- -
- 100%
- +
– Я купил тебе кофе, – заявляет он. – Не знал, какой ты любишь, поэтому взял все.
Протягивает мне бумажный держатель с четырьмя стаканчиками из Брендс кофе.
– Капучино, американо, латте, раф? – перечисляет молодой человек. – Сахар тоже взял, вот!
Достает из кармана пуховика несколько пакетиков. Сегодня он выглядит попроще, чем вчера. На нем черные джинсы и бежевый джемпер. Сверху небрежно накинут объемный пуховик известного бренда, на ногах ослепительно белые кроссовки. Пижон!
– Капучино, – сменяю я гнев на милость.
– Пожалуйста, сахар?
– Два пакетика, – важно киваю я. Я ужасная сладкоежка!
Размешиваю сахар деревянной палочкой, и смотрю в окно. На улицу выходит соседка с первого этажа. Тетя Зина. Сколько себя помню, она было старой, когда мне было лет пять. Внимательно разглядывает машину и пассажиров в ней. Сейчас от сплетен не скрыться! Всем донесет, что Кристина с нерусским в машине терлась.
– Давид, давай отъедем немного! – прошу я.
– Конечно, дорогая. Куда скажешь, – трогается с места он.
– Давай просто по району прокатимся.
– Без проблем, – с интересом поглядывает он на меня.
Я облегченно откидываюсь назад и осматриваю салон. Он отделан светлой кожей, здесь очень чисто, как в операционной. Ненавязчивая музыка и приятный морской аромат.
– Зачем ты приехал?
– Я же сказал, что соскучился, – улыбается Давид.
– Номер мой где взял? Даша дала?
– Не. Я заехал к тебе на работу, не нашел. Представился курьером доставки цветов, и любезная Юлия мне с радостью его сообщила. Это заняло две минуты!
Юлька, блин. Падкая на красивых мужиков! Юля работает администратором в нашем офисе, замужем, но безумно любит флиртовать.
– Я же просила тебя вчера, что не нужно меня караулить и звонить. Цветы зачем-то? Думал, подаришь цветы, и я растаю?
– Честно, да, – обезоруживающе признается Давид. Останавливается на стоянке торгового центра.
Разворачивается ко мне лицом.
– Я вообще тебе не нравлюсь? Ни капли?
Я пристально рассматриваю его. Мужественное лицо, стильную бороду, выразительные черные глаза, мягкие губы.
– Нет, прости. Не хочу тебя обидеть, – выдаю я с яростно бьющимся сердцем. Мне приятна его прямота и напор, но не представляю себя рядом с ним. Я простая русская девушка. Он горячий и страстный, безумно красивый армянин. Что я могу ему дать? Он старше меня на целых девять лет! Он врач, а я всего лишь студентка.
– Секс на одну ночь меня не интересует. Я не такая.
– Я прекрасно вижу, какая ты, Кристина. Ты очень нежная и безумно красивая девушка. Я таких не встречал, – он мягко берет меня за подбородок и пристально рассматривает.
Телефон, лежащий на приборной панели, начинает вибрировать. Включается громкая связь, на дисплее высвечивается имя звонящего. Мама. Чертыхнувшись, Давид отвечает на звонок.
– Давидик, сынок, привет! – слышу я женский, мелодичный голос с легким акцентом.
– Добрый день, мам. Я сейчас занят. Давай чуть позже.
– Ну ты же ответил! Я на минутку. Как там Естерик? Не звонит мне, она не приболела?
– Нет, с ней все хорошо. Она читает или статью пишет, телефон на беззвучном, скорее всего, – отвечает Давид. В его голосе слышится нежность и теплота. И ни капли раздражительности.
– Скажи, что позвонила маме, дорогой. Я волнуюсь.
– Хорошо, мам. Целую!
– И я тебя целую, мой сынок!
– Прости, это мама, – смеется он. – Если ей не ответить, она весь спецназ на уши поставит, даже находясь в Ереване.
