O(r/d)dinary

– Зачем отрицать правду? – гримаса удивления ненадолго застывает на сосредоточенном секундой ранее лице. – Однако ты сама пришла сюда. Я тебя не запирал на ключ и в кандалы не заковывал. Может ли это считаться похищением, как думаешь?

Ликс поразмыслила над его словами. Похоже на правду. Если только похититель не пытался ее заболтать.

– Хоть кто-то здесь разговаривает, – в конце концов произнесла Ликс. – Что это за место?

– Нас называют "Клубом странных". Но я называю нас " Клубом нормальных". Как я тебе и писал, мы – объединение особенных людей. Занимаемся делами, которые не под силу полиции и военным. Я хотел встретиться и поговорить с тобой о твоём возможном вступлении. Но, кажется, немного опоздал.

– Что значит, опоздали? – с каждым словом Джесси Итена Ликс всё больше впадала в растерянность.

Одарённые. Дела, непосильные полиции и военным.

"Куда я попала?"

Джесси Итен протянул руку и коснулся запястья Ликс. Прямо на глазах по бессолнечной бледной руке расползлась чёрная метка и, охватив запястье кольцом, исчезла.

– Клуб сам решил, что ты должна быть с нами и включил тебя в наши ряды. Иногда такое случается.

Оглядев чужое запястье, Итен провёл кончиками пальцев по ее ладони и сжал крошечные пальцы в кулак, будто что-то в них положил.

– Стоп-стоп, – Ликс высвободила кисть из сильных рук. – Так не пойдёт. Не собираюсь я никуда вступать.

Синяя бровь удивлённо приподнялась. Ликс всё ждала ответной реакции на свои слова, но так ее и не получила. Карие глаза просто смотрели – прожигали – на нее и, видимо, ждали дальнейших возражений. Так что Ликс решила не сдерживаться.

– Честно говоря, всё это звучит очень странно. Да, я не буду отрицать, что в нашей жизни существуют несколько… – Ликс немного замялась, – необычные способности. Но, даже если так, зачем я Вам нужна? Если Вы знаете о моей небольшой особенности, значит следили за мной и понимаете, что она почти бесполезна…

Девушка остановилась на мгновение, сомневаясь в собственных мыслях и всё же добавила:

– Кстати, преследование уголовно наказуемо.

– Это кто здесь уголовник? – синие брови шутливо сводятся к переносице, – Преступлением является преследование с целью злого умысла. Но разве же я что-то сделал?

– Цитируя Вас же, Вы знаете всё обо мне. Разве это нормально – знать столько о совершенно незнакомом человеке?

– Такова моя работа, – развёл руками Итен, – знать всё про всех одарённых, насколько это возможно. Ты попала в моё поле зрения совсем недавно, и твои силы правда не так уж велики. Но при этом за тобой была слежка, что показалось мне странным.

– Что? – Ликс была ошарашена.

– Да. За тобой следили. – Джесси ненадолго задумался, прежде чем продолжить. – Ты… Могла этого не заметить, но это так. Боюсь, тебе могла бы грозить опасность, не позови я тебя на встречу.

Повисла долгая пауза.

Ликс ему не верила. Джесси Итен был слишком подозрительным.

Но при этом, ей вдруг вспомнились последние несколько дней. И будто-бы… Правда, было нечто странное. Пару раз она чувствовала, что кто-то сверлит ее взглядом. Будто даже не одна пара глаз облепила ее пристальными взглядами. Но кто и с какой целью – сказать трудно.

"Стены дышат и следят…" – сначала такие мысли казались Ликс абсурдными и даже чуточку шизоподобными, но теперь им нашлось весьма адекватное объяснение.

Но было кое-что, что беспокоило Ликс сейчас намного больше.

Когда слышишь мысли всех людей вокруг, в конце концов они сливаются в общий шум, из которого выловить что-то конкретное довольно сложно и требует усилий. Именно поэтому Эванс не любила большие скопления людей.

Однако, вот странность – мысли Мака перед ней молчали. Было так тихо, словно Ликс находилась в комнате одна.

– Как Вы можете не думать? – выпалила вдруг Ликс и заметила заигравшую улыбку напротив.

