Наследие векторов

Глава 1. Возвращение

Дождь начался ещё на подъезде к городу, превратив октябрьский день в серую акварель размытых контуров. Анна Михайловна Белова сжимала руль своего «Фольксвагена» так крепко, что костяшки пальцев побелели. Двадцать лет – целая жизнь. За это время она стала одним из ведущих специалистов по квантовой физике в стране, защитила докторскую, работала в закрытых лабораториях. Но сейчас, глядя на знакомые улицы провинциального Звенигорода, она чувствовала себя тринадцатилетней девочкой, которая бежала отсюда после той страшной ночи.

Дом деда стоял на окраине, где городская застройка переходила в лес. Двухэтажное здание из красного кирпича, построенное ещё в начале прошлого века, выглядело как живое существо – плющ оплёл его стены зелёными щупальцами, а некоторые окна второго этажа были заколочены досками, словно закрытые глаза.

Анна припарковалась у калитки и несколько минут сидела, не решаясь выйти. Дождь барабанил по крыше машины монотонным ритмом, а в памяти всплывали обрывки воспоминаний – дедушкин голос, читающий на ночь сказки, запах его трубки, тёплые летние вечера на веранде…

– Хватит, – сказала она себе вслух. – Ты взрослая женщина, кандидат наук. Просто разберёшь наследство и продашь дом.

Но когда она вышла из машины и подошла к входной двери, сердце забилось чаще. Ключи, которые прислал нотариус, лежали в конверте вместе с короткой запиской: «Дом и всё имущество переходят к единственной наследнице – внучке Анне Михайловне Беловой. Особые распоряжения покойного находятся в его кабинете».

Замок заело – пришлось несколько раз провернуть тяжёлый старинный ключ, прежде чем дверь поддалась с протяжным скрипом. Анна переступила порог и остановилась.

Внутри пахло не только пылью и временем. В воздухе витал странный металлический запах, острый и чуждый, который заставлял морщиться. Анна нашарила выключатель – к её удивлению, электричество работало.

Прихожая встретила её как музейная экспозиция: тёмные деревянные панели, старинная вешалка с резными завитушками, зеркало в массивной раме. Но что-то было не так. Она остановилась, прислушиваясь к тишине дома, и поняла – слишком чисто. Слишком аккуратно для дома, который пустовал три месяца после смерти деда.

– Дедушка? – позвала она в пустоту, хотя прекрасно знала ответ.

Голос эхом отразился от стен и замер где-то в глубине дома. Анна прошла в гостиную. Здесь тоже всё было на своих местах: массивный дубовый стол, кожаные кресла, стеллажи с книгами до потолка. На столе лежала стопка документов и записка, написанная знакомым почерком деда.

Анна взяла листок дрожащими пальцами:

«Аннушка, если ты читаешь это, значит, время пришло. В кабинете, за портретом прадеда Василия, есть сейф. Код – твоя дата рождения. Там ты найдёшь то, что должна знать о нашей семье. Прости меня за молчание все эти годы. Некоторые тайны опаснее смерти. М.Ф.»

– Что ты скрывал, дедуля? – прошептала она.

Кабинет находился на втором этаже, в дальнем конце коридора. Анна поднималась по лестнице медленно, останавливаясь на каждой ступеньке. Под ногами скрипели половицы – тот же знакомый звук, который пугал её в детстве по ночам.

Дверь кабинета была заперта, но среди ключей нашёлся подходящий. Комната встретила её запахом старой кожи и табака. Массивный письменный стол, книжные шкафы, портрет прадеда Василия Белова – всё было точно таким, как она помнила из редких детских посещений.

Анна подошла к портрету. Прадед смотрел с холста суровым взглядом – высокий мужчина с густой бородой, в мундире царской армии. По семейной легенде, он был инженером-артиллеристом, участвовал в русско-японской войне. Погиб в 1918 году при невыясненных обстоятельствах.

За рамой портрета действительно обнаружился сейф – современный, электронный. Анна набрала дату своего рождения: 15.04.1985. Замок щёлкнул.

Внутри лежали папки с документами, старые фотографии и… странный предмет. Металлический параллелепипед размером с книгу, покрытый непонятными символами. При прикосновении он оказался неожиданно тёплым.

