Под парусом сквозь века. Век XIX

Название: Под парусом сквозь века. Век XIX.

Автор: Ежов Никита Владимирович

Предисловие

На начало XIX века человечество давно прониклось идеей, что моря не преграды, а дороги.

Парусный флот к XIX столетию достиг своего апогея. Развивались технологии и науки. Появлялись новые виды орудий и новые способы строительства кораблей. Развивались теория парусного судна и навигация.Естественно, всякие крупные державы демонстративно звенели шарами, мерялись у кого длиннее ствол и прочими способами использовали ядра и пушки. Короли и императоры как малые дети спорили чей папка круче, заменив папку на флот. Само собой, был и самый «борзый на районе», считавший, что море принадлежит исключительно ему.Море тоже стало полем боя и местом великих сражений. На море, как и на суше, были свои герои и злодеи, подвиги, победы и поражения. Морские сражения отличаются от наземных тем, что их сложно раскопать и осмотреть археологические находки. Выжившие из побеждённых чаще всего оказываются в плену, а победители рассказывают, какие они молодцы, нагибаторы, побеждаторы и так далее. Большую часть морских сражений можно разобрать лишь по записям очевидцев – а в те времена далеко не все из них знали грамоту. И уж тем более, знающие грамоту не всегда описывали каждое попадание ядра – как правило, это были суровые морские вояки, а не Форрестеры, О’Брайаны или Айвазовские. Лишние, по их мнению, детали они упоминали редко, оставляя потомкам кучи вопросов.Так, к примеру, известно – во время боя брига «Меркурий» с двумя турецкими линкорами из кормовых орудий были сбиты ватер-штаг и бейфут на линкоре «Селимие». Один довольно крутой автор задавался вопросом – как смогли одним ядром перебить две верёвки, находящиеся в разных местах на судне? Если не изучить строение парусника, то это действительно кажется странным – ядро не футбольный мяч, «кручёный» не запустишь. А если изучить строение, да прикинуть, где эти верёвки могут пересекаться, сразу становится понятно – ядро угодило в кофель-нагель-балку. Небольшую деревяху, к которой крепятся деревянные жерди с намотанным на них такелажем (растяжками). И сломав эту черт-ее-выговоришь-балку вполне можно добиться описанного результата.В любом случае, я стараюсь не упарываться в интеллектуальный снобизм и семиярусную морскую терминологию – эта книга для тех, кто хочет почитать об истории, а не о разнице между бакштагом и фор-брам-стеньгой.XIX век стал апогеем и концом парусного военного флота. Развитие технологий, о котором я уже говорил, привело к появлению нового типа судна – парохода. Суда с вспомогательной паровой установкой сначала вытеснили парусники, а после и сами ушли в небытие, уступив место первым кораблям без парусов.

В этой части цикла речь пойдёт именно о тех, кто отличился в последнем веке Эпохи Паруса. Эпохи, когда человек считал себя владыкой двух стихий, и парусный флот был грозной силой.

Из борделя в пиратские королевы. История Вдовы Чжэн.

Когда я впервые наткнулся на информацию об этой женщине, я хотел написать короткий пост о долгом пути от проститутки до бордель-маман через руководство пиратской армадой. Но, повозившись в источниках, я понял – эта история куда глубже и интереснее.

