Болезнь претендента

Глава 1

ДЕВУШКА ИЗ «ПЕХОТЫ»

Первая половина рабочего дня у социологов проходила по раз и навсегда устоявшемуся образцу. С утра все сосредоточенно сидели за своими компьютерами, ни о чем не разговаривали между собой, да и по телефонам в это время звонили редко. Перекуры, кофе, обсуждение новостей начнутся позже.

– Тамара! Капустина! – громко крикнул из своего кабинета Сергей Алексеевич.

Мог бы и не звать по фамилии, здесь работает одна Тамара, других Тамар нет. Она догадывалась, зачем в это время понадобилась начальнику. Тот всегда примерно через час после прихода просил приготовить для него чай. Секретарши у Безлепкина никогда не было, а Тамара сидела к нему ближе всех. Вот он к ней и обращается. Вполне логичная дружеская просьба. Вроде бы самому начальнику не пристало готовить себе чай, да и некогда, сотрудники все время атакуют его с разными рабочими делами, телефон трезвонит не переставая. Вот и нашел себе помощницу среди подчиненных. Тамара ничего не имеет против. Для нее это – пара пустяков. Даже воду в электрический чайник не нужно наливать. Поскольку многие часто пьют кофе, он чаще всего наполнен. Остается только включить его, опустить в большую чашку с надписью «Вспоминай Коктебель!» пакетик чая, залить его кипятком, потом насыпать две ложечки сахарного песка – и все дела. Первый раз она предложила начальнику лимон, но оказалось, что у Сергея Алексеевича на него аллергия.

Дверь кабинета начальника закрывается только тогда, когда к нему приходят посетители или тот распекает кого-нибудь из сотрудников. Остальное время она нараспашку. Если Сергею Алексеевичу нужно позвать человека, он кричит, не вставая со своего места, и все прекрасно слышно. В их комнате сидят десять человек. Зал разделен на отсеки двухметровыми непрозрачными ширмами. Говорили, будто у них внутри имеется свинцовая прокладка, которая якобы не пропускает вредное излучение от компьютеров. Правда, их главный компьютерщик Андрей это отрицает. Утверждает, что свинца там вовсе нет, а ширмы поставлены просто для того, чтобы люди не отвлекали друг друга. И вот что удивительно: ширмы тонкие, до потолка не доходят, они едва выше человеческого роста, а в комнате все равно сравнительно тихо. Даже если кто-либо разговаривает в своем отсеке по телефону, то остальным не мешает.

Раньше за этим столом сидела другая девушка, она тоже готовила начальнику чай. Когда та уволилась, вместо нее приняли Тамару, и все ее обязанности автоматически перешли к новенькой сотруднице.

Маленькая организация, куда поступила Тамара, официально называется «Аналитическая группа „Народный голос“. Здесь занимаются социологией: изучают мнение людей о разных событиях. Эти события могут касаться чего угодно: и политики, и бизнеса, и медицины, и спорта. Например, первая работа, в которой участвовала Тамара, относилась к футболу. Нужно было узнать мнение людей о том, какое место займет сборная России на предстоящем чемпионате Европы. Только что поступившая на вечернее отделение института, будущий дипломированный социолог Тамара ходила за руководителем этой темы как собачонка, а он объяснял, как нужно составлять анкеты, как выбирать людей для опроса, обязательно должны быть представлены люди разного социального положения и разного возраста, как вести записи, как подсчитывать проценты. Ей было очень интересно. Таких исполнителей здесь называли „пехотинцами“. Потом она принимала участие во многих разных исследованиях и незаметно хорошо освоила специальность, которая теперь казалась ей не только интересной, но и легкой. Она вошла в кабинет Безлепкина, однако вместо набившего оскомину „Сделай мне, пожалуйста, чайку“ услышала приглашение сесть. Робко устроилась в углу Т-образного стола.

– Тамара, как ты относишься к политике? – неожиданно спросил начальник. – Тебя это интересует?

– А куда от нее деться, Сергей Алексеевич?! И не захочешь следить, так поневоле придется. Вокруг о ней только и говорят с утра до вечера: по телевизору и по радио.

– Это тот минимум, который всем навязывают. А дополнительный интерес к ней имеется? Газеты по пути на работу читаешь?

– Ну… время от времени. Чаще книги. А вообще-то по утрам в автобусе столько народу, что особенно не почитаешь.