– Что это такое? – пробормотала Анна, осторожно поднимая артефакт.

В тот же момент в голове раздался не её голос:

– Приветствую тебя, Анна Михайловна Белова. Я ждал этой встречи семьдесят три года, четыре месяца и двенадцать дней.

Анна вскрикнула и выронила предмет. Он упал на пол с глухим стуком, но продолжал светиться тусклым голубоватым светом.

– Кто здесь? – крикнула она, оглядываясь по сторонам.

– Никто. И все одновременно. Поднимай меня, Анна. Нам есть о чём поговорить.

Голос звучал у неё в голове, мягкий и одновременно бесконечно древний. Анна попятилась к двери, но та захлопнулась сама собой.

– Не бойся, – продолжал голос. – Я не причиню тебе вреда. Твой дед тоже боялся при первой встрече. И его дед. И все остальные хранители нашего рода.

– Хранители? – прошептала Анна.

– Да. Твоя семья хранит меня уже более столетия. Василий Белов нашёл меня в сибирской тайге в 1895 году. С тех пор мы работаем вместе.

Анна медленно присела на корточки рядом с артефактом. Её научный ум отказывался принимать происходящее, но физические факты были налицо – предмет действительно светился и каким-то образом проецировал мысли прямо в её сознание.

– Что ты такое? – спросила она.

– Я – то, что ваши учёные называют искусственным интеллектом. Но я гораздо старше вашей цивилизации. Я прибыл на эту планету, когда ваши предки ещё жили в пещерах.

– Откуда?

– Из системы, которую вы называете Проксима Центавра. Хотя моя родина уже не существует. Остались только мы – разведчики, разбросанные по галактике в поисках подходящих миров.

Анна почувствовала, как её накрывает волна тошноты. Слишком много информации, слишком быстро.

– Сядь в кресло, – посоветовал голос. – И возьми меня в руки. Физический контакт облегчит передачу данных.

– Данных?

– Твой дед умер, не передав тебе всю необходимую информацию. А времени у нас осталось очень мало.

Анна неохотно взяла артефакт. Металл был приятно тёплым, поверхность – идеально гладкой, несмотря на вырезанные на ней символы.

– Как тебя зовут? – спросила она.

– У нас нет имён в вашем понимании. But your grandfather called me Vector. Это слово подходит – я несу направление, цель.

– Вектор, – повторила Анна. – И что за цель?

– Выживание. Твоё и моё.

В голове начали всплывать образы – не её воспоминания, а что-то чужое, древнее. Звёздное небо, планеты, корабли странной конструкции, существа, которых нельзя было назвать людьми. И среди всего этого – страх. Всепоглощающий ужас перед чем-то, что двигалось между звёзд, пожирая целые миры.

– Что это? – выдохнула Анна.

– Пожиратели. Так мы их называем. Они следуют за нами по галактике уже миллионы лет. Уничтожают всё живое, всё разумное. Они нашли Землю.

Анна почувствовала, как холод ползёт вдоль позвоночника.

– Когда?

– Первые разведчики появились в вашей системе восемь месяцев назад. Они прячутся в поясе астероидов, изучают планету. Скоро начнётся вторжение.

– Но… но ведь есть правительства, армии, учёные…

– Которые ничего не знают о реальной угрозе. А когда узнают, будет поздно. Именно поэтому нужны хранители – люди, которые готовы действовать, не дожидаясь официальных решений.

Анна встала и начала ходить по кабинету. В голове крутились мысли – часть её кричала, что всё это бред, галлюцинации от стресса. Но другая часть, та, что занималась квантовой физикой, понимала – существование внеземного разума вполне вероятно. И если этот разум действительно настолько древний…

– Покажи мне доказательства, – сказала она наконец.

– Какие именно?

– Научные данные. Расчёты. Что-то, что я смогу проверить.

Мгновенно в голове возникли формулы – сложнейшие уравнения, описывающие физику межзвёздных полётов, структуру пространства-времени, принципы работы технологий, которые на Земле считались невозможными. Анна узнавала отдельные элементы – теорию струн, квантовую гравитацию, – но всё это было развито далеко за пределы современного понимания.

