Тени Империи: Дьяволы Петербурга
- -
- 100%
- +
Он думал о том, что видел сегодня – о теле ребёнка, покрытом руническими письменами, о странном послании с образом Даниила, об исчезнувших учёных. Всё это складывалось в мозаику, которую он пока не мог полностью понять, но уже чувствовал её зловещую природу.
– О чём вы думаете? – спросила Анастасия, подойдя к нему. Ветер трепал её волосы, выбивая пряди из аккуратной причёски.
– О том, что мы стоим на пороге чего-то большего, чем просто серия преступлений, – ответил Николай, не отрывая взгляда от приближающегося города. – Кто-то нарушает древние соглашения между нашим миром и миром демонов. Кто-то играет с силами, которые не должны пересекаться.
– И вы думаете, что Даниил может быть причастен?
– Не знаю, – честно ответил Левшин. – Он странное существо. Демон, но не лишённый человеческих черт. Официальный представитель демонической Коллегии в нашем мире, но всегда действующий с каким-то своим, неясным умыслом.
Анастасия поёжилась – не то от вечернего ветра, не то от разговора о демонах.
– Я видела его однажды, на приёме в Европейской гостинице. Он выглядит совсем как человек, только глаза… глаза выдают.
– Он может выглядеть как угодно, – Николай невесело усмехнулся. – Это одна из особенностей демонов его ранга. Но да, глаза… Они всегда остаются демоническими, сколько бы слоёв иллюзии ни накладывал их хозяин.
Они помолчали, глядя на то, как катер рассекает тёмные воды Невы. Их путешествие в Кронштадт и обратно заняло большую часть дня, и теперь город встречал их вечерними огнями – обычными газовыми фонарями и магическими светильниками с их характерным голубоватым свечением.
– Что вы намерены делать дальше? – спросила наконец Анастасия.
– Завтра утром отправлюсь в университет – изучать кабинет Келлера. Затем, возможно, попытаюсь встретиться с Даниилом. Он не любит, когда его вызывают официально, но на неформальную беседу может согласиться.
– Я могу вам чем-то помочь?
Николай задумался. Он знал, что Савин не одобрит участие журналистки в расследовании, но также понимал, что её способности и связи могут оказаться незаменимыми.
– Можете. Сделайте то, что умеете лучше всего – поспрашивайте своих информаторов. Особенно тех, кто связан с университетом и научными кругами. Нам нужно знать, над чем работали пропавшие учёные, что их объединяло, кроме общей тематики исследований.
Анастасия кивнула, достав блокнот и делая пометки.
– И ещё, – добавил Николай, понизив голос, хотя рядом никого не было. – Проверьте, не было ли в последнее время каких-то необычных перемещений в Демоническом квартале.
Демонический квартал – небольшой район Петербурга на Васильевском острове, официально выделенный для проживания демонов, которым разрешалось находиться в человеческом мире в соответствии с договорами. Большинство горожан избегали этих мест, но для журналистов вроде Анастасии Демонический квартал был источником множества необычных историй.
– Сделаю, – кивнула она. – Кстати, вы заметили странность в рунах на теле мальчика?
– Какую именно? Там было много странностей.
– Некоторые из них были… слишком новыми. Словно не из древних демонических текстов, а придуманы совсем недавно. Как будто кто-то создаёт новый рунический язык, смешивая старое и новое.
Николай внимательно посмотрел на Анастасию. Её наблюдательность и глубина аналитического мышления не переставали его удивлять.
– Вы правы. Я тоже это заметил. Кто-то экспериментирует, пытаясь создать новую форму магии – на стыке демонической традиции и технологических инноваций.
В этот момент катер причалил к Английской набережной. Матросы быстро закрепили швартовы, и капитан, пожилой мужчина с седой окладистой бородой, подошёл к Николаю.
– Прибыли, вашблагородие. Прикажете ждать или можно отчаливать?
– Благодарю вас, можете быть свободны, – ответил Левшин. – И будьте осторожны при возвращении в Кронштадт. Если заметите что-нибудь необычное на воде – странные огни, необъяснимые завихрения, – немедленно активируйте защитные руны.
Капитан понимающе кивнул и отошёл, бормоча под нос что-то вроде: "Как будто мы без вас не знаем… тридцать лет по этой воде хожу…".
