Любовь с акцентом

Глава 9

Давид

– Ты чего, Дава, с катушек слетел? – обращается ко мне Марк, когда мы возвращаемся за стол.

Мы вместе росли в одном дворе, учились в одной школе, правда, я младше на пять лет. Сейчас работаем в одной клинике, где его отец главврачи основатель по совместительству. Марк Анатольевич – врач-гинеколог, пишет научные статьи и постоянно совершенствуется в своей области. Он одноклассник моего брата Баграта, который преподает физику в Ереванском Государственном Университете. Сегодня мы пропиваем нашего коллегу Макара. Он женится на балерине из Москвы.

– Да, брат. Хорошая девушка, сам не понял, что стряслось со мной, – мотаю я головой.

– Влюбился? – хохочет Марк.

– Скажешь тоже, – отмахиваюсь я.

– А как же мама примет только армянку?

– Я жениться не собираюсь, я же не Макар! Так, понравилась, не более. Марк, а давай я им счет оплачу? Сбил Кристину в коридоре, ну не по-человечески так. Угостить, может?

– Так ты и счет закрой, и угости? – предлагает Марк.

– Легко, – киваю я. – Официант! Коньячку еще и счет закрыть вон тех красоток за средним столом. А еще шампанского им и корзину с фруктами! Только хорошими. Чтоб виноград как мед был!

Марк ржет, как ненормальный.

– Слышь, герой – любовник. Давай заполовинимся. Там Даша с ней вместе, тоже поучаствую, – достает Марк портмоне.

– Как хочешь, брат, – соглашаюсь я. – У тебя есть номер Даши?

– Есть, – отвечает друг.

– Откуда ты их знаешь вообще? Пациентки твои?

– В «Медике» я сейчас подрабатываю, девчонки оттуда. Даша – старший администратор, Кристина – ее коллега.

– Даша нравится тебе, да?

– А от тебя не скроешь ничего, Дава.

– Конечно, глаз – алмаз. Зачетная девочка, стройная, красивая.

– Так, стоп! Знаю я тебя. Чуть отвернешься, как павлин хвост распустишь, – бьет меня по полечу Марк.

– Не, не мой типаж. Кристина пиздатая. Нежная, дерзкая и пугливая одновременно. Пиши Даше, что заберем их. И домой увезем. Нечего на такси кататься!

– Может, за ними мужья приедут? – предполагает Марк.

– Какие мужья? Ты их ноги видел? Мужья в таком виде не отпускают!

Через некоторое время мы тепло прощаемся с Марком и его друзьями, и выходим на улицу. Холодно, капец! В Армении сегодня плюс семь. Мы с мамой Ануш созванивались, она рассказывала, что птички поют и уже весна. Здесь же минус пятнадцать и ветер сносит с ног.

Я родился в России. Нас у родителей пятеро. Старшие братья Агван и Баграт, а также сестра Грета родились в Ереване. Я и младшая сестра Естер уже здесь, в России. Кроме Агвана, старшие, и родители живут в Армении. Последняя уехала мама два года назад, оставив на меня младшую сестренку. Естер как раз закончила школу и поступила в университет на факультет журналистики. Родные очень ждут нас на родине, постоянно зовут туда, но я привык здесь. У меня много друзей и знакомых, я люблю русскую литературу, музыку и быт. Армянскую, разумеется, тоже. Чту традиции и обычаи.

Звонит мама. Слышно плохо, даже на улице слышно, как долбит музыка, я кричу в трубку.

– Да, мама джан, – отвечаю я.

– Сынок, милый. Ты не дома еще?

– Нет, мы еще в баре.

– А домой когда?

– Скоро поеду уже. Ты чего не спишь так поздно?

– Переживаю за тебя, – вздыхает мама.

– Мам, – смеюсь я. – Я за тысячи километров от тебя. От того, что ты лежишь с открытыми глазами, ты меня не обезопасишь!

– Поняла, Давидик. Как приедешь, напиши мне. Естер спит уже? Ты проследи, чтоб курсовую сдала, а то не туда ее ветер гонит. Чувствую.