– Хм? Заметила, наконец? На самом деле, ты права, это правда невозможно. Постарайся услышать, быть может, всё получится.

Ликс прикрыла глаза и прислушалась.

И услышала голос. Свой голос.

– Хорошо, сейчас подойду, – и колокольчик, прозвеневший над дверью кафе, в котором она подрабатывала.

Кажется, это были воспоминания Джесси Итена, поэтому Ликс видела всё его глазами. Видела, как в помещение вошел человек. Себя, прошедшую мимо с подносом в руках. И ещё странную компанию в углу, казалось, не обращающую на нее совершенно никакого внимания.

Однако стоило Ликс отойти к соседнему столику, один из этой компании незаметно сфотографировал ее на свой телефон.

– Вот эти типы – из организации истребления одарённых.

Голос вытянул Ликс из воспоминаний, и та пришла в себя.

– Ты распространяла свои силы вокруг себя, не умея их контролировать, поэтому было много неудобств с большим количеством чтений одновременно. Теперь, когда система клуба помогла их утихомирить, должно стать немного полегче. Тщательно выбирай, чьи мысли стоит читать, а чьи нет.

Ликс удивлённо похлопала глазами. Со своей способностью видеть людей насквозь, она очень долго вглядывалась в Джесси. Какая ему выгода от всего происходящего? Если этот одарённый помогает, то почему?

Ликс не могла узнать ответов на эти вопросы. Но и не видела в человеке перед собой совершенно ничего плохого. Как бы Ликс ни старалась, найти даже на задворках его мыслей хоть что-то злонамеренное – не смогла. Душа человека перед ней была чиста, как свежевыпавший снег.

– Ну что, уже просканировала меня? – хитро прищурился Джесси.

Ликс, которую поймали с поличным, залилась лёгким румянцем.

– По глазам вижу, что да, – продолжил Джесс и лёгким движением потрепал и так растрёпанные волосы Ликс. – Очень здорово иметь дело с человеком, который видит тебя насквозь.

– Мак, Вы…

Джесси остановил ее знаком ладони.

– Пожалуйста, давай на "ты". Каждый раз, когда ты говоришь "вы", я представляю себя седовласым старцем с такой вот длинню-ю-ющей бородой.

Ликс искренне улыбнулась. Джесси Итен, он… Кажется, очень хороший человек, пусть и немного странный. Но есть ли в этом здании хоть один нормальный? Ликс и про себя-то такого сказать не могла.

Единственное, что она чувствовала на данный момент – нелепую вяжущую растерянность.

– Ты можешь сказать, что мне теперь делать? – тихо спросила она у Джесси.

– Чувствовать себя как дома. При вступлении сюда ты получила лучшую защиту, теперь не о чем переживать, – ответил тот с улыбкой.

Но Ликс знала, что даже если так, переживать есть о чем. Точнее, о ком.

Джесси, казалось, тоже умел читать мысли. Он глубоко вздохнул, вспоминая прошлый вечер и сказал:

– Не суди о ребятах по первому впечатлению. Они правда очень хорошие. Каждый из них – моя гордость.

И именно на слове "гордость" послышался грохот от падения чего-то тяжёлого и режущий звон разбитого стекла.

Пока ничего не подозревающий лидер разговаривал с новенькой, Бин и Джерри на кухне подрались за последнюю пачку попкорна.

Ян, кажется, постарался их осторожно разнять. Осторожно не получилось – получилось, как всегда, и шкаф полетел на пол.

На левую щёку "гордого отца клуба" ползёт нервная улыбка.

Ликс почему-то стало очень смешно и одновременно немного жаль Джесси.

– Мыши? – спрашивает Ликс, пытаясь хоть немного развеять атмосферу неловкости.

– Да. Мыши, – мысленно Мак уже стискивал новенькую в объятьях, в знак величайшей благодарности.

Джесс прикладывает два пальца к сенсору на наушнике, активируя громкую связь с "местными грызунами":

– Ребят, коробка с попкорном на первом этаже.

Кто-то присоединяется к громкой связи:

– Да у тебя там черт ногу сломит. Легче объявить эту коробку без вести пропавшей, – понятно, Том.

