Академия Одант: Том I

Глава I – Добро пожаловать в Одантбург!

К академии подъехало несколько машин скорой помощи и полиции, их мигалки ярко сверкают, разрывая вечернюю тишину. Гул сирен сливался с паникой в воздухе, создавая атмосферу хаоса и тревоги. Из здания, словно выпорхнули из клетки, выбежала толпа подростков в праздничных костюмах – блестящие ткани и яркие цвета резко контрастировали с мрачной обстановкой. Их лица были искажены страхом, а смех и радость, только что наполнявшие коридоры академии, сменились криками и слезами.

Среди них медленно вышел юноша. Его имя было Денис Романов. Каждое его движение выдавало внутреннюю борьбу: руки и рубашка были запятнаны кровью, словно он только что вышел из самого ада. Глаза его, полные слёз, отражали ужас, который невозможно было скрыть; они искали спасения, но находили лишь пустоту. Он сильно дрожал, как осиновый лист на ветру, и каждый вздох давался ему с трудом.

В это время врачи выбежали из машин, их белые халаты развивались на ветру, как флаги надежды среди бушующего шторма. Одни направились внутрь, к месту трагедии, а другие начали оказывать помощь тем, кто нуждался в ней. Один из медиков подбежал к Денису, его лицо было сосредоточено и полным решимости. Он осторожно придержал юношу за плечо, словно хотел дать ему опору в этом безумии.

– Молодой человек, с вами всё в порядке? – спросил он, но голос его звучал как будто издалека, тонул в общем гуле паники.

В этот момент из полицейской машины вышел майор полиции Флюгер Геннадий Анатольевич. Его фигура была внушительной, а взгляд – проницательным. Он говорил по рации, его голос был решительным и строгим:

– Как обстановка? Я пошёл к задним выходам! Волков, Иванов – обход здания! Бегом! – отдал он приказ, крепко придерживая рукоять револьвера на поясе, как будто это было единственное, что могло спасти его от надвигающегося хаоса.

И вот в этот критический момент врачи из академии вынесли два трупа в чёрных мешках на носилках. Мешки были тяжелыми, как сама смерть, и каждый шаг врачей звучал как похоронный звон. Они двигались с уважением и скорбью, понимая всю тяжесть своего задания. Вокруг стояла тишина, прерываемая лишь звуками сирен и шепотом испуганных подростков – мир рухнул для них в одно мгновение.

8 дней до трагедии…

***

Стояла ясная погода, и солнечные лучи нежно касались голых ветвей деревьев, словно обнимая их тёплым светом. Легкий ветерок играл с опавшими листьями, поднимая их в танце, создавая атмосферу весеннего пробуждения. По извивающейся дорожке в парке стремительно мчалась на красном велосипеде красивая, стройная шестнадцатилетняя девушка. Её волосы, окрашенные в яркий розовый цвет, развевались на ветру, словно флаг свободы, а короткое сиреневое платье обвивалось вокруг её фигуры, подчеркивая каждое движение.

На ней была бежевая курточка, которая гармонично сочеталась с красными кедами с белой подошвой – легкомысленный образ юной школьницы, полной жизни и энергии. Её звали Виктория, и она спешила, крутя педали с такой силой, что казалось, ветер сам подталкивает её вперёд. Но вот она выехала на дорогу, где машины проносились мимо, сигналя ей, как будто предупреждая о надвигающейся опасности.

Словно в замедленной съемке, она повернула в сторону и неожиданно врезалась в столб. В этот миг время остановилось: велосипед перевернулся, а Виктория с глухим ударом приземлилась на тротуар. Она села, облокотившись на столб, который стал её временной опорой. На правой коленке уже набухала ссадина, ярко-красная, как её кеды.

– Чёрт! – вырвалось у неё с яростью, отражая всю гамму эмоций от неожиданного падения.

С трясущимися руками она достала из внутреннего кармана куртки салфетки и осторожно вытерла кровь, словно пытаясь стереть не только физическую боль, но и унижение. Затем из другого кармана она извлекла пластырь и наклеила его на ссадину – маленький акт заботы о себе в этот момент.

Виктория поднялась, выпрямилась и подняла свой велосипед, приставив его к столбу. Она повернула голову к входу в академию, где ярко светилась вывеска "Добро пожаловать в Академию Одант!" Здание высотой в четыре этажа стояло гордо, словно хранитель знаний. Его светлые стены отражали солнечные лучи, создавая ауру тепла и уюта. Двускатная крыша, покрытая бордовой черепицей, придавала зданию элегантный вид.

