Футурополис

Глава 1. Тридцать дней

2034 год

Полгода назад…

— Мирослава, давай к нам! Сюда! — девушка за барной стойкой звала и активно махала руками.

Девичник удался на славу. Уже никто нормально не стоял на ногах, но все продолжали танцевать. Иришка выходит замуж через месяц — готовится грандиозное торжество.

Мирослава выпила ещё один бокал мартини и направилась в уборную. Сильное головокружение, тошнота.

«Блин, почему так плохо?»

Девушка уперлась руками в раковину, промокнула лицо бумажным полотенцем. Резкие звездочки в глазах, темнота — и она потеряла равновесие.

— Вызовите скорую! — это были последние слова, которые она слышала.

Спустя время…

Ванна наполнилась теплым паром, зеркало запотело. Я провела по нему рукой, чтобы увидеть свое отражение. Изможденное лицо с темными кругами под глазами, остриженные волосы, которые начинали отрастать. Исхудавшее тело больше походило на скелет, чем на фигуру молодой девушки.

Всего полгода назад болезнь, о которой я не подозревала, сломала мне жизнь. Два месяца я была в глубочайшей депрессии. Начала стремительно терять вес, зрение, волосы. Кто-то из подруг просто перестал со мной общаться, а кто-то, потеряв надежду, опустил руки. Но лучший друг вытащил меня, убедил, что еще не все потеряно. Что шанс есть.

Увидев отражение, опустила глаза — на белоснежной раковине снова алели капли. Кровь из носа стала постоянным спутником. Умывшись, заставила себя поесть. Организм перестал усваивать обычную еду — только пюре из белков и витаминов. Как же я скучаю по любимым пирожным!

Нужно собираться: сегодня прием у онколога. Результаты последних анализов покажут, сколько времени осталось. Выпиваю коктейль, жду час — не пойдет ли еда обратно. Все хорошо, можно выходить.

О любимом старом автомобиле пришлось забыть — из-за болезней и препаратов за руль садиться запрещено. Вызвала такси: быстро и дорого.

Клиника находилась на другом конце города. Новое трехэтажное здание вмещало множество отделений и пациентов. Прогуляться можно было в парке при больнице.

— Здравствуйте, Мирослава Владимировна, — с дружелюбной, но усталой улыбкой встретила меня знакомая медсестра. — Посидите, врач сейчас подойдет.

Кивнув, присела в удобное кресло. Минут через двадцать появился врач. Он устроился за столом, бегло просмотрел анализы и задал дежурные вопросы.

— Тайманова Мирослава Владимировна? Как себя чувствуете? — мужчина лет сорока пяти сидел расслабленно в кресле, не глядя на исхудавшую девушку. Он делал вид, что перед ним здоровый человек — и, с одной стороны, от этого становилось легче.

— Здравствуйте. Хуже. Потеряла еще два килограмма, кровь из носа постоянно.

— Мне жаль, — он снял очки, потер переносицу. Выражение его лица резко изменилось, признавая неизбежное. — Результаты ухудшились. Вам остался месяц, может, меньше. — Взгляд его был виноватым, словно это лично его вина.

Мне стало противно. Лучше бы продолжал делать вид, что я здорова. А эта жалость… Она добивала окончательно.

— Продолжать лечение бессмысленно. Вот, — он протянул рецепт. — Сильнодействующее обезболивающее. Больше ничем не могу помочь.

Я взяла рецепт, попрощалась и вышла. Депрессия накатывала снова. Надежды больше нет. Я даже не заметила, как слезы покатились по щекам. У меня было столько планов…

Приехала домой без сил, рухнула на кровать не раздеваясь. Мелодия телефона, который не переставал трезвонить, заставила подняться и пойти в прихожую.

— Да?

— Это я, Ден. Нам нужно срочно встретиться. Потрясающие новости! Завтра днем в нашем кафе!

Холодным дождливым днем я бегу в кафе на судьбоносную встречу. Ден сказал, что знает, как решить все мои проблемы. Из друзей он самый умный и преданный — значит, правда нашел решение.

Вбегаю в «Париж», оглядываюсь, ищу его. Нашла.

— Привет, говори! — выдаю я, даже не сняв мокрую одежду.