– А это мысль! Давайте напечатаем объявления и расклеим повсюду! Вдруг попкорн вернётся? – добавила Джерри.

Связь оборвалась.

Джесс поднял глаза к потолку, обворожительно улыбнулся, пытаясь сохранять спокойствие и произнёс:

– Они хорошие. Я же вижу. И ты увидишь, но постепенно.

Воцарилось долгое молчание.

Несмотря на все заверения, разум Ликс всё ещё пытался найти путь к побегу.

– А если вдруг мне захочется уйти?

– Знал, что ты задашь этот вопрос. Эта штука, – лидер указал на своё запястье, – не позволит тебе далеко уйти от здания клуба в одиночку – вызовет такую сильную головную боль, что потеряешь сознание. Чтобы получить право свободно перемещаться, нужно, чтобы система клуба считала, что ты в безопасности. А это значит, необходимо поладить с другими его членами. Чем выше соотношение доверия, тем дальше сможешь передвигаться. Достигнешь шестидесяти процентов – сможешь подать в отставку по собственному желанию.

Джесс посмотрел на недоумевающее лицо Ликс. Что ж, наверное, когда сам Джесси впервые узнал о "Нормальном" клубе и его правилах, он выглядел точно также. А может, и того хуже.

– А другие варианты есть? – только и смогла выдавить из себя Ликс.

Перспектива оказаться запертой в одном здании с людьми, напугавшими ее – без преувеличений – до потери сознания, нагоняла не просто волнение, а настоящую панику.

Джесс развёл руками.

– Только если я сам тебя вышвырну. Но на данный момент я не собираюсь этого делать. Здесь ты хотя бы в безопасности.

Но Ликс так не считала. Кажется, куда безопасней было бродить среди наёмных убийц, чем сидеть в пчелином улье, вжавшись в угол и зная, что тебя искусают.

– У тебя мог бы быть выбор, не будь система клуба такой вредной, – Мак продолжил болтать, зная, в каком шоке сейчас находится новенькая, – но ты не переживай, всё наладится, и твоя жизнь станет лучше, чем была.

Он снова коснулся запястья Ликс, и чёрная метка вновь расползлась чернильным пятном по бледной коже, покрытой веснушками.

Джесс сделал движение, будто бы снимая "браслет" с руки Ликс, и тот действительно "снялся", оставшись в его руке в виде чего-то похожего на электронную панель с кучей разнообразных иконок.

– Это твоя база данных. Карта. Связь с остальными и их местоположение. Так же, с помощью неё можно работать с громкой связью, но об этом позже. Есть дневник для твоих личных заметок. Так же здесь ты сможешь посмотреть процентное соотношение.

Джесси кликнул на иконку со значком процента и на "экране" появилась большая витая десятка. Он очень медленно повернулся обратно к Ликс и так же медленно поднял руку, указывая на себя. Теперь уже на его лице застыло полное недоумение и удивление.

Ликс и сама была поражена за последний десяток минут так сильно, что, казалось, ее эмоций хватит ещё на два поколения вперёд. Всё что ей сейчас хотелось, это закрыть глаза и представить, что всего этого не было.

Да только…

Если всё идёт своим чередом и так, как нужно, стоит ли этому препятствовать?

Она ещё подумает об этом. И наверняка много раз пожалеет о своём выборе. Но это позже. А пока что…

– Мне кажется, я доверяю тебе. Спасибо.

Джесси Итен медленно выдохнул и улыбнулся так искренне, как Ликс ещё не улыбался никто. От него исходила приятная волна счастья и тепла. Какого-то домашнего, уютного.

Дом. Ликс уже давно забыла, что это такое.

Джесс, кажется, ещё много чего собирался сказать, но стоило только открыть рот, на его телефоне раздался звонок. Подняв трубку, парень долго слушал говорившего, а после сказал только:

– Сейчас буду.

И, немного встревоженный, отключился.

Он бросил на Ликс полный сожаления взгляд и, покопавшись в карманах, нашёл-таки свою банковскую карточку.

– Мне срочно нужно уйти. А ты, спустись в кафе, позавтракай. Я чуть позже зайду за тобой и расскажу ещё кое-что.