– Это очень мило, – выдаю я. – Отвези меня домой, пожалуйста. У меня не так много времени.
– Возьми цветы, это ни к чему не обязывает. Просто цветы для красивой девушки. Они очень подходят тебе.
– Ладно. Но больше прошу меня не беспокоить. Договорились?
Мы подъезжаем к моему подъезду.
– Кристина, одно свидание?
– Нет, Давид.
– Пожалуйста!
– Нет, прости. Спасибо за кофе и цветы. Они прекрасны. И прощай! -открываю дверь, выходя на улицу.
– Кристина, если тебе нужна будет моя помощь, звони в любое время.
– Это вряд ли! – отвечаю я, заходя в подъезд.
Розы приятно оттягивают своей тяжестью мои руки, я вдыхаю сногсшибательный аромат. Божественно. Поднимаясь по ступенькам, судорожно перебираю в голове варианты, куда поставить такую прелесть? Похоже, только ведро подойдет. Большой вазы у нас отродясь не было.
– Охренеть, Крис! Это кто же тебе такую красоту подарил? – восхищенно вздыхает Улька, встретив меня в дверях, за ней, выпучив глаза, стоит мама.
– Поклонник, – улыбаюсь я. – Но это первый и последний раз.
– Почему? Ты дура что ли? Он богатый?
– Он врач, ему двадцать восемь. И он армянин.
– А что тебя смущает? – заявляет мне Мелкая. Не удивлюсь, если она мне сейчас лекцию прочитает о любвеобильности армянских мужчин и прочее.
– Наверное, что он армянин, – безапелляционно отвечает мама.
– И что? – искренне не понимает Ульяна.
– И то, что мала еще такие вопросы задавать. Ставь свой веник, и пойдемте чай пить, – кивает мне мама.
Глава 13
Кристина
Неделя начинается как обычно. После работы у меня теория в автошколе. Я люблю заниматься и разбирать различные ситуации на дороге. Сегодня у нас тема Скорость движения.
Я прилежно записываю все, что говорит инструктор. Запоминаю ограничения скорости, тонкости езды с прицепом или буксировочным транспортом. По окончании теории захожу к секретарю.
– Добрый вечер, Юлия Андреевна. Я хотела бы поменять инструктора.
– А в чем дело, Кристина? – строго спрашивает меня полноватая женщина, ей слегка за пятьдесят, но она усиленно молодится. Юбка покороче, вырез поглубже, губки вот сделала.
– У нас не совпадает график, не можем подстроиться, – вздыхаю я.
– Сейчас посмотрю, что можно придумать, – зависает она в компьютере. – Боюсь, что ничем не помогу, у всех максимальное количество, еще Виктор Николаевич на больничном.
Виктор Николаевич в очередном запое, я слышала, как на перемене обсуждали, что вождение у кого-то сорвалось.
– Так что, если хочешь с давать в апреле, пытайтесь с Максимом подстроиться. Либо перенесу сдачу на июнь.
– Ладно, спасибо. Оставим апрель.
Облом! Ладно, буду ездить с ним в ватных штанах и водолазке до ушей. Еще газовый баллончик возьму с собой, на всякий случай.
Дальше все по накатанной: домашние дела, работа. Улька полностью на мне. Мама взяла пересменку и опять собралась в гости к сестре, зачастила.. Она живет в соседнем городе, машины у нас нет, мы с сестрой провожаем ее на последний рейс автобуса.
– Мам, давно бы чемодан купила, ну что с сумкой таскаться? – ворчу я.
– Придумала тоже, чемодан! Мы по заграницам не ездим, с сумкой тоже нормально! Я вернусь к пятнице, сразу в ночную уйду. За сестрой следи. А ты слушайся, поняла? – обращается к младшей дочери.
– Да, мам, – киваем обе, целуем и машем ручкой на прощание.
– Крииис, – тянет Улька. – Отпустишь меня в пятницу?
– Куда опять? Ну там 23 февраля, ребята соберутся.
– К Борису опять собралась?
– Ага, – уныло кивает Мелкая.
– Как у вас дела? – мы идем по улице, освещенной яркими огнями, на углу маленькая кофейня. Уже чувствуется приближение весны. – Давай зайдем за кофе?
– Давай. Я буду латте с кокосовым сиропом.
– Ой, только не кокос, – стону я. Я ненавижу кокос в любых проявлениях. Как-то в детстве, я обожралась баунти, на подаренные деньги на День рождения, и меня вырвало. С тех пор ни-ни.
– Ладно, тогда карамельный.
Мы заходим в кофейню, там тепло и уютно.
– Добрый вечер. Два кофе, пожалуйста. Латте с карамельным сиропом и большой капучино и два сахара.
Пока ждем, когда сварят кофе, оглядываемся по сторонам. Вдруг вижу, как бледнеет Ульяна.
– Я на улице подожду, – сними губами говорит она и вылетает за дверь.
Я, пожав плечами, дожидаюсь приготовления напитков.
– Что случилось? – спрашиваю, выходя из кофейни.
– Капец, Крис. Там был Боря! – чуть не плача выдает сестра.
– И что?
– Он с Миркой! Сидели за ручки держались! Как так-то! – она уже начинает рыдать.
– Успокойся, попей кофе. Выдохни! О чем вы договорились вообще?
– Да ни о чем, – неопределенно пожимает она плечами. От кофе остается пенка на верхней губе.
– Ну, после вашей ночи он звонил?
– Нет!
– Писал?
– Нет! Наверное, некогда было.
– В смысле некогда? Лишил девственности и нашел три минуты написать, Как дела? – возмущаюсь я.
Улька идет рядом, повесив голову.
– Крис, он что? Просто воспользовался мной?
– Ульяна. Никогда нельзя делать выводы, пока люди не поговорили. Возможно, были какие-то причины.
– Я писала ему, – тихо говорит она.
– А он что?
– Ничего. Не ответил.
– Слушай, забей. Это явно не твой человек. Парень, который влюбился, так никогда не поступит! – поучаю я. Опыта у меня немного в этих делах, конечно. Но думаю, что разберемся. Я так зла на этого Бориса и свою мелкую глупую сестру. Ну почему нельзя подумать о последствиях?
Дойдя до дома, я вижу, что напротив моего подъезда стоит черный БМВ.
Давид писал мне несколько раз, просил о встрече. В итоге, я его везде заблокировала. Нерусский, он и есть нерусский! Не понимает языка.
– Иди, Уля. Я чуть позже, – отправляю я сестру и решительно шагаю в его сторону.
– Ты вообще стыд потерял? – рычу я, дергая пассажирскую дверь. На переднем сидении сидит какая-то крашенная блондинка и целуется с мужиком, лет сорока. Девушка выпучивает на меня глаза и что-то невнятно мычит. У мужика открывается рот, и я понимаю, что это не Давид.
Это отец моей одноклассницы Ленки Ивановой. Они живут в соседнем дворе, не знаю, что его сюда занесло. Но он точно не с ее мамой. Тетя Люба старше лет на тридцать..
– Это кто? – лепечет девушка, обращаясь к своему любовнику.
– Кристина, – выдает он.
– Эээ, извините, ошиблась, – оторопело бурчу я и бегу в сторону своего подъезда. Какой провал!
Никому ты не нужна, Крис. Даже армянин понял!
Остаток вечера мы с Улей печем печенье, и я ее всячески пытаюсь развлечь. Я не знаю, что такое разбитое сердце. Но, должно быть, очень больно.
Уля то смеется, то плачет. Гормоны плюс первая любовь. Это нужно пережить.
Напившись чая, я залипаю в телефоне, проверяю соцсети и приложение знакомств. Мне написал парень, с которым мы уже общались, но все никак не получалось встретиться. Он работает в полиции, в ППС. Его зовут Герман Титов. Как космонавта. Зовет меня в выходные в кафе. По фото и общению он приятный, плюс работает в полиции, безопасно. Я соглашаюсь.
На следующий день у меня вождение. Максим встречает меня как ни в чем не бывало.
– Привет, Кристинка-витаминка! Как дела?
– Привет, Максим. Все отлично, спасибо, – коротко киваю я. Сегодня мне джинсы и водолазка. Перцовый баллончик я забыла в прихожей. – Куда поедем?
– Сначала городок отработаем. Потом часик по городу покатаемся.
– Хорошо!
Я пристегиваюсь, и выруливаю со стоянки. На городке мне сложнее всего дается параллельная парковка. Я никак не могу рассчитать расстояние до ярких фишек, и постоянно косячу. Уф!
Максим в десятый раз объясняет мне, как правильно парковаться. Затем, пересев на водительское, показывает. Наконец, у меня получается! Слава богу.
Я такая радостная. Что чуть не бросаюсь ему на шею. Вовремя остановившись, отворачиваюсь.
– Вот видишь, Крис. Сама ведь провоцируешь, – беззлобно смеется инструктор.
– Я просто открыта миру, Максим. Не более!
– Ага!
Потом мы ездим по городу, и болтаем обо всем. Только сейчас, когда все встало на свои места, мы оба расслабились. Максим рассказывает мне о своей жене и сыне. Он уже пошел в садик и часто болеет. Бабушки им не помогают, жена постоянно с ребенком, очень выматывается, секса толком нет. А он парень горячий и ему надо спускать пар.
– Ну ты же некрасиво поступаешь по отношению к ней. Она дома, растит твоего сына. А ты?
– А что я? Так все мужчины устроены, Крис. Это же физиология, и ничего личного. Сунул-высунул и пошел. Все мужики изменяют!
– Да нет, Макс. Не верю! Я бы не хотела так.
– Женщины тоже изменяют, но меньше палятся, – авторитетно заявляет он. – Знаешь, сколько у меня замужних было? А ты одна такая совестливая попалась.
Я в шоке качаю головой. Немыслимо! Я мечтаю выйти замуж раз и навсегда. И никаких измен! Кто же станет моим мужем?
В голове промелькивает образ Давида. Тьфу, блин!
Глава 14.
Мама вернулась домой от сестры. Дни без нее быстро пролетели. Вчера вечером мы провернули с Ульяной спецоперацию. Я взяла с нее клятвенное обещание, что она в час будет дома. Маме сообщила, что сестра уснула в одиннадцать вечера.
До назначенного времени, я места себе не находила. Выпила литр чая, наверное. Параллельно читала Булгакова. После школы я мечтала стать преподавателем. Побеждала в олимпиадах по русскому языку и литературе, я гуманитарий. С физикой и химией у мня всегда были проблемы. Я изо всех сил корпела над учебниками, чтоб понять и разобраться. Денег на репетиторов не было, а то, что объясняли учителя, никак не могла понять. Мама мне тоже была в этом деле не помощник. По окончании школы она чуть ли не силком отправила меня на экономический, на заочку. Потому что потом можно хорошо заработать, не то, что с книжками копаться за копейки!
Читать же я очень любила. Я читала от классики до любовных романов. Последние, конечно, завораживали в более старшем возрасте. Как и все девочки, мечтала о большой и красивой любви. Я очень сентиментальна, мое богатое воображение живо рисовало мне картины прочитанного, я искренне переживала за героев.
Сегодня выбор пал на Мастера и Маргариту. Все-таки, в более старшем возрасте, по-другому воспринимаешь и сюжет, и поступки героев. Маргарита жила с нелюбимым мужем, которая ради любимого продала душу самому Воланду. Любовь требует самопожертвования. Но это опять только моя теория. Надеюсь, когда-нибудь доберусь до практики.
Наверное, нужно быть более гибкой, иначе, действительно останусь старой девой. Но и отдаваться без любви я тоже не могу. Замкнутый круг какой-то.
Ровно в час ночи открывается дверь, и заходит счастливая сестра. По ее горящему взгляду и истерзанным губам, я понимаю, что она явно не чай пила.
– Крис, не спишь? – шепотом зовет меня.
– Нет, тебя жду, – выглядываю я, с книжкой в руках.
– Ты как Татьяна Ларина, – хохочет она и тут же цитирует:
– Ей рано нравились романы;
Они ей заменяли всё;
Она влюблялася в обманы
И Ричардсона и Руссо.
– Спасибо за Пушкина, дорогая, – хлопаю я в ладоши. – Чай будешь?
– Да, я в душ, попью чай и спать, – позёвывая, сообщает Уля.
Мы очень сблизились с ней после ее этапа взросления.
– Спасибо тебе, Крис, – помешивая варенье, говорит сестра. – Я не знаю, чтобы делала без тебя.
– В окно прыгала с пятого этажа, чтоб от мамы убежать?
– Похоже на то. Ой, Кристинка, он такой классный! Мы все обсудили с ним!
– Что с Мирой у него? – спрашиваю ее, нарезая колбасу для бутербродов. Когда же еще их есть, как не глубокой ночью?
– Ой, не спрашивай. Короче, я так поняла, он на два фронта пока. И со мной ему хорошо, и ее бросать не хочет.
– А ты что об этом думаешь?
– Меня это бесит неимоверно, но пока мы договорились так.
– Вы предохраняетесь?
– Крис!
– Что Крис? Это очень важно, Ульяна. Ты ведь не хочешь забеременеть в шестнадцать?
– Не, у меня голова на плечах! А где твой парень с цветами?
– Не знаю, – пожимаю плечами.
– Почему? Такой букет шикарный, все еще свежий! – восторгается Уля. Она с ним фоткалась целый день, и так, и сяк. Потом в соцсети залила с подписью «Цветы от любимого». Детский сад! Но подружки поверили. Понторезка такая!
– Уль, он армянин и старше меня на десять лет почти. У него уже какая-нибудь тахикардия есть, наверное.
– А тебе Ваньки русские нравятся?
– Я не знаю, Уля. Это на подсознательном уровне должна возникнуть симпатия. Я не могу себя уговаривать.
– А он не пишет тебе?
– Он просил свидание, я заблокировала его.
– А номер ты дала? – любопытствует сестра, наворачивая третий бутерброд.
– Нет, ты чего? Он сам разузнал. Приехал в офис и притворился курьером. Ему Юлька номер дала.
– Блин, круто! Настойчивый.
– На одну ночь настойчивый, таких как я у него сотни, Уля. Зачем размениваться?
– А на свидание почему не хочешь? Классно ведь! Я вот ни разу не была. Думаешь, он тебя изнасилует там? – хохочет Мелкая.
– Дура ты, Улька. Допивай чай и спать ложись.
– Завтра что делаешь? Пошли на коньках кататься?
– Я завтра на свидание иду, – по секрету сообщаю я.
– С ним?
– Не, с Германом. Мы давно общаемся, он полицейский.
– А тот твой кем работает? – не унимается сестренка.
– Он врач. Травматолог в частной клинике, – прыскаю я.
– Слушай, ну это уровень, систер. Если че, я за травматолога. С ментами западло, – хохочет она.
– Ну тебя! – запускаю в нее полотенцем.
В субботу, после работы, я собираюсь на свидание.
Сегодня на приеме был Марк Анатольевич, коллега Давида. Вежливо поздоровался и на этом все. Я почему-то думала, что спросит меня о чем-то, расскажет про Давида, но нет. Ну и ладно!
После происшествия с инструктором, я одеваюсь скромнее. Леггинсы из эко-кожи и свитер оверсайз, талию подчеркиваю серебристой цепочкой. На ноги обуваю высокие сапоги. Волосы укладываю в небрежный пучок, глаза подвожу стрелками и нюдовыми тенями, на губы блеск. Подчеркиваю скулы. Критически оглядываю себя в зеркало. Неплохо.
В шесть вечера Герман пишет, что подъехал. Я спускаюсь вниз, он выходит меня встретить из серебристой Лады четырнадцатой модели. Увидя его, я испытываю разочарование. Это провал. Мощный и сильный Герман с фото оказывается невысоким толстеньким парнем. Я ничего не имею против, но выглядим мы комично. Как огурец и помидор. Это я еще каблуки не нацепила. Молодого человека же наша разница в росте совершенно не смутила.
Навесив дежурную улыбку, я сажусь в салон. Автоматически отмечая для себя, что дверь мне открыл, цветов не принес. Ну я не королевишна какая-то, и так нормально.
– В жизни ты еще красивее, Кристина, – улыбается мне. Зубы у него мелкие и редкие. Мама про таких говорит, что страшные вруны.
– Спасибо, – улыбаюсь я.
В салоне явно пахнет табаком. Я не курю, поэтому остро реагирую на резкие запахи.
– Куда мы поедем?
– Давай в Карнавал?
Карнавал – это кафе, которое пользуется сомнительной репутацией. В девяностые там любили тусоваться местные группировки, кого-то даже застрелили, это тоже мама рассказывала. Сейчас там пивнушка, где смотрят различные трансляции спортивных состязаний.
Из всех видов спорта я люблю только биатлон. В детстве еще обожала фигурное катание.
– Карнавал? А что там интересного?
– Да, я совсем забыл, что сегодня матч. Наполи против Барселоны играет. Ты любишь футбол?
– Эээ, честно, не очень хорошо разбираюсь.
– Я тебе объясню, не переживай, – уверенно заявляет молодой человек.
Ну хорошо. Футбол так футбол!
Глава 15.
Кристина
Забурившись в подвальное помещение, я обнаруживаю там несколько липких столиков и огромное количество пьяных мужиков. Мысленно про себя отмечаю знакомых: у этого гепатит, у того анемия, у третьего сифилис нашли. Брр. Издержки профессии. Но в сфере медицины мы не имеем права распространяться о чьем-либо диагнозе. Даже специальный документ о неразглашении подписывали при приеме на работу.
В баре душно и тяжело пахнет чем-то кислым, будто, кого-тот стошнило под стол. Герман же чувствует себя вполне свободно. Со многими здоровается, и даже обнимается. Я же, стою не у дел.
Увидев знакомую девушку, мы вместе учимся в автошколе, слегка расслабляюсь. Она приветливо машет мне из-за соседнего стола. Вроде бы ее зовут Марина. Я с улыбкой подхожу поздороваться. Помимо нее, за столом еще сидит три девчонки. Они явно себя здесь чувствуют в своей тарелке, на столе стоят пиво и закуски.
– Привет, как дела? – обращаюсь я.
– Привет, Крис, отлично! Ты как здесь? – спрашивает Марина.
– Да вот, с парнем пришла, – неопределенно киваю я в сторону бара. Герман увлеченно что-то обсуждает с крупным, лысым мужиком.
– А, пиво и футбольчик любишь?
– Ну, как сказать, – смеюсь я. – А вы?
– А мы пришли парней цеплять, – хихикает Марина. Она примерно моя ровесница.
– Ну, удачи, девочки, – киваю я. – Увидимся!
Я возвращаюсь к барной стойке и изучаю меня на стеновом табло.
– До начала пятнадцать минут еще. Какое пиво тебе взять? – наконец, обращает на меня внимание Герман.
– Эээ, я не пью, – отвечаю я.
– А чего? Сегодня суббота, можно расслабиться! Давай нефильтрованного?
– Нет, спасибо. Может, я чаю попью?
– Хорошо. Василиска, – кричит он барменше, – мне три пива как обычно, а для Кристины чай. И сухарей чесночных две порции.
– Сухари тут зачетные, – сообщает он мне ценную информацию.
– Ага, – киваю я.
Мы усаживаемся за столик напротив огромного экрана, матч начался. Я прихлебываю чай, мой кавалер хлещет пиво и громко хрустит сухарями. Периодически наклоняется ко мне, обдавая невозможным запахом чеснока и пива. Рассказывает факты про спортсменов и правила. Я изо всех сил делаю вид, что мне это интересно.
– А сколько матч длится?
– Полтора часа, если дополнительное время не добавят. А если еще добавят, то примерно плюс час.
Нет, ну это ни в какие ворота!
– Герман, ты же за рулем.
– И че?
– А как домой поедешь? Ты же пьешь.
– Так ты сядешь, – легко толкает он меня в бок локтем.
– У меня прав нет, я еще учусь ведь, – выдаю я.
– Ну трогаться умеешь? – как ни в чем не бывало, прихлебывает он пенный напиток. – Этому научили?
– Да. Но опыта ноль у меня.
– Докатимся тихонько, потом я пересяду. Меня тут все знают, – важно заявляет Герман.
Во время перерыва к нам за стол подсаживаются нетрезвые парни. Один из них смутно знаком, кажется, мы вместе ходили в художку в детстве.
– Привет, Космонавт, – здороваются они с Германом. – С тобой? – кивает один в мою сторону.
– Да, это Кристина.
– Привет, Кристина!
– Привет, – отвечаю я, внимательно смотря рекламу по телику.
– Хороша Кристина, – цокает первый. – Ну ладно. Меня Андрюха зовут, будем знакомы, – тянет ко мне свою лапищу.
– Очень приятно, – киваю я, протягивая ему руку.
Что я здесь делаю вообще? Семь вечера, а они уже в хлам.
– Ты это, за Германа-то держись, он ровный парень. Но если не срастется, найди меня, я покажу тебе небо в алмазах, – похотливо облизывается он.
Герман со вторым хохочут в голос, я же не находя ничего смешного, решаю свалить домой. С меня довольно!
– Я скоро, пойду припудрю носик. – киваю Герману, выбираясь из-за стола. Подхватываю сумочку и выхожу на улицу.
Если бы я участвовала в конкурсе на самые дебильные свидания, точно заняла бы первое место. Отхожу на безопасное расстояние и вызываю такси. Ставлю Германа в блок, удаляюсь из приложения знакомств и облегченно выдыхаю. Никогда, вот больше никогда не познакомлюсь в интернете. Один другого хлеще! Или я настолько не разбираюсь в мужчинах? Вот взять Германа. Мы с ним обсуждали книги, фильмы, даже живопись! А тут, привет. Мне пиваса и сухарей.
Кошмар!
С утра мне снова на работу. Дашка укатила с сыном на турнир по шахматам, у нас с Юлей дополнительные смены. Мне это на руку, выше зарплата. Марк Анатольевич вместо себя прислал нового врача. Игорь Матвеев, врач УЗИ. Очень приятный молодой человек. Складывается ощущение, что в их частной клинике все как на подбор красавцы-мужчины.
Сегодня воскресенье, мы работаем до двух часов дня. Рабочий день идет своим чередом, пациентов немного. Мы с медсестрой Любовью Михайловной пьем чай и сплетничаем. Она мне как вторая мама. Ей слегка за пятьдесят, она вдова.
Она жалуется мне на свою старшую дочь, а я на Германа.
– Реально, сухари и пиво такому ангелочку как ты? – ужасается она, размешивая сахар в кружке с чаем.
На сладкое у нас конфеты от пациентов и пирог с вишней, который я пекла накануне.
– Да, представляешь! А потом к нам два пьянчуги подсели, один из которых облизывался, глядя на меня. Это так мерзко!
– Ой, Кристинка. Не везет тебе в любви. Подожди пока. Тебе ведь всего двадцать, встретишь еще того единственного.
– Да где они? Кругом моральные уроды какие-то, – тяжело вздыхаю я.
– Как мама твоя? Лютует? – медсестра в курсе наших взаимоотношений.
– Я привыкла, Любочка. Но иногда складывается ощущение, что Уля моя дочь, а не мамина. Я за ней должна следить, заниматься, готовить, прибираться, мыть и стирать. Мои проблемы – не проблемы вообще. А у сестры – да!