По правую сторону от входа располагались огромные тонированные прямоугольные окна, сквозь которые пробивался свет, а по левую сторону тянулась глухая стена, как будто охраняя секреты академии. И справа от входа величественно возвышалась часовая башня – визитная карточка Одантбурга, её стрелки неумолимо отсчитывали время, напоминая о том, что каждый миг важен. Виктория глубоко вдохнула, стараясь забыть о падении и сосредоточиться на том, что ждёт её внутри.

Виктория подошла к входу в Академию и, вздохнув, с силой толкнула огромную резную дверь, выполненную из светлого дуба. Дверь скрипнула, словно старый мудрец, открывая ей мир знаний и возможностей. За ней стояла её мать – Дарья Сергеевна, основательница Академии Одант и мэр самого Одантбурга. Она была высокой и статной женщиной с яркими красными короткими волосами, которые словно пламя выделялись на фоне строгого черного наряда. Но сегодня её образ был необычным: белоснежный пиджак, идеально сидящие брюки и туфли, сверкающие на солнце, придавали ей вид не только властной, но и элегантной леди.

– Мама? Ой… я… – Виктория попыталась оправдаться, но мать перебила её спокойным, но настойчивым тоном:

– Ты уже третий раз опаздываешь на этой неделе.

– Но, я это… Мам… – заикнулась девушка, краснея от смущения.

– В Академии я тебе не мама! А Дарья Сергеевна! – повысила голос женщина, её строгий взгляд пронзал Викторию, как стрелы.

– Ну да… – с облегчением кивнула девушка, понимая всю серьезность ситуации.

Дарья Сергеевна строго окинула дочь взглядом, словно оценивая каждую деталь её наряда.

– Ты ещё и не в школьной форме! – произнесла она с недовольным вздохом. – В наказание ты сейчас отправляешься домой…

– А в чём тут наказание? Домой же иду… Это счастье! – радостно воскликнула Виктория, перебивая строгую маму, но её слова лишь усилили гнев Дарьи Сергеевны.

Женщина возмущенно посмотрела на свою безответственную дочь и продолжила свои нотации:

– Идёшь домой, а потом ты возвращаешься в Академию, но только в шесть часов вечера. Я поставлю тебе семь уроков, и ты будешь делать домашнюю работу до ночи.

– Чего? Такого не бывает… – огорчилась Виктория, опустив голову. Её радость мгновенно улетучилась, и она вышла из академии с тяжёлым сердцем.

Шагая по каменной дорожке с маленькими трещинами, она присела на ближайшую белую деревянную скамейку. Скамейка была укрыта легким слоем пыли, а за ней рос квадратный куст, аккуратно подстриженный и напоминающий зелёный куб. Виктория положила правую ногу на левую и достала телефон. Не успев разблокировать экран, её телефон зазвонил – это был хороший друг Денис. Она ответила на звонок и включила громкую связь, надеясь, что разговор станет хоть немного приятнее в этот непростой день.

– Алло! Вика, слышишь? – раздался голос Дениса, словно солнечный лучик, пробивающийся сквозь облака.

– Конечно. Чего звонишь в такую рань? – поинтересовалась Виктория, чувствуя, как утренний ветерок играет с её волосами, заставляя их танцевать вокруг лица.

– В смысле рань? Вроде ты в академии должна быть, не? – удивился Денис, его голос звучал как мелодия, наполненная недоумением.

– Просто обычно ты просыпаешься в два часа дня, и вдруг ты решил проснуться пораньше, – с лёгкой улыбкой ответила девушка, на мгновение забыв о своих заботах.

– Утрируешь. Просто в больницу надо было сходить, в итоге так и не сходил, опоздал уже на целый час! – поделился своей неудачей Денис, и Виктория представила его с недовольным лицом, сидящим в ожидании.

– Ты же всегда вовремя приходишь? Хотя да, когда я тебя звала на боулинг, ты тоже опоздал на час, – вспомнив тот забавный случай, она не удержалась от улыбки. Воспоминания о весёлых вечерах согревали её душу, как теплое одеяло в холодный вечер. – Ну говори, чего звонишь?

– Кстати, забыл же сказать… Привет! – неожиданно произнёс Денис, как будто это было самым важным на свете.