– Хорошо, мам. Все хорошо будет. Целую.

– И я тебя, сынок!

Ой, беспокойное хозяйство. Что мне пятнадцать, что двадцать восемь! Я для нее маленький сынок.

Однажды я был на операции, вправлял ступню лихачу на электросамокате. Не брал телефон пятнадцать минут. Вернувшись, обнаружил шестьдесят восемь пропущенных! Она поставила на уши всех, даже позвонила главврачу клиники, отцу Марка. Мама жжет!

Она усиленно подбирает мне кандидатуру. Я, хоть и вырос в армянской традиционной семье, многое взял от русских. Мне непринципиальна национальность избранницы. Но старшие братья нашли жен на родине, у сестры тоже муж-армянин. Я же с представительницей своей национальности не встречался никогда. Только с русскими девушками, наверное, потому что армянок здесь практически нет. Которых знаю с детства, они мне как сестры, прекрасны, но среди них не нашел ту единственную.

После школы я шесть лет встречался с Марией, голубоглазой блондинкой. Она тоже училась в медицинском, но потом мы с ней разругались очень сильно. Девушка хотела свадьбу и все прочее, я же не был готов к этому. Студент, не крепко стоящий на ногах, такого я не мог себе позволить.

В мою семью она была не вхожа. Мама Ануш знала о ней, и недовольно цокала, когда я отказывался от предлагаемых ей кандидаток. То дочка подруги, то внучка бабушкиной приятельницы, то просто хорошая дочь своих родителей.

После ругани мы с Машей расстались, она быстро выскочила замуж, и наши пути разошлись.

Я положительно отношусь к семье и верности, детям, обожаю своих племянников. Их у меня семеро. Но единственную не встретил. Поэтому этот вопрос открытый и совсем не острый для меня.

Девушек я меняю довольно часто, имею право. Я еще молодой и горячий, не нагулялся.

Чем меня зацепила Кристина? Думаю, это ее реакция на меня. Обычно девушки легко ведутся на мои ухаживания и комплименты, открыты к общению и продолжению. С Кристиной не так. Ее природный магнетизм просто завораживает. Чистота и непорочность в купе с дерзким язычком и охуенными ногами. Она бросила мне вызов, который я не мог не принять. Ну и алкоголь сделал свое дело.

Именно поэтому я потащил за собой Марка на сцену, когда увидел ее там. Изначально я просто хотел извиниться и угостить ее вместе с подружками. Но вышло даже лучше.

Интересная она, эта Кристина. Есть в ней что-то, чего не было в других девицах. И я уж точно разберусь, в чем дело. Не зря меня зовут Давид, что означает «любимый». Обязательно ответит мне взаимностью!

Глава 10

Давид

– Ну что там? – нетерпеливо спрашиваю я, выпуская облако дыма в февральское небо. Надо бы бросить курить, но никак не могу победить эту привычку.

– Они недовольны, – ржет Марк. – Даша отказывается, хочет ехать на такси.

– Какое такси, брат! Сами довезем. Довезем ведь?

– Конечно. Они в соседнем городе живут, сгоняем с ветерком!

У Марка очень приличная машина, мерседес с кожаным салоном и двести кобыл под капотом. У меня внедорожник БМВ, сегодня стоит под окнами дома.

Усевшись в салон, дожидаемся наших красоток.

– Идут, – кивает Марк, выбираясь из машины.

– Даша, – машет он.

Кристина, мазнув взглядом по пассажирскому креслу, явно с неудовольствием замечает мое присутствие. Конечно, зайка, я здесь. А ты как думала? – хмыкаю я про себя.

Девчонки усаживаются в прогретый салон, немного напряженные. Ну это понятно, посреди ночи ехать в чужой город с малознакомыми гинекологом и травматологом. Я бы точно не поехал!

– Куда вас отвезти? – спрашивает Марк, оборачиваясь к ним.

– Домой, – хором отвечают девчонки, смеются.

– Марк, это точно удобно? – спрашивает Даша. – Нам в соседний город. Туда и обратно почти час, давай мы вызовем такси?