— Тай, привет. Успокойся! Давай закажем горячий чай? Тебе нельзя сейчас болеть, ты же знаешь. — Ден был невозмутим.

Высокий, красивый, неженатый. Мы знакомы давно, еще со школы. Он всегда был умным, но учился не на отлично — слишком рассеянный. Каштановые волосы, как обычно, растрепаны.

— Я не хочу чай, я хочу знать, что ты хотел сказать! — меня трясло от желания узнать, как выжить.

— Хорошо. — Глубокий вздох. — Вчера на собрании некий Федоров, ученый-изгой, отчитывался о проекте по заморозке. Испытания прошли успешно. Человека заморозили, а через пять лет разморозили.

— Что? Это невозможно! — шок отразился на моем лице.

— Мы бы тоже не поверили, но он предоставил все отчеты, данные, видео. И испытуемый был здесь, со всеми анализами.

— Но как он работал пять лет втайне?

— Научный совет отказал, и он оборудовал собственную лабораторию.

— И ты предлагаешь мне попробовать?

— А что ты теряешь? Нам нужно выиграть время. Твоя опухоль сейчас неоперабельна, но через пять лет я разработаю метод! — в его глазах горел огонь безумного ученого. Друг верил в успех и просил дать ему время.

— Да, что я теряю… Мне остался месяц. Ни один врач не берется. Везде тупик. — Отчаяние читалось на моем лице: синяки под глазами, болезненная худоба. Не нужно быть прозорливым, чтобы понять — я умираю. Даже на улице люди шарахаются. — Не знаю… дай его контакты.

Ден протянул листок с данными и посоветовал не тянуть.

Несколько дней я мучилась: набрать номер или нет. Подвергнуть себя опасности? Но куда уж больше? Просто умереть через три-четыре недели или рискнуть? Мысли не давали покоя. Я то набирала номер, то удаляла. Но узнать, что будет, если позвонить, мне было уже не суждено.

Через полторы мучительных недели, возвращаясь из магазина, я потеряла сознание. Меня увезли в больницу и подключили к ИВЛ. Дикую боль заглушали сильными препаратами.

Приходили подруги, болтали о пустяках, а я только слушала. Не видя реакции на любимые шутки, они уходили со слезами. Последнее, что осталось в памяти — Ден. Он тоже пришел. Голос звучал бодро, словно он на что-то решился. «Все будет хорошо», — сказал он напоследок. Эти слова звучали как утверждение. И я провалилась в забытье.

День Х

— Ден, ты спятил! — Леша, вечно похожий на бандита, сейчас уверял, что друг — полный псих.

— Тише и кати быстрее! — шикнул Ден.

— Нас посадят! — Леша озирался, боясь свидетелей.

— Если узнают! Успокойся, камеры отключены! — решимости Дену было не занимать.

Мужчины везли медицинскую каталку по пустому ночному коридору больницы. Приборы они закрепили ремнями в ногах девушки.

Ден понимал: если вскроется, его и друзей посадят на годы. Но он не мог упустить шанс. Выиграть время для поиска лечения. Ради нее. Даже если они не будут вместе — пусть хотя бы она проживет свою жизнь.

2346 год

Голова раскалывается. Пытаюсь открыть глаза — не могу. Где я? Что со мной? Почему не двинуться? Хочу закричать — бесполезно. Сил нет, сознание ускользает.

— Просыпайся! — кто-то тряс меня за плечо, настойчиво повторяя одно и то же. Сквозь пелену доходит смысл. Открываю глаза — и тут же жмурюсь от слепящего света.

— Нет-нет, открывай! Хватит спать! Три дня только самые тяжелые лежат! А тебе и среднюю категорию не присвоили! Подъем! — голос не унимался.

Снова размыкаю веки, оглядываюсь. Больничная палата: белоснежная, светлая. Койка средней жесткости, одеяло. И ни одного запаха. Странно. Голова гудит. Хреново.

— Ну что, очнулась наконец? Одежда на стуле, документы на столе — подпишешь. Ментор ждет внизу. Поторопись, ему еще везти тебя к опекуну! — женщина в белом халате уже выдергивала из-под меня простыню. Пришлось резво встать и прикрыться.

На столе бумаги. «Согласие на назначение ментора». Что еще за ментор? Рядом стул с серой одеждой и такими же унылыми ботинками.

