Аркадия: Обреченный

Глава 2 Всему приходит конец

После истории с кольцом, Дэмиен повеселел. Приготовления к празднику окончились, осталось только дождаться темноты. И тогда начнется веселье. Дэмиен уже предвкушал этот праздничный вечер. Он, само собой, пойдет к своим друзьям простолюдинам, а отец, тоже само собой, это не одобрит. Но Дэмиен всегда привык поступать по-своему. «Только я знаю, что для меня лучше», – так он говорил себе изо дня в день. Да, только он это знает. Ни брат, ни отец этого знать не могут. Они могут только предполагать.

Дэмиен отобедал и отправился тренироваться. Он любил мечи, сколько себя помнил. Тренировался каждый день. Сперва это была просто детская забава. Затем забава переросла в упорное стремление овладеть мастерством боя. Дэмиен знал – когда-нибудь ему это сильно пригодится. Только в этом, пожалуй, Матиас и поддерживал своего сына. Он гордился своим сыном. Все Фостеры на ура владели навыками сражения. С недавних пор Дэмиен стал практиковать не только бой на мечах, но и навык колдовства. А вот этому отец не обрадуется. Среди Фостеров (а их династия тянется из покон веков) не было ни одного мага. Все они были простыми рыцарями, которые ценили только ближний бой и кузнечное дело. Дэмиен будет первый магом среди Фостеров.

Дэмиен окончил тренировку и пошел мыться. Ему набрали воды с ароматными лепестками. Он вымылся дочиста. Стал одеваться. Затем он заглянул в зеркало. Отец заставил его побриться. Дэмиен нехотя, но все же согласился. Он так долго ждал, когда на лице появится хоть небольшая растительность. А теперь придется ее убрать. Дэмиен считал, щетина ему очень даже идет. Отец, как всегда, иного мнения. Так что парню пришлось побриться.

Наступал вечер. Праздник уже совсем на носу. Осталось подождать каких-то пару часов. Около семи вечера Матиас позвал Дэмиена к себе. Отец одевался. Только сейчас Дэмиен увидел, сколько нарядов имеется у отца в распоряжении. Все комоды, шкафы были забиты дорогими нарядами с самых разных уголков, от самого западного побережья Агроса, до южных берегов империи Намид, а так же имеются наряды, привезенные из Рандариума. Сейчас отец не мог решить, что же ему надеть. Выбор остановился на великолепном оранжевом дублете с двумя вышитыми перекрещенными мечами на спине, или же красный шелковый халат, привезенный из империи. Там шелк очень любят. С обувью лорд определился. Решил сегодня надеть красные тапочки с круглой золотистой пряжкой. Слуга помогал ему в этом. Появление сына не отвлекло его от занятия.

– Ты звал? – спросил Дэмиен из дверного проема. Он даже не стал входить в комнату отца.

– Звал, – ответил Матиас.

Дэмиен догадывался, зачем его хотел видеть отец. Он будет давать напутст.

Наверное, скажет, чтобы Дэмиен весь вечер находился рядом с отцом и не ходил пьянствовать к солдатам. Очередное напутствие отца. Однако у Дэмиена уже был готов план действий.

– Сегодня соберется много знатных людей. И я должен представить тебя им. Тебя и Родрика. И мне бы очень не хотелось, чтобы гости прознали о твоих посиделках с солдатами. Поэтому ты весь вечер должен провести в высших кругах, – изрек Матиас, даже не повернув голову.

– Но я… Что мне там с вами делать? Вести беседы и слушать унылую музыку? – запротестовал Дэмиен.

Матиас отвлекся-таки от своего дела и повернулся к сыну. Глаза отца горели строгостью. После короткого строгого взгляда, Матиас отвернулся и продолжил одеваться.

– Да, именно так. Я уже давно понял, что тебе плевать на знать и что ты терпеть их не можешь. Но ты можешь хотя бы сегодня целиком посвятить себя им? Если не для себя, так ради семьи, – сказал отец, застегивая свой яркий дублет.

Дэмиену пришлось согласиться. Однако его терпение вряд ли выдержит и двух часов. Но посмотрим. Дэмиен решил остаться в рубашке и штанах. Никаких бархатных накидок и драгоценных украшений он на себя напяливать не стал. Хотя отец и это его пытался заставить сделать. Но вот с этим у отца не получилось. Дэмиен на отрез отказался от богатых нарядов. Согласился прибавить к белой рубашке коричневый жилет, а больше ничего добавлять к внешнему виду не стал. Так он и появился на празднике.