– Привет… – растерянно отозвалась Виктория, её мысли всё ещё блуждали между обязанностями и мечтами.

– Ну так вот, я звоню тебе, чтобы узнать, ты сегодня свободна вечером? – перешёл ближе к делу молодой человек, его голос напоминал ей о захватывающих приключениях.

– Скорее всего нет, а что? – задумчиво ответила девушка, в голове прокручивая недавний разговор с мамой. Словно тень, его строгий голос всё ещё звучал в её ушах.

– Отменяй планы, нахрен! Гулять пойдём, – грубо предложил Денис, и его уверенность подстегнула Викторию.

– Думаю, завтра я обязательно буду свободна! – радостно произнесла она, чувствуя прилив энергии и надежды.

– Хе-хе, ладно тогда, спишемся? – спросил Денис напоследок.

– Спишемся, – ответила Виктория и сбросила звонок.

Подняв голову, она решилась полюбоваться красотой Академии. Высокие стены из светлого камня сияли под солнечными лучами, отражая их тепло. Зелёные деревья вокруг словно обнимали здание своими раскидистыми ветвями, а цветочные клумбы радовали глаз яркими красками. Виктория глубоко вдохнула свежий воздух, наполняя лёгкие ароматом цветов и трав. В этот момент она поняла: несмотря на строгие правила и ожидания, мир вокруг неё полон возможностей и новых открытий.

Девушка встала, потянулась и решила прогуляться вокруг величественного здания Академии. Оно было настолько большим, что, когда на уроке физической культуры проходил кросс, ученики бежали вокруг него два километра, чтобы сделать всего один круг. Стены академии, выложенные светлым камнем, отражали солнечные лучи, словно гигантские зеркала, а высокие окна придавали зданию благородный вид.

Виктория неспешно шла, любуясь окружающей красотой. Она заглянула в окна классов, где ученики сосредоточенно занимались: один школьник вышел в центр аудитории и, уверенно держась за мел, начал писать что-то на доске. Учитель, с энергией объясняющий материал, казался настоящим мастером своего дела.

– Слава богу, что сегодня у меня «выходной», – произнесла вслух девушка, её голос раздавался в тишине, словно эхо. – Экзамены в этом семестре меня ожидают… Надо сходить в магазин, чтобы купить себе что-то поесть.

Вернувшись к своему велосипеду, Виктория взяла его за ручки, откатила чуть вперёд и села на седло. Она уверенно покатила в сторону ближайшего магазина, но вдруг её внимание привлёк мужчина впереди. Он шатался из стороны в сторону, и Виктория остановилась, чтобы рассмотреть его с ног до головы.

У него были чёрные волосы и небритое лицо, покрытое лёгкой щетиной. На нём была яркая красная футболка с жирными пятнами, поверх которой он надел чёрную кожаную куртку, украшенную нашивками рок-групп. Синие джинсы выглядели изношенными, а грязные белые кроссовки придавали образу запущенности. В руках он держал чёрный пакет, из которого торчало горлышко бутылки.

– Андрей Фёдорович опять бухим пришёл. Классика! – прошептала Виктория с улыбкой и поехала дальше, проезжая мимо него. Запах перегара и спирта ударил ей в нос, заставив поморщиться. Это был Андрей Фёдорович – директор академии. Он направлялся к входу, но вдруг остановился и сделал последний большой глоток из бутылки.

Мужчина бросил пустую бутылку в мусорку, но не попал – она с глухим стуком упала на землю. Словно не замечая этого, директор подошёл к входной двери и постучался в неё, открыв её с лёгким усилием. Коридоры внутри были пусты и безмолвны, как будто здесь никто не учился – всего лишь шёл второй урок.

Андрей Фёдорович подошёл к окошку охранной будки, где сидел накачанный стройный лысый мужчина с черными грубыми бровями. Он был одет в строгую охранную униформу: белая рубашка с аккуратно завязанным чёрным галстуком, черные брюки и блестящие туфли. За ухом у него был микрофон, а на поясе висела рация с дубинкой. На запястье сверкали серебряные часы. Сразу было понятно: этот человек способен защитить учеников от любой неведомой опасности.

Андрей Фёдорович, с небрежно зачесанными чёрными волосами и усталым взглядом, заглянул в окошко охранной будки. Там, среди ярких лучей утреннего солнца, охранник, с непринужденным видом, наслаждался аппетитным омлетом, который источал аромат свежих трав и жареного лука. Он с интересом следил за камерами, его лицо было освещено мягким светом, создавая контраст с его строгой униформой.