— Одевайся быстрее, чего встала? — подгоняли сзади.

Держась за стол, наскоро облачаюсь. Подпись — ставлю закорючку не глядя.

— За мной! — почти приказ.

Голова не варит, вопросы не формулируются. Покорно плетусь за медсестрой по белоснежным коридорам и лестницам. На пути почти никого — лишь еще одна медсестра фыркнула в мою сторону и скрылась. Интересный тут персонал… должны же быть вежливыми с пациентами?

Спускаемся в холл. Навстречу тут же подскакивает мужчина лет пятидесяти, широко улыбаясь:

— Здравствуйте, Тая! Я Леонид, ваш ментор на пару часов. Вы долго приходили в себя, времени на разговоры почти нет. Стоп-стоп! Все вопросы потом! — он подхватил меня под локоть и потащил к выходу.

Я снова не успела и рта раскрыть. Вылетели на улицу — светлую, стеклянную, без единого деревца. Меня быстро усадили в машину… или самолет? Скорее второе. Леонид устроился рядом, и мы взмыли вверх. Я чуть не закричала от неожиданности.

— Не надо. Итак! — мужчина хлопнул в ладоши. — Запоминай! Машины летают. Метро под землей. Городская застройка — бетон, стекло, зеркала. Банковская система прогрессивная, карточки не нужны. Держи! — на моем запястье застегнулся браслет с экраном.

— Это твои документы, кошелек и ключи. Потом разберешься! — он хлопнул меня по руке. — Жилье — квартал «Старых ив», улица Миллионная, 15–34. Опекун — Никонов Ярослав Александрович, работает в министерстве защиты населения. Будешь трудиться там же под его началом! Остальное спросишь у него лично. А мы приехали! Выходи!

И меня буквально вытолкали из этого мини-самолета.

Голова кругом. Вопросов миллион! С чего начать? Куда бежать? Минут десять приходила в себя, озираясь. Меня высадили перед огромным стеклянным зданием с табличкой «Министерство охраны населения». Опекун работает здесь — значит, нужно его найти. Может, подскажет, где поесть и принять душ?

Подходя к зданию, осознала важное: голова хоть и болит, но не так, как раньше. Тело слушается, готово бежать и прыгать. Взгляд упал на отражение в стекле — я поправилась! Наверное, все 60 килограммов. Невероятно! Значит, у Дениса получилось? Как узнать?

Толкаю тяжелые двери, захожу внутрь. Нужно найти этого Ярослава!

Глава 2. Опекун

Зайдя в белоснежное здание, я замерла. Первое, что бросилось в глаза — огромная труба, пронизывающая все этажи от первого до последнего. А внизу, прямо в холле, расположилось кафе: столики, стулья, барная стойка по кругу. Между трубой и стойкой сновали бармены, обслуживая посетителей. Народу немного, все увлеченно беседуют, не обращая внимания на входящих.

Ни дверей, ни лестниц не видно. Куда идти? Нужно спросить. Бармены всегда все знают. Подхожу ближе и понимаю: бармены-то не люди, а роботы! Один из них вдруг обратил на меня внимание:

— Добрый день. Что будете заказывать? — голос абсолютно человеческий.

— Ничего, мне нужен Никонов Ярослав, — решилась я.

— Ах, вы, наверное, его подопечная! — робот произнес это настолько громко, что все в кафе уставились на меня с любопытством.

— Так вы знаете, где он? — смутившись, я затеребила рукав.

— Конечно, он у вас за спиной, — ответил механический голос.

Я резко обернулась. Передо мной стоял мужчина. Выше меня на голову, темные волосы, голубые глаза. Казалось, он состоит из одних мышц. Он терпеливо ждал, пока я закончу его разглядывать (или делал то же самое — не знаю), но несколько минут мы просто смотрели друг на друга.

— Вы опоздали на два дня! Будете отрабатывать! За мной — шагом марш! — гаркнул он так, что уши заложило.

— Какие два дня? Я очнулась только сегодня! — не выдержала я.

С момента пробуждения ко мне относятся так, будто я уже успела вызвать ненависть всего нового человечества! Сколько можно?!

— Должны были два дня назад! — рявкнул он, развернулся по-армейски и направился к стене.