– Понятно, сам не на машине езжу. Я почему спрашиваю. – Сняв очки, он откинулся на спинку кресла. – Сейчас у нашей группы появился новый заказ. Думаю поручить эту работу тебе. Ты девочка аккуратная, смекалистая, будучи в «пехоте», во многом разобралась. Самое время приняться за что-то самостоятельно. Это заказ от «Красносибирских ведомостей», однако, уверен, другие газеты подобными цифрами тоже заинтересуются. То есть рынок существует, раньше такого не было. Поэтому сможем наварить на этой теме неплохие деньги. По сути дела, работа несложная, можно сказать, простая, однако таким исследованиям сейчас придается большое значение. Нужно будет регулярно подсчитывать, как распределяются голоса избирателей в поддержку той либо иной политической партии.

– Это связано с выборами? – уточнила Капустина.

– Разумеется. Вот такие данные и будут публиковаться до выборов. Потом пищи не станет, тема автоматически исчезнет.

Подумав, Тамара спросила:

– А будут ли вообще меняться результаты опросов? Я имею в виду вот узнали мы первый раз, как распределились симпатии избирателей. По идее, они и дальше должны оставаться такими же.

– Нет, в том-то и фокус, что это не постоянная величина. Уже проверено. Отстающие партии начинают более активно вести агитацию, привлекают новых сторонников. Поэтому картина в любой момент может измениться. Она не будет постоянной даже для ведущих партий, особенно если те имеют примерно равное количество сторонников. То одна может выйти вперед, то другая. В абсолютном выражении проценты точно будут меняться, тут и сомнений нет. Кто-то из политиков проштрафился, и другие обойдут его на дистанции. Так что давай, Тамарочка, дерзай. Сначала составь список всех партий, участвующих в выборах, потом уже делай анкету. Если возникнут какие-либо трудности, спрашивай, не стесняясь. Работа весьма важная.

Хоть и не часто читала Тамара в газетах про политику, однако тут без особых трудностей разобралась, что к чему.

Суть дела сводилась к тому, что в их Красносибирском крае готовились выборы в законодательное собрание. На места в региональном парламенте претендовали представители различных политических партий. И эти выборы были промежуточным шагом к не менее значимому событию – выборам губернатора края. Человек, занимающий этот пост, получает на своей территории почти неограниченную власть.

Считается, что губернаторов назначает президент страны. Но делает он это не с бухты-барахты: тут необходимо учесть много факторов. Одним из самых главных является отношение населения к будущему правителю. Поэтому законодательное собрание рекомендует президенту двух-трех человек, которые вызовут у жителей региона наибольшее одобрение. А уж глава государства решит, кому из них взойти на престол. Поскольку при этом для избежания лишних конфликтов обязательно учитывается, какую поддержку имеет партия, в которую входит будущий губернатор, то между ними ведется борьба за наиболее многочисленное представительство, то есть за депутатские мандаты.

Окунувшись в дебри Интернета, Тамара узнала, что своих кандидатов на выборы в законодательное собрание выдвинули представители шести политических партий. Судя по количеству упоминаний в прессе, две партии лидировали, то есть имели наибольшее количество сторонников. Это – «Неделимая Россия» и «Союз справедливых сил». «Неделимая Россия» – это так называемая «партия власти», в нынешнем краевом собрании большинство депутатов являются ее членами.

Имелись еще три партии с курьезными аббревиатурами ПИФ, ПАФ и ПУФ. Последняя – Партия усиленного финансирования – была самой малочисленной из этой тройки. Чтобы в нее вступить, не требовалось иметь политических взглядов. Достаточно лишь одолеть имущественный ценз, стало быть, это партия олигархов. При основании партии все городские богачи чохом вступили туда, и с тех пор количество ее членов оставалось неизменным – новых богачей за последнее время в Красносибирске не появилось.

Партия интеллектуального фронта, ПИФ, была более популярна. (Кстати, ее членов очень раздражало, что их сокращение совпадает с паями инвестиционных фондов.) На знамени интеллектуалов гордо красовался девиз «Семь раз отмерь, один – отрежь». Очевидно, подобная сентенция служила для пифовцев синонимом здравого смысла. Их лидер Аркадий Гулагер обещал красносибирцам без обсуждения с ними не предпринимать никаких необдуманных шагов. И подчеркивал – не в том смысле, чтобы принимать их после обсуждения. Нет, обо всем советоваться с горожанами, изучать их мнения, вкусы, желания – вот турусы на колесах, на которых надеялись выехать пифовцы.