Николай и Анастасия сошли на набережную. Вечерний Петербург жил своей обычной жизнью: мимо проезжали экипажи – как обычные конные, так и новомодные механические, с эфирными двигателями; по тротуарам спешили прохожие, спасаясь от вечерней прохлады; в окнах домов зажигались огни.
– Где вы остановитесь на ночь? – спросил Николай, внезапно осознав, что уже слишком поздно для приличной дамы находиться на улице без сопровождения.
– О, не беспокойтесь, – улыбнулась Анастасия. – У меня есть квартира недалеко отсюда, на Галерной улице. К тому же, – она чуть понизила голос, – меня мало кто рискнёт побеспокоить, когда я активирую это.
Она слегка прикоснулась к своему медальону, и на мгновение воздух вокруг неё словно задрожал, создавая почти незаметную защитную ауру.
– Тем не менее, я провожу вас, – настоял Николай. – Мне всё равно нужно в ту сторону, – солгал он. На самом деле его квартира находилась в совершенно противоположном направлении, но что-то подсказывало ему, что после событий сегодняшнего дня лучше не оставлять Анастасию одну.
По пути к дому Анастасии они мало говорили, каждый погружённый в свои мысли. Только когда они подошли к её парадной, Анастасия вдруг резко остановилась и схватила Николая за руку.
– Смотрите! – прошептала она, указывая на одно из окон на втором этаже.
В тёмном окне мелькнула тень, но не обычная, человеческая, а странно искажённая, с удлинёнными конечностями и будто колышущаяся, словно на ветру.
– Это моя квартира, – сказала Анастасия, и её голос дрогнул. – Но я живу одна, и никому не давала ключей.
Николай мгновенно перешёл в режим полной готовности. Он достал из внутреннего кармана небольшой серебряный пистолет, заряженный не обычными пулями, а специальными, с гравированными на них защитными рунами – единственное, что могло остановить демоническую сущность.
– Оставайтесь здесь, – приказал он Анастасии. – Если через десять минут я не вернусь, бегите в полицейский участок и требуйте соединить вас с Савиным.
– Нет, – твёрдо сказала она. – Я иду с вами. Это моя квартира, и я хочу знать, кто туда вломился.
Николай хотел возразить, но понял, что это бесполезно – упрямство Анастасии было легендарным.
– Хорошо, но держитесь за мной и не делайте резких движений.
Они осторожно поднялись по лестнице. Николай шёл впереди, держа пистолет наготове. Когда они добрались до двери квартиры Анастасии, Левшин приложил ладонь к деревянной поверхности, проверяя наличие магических следов.
– Кто-то снял ваши защитные чары, – прошептал он. – Очень искусно, почти без следов. Профессиональная работа.
Анастасия прикусила губу.
– Что будем делать?
– Входим быстро, – решил Николай. – На счёт три я выбиваю дверь, а вы активируете свой медальон на максимальную мощность. Что бы ни было внутри, свет истины должен его ослабить.
Анастасия кивнула, крепче сжимая медальон.
– Раз… два… три!
Николай мощным ударом ноги выбил дверь, одновременно наводя пистолет на центр комнаты. Анастасия за его спиной активировала медальон, и яркая вспышка света озарила тёмное помещение.
Но внутри никого не было.
Квартира выглядела нетронутой – всё было на своих местах, никаких следов борьбы или вторжения. Николай медленно прошёл через гостиную в спальню, держа пистолет наготове, но и там было пусто.
– Я не понимаю, – Анастасия растерянно оглядывалась. – Я точно видела тень в окне.
Николай не спешил убирать оружие. Что-то здесь было не так, он чувствовал это профессиональным чутьём. Воздух в квартире казался слишком… тяжёлым, будто насыщенным какой-то невидимой субстанцией.
– Анастасия Александровна, проверьте, всё ли на месте. Особенно ваши записи и исследовательские материалы.
Журналистка поспешила к секретеру, где хранила свои самые важные документы. Она открыла его ключом, который всегда носила на цепочке, и начала быстро просматривать бумаги.