Пришлось бежать за ним. Как только мы приблизились к стене, открылся проход. Лифт! Заскочили внутрь, поехали. Точнее, это я заскочила — он шагал слишком быстро. Мы поднялись, женский мелодичный голос объявил: «Двадцать пятый этаж», и двери открылись. На этаже стало спокойнее. Мужчина резко обернулся и, ткнув в меня пальцем, выдал:

— Слушай внимательно! Я не в восторге от тебя и от этого опекунства, но вынужден взяться. Три правила. Первое: во всем меня слушаешься и запоминаешь. Второе: не задаешь глупых вопросов. Третье, — он кинул мне какую-то штуку с одной-единственной кнопкой, — в опасности жмешь кнопку — я приеду. Твоя безопасность — моя проблема. Идем, познакомлю с командой. Будешь работать с нами. Документы и пропуск уже загружены в браслет.

— Ладно, — только и смогла выдохнуть я после этой тирады.

Мы прошли по коридору и зашли в просторный кабинет. Пять столов, столько же шкафов, забитых папками. Справа от входа — дверь с табличкой «Старший следователь Никонов Я. А.». Личный кабинет. Хорошо — меньше буду попадаться ему на глаза.

— Твой стол — справа от входа, — бросил он через плечо и скрылся за дверью.

Я и ответить не успела. Как только дверь закрылась, ко мне подошла единственная в команде девушка.

— Привет-привет! Я Лила, можно просто Лил. Давай помогу освоиться. Это твое место. Мы занимаемся всем — от краж до серийных убийств. Не пугайся, все будут помогать. Кроме начальника. Он злится, что пришлось взять опеку, так что не обращай внимания.

Лил была потрясающе красива: высокая, статная, с пышной грудью и широкими бедрами. Светлые волосы, невероятные зеленые глаза. Будь я мужчиной — немедленно сделала бы предложение.

Она показала, где умыться и привести себя в порядок, угостила местным кофе и объяснила, как пользоваться браслетом. Оказывается, там не только банк и документы, но и карта, навигатор, пропуск, рабочие контакты. Управлять можно взмахом руки или голосом. Оплата — просто приложить браслет к терминалу.

Господи, Лил — самый лучший человек на этой планете! После чашки кофе мозг наконец-то начал соображать. Я только выдохнула, как начальник объявил:

— У нас дело. Поехали! Остальные уже на месте.

Глава 3. Триста миллионов

Мы вышли из здания тем же путем, что и вошли. Дошли до угла, завернули — и там оказалась небольшая парковка с такими же летающими автомобилями, на котором мы ехали утром. Интересно, какой из них наш? Как это узнать, ведь на них нет номеров? Все выглядят одинаково. И тут мой начальник просто немного посвистел — у одного из автомобилей открылись двери.

Сели внутрь, пристегнулись. Мне с этим помогла Лил — утром мы ехали без ремней.

— Ты когда-нибудь ездила на таких машинах? — спросила она.

— Да, утром мы именно на таком приехали, но он был белым, — ответила я.

И Лил рассказала мне об этих автомобилях. Их выпускают уже больше ста лет. Преимущественно они летают, но могут и ездить по земле. Они «умные» — откликаются на свист или жесты владельца. Цвет тоже важен: он разделяет категории граждан. Белые — медицинские. Черные — полиция, министерство защиты населения. Желтые — такси. А золотой, серебряный и пурпурный выбирают жители богатых районов — бизнесмены, деятели искусств. Остальные довольствуются цветами попроще: цена автомобиля зависит и от окраски.

Мы ехали по улицам города. Вечерело. Закат красиво отражался в зеркальных панелях зданий, но мои попутчики, кажется, не замечали этой красоты.

Через час были на месте. Нас встречал Даниэль — еще один коллега, которого я не видела в офисе. Он был так же высок, как начальник. Наверное, они все такие.

— Тут ничего убойного, просто грабеж. Потерпевшая в квартире, — развернувшись, он повел нас внутрь.

Огромное зеркальное здание с золотой проходной и тремя охранниками. Неплохо живет потерпевшая! Зуб даю, квартира тоже роскошная. На лифте поднялись на 34-й этаж. Я оказалась права — вещей было множество. Картины, скульптуры, подсвечники, шкатулки, столы, стулья, гобелены… Все в цветах нового высшего общества.