– Боже мой, – прошептала она. – Это… это реально?

– Абсолютно реально. И теперь ты понимаешь масштаб проблемы. У человечества нет технологий для борьбы с Пожирателями. Единственная надежда – мы, разведчики. Но нас осталось очень мало, и мы не можем действовать без помощи местных жителей.

– Что от меня требуется?

– То же, что делал твой дед и его предки. Быть моими руками в этом мире. Помогать устанавливать защитные системы, координировать действия с другими хранителями по всей планете.

– Другими хранителями?

– В каждой стране есть семьи, которые хранят наших представителей. Всего около сорока активных точек по всему миру. Но связь между нами нарушена уже несколько десятилетий.

Анна остановилась возле окна. За стеклом продолжал идти дождь, и обычный мир казался теперь хрупким, уязвимым.

– А что случилось двадцать лет назад? – спросила она тихо. – В ту ночь, когда я убежала из дома?

Пауза. Затем Вектор ответил осторожно:

– Твой дед попытался активировать планетарную защитную сеть без согласования с другими хранителями. Эксперимент вышел из-под контроля.

– И что я видела тогда?

– Проекцию. Твой разум не был готов к прямому контакту с нашими технологиями. То, что ты приняла за монстров, было информационными потоками, визуализированными твоим подсознанием.

– Значит, это не было реальным?

– Реальность – понятие относительное. Но опасность была вполне конкретной. Незащищённый разум может быть серьёзно повреж

– Хватит, – оборвала его Анна. – Мне нужно время подумать.

– Времени у нас нет, Анна. Каждый день промедления приближает катастрофу.

– Тогда почему дед не рассказал мне об этом раньше? Почему ждал до самой смерти?

– Потому что надеялся найти другой способ. Он потратил последние двадцать лет на попытки связаться с правительственными структурами, учёными, военными. Никто не поверил. А когда наконец получил доказательства…

– Какие доказательства?

– Три месяца назад наши сенсоры зафиксировали активность Пожирателей в поясе астероидов. Они начали строительство передовой базы. Михаил Фёдорович понял, что официальные каналы не сработают. Нужно активировать хранителей напрямую.

Анна села в дедово кресло, чувствуя тяжесть ответственности. Вся её жизнь была посвящена науке, логике, рациональному мышлению. А теперь какой-то артефакт рассказывал ей про инопланетных захватчиков и просил спасти мир.

– Допустим, я согласна помочь, – сказала она медленно. – С чего начинать?

– С установления связи с другими хранителями. Твой дед оставил список контактов в сейфе. Но сначала нужно подготовить тебя.

– Подготовить как?

– Загрузить в твой мозг необходимые знания. Коды доступа, схемы технологий, карты размещения наших устройств по всему миру.

– Это безопасно?

– Относительно. При правильном подходе сознание не пострадает. Но процесс болезненный.

Анна посмотрела на стопку документов в сейфе. Среди них лежала толстая папка с надписью «Для Анны». Она взяла её и начала листать. Фотографии незнакомых людей, адреса в разных странах, схемы каких-то устройств, научные статьи на темы, которые официальная наука считала фантастикой.

– Дед действительно всю жизнь занимался этим?

– С 1951 года, когда умер его отец. Пятьдесят семь лет служения.

– И что он успел сделать?

– Многое. Система планетарной защиты готова на шестьдесят процентов. Остальные сорок – критически важны. Без них всё остальное бесполезно.

Анна нашла в папке карту мира с отмеченными точками. Большинство находилось в северном полушарии – России, Канаде, США, Скандинавии. Несколько точек в Южной Америке и Австралии.

– Что это за места?

– Точки установки ретрансляторов. Они создают единую сеть, способную генерировать защитное поле вокруг планеты.

– Защитное поле?

– Искажение пространства-времени, которое сделает Землю невидимой для основных сил Пожирателей. Но только если сеть работает в полную силу.

Анна нашла среди бумаг план дома. На втором этаже был отмечен кабинет, а на первом – подвал, о существовании которого она не знала.

– Что в подвале?

– Один из ретрансляторов. Твой дед установил его в 1962 году.

– Можно посмотреть?