Более решительно были настроены члены ПАФ – Партии атлетического фонда. Они проповедовали здоровый образ жизни. «Мышечный корсет на смену пуленепробиваемой жилетке!» – такой лозунг выдал недавно их лидер Константин Пермский, который самым наглым образом ворвался в красносибирский истеблишмент, а теперь рвался в депутаты парламента. В газетах подтрунивали, что любого члена ПАФ легко узнать по монотонно-слоновьей поступи и фигуре – шествует эдакий треугольник: тонкая талия, широченный разворот плеч, наверху прикреплена махонькая, аккуратно подстриженная головка. И что-то в нем обязательно движется: либо челюсть, перекатывающая жвачку, либо в ладонях по кистевому эспандеру.

Кстати, кто-то из доброхотов надоумил Пермского зарегистрировать лозунг про мышечный корсет в агентстве по авторским правам, что Константин и сделал. Поскольку же этот слоган печатался где только возможно – на майках, чашках, ложках, брелоках, – на счет автора потекли бешеные деньги. Он даже подумывал перейти в более престижную Партию усиленного финансирования. Однако всех этих подробностей Тамара знать не могла.

Недавно в крае появилась и новая партия. Красносибирцы небольшого достатка, скромной физической силы и более чем скромного ума объединились, образовав Партию умеренного нейтралитета. Она была настолько малочисленна, что Капустина долго сомневалась, нужно ли включать ее в общий список. Тем более что сидевший за соседним столом сотрудник, узнав про полученную Тамарой тему, тут же рассказал ей анекдот о том, как на выборах мэра один человек получил три голоса. «Безобразие! – закричала ему жена. – Признайся, ты завел себе подружку!»

Все же для очистки совести и эта партия была включена в анкету.

– Состав участников определен правильно, – одобрил составленные Тамарой характеристики партий Безлепкин. – Теперь приготовься выяснять расклад сил.

Глава 2

ЕСТЬ ТАКАЯ ПАРТИЯ

Среди ночи губернатор края Сокольский почувствовал себя плохо, и постоянно дежурившая возле подъезда «скорая помощь» отвезла его в больницу. Третий раз за последние два месяца. Врачи говорят, по весне подобные сердечные обострения случаются. Сейчас только начало марта. Это что же дальше-то будет?!

А ведь до недавнего времени Аристарх Васильевич знать не знал про врачей, даже кичился перед окружающими своим здоровьем. Ровесники жалуются то на одно, то на другое, только и слышишь у них про давление да про язву желудка, то и дело достают из кармана таблетки. В его родне тоже вроде бы все хлипкие. Он же прямо Илья Муромец какой-то вымахал. И очки-то ему понадобились гораздо позже, чем остальным ровесникам, и зубы-то сохранились лучше, чем у других. По виду заметно – богатырь, физически сильный человек, кочергу узлом завяжет.

Таковым и был совсем недавно. И вдруг первая мелкая хвороба прилепилась, за ней вторая, третья. Сначала он не обращал на болячки внимания, а уж когда количество перешло в качество, отправился к врачам. Те за головы схватились: где же вы раньше были, Аристарх Васильевич?! Куда только раньше глядели, совсем запущенный у вас организм.

И пошло-поехало: анализы, процедуры, лекарства. Про кочергу Сокольский уже сам смеялся сквозь слезы: «Я и сейчас ее узлом завяжу. Только развязать не смогу». Болело то в одном месте, то в другом. Когда же схватывало сердце, как сегодня ночью, уже ни о какой работе не думаешь – лишь бы выкарабкаться, пожить еще ой как хочется. В такие моменты сразу накатываются мысли о бренности всего земного, о тех пустяках, из-за которых треплешь себе нервы: доходах, квартирах, бесконечных препирательствах с московскими бонзами. Отдашь концы, и ничего этого для тебя не будет. Так, может, лучше жить потише, поспокойнее. Удалиться на дачку, сидеть по утрам на берегу с удочкой, потом со смаком завтракать – гренки с джемом, апельсиновый сок, затем улечься на диван, обложившись газетами и книгами. Правда, возрасту него не пенсионный, шестидесяти еще нет, три года осталось до юбилея, но по инвалидности можно уйти. Хватит, напахался…

Вот с такими мыслями прибыл Сокольский в больницу для руководящего состава края. Врачи, как водится, вокруг него посуетились, сделали все в лучшем виде. Утром проснулся Аристарх Васильевич как огурчик, от вчерашних крамольных мыслей про дачное уединение и следа не осталось. Уже, несмотря на энергичные протесты жены, вызван помощник, Леонард Глазурин, ему даются указания: позвонить тому-то, написать туда-то. Пусть приедут ко мне Базилевский и Корсарин. Молодой помощник тоже пытался охладить его пыл, мол, не стоило бы сегодня приглашать посетителей, Аристарх Васильевич. После такого приступа необходим покой, повремените денек-другой. Ладно, ладно, Леонард, ненадолго, пусть приедут на часок, к трем, с эскулапами я договорюсь.