– Доброе утро, Андрей Фёдорович! Судя по запаху от вас, ночь у вас была шикарной, – произнёс охранник с лёгким презрением, поднимая бровь.

– Да нормально я пахну! И утро, кстати, не доброе! – грубо отрезал директор, как будто отмахиваясь от назойливых мух.

Андрей Фёдорович начал рыться в своих дырявых карманах, словно искал потерянное сокровище. Его руки наткнулись на что-то холодное и металлическое – это был его электронный пропуск.

– Фу… – не сдержался охранник, закатив глаза. – А Дарья Сергеевна вас не убьёт?

– Ни слова о ней! Запомни! – крикнул Андрей Фёдорович, его голос резонировал в тишине коридора. Он выронил пропуск, и, наклонившись к полу, поднял его с легким треском. Пропуск сверкнул в его руках, как напоминание о его власти, когда он провёл им по терминалу и подмигнул охраннику с ухмылкой.

Директор шагал по коридору, где стены были украшены портретами великих поэтов и учёных, их мудрые взгляды следили за ним. Он проходил мимо раздевалок и туалетов, слыша гулкий шум из классов – учителя увлечённо объясняли материал, а ученики с любопытством слушали. В воздухе витала смесь знаний и юношеской энергии.

Андрей Фёдорович остановился у стеклянного шкафа с наградами академии – золотые медали и дипломы сверкали как звёзды на ночном небосклоне. Затем он завернул в сторону своего кабинета. Из кармана куртки он достал блестящий металлический ключ и открыл дверь, на которой красовалась табличка “Кабинет директора”.

Зайдя внутрь и закрыв за собой дверь, он сразу же наткнулся на хаос: мусор на столе, разбросанные документы и пустые бутылки создавали атмосферу заброшенности. Единственный свет проникал сквозь жалюзи, рисуя полосы света и тени на полу. Директор перешагнул через этот беспорядок и упал на чёрный кожаный диван, который уже давно не помнил свежести.

Положив ногу на ногу, он закрыл глаза в надежде погрузиться в сон. Но его мирная дремота была прервана стуком в дверь. Это был Остап Николаевич – завуч академии. Он открыл дверь и замер на пороге, увидев бардак и расслабленного Андрея Фёдоровича. В его глазах мелькнула смесь удивления и недоумения.

– Андрей Фёдорович, здравствуйте! Почему такой беспорядок? – с явным беспокойством произнёс Остап Николаевич, его голос был полон легкой тревоги, словно он шагал по тонкому льду.

Директор, приоткрыв свои сонные глаза, посмотрел на него сквозь завесу усталости. В его взгляде отражалось недовольство, как тень от облаков на солнечном небе. – Чего тебе? Ищешь пару на вечеринку, которая будет через несколько дней? – спросил он грубым тоном, словно каждое слово было тяжёлым камнем.

Остап Николаевич, невысокий и плотный, с каштановыми волосами, которые аккуратно лежали на его лбу, выглядел как типичный офисный работник. Его голубые глаза сверкали от любопытства, а квадратные очки придавали лицу комичное выражение. Он был одет в белую рубашку и черные брюки, как будто только что вышел из деловой встречи в бизнес-центре.

– Я первый вопрос задал, Андрей Фёдорович! Ну, а пара у меня есть, – ответил Остап с лёгкой улыбкой, но в голосе слышалась нотка серьёзности.

– А я второй, поэтому ближе к делу! – раздражительно повысил тон директор, его слова звучали как удар молнии в ясное небо.

Остап Николаевич почувствовал, как гнев Андрея Фёдоровича нависает над ним, и поспешил ответить: – После второго урока, точнее этого, будет срочное собрание. Вы обязаны присутствовать! – уведомил он с решимостью, словно это было важнейшее дело в мире.

– Я ничего не обязан! Ваши проблемы, разбирайтесь сами, я спать! И да, сегодня выходной! – выпалил Андрей и повернулся на бок, лицом к стене, словно хотел укрыться от всего мира под одеялом.

Остап решил попытаться исправить ситуацию: – Не выходной, ведь сегодня четверг. Ну и да, был бы выходной, вы бы точно сюда не пришли! – хихикнул он, подмигивая. Его нос слегка покачивался в сторону директора: – От вас алкоголем несёт! Что-то произошло? Я могу чем-то помочь? – снова забеспокоился завуч, его голос стал более мягким и заботливым.