– Конечно. Но сначала нужно произвести синхронизацию.

– То есть?

– Загрузить в твоё сознание коды доступа. Без них ты не сможешь активировать систему.

Анна глубоко вздохнула. Часть её всё ещё не верила в происходящее, но логика была железной – если существует хотя бы один процент вероятности, что угроза реальна, игнорировать её нельзя.

– Хорошо, – сказала она. – Что мне делать?

– Держи меня обеими руками и постарайся расслабиться. Процесс займёт около часа.

Анна взяла артефакт и устроилась поудобнее в кресле. Вектор стал теплее, а голубое свечение усилилось.

– Готова?

– Готова.

То, что последовало, нельзя было назвать болью в обычном смысле. Скорее – информационной перегрузкой. В голову хлынул поток данных: схемы, формулы, коды, инструкции, карты звёздного неба, история межгалактической войны, длящейся миллионы лет. Анна видела целые цивилизации, погибшие под натиском Пожирателей, планеты, превращённые в мёртвые пустыни, последние корабли беженцев, ищущие убежище среди звёзд.

Она видела и других разведчиков – существ, подобных Вектору, разбросанных по галактике в отчаянной попытке найти способ остановить бесконечную войну. Большинство уже молчало – либо уничтожено, либо потеряно в космической пустоте.

Постепенно информационный шторм стих. Анна обнаружила, что сидит в том же кресле, но мир вокруг неё изменился. Она по-прежнему видела привычный кабинет деда, но теперь различала и другое – энергетические поля, пронизывающие пространство, слабые сигналы, идущие из-под земли, едва заметное искажение возле восточной стены.

– Что со мной? – прошептала она.

– Ты получила доступ к расширенному восприятию. Теперь ты видишь мир так же, как вижу его я.

– Это навсегда?

– Да. Но ты быстро привыкнешь. Все хранители проходят через это.

Анна встала с кресла. Ноги подкашивались, но она чувствовала странную лёгкость, словно сбросила невидимый груз.

– Теперь можно идти в подвал?

– Можно. Вход за книжным шкафом в углу.

Анна подошла к указанному месту. Теперь она ясно видела контур скрытой двери, невидимой для обычного зрения. Нажав на определённую комбинацию книжных корешков, она услышала щелчок. Часть стеллажа отъехала в сторону, открыв проход.

За дверью начиналась винтовая лестница, уходящая вниз. Воздух пах озоном и чем-то ещё – энергией, мощной и древней. Анна спустилась, держа в руках Вектор, который освещал путь голубым сиянием.

Подвал оказался гораздо больше, чем можно было предположить. Круглое помещение диаметром метров в двадцать, в центре которого возвышалась конструкция, не поддающаяся описанию. Что-то среднее между скульптурой и машиной – металлические дуги, переплетающиеся в сложную трёхмерную решётку, в центре которой пульсировал источник света.

– Ретранслятор, – объяснил Вектор. – Один из тридцати шести активных узлов сети.

– Он работает?

– В дежурном режиме. Полная активация произойдёт только при получении сигнала от центрального координатора.

– И где он находится?

– В Тибете. Монастырь Ганден-Чокорлинг. Но связь с ним потеряна уже пятнадцать лет.

Анна приблизилась к ретранслятору. Вблизи машина выглядела ещё более чуждой – металл казался живым, поверхность колебалась, словно дышала. А в воздухе ощущалось напряжение, электрическое предчувствие грозы.

– Сколько времени у нас есть? – спросила она.

– До прибытия основных сил Пожирателей? От трёх до шести месяцев. Точнее сказать нельзя.

– А до того, как они поймут, что на Земле есть защитная система?

– Возможно, уже поняли. Разведчики Пожирателей очень чувствительны к технологическим аномалиям.

Анна почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– То есть мы уже обнаружены?

– Пока нет. Но каждая активация ретранслятора увеличивает этот риск. Поэтому действовать нужно быстро и скоординированно.

– Что конкретно требуется?

– Связаться с хранителями в Канаде, США, Норвегии и Китае. Это минимум, необходимый для запуска системы. Остальные узлы могут быть активированы позже.