Праздник, который Матиас устроил, вовсю набрал ход. Здесь собрались не только все знатные личности Дэмерена, но и сам король. От этого Дэмиену сделалось совсем дурно. Он почувствовал, что плакала его гулянка со стражей. Все же короля надо уважать. И, несмотря на свое отношение к богатым, Дэмиен умел вести себя прилично. Помимо богачей тут толпились ученые и маги Вунтагора, а так же кое-кто из Золотого ордена, совета, который правит страной. Главой ордена является не король, как многие считают. Но король его создал на случай, если погибнет, а страна увянет в междоусобице. Все они оживленно беседовали на своем «приличном» языке. Играла унылая музыка, хотя приглашенный менестрель весьма знаменит на Аркадии.

Дэмиен же сидел в углу зала и скучал. Он гневался от мысли, что ему приходится торчать здесь, а там, на другом конце форта, солдаты и слуги солдаты закатили неслабую гулянку. Как и ожидалось, терпение парня подошло к концу уже часа через два с момента начала праздника.

Дэмиен встал с места, подошел к столику, где стояло угошение, и налил себе дорогого вина. Если уж не веселиться, так хоть просто выпить. Затем вновь

пристроился в свой уголок. Медленно потягиваяно, он стал рассматривать гостей. Для него это был скучный праздник. Здесь пребывали одни старики и никого из молодых. Молодые хоть как-то могли скрасить скверное настроение парня. Для Дэмиена этот праздник – хуже, чем конец света. Вон граф Данвера, города на побережье океана, ведет оживленную беседу с учеными столичного университета. А вон графиня Конрола разговаривает с графом Шедворда. Кругом одни старики, да взрослые. Хоть Дэмиен и сам взрослый, люди, что сейчас его окружали, не его поля ягодки, так сказать. А вон отец в обществе Моргана ведет разговор с очень известными купцами острова Каледо. Дэмиен слышал, что сегодняшний вечер должен принести Матиасу огромную сумму, которая запросто окупит расходы на торжество. Наверное, сейчас он этим и занимается.

Рассматривая гостей, он увидел Родрика. Тот стоял, облокотившись спиной о стену с сердитым выражением лица. Дэмиен понимал, что от этого балагана будет еще не то отвращение. Но странно, что скверное настроение перешло и на Родрика. Он-то любил такие мероприятия. То есть, может и не любил, но понимал, что должен на них присутствовать. По возможности, не упускал момента поговорить с каким-нибудь важным человеком. Заявить о себе знати. Чтобы его запомнили и зауважали. Дэмиена почти всегда забывали, ведь на подобных мероприятиях он держится в тени. Его редко замечают. Родрик всегда ходил с каменным лицом. Улыбался, но редко. Часто улыбался, вряд ли искренне, только на таких праздниках. А сейчас все не так. Родрик всегда ходил по форту с каменным лицом, будто его кто-то постоянно обижает. Но тут что-то другое. Что же могло так расстроить Родрика? Неужели с ним никто не хочет разговаривать? Или он с кем-то поругался? Возможны любые варианты. Дэмиен боялся даже предположить, что случилось с братом.

Матиас увидел Дэмиена и заковылял к нему. Старик присел рядом и сказал:

– Ну что ты сидишь, как бедный родственник? Иди хоть пообщайся с людьми. Ради богов, покажись белому свету.

– Еще чего, – буркнул Дэмиен. – Если уж говорить о бедном родственнике, лучше обрати свой взор вон туда, – Дэмиен указал на брата. – Не знаешь, что с ним?

– Понятия не имею. Он весь вечер простоял возле стены. Вероятно, думает о чем-то или ждет кого-то?

– С таким лицом? – хмылкнул Дэмиен. – Как думаешь, может мне поговорить с ним? Или не стоит?

Родрик сощурил глаза. Должно быть, он слушает разговор Дэмиена и Матиаса. Он тщательно вслушивался в разговор, но услышать ему с такого расстояния удастся немного, тем более, когда столько народу шумит.

– Это можно. Но только не сделай еще хуже. Говори осторожно. Не усугубляй и без того паршивое настроение, – сказал Матиас.