– Какое такси? Что придумали! Чтоб красивые девушки с чужим мужчиной катались? – возмущаюсь я. – Доставим в лучшем виде.

– Не беспокойся, Даша. Все в порядке. Давид совершенно прав, – поддакивает Марк.

Кристина молча смотрит в окно, поджав свои сочные губки. Отчего-то представляю их на своем члене. Чертов извращенец!

– Как отдохнули, девочки? – спрашиваю я, незаметно поправляя брюки.

– Отлично, давно столько не танцевала, – отвечает Даша. Кристина молчит, уткнувшись в окно. – А вы?

– Мы тоже хорошо посидели, – подмигиваю я. – Кристина, ты чего молчишь?

– Хорошо отдохнули, Давид. Спасибо.

О, по имени меня назвала.

– Кстати, ты не оставила мне свой номер. Диктуй, я запишу и скину тебе дозвон.

– Еще чего! Ты же сказал, что мы встречаемся значит, и номер должен быть, – запальчиво отвечает Кристина.

Мы с Марком начинаем ржать, а Кристина еще больше дуться.

– Прости, родная, случайно удалил, – обезоруживающе улыбаюсь я. – А память меня подводит. От твоей красоты все пробки вышибает. Мгновенно!

Молчит

– Ну ладно, я сам узнаю, – отвечаю я. Вот, нашла проблему. Завтра же выясню!

– Девушки, куда конкретно вас везти? – интересуется Марк, открывая приложение навигатора на панели.

Девочки говорят свои адреса, Кристина косится на меня.

– Не волнуйся, не буду я тебя преследовать, – заявляю ей. – Пока сама не попросишь.

– Какой ты самонадеянный, Давид! Никогда такого не будет! – отвечает мне девушка.

В воздухе царит такое напряжение, что еще чуть-чуть, и искры посыпятся.

– Посмотрим!

Кристина первая на очереди, подъехав к ее дому, выскакиваю из машины, чтоб открыть ей дверь и галантно подает руку.

– Спасибо, – удостаиваюсь кивка в свою сторону. – Марк Анатольевич, спасибо, что подвезли.

– Марк, заберешь меня на обратном пути, пожалуйста? – обращаюсь к другу. – Провожу до двери Кристину. Мало ли что.

– Без проблем, – отвечает врач.

– Не нужно меня провожать, я дойду сама! – заявляет малышка.

Я пропускаю заявление мимо ушей, и закрываю заднюю дверь.

На улице тихая ночь, фонари уже выключены, соседи спят. Во дворе темновато.

– Я провожу тебя, который твой подъезд?

– Давид, не нужно, правда. Я дойду. Я тут всю жизнь живу, у нас безопасно.

– Я проконтролирую, детка, – уверяю я.

Кристина стоит как вкопанная, опасается меня. Ну неужели я такой страшный?

– Кристина, сколько тебе лет? Девятнадцать, двадцать?

– Двадцать, а что? – огрызается она.

– Моей сестре Естер столько же. И, поверь мне, я бы никогда не отправил ее одну в такое позднее время. Считай, я провожу тебя как сестру. Только целоваться не лезь ко мне, я на первом свидании не целуюсь, – серьезно заявляю я.

Девушка не сдерживается, и начинает хохотать, показывая свои ровные зубки, сверкающие в ночи.

Расслабляется немного. Странно, такая красивая, и такая скромная. Хорошо воспитали ее родители.

– У нас не свидание, Давид!

– Тем более! Мы еще слишком мало знакомы. Пойдем уже, – тяну ее за руку. Ее ладонь узкая, с длинными пальчика и коротким нюдовым маникюром. Не люблю длинные ногти у девушек. Еще один плюсик в ее пользу.

Кристина не сопротивляется, но руку забирает.

– Я живу в третьем подъезде, – указывает она на железную дверь с домофоном. – Вот мои окна на пятом этаже.

– С кем ты живешь?

– С мамой и сестрой.

– Они уже спят? – интересуюсь, потому что свет не горит.

– Думаю, да. Три часа ночи.

