дядя Миша и пропустил нас внутрь.
Мы спустились в подвал. Под ногами тяжело гремел металлический люк. Алеся подошла к нему. Он был огромный, с винтовым замком – как на старых подводных лодках или в корабельном отсеке.
Я скривилась.
Серьёзно? Как эта хрупкая девушка весом в шестьдесят кило собирается это открыть?..
– Добро пожаловать в город Миллениум, – усмехнулась Алеся и без особых усилий провернула массивный винтовой замок люка.
Он заскрипел, и металлическая крышка тяжело откинулась в сторону. Алеся спустилась по узкой лестнице вниз. Я колебалась лишь секунду – и пошла следом.
Внизу был совершенно другой мир.
Мы оказались в огромном бомбоубежище. Потолки нависали низко, металлические конструкции торчали, как рёбра скелета. Повсюду – палатки, рваные, сшитые из разных материалов. Люди сидели возле них, усталые, измождённые. Их одежда была запылённой, в пятнах, кто-то перебинтован.
Тусклые фонарики на потолке едва освещали пространство, бросая дрожащие тени на стены. Свет казался временным – будто в любой момент он погаснет, и наступит кромешная тьма.
– Вы… вы тут живёте? – тихо спросила я. От этого места веяло безысходностью. Хотелось просто развернуться и уйти.
– Ага. Это наш маленький подземный город, – ответила Алеся. – Нас здесь называют миллениумцами. Самый сильный клан!
Она шагнула на дорожку, проложенную из толстой чёрной резины – будто срезали полосу от старой трассы. Я последовала за ней, чувствуя, как на меня смотрят.
Все.
Мужчины, женщины, даже дети.
Грязные лица, глаза – настороженные. Уставшие.
А я… в яркой одежде, с чистыми волосами, будто сошла с глянцевой обложки. Чувствовала себя белым пятном в этой серой реальности.
– Клан? – переспросила я. – Вы здесь как… племена?
– Почти, – кивнула Алеся. – После катастрофы выжившие начали объединяться. Каждое сообщество стало кланом, и у каждого своё имя, свой уклад. Миллениум – один из самых старых. И самых живучих.
Мы остановились у небольшой палатки. Материал – старый армейский тент, весь в заплатах. Алеся приподняла край, и я, словно девочка, которой велели слушаться, вошла внутрь.
И была удивлена.
Внутри оказалось гораздо уютнее, чем я ожидала. Большой матрас, заваленный разноцветными подушками. У стены – старая тумбочка, на ней – пара книг, нож, фонарик, шнурок с ключами.
Алеся улыбнулась.
– Садись. Чувствуй себя как дома.
Я осторожно опустилась на край матраса.
– А где Артур?
– Брата пока нет, – ответила она, копаясь в тумбочке. – Он должен скоро прийти.
– Артур – это твой брат?
– Ага. Мы с ним вдвоём.
Её голос стал тише.
– Родители погибли два года назад. Один из псоглавов… напал на них. Они не успели даже вытащить оружие.
Я сглотнула.
– Мне жаль…
– Привыкаешь, – сухо сказала Алеся, доставая два пластиковых стакана. – Чай будешь?
– Не отказалась бы.
Она поставила на маленькую газовую плитку жестяной котелок, налила туда воды и опустила внутрь старенький кипятильник. Затем подключила его к аккумулятору от грузовика – , судя по всему, военного. Провода были изолированы скотчем, по корпусу шли царапины, метки. Всё выглядело как самодельное выживание.
Я наблюдала молча.
– Так что всё-таки здесь произошло? – спросила я наконец.
Алеся повернулась ко мне и села напротив. Свет фонаря отражался в её глазах. Она долго молчала, будто собиралась с мыслями.
– Сейчас расскажу. Но только пообещай, что не будешь перебивать. Даже если не поверишь.
Я кивнула.
И в животе закрутило.
Что я услышу? Что случилось с миром?.. Кто такая Ализе? И при чём тут – я?
Глава 3
Через несколько минут вода в котелке закипела. Тонкий пар повис в воздухе. Алеся высыпала в стаканы какой-то чёрный порошок – и залила кипятком.
Запах моментально ударил в нос.
Я отпрянула и поморщилась.
Это определённо не был чай.
– Что за яд ты мне подлила? – хмыкнула я, поднеся стакан поближе к лицу.
– Попробуй, не отравишься, – усмехнулась Алеся. – Здесь всё, что осталось от роскоши.
Сделав глубокий вдох, зажмурилась – и сделала глоток.
Вкус был странным. Резким. Почти как каркаде с добавлением крепкого дешёвого кофе… но с какой-то травяной нотой, немного металлической, будто чай заварили на старом гвозде.
И всё же – было что-то в этом…
Я сделала ещё глоток.
Потом ещё.
На губах появилась удивлённая улыбка.
– А ничего! – сказала я с хрипотцой. – Даже вкусно. Через страх.
– Говорила же, – Алеся кивнула и тоже сделала глоток.
Наступила короткая, напряжённая тишина. Только редкие капли с котелка падали на плитку, и глухо отдавало эхом.
Алеся молчала, будто боролась сама с собой – с тем, что собиралась сказать.
– Всё началось девять лет назад, – наконец проговорила она. – Ты… слышала о Тёмной стороне?
Я подняла взгляд.
Слышала ли?
Моя семья, по сути, жила внутри этой тайны. Хранители, Лорды, Коллекторы – всё это было частью моего наследия. Пусть мой собственный дар так и не проснулся, я знала достаточно. И знала, что обычные люди об этом знать не должны.
И если Алеся говорит это так спокойно… она либо не совсем человек, либо с тех пор многое изменилось.
– Слышала, – просто ответила я, сделав вид, что ничего особенного в этом знании нет.
Я допила чай и подала ей стакан. Алеся улыбнулась и налила ещё.
– Тогда слушай. – Она придвинулась чуть ближе. Голос стал тише, напряжённее.
– Я не знаю, как именно всё случилось. Я была обычным человеком. Жила в другом городе, ходила в школу, ни о чём таком не подозревала. Но однажды… всё изменилось.
– Дети Мары… – она почти прошептала это имя.
Я вздрогнула.
Это не просто легенда. Это было самое страшное имя из всего, что связано с Тьмой. Даже в нашей семье оно произносилось только шёпотом. Если вообще произносилось.
– Они вышли, – сказала Алеся. – Освободились. Девять существ, девять… чудовищ. Из тьмы.
Сначала Лорды и Коллекторы радовались. Им казалось, теперь Тьма их сторона. Что власть над миром наконец станет реальностью.
Но у Детей Мары были другие цели.
Она замолчала и сжала пальцы на кружке.
– Им не нужны были посредники. Ни Хранители, ни Лорды. Ни люди, которые питаются душами. Ни договоры. Ни баланс.
– Им был нужен хаос. Мир, где боги умерли, а чудовища – хозяева.
– Почти всех Лордов они уничтожили. Коллекторов вырезали подчистую. Некоторые переметнулись… но им тоже не оставили шанса.
Я сидела, сжимая кружку и не дыша.
– Почему ты говоришь мне всё это? – наконец спросила я. – Обычный человек ведь не должен знать… Или ты уже не просто человек?
Алеся взглянула на меня.
– После всего, что ты видела за эти часы, – сказала она спокойно, – разве ты всё ещё веришь, что здесь есть «просто» кто-то?