Проститутка из народа Танка

На берегу Южно-Китайского моря обитает такой народ, как даньцзя, более известные как танка. Правда, на берегу они обитают в наше время, а в конце XVIII – начале XIX веков этому народу было запрещено селиться на берегу. Так же «людям в лодках» было запрещено вступать в браки с другими местными народами – кантонцами, хакка и прочими.Что бы понимать отношение власти к танка в то время, достаточно понять, что китайцы (хань, если точнее), считали предками этого народа и диких зверей, и морских змеев, и даже мифических Лу Тин – полулюдей-полурыб. Этакие китайские недолюди.Народ танка жил бедно. Очень бедно. «Люди в лодках» промышляли рыболовством, перевозками и пиратством. Их женщины… Что бы понять, насколько среди женщин танка была распространена проституция, достаточно знать о том, что при подсчёте проституток в Китае всех женщин этого народа автоматически записывали в представительниц «древнейшей профессии». Женщины хань презрительно называли женщин танка «девочками солёной воды».Плавучие бордели танку были довольно популярным местом не только у местного населения, но и у заезжих европейцев. Женщины хань в большинстве своём отказывались спать с приезжими, и плавучие бордели танку были вне конкуренции. О любовных историях между португальцами и танка написано даже несколько произведений, а смешанное азиатско-европейское население Макао пости полностью является потомками танка.Героиня нашего рассказа родилась около 1775 года, в провинции Гуандун Империи Цин. При рождении она получила имя Ши Сянгу. Мало того, что девочка была из бедной семьи – её угораздило родиться одной из недолюдей-танку.Так как девочка была довольно красива, а семья небогата – то от лишнего рта её родители избавились довольно традиционным способом – продав в плавучий бордель.В Китае проституция была вполне нормальным явлением, прочно влившимся в культуру и быт. Порицание со стороны населения не наблюдалось, скрепы не досаждали. Периодически проституцию пытались запретить, вводили всяческие меры и грозили пальчиком – но в основном лишь для вида. Очередное последнее китайское предупреждение и запрет ввели в 1723 году. Это означало лишь повышение взяток местной полиции и чинушам, но бордели стояли незыблемо, как Великая Стена. Плавучие бордели народа даньцзя вообще были труднодосягаемы для властей. И в одном из них в 1801 году трудилась Ши Сянгу, на тот момент уже двадцати шести лет отроду.Для китайской проститутки тех годов это был уже довольно почтенный возраст, и столь великовозрастная рядовая труженица была бы уже неходовым товаром, так что скорее всего Ши Ян была «сводницей», то есть как минимум управляющей плавучим борделем, максимум – хозяйкой нескольких плавучих домов удовольствия.

Муж номер один.

В 1801 году один из самых авторитетных пиратов Южно-Китайского моря, Чжэн И, внезапно прибыл в бордель к Ши Сянгу и женился на ней. Что ещё внезапнее для патриархального востока, в котором женщина была почти вещью мужчины, они составили контракт. Ши Сянгу по этому контракту получала половину контроля, имущества и доли с дохода «предприятия» Чжэн И.Любители романтики сказали бы, что пират влюбился в проститутку, и сделал ей офигенный свадебный подарок. Может, даже похитил её. Придётся взять молоток логики и расколотить розовые очки.Начнём с Чжэн И.Этот неоднозначный человек происходил из семьи Чжэн, уже более полутора веков занимающимся прибыльным пиратским делом в Южно-Китайском море. С 1788 года в составе флота своего двоюродного брата, Чжэн Ци, служил в качестве наёмника во флоте вьетнамской династии Тай Сон. К 1801 году был одним из заместителей своего родственника, возможно – вторым человеком во флоте.О романтике и сентиментальности Чжэн И можно судить по поступку 1798 года, когда бравый пират похитил пятнадцатилетнего парня Чунг По (кстати тоже из народа танка) и «усыновил» его. По мнению многих историков – слишком уж мальчик понравился пирату (порицаем). Деваться молодому Чунг По было некуда, и он быстро набрался опыта в ремесле «любящего папочки».Что касается нашей героини, Ши Сянгу, то двадцатишестилетняя жрица любви тоже была непроста. Используя мужские слабости, она или ее девочки в моменты «интимных разговоров» после оказания услуг добывали информацию у довольных клиентов. Этой информацией Ши Сянгу умело торговала, пополняя свои карманы и помогая всё тем же пиратам.В какой момент об этом «Варисе в юбке» стало известно Чжэн И, неизвестно, как и то, сколько лет они были знакомы до брака. Но брак был именно сделкой – информация от Ши Сянгу и флот Чжэн И.Династия Тай Сон пала, и пираты остались без работы. Новый правитель Вьетнама не стал сотрудничать с бывшими противниками, и в сентябре 1802 года Чжэн Ци, начальник и двоюродный брат Чжэн И, был взят в плен и казнён. Обезглавленная пиратская братия вернулась в Гуандун, и устроила кровавую бойню за власть и территории.Пиратские междоусобицы длились до 1805 года. В тот год до пиратов допёрло, что пока они режут друг друга, китайский и вьетнамские флота потихоньку их уничтожают. Семь пиратских лидеров объединились в пиратскую конфедерацию. На тот момент флот Чжэн И был сильнейшим флотом в регионе, и, само собой, муж нашей героини был выбран лидером союза. Немалую роль в организации союза сыграла Ши Сянгу, которую на тот момент знали уже как Чжэн И Сяо, «Жену Чжэн И». Базой для пиратского союза стал остров Лантау.В 1806 году пиратская конфедерация уже собирала дань со всех кораблей в Южно-Китайском море. Чунг По, усыновлённый Чжэн И, стал его полноправным наследником не смотря на то, что Чжэн И Сао (наша героиня) к тому моменту родила пирату уже двоих детей. В принципе, данное решение скорее всего было совместным.В ноябре 1807 года Чжэн И, лидер пиратского союза и глава «Флота под красным флагом», внезапно упал за борт. И утонул.