Мы заходим в подъезд старой хрущевки. На удивление здесь чисто и даже не воняет кошками. Почему-то хрущевские подъезды запомнились из детства именно так.

Свет горит только на первом этаже, дальше мы поднимаемся почти в полной темноте. Я достаю фонарик, подсвечивая нам ступеньки. Длинные ножки на высокой шпильке послушно цокают за мной. Не надеюсь на поцелуй красотки, но вдруг.

– Задницу мою рассматриваешь? – оборачиваясь, спрашиваю я.

– Я? Нет! Ты чего! – возмущается Кристина, смущенно потупив взор. Видимо, попал в точку.

– Да ладно. Смотри на здоровье, мне не жалко! – приободряю ее.

Кристина фыркает и пытается меня обойти. Я пропускаю ее вперед, с удовольствием отмечая для себя вид сзади. Грациозная кошечка.

Добравшись до промежутка между четвертым и пятым этажом, мы останавливаемся у окна.

– Спасибо, дальше я сама. Спасибо, что проводил. Здесь спокойно, и монстров нет.

– Да, жаль не встретили монстров. Я бы обязательно съел парочку на ночь, – улыбаюсь я.

Мы стоим как школьники в подъезде. Давненько не помню такого. Обычно я приезжаю с девушкой либо на такси, либо на своей тачке. Идем прямиком домой, в основном к ней. Домой я не особо люблю водить дам. Тем более там сестра. Зачем травмировать неокрепшую психику?

– На чай не пригласишь?

– Извини, но нет, Давид. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Кристина. Спасибо за вечер, – я целую ее руку, пристально глядя в глаза. Осторожно глажу большим пальцем ее нежную кожу. – Ты прекрасна! Может, облегчишь мне жизнь и скажешь номер?

– Нет, Давид. Ты – хороший парень, но не в моем вкусе. Прости! – резко разворачивается на каблуках и поднимается до квартиры.

– До скорой встречи, милая! – ослепительно улыбаюсь я, направляя все свои чары на прекрасную девушку. Она лишь коротко кивает. Я дожидаюсь, когда дверь за ней закроется. Спускаюсь на улицу, и закуриваю.

Маленькая наивная девочка. Не в ее вкусе. Посмотрим!

Глава 11

Кристина

Утро совсем недоброе. Мало того, что раскалывается голова. Это с непривычки, я редко пью алкоголь. Верещит как ненормальная мать. Смотрю на часы, начало девятого.

Пока я приняла душ, по возвращении домой, и смыла косметику, было уже четыре часа утра. Улька крепко дрыхла, завернувшись в одеяло, и на меня не реагировала. Я без сил плюхнулась на диван, блаженно вытянув ноги. Ботинки хоть и удобные, но ноги все равно устали на высоком каблуке и от танцев.

– Кристина, спит она! Сестра где?

Я поднимаю чугунную голову. С ума сошла что ли?

– Мам, ты че орешь? Я сплю! – зарываюсь с головой под одеяло.

– Где твоя сестра, я спрашиваю, – в ярости срывает с меня спасительное укрытие.

– Да вот же, спит.

– Нет тут никого! Полюбуйся!

Я приподнимаюсь на локтях и вижу кокон из одеяла, и торчащие заячьи уши. Этого не может быть!

– Она ночью была здесь, я видела!

– Да что ты видела? Шлялась полночи, тетя Зина рассказала, что поздно приехала. С пьяных глаз и не увидела ничего!

Я пропускаю ее слова мимо ушей и звоню сестре. Возьми трубку! После восьмого гудка в трубке раздается хриплое.

– Алло!

– Ты где? – рявкаю я.

– Эээ, мама пришла, да?

– Да!

– Систер, милая. Скажи, что я эээ, бегаю с Леркой. В семь утра ушла. У нас типа марафон скоро. Я потом все объясню. Буду через пятнадцать минут. Ты- лучшая!

– Ага, – буркаю я.

– Твоя ненаглядная дочь в семь утра ушла на утреннюю пробежку с Леркой. И пошутила над нами, – вымученно улыбаюсь я, – вернется через пятнадцать минут!