Не успела Ликс возразить, Итен уже оставил карту на пледе, а сам быстрым шагом покинул комнату.

Акт VII. Держись крепче, следи за стёклами под подошвой

Ликс осталась в комнате одна и от этого потерялась в пространстве мыслей только сильнее.

Как бы невероятно не звучало то, что рассказал ей Джесси Итен, ничего не оставалось, кроме как довериться. И, раз уж он сказал идти вниз, то лучше его послушаться.

Ликс стянула с себя пиджак, отметив, что он очень похож на тот, в котором появился перед ней новый друг. Вдруг стало немного – или много – неловко. Девушка аккуратно сложила струящуюся ткань и оставила лежать на стуле. Та же судьба ждала и неизвестно откуда взявшийся плед.

И стоило только Ликс переступить порог кабинета, на глаза попался пристроенный на стене лист бумаги. На нём стилизованный рисунок пачки попкорна с грустными глазами-безднами и подписью "Пропал". Цвета пестрели и немного резали глаза. В качестве красок наверняка использовались лежавшие под рукой флуорисцентные текстовыделители. Но было видно, что незамысловатый рисунок выведен рукой художника.

Ликс непроизвольно улыбнулась, сняла "объявление" со стены, аккуратно сложила и отправила в широкий карман куртки. Теперь листок-новообразование как будто грел сквозь ткань.

***

– Давай, Снежок, нам нужно больше объявлений! – Джерри с энтузиазмом опускает на кухонный стол пачку бумаги.

Ян, как раз дописывающий размашистую надпись на очередном листе, стискивает зубы – не любил он это прозвище – и поднимает на Джерри глаза.

– Зачем вообще это всë, ты мне объясни?

– Сегодня побудь печатной машинкой, ибо Бин здесь, а без нее самой в ее гнездо не попасть, – Часовая, казалось, совсем не боялась вспышек его гнева. Они только добавляли веселья в ее стучащие в голове механизмы. – Да и ты мне должен, так что отрабатывай.

– С чего бы я тебе должен?

– Ты слишком редко заявляешься в Клуб, а я скучаю, между прочим.

– Зачем тебе я? У тебя есть Алекс, – надпись наконец была доделана, но принесённая пачка бумаги осталась проигнорированной. Всё внимание забрало на себя сверкающее красное яблоко, которым Ян уже хрустел через пару секунд.

Джерри покачала головой на чужие слова.

– Том – это другое, – тянет она и наигранно закатывает глаза, отворачиваясь на пятках к Бин. – Ну как там?

– Стекло только заменить и порядок, – Картер отряхивает руки от пыли. – Но лучше больше его не ронять. Второй весёлой истории этот старик не выдержит.

– Понятно, у него нет чувства юмора, – Джерри присаживается на стол. – Шкафы этого поколения какие-то больно ранимые. Один раз уронишь и всë.

– А надо было, чтобы он тебя придавил, как библиотечный? – Ян шутливо приподнимает бровь. Всё же, по-настоящему злиться на Джерри он не умел, какие бы шалости на его счёт она не задумывала.

Фэй поморщилась, кажется, вспоминая старые ощущения. Тот шкаф был не только ранимым, но и роняющим. Тем, кто может постоять за тебя и отбиваться не самыми лёгкими в своей коллекции книгами.

– Ладно, пусть будет без чувства юмора. Он же шкаф, – заключает Часовая и вытягивает телефон из заднего кармана.

В воздухе повисает тишина, которую вскоре прерывает короткий стук в дверь, заставивший всех синхронно повернуться.

Ребята настороженно переглянулись. В самом деле, кто в Клубе будет стучать? Обычно в дверь просто влетают, чуть ли не снося нечастную с петель.

Ян прикладывает палец к губам, мол, "тише", и крадётся к двери, которую резко распахивает и глаза в глаза встречается с самолично нарисованным попкорном.

– Вот придурошные, вы что, серьёзно развесили? – Ален правда всё это время думал, что Джерри решила его как всегда помучить. Но вот он, рисунок, висит на стене и жалобно глядит на своего "родителя".