Пиратская Королева и муж номер два

Все члены пиратской семейки Чжэн, а так же оставшиеся пять флотов пиратов (один из флотов уже был уничтожен), присягнули на верность пасынку-любовнику Чжэна И, который поспешно и «внезапно» женился на нашей героине. В память о «любимом» муже и для закрепления авторитета бывшая Ши Сянгу, она же Чжэн И Сяо стала зваться Чжэн Ши – «Госпожа/Вдова Чжэн».Фактически, Чунг По стал заместителем Чжэн Ши. Но юридически, в патриархальном Китае тех лет, именно он представлял власть, да и наследование второй половины «бизнеса» более не вызывало вопросов. Первая половина и так была в руках Ши Сянгу. Бывшая проститутка возглавила пиратскую конфедерацию, а её бывший приёмный сын, по совместительству муж, возглавил флот «приёмного отца».Под руководством этой парочки пираты Гуандуна быстро набирали обороты. Они составили свод правил, неподчинение которому жестко каралось членовредительством или казнью. Авторство строк из «кодекса» до сих пор не установлено – разные исследователи приписывают их то одному, то другому супругу. Жесткая дисциплина, взаимная поддержка и общий враг сплотили южно-китайских пиратов в довольно мощную организацию.Пиратская конфедерация Гуандуна причиняла огромные неудобства в Южно-Китайском море. Ост-Индская компания и Португалия теряли корабли и товары. В сентябре 1808 года Чунг По заманил в засаду и уничтожил китайскую флотилию из тридцати пяти кораблей около острова Мажоу, а спустя месяц разбил ещё одну китайскую флотилию около острова Вэйюань. Почти уничтожив императорский флот в регионе, пираты получили доступ к Жемчужной Реке, Макао и всему побережью Гуандуна.В марте 1809 года флот пиратского союза разгромил китайский флот из ста кораблей около острова Даваньшань. Небольшая группа пиратов была атакована флотом командующего провинцией, Сунь Цюаньмоу. В той битве героиня нашего рассказа командовала основными силами, а её пасынок/муж Чунг По руководил окружением правительственного флота.Были и серьёзные поражения. В июле того же года китайский флот ценой больших потерь уничтожил один из флотов пиратского союза, Флот Белого Флага.Месть не заставила себя ждать – в августе пираты разоряют побережье Гуандуна. Чунг По во главе Флота Красного флага движется около Дунгуаня, Го Подай со своим Флотом Черного Флага разоряет окрестности Шунде, а Чжэн Ши (наша героиня) с личной флотилией потрошит побережье около Синьхуэня. В конце сентября вся разбойничья армада, около пятиста кораблей, собирается под руководством пиратской королевы и грабят поселения в дельте Жемчужной реки, иногда поднимаясь вверх по течению.Командующий провинцией, Сунь Цюаньмоу, тот самый, что огреб в марте и потерял сотню кораблей, решил взять реванш. К октябрю он снова собрал флот, и снова феерически огреб от Чунг По.В том же 1809 году Ост-Индская компания начинает «брачные танцы» с пиратами Гуандунской конфедерации. Долгие обмены подарками и любезностями привели к тому, что пираты пообещали не трогать британские корабли. И неожиданно получили довольно качественное европейское оружие в неплохих количествах. Фактически, Ост-Индская компания стала единственной организацией, чьи корабли беспрепятственно ходили по кишащим пиратами морю.

