Кто будет президентом, или Достойный преемник

6

Толик Азизов работал в службе технической поддержки всего три недели. Он считал себя неплохим компьютерщиком, но, будучи парнем скромным, предпочитал не выпендриваться перед своими новыми коллегами. Тем более что в свои двадцать он был самым младшим из парней, работающих в отделе.

В тот день он не пошел с коллегами в кафе обедать, а решил покопаться в Интернете – с утра навалилось много работы, поэтому у Толика Азизова не было возможности сделать это до обеда.

К тому же не хотелось обедать в компании коллег. Они, конечно, были славные парни, но уж больно любили потешаться над новичком. Толян слова не мог сказать, чтобы кто-нибудь из этих «юмористов» не поддел его. Толян знал, что такова уж судьба всех новичков, тем более, младших новичков – служить объектом для насмешек. Но иногда его терпению приходил конец, и тогда он начинал сердито огрызаться, чем вызывал новый шквал насмешек. В общем, удовольствие было то еще.

Оставшись в отделе один, он вошел в Интернет и немного попрыгал по порно-сайтам, так, в качестве разминки. Затем пробежал глазами несколько новостийных сайтов. Потом прочел небольшой текст о новом «шутере», релиз которого намечался на осень. И наконец, забрался в свой любимый сайт знакомств.

«Превед! Увидел твою фотку и влюбился. В натуре – ты самая классная девчонка в Сети!»

Немного подумав, Толян продолжил:

«Я нормально катаюсь на роликах, а ты? Если захочешь потусоваться – покажу тебе клеевые места для катания».

Дописав еще пару строк, Толян отправил письмо. Затем скопировал фотку девушки в свою папку, чтобы на досуге «попялиться». Покончив с важными делами, он посмотрел на часы. До конца обеда оставалось еще полчаса. Хавать совершенно не хотелось.

«Новостишки, что ли, еще посмотреть!»

Толян открыл страницу новостей, пробежал взглядом по анонсам, зевнул и хотел было снова вернуться на сайт знакомств, но тут взгляд его зацепился за баннер с физиономией мужика, который показался Толяну знакомым. Не успев даже сообразить, что делает, он машинально щелкнул мышкой по баннеру.

Страница загружалась медленно.

«Фуфло кривое», – в сердцах подумал Толян, и вдруг челюсть его слегка отвисла. С открывшейся страницы на Толяна Азизова смотрел Хозяин! Собственной персоной! (Хозяином все в офисе называли Виктора Олеговича Мохова.)

Толян прищурился и прочел броскую надпись рядом с фотографией:

«ВСЯ ПРАВДА О БУДУЩЕМ ПРЕЗИДЕНТЕ РЕСПУБЛИКИ!»

– Ну-ну, посмотрим, – насмешливо прошептал Толян и стал читать статью.

БОЛЬШОЙ ВАЛУН, ПОРОСШИЙ МХОМ,

ИЛИ «КТО ВЫ, ГОСПОДИН МОХОВ»?

«Сегодня утром я проходил мимо будки объявлений и замедлил шаг возле большого красочного плаката, на котором был изображен Президент России, пожимающий руку какому-то упитанному господину. Подпись под изображением гласила, что упитанный господин – это наш почетный горожанин Виктор Олегович Мхов.

«Я на вас надеюсь!» – говорил Президент нашему земляку. Я остановился перед плакатом и задумался. Но тут незнакомый голос меня спросил:

– Кто этот человек?

Я обернулся и увидел перед собой незнакомого человека. В руках у человека был дорожный кейс. Судя по всему, он только что высадился с поезда.

– Как? – сказал я ему. – Вы не знаете? Это ведь почетный гражданин нашего города Виктор Олегович Мохов.

– Мохов? – Незнакомец нахмурил брови. – Какой такой Мохов? Не знаю такого.

– А вы местный или гость нашего города? – уточнил я.

– Я родился здесь, но десять лет прожил в другом городе.

– Ах, вон оно что. Так вы все пропустили!