В этот момент Николай заметил отблеск на полу у окна. Он подошёл ближе и увидел маленький предмет – размером не больше пуговицы, но странной формы и материала. Он выглядел как крошечный кристалл, заключённый в металлическую оправу с гравировками.
– Не трогайте это! – внезапно воскликнула Анастасия, заметив, что Николай наклонился над находкой.
Но предупреждение пришло слишком поздно – Левшин уже поднял предмет двумя пальцами, чтобы рассмотреть поближе.
В тот же миг кристалл засветился ярким малиновым светом, и комнату наполнил оглушающий звук, похожий на громкий звон колокола, но с каким-то неприятным, режущим ухо обертоном. Николай инстинктивно отбросил кристалл и схватил Анастасию за руку.
– Вон отсюда! Быстро!
Они выбежали из квартиры как раз в тот момент, когда кристалл взорвался, наполнив помещение ослепительно ярким светом и странным лиловым дымом, который, казалось, двигался против законов физики – не поднимаясь вверх, а стелясь по полу, словно живое существо.
Николай захлопнул дверь квартиры и начертил на ней рукой защитный символ, который на мгновение вспыхнул синим пламенем и впитался в дерево.
– Что это было? – испуганно спросила Анастасия.
– Демонический маяк, – мрачно ответил Левшин. – Устройство, которое активируется при контакте и посылает сигнал своему создателю. Теперь тот, кто его оставил, знает, что мы нашли его игрушку.
– И что нам делать?
– Для начала, не возвращаться в квартиру минимум сутки, пока эфирный дым не рассеется. Он не смертелен, но вызывает галлюцинации и может временно снять защиту от демонического влияния.
Николай задумался на секунду и добавил:
– Вам есть где остановиться на ночь?
Анастасия покачала головой:
– Родственников в городе нет, а подруги… не хотелось бы их впутывать.
– Тогда, боюсь, придётся воспользоваться моим гостеприимством, – сказал Николай. – У меня есть квартира на Фонтанке, с хорошей магической защитой. Там вы будете в безопасности.
Анастасия помедлила, явно обдумывая все аспекты такого решения – для незамужней дамы ночевать в квартире холостого мужчины было поступком на грани приличий, даже в таких чрезвычайных обстоятельствах.
– Не беспокойтесь о репутации, – словно прочитав её мысли, сказал Левшин. – У меня есть отдельная гостевая комната с собственным входом. И моя экономка, госпожа Берестова, дама весьма почтенного возраста, будет в доме.
Анастасия благодарно кивнула:
– В таком случае, я принимаю ваше предложение. И… спасибо вам.
Они спустились по лестнице и вышли на улицу, где уже сгустились поздние сумерки. Николай поймал проезжавший мимо извозчик, и они отправились на Фонтанку, оба молчаливые и погружённые в размышления о странных событиях этого дня.
– Вы думаете, это связано с нашим расследованием? – наконец спросила Анастасия, нарушив молчание.
– Уверен в этом, – кивнул Николай. – Слишком много совпадений для одного дня: тело с демоническими рунами, образ Даниила в вихре и теперь это устройство в вашей квартире. Кто-то очень хочет, чтобы мы знали – за нами следят.
Над вечерним Петербургом зажигались первые звёзды, но их свет терялся в ореоле газовых фонарей и магических светильников. Где-то далеко прогудел пароход, швартующийся у причала, а с другой стороны донёсся гудок паровоза – привычные звуки большого города, который не спит никогда. Но сегодня эти звуки казались Николаю тревожными, словно предвещающими нечто неизбежное и страшное.
Он ещё не знал, что именно их ждёт, но одно понимал точно – тени над Невой сгущаются, и грядущая буря будет страшнее всего, с чем ему доводилось сталкиваться прежде.
Глава 2. Демонические контракты
Квартира Николая Левшина на Фонтанке представляла собой типичное жилище состоятельного холостяка с необычной профессией. Просторная гостиная с высокими потолками и большими окнами, выходящими на набережную, была обставлена добротной, но немного старомодной мебелью. Книжные шкафы занимали две стены от пола до потолка, и на их полках в идеальном порядке располагались не только привычные книги в кожаных переплётах, но и странные артефакты: кристаллы разных оттенков, миниатюрные механизмы, тускло поблескивающие в свете газовых ламп, и несколько явно магических предметов, заключённых в защитные стеклянные колбы.