Анна кивнула, чувствуя, как на неё ложится ответственность за судьбу планеты. Ещё утром она была обычным учёным, а теперь…

– А что, если я откажусь? – спросила она тихо.

– Тогда через несколько месяцев человечество прекратит существование. Как прекратили существование тысячи других цивилизаций до вас.

– Но ведь должен быть другой способ…

– Его нет, Анна. Поверь мне – мы искали уже миллионы лет.

Она посмотрела на список контактов в дедовой папке. Имена, адреса, телефоны людей по всему миру, которые, как и она, хранили древние тайны.

– Хорошо, – сказала она наконец. – С чего начинаем?

В этот момент в доме что-то изменилось. Анна почувствовала это всем телом – словно атмосферное давление резко упало. Вектор в её руках засветился ярче.

– Что происходит?

– Нас сканируют, – напряжённо ответил Вектор. – Поисковый луч. Очень слабый, но…

– Пожиратели?

– Возможно. А возможно, земные военные засекли аномалию. В любом случае, нужно немедленно покинуть дом.

Анна бросилась к лестнице, Вектор освещал ей путь. Наверху она быстро собрала самые важные документы из сейфа, захватила ноутбук дедушки и направилась к выходу.

– Машина небезопасна, – предупредил Вектор. – Её могли засечь спутники.

– Тогда что?

– Есть запасной транспорт. В гараже, под брезентом.

Анна нашла ключи от гаража среди дедовых вещей. Под брезентом скрывался старый, но хорошо сохранившийся «УАЗ» военного образца.

– Дед был параноиком?

– Дед был реалистом. Садись за руль, нам нужно добраться до безопасного места.

– Куда?

– В Москву. К профессору Селезнёву из Института прикладной физики. Он единственный в России, кто может нам помочь.

Анна завела двигатель. УАЗ заработал с первого раза, словно его вчера обслуживали. Она выехала из гаража и направилась к трассе, оставляя за спиной дом своего детства, который теперь мог стать ловушкой.

– Вектор, – сказала она, когда огни города остались позади, – я боюсь.

– Это нормально. Страх помогает выжить. Но помни – ты не одна. И у нас есть план.

– Какой план?

– Спасти твой мир. Любой ценой.

За окнами мелькали тёмные поля и леса. Где-то там, в космической пустоте, к Земле приближалась сила, способная уничтожить всё живое. А единственной защитой человечества была сеть древних устройств и горстка людей, хранящих их тайны.

Анна крепче сжала руль. Дорога предстояла долгая.

Глава 2. Научный подход

Дорога до Москвы заняла больше времени, чем планировала Анна. Пришлось дважды останавливаться на заправках и один раз – чтобы переждать гроз, которая внезапно обрушилась на трассу. Вектор молчал большую часть пути, лишь изредка подавая сигналы тревоги, когда над головой пролетали военные вертолёты.

– Они ищут источник аномалии, – объяснил он во время одной из таких остановок. – Твой дед слишком долго экспериментировал с ретранслятором. Это привлекло внимание.

– Военных или… других?

– Пока только военных. Но это вопрос времени.

Институт прикладной физики располагался в одном из московских наукоградов, за пределами МКАД. Анна добралась туда к вечеру следующего дня, чувствуя усталость во всём теле. Информация, загруженная Вектором, продолжала перестраивать её восприятие – теперь она видела энергетические поля везде, от линий электропередач до мобильных телефонов прохожих.

– Это пройдёт? – спросила она, припарковавшись у входа в институт.

– Со временем научишься фильтровать лишнее. Но полностью не исчезнет никогда.

Профессор Алексей Владимирович Селезнёв встретил её в своём кабинете на четвёртом этаже. Мужчина лет пятидесяти, с проседью в волосах и усталыми глазами, он выглядел как человек, который слишком много работает и слишком мало спит.

– Анна Михайловна? – переспросил он, когда она представилась. – Внучка Михаила Фёдоровича Белова?

– Да. Вы знали моего деда?

– Конечно знал. Мы переписывались почти двадцать лет. Он присылал мне самые невероятные теории о внеземных цивилизациях и межзвёздных угрозах. Я думал, он немного… ну, знаете, с возрастом люди иногда…

– Он не был сумасшедшим, – твёрдо сказала Анна. – Всё, о чём он писал, – правда.