– Пропустил? Что я пропустил?

– Самое главное. Кто был хозяином города десять лет назад?

– Полагаю, что горожане, – сказал незнакомец.

Я кивнул.

– Именно. А теперь хозяин нашего города – Виктор Олегович Мохов! Более того, через несколько месяцев он станет хозяином республики. Как вам это нравится?

– Мне это совсем не нравится, – еще больше нахмурился незнакомец. – И кто же он такой, этот ваш Мохов?

– Мохов? Мохов – это…

И тут я понял, что рассказать о Викторе Олеговиче в двух словах невозможно. Я оставил незнакомца без ответа и отправился в редакцию, где сел к компьютеру и припомнил, кто же такой Виктор Олегович Мохов. И откуда он, собственно, взялся на нашу… Впрочем, обо всем по порядку.

Мало кто знает, каким образом Виктор Олегович приобрел свой капитал. В постперестроечные годы на советском (тогда еще) пространстве еще не было того ужасающего развала, какой наступил пару-тройку лет спустя, когда Советский Союз приказал долго жить. В ходу были модные словечки «гласность», «перестройка», «хозрасчет». Ширилось кооперативное движение. Одним из флагманов этого движения и был наш уважаемый герой.

В конце 80-х годов прошлого века Мохов, будучи заводским комсоргом, организовал в одном из пригородов мастерскую по изготовлению обоев. Обои были, прямо скажем, так себе. Но при всеобщем дефиците товаров и на такие был бешеный спрос. Виктор Олегович, что называется, «приподнялся». Даже начал строить себе дом в сосновой роще.

Виктор Олегович показал себя хватким бизнесменом, человеком «новой формации», и на перспективного комсомольского вожака, промышляющего обойным делом, обратили внимание старшие товарищи.

В начале 90-х Мохов открыл автосервис, а чуть позже стал счастливым обладателем гостиницы «Радуга». Злые языки поговаривают, что сам Виктор Олегович не заплатил за гостиницу ни копейки, получив ее в «безвременное пользование» от отцов города, с которыми всегда умел находить общий язык.

Кто-то, вероятно, мне возразит, что, дескать, «этого не может быть, гостиницы просто так не дарят». Согласен. Но загвоздка в том, что в начале достопамятных 90-х в нашей стране творилось много странного.

Между делом заметим, что всему этому делу предшествовала небольшая заварушка, в результате которой на тот свет отправились двое бывших компаньонов Мохова, с которыми (как поговаривают злые языки) он «кое-что» не поделил. Причем один из них, абсолютно конечно же случайно, сварился заживо в сауне, расположенной на территории загородного хозяйства Виктора Олеговича. Заклинило дверь. Что ж, бывает.

Виктор Олегович горько скорбел на похоронах товарища и даже произнес прочувственную речь, в которой почему-то не упомянул о своих разногласиях с почившим.

Но это еще не конец нашей истории.

Через полтора года после приобретения гостиницы Виктор Олегович Мохов открыл на ее территории казино «Рука фортуны». И опять-таки злые языки поговаривают, что совладельцами казино были тогдашние криминальные авторитеты, с которыми Мохов совместно парился в сауне. (Вполне вероятно, что секрет заклинившей двери, погубившей делового партнера Виктора Олеговича, имеет к этим гражданам самое прямое отношение, но не будем гадать.)

Итак, в середине 90-х господин Мохов – владелец нескольких автомастерских и автомоек, хозяин гостиницы и совладелец клуба-казино «Рука фортуны».

Тут всплывает еще один поразительный факт. Некий журналист Ильин, который попытался приоткрыть завесу тайны над прошлым Мохова, пошел на прием к Мохову и… пропал. В прямом смысле этого слова. Через неделю Ильина вытащили из озера. Следов насилия на теле журналиста не нашли, а посему сделали вывод – «утонул по неосторожности». И дело с концом.

Погибли несколько человек, а Виктор Олегович продолжает свой триумфальный путь по головам, путь на вершину, прямиком в кресло президента республики.

