Кошмарики / Nightmares

1. Канун Рождества

Посвящается Татьяне Кот

«Мы до сих пор не знаем, что такое Гоголь».

Один персонаж – БАБУШКА, которая говорит со своими внуками, сидя у камина в холодную ночь перед Рождеством. Кресло-качалка, рядом столик, на нем – водка.

(БАБУШКА сидит в кресле-качалке у камина в холодную ночь перед Рождеством. Рядом столик, на тем бутылка водки и стакан).

БАБУШКА. Итак, дети. Сейчас канун Рождества, и если вы перестанете бегать кругами, кричать и терроризировать кошку, я расскажу вам рождественскую историю. Только глотну водки, и поглядим, что я сумею вспомнить.

Однажды, давным-давно, когда ваша бабушка была маленькой девочкой, наступила такая же ясная холодная ночь перед Рождеством, звезды сияли в черноте неба, а месяц криво усмехался, освещая деревню, чтобы собравшиеся колядовать не угодили в трясину, которая утянула бы их в ад. И было так холодно, что снег поскрипывал под башмаками на всем пути к Минску.

Месяц заглядывал в окна к некоторым девушкам, стараясь выманить их на свидания к парням. Борис, достань кошку из штанов и слушай историю. В дыме, поднимающимся из одной трубы, при желании можно было разглядеть Ведьму, оседлавшую метлу. Черным пятном неслась она по небу, по пути захватывая рукавом звезды. Действительно хорошая водка. Думаю, выпью еще капельку. Только вашей матери не говорите.

А потом… Маша, вытащи пальцы из носа. Что ты там откапываешь? Мозги? А с другой стороны к Ведьме приближалось существо с дергающимся рылом, как у свиньи, длинным хвостом, козлиной бородкой и рогами на голове. Да, Борис, какой ты умный мальчик. Ты совершенно прав. Это был твой кузен, Черт. А сестру, пожалуйста, оставь в покое.

И знаете, что случилось потом, дети? Черт потянулся и украл месяц с неба, пусть и обжег пальцы, как о горячую картофелину. Нет, Маша, я не знаю, почему месяц был горячим. Может, кто-то пытался его сварить, как яйцо. Заткнитесь и не мешайте рассказывать историю. Мне сто четыре года, и я могу окочуриться в любой момент. И что вы тогда будете делать? Наверное, скормите кошке?

Итак, Черт украл месяц и сунул в карман. Что? Конечно, у Черта были карманы. Где, по-твоему, он держал карманные часы? И свою любимицу-крысу, и ланч? Ты спрашиваешь, почему Черт украл месяц? Потому что Кузнец нарисовал картину на стене церкви, изобразив Черта, изгоняемого из ада. Черт картину возненавидел и решил отомстить. Он следил за Кузнецом и знал, что как только старый Чуб уйдет из хаты, чтобы выпить с Дьяком, Кузнец проберется в хату, чтобы повидаться с красавицей Оксаной, дочерью Чуба. Вот Черт и украл месяц, чтобы стало совсем темно и Чуб побоялся выходить за порог. И насчет темноты своего добился: оказавшиеся на улицу люди то и дело наталкивались друг на друга.

А Оксана была писаной красавицей, на нее заглядывались все мужчины деревни, молодые и старые. Владимир, ты ешь собачьи какашки? Брось. Немедленно брось. Но Оксана была девушкой своенравной, молодых деревенских парней не жаловала, запросто могла обидеть, и один за другим они уходили к другим девушкам. Все, кроме Кузнеца. Кузнец не сдавался. Что, Маша? Почему он не сдавался? Знаешь, причина находилась в его штанах. Шершень. Шершень в его штанах не позволял ему сдаться.

Оксана много времени проводила перед зеркалом, задаваясь вопросом, действительно ли она так красива, как говорили ей люди. В целом, решила она, люди, конечно, глупые, но тут они были правы. Справедливости ради, надо отметить, что не была Оксана пустышкой, какой бы могла быть. И не очень-то жаждала смотреть на себя. Но ее зачаровывало и даже немного пугало само зеркало. Иногда Оксана грезила, что ее затягивает в зеркало и она падает в глубокий колодец. Она также думала, а вдруг зеркало – то самое место, посредством которого Черт подглядывает за нами? Смогу я, если прищурюсь, увидеть его за своим плечом? Оксане казалось, что зеркало – это что-то магическое, некий портал в другое измерение, где жили Бог и Черт. Короче, на самом деле она была не столь глупа, как все остальные. А потом внезапно возникло ощущение, что в комнате она не одна, что Черт уже здесь и наблюдает на ней. Она вскрикнула, повернулась и увидела, что не Черт это, а Кузнец, который тихонько вошел и не может оторвать от нее глаз.

«И что, по-твоему, ты себе позволяешь? – спрашивает она. – Тебе еще повезло, что тебя не отдубасили по голове лопатой за то, что ты без спроса входишь в чужой жлм. Но раз ты уже здесь, а мне одиноко, можешь посидеть рядом, если хочешь. Смотреть – смотри, но не лезь с поцелуями. Ты весь в саже и пахнешь, как подштанники Черта, горящие в темноте».