– Пойти нахрен, и именно этим ты мне поможешь! – по-доброму послал Андрей Фёдорович завуча, и тот, слегка обескураженный, ушёл, закрыв за собой дверь с тихим щелчком. В комнате вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим шёпотом ветра за окном.

Спустя некоторое время, в учительской, наполненной атмосферой напряжённости и ожидания, Андрей Фёдорович сидел за широким деревянным овальным столом, обрамлённым потемневшими от времени углами. На столе лежали папки с документами, а в воздухе витал лёгкий аромат свежезаваренного кофе. Вокруг него собрались учителя: по истории, русскому языку, алгебре, химии, физике и иностранному языку, завуч Остап Николаевич, шеф-повар с внушительной фигурой, электрик с добродушной улыбкой и сама Дарья Сергеевна – женщина с проницательным взглядом и мягкими чертами лица.

Кабинет не отличался богатством деталей: лишь большой стол, несколько шкафов с пожелтевшими от времени документами и большая белая доска, на которой когда-то были написаны важные заметки. Но именно в этом скромном пространстве сосредоточилась вся жизнь академии.

На столе, напротив Дарьи Сергеевны, стоял стакан с водой, в котором легкие волны отражали свет. Она подняла его и сделала глоток, прежде чем начать свою речь.

– Доброе утро, всем! Я вас собрала, чтобы вы услышали о новостях, связанных с нашей любимой академией, – произнесла она уверенно, её голос напоминал мелодию, которая стремится завладеть вниманием.

– Надеюсь, лучшая новость будет в том, что еда в столовке станет халявной! – перебил Андрей Фёдорович, не осознавая серьёзность момента. Его слова звучали как шутка на фоне серьёзного обсуждения.

– Спокойнее! – возмутился шеф-повар академии. На его лице появились хмурые брови, а глаза цвета изумрудов сверкнули от раздражения. Он был облачен в белый фартук и высокий колпак, которые придавали ему вид импозантного человека, готового к кулинарным свершениям.

– Попрошу не перебивать меня. Спасибо. Начну с самого важного: стоимость обучения в месяц будет повышена на десять процентов, – произнесла Дарья Сергеевна. В этот момент в кабинете воцарилась гробовая тишина. У всех глаза стали круглыми от неожиданности, словно они увидели привидение.

– Согласна, это очень дорого, но не стоит забывать, что наша академия предлагает и бесплатное образование! – добавила она с надеждой.

– Мадмуазель, даже в моей родной стране столько не стоит образование! – возмутился учитель иностранного языка, Доминик Мишель. Невысокий и молодо выглядящий мужчина с черными волосами, уложенными назад, и гладковыбритым лицом выглядел как настоящий французский аристократ.

– Доминик Мишель, такие времена наступают… – ответила Дарья Сергеевна с лёгким вздохом.

– Как обычно! Чё ещё скажешь? – грубил Андрей Фёдорович, откинув кресло назад и положив ноги на стол. Его поведение словно бросало вызов всем присутствующим.

Все сидящие в кабинете недовольным взглядом посмотрели на него. Обстановка была напряжённой из-за директора, чья небрежность казалась неприемлемой в такой момент.

– Андрей! Кхм… Андрей Фёдорович, уберите ноги со стола немедленно! – крикнула Дарья Сергеевна, её голос прозвучал как гром среди ясного неба.

– Дарья Сергеевна, при всём уважении к вам, прошу уволить этого человека! – вмешался шеф-повар, его голос напоминал грозу.

– Да пошли вы в задницу. Я ухожу! – громко высказался Андрей Фёдорович и вышел из кабинета, захлопнув дверь с таким гремящим звуком, что казалось, будто раздался выстрел.

– Кхм, сам послал и ушёл! Истеричка! – усмехнулся Доминик Мишель, его карие глаза искрились от насмешки.

– Почему этот негодяй вообще является директором? – возмущённо задался вопросом шеф-повар, его лицо было озарено недоумением.

– Как обычно… Прошу прощения за такое недоразумение. Сами знаете его… – вздохнула Дарья Сергеевна и вышла из кабинета.

Андрей Фёдорович стоял у подоконника с разбитым телефоном в руках, глядя на улицу. За окном весело пели птицы, но он не замечал их радости.