Дэмиен встал и направился к своему брату. Дэмиен уже начал подозревать Родрика в краже кольца. А иначе отчего еще он может так сердиться? Может, узнал о том, что Дэмиен нашел кольцо и вернул его на место, вот и злиться. Да нет, это глупость. Зачем Родрику красть у своей же семьи? Как только Дэмиен приблизился к брату, тот сделал вид, будто ничего не слышал, рассматривает гостей, погруженный в свои мысли.

– Привет, Родрик, что это с тобой? – спросил Дэмиен.

– Ничего. Маленькие неприятности, – эти слова он растянул.

– Может, я чем-то могу помочь? Я же твой брат, в конце концов.

– Нет, Дэмиен, благодарю тебя, но не стоит. Я сам все улажу.

Эти слова дались ему с трудом. Он едва сдержал свой гнев. В итоге Родрик просто вышел из зала и скрылся из виду.

Дэмиен, ошарашенный такими репликами, долго смотрел в сторону, куда ушел Родрик. Родрик был зол на кого-то. Зол по-страшному. И не обязательно на Дэмиена. Дэмиен ничего ему не сделал. Если только не подтверждается подозрение о краже кольца.

– Ну что ты наделал? Я же сказал – не усугубляй, а ты что? – возмутился Матиас. Он был опечален тем, что его сыновьям не до праздника.

– Ничего я не делал. На сей раз мы оба тебя подвели, – расплылся в улыбке Дэмиен, вздохнул, махнул рукой и пошел прочь с праздника.

Матиас не стал останавливать Дэмиена. Вместо этого он пошел дальше развлекать гостей, а вот Дэмиен пустился в раздумья. Он старался припомнить все, что ему говорили подозреваемые. Глаза бегали по коридорам, словно хотели найти там ответ. Но ничего не нашли. Дэмиен махнул на это рукой и отправился веселиться, как привыкла его душа.

Из солдатского павильона доносился громкий гул. Там праздник шел полным ходом. Кто-то громко смеялся, кто-то разговаривал, а кто-то только и делал что пил вино и пиво. Дэмиен открыл дверь. Если смотреть со стороны празднующих солдат, то порядок появления Дэмиена был такой: сперва приоткрылась дверь, затем показалась рука, а уже потом лицо, озаренное улыбкой.

– Ага! Не ждали?! – воскликнул парень.

– О-о-о! Гляньте, кто пришел! – загудели все.

Дэмиен сел за длинный стол, который был полностью загроможден кувшинами с вином, кружками с пивом и тарелками с мясом и зеленым луком. Первым делом он налил себе пива. Выпил за один раз. Затем налил второй раз и повторил.

– Полегче, Дэмиен. Мы же только сели. Весь вечер еще впереди, – сказал Норман.

– Правда? А я хотел вас догнать. Думал, вы тут уже давно сидите, – шутливо удивился Дэмиен. – А что же вы делали все эти два часа?

– Готовились, – вздохнул Норман. – Это тебе хорошо. Ты человек без обязанностей. А нас отпустили только, когда начался праздник. Пока то, да се, вот только сейчас и начали.

Дэмиен налил себе третью кружку пива. Поднес ее к губам, но остановился, заметив печальный взгляд друга. Что это с ним?

– Все нормально? – спросил Дэмиен.

– Среди солдат ходит слух, что ты собираешься покинуть форт Гард. Это правда? – Норман вперился глазами в друга, требуя ответа.

Дэмиен не был готов к такому разговору. Он шел сюда веселиться и поговорить о всяких глупостях, а не обсуждать свою дальнейшую жизнь. Но раз об этом зашла речь, деваться некуда. Придется отвечать.

– Возможно, – уклончиво ответил Дэмиен. – Я пока точно не решил. Честно говоря, я давно хотел уйти. Но что-то останавливало меня. Даже не знаю что именно. А сейчас представилась такая возможность! Грех за нее не ухватиться.

Норман услышал, наверное, больше, чем рассчитывал услышать. Он даже не собирался отговаривать друга, потому что знал, что это бесполезно. Норман снова вздохнул и задал только один вопрос:

– Ты будешь скучать по всему этому?

– Буду ли я скучать? Конечно, особенно по нашим посиделкам, – улыбнулся Дэмиен.

Норман налил себе пива. Он поднял кружку и сказал:

– Коль скоро ты уйдешь, давай повеселимся в последний раз. Когда еще мы так посидим?