У двери стояла коробка.

– Придурошные или нет, зато попкорн вернулся! – Часовая уже успела вытащить заветную пачку и ртом поймать подброшенную воздушную кукурузу.

– Другой вопрос, кто это сделал? – Бин опустилась, подняла что-то с пола и поднесла к свету.

Ян скосил на это "что-то" глаза и увидел маленький лист для заметок. А на нём до нелепости неумелый рисунок попкорна, выведенный чёрной ручкой. Пусть он и не был так хорош, как скетч от Яна, но этот, по крайней мере, улыбался. Сбоку виднелась надпись "Вернулся домой", обведенная в квадратик.

Бин протянула рисунок Яну.

Ян с недоумением его принял. Брови нахмурились. Но, по неизвестной причине, в самых краешках губ притаился намёк на улыбку.

Кое-кого ждет интересный разговор.

***

Ликс подошла к знакомым – и злосчастным – дверцам и нажала кнопку вызова, попутно достав сложенный рисунок. Улыбка сама по себе появилась на губах.

Раз здесь есть человек, рисующий такие забавные вещи, то место, в котором она застряла, может быть не такое уж и плохое.

Двери открылись. Эванс нажала кнопку первого этажа и только тогда огляделась. Лифт освещался ярким дневным светом, а за стеклом, из которого состояла его задняя стенка, разворачивался вид на светящийся разноцветными огнями ночной город.

Но… Разве сейчас не день?

И если этот факт ещё не вызвал у Ликс настоящую панику, то ее ожидал ещё один сюрприз. Скрипя всеми деталями и шатаясь, лифт поехал не вниз, а вверх.

Неожиданно щеки коснулось чьё-то обжигающее дыхание. И, кажется, Ликс различила едва уловимый запах яблок.

– Ты так сильно хочешь стать странной? – прошептал ей на ухо голос, в миг собравший все внутренности в кучу.

В нём не было угрожающих ноток, однако ощущение опасности заполнило всё доступное пространство. Стало так страшно, что онемели пальцы на руках. Было боязно не только что-то сказать, но и вдохнуть слишком громко.

Но вопрос был задан, и ответа явно ждали.

– Нет.

Ликс вложила в своё "Нет" столько силы духа, сколько собралось за все годы ее жизни. И понадеялась после этого просто остаться в живых.

– Тогда что ты здесь делаешь? – смешок. – Захотелось острых впечатлений?

А вот это уже прозвучало как живая угроза. Неизвестный наконец отошёл на пару шагов и, встав перед Ликс, окинул ее до невозможностих ледяным взглядом. Красные волосы вспыхнули пожаром в белом свете.

Красный. Код красный.

Этот тип… какой же он…

Рука Ликс потянулась в карман к заветному замку. Дужка щелкнула и храбрости, кажется, немного прибавилось.

Лифт грохотал, поднимаясь всё выше. Внутри неожиданно взыграло такое редкое и совсем неожиданное упрямство. Раз уж она заперта здесь наедине с этим, нет смысла забиваться в угол и дрожать.

– Нет. Я бы и сама была не против уйти, но меня приняли без моего согласия.

Замок в руке снова щелкнул, закрываясь. Неизвестный на эти слова опасно прищурился и поймал своим взглядом взгляд Ликс. Ту обдало холодом ярких глаз, но она всё равно договорила:

– Я уже странная.

На последнем слове Ликс почувствовала толчок в грудь. Такой, будто основание грудной клетки потрескалось и раскололось пополам. Стекло за спиной разлетелось на вереницы осколков, а вмиг ставшее ватным тело Эванс полетело вниз, на встречу мерцающим разноцветным огням.

Замок выскользнул из пальцев и, словно в замедленной съемке, рассыпался в прах.

Странно, но единственное о чем думала Ликс, приближаясь к асфальту – о застывшей в уголках губ незнакомца улыбке. И о его кристально чистых глазах, в море которых хотелось буквально утонуть.

Этот человек, он…

– Ты не такой как все. И это нормально.

Кажется, говорил Джесси Итен.

– Что тут нормального? Посмотри на меня, разве я похож на нормального?