– Что за цирк ты устроил? А ну бегом обратно! – потребовала Дарья Сергеевна громким шёпотом.

– Я тебе сказал куда идти. Я не хочу общаться с крысой! – ответил Андрей Фёдорович с презрением.

– Да… Да! Моя вина! Признаю, но у меня появились срочные дела! – произнесла она с лёгким трепетом в голосе.

– Признаёт она. Это каждый раз происходит, когда я зову тебя поужинать в ресторане; в итоге общаюсь с барменом до утра! – надулся Андрей Фёдорович и убрал телефон в карман.

Дарья Сергеевна подошла к нему и встала напротив него. Её глаза искали понимания.

– Прости, что так вышло… – сожалела она тихо, опустив взгляд к полу.

– Нет, – ответил Андрей Фёдорович и отвернулся от неё к окну. Подумав немного, он повернулся обратно и сказал: – Ладно, я прощаю тебя.

Этим же временем, Виктория крутила педали на своём велосипеде, наслаждаясь свежим утренним воздухом в парке. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, играя на асфальте бликами света. Она проехала мимо дворников, которые с грустью подметали территорию, их метлы скрипели о землю, создавая мелодию повседневной рутины. Птички, словно маленькие музыканты, весело щебетали в ветвях деревьев, а лёгкий прохладный ветерок нежно трепал её волосы и помогал деревьям сбрасывать золотистые листья, которые медленно опускались на тротуар, создавая мягкий ковер из осеннего золота.

Чистое небо, как холст художника, постепенно затягивалось серыми облаками, предвещая возможный дождь. Виктория остановилась, отдохнув от езды, и заметила, как по пустой дороге около парка медленно проезжает чёрный джип, его блестящий кузов отражал свет солнца. Девушка достала телефон и попыталась позвонить маме, но та не отвечала.

– Ладно, походу меня точно ждет наказание… – произнесла Виктория вслух, её голос звучал опечаленно, как будто она уже смирилась с неизбежным.

В этот момент мимо неё прошёл человек, расклеивающий листовки на фонарные столбы. Его руки были украшены странными татуировками, напоминающими запрещённые символы, которые казались загадочными и немного пугающими. Он продолжал своё занятие, не обращая на неё внимания. Виктория была не слишком заинтересована в нём, но от нечего делать решила взглянуть на одну из листовок.

Подойдя к столбу, она заметила на чёрно-белой бумаге изображение милой девочки с волнистыми длинными волосами. На её шее был виден шрам, а лицо выражало страх и беззащитность. Виктория нахмурилась.

– Оу, неужели девочка потерялась? – произнесла она первую мысль вслух, и её взгляд упал на подпись над фото: “Разыскивается очень опасная девочка! Кто найдет её, позвоните по номеру “8-(934) 555-71 66” – будет вознаграждение в сумме 1.000.000 рублей!”

– Ого! Неужели такая миленькая девочка способна кого-то обидеть? – удивлённо произнесла Виктория и, решив зафиксировать это странное объявление, достала телефон и сфотографировала листовку.

Вдруг она обернулась и чуть не вскрикнула – позади неё стоял стройный высокий парень. Это был Денис. Его коричневые волосы были уложены назад, а карие глаза смотрели с легким интересом. Он был одет в чёрную футболку и кожаную куртку, которая подчеркивала его мускулистую фигуру. Чёрные джинсы облегали его ноги, а на поясе висела цепь, придавая ему немного бунтарский вид. Он выглядел как типичный молодой человек из соседнего двора – ничем не выделяющийся, но в то же время притягивающий внимание своей уверенной осанкой и загадочной улыбкой.

– Ты можешь прекратить так ко мне подкрадываться? – произнесла Виктория, её голос звучал как грозовой раскат, полон недовольства и раздражения.

– Привет! Не хотел тебя пугать. Зачем ты сфотографировала листовку? – спросил Денис, и его глаза, словно тёмные озёра, скользнули к столбу, где висела загадочная бумага.

– Да так, маме скинуть. Ты что здесь делаешь? – бросила она, её тон был как острый нож, готовый разрезать тишину.

– Просто гуляю. Думаю о жизни и не только, – ответил он, его голос был мелодичным, но в нём звучала нотка задумчивости. Виктория почувствовала, что за его словами скрывается что-то большее, чем просто прогулка.