Но самым примечательным было огромное панно на стене напротив окон – детальная карта Петербурга с отмеченными на ней магическими зонами, демоническими порталами и местами наибольшей концентрации эфирной энергии. Карта была не просто нарисована, она словно жила своей жизнью: некоторые участки тускло светились, другие меняли цвет, а крошечные светящиеся точки медленно перемещались по улицам, отображая движение магических существ по городу.
Анастасия, войдя в комнату, не могла оторвать взгляда от этой карты.
– Поразительно, – прошептала она. – Как вам удалось создать такую точную живую карту?
Николай, снимая пальто и передавая его появившейся из боковой двери пожилой женщине с добрым, но строгим лицом, слегка улыбнулся:
– Это моя особая гордость. Три года работы, сотрудничество с лучшими техномагами Политехнического института и, что греха таить, некоторые не совсем официальные контакты в Демоническом квартале. Видите эти синие точки? – он указал на скопление светящихся маркеров в районе Васильевского острова. – Это зарегистрированные демоны, живущие легально. А вот эти, красные, – он показал на несколько точек, разбросанных по разным частям города, – незарегистрированные. Их труднее отследить, но возможно.
– Невероятно, – искренне восхитилась Анастасия. – Этот инструмент, должно быть, неоценим для вашей работы.
– Безусловно. Многие дела мне удалось раскрыть именно благодаря этой карте. Впрочем, – он повернулся к экономке, – Марфа Тихоновна, будьте добры показать Анастасии Александровне гостевую комнату. И, если можно, приготовьте нам что-нибудь перекусить. Сегодня был долгий день.
– Конечно, Николай Сергеевич, – степенно кивнула женщина. – Пожалуйте за мной, сударыня.
Когда женщины удалились, Левшин подошёл к небольшому столику в углу комнаты, где стоял графин с янтарной жидкостью. Он налил себе немного, но не спешил пить, вместо этого глядя на колеблющуюся в свете ламп жидкость. Его мысли были далеко – он вновь и вновь прокручивал в голове события сегодняшнего дня, пытаясь найти связь между тем, что они увидели в Кронштадте, и демоническим маяком в квартире Анастасии.
Через несколько минут журналистка вернулась, переодевшись в предложенный экономкой домашний халат, который был ей немного великоват, но всё равно выглядел уютно.
– Ваша Марфа Тихоновна – сокровище, – сказала Анастасия, присаживаясь в кресло у небольшого камина, в котором уютно потрескивали поленья. – Комната просто прекрасна, и она даже нашла для меня все необходимые туалетные принадлежности.
– Да, она незаменима, – согласился Николай. – И, что немаловажно, совершенно невозмутима. За годы службы у меня она повидала столько странностей, что её уже ничем не удивишь.
Марфа Тихоновна вернулась, неся поднос с чаем, бутербродами и небольшими пирожками, от которых шёл аппетитный аромат. Она молча поставила всё на стол между креслами и так же молча удалилась, только на мгновение задержав взгляд на Николае, словно беззвучно спрашивая, всё ли в порядке.
– Ешьте, Анастасия Александровна, – предложил Николай. – Нам нужны силы. Завтра предстоит тяжёлый день.
Анастасия не заставила себя уговаривать – она действительно была голодна. Пока они ели, разговор зашёл о расследовании.
– Вы упомянули о Данииле – демоне-переговорщике, – сказала Анастасия, отпивая чай. – Что вы о нём знаете?
Николай задумчиво постучал пальцами по подлокотнику кресла.
– Сложный вопрос. С одной стороны, его официальный статус даёт ему дипломатический иммунитет и прямой доступ к высшим кругам Империи. С другой – я никогда не забываю, что он демон, существо из другого мира, с совершенно иной моралью и мотивацией.
– Но разве не все демоны априори… злые? – осторожно спросила Анастасия.
Левшин слегка улыбнулся:
– Это распространённое заблуждение. Демоны не "злые" в нашем понимании этого слова. Они просто… иные. У них другая природа, другая логика. Для них контракты и договоры – основа всего. Они всегда соблюдают букву соглашения, но часто умеют найти лазейку в формулировках.
– И как давно Даниил служит представителем в Петербурге?