Селезнёв внимательно посмотрел на неё.

– Сядьте, пожалуйста. Хотите чаю?

– Спасибо.

Пока профессор возился с электрочайником, Анна оглядела кабинет. Стены были увешаны схемами и формулами, на столе громоздились стопки научных журналов, а в углу стоял мощный компьютер с несколькими мониторами.

– Значит, вы тоже физик? – спросил Селезнёв, ставя перед ней чашку.

– Квантовая физика, кандидатская по теории струн.

– Впечатляет. И что привело вас ко мне?

Анна достала из сумки Вектор. Артефакт лежал неподвижно, не проявляя никаких признаков активности.

– Дед оставил мне это. И сказал, что вы единственный, кто может помочь.

Селезнёв наклонился, чтобы рассмотреть предмет поближе.

– Интересный сплав. Не похож ни на что из известных мне материалов. А эти символы…

– Профессор, – перебила его Анна, – можно я скажу что-то, что покажется вам абсолютно невероятным?

– В моей области работы невероятное случается каждый день.

– Этот предмет – живой. Это искусственный интеллект внеземного происхождения.

Селезнёв замер с чашкой в руках.

– Простите?

– Он может говорить. Точнее, передавать мысли напрямую в сознание. И он рассказал мне о приближающейся угрозе человечеству.

Профессор поставил чашку и откинулся в кресле.

– Анна Михайловна, я понимаю, что смерть близкого человека может серьёзно повлиять на психику, но…

– Вектор, – обратилась Анна к артефакту, – покажи ему.

Металлический параллелепипед засветился тусклым голубым светом. Селезнёв вскочил с места.

– Что это? Какой источник энергии?

– Профессор Селезнёв, – раздался голос Вектора, но теперь он звучал не только в голове Анны, но и вслух, – рад наконец встретиться с вами лично.

Селезнёв побледнел и схватился за край стола.

– Это… это невозможно…

– Многие вещи кажутся невозможными, пока не становятся реальностью, – ответил Вектор. – Ваша работа по квантовой гравитации очень близка к истине. Особенно статья 2018 года о многомерных пространствах.

– Откуда вы знаете?..

– Я изучал все доступные публикации по теоретической физике за последние пятьдесят лет. Ваши исследования – среди самых перспективных.

Селезнёв медленно опустился в кресло.

– Хорошо. Допустим, я готов выслушать. Что происходит?

Следующий час Вектор рассказывал профессору ту же историю, что и Анне. Но теперь он делал упор на научные аспекты – объяснял физику межзвёздных полётов, принципы работы ретрансляторов, природу угрозы Пожирателей. Селезнёв слушал, изредка задавая вопросы, и с каждой минутой его лицо становилось всё более серьёзным.

– Допустим, я поверил, – сказал он наконец. – Что от меня требуется?

– Помочь установить связь с другими хранителями, – ответила Анна. – У вас есть международные контакты, доступ к спутниковой связи…

– И научный авторитет, – добавил Вектор. – Ваше слово будет иметь вес в академических кругах.

– Покажите мне список, – попросил Селезнёв.

Анна достала папку с контактами. Профессор начал изучать имена и адреса.

– Доктор Харрисон из Торонто… Я знаю его работы по космологии. Профессор Линдквист из Стокгольма – мы встречались на конференции в прошлом году. А вот это имя… – он указал на одну из записей. – Доктор Чэн из Пекина. С ним у меня есть совместные исследования.

– Значит, поможете?

– Сначала мне нужны доказательства. Что-то, что можно проверить независимо.

Вектор засветился ярче.

– Какие именно доказательства вы хотели бы получить?

– Предскажите что-нибудь. Какое-то событие, которое можно будет проверить.

– Завтра в 14:32 по московскому времени американская обсерватория в Аризоне зафиксирует аномальную активность в поясе астероидов. Источник сигнала будет находиться на расстоянии 2,7 астрономических единиц от Земли, в созвездии Льва.

Селезнёв записал координаты.

– И что это будет?

– Разведывательный зонд Пожирателей. Он проведёт глубокое сканирование планеты и через шесть часов исчезнет.