– Однажды найдутся люди, которые примут тебя таким, какой ты есть.

А потом всё исчезло.

Ликс крепко зажмурила глаза и приготовилась к падению, пережить которое ее хрупкому телу было не суждено. Однако спустя такую долгую, растянувшуюся на километры секунду, девушка внезапно почувствовала себя стоящей на ровной поверхности.

Глаза со страхом расклеились, и Ликс увидела перед собой укутанную в черное спину. Даже несмотря на тусклый коридорный свет, красный цвет волос ярко выделялся в полутьме.

– Испугалась? – спросил незнакомец.

Ликс нервно кивнула. Это всё, что она могла сделать после пережитого шока. Конечно, она знала, что парень не сможет этого увидеть, но дар речи остался где-то в свободном падении.

Однако красноволосый, будто бы почувствовав ее волнение, издал смешок.

– Не пользуйся этим лифтом. Он сломан.

Сказав так, незнакомец исчез из поля зрения.

Этот человек он… такой странный.

***

Ликс не знала, что было страшнее – произошедшая только что стычка с красноволосым одарённым или цены в открытом перед ней меню. В любом случае, пропавший дар речи к ней пока так и не планировал возвращаться. Эванс бездумно листала страницу за страницей.

Карта, оставленная Джесси Итеном, лежала в кармане, ещё сильнее отягощая ситуацию. Тратить чужие деньги с такими большими ценами было очень неловко.

И вот, когда Ликс уже отчаялась и просто легла поверх меню, она услышала мягкий голос:

– Как всегда, только на двоих человек и вместо кофе какао, будьте так добры.

Ликс приподняла голову и увидела перед собой Джесси. Тот дружелюбно улыбнулся ей и присел напротив.

– Конечно, здесь десерты не такие вкусные, как в вашем кафе. Попозже я схожу туда, только напиши мне список, что тебе принести.

Веснушки на лице Ликс засверкали смущённо-алым. Итен не мог понять в чем дело и вопросительно приподнял бровь.

Ликс от этого смутилась ещё сильнее, но кое-как выдавила из себя:

– Ходить туда нет смысла. Человек, который их готовил, там больше не работает.

– Правда? Тогда, может быть, у тебя есть его номер? – Джесс, кажется, задумался и стал искать что-то в телефоне. – Я позвоню и обо вс…

Он не договорил. В голове резко сложились два и два, и Итен удивлённо уставился на Ликс.

– Ты… Ты же официантка, разве нет?

Ликс покачала головой.

– Я работаю на кухне и помогаю официантам. Точнее, работала.

До этого момента Ликс правда считала, что Джесс знал о ней абсолютно всё. Но, видимо, эта деталь как-то от него ускользнула, либо же он просто преувеличивал, чтобы заманить ее в клуб. В любом случае, Итен был ошеломлен и немного растерян.

Он подпер щеки руками и снова блеснул искорками в глазах.

– Ещё и учишься при этом. Сложная у тебя жизнь, Ликс Эванс…, – Мак ненадолго замолк, но всё же добавил. – Жить её совершенно некогда.

Ликс не могла не согласиться с его словами. Честно говоря, она плохо помнила, как прошли последние несколько месяцев.

"Как в тумане."

– Точно, а как же мой диплом? – неожиданно вспоминает Ликс.

В этот момент принесли их заказ, и Джесс немного помедлил с ответом, помогая официанту расставлять посуду.

– Зачем он тебе? – в конце концов ответил лидер вопросом на вопрос. – Работу и зарплату я обеспечу. Но если так уж принципиально, могу тебе этот диплом подарить со всеми необходимыми печатями и подлинными подписями.

Сказав так, Джесси поднёс чашку к губам.

Ликс неловко улыбнулась.

– Джесс, почему ты так стараешься для меня? Мы вчера даже не были знакомы, а сегодня ты решаешь все проблемы моей жизни.

– Чужих детей не бывает. Да и такие проблемы решить не составит большого труда. Я и сам не понимаю, почему: просто увидел тебя и понял, что хочу помочь.

Ответ был простым и искренним. Такой меньше всего ожидаешь услышать от человека, с которым вы познакомились очень странным образом.