– Около двадцати лет. Он появился после знаменитого Второго Демонического Пакта, который установил границы сотрудничества между Империей и демоническими силами. С тех пор он… адаптировался. Научился выглядеть и вести себя почти как человек. Многие в высших кругах считают его чуть ли не своим.
– А вы?
Николай покачал головой:
– Я предпочитаю не забывать, кто он на самом деле. Однажды мне пришлось с ним сотрудничать по делу о контрабанде демонических артефактов. Он был корректен, даже любезен, но я постоянно чувствовал… холод. Будто смотришь в бездонный колодец, в котором что-то шевелится.
Анастасия поёжилась:
– И вы думаете, что он может быть связан с исчезновением учёных и… с тем, что мы видели в Кронштадте?
– Я не исключаю такой возможности, – серьёзно ответил Николай. – Но также не спешу с выводами. Возможно, кто-то намеренно хочет, чтобы мы подозревали Даниила. Возможно, это отвлекающий манёвр.
Левшин поднялся с кресла и подошёл к карте на стене. Он внимательно вглядывался в район Английской набережной и прилегающие кварталы.
– Что-то не даёт мне покоя… – пробормотал он. – Что-то важное я упускаю.
– Что именно? – Анастасия тоже встала и подошла к карте.
– Не знаю. Пока не могу сформулировать. Просто чувствую, что все эти события – исчезновение учёных, ритуал с ребёнком, демонический маяк в вашей квартире – части одного целого. Но я ещё не вижу общей картины.
Внезапно одна из красных точек на карте, обозначающая незарегистрированного демона, переместилась в сторону набережной Фонтанки – и начала приближаться к тому месту, где находился дом Левшина.
– У нас гости, – напряжённо сказал Николай, мгновенно становясь собранным и сосредоточенным. – И, похоже, незваные.
Он быстро подошёл к небольшому секретеру в углу комнаты, отпер его специальным ключом и достал оттуда серебряный пистолет – точную копию того, что был у него при посещении квартиры Анастасии.
– У вас есть запасной? – деловито спросила журналистка, и Николай с удивлением обнаружил, что в её голосе нет страха – только решимость.
– Есть, – он протянул ей маленький дамский пистолет из светлого металла с перламутровой рукоятью. – Заряжен серебряными пулями с руническими гравировками. Действует даже на демонов высших рангов, хотя не убивает их, а только временно ослабляет.
Анастасия уверенно взяла оружие, проверила заряд и спрятала пистолет в складках халата.
– Что будем делать? – спросила она. – Ждать здесь или выйдем навстречу?
Николай ещё раз взглянул на карту – красная точка продолжала приближаться, но двигалась она не по улице, а словно по крышам или задворкам домов.
– Ждать, – решил он. – У меня на всех окнах и дверях защитные руны. Без приглашения никто – ни человек, ни демон – не сможет войти. Но будьте наготове.
Он активировал дополнительные защитные контуры, которые тускло засветились по периметру комнаты, и погасил основное освещение, оставив только пару свечей.
Они ждали, напряжённо вглядываясь в окна. Прошло пять минут, десять… Красная точка на карте остановилась прямо напротив дома Левшина, но не двигалась ни к парадному входу, ни к чёрному ходу.
– Что он делает? – прошептала Анастасия. – Почему не пытается войти?
– Возможно, изучает защиту, ищет слабые места, – тихо ответил Николай. – Или просто наблюдает. Демоны могут быть очень терпеливыми.
Внезапно в стекло одного из окон что-то легонько постучало. Не громкий стук кулака или палки, а словно кто-то коснулся стекла пальцем. Николай и Анастасия замерли, не отрывая взгляда от окна.
Стук повторился, на этот раз чуть громче. А затем в тусклом свете свечей они увидели, как на стекле, будто от дыхания, проступает конденсат, образуя какие-то знаки.
– Что это? – Анастасия сделала шаг вперёд, но Николай удержал её за руку.
– Осторожно. Это демоническое послание.
На стекле проступили слова, написанные странно изломанным, но разборчивым почерком:
"Левшин, нам нужно поговорить. Демонический переулок, таверна "Седьмая печать", завтра в полдень. Важно. Д."