Не пришло ли время остановить разбойника и убийцу? Возможно, пришло. Но Мохов крепкий орешек, и найдется ли человек, способный его «раскусить»?

Мы такого человека знаем. Он предпочитает не афишировать своего имени, но он задался целью наказать убийцу и отправить его туда, где ему давно полагается… сидеть».

– Ой, ё! – протянул Толян и поскреб в затылке. – Это ж надо, какая канитель. Надо пацанам показать.

Он снова посмотрел на фотографию, хмыкнул и покачал головой:

– А с виду правильный мужик. Вот пацаны удивятся.

Толян почувствовал что-то вроде душевного зуда от желания поскорее поделиться новостью с коллегами. У него даже зубы заныли (у Толяна всегда ныли зубы, когда он с нетерпением чего-нибудь ожидал).

Наконец за спиной у Толяна скрипнула дверь, и в офис ввалились парни. Толян обернулся и криво усмехнулся.

– А, приперлись! – громко сказал он. – Между прочим, я…

– Не бузи, пехота, – оборвал его один из парней, швыряя сумку на стеллаж.

– А ничего выглядишь, – иронично заметил второй. – Мы-то думали, ты тут с голоду пухнешь. А ты – свежачок. Хватай, мелочь!

Коллега бросил на стол Толяну чизбургер. Толян посмотрел на чизбургер и почувствовал голодную судорогу в желудке.

– За какие заслуги? – осведомился он.

– Ни за какие. Считай, что это просто любовь, малыш.

Юморист обнял Толяна за плечи и сделал вид, что хочет его поцеловать. Толян сморщился и оттолкнул насмешника. Парни заржали.

– Не хочешь, как хочешь, – весело сказал коллега. – Кстати, чизбургер я заберу. Ты его не заслуживаешь.

Не успел Толян моргнуть, как насмешник смел со стола чизбургер и принялся бойко его поедать.

– Ничего, малыш, будет и на твоей улице праздник, – с набитым ртом проговорил коллега.

– Пошли вы… – огрызнулся Толян и обиженно отвернулся к компьютеру. И тут взгляд его снова упал на портрет Хозяина. Виктор Олегович Мохов по-прежнему глядел на Толяна с мерцающего монитора – глядел хмуро и неприязненно.

– О, черт! – воскликнул Толян и хлопнул себя по лбу ладонью. – Чуть не забыл!

– Что случилось, малыш? Ты передумал и решил ответить мне взаимностью?

– Не отдавайся ему за чизбургер, парень! Требуй два!

– Три!

– Ведро гамбургеров!

– Да заткнитесь вы! – гаркнул на развеселившихся коллег Толян.

Парни, успевшие рассесться за своими компьютерами, весело переглянулись.

– Ого!

– А наш малыш-то с гонором!

– Тише, парни! – осадил компанию начальник отдела, молодой еще мужчина с черной как смоль бородкой и большими залысинами на выпуклом лбу. – Хватит потешаться над малышом. Вы и сами были новичками. Говори, Толя. Что ты хотел сказать?

Толян хотел обидеться и замолчать, но новость, которую он хотел сообщить, слишком сильно жгла ему гортань. И он не выдержал.

– Короче, парни, тут такая фигня. Посмотрите!

Толян отъехал от экрана монитора вместе с креслом.

– Что там такое? – поинтересовался начальник отдела.

– Фьюить… – присвистнул кто-то. – Да ведь это Хозяин!

– Ну и что? – пожал плечами начальник отдела. – И что с того? Какое-нибудь очередное интервью?

– Ага, интервью, – усмехнулся Толян. – А разоблачение не хотите? Тут написано, что Виктор Мохов убил человека.

– Да ладно заливать.

– Не гони, малец. И за базаром следи. Ту, конечно, стукачей нет, но все равно.

– Да точно вам говорю! Не верите – почитайте. Тут черным по белому написано: убил.

– Ага. Убил и в землю закопал, – откликнулся один из насмешников.

Тем не менее парни встали с мест и принялись обступать стол Толяна. Толян торжествовал. Наконец-то он оказался в центре внимания, и не как объект для шуток, а как полноправный член коллектива. Равный среди равных.

– Читайте, олухи! – задорно сказал Толян, поворачивая монитор так, чтобы парням было лучше видно.

Все-таки чертовски приятно было чувствовать себя этаким «ньюс-мейкером». Ну, пусть не «ньюс-мейкером», но кем-то вроде этого. Теперь статью будут обсуждать до самого вечера, а если повезет – то и на следующий день. И главным в этом обсуждении будет он, Толян Азизов, потому что именно он первым открыл эту страницу.

– Не слабо, парни, да? У нашего Витюши-то рыльце в пушку. Отличился, блин!

– Тише ты, – осадил его начальник отдела Марк Сковородников.

Вопреки ожиданиям Толяна, никто из парней не веселился. Напротив, все смотрели на экран мрачно и серьезно.

– Ни хрена себе, – сказал один. – У Хозяина теперь точно инфаркт будет.

– Угу. Уже второй.

Толян недоуменно оглядел парней.

– Мужики, да вы что? Это же прикол? Мало ли чего в Сети вывешивают.

– Для тебя прикол, а для него… – Начальник отдела Сковородников вздохнул. – Ты Хозяина не знаешь…

7

Хозяин держал перед глазами распечатанные листы, и пальцы его мелко подрагивали. На широком лбу блестели капли пота. Лицо побагровело, и даже глаза заволокло какой-то мутной, красноватой пленкой.

– «Погибло несколько человек, а Виктор Олегович продолжает свой триумфальный путь по головам, путь на вершину, прямиком в кресло президента республики. Не пришло ли время остановить разбойника и убийцу?» – процитировал он глуховатым, неровным голосом, отвел взгляд от листа и посмотрел на Долгова поверх стеклышек очков. – Что скажешь?

Голос его на этот раз прозвучал резковато и зло, почти истерично. «Начинается, – подумал Долгов. – Вот дерьмо».

– Ну? – снова рявкнул на него Мохов. – Чего молчишь? Нечего сказать?

– Я не… – начал было Долгов, но Хозяин не дал ему договорить.

Он весь подался вперед, навалившись грудью на край стола так, что, казалось, еще немного, и стол треснет пополам и развалится, и Хозяин всем своим грузным телом рухнет на пол.

– Кто это сделал? – рявкнул он. – Кто это написал, я тебя спрашиваю?

«Спокойно, Андрюша. Спокойно». Долгов сдвинул брови и ответил спокойным, рассудительным голосом:

– Виктор Олегович, пока ничего нельзя сказать наверняка. Нужно время, чтобы все выяснить.

– Время? – Глаза Хозяина хищно сощурились. – И сколько тебе нужно времени? Полгода? Год? Или, по-твоему, я тебе плачу за то, что ты тут фланируешь по офису и вертишь передо мной своим тощим задом?

Упоминание про «тощий зад» (что было, то было) задело Долгова, и он слегка ощетинился.

– Виктор Олегович, вы, главное, не волнуйтесь, – с легкой ноткой язвительности произнес он. – Ситуация поганая, но нужно оставаться спокойными.

Мохов широко расставил руки и еще больше навалился на стол.

– Не учи меня спокойствию! – грозно пророкотал он. – Черт! Да я спокойней всех вас, вместе взятых! Что ты намерен делать? Быстро говори!

Долгов кашлянул в кулак и ответил:

– Я подниму на уши ребят из главка. Дайте мне пару дней.

– Пару дней? Работнички! Никто ни хрена не хочет делать. За пару дней можно в Китай и обратно на велосипеде съездить. На кой хрен я вообще вас держу?

– Виктор Олегович…

– Что «Виктор Олегович»? Сорок три года «Виктор Олегович»! Своей головой нужно думать, Андрюша, своей!

Последняя реплика не только была несправедлива, но и не имела никакого смысла. Долгов почувствовал, как в душе его вскипает ярость.

– Я найду мерзавца, – сухо сказал он.

– Ясное дело, найдешь, – кивнул Долгов. – Иначе я не ему, а тебе башку оторву. Выброшу тебя на улицу, как вонючую шавку. Туда, откуда подобрал, – на помойку!

Долгов молчал, пристально глядя на Мохова. Несколько секунд слуга и Хозяин молча глядели друг другу в глаза, затем последний отвел взгляд.

– Вытаращился… Дырку на мне хочешь просмотреть? – пробормотал Мохов и снова взял стола распечатку статьи. Он пробежал взглядом по строкам, затем тряхнул листом и сказал: – Кто-то скрупулезно покопался в моей биографии. Кто-то, у кого есть выходы на источники. Я чувствую, что этот стервец должен быть где-то рядом. Рядом со мной.

– Если он где-то рядом, значит, мы его знаем, – сказал Долгов. – Нужно проработать всех. Хотя…

– Что? – быстро спросил Мохов.

– Чтобы найти мерзавца, мы должны знать…

Долгов снова оставил реплику недоговоренной.

– Да что знать-то? – вновь вспылил Мохов. – Что за идиотская манера подвешивать фразы. Что ты хочешь знать?

Долгов отвел взгляд и понизил голос:

– Знать – есть ли в этой писанине хоть доля правды?

– Что-о? – Лицо Хозяина потемнело. – Ты что, в самом деле, думаешь, что я убийца?

– Не обязательно. Но вы могли быть причастны к этому де…

– Заткнись! – рявкнул Мохов.

Долгов пожал плечами:

– Я просто предположил.

– Даже предполагать не смей!

– Как скажете-с.

– И перестань «сыкать»! Говори, как мужик, а не как лакей! И вообще, уйди с моих глаз, Андрей, – внезапно «потух» Виктор Олегович. – Я хочу побыть один, понимаешь? Один.

Долгов поднялся с кресла.

– Хотите, я зайду через час? – спросил он.

Виктор Олегович покачал круглой головой:

– Нет. Зайдешь, когда я позову.

Долгов кивнул, повернулся и молча вышел из кабинета.

Завидев Долгова, Татьяна отвлеклась от компьютера и тревожно на него посмотрела

– Как он? – тихо спросила она.

– Держится, – лаконично ответил Долгов.

– Да, – протянула Татьяна. – Надо же, как все не вовремя.

– Смотря для кого, – возразил Долгов. – Для Хозяина не вовремя, а для наших врагов – самое оно. У тебя есть сигарета?

– Только тонкие. Дать?

– Оставь себе.

Долгов двинулся к двери, но на полпути остановился, повернул голову и сказал:

– В ближайшие полчаса к нему не суйся. И никого с ним не соединяй. Иначе он наломает дров.

– Хорошо, – ответила Татьяна тихим, испуганным голосом.

8

Андрей заглянул в офис компьютерщиков, кивнул парням, встретился взглядом с начальником отдела Сковородниковым и сказал:

– Марк, можно тебя на пару слов?

Тот поднялся из-за стола и направился к двери. В коридоре Андрей протянул компьютерщику руку и приветливо сказал:

– Привет, старик!

– Здравствуйте, Андрей Маратович, – ответил компьютерщик, пожимая протянутую руку.

Андрей улыбнулся:

– Чего так официально? Мы же вроде были с тобой на «ты».

– Слишком давно не общались, – пожал плечами Марк.

– Да, брат… Всё дела. – Андрей вздохнул. – Бегаешь с утра до вечера, как лошадь, весь в мыле… С приятелями пообщаться некогда. Надо будет как-нибудь посидеть в баре, попить пивка. Ты как?

– Да я-то, в сущности, не против.

– Вот и хорошо, – кивнул Андрей. – Кстати, как твоя жена? Она ведь, кажется, болела?

Компьютерщик посмотрел на Андрея странным, слегка удивленным взглядом.

– Жена давно выздоровела, – сказал он. – Я, кстати, так и не поблагодарил вас за лекарства. Не было возможности.

– А, чепуха, – небрежно проговорил Андрей. – Если понадобится еще – обращайся. Слушай, дружище, тут такое дело. В Интернете появилась мерзкая статейка… – Андрей криво ухмыльнулся. – «Валун, покрытый мохом» – так она называется. Читал?

– Я? – опешил Сковородников.

– Ты.

Компьютерщик нахмурился.

– Вообще-то да, – неохотно признался он. – Статья действительно неприятная. Прямо не статья, а разоблачение.

– Ты веришь в то, что там написано? – быстро спросил Андрей.

Компьютерщик подумал и отрицательно покачал головой:

– Нет, не верю. Думаю, статью заказали враги Виктора Олеговича. Кстати, как он себя чувствует?

Андрей вздохнул и грустно ответил:

– Не скажу, что хорошо. Вся эта предвыборная гонка здорово его вымотала. А тут еще это.

– Понимаю, – кивнул компьютерщик. Он внимательно посмотрел на Андрея и спросил: – Могу я чем-нибудь помочь?

– Я к тебе по этому вопросу и пришел. Предвыборная кампания в разгаре, и мерзавец, который разместил статью в Интернете, на этом не остановится. Есть способ его как-нибудь вычислить?

– В принципе, попробовать можно. По ай-пи адресу. Если, конечно, он не смоется к другому провайдеру.

– Займешься этим?

– Можно, но у меня сегодня много работы. Не знаю, успею ли.

– Плюнь на работу. Работа подождет. Сперва найди мне этого мерзавца. И займись этим сейчас же, хорошо?

– Хорошо, Андрей Маратович, сделаю.

– Если что – звони мне прямо на мобильный. У тебя есть мой номер?

– Откуда?

– Запиши. – Андрей продиктовал компьютерщику номер своего мобильника. – Записал? Ну, значит, договорились. Жду твоего звонка, Марк. Привет жене!

9

Долгов волновался не зря. Едва за ним закрылась дверь, как Виктор Олегович Мохов потянулся к ящику стола и достал оттуда початую бутылку джина. Первый глоток он сделал прямо из горлышка – слишком уж сильно у Хозяина «горели трубы».

Сбив первую оскомину, Мохов достал широкий стакан и наполнил его джином наполовину. Закуски не было, да Мохов в ней и не нуждался. Он пил джин неразбавленным, маленькими глотками, поморщиваясь при каждом глотке.

Найдется ли человек, способный его «раскусить»? Мы такого человека знаем. Он предпочитает не афишировать своего имени, но он задался целью наказать убийцу и отправить его туда, где ему давно полагается… сидеть».

Мохов залпом допил джин и брякнул стаканом об стол. Это ж надо, а! Обвинить его в двух убийствах – и все это черным по белому, на виду достопочтенной публики. Любой кретин может щелкнуть на «иконку» и прочесть о приключениях страшного убийцы Мохова. Черт знает что такое! И что это за «человек» такой? Какой-нибудь поганый журналист? А может, фигура покрупнее? Кто-нибудь из конкурентов?… Вполне может быть… Сволочи! Найду и закопаю!

Мохов плеснул в стакан еще джина. В это время в дверь постучали.

– Виктор Олегович, можно? – услышал он голос Татьяны.

– Нет, – угрюмо ответил Мохов. Помедлил секунду и все-таки уточнил: – Что там у тебя?

Дверь приоткрылась, и в проеме показалось личико Татьяны.

– Виктор Олегович, принесли письмо. На конверте написано «срочно».

– Давай.

Татьяна вошла в кабинет, прошла к столу, положила на него конверт, повернулась и направилась к двери. Глядя на ее крепкие ягодицы, Мохов на мгновение забыл о свалившейся на него беде, но стоило Татьяне выйти из кабинета, как реальность снова вторглась в его опьяненный джином разум.