– Да я еще не уверен, что уйду. Отец не даст добро. Понимаешь, мне нравится здесь жить, но мне уже надоело здесь жить. Это сложно объяснить. Хочется чего-то нового. Понимаешь?

– Время от времени нужны новшества. Это так. Ну а ты вернешься когда-нибудь, если все же уйдешь?

– Разве я могу тебя бросить, дружище?! – воскликнул парень и потрепал друга по щеке. – Вернусь, ясное дело. И тогда освобожу тебя от должности, а потом возьму с собой! Вот так вот!

Дэмиен поднял свою кружку. Две кружки друзей со звоном столкнулись, и пиво полилось в рот. Больше к теме ухода Дэмиена не возвращались. Стали разговаривать о всяких глупостях. Солдаты травили истории из своей личной жизни. В основном смешные. После очередной нелепой истории павильон наполнялся громким хохотом. Дэмиен с удовольствием слушал каждую историю. Только в этом месте он чувствовал себя в своей тарелке. Только здесь он мог никого не стесняться и делать и говорить почти все, что взбредет в голову. Вот это настоящий праздник! Совсем не то, что происходит на другом конце Гарда.

– Как-то раз, во время почти такой же бурной ночи, – рассказывал один из солдат, – меня повели освежиться. Хотели окунуть головой в бочку с холодной водой (я был в таком состоянии, что едва мог связать пару слов), чтобы я пришел в себя и чуть-чуть очухался. Ну вот, привели меня к бочке, окунули головой в нее. И что вы думаете? Оказалось, что там вовсе не водичка, а вино. И вместо того, чтобы прийти в себя, я налакался еще сильнее. Мой друг пе… пе… перепутал бочки, – договорил солдат через смех. – И вместо того, чтобы привести меня в чувства, напоил еще сильнее.

Некоторые из солдат засмеялись, а некоторые даже не улыбнулись. Дэмиен был уже весьма веселым, так что и он хихикнул; и даже спросил:

– Как вы могли не знать, что там не вода, а вино?

– Это тот, кто вел меня, не знал, а я может и знал, да только не мог сказать.

– Он с похмелья был? – спросил Норман.

– Да нет. Это был мой сменщик. Мне как раз на дневной караул надо было заступать. А он с ночи пришел.

– Тогда как он мог перепутать бочки?

– Ну, я не знаю. Наверное, спать очень хотел. Давно это было. Он говорил, почему перепутал. Давно это было, так что я уже не помню, что он мне сказал.

Другой солдат по имени Джон тоже рассказал забавную историю.

– Десять лет назад ваш отец, Дэмиен, взял меня с другом в Данвер. Его звали Мартин, друга моего. Мы стояли на бугру и что-то охраняли (уже тоже не помню), а дело зимой было. Ну, стоим такие, а скучно просто так стоять. Еще молодые были. Друг говорит, спорим, мол, я спокойно спущусь с этой ледяной горки, стоя на ногах. Я поспорил. Мартин отходит, берет разгон и разбегается. И перед самой горкой поскользнулся. Головой вперед – нырк. А внизу на горке был еще бугорок. А в самом низу, куда горка вела, люди ходили. Ну вот, он скатывается на животе вниз, попадает на бугорок и летит вперед. А внизу как раз девушка проходила. Несла два ведра со смолой. Как он в нее влетел! Я спускаюсь (все-таки смех смехом, а Мартин мог пострадать), а там эти двое. Такие два монстра все в смоле с головы до пят. Я спустился. Мартин стоит и ржет. Девушка сперва выругалась на него, а потом тоже захихикала. Но самое главное, когда я спустился и Мартин увидел меня – он поднял руки вверх и как зарычал: «Гра-а-а!». Самое забавное не момент падения, хотя довольно забавно, а именно это его «гра-а». Такой черный монстр рычит.

Солдаты прыснули. Дэмиен тоже. Забавная история. И у каждого, здесь присутствующего, таких историй полным полно.

– А с девушкой он познакомился? – спросил другой солдат. – Ну что же он так?! Сбил с ног, сам перепачкался и девушку перепачкал и даже не познакомился. Нехорошо так.

– А я помню его. Такой худощавый, с рыжими кудрями, да? Он? – спросил еще один солдат по имени Рик. – А куда его потом перевели?

– Кажется, в Конрол, но я могу и ошибаться.