– Ааа, ну ты спи, – облегченно улыбается мама. – Я пойду чай сделаю и яичницу ей пожарю. Голодная, наверное. Вот умничка, воскресенье, а она в такую рань уже на ногах.

Немного полежав, я встаю выпить таблетку, и иду на кухню за водой. От запаха яичница сводит желудок, я чувствую, что голодная. Вчера до горячего так и не добрались.

– Мам, можно мне тоже яичницу? – спрашиваю я, наливая воды в стакан.

– Кристина, я вообще-то после ночной. Устала и спать хочу. Пожарь сама!

Прекрасно! Как всегда. Уле – пожалуйста, мне хрен с маслом.

Я молча разворачиваюсь и ухожу к себе. В горле мучительно стоит ком от обиды, на глазах слезы. Ну почему так? Я всегда на вторых ролях, всегда! И как так стало, что моя жизнь мне, вроде как, и не принадлежит? Я всегда кому-то что-то должна.

Уткнувшись в подушку, я засыпаю и дрыхну до двенадцати, не слыша, как вернулась Улька.

Просыпаюсь уже вполне себе в приличном состоянии. Свежая и бодрая. Дома тишина и вкусно пахнет жареной картошкой. Я встаю и иду в туалет, по пути заглядывая к маме. Она крепко спит после ночной. Ульяну нахожу на кухне, она сидит на стуле в шортах и водолазке, подвернув под себя ноги, переписывается с кем-то.

– Крис, привет! – лезет ко мне обниматься.

Я хмуро закрываю за собой дверь, оглядывая сестру с головы до ног. Она выглядит виноватой и смущенной, а на шее под воротом алеет яркий засос. Пиздец!

– Ульяна, твою мать! Ты совсем охренела? – шиплю я. – Это что такое?

Подросток густо краснеет, и вырывает ворот из моей руки.

– Это засос, Кристина. Так бывает, когда страстно целуют в шею, – назидательно объясняет мне.

– Я прекрасно знаю, от чего это бывает! Ты не ночевала дома? Где ты была? Рассказывай все, как есть. Иначе, я все расскажу маме!

– Садись, поешь. Я картошку пожарила. Сосиски могу погреть в микроволновке, в холодильнике маринованные огурчики есть, – журчит Ульяна.

– Мне пока не еды, Ульяна, – тяжело опускаюсь я на стул напротив нее. – Слушаю внимательно!

Сестра немного ежится, накладывает мне картошку, ставит греться сосиски и достает огурцы из холодильника. Старается держать себя в руках, но по подрагивающим рукам видно, как сильно нервничает.

– Хлебушек надо?

– Какой на хрен хлебушек, ты издеваешься? – взрываюсь я.

Ульяна выставляет передо мной домашнюю еду, у меня во рту скапливается слюна. Твоя взяла! Я начинаю есть, не сводя с нее глаз.

– Ты оставила мне деньги вчера, – начинает она. – И мы с Леркой пошли в кино, как и собирались. Там оказались парни из нашего класса и из параллельного. После сеанса мы решили погулять, Владу позвонил Никита, он из десятого. Короче, нас позвали на вписку по случаю Дня влюбленных. Я понимала, что вы меня никуда не отпустите, но мне надо было туда пойти! Там был Борис! А его Мирка гуляет максимум до десяти, я точно знаю. В общем, я быстро заскочила домой, свернула кокон, типа это я сплю и свинтила. Я честно хотела скоро вернуться, но уснула. Я не пила, честное слово, Кристина! Клянусь!

– Дальше?

– Что дальше? – невинно спрашивает меня Уля.

– Засосы откуда?

– Ммм. Короче, ребята нажрались, Лерка домой ушла, ей до одиннадцати только можно было. Осталась я и Аня из одиннадцатого. Мы начали играть в бутылочку, и поцеловались с Борисом. Потом уединились в спальню и вот.

– Что вот, Ульяна? Тебе шестнадцать!

– Крис, шестнадцать – это возраст согласия на интим уже. Так даже прописано в государственных документах!

– Так вы что? Переспали? – сиплю я, выпучив глаза от ужаса, подавившись сосиской.