И теперь, дети, мы можем забраться в ухо Кузнеца, а потом, на какое-то время и в его голову, послушать мысли. «Она меня не любит, – думает он. – Я люблю ее больше всего на свете, как никто не любил и не сможет любить, а она меня не любит. И никогда не полюбит. Полюбит кого-то еще». Это тот самый момент, дети, когда больше нет никакой возможности увиливать от осознания, что человек, ради которого ты готов умереть, тебя не любит, и с этим, я вам гарантирую, вы сами столкнетесь в будущем. И когда этот момент наступит для вас, когда вы ощутите это ужасное сосущее чувство крушения всех надежд, вспомните вашу бедную старенькую бабушку, которая пыталась предупредить, что любить – это глупо, и подумайте о Кузнеце, и напомните себе, каким он был глупцом.

«Это правда, что твоя мать – ведьма?», – спрашивает его Оксана. Ей хочется поставить Кузнеца в неловкое положение. Она наслаждается своей властью над ним. Этот здоровенный, сильный мужчина благодаря ей ведет себя, как дурак. «Что тебе до того, кто моя мать, – отвечает он. – Моя мать значения не имеет. Для меня существуешь только ты». Но ребенком он наверняка любил свою мать, как теперь любит эту девицу. Когда ты кого-то любишь, все остальные, кого ты любил раньше, забываются, исчезают бесследно. А еще Кузнец думает: «Если она любит кого-то еще, я его убью». И это показывает, что для мужчин любовь – это форма агрессии, потому что мужчины – жаждущие насилия идиоты, как ваш дедушка, которого тринадцать лет тому назад лягнула в голову лошадь.

И Оксана говорит ему: «Не грусти, Кузнец. Вот что я тебе скажу. Коли добудешь мне черевики, какие носит Царица, я выйду за тебя».

Тут в дверь стучат. «Это меня зовут на колядки, – говорит Оксана. – Мы хорошо проведем время. Пойди и открой дверь. С тобой мне уже скучно». И вот что отсюда следует. Если мужчины – жаждущие насилия идиоты, то женщины пусты, тщеславны и жестоки. Поэтому, дети, если вы ищите в спутнике жизни основополагающие человеческие качества, заведите собаку. Владимир, слезь с собаки. У нее будут щенки, похожие на тебя.

Борис, тебя интересует, что сталось с Чертом. Я к этому подойду, если ты просто заткнешься. Высоко в небе Черт замерз. Последнюю тысячу лет он поджаривал грешников в аду, как старая женщина поджаривает на Рождество сосиски, и уже не чувствовал своих копыт, так закоченел. А Ведьма тем временем спустилась в свою хату через трубу, Черт последовал за ней, и оба оказались в большой печи, среди котелков и кастрюль. Ведьма выглянула из печи, чтобы посмотреть дома ли ее сын, Кузнец. Но хата была пустой, как и голова Оксаны.

И вы должны знать, дети, что несмотря на все слухи, которые распускают о ведьмах, эта Ведьма была очень привлекательной, и несколько важных в этой деревни мужчин, были ее воздыхателями, назовем их так. Друзьями, которые могли навещать ее под покровом ночи. Из всех воздыхателей предпочтение она отдавала отцу Оксаны, старому Чубу, которому принадлежали самые лучшие, самые тучные коровы и очень красивые часы с кукушкой, на которые Ведьма давно положила глаз.

И Черт знал, что старый Чуб собирается навестить Ведьму этой ночью, поэтому взлетел по трубе и поднял метель, да такую сильную, что снег облеплял лицо Чуба и тот не видел, куда идет. В итоге Чуб оказался, как он полагал, перед дверью собственной избы. Но когда вытащил из кармана ключ, он выпал в снег из замерзших, непослушных пальцев, так что ему пришлось колотить кулаком в дверь, чтобы Оксана впустила его.

«Чего надо?» – спросил из-за двери мужской голос.

«Не может это быть моя изба, – подумал Чуб. – Голос-то Кузнеца. Но и на его избу эта не похожа. Так чья же это изба?»

Потому что, дети, иногда, когда метель закружит человека, совсем, как любовь, лишается он способности ориентироваться во времени и пространстве, чего там, отшибает у него даже чувство реальности, не помнит человек, кто он, и где, и откуда пришел, и куда идет. И со старостью та же история. Ты словно заблудился в снежный буран. Просыпаешься ночью и забываешь, где ты, и кто ты, и сколько тебе лет. Старость – это метель, которую насылает Черт, чтобы совершенно нас запутать.

Короче, Чуб решил, что перед ним изба хромого Левченка, который недавно взял себе молодую жену, но что тогда делает Кузнец в избе Левченки в столь поздний час? «Слабоват Левченко для своей жены, – подумал Чуб. – Вот та и зазвала Кузнеца». Потому что мы всегда приписываем другим людям свойственные нам пороки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.