– Д? – Анастасия посмотрела на Николая. – Даниил?
– Вероятно, – кивнул Левшин, не опуская пистолета. – Хотя это может быть и ловушка.
Буквы на стекле начали таять, но вместо них появились новые:
"Не ловушка. Дело касается пропавших учёных. И девочки."
– Какой девочки? – нахмурился Николай. – В Кронштадте был мальчик, не девочка.
Новая надпись на стекле гласила:
"Следующая жертва – девочка. Если хотите спасти её, приходите."
С этими словами конденсат на стекле полностью испарился, а красная точка на карте начала быстро удаляться.
Николай и Анастасия переглянулись.
– Что будете делать? – спросила журналистка. – Пойдёте на встречу?
Левшин медленно опустил пистолет и задумчиво посмотрел на окно.
– Похоже, у меня нет выбора. Если есть шанс спасти ребёнка… я должен попытаться.
– Я пойду с вами, – решительно заявила Анастасия.
– Это может быть опасно.
– Знаю. Но, во-первых, у меня есть навыки и средства защиты. А во-вторых, – она слегка улыбнулась, хотя взгляд оставался серьёзным, – какой журналист откажется от возможности лично побеседовать с официальным представителем демонов?
Николай хотел возразить, но понял, что это бесполезно. К тому же, он уже успел убедиться, что Анастасия – не просто любопытная журналистка, а компетентный и смелый союзник.
– Хорошо, – согласился он. – Но вы должны обещать действовать строго по моим инструкциям. Демонический переулок – не самое гостеприимное место в Петербурге, особенно для людей… с необычными способностями.
Анастасия кивнула:
– Обещаю. И как вы думаете, почему Даниил выбрал именно такой способ связаться с вами? Почему не официальные каналы?
– Потому что, вероятно, он действует не от имени Демонической коллегии, а по собственной инициативе, – Николай задумчиво потёр подбородок. – И это… интригует.
Остаток ночи прошёл относительно спокойно. Николай настоял, чтобы Анастасия отдохнула, и она, признав разумность этого предложения, удалилась в гостевую комнату. Сам же Левшин не спал до утра, периодически проверяя карту на стене и работая с различными документами и книгами, пытаясь найти связь между имеющимися фактами.
К рассвету он выглядел усталым, но в его глазах горел огонь решимости. Когда Анастасия вышла из комнаты, уже одетая и готовая к новому дню, она нашла его склонившимся над старинным фолиантом, страницы которого были покрыты странными рунами и диаграммами.
– Доброе утро, – сказала она. – Вы не ложились?
– Некогда было, – Николай поднял взгляд от книги. – Слишком много вопросов, требующих ответов.
– И нашли что-нибудь?
– Возможно, – он указал на раскрытую страницу. – Это древний трактат о демонических ритуалах. Здесь описывается практика использования детей как проводников между мирами. Но есть один нюанс: согласно этому источнику, такие ритуалы всегда идут парами – сначала мальчик, потом девочка. Или наоборот.
– То есть, информация о девочке может быть правдой?
– Боюсь, что да. И если так, у нас очень мало времени.
Николай закрыл книгу и выпрямился, разминая затёкшую спину.
– Согласно расписанию, в девять утра я должен быть в университете – осматривать кабинет профессора Келлера. А в полдень – встреча с Даниилом в Демоническом переулке.
– Я могу сопровождать вас в университет? – спросила Анастасия. – У меня есть пропуск как у журналиста, и к тому же, я знакома с некоторыми преподавателями и студентами. Могла бы расспросить их о профессоре, пока вы будете изучать его кабинет.
Николай кивнул:
– Хорошая идея. Чем больше информации мы соберём, тем лучше.
Они быстро позавтракали, при этом Николай дал Марфе Тихоновне указания усилить защитные меры в доме и никого не впускать до их возвращения. Пожилая женщина только степенно кивнула, словно подобные инструкции были для неё в порядке вещей.
Выйдя на набережную Фонтанки, они поймали извозчика и отправились в сторону Университетской набережной. День выдался ясным, хотя и прохладным – типичный петербургский март, когда солнце уже начинает пригревать, но зима ещё не спешит уступать свои права.
По дороге Николай рассказал Анастасии о предстоящем визите в Демонический переулок: