Развод с чудовищем

Глава 1. Естер

Ненавижу серую осень, угнетающая и беспросветная. Она мне напоминает о тех днях, когда мы познакомились с моим, практически, уже бывшим мужем Артемом Михайловым. Откинувшись в удобном кресле, от усталости прикрываю глаза. Дрема накатывает мгновенно, поверхностная, обманчивая, словно покачивая на волнах. У меня уже год не было секса, и сон неожиданно выходит эротическим.

Мы стоим в картинной галерее, где его коллега устроил фотовыставку своих работ.

– Естер, милая! – рвано шепчет Артем, хватая меня за руку, тянет за собой и вталкивает в первую попавшуюся дверь. – Я так скучал по тебе!

Впивается в мои губы, по-хозяйски проталкиваясь языком. Его вкуса так много, что я перехватывает дух. В груди все порхает, взрывается, давит. Со стоном прикусывает мою нижнюю губу, и мы встречаемся языками. Михайлов запускает пальцы в мои волосы, давит на затылок и начинает целовать жадно, глубоко трахая языком. Второй рукой гладит меня по бедрам, груди, животу, пощипывая, а затем впивается в ягодицы. Во мне вибрирует дикое желание, между ног горит от нереализованных желаний, от жажды секса и мужской близости.

– Горячая девочка! – еле слышно, произносит он, опаляя меня жарким дыханием. – Ты ведь мокрая уже, да? Скажи!

– Да, да!

– Давай как тогда, а? Хочу сзади, Естер! Позволь, пожалуйста!

Я послушно поворачиваюсь спиной, и отклячиваю попку, похныкивая от желания. Слышу, как мужчина бряцает пряжкой ремня, и обнаженных ягодиц касается горячая твердая плоть.

– Естер Кареновна! – раздается стук в дверь, и в кабинет заглядывает моя помощница.

– А? – резко дергаюсь я, не понимая, где нахожусь. Сердце стучит как ненормальное, а присутствие Михайлова такое явное, словно он только что вышел за дверь.

– Ой, – пугается Марика. – Вы уснули? Простите, пожалуйста.

– Все нормально! Что ты хотела?

– Ваш кофе!

– А, да. Спасибо!

Едва за ней закрывается дверь, я закатываю глаза. Это жесть. Мне срочно нужно снять напряжение. Но, к сожалению, пока не с кем. Михайлова к себе я и на пушечный выстрел не подпущу. Чтоб отвлечься, просматриваю последние новости в телеграмм-канале. Певица Лана Стэр будет представлять нашу страну на Международном конкурсе Ю-видение. Только ленивый не написал об этом событии. Приближаю ее фото, рассматриваю внимательно. Мы с ней ровесницы. Классная, харизматичная девушка. Давно хотела пригласить к себе на интервью, интересный персонаж. И на волне подготовки к конкурсу будет особенно интересна ее история.

– Миш! – кричу я, выходя из кабинета. – Раздобудь мне номер Ланы Стэр.

– Так она только через Глинских общается! – морщится усатый коллега. Он отвечает за PR и сценарий программы. – И ей уже звонили раза три, не соглашается.

– Ну, тогда дай ее номер, этой Глинских. Свяжусь сама.

– Это не она, – хохочет Миша, смачно откусывая круассан. Крошки остаются на усах, но его это ни капли не смущает. – Это он. Артем Глинских, ее продюсер. И его номер у меня есть.

– Опять Артем. У меня аллергия на это имя! – ворчу я, начинаю чесаться, вспоминая своего почти бывшего мужа.

Слава богу, нас скоро разведут. Спустя почти год мучений и цирка с конями в виде потери его паспорта, раздела имущества, определения, с кем останется наш трехлетний Львенок и прочим.

– Поговори с ним сама. Он, конечно, тот еще Цербер. Оберегает свою звезду как зеницу ока.

– Кто такой, сколько лет, что интересного о нем есть? – забиваю номер в телефонную книжку, переписывая с экрана телефона коллеги.

– Да ничего особенного. В разводе, лет сорок ему, с самого начала работает с Ланой. Она его первая и последняя подопечная. Он всегда за нее горой стоит.

– Они любовники? – профессионально интересуюсь я. Журналистика – дело такое, любая информация может быть полезна.

– Насколько я знаю, нет. Но кто же их разберет? Весь шоу-бизнес под одним одеялом.

– Понятно! Сама наберу этого Глинских. Не буду Марику просить.

Я смутно припоминаю высокого, широкоплечего мужчину рядом с певицей на снимках. Да, точно. Белоснежная улыбка и цепкий взгляд. По-любому, если не женат в таком возрасте, значит, богатый кобель. Посещает спортзал, и кайфует от своей значимости.

– Ого. Сама королевишна звонить изволит?

– Ой, все! – отмахиваюсь я. Ну и команда у меня! Совсем распоясались.

Я выхожу из кабинета, и, прохаживаясь по длинному коридору, набираю Артема Глинских. Сидя вести переговоры по телефону вести не умею, постоянно нужно быть в движении. Заранее настраиваю себя на разговор. Отчего-то он мне уже не нравится.

– Да! – отвечает мне неожиданно приятный, мужской голос. Глубокий тембр, которого вызывает ощущения силы и уверенности.

– Добрый день, Артем. Меня зовут Естер Казарян, я журналист и ведущая передачи «Прямой вопрос». Уделите мне пару минут?

– Добрый день, Естер. Чем обязан? – вежливый до зубовного скрежета, но вместе с тем волнующий. От низких вибраций его голоса я внезапно покрываюсь мурашками Чо за фигня?

– Меня интересует интервью с Ланой Стэр. Можем побеседовать?

– К сожалению, нет. Лана не дает интервью, очень высокая занятость. Всего хорошего!

Я не успеваю вставить слова, как мужчина отключается. Он просто кладет трубку, мать его! Как смеет? В недоумении смотрю на погасший экран Айфона. Кем он себя возомнил вообще?

Популярной ведущей собственного проекта на Ютуб я стала года два назад. Сначала трудилась в местной газете, затем за мужем перебралась в Москву.

Возвращаюсь в кабинет, усаживаюсь за монитор и загружаю планер. В ближайшее время у меня интервью с именитой фигуристкой, и журналистское расследование. Несмотря на то, что я сейчас занимаюсь, в основном, съемками для видеоплатформы, журналистика меня не отпускает ни на минуту. Причем, чем жестче, тем интереснее.

– Ну что там? – интересуется Михаил, вернувшись с перекура. Я не выношу табачный запах, молча протягиваю ему жвачку.

– Отбрил меня, прикинь? – с неудовольствием растираю плечи.

– Да ладно? К тебе очередь из желающих выстроилась, запись на год вперед, а они нос воротят? – искренне удивляется усач.

– Представь себе! – буркаю я, невольно открываю поисковик и вбиваю Артем Глинских – продюсер. Безумно хочется посмотреть на этого дерзкого мужчину, который ответил "нет" Естер Казарян.

Глава 2. Естер

– Когда я увижу сына? – приходит мне сообщение в мессенджере всплывающим облаком от почти бывшего мужа.

 Козлина! Ни здрасьте, ни насрать. Ненавижу его!

 Последнее заседание по нашему разводу назначено на ноябрь, и, как заверила меня мой адвокат Ольга Касеева, оно точно будет последним. Артем использовал все рычаги, чтобы отсрочить это событие, но и он не самый могущественный человек. У него есть деньги, много денег. И очень много связей, полезных и не очень. Он обаятелен и легко найдет общий язык даже с самим чертом. В силу своей профессии работал с топовыми актерами, ведущими, чиновниками. И все без ума от него. Все, кроме меня. Только я знаю его истинное лицо.

 Об этом я могу поделиться только с женой своего самого любимого брата Давида, Кристиной. Всего их у меня четыре, и одна сестра. Практически все живут в Армении, вместе с родителями. В России остались мы, как говорят, огрызки. Я и Давид. От работает завотделением травматологии в моем родном городе и безумно любит свою жену. Она у него и вправду волшебная.

– Опять пишет мне! – без предисловий печатаю ей в месседжере. Настрой работать улетучивается в миг. Пожалуй, надо начать ходить к психологу, или куда там еще ходят практически разведенные женщины?

– Что ему надо? – тут же прилетает ответ. Крис недавно родила мне третьего племянника, его назвали Нерсес, что означает «рождение героя». Изначально, ему было уготовано другое имя, но мальчик родился с трехкратным обвитием и гипоксией, его откачивали реаниматологи. Давид чуть с ума не сошел. Сейчас малыш абсолютно здоров и развивается по возрасту, но больше в роддом Кристина ни ногой.

– Хочет увидеться с Левой.

– Зачем? Снова его напугать?

– Я не знаю. Я боюсь их оставлять наедине.

– Я тебя прекрасно понимаю. А в твоем присутствии?

– Я даже видеть его не хочу! При каждой нашей встрече он тычет мне тем, что без его денег я бы не построила карьеру телеведущей! – в конце добавляю смайлик с рожками.

– Ты давно ему все отдала!

– В том-то и дело, что ему нужно почувствовать себя Королем мира! И потешить свое самолюбие.

– Будем надеяться, что скоро он охладеет к Левику. Ты же понимаешь, что это он перед разводом активизировался!

– Конечно. Не хочет меня отпускать! О какой-то неземной любви мне чешет, трахая других баб пачками. Фу!

 Мы поженились пять лет назад, мне едва исполнилось двадцать, я заканчивала третий курс универа. Мои родители – чистокровные армяне, вынужденно переехавшие в Россию в начале девяностых. Осели здесь на двадцать с лишним лет, и не так давно вернулись на родину. Я воспитывалась в армянских традициях, но с русским уклоном. Еще бы, училась в русской школе, все мои подруги были русскими. Я обожаю эту страну, язык и кухню. Я росла бунтаркой, в то время как старшая сестра Грета послушно играла на фортепиано, разучивая гаммы, я пустилась во все тяжкие. Занималась единоборствами, бегала по гаражам, дралась с мальчишками, играла в команде КВН и даже пару раз выступала со стенд-апом. Разумеется, родители были не в восторге от меня. Поддерживал всегда Давид, старше меня на десять лет. Прикрывал, где надо, и настоял на том, чтобы я осталась в России после окончания школы и поступила в универ, хотя мама мечтала, что я перееду в Армению к ней под крылышко.

 До свадьбы мы встречались с будущим мужем два года. По армянским традициям я вышла замуж девственницей, для меня это было важно. Мама с самого детства талдычила мне это, что важно быть чистой. Разумеется, мы практиковали петтинг и оральный секс, но самое главное случилось в брачную ночь. Не скажу, что мне очень понравилось, но я, наконец, стала женщиной.

 Мама Ануш – очень властная и авторитарная женщина была далеко не в восторге от того, что я вышла замуж за русского парня Артема Михайлова.

– Естерик, девочка моя, ну зачем тебе этот расписной нужен? У соседки племянник приехал, в Москве живет, Галуст. Ну какой красивый, сильный, смелый. Давайте устроим свидание?

 Но сильно не передавливала, потому что за пару лет до этого, чуть было не расстроила свадьбу Давида и Кристины, не принимая того, что он женится не на армянке.

Но я лишь хохотала в трубку и ничего не замечала вокруг кроме Артема. Высокий, талантливый, он нестандартно мыслил и очень много знал. Мне было безумно интересно с ним. Мы говорили с ним часами, завалившись на плед в парке, или сидя под лестницей в универе.

 Первые два года я была самой счастливой на свете, подрабатывала в газете, писала статьи для журналов и рецензии на книги. Тема устраивал фотосессии и начинал печататься в модных журналах. Все изменилось в тот момент, когда он переехал в Москву и его крышу снесло от успеха. Я прилетала к нему на выходные в квартиру, он снимал шикарную студию с панорамным видом на мегаполис, мы трахались сутками напролет и говорили, говорили. Я вдохновляла его, он часто снимал меня, где входила в раж, работая на камеру, он убедил меня раздеться и сделал несколько кадров. Они получились шикарными, но очень откровенными. Для домашнего архива, пояснил он. Такое точно не покажешь в старости за семейным ужином. Хотя, было бы забавно.

 На последнем курсе универа я запустила шоу на видеоплатформе в формате интервью. Первым моим собеседником стал Марк Подгорный. Давний друг Давида и владелец прогрессивной клиники лечения бесплодия в Москве. Марк Анатольевич – безумно привлекательный и умный мужчина, фрагменты беседы с ним завирусились в интернете, и шоу посмотрели более трех миллионов человек. Параллельно я родила сыночка, и работала, много работала.

Затем было еще пара интервью, но мы уже мысленно готовились к переезду в столицу. Муж, вдохновленный моим успехом, выложил кругленькую сумму, проспонсировав мое начинание. У меня появилась своя студия, оборудование и команда профессионалов. Правда, за первые интервью со знаменитостями, мне пришлось платить. Сейчас же они готовы сами дать мне денег, чтобы я с ними побеседовала. Именно поэтому отказ Артема Глинских так меня возмутил, и заинтересовал.

Глава 3. Естер

– Привет, мой хороший! – зарываюсь я носом в темные кудряшки. – Как прошел твой день?

– Привет, мама! – весело кричит сынок. – Хорошо!

Я забираю малыша из частного детского сада, в который он ходит с недавнего времени. Адаптация прошла прекрасно, и Лев уже остается на весь день.

– Отлично! Сейчас оденемся, и домой поедем. Мама, правда, ужасно устала, и не хочет готовить. Давай закажем пиццу?

– Да! – радуется ребенок, смотря на меня ярко-голубыми глазами. Лев – моя маленькая копия, армянские гены полностью победили славянские, от отца он унаследовал только высокий рост, в свои три с небольшим идет по верхней границе нормы. Необычного цвета глаза у меня по линии бабушки Анаит. Дед говорил, что влюбился в нее, как только их увидел. Самый красивый эпитет о цвете глаз, я слышала от своего брата Давида, он сказал, что они цвета льда Байкала.

Мне двадцать пять, ростом я едва достигаю ста шестидесяти сантиметров, у меня длинные темные волосы и стройная фигура, но последняя не дана мне природой. Если бы я ела, что хотела, уже была бы похожа на свою маму пятьдесят шестого размера. Мужчины-армяне предпочитают крупных женщин, чтобы можно было за что-то подержаться, ведь если женщина худая, значит, семья бедная. Но я живу в России, и отъедать попу не намерена, тем более камера и так добавляет объема.

– Как себя вел Лев? – спрашиваю воспитателя, натягивая на сына комбинезон с белыми медведями. Он одеваться совершенно не хочет, и всячески мне мешает.

– Неплохо, Естер! – улыбается мне девушка. – Они играли хорошо с Владиком, пока к ним не пришла Нина и не забрала машинку. Немного поплакал, кушал хорошо, поспал. Да, мы разучиваем песни к новогоднему утреннику, Лев очень старается и поет громче всех.

Мы смеемся и тепло прощаемся. Крепко взяв сына за руку, уверенно шагаем к выходу. Осень в этом году в Москве выдалась холодная, но сухая. Я терпеть не могу дождь и холод. Видимо, это заложено на генетическом уровне, в Армении осень сухая и теплая.

Ветер гоняет желтые осенние листья по дорожке к калитке, в лужах отражается пронзительное голубое небо. Такое чистое в столице бывает только в октябре. Моя машина ждет нас на стоянке, я ее не глушу, чтоб Левику было комфортно и тепло.

Выйдя за переделы сада, с неудовольствием замечаю наличие своего почти бывшего мужа.

– Привет! – широко улыбается он. – Вы чего так долго? Я уже заждался!

– Папа! – кричит Лев, и вырывается, чтоб с разбегу запрыгнуть к нему на руки.

– Привет, чемпион! – теребит он его по щеке. – Как ты?

– Хорошо! – пытается он отбить пятюню.

– Вырос как! Ты посмотри на него!

Я стою поодаль, воинственно сложив руки на груди. Артем только вернулся с Бали, куда летал отдыхать и работать. Высокий, загорелый и напряженный. За неискренней улыбкой скрывается опасность. И я это явно чувствую.

– Открывай, чего стоим на ветру? – подмигивает он мне. – Да, Лева?

– Ты что, с нами собрался ехать куда-то? Я не приглашала!

– Я, вообще-то, твой муж и вы живете в квартире, которая принадлежит мне! – фыркает он.

– Это – совместно-нажитое имущество! – холодно цежу я, нажимая на кнопку брелока, открывающего «Ауди».

– Ты же знаешь, что нет, моя дорогая Естерик! Все, что есть у тебя – куплено на мои деньги! И это корыто тоже!

С этими словами он усаживает довольного сына в кресло на заднее сиденье, а я сажусь за руль «корыта», стоимостью более семи миллионов рублей. Это был подарок на рождение ребенка.

– Ну что, поехали? – потирает он руки, приземляясь рядом. – Сто лет дома не был. Соскучился папка по своей семье, да?

– Да! – радуется Лева. Маленький еще, ничего не понимающий пацан.

– Какого хрена ты заявился? – шиплю я, резко трогаясь с места.

– Ты думала, будешь меня динамить, и я исчезну? – хохочет он, откидываясь назад. – Мама у тебя такая шутница, Левик!

– Ты прекрасно знаешь, почему я это делаю! Леве опасно находиться рядом с тобой!

– Я чистый, Естер! Даже не пил уже две недели!

– Я это сто раз слышала!

– Ну так послушай сто первый! Меня так накрыло тогда, что я чуть с ума не сошел. Все молитвы вспомнил, чтоб меня отпустило поскорее!

– Можно без подробностей? Мне даже слышать это противно! – кривлюсь я.

Большой город – это возможности, большой город – это развитие, большой город – это соблазн. Соблазн, которому Артем не смог противостоять, и потерял меня и сына.

Похоть, грязь, доступные девушки, головокружение от успеха, какие-то бесконечные тусовки и кайф.

Сначала все было невинно. У гениальных людей такое часто бывает, как потом выяснилось. В том, что Михайлов гениальный фотограф я не сомневалась никогда. Он умеет найти ракурс, вычленить момент, создать такой образ, что просто рот открываешь от восхищения. Подмечать детали – это фишка многих фотографов, но Артему удается лучше всех.

Вращаясь в тусовке творческих людей, он начал принимать алкоголь. Мой Артем, который пробовал курить в двенадцать лет, запоем читал книжки и никогда не был замечен ни в чем плохом, начал выпивать, потом появились восторженные фанатки, готовые на все ради пары кадров.

Я как раз переехала в Москву с пятимесячным Левой на руках, муж мне технично лил в уши, что это работа и не более того, чтоб снять напряжение требуется расслабон. Конечно, я хотела в это верить и верила. Ему постоянно кто-то звонил, писал, Артем был нужен всем. Но больше всего мне и сыну. Чтоб надолго не забрасывать мой проект, нам пришлось найти няню, а мне свернуть грудное вскармливание.

За что я бесконечно благодарна мужу, так это за то, что он поверил в меня и я являюсь тем, кто есть. Успешная и востребованная телеведущая собственного шоу, автор острейших журналистских расследований и обладательница премии «Человек года» по версии журнала «Клэр». Я поддерживаю образ стервы с острым языком, не являясь таковой на самом деле. Не встречаюсь со своими героями заранее, чтобы не проникаться. Но истинной меня знают немногие, а образ – все.

– Я всего на пару недель. В моей новой квартире идет ремонт, не жить ведь мне на съемной. Еще чего! Да и ты, может, передумаешь разводиться? – снова подмигивает мне и странно шмыгает носом. – Сопли!

Глава 4. Естер

Всю дорогу я сижу в напряжении, гоняя мысли по кругу. По-хорошему, на эти две недели нужно съехать нам. На съемную или в отель, но я знаю, как Лев любит отца. Все-таки, это его кровь. Оставить их наедине, я тоже не могу. Придется как-то мириться с этим.

– Я буду приходить только ночевать! Не ссы, армянка. У меня в студии куча работы. А дома ты знаешь, что я терпеть не могу работать.

Понимаю, что он хочет меня уколоть, но сдерживаюсь Я не буду поддаваться на провокации. Мы заезжаем в подземный паркинг, и поднимаемся в лифте на последний этаж. И пусть Артем сколько угодно говорит, что это он купил эту квартиру – это не так, я прилично зарабатываю на рекламе, и половина честно оплачена мной.

В памяти всплывает день, когда мы оформили договор на приобретение собственного жилья. Леве едва исполнился год. Мы просто влюбились в высоченные потолки и террасу, которая выходила на крышу. Ценник был конский, но нам удалось снизить цену по бартеру. Я сделала им хорошую рекламу, а Артем прекрасные снимки жилого комплекса. Казалось, впереди нас ждет светлое будущее и счастливая жизнь. Оказалось – показалось.

Я ничуть не удивлена, наткнувшись на его чемоданы в прихожей.

– Мог хотя бы предупредить, что приедешь!

– Оркестр бы заказала, или шашлыков нажарила? – мерзко ехидничает он, в очередной раз цепляя меня. – Или достала армянский коньяк?

– Морально подготовилась!

– Я тебе неделю назад написал, ты не читаешь мои сообщения! Не телеграмму же мне было отправлять!

Я раздеваю сына, он весело бежит мыть руки и в детскую, где находится его любимое Лего. С ним он может играть часами.

– Что на ужин приготовила? – деловито заглядывает в холодильник.

Я прохожу следом в уютную гостиную, совмещенную с просторной кухней. Сегодня приходила помощница по дому, в квартире свежо и чисто.

– Пиццу приготовила. Испечется с минуты на минуту!

– Моя хозяюшка! Идеальное питание для сына! Так и запишем! А ты что-то поправилась! – прокатывается взглядом по моей фигуре. – Да-да, бока наела. Ты смотри, Казарян, жопа скоро будет как у твоей матери!

– Заткни свой рот, Михайлов! – шиплю я в ярости. Это вранье чистой воды, от нервов я скинула три килограмма, и они даже не собираются прилипать обратно. – Ухаживать за тобой я не собираюсь. Доставщику откроешь сам, заказ оплачен. Я пошла работать!

Вне себя от злости, я разворачиваюсь, и иду в спальню. Переодеваюсь в домашний шелковый костюм и аккуратно складываю вещи в гардеробную.

Меня не назовешь идеальной хозяйкой. Я не умею гладить рубашки, ненавижу готовить. Когда-то Кристина пыталась научить меня, но мне не понравилось. Сама она очень успешно ведет блог, и постоянно выдумывает новый рецепты. Давид просто обожает ее кухню.

Как только появилась возможность, в нашем доме появилась помощница по хозяйству Ольга. Также она занималась готовкой. Сейчас же, когда Михайлов съехал от нас, в этом нет необходимости. У Льва очень ограниченный рацион, поэтому нехитрую еду я и сама могу ему приготовить. Сама же питаюсь программой питания из доставки, еду в черных контейнерах мне привозят раз в два дня. Я уже привыкла к этому.

В нашей квартире три спальни, помимо моей – две гостевые. Они находятся на втором уровне, поэтому я не переживаю, где будет спать Михайлов. Надеюсь, ему хватит мозгов не припереться ко мне за супружеским долгом, иначе, я заряжу ему по яйцам. Для этих целей у меня лежит под кроватью детская клюшка. Она появилась в тот день, когда Артем, обдолбанный в хлам, попытался меня изнасиловать, так там и лежит. Ольге категорически запрещено ее перекладывать и убирать.

По привычке просматриваю новостные паблики, и разбираю сообщения. Я написала напрямую певице Лане Стэр с просьбой провести интервью, решив обойти ее продюсера. Сначала она динамила меня, а сегодня резко согласилась.

Через закрытую дверь спальни, я слышу сигнал домофона, на который никто открывать не собирается. Чертыхнувшись, иду сама. Проходя мимо гостиной, замечаю Артема, лежащего на диване. Он уткнулся в телефон и ни на что не реагирует.

– Ты оглох? – кричу я. – Мы же договорились!

– Что? – достает он из ушей эйрподсы. – Не слышу.

– Домофон звонит! Я же просила открыть.

– Не понимаю армянский! – пожимает плечами и заваливается обратно. Козлина!

Принимаю у курьера коробку с пепперони и ставлю на кухонный стол. Наливаю для Левы чай, а себе разогреваю брокколи с индейкой. Аппетита нет, но для стимуляции мозговой деятельности еда обязательна.

– Левик, солнышко! – зову его, приоткрыв дверь в детскую. Колонка Алиса рассказывает ему сказки, малыш увлеченно создает автосервис из Лего-деталей. – Пиццу привезли. Пойдем скорее ужинать!

– Да! Пицца! – хлопает в ладоши сынок и мы бежим с ним наперегонки до кухни.

Игнорируя присутствие мужчины, усаживаю мальчика за стол и придвигаю стул поближе.

– Включи мультики! – просит он, умоляюще подняв бровки.

– Нет, Лева. Ты же знаешь, когда мы кушаем, мультики запрещены.

Это правило я выполняю неукоснительно, также никогда не беру за стол телефон, чтоб не отвлекаться.

– А папа? – оборачивается он.

– Папа занят! – отмахиваюсь я. – Приятного аппетита!

Лев усердно жует, раскачиваясь на стуле, активно машет ногами.

– Аккуратнее, сынок! Ешь над тарелкой. Там в чашке чай, пей.

Он берет свою любимую кружку с Робокаром Полли и делает глоток.

– А где сахар? – удивляется малыш.

– А сахар вреден!

В садике его приучили к сладкому чаю, и это просто треш. Потому что дома он каждый раз его просит сладким. Я стараюсь ограничивать его в сладком, потому что ребенку это не нужно. Конфеты мы успешно заменяем фруктами. Мороженое по большим праздникам. У мальчика начинается аллергия, если он много съест, чешется кожа под коленками и на локтях

– Что? Твоя злая мачеха не дает сладкого? – доносится голос из гостиной и сам же ржет от своей шутки. – Вот какая, а. Сама, наверное, в три горла жрет.