Хозяйка сидела на диване посреди комнаты. С первого взгляда мне показалось, что ведет она себя очень странно. Женщина лет тридцати, ухоженная, стройная. То сидела, то вставала и ходила по комнате. Минуту рыдала в истерике, следующую — тихо шептала что-то себе под нос. Дерганая, заплаканная, с бегающими глазами.

Начальник сразу взял ее в оборот:

— Мисс Лихвова, что у вас украли? — спокойный, размеренный голос.

— Я… Я… У меня украли триста миллионов лун! — начала она тихо, а конец фразы выкрикнула.

У меня возник вопрос. Я обратилась к Лил:

— Лил, что такое «лун»? — шепнула я.

— Наша валюта, — так же шепотом ответили мне.

А тем временем вопросы сыпались на женщину:

— Когда? Есть подозрения, кто это мог сделать? — все тот же спокойный голос.

— Я ничего больше не знаю! — зачем она кричит?

И тут Лихвова вскочила и снова заметалась по комнате, то и дело поглядывая в сторону другого помещения.

— Мы должны осмотреть вашу квартиру, — сказал Ярослав.

— Ни в коем случае! Я не даю разрешения! — она сжимала руки в кулаки.

Наверное, зря я решила высказать свои предположения. Но сделала это громко — и все посмотрели на меня.

— Думаю, она врет. Сама вывела деньги, а в другую комнату не пускает, потому что там кто-то есть.

Все дружно уставились на потерпевшую. Несколько секунд стояла тишина. Женщина не выдержала:

— Я не виновата! Это он придумал! Сказал, что все получится и мы получим страховку! — и зажала рот руками, словно пытаясь затолкать обратно вылетевшие слова.

Двое моих коллег, которых мне еще не представили, бросились осматривать другие комнаты.

— Вы арестованы за мошенничество! Ваши права зачитают в отделении, — все так же спокойно произнес начальник.

Глава 4. Бумажная работа

Вечер пролетел быстро. Арест «мадам», беглый допрос, а потом — разнос от начальника за нарушение правил, которых мне никто не объяснил.

— Ты не имела права открывать рот! — рычал на меня Ярослав.

— Но она созналась! Какая теперь разница? — попыталась защититься я.

— По правилам, вопросы задает только один из группы! И это моя обязанность как руководителя! Ты нарушила регламент!

— Мне эти правила никто не объяснял.

— Держи. — Он вытащил со стола пухлую папку и протянул мне. — Здесь все правила работы. Чтобы к завтрашнему утру выучила.

Папка была внушительной. Больше со мной никто не разговаривал. Начальник просто указал на дверь своего кабинета и бросил в спину, что я могу ехать домой.

В коридоре меня ждала Лил. Она показала, как вызывать такси. После тяжелого дня ничего не хотелось. Я спустилась вниз, села в такси с этой огромной папкой и поехала в свое новое жилье.

Тем временем в кабинете коллеги обсуждали меня:

— Да кто она вообще такая? — спросил Рик.

— Не знаю, я даже не успел прочитать ее досье. — Яр взял со стола тоненькую папку, открыл и начал читать вслух: — Номер 256. Год 2034. Дата заморозки — 13 июля. Имя Тай. Странно, здесь даже фамилии нет. Вообще ничего. Ни даты рождения, ни чем занималась, ни где училась.

— Это очень интересно. Мы даже не знаем, кто она, — усмехнулся Мир.

— Не знаем, что она умеет и что знает. А если ее подослали специально, чтобы проверить нас? — вступил Даниэль.

— А что, идея! Кто-то действительно мог подослать, — оживился Рик.

— Мальчики, успокойтесь. Может, документы просто не сохранились? Посмотрите на номер — двести пятьдесят шесть! Она была среди первых! — воскликнула Лил.

— Это тоже возможно, — спокойно сказал Яр.

— Но давайте не будем с ней сюсюкаться и рассказывать лишнего. Мы не знаем, кто она.

А я тем временем подъехала к дому. Квартира оказалась в очень бедном районе. Простенькая, дешевая обстановка, минимум мебели, пустой холодильник. Зато морозилка была забита какими-то замороженными брикетами.