Базилевский – это его правая рука, первый вице-губернатор. Поскольку Аристарх Васильевич последнее время часто хворает, он остается на хозяйстве. Григорий Федорович человек умный, за плечами два высших образования – строительное и экономическое, порядочный, что особенно ценил Сокольский при выборе своего первого зама. Такой не должен повести себя по-свински, не должен его подсидеть. Хотя всяко в жизни бывает, однако в коварстве потомственного интеллигента Базилевского заподозрить трудно.

Вот с Корсариным нужно держать ухо востро. Он мужик ушлый, себе на уме. Да у него и должность соответствующая – первый заместитель начальника Главного управления МВД по Сибирскому федеральному округу. На такой работе не до благодушия, особенно по нынешним временам. Владислав Игоревич – полковник. Однако, как он сам шутит, плох тот полковник, который не мечтает стать генералом. Корсарин об этом мечтает больше, чем кто-либо, мечтает страстно, откровенно. Правда, Сокольский может тут помочь постольку-поскольку: милицейское ведомство не его епархия. Да и с Корсариным он связан сейчас в основном по партийной линии – оба активисты политсовета партии «Неделимая Россия».

После массового выхода коммунистов из партии с демонстративными сжиганиями билетов, с громогласными проклятиями тоталитарному прошлому, с заменой портретов Ленина на горбачевские Аристарх Васильевич в глубине души пришел к выводу, что любая партия является злом. Искусственное объединение людей по какому-либо признаку поневоле приводит к новым конфликтам. А уж если существует несколько партий, если происходит разделение на «своих» и «чужих», то от этого добра ждать не приходится. Губернатор тем более должен дистанцироваться от одного объединения, должен стоять над схваткой, быть объективным по отношению ко всем, не принадлежа ни к кому. Однако тут поступило строгое указание из Кремля – нужно было сколотить и возглавить новую партию, «Неделимая Россия». Здесь уж Сокольскому и деться некуда – пришлось надеть на свою шею этот хомут. Правда, сначала он не придал свежему веянию большого значения, думал, простая формальность. Теперь же вон куда повернуло – от партии зависят выборы губернатора. Там должно быть единомыслие, дисциплина, и в какой-то мере это ему на руку. Не впрямую – сам-то уже баллотироваться не будет, здоровье не позволяет. Зато Аристарх Васильевич сможет поставить своего человека, что не намного хуже, чем рулить самому. Во всяком случае, все мыслимые и немыслимые блага за ним сохранятся, значит, он по-прежнему будет кататься как сыр в масле.

Одна закавыка наблюдается – межпартийная конкуренция. Поэтому перед выборами нужно активизироваться, обратить на себя внимание избирателей. Этого и Москва настоятельно требует. Будет мало мандатов в местном законодательном собрании – по головке не погладят.

Именно об этом говорил сегодня губернатор Сокольский с явившимися к нему после обеда соратниками по партии, Базилевским и Корсариным.

Беседа началась после того, как милицейский полковник провел «борьбу с насекомыми». Поскольку губернатор всегда лежал в одной и той же палате, ее вполне могли оснастить подслушивающими «жучками». Компромат сейчас собирается без зазрения совести. Поэтому Владислав Игоревич установил в проводную линию аппарат, подающий мощный высоковольтный импульс. Такие полностью лишают подслушивающие устройства способности выполнять свои прямые обязанности.

– Тигра нужна! – убеждал Сокольский посетителей. – Необходимо придумать что-нибудь эдакое, чтобы привлечь к себе внимание. Сейчас приближается оптимальное время: не слишком рано и не слишком поздно.

Базилевский достаточно вяло протестовал, делал упор на проведение каждодневной работы по дискредитации соперников.