– Хороший был мужик. Он меня еще сражаться учил, – припоминал Норман.

Теперь настала очередь Нормана вспоминать. А Дэмиен присоединился, потому что помнил тот день, правда частично.

– Дэмиен, а помнишь к нам года три назад приезжали клоуны и шуты. Менестрель. Сначала музыканты и певцы выступили, а потом настала очередь шутов исполнять свои номера. Помнишь?

– Да… что-то такое припоминаю, – неуверенно ответил Дэмиен, напрягая свою память.

– Ну, так вот. Клоуны, шуты рассказывали свои анекдоты, шутки, смешные истории. Долго никто не смеялся. Честно говоря, правда, было не очень смешно. Но настало время и для смеха. Один из циркачей, жонглер кажется, (я сам уже не помню) встал на лошадь и начал жонглировать маленькими факелами. Все молча смотрели. Пока не произошел нелепый случай. Лошадь, на которой он стоял, побежала не в ту сторону. Жонглер этого не заметил, так как был занят. Конь, значит, скачет, а жонглер продолжает жонглировать. И тут перед ним толстый сук возник. Жонглер растерял все факела, налетел животом на этот сук, сделал сальто и плашмя спиной упал прямо на землю. Ну, все сначала перепугались. Не убился ли циркач. Но все с ним было в порядке. Он поднялся, глаза раскрыл, словно чумовой и смотрит по сторонам, не понимает, что случилось. Потом, когда выяснилось, что парень в норме, народ не сдержался и прыснул. Я тоже. Мы все просто мысленно повторили эпизод с падением и поняли, как же нелепо и смешно это выглядело со стороны.

– Точно! Да, да, да. Точно, точно. Теперь и я вспомнил, – улыбнулся Дэмиен.

Много еще таких же глупых и нелепых историй прозвучало в этот вечер. Много смеха прозвучало вслед за рассказами. После того, как уже вдоволь наговорились, стали петь песни. Пели дружно, хором. Песни пели тоже всякие. От солдатских до драматичных. Одну даже про любовь спели. А потом началось самое веселье. Один, самый трезвый из всей компании, взял в руки лютню и начал наигрывать мелодии. А все остальные отплясывали. Некоторые танцующие солдаты, даже не стали выпускать кружку пива из рук. Танцевали с ней в руке и пили прямо в движении.

Дэмиен довольно долго сидел, смотрел на этот балаган, хлопал в ладоши, улыбаясь во весь рот. А потом не выдержал. Махнул на все рукой и вместе с Норманом присоединился к танцующим. Танцевал сперва возле огромного стола, затем что-то стукнуло ему в голову, и он перешел на стол. Вероятно, просто увлекся моментом. Он расчистил себе место на столе. Забрался на него и пустился в пляс. Дэмиена переполняло веселье. Такой праздник еще не скоро забудется.

Но тут дверь в солдатский павильон раскрылась, и в проеме появился Матиас. Он ошарашенным взглядом посмотрел сперва на Нормана, затем на сына, который замер в смешной позе на столе с кружкой пива.

– Вот черт! – вырвалось у Дэмиена, и он быстро допил содержимое своей кружки.

– Ну-ка, поди сюда, – приказал Матиас и поманил сына пальцем. – Извините, веселитесь дальше, только потише. Гости уже отправились спать.

Дэмиен послушно пошел. Правда, когда слезал со стола, навернулся и вызвал у солдат смешок. Затем сам засмеялся и поплелся за отцом, потирая ушибленные места. Веселое настроение так и бушевало внутри парня и никакие отцовские наставления не смогут его испортить.

– Иди спать! Живо! – рявкнул Матиас, как только сын закрыл дверь, и пошел прочь. – Утром поговорим.

Дэмиен пошел спать. Все помещения менялись с ужасной быстротой. Когда Дэмиен оказался в своей комнате, даже не помнил, как добрался сюда. Роджер уже ждал его у двери. Дэмиен открыл дверь, впустил собаку, сам зашел и сразу же рухнул на кровать. Он даже раздеваться не стал. Дэмиен заснул моментально.

* * *

Дэмиен проснулся посреди ночи, примерно в три часа. В три, четыре, сложно сказать. Голова сильно кружилась, ужасно хотелось пить. Дэмиен кое-как встал с кровати и побрел по коридорам в поисках водички. Помимо всего этого, еще страшно болела голова. Лучше бы он проспал до утра. Тогда было бы легче раздобыть воды. А то ходи посреди ночи и ищи воду. Он вспомнил рассказ про бочки. А, если и он сейчас так же их перепутает? Дэмиен улыбнулся и продолжил поиски.

Дэмиен смутно припоминал, что было на празднике. Он помнил, ему было весело, и отец сказал, что утром серьезно поговорит с ним. А вот по поводу чего неясно. Парень совсем не помнил, что вытворял на празднике. Вполне возможно, что он с кем-то подрался или кому-то нагрубил. Да что гадать? Доживет он до утра и все узнает.

Дэмиен брел по форту, даже не представляя, куда именно он идет. И так вот получилось, что он случайно забрел в Солдатский павильон. Словно он не просто хотел попить, а похмелиться. Ну, раз уж пришел сюда, почему бы и нет? Внутренняя обстановка в павильоне привела его в оцепенение.

Все раскидано, посуда побита, столы перевернуты. Да что же тут такое было? Неужели после того как Дэмиен отправился спать, тут завязалась нешуточная драка? Утром всем крепко влетит за такой бардак. Солдаты эту ночь не скоро забудут.

Ни пива, ни вина, ни воды среди бардака не нашлось. Дэмиен вздохнул и поплелся дальше, в казармы. Оттуда доносился оглушительный храп. Дэмиен так и не вошел в них – столкнулся с Норманом в дверном проеме. Тот чуть не зашиб его дверью. Похоже, Норман тоже отправился на поиски воды, или в отхожее место. Тоже может быть. Вид у него потрепанный.

– Дэмиен, друг, у тебя водички не найдется? – простонал Норман.

– Я сам вышел на поиски, – ответил Дэмиен. – Ужасно выглядишь.

– Ты еще себя не видел.

И оба рассмеялись. Норман все прекрасно помнил. Он пересказал другу события минувшего вечера. Напомнил, как Матиас застал танцующего на столе сына. Они оба пошли искать воду. Обоих мучила сильнейшая жажда. Они нашли бочку с водой и поблагодарили за это богов. Дэмиен окунул туда голову. Затем отхлебнул немного.

– О-о-о! Как же хорошо! И голова уже из квадратной выравнивается в круглую, – промурлыкал Дэмиен. – Прям так и залез бы туда целиком

Норман последовал примеру друга. После водопоя они вернулись в солдатский павильон. Дэмиен решил проводить своего друга. Они распрощались, и Дэмиен побрел дальше спать. Он уже открывал дверь своей комнаты, как вдруг из комнаты Матиаса донеслись крики. Дэмиен со всех ног помчался туда. Сонливость, которую Дэмиен испытывал, а так же головная боль тут же прошли. Дэмиен бежал наверх. А крики становились сильней. Дэмиен заметил, что комната отца открыта. Это первый дурной знак. Ошалевший от страха и ужаса, Дэмиен теперь уже медленно подходил к двери. Ноги еле слушались.

Казалось, весь организм Дэмиена бунтовал, чтобы только не показываться в той страшной комнате. Но парень все равно медленно заглянул в спальню Матиаса. То, что он почувствовал, когда заглянул в комнату, не поддается никакому объяснению. Ужас буквально поселился в теле девятнадцатилетнего парня. Матиас убит. Дэмиен все же нашел в себе силы сдвинуться с места. Подойдя к отцу, он заметил, что тот убит серебряным клинком невиданной красоты. Этот клинок расписан множеством узоров, которые светились красным светом. Наверное, дело в крови. Это то и придает клинку красоту. Интересно, где откопали этот клинок? Дэмиен закрыл своему отцу глаза (умер-то он с открытыми глазами) и вытащил клинок из тела. Большая ошибка.

– Отец! Ну как же так?!! – Дэмиен разрыдался. – Отец! ОТЕЦ!!!

Дэмиен любил отца всем сердцем. Не смотря на все наставления, на все указания, что он давал сыну, Дэмиен все равно любил его, как раз за эти наставления и указания. А теперь их больше никогда не будет. Как с этим смириться? Как? Матиаса Фостера больше нет. Он ушел и больше не вернется. Больше не будет командовать в форте, больше не будет высказывать недовольство своим сыновьям. Как теперь жить без него? Дэмиен прильнул головой к отцу и зарыдал горькими слезами.