Решила сначала принять душ. Было приятно. В шкафу нашлись полотенце и теплый халат, в душе — шампунь и мыло.

После горячей воды захотелось есть. Время — два ночи, вставать в шесть, но перекусить необходимо. Кофе, выпитый днем, давно усвоился. Подошла к холодильнику, открыла морозилку, достала один из брикетов. Замороженный ужин: какие-то овощи вроде картошки и кусок мяса. На упаковке значилось «курица с овощами». Правда, список ингредиентов пестрел буквой «Е». Наверное, не самая полезная еда, но выбора нет.

Попробую разогреть. Написано: «можно разогреть в печи». Видимо, в микроволновке. Я обшарила стену из шкафов и в одном из них действительно нашла микроволновку. Вытащила брикет из пакета, засунула внутрь, включила. Микроволновка зажужжала, пошел отсчет.

Через три минуты прозвенел сигнал. Открываю, достаю — ужин ледяной! Я предприняла еще около восьми попыток, но еда так и осталась холодной. Что я делаю не так?

Так и не разобравшись, в четвертом часу ночи решила просто лечь спать. В соседней комнате стояла большая кровать. Забралась под одеяло, голова коснулась подушки — и сон сморил меня мгновенно.

Утро обещало быть добрым. В окно светило солнце. Я приподнялась, огляделась — часов нигде нет. Сколько времени? Будильник-то я не завела! Посмотрела на браслет, который так и не сняла… О боже! Одиннадцать утра! А мне надо было к шести на работу!

«Вот это я попала», — простонала я.

— И где же носит нашего нового работника уже в десять утра? — бушевал тем временем в своем кабинете мой начальник.

Я этого еще не знала — только что подскочила с кровати в новой квартире.

Глава 5. Загородный дом

Проспала! Резко вскакиваю, лечу в душ. На выходе лихорадочно обшариваю шкафы в поисках чистой одежды. Живот урчит от голода. Судорожно вызываю такси.

Боже, что за кошмар висит в шкафу?! Какой-то строгий костюм, да еще и с юбкой! Делать нечего — придется надевать.

Ставлю себе задачу: «Узнать, как здесь стирают, сколько у меня денег, где находятся магазины». В прихожей висит удобное зеркало в полный рост, рядом небольшой шкаф с тумбой.

Браслет подает сигнал — такси прибыло.

Тем временем в офисе:

— Она будет отрабатывать не два дня, а десять! — Яр был вне себя от ярости.

Мало того что девчонка вчера опоздала на два дня, так еще и сегодня проспала! Подводит всю группу. С какой стати они должны ее ждать? Ах да, потому что он за нее отвечает.

Яр сидел в кабинете и тихо бесился, иногда выкрикивая ругательства. Группа уже поняла: день будет веселым.

— Будьте мягче! Она вчера только очнулась, сразу на вызов съездила, переночевала на новом месте. Хорошо, если вообще сегодня приедет, — Лил успокаивала парней и заодно прихорашивалась перед зеркальцем.

— Согласен, но лучше бы ей все-таки появиться, — Мир устроился на подоконнике.

Я влетела в кабинет, чуть не сбив с ног Рика дверью.

— Прости, я тебя не задела? — не подумав, я начала осматривать мужчину в поисках травм.

— Эй! Ты меня не задела, успокойся. Но опоздала ты знатно, — сначала он возмущался, потом голос стал мягче, а закончил он тоном, каким говорят с провинившимся ребенком.

— Кстати, я Рик, а там мой брат Мир. Нас не представили друг другу, — в его голосе не было раздражения.

— Привет, я Тая, — выдохнула я запыхавшись.

Дверь начальского кабинета хлопнула, и он появился на пороге. Злой, раздраженный.

— Явилась наконец! У нас вызов, а мы тебя ждем! Отрабатывать будешь десять дней. Выходишь в эти выходные! Все поехали! — прорычал он и направился к выходу.

Я начинаю привыкать к такому общению. Вся группа двинулась на выезд. Лил сунула мне сэндвич и кофе.

— Ты моя спасительница! — прошептала я. Она подмигнула и пошла следом за остальными.

Мы расселись по машинам и выехали на место преступления.