– Насколько я понимаю, избиратели совершенно не читают партийные программы, и тому имеется много причин. Во-первых, все они похожи одна на другую и написаны таким языком, что в них все равно ничего не поймешь. Во-вторых, все прекрасно понимают, что никакая партия не выполнит своих обещаний. Даже если захотят, не смогут. Поэтому избиратели просто смотрят на партийных лидеров – симпатичны те или нет. Кто понравится, за того и проголосуют. Поэтому нужно спокойно развенчивать сусальные автопортреты этих дерьмократов. – Так Григорий Федорович с прямолинейным бюрократическим юмором называл демократов, представителей «Союза справедливых сил». – Ведь все они тоже обычные хапуги. Тот же Самощенко – ведь богатейший человек, живет в роскошном особняке, отдыхает исключительно за границей. Откуда деньги-то? Такие честным трудом не заработаешь. А эта его прихлебательница-вьетнамка. Когда она, сверкая золотом и бриллиантами, вещает из Давоса о социальной справедливости, это же курам на смех. Ведь по узким ее глазам видно, что ей на эту справедливость наплевать. А вот лиши ее халявных поездок в Давос, тут она мигом перегрызет горло. Ее просто надо чаще показывать по телевизору, все от нее и отвернутся.

– Верно! – засмеялся Корсарин. – А Болгарин, про которого часто пишут в светской хронике? Ведь дармоед из дармоедов. Ничего не делает, а каждый вечер болтается по ресторанам. Пусть про него почаще пишут, и весь этот «Союз справедливых сил» без нашей помощи окажется в полном дерьме.

– Так-то оно так, – согласился Аристарх Васильевич. – Это и без того во всех наших интервью подчеркивается. Но нам нужна тигра. Нужна громкая акция. Без акции нынче – труба.

– Что вы имеете в виду? В каком направлении копать?

– Не знаю, ребята. Сами придумайте. Мне кажется, очень эффектно раскрыть громкое преступление, вернее, готовящееся преступление. Схватить злодея за секунду до того, как он нажмет на курок.

Базилевский вставил:

– Они тоже свою тигру готовят. Но химичат с такими предосторожностями, что дальше некуда! Кажется, придумали что-то, связанное с экономикой.

– Владислав Игоревич! – Губернатор с укоризной взглянул на милиционера. – Как же так получается, что ты об этом узнать не можешь?

Тот с виноватым видом развел руками:

– Чуть ли не за границей готовят. Однако, мне кажется, тут большой беды нет. Все равно рано или поздно свой проект они обнародуют.

– Да я не думаю, что им по силам придумать что-нибудь путное, – попытался успокоить губернатора Григорий Федорович. – Там же две извилины в мозгах на всю партию.

– Ну не сами же они думают, – согласился Сокольский. – Может, нашли зарубежных советников.

– Мы тоже можем найти.

– Да ну их к чертовой бабушке! – вскипел Аристарх Васильевич. – Они такого насоветуют, что потом век не расхлебаешь. Мы сами способны придумать что-то дельное. Я, например, в этом не сомневаюсь. Когда рядом со мной такие орлы, нешто мы горы не свернем?!

– Свернем, – дружно улыбнулись оба соратника.

– Иначе получится как с памятником Петру, не к ночи будь сказано.

Этот случай был у всех в памяти. Один заезжий голландский предприниматель посоветовал соорудить в городе памятник Петру Первому, причем размером больше московского. Губернатор и его окружение ухватились за оригинальную идею, сообщили о ней в одном из интервью, так потом жалели: сотни тысяч протестующих высыпали на улицу. Боялись, что их город изуродуют. Пришлось дать задний ход.

Кроме памятника, в губернаторском кругу всерьез муссировались еще две идеи. Сначала решили организовать международное авторалли «Красносибирск-2005», но, проверив состояние дорог и убедившись, какие они разухабистые, от этой идеи отказались. Хотели еще внедрить звание почетного гражданина Красносибирска. Стали прикидывать, кто может быть отмечен таким титулом, и сразу переругались между собой. Поняли, если в обсуждении примут участие представители других партий, такие конфликты возникнут, что мало не покажется.

– Аристарх Васильевич, я только хотел уточнить одну деталь, – сказал Корсарин. – Наша тигра в первую очередь должна опорочить конкурентов?

– Совсем нет. Это никак не должно быть связано с ними. Наша акция должна в первую очередь поднять наши акции. – Он засмеялся, довольный собственным каламбуром. – Показать, что нам по силам то, что не по силам другим. Действовать по принципу «сам дурак» нынче не модно. Устарела такая пикировочка.

Раздался негромкий стук в дверь, и в палату вошла лечащий врач, Надежда Павловна.

– Извините, Аристарх Васильевич, по-моему, вы нарушаете режим. Я попросила бы ваших уважаемых гостей дать возможность больному отдохнуть. К тому же нам до обеда нужно еще провести несколько процедур.

Базилевский и Корсарин послушно распрощались с губернатором и вышли в коридор, где дождались, пока из палаты появится Надежда Павловна. Попросили ее начистоту рассказать о состоянии здоровья Сокольского.