Молчит. Просто сидит и молчит. Потом встает и наливает мне воды в стакан.

– Да, Крис. Все было.

Пиздец. Меня как обухом по голове бьет. Моя младшая сестра этой ночью стала женщиной!

– Это жесть, Уля. Я в шоке с тебя.

– Только маме не говори, пожалууууйста. Я так его люблю! – вешается мне на шею.

– Вы предохранялись?

– Обижаешь!

– Да или нет?

– Да! У него были презервативы. Мы потратили два! Еще нужны подробности?

– Вас видел кто-то вместе?

– Конечно. И видели, и слышали. Я даже селфи с Борисом сделала. Но тебе не покажу.

Я устало откидываюсь на спинку стула.

– А что дальше? Вы будете встречаться?

– Ну, я же убежала с утра. Мы не обсуждали такие вопросы, Крис. Но думаю да. Он явно бросит свою клюшку. Где я и где Мирка! – горделиво заявляет Мелкая. – Только еще не писал ничего, наверное, спит.

Приехали!

– Помой посуду, – выдавливаю я из себя и возвращаюсь в свою комнату.

В голове миллион мыслей. Как так? У одних родители настолько разные дети получились. Или это пробел моего воспитания? Я не досмотрела? Господи! Ночью трахалась и не ночевала дома! Мне двадцать, и я так ни разу не делала!

Вибрирует телефон, я тянусь посмотреть сообщение. Незнакомый номер.

– Добрый день, красавица. Спустишься или мне самому зайти?

Глава 12

Кристина

– Это кто? – раздраженно пишу я.

– Давид, – тут же прилетает ответ. И три красных сердечка.

Твою мать! Герой-любовник. Раздобыл где-то мой телефон. Надеюсь, это не Дашка? Я ей строго-настрого запретила.

– Спускайся, Крис. Я жду внизу.

– Я занята, Давид!

– Тогда я сам поднимусь. Соскучился за ночь!

Ну уж нет! Этого еще не хватало.

Я резко встаю, голова чуть кружится. Хватаюсь за спинку дивана, прихожу в себя. Иду в ванную, смотрю на себя в зеркало. Всклокоченная, под глазами остатки вчерашнего макияжа. Красавица.

– Через десять минут выйду, – пишу ему.

Быстро чищу зубы, волосы собираю в высокий хвост, немного подкрашиваю брови, на губы наношу гигиеничку. Не буду для него прихорашиваться, еще чего! Наряжаться тоже не планирую. Достаю из шкафа объемное серое худи с капюшоном и леггинсы в тон. На ноги обуваю высокие носки и кроссовки, накидываю жилет.

– Ты куда? – выглядывает Уля в прихожую.

– За успокоительным! – выдаю я и выхожу в подъезд.

Быстро спустившись вниз, в нерешительности стою у подъезда. Напротив, в кармане, стоит черный внедорожник БМВ, из которого с шикарным букетом бордовых роз выходит мой ночной провожающий. Твою мать!

– Привет, красавица, – ослепительно улыбается армянин, протягивая мне невозможно красивые цветы, наклоняется для поцелуя, обдавая меня свежим запахом своего парфюма. Я отшатываюсь назад.

Я такие цветы видела только в соцсетях, клянусь. Усилием воли, складываю руки на груди, и не принимаю их.

– Это что за цирк, Давид? Я же вчера все сказала!

– Крис, милая моя. Прими, пожалуйста, это в качестве извинения за вчерашний инцидент.

– Я не возьму, Давид, – твердо заявляю я. Они стоят целое состояние, там штук пятьдесят, не меньше!

– Пойдем в машину, – приглашает он. – Здесь холодно, простудишься, – осматривает он меня с ног до головы, зацепляясь взглядом на моих коленках.

– Зачем?

– Мы просто поговорим, Кристина. Клянусь! При свете дня что может случиться? Ты ночью со мной по подъездам шастала!

Мне становится смешно.

– Пойдем.

Давид галантно открывает мне дверь, придерживая за руку. Закидывает цветы на заднее сидение и усаживается за руль.