Пасть Тигра

В общем, к концу октября пираты окончательно довели императора. Понимая, что справиться с офигевшими в край пиратами своими силами не получается, китайский император обратился за помощью к «чужеземным варварам» – португальцам. И те ожидаемо согласились.Одним из кораблей, неудачно повстречавшихся с пиратами, оказался бриг португальского губернатора. Да и Макао, которому изрядно досаждали всякие там цветные флаги, был португальской колонией. Одно дело, когда ты спишь с женщиной из народа танка. Другое дело, когда эта женщина спит тебя и вертит всю твою торговлю на несуществующим бушприте джонки.В ноябре 1809 года Чжэн И Сяо отвела свои корабли из дельты Жемчужной Реки, и поставила их на ремонт. Возможно, это была дерзкая попытка спровоцировать противника – тут же на пиратскую королеву выдвинулись несколько португальских кораблей. Тем не менее, португальцы были отогнаны подошедшим на помощь Чунг По, который присоединился к «ремонту» в заливе Тунчанг.8 ноября шесть португальских кораблей блокировали Чунг По и Чжэн И Сяо в заливе. Го Подай лидер Черного Флага, отказался помогать заблокированным супругам.20го ноября к блокаде присоединились 93 корабля из флота провинции. Командовал ими тот самый Сунь Цюаньмоу, которому надо было отчитаться перед императором о чем-то, кроме потерянных кораблей.Несколько раз счастливые супруги пытались прорвать блокаду, но ветер не благоприятствовал.Маленькую победу героине всё же удалось одержать – пираты захватили один из имперских кораблей и вырезали команду.И тут наступило 28 ноября. Гений военной мысли, Сунь Цюаньмоу, решил спалить пиратов к чертям и переоборудовал сорок три своих корабля в брандеры. Спустив полыхающие суда по ветру, в сторону пиратов, он ожидал скорой развязки.Пираты, тем временем, спокойно отбуксировали медленно горящие корабли к берегу, потушили их и разломали на дрова. Но несколько брандеров всё же не сгорели напрасно – внезапно ветер переменился, и их отнесло в сторону китайского флота. Сгорели два корабля военного гения Сунь Цюаньмоу, а Чжэн И Сяо и Чунг По, воспользовавшись сменившимся ветром, прорвали блокаду, не потеряв ни одного корабля.

Закат пиратской конфедерации

Цинское правительство понимало, что потеряв флот они не смогут уничтожить пиратскую угрозу, и потеряют своё влияние на море. Море, в котором слишком много португальцев и британцев. Многие пираты тоже понимали, что старость не за горами.В декабре 1809 года в бою между правительственным флотом и Красным Флагом Чунг По наткнулся на корабли Черного флага, которые атаковали бывших союзников.В январе Го Подай, лидер Флота Черного Флага, сдался властям. Ну, не совсем сдался – он продал себя и свой флот за помилование и чин лейтенанта военного флота.Пираты польстились на обещание покоя с награбленным. Многие отворачивались от Чжэн И Сяо – в том числе из-за ее принципов и управления. Да и британцы внезапно отвернулись от ставших неудобными «союзников», которых они накачивали оружием.В феврале 1810 года сорвались первые переговоры о перемирии. Тем временем правительство Китая перекрывало пиратам снабжение. Все больше пиратов сдавались в обмен на помилование, и в апреле 1810 года Чжэн И Сяо прибыла на переговоры с Чжанг Байлинг, губернатором Гуандуна. Все пираты были помилованы. Гуандун получил 280 кораблей и 2000 орудий. Более 18000 пиратов были помилованы.

Дальнейшая судьба

Чунг По стал офицером военно-морского флота. Их брак с Чжэн И Сяю был официально признан вопреки закону – женщине не разрешалось выходить замуж повторно, даже если она была вдовой. В 1813 году у бывших пиратов родился сын, позже – дочь. Остаток жизни Чунг По посвятил борьбе с пиратами – видимо, не простив тем предательство 1809-1810 годов. В 1822 году Чунг По Цай погиб в море, в возрасте 39 лет.Чжэн И Сао, бывшая пиратская королева, после смерти мужа осела в Макао. Она занялась торговлей солью – в этом хорошо помогли оставленные в их с мужем пользование бывшие пиратские корабли. И постоянный доступ к информации.А ещё она открыла игорный дом. С девочками.Умерла бывшая пиратская королева в 1844 году, в возрасте 69 лет, в кругу семьи и друзей.

История Ши Сянгу, она же Джен Ши, она же Чжен И Сао дошла до нас, в первую очередь, благодаря произведению «Цзин хай фэнь цзи» (не уверен, что пробелы стоят верно, возможно – «Цзинхай фэньцзи» или ещё как-то так). Дословно сейчас это название интернет-переводчики обозначают как «Атмосфера Цзинхая», но правильнее будет «Ароматы Цзинхая». Эту «книгу в двух томах» написал Юань Юн Лун, и впервые она была издана в 1830 году, ещё при жизни Чжен Ши. Спустя год её перевели и переиздали в Лондоне, под названием «История пиратов, наводнивших Китайское море с 1807 по 1810 год», перевод Чарльза Ньюмана. К произведению прилагается офигенно здоровый свиток с иллюстрацией. Размер свитка около восемнадцати метров, на нем изображены основные моменты истории Чжен И Сао и Чжен Бао (Чунг По Цай). И

Китайские исследователи Сяо Гоцзянь и Бу Юнцзянь (это современные) указывают, что есть и более ранняя версия истории – «Новая книга смирения Чжен Бао» за авторством всё того же Юань Юн Луна. Она отличается меньшими подробностями и отсутствием иллюстраций и, скорее всего, является ранней версией «Ароматов ЦзинХая», разницы в общем повествовании историки не нашли.

В принципе, Чжен И Сао – самый успешный пират в истории морского разбоя. В разное время под ее командованием находилось от 16 000 до 50 000 человек и до 600 кораблей. Естественно, такой образ не могли не поюзать киношники.Самым известным воплощением Чжен Ши стала Такайо Фишер, сыгравшая Госпожу Цин в «Пиратах Карибского моря». Чуть раньше, в 2003 году, был снят фильм непосредственно про Чжен Ши,где роль пиратской королевы исполнила актриса Дзюн Итикава. Фильм называется «Cantando dietro i paraventi», в русском прокате известен как «Легенда о Мести».

Экспедиция Сенявина (1805-1807). Часть 1. Когда Черногория стала русской.

В 1805 году Россия готовилась к войне с наполеоновской Францией, которая потом станет известна как Война третьей коалиции. Император Александр решил отправить в Адриатику эскадру из состава Балтийского флота. Целью экспедиции была поддержка республики Семи Ионических островов, возникшая после средиземноморского похода Ушакова. Руководить эскадрой было поручено Дмитрию Николаевичу Сенявину, недавно возведённому в чин вице-адмирала.

Дмитрий Николаевич Сенявин.

Род Сенявиных с петровских времён был известен службой на флоте. Уже в 1697 году Петр I упоминает Ивана (Иван Меньшой) Акимовича Сенявина, который «ходит на голландском корабле». Начавший службу на русском флоте в 1698 году в качестве боцмана, Иван Акимович позже станет командиром Каспийской флотилии и начальником Астраханского порта. Брат Ивана Меньшого, Наум Акимович, был первым российским вице-адмиралом. Дмитрий Николаевич родился в 1763 году. По достижении десяти лет был отдан в Морской корпус, где поначалу бездельничал и не учился. Когда о лени и проделках юного «Митюхи» узнал Григорий Алексеевич Сенявин, капитан первого ранга, то отделал своего племянника розгами так, что тот вспоминал эту порку даже став вице-адмиралом. Дендро-колосный способ воспитания сработал. Юный Дмитрий принялся за учёбу, да так рьяно, что в четырнадцать лет сдал экзамен и был назначен в гардемарины, а в семнадцать стал мичманом. В 1780 -1781 годах был откомандирован в Лиссабон, где занимался прикрытием русских торговых кораблей от действий морской гопоты с дождливого острова. Позже Дмитрий Николаевич служил в Черноморском флоте под руководством Фёдора Федоровича Ушакова. Неоднократно между начальником и подчинённым вспыхивали ссоры, причиной которых было неповиновение и дерзость Сенявина. Один из таких конфликтов пришлось улаживать лично князю Потёмкину, который благоволил и к великому флотоводцу, и к родственнику своей бывшей любовницы Екатерины Алексеевны Сенявиной. По одной из версий, Дмитрий Николаевич поставил происхождение рода и заслуги предков выше, чем офицерское звание – и именно это довело Ушакова до официального дела на подчинённого. Что именно спасло будущего вице-адмирала, неизвестно. Может, отходчивый и добрый нрав Фёдора Фёдоровича, может – защита от князя Потёмкина. В любом случае, не смотря на конфликты и ссоры (всё продолжавшиеся) Ушаков Сенявина терпеть не мог как человека, но ценил как моряка и флотоводца, и пророчил ему большое будущее. 27 сентября 1804 года уже в чине контр-адмирала Д.Н. Сенявин был назначен начальником Ревельской флотилии.

Начало Второй Архипелагской экспедиции.

16 августа 1805 года Дмитрий Николаевич Сенявин был произведён в чин вице-адмирала и назначен главнокомандующим морскими и сухопутными силами, находящимися в Средиземном Море. 31 августа на имя Сенявина от императора Александра последовал рескрипт.

Приняв Республику семи соединенных островов под особенное покровительство мое и желая изъявить новый опыт моего к ней благопризрения, почел и за нужное при настоящем положении дел Европы усугубить средства к обеспечению ее пределов. Поелику же республика сия по приморскому местоположению своему не может надежнее ограждаема быть как единственно, так сказать, под щитом морских сил и военных действий оных, то по сему уважению повелел я отправить туда дивизию, состоящую из пяти кораблей и одного фрегата, и тем усилить ныне там пребывающее морское ополчение наше. Вверяя все сии военные, как морские, так и сухопутные силы вашему главному начальству для руководства вашего, признал я за нужное снабдить вас следующими предписаниями: Снявшись с якоря и следуя по пути, вам предлежащему, употребите все меры, морским искусством преподаваемые и от благоразумной и опытной предусмотрительности зависящие, к безопасности плавания вашего и к поспешному достижению в Корфу.»

Состав эскадры:Линейный корабль «Уриил», 84ор. Линейные корабли «Ярослав», «Святой Петр» и «Москва» – 74 ор. Фрегат «Кильдюин», 32ор.

10 сентября эскадра Сенявина вышла в море, начав Вторую Архипелагскую Экспедицию. 25 октября (с.с.) моряки русской эскадры засвидетельствовали реакцию англичан на победу в Трафальгарской битве. По словам Владимира Броневского, пальба и крики радости продолжались весь день и всю ночь. 16 ноября русские корабли вышли из Портсмута. Флот увеличился на два брига, купленных в Англии – «Феникс» и «Аргус». 14 декабря эскадра Сенявина зашла в Гибралтар, а 18 января 1806 года подошла к острову Корфу, объединившись с эскадрами Грейга и Сорокина. Долгий путь был окончен. Помпезное приветствие от кораблей и береговых батарей, торжественный переход под флаг Сенявина всех русских кораблей на рейде Корфу были омрачены новостями с полей. Пока эскадра Сенявина добиралась до Корфу, а британцы продолжали праздновать победу в Трафальгарской битве, Андрей Болконский уже пялился в небо под Аустерлицем, а император Александр бежал в Россию после сокрушительного поражения.

Боко-ди-Катторо

В 1797м году, по условиям Кампо-Формийского мира Австрия получала балканские владения бывшей Венецианской республики. Вся Далмация, историческая область на северо-западном побережье Балканского полуострова стала частью Австрийской империи. После разгрома под Аустерлицем император Франц II уступил Далмацию Наполеону. Французский генерал Лористон получил приказ занять Рагузскую республику и Боко-ди-Катторо. Местное население, пользуясь обширной автономией, эту идею не одобрило, и обратились к Петру Негошу. Пётр Петрович Негош был избранным правителем Черногории. В самом начале правления он уже пытался наладить дипломатические связи с Россией, но потерпел фиаско – то ли не с тем фаворитом Екатерины Великой поговорил, то ли спалился на переговорах с Австрийцами. Тем не менее, отношение Петра Негоша к Российской империи ёмко описывает его цитата: «Тот, кто против России, тот против всех славян». Владыка Черногории (это официальный титул) быстро смекнул, что к чему. Которский залив был крайне выгоден как торговая бухта и защищённая база для флота, но самым важным было обретение Черногорией выхода к морю. Как не странно, на первом месте стояли не экономические и не политические интересы. Побережье Которского залива населяли далматинские славяне – православные хорваты и сербы. Сама же Черногория окончательно освободилась от власти османской империи только в 1796 году. Французы, в то время сотрудничали с Турцией, и для балканских народов переход под власть союзника извечного врага был невообразим. 15 февраля 1806 года Пётр I Негош созвал местный аналог думы, «скупщину». Черногорцы единогласно решили поддержать бокезцев (жителей побережья Боко-ди-Катторо), и отправить вооружённый отряд на помощь братьям-славянам. Представитель Российской империи, дипломат Степан Андреевич Санковский, пообещал уведомить Сенявина о происходящем и гарантировал поддержку русского флота и армии. Вряд ли Сенявин успел получить вести от Санковского – скорее к нему прибыли гонцы из Которского залива, потому что уже на следующий день, 16 февраля, русские войска под руководством капитана Белли высадились на берег. Вскоре русский отряд соединился с черногорским двухтысячным войском прямо под стенами Кастельново (ныне Херцег-Нови). После высадки случилось первое столкновение с французами. Шебека «Азард» подошла к крепости Кастельново с моря, чтобы сообщить о передаче земель Франции. Не смотря на то, что австрийцы были готовы сдать укрепления и уйти на родину, местное население на лодках отогнало шебеку в море. Ночью с 16 на 17 февраля, под проливным дождём абордажная команда под руководством лейтенанта Сытина на пяти лодках подошла к шебеке. Темнота и шум дождя позволили сделать это незаметно, и французская шебека была взята на абордаж без единого выстрела. Петр Негош был не только главой государства – он являлся ещё и духовным лидером как для черногорцев, так и для всех далматинских славян. Лидер недавно освободившегося от турок государства, он же православный митрополит, и капитан Белли, офицер русского флота (не важно, что по происхождению шотландец), возглавили объединённое русско-черногорское войско. Командовать возможными боевыми действиями был назначен капитан первого ранга Белли. То ли просто наглый от природы, то ли истосковавшийся по драке в море, «русский шотландец» дал жару.