- -
- 100%
- +
Дизайнер обложки Мария Бангерт
Корректор Сергей Барханов
© Джулия Никколти, 2023
© Мария Бангерт, дизайн обложки, 2023
ISBN 978-5-0050-9021-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Давным-давно пять островов с живыми сердцами затерялись, исчезнув из истории и с карт Земли, но оставили неизгладимый след в мифах и сказках народов мира. Один из этих островов – Блоссом. Главная героиня, Ирина, с детства верила, что сможет на него попасть, ведь ее отец, Прометей, родом оттуда. Вскоре мечта сбылась, хоть цена ее оказалась высока. В 17 лет Ирина переезжает на Блоссом, к тете Ирме, и начинает новую жизнь, находит настоящих друзей, первую любовь и проблемы, тянущиеся из глубины веков истории ее семьи. Эта книга может быть разной. Все зависит от того, кто ее читает и под каким углом. Она многослойная: на первом слое – удивительный фантазийный мир, полный чудес и красоты; на следующем – приключенческая история о дружбе, любви и ненависти; глубже – слой психологический, о взрослении, трудностях выбора, поиске себя и своего места в жизни. Кто-то может с головой погрузиться в детектив, разгадывая загадку. Для особенно внимательных к деталям разбросано множество символов и знаков. Каждый читатель волен прочесть эту книгу по-своему, и в этом ее прелесть.
Пролог
– Дедушка, дедушка, почитай мне сказку! – раздался детский голосок в старой библиотеке большого особняка на Пречистенке. Звонкий, словно колокольчик, голос разбудил задремавшего в мягком кресле у камина Александра Дмитриевича Орлова. Когда тот открыл глаза, темноволосая розовощекая девочка лет четырех уже сидела на ковре и вглядывалась своими умными, искрящимися от любопытства зелеными глазами в полусонные глаза деда. Он молча укутал ее в плед с мохнатой бахромой, взял с журнального столика у кресла заранее заготовленную книгу и начал:
– Остров Блоссом ведет свою историю с незапамятных времен, когда, как и сейчас, его берега неусыпно охраняли от чужаков и недоброжелателей морские сирены, а чудесные обитатели Блоссомского леса дарили ему жизнь: прекрасные нимфы, отважные кентавры, трудолюбивые и веселые сатиры…
В том лесу рос необъятный дуб. Он был душой и сердцем острова, от него зависело все вокруг, поэтому его считали священным и охраняли как зеницу ока. В огромном дупле дуба жил последний друид, старец Анкалас, который защищал сердце острова, заключенное в этом могучем дереве.
Люди поселились в единственном городе на острове – Флауербеде. Их предки прибыли на Блоссом с разных концов света и почувствовали себя здесь безопасней, чем где бы то ни было, ведь эта вечноцветущая земля не знала раздоров и войн. Так из года в год шла жизнь в мирном королевстве Блоссом, пока не разразилась война с некогда дружественным островом Рейгенест. Все началось из-за разногласий между будущими правителями королевств. Чтобы стать полноправными монархами…
– Чтобы стать главными королями? – подсказала внучка.
– Да, да, Ирина… Всходящим на престол нужно было жениться на девушках благородных кровей. И принц Блоссома Дельвиг, и всходящий на престол Рейгенеста Мелвин были влюблены в прекрасную Алисию, которая принадлежала к древнему знатному роду. Они еще детьми познакомились на балу в честь Вечного братства Блоссома и Рейгенеста. Смышленый светловолосый Дельвиг, молчаливая зеленоглазая Алисия с каштановыми косами и всегда серьезный, даже хмурый Мелвин, прячущий за черными взъерошенными космами добрые глаза и мягкое сердце, стали лучшими друзьями. В дворцовом саду часто устраивали рыцарские турниры, в которых Мелвин почти всегда уступал Дельвигу, потому что любил его как младшего брата.
Но дети выросли, и Мелвин не захотел больше поддаваться. Королевства раздирали смута и борьба за власть, которые могли прекратиться лишь с обретением нового правителя, обязанного сплотить свою страну. Победу в битве, решившей исход войны, одержал умный и опытный Мелвин, но лишь в битве… Свое сердце Алисия навсегда отдала Дельвигу, вместе с платком, подаренным на его первом турнире. Мелвин в порыве гнева приказал сжечь дуб, хранящий сердце Блоссома, дабы уничтожить жизнь на острове. Анкалас вместе со священным деревом канул в Лету, но успел перед этим заключить сердце Блоссома в фамильный медальон прекрасной Алисии. Она носила его на шее и никогда не расставалась с ним. Старец знал: Мелвин не причинит зла Алисии, а значит, и медальон, хранящий в себе сердце острова, в безопасности. Так сердце было спасено, и с тех пор Блоссом и Рейгенест снова живут в мире.
Однако попытка уничтожения сердца любого из пяти островов считалась страшным преступлением, и Рейгенест подвергся не менее страшному наказанию. Он был погружен во тьму, беспроглядную, бесконечную ночь… День длился не дольше трех часов, и жизнь на Рейгенесте угасала. Осталась только одна надежда на то, что наказание когда-нибудь кончится. Когда-нибудь, спустя пять сотен лет…
– Деда, как думаешь, скоро кончится? – спросила Ирина.
– Это очень старая легенда, милая, значит, скоро. Может быть, наказание уже закончилось, – ответил Александр Дмитриевич. – Ирина, почему ты всегда просишь прочитать тебе именно эту сказку?
– Я жду, когда ты скажешь, что наказание кончилось. Слишком грустный конец.
– Почему грустный? Принц и принцесса вместе, как во всех сказках. И королевство спасено.
– Мелвин тоже принц, а его королевство не спасли. Так нечестно.
– Он злодей, а злодеи должны быть наказаны. Это общее правило.
– Он стал злой, потому что ему разбили сердце и сделали несчастным. Он не злой, а несчастный. Он исправился, он хороший! – твердила внучка. – Читай, читай!
– Что ж, внученька, думаю, нам стоит пожелать всем людям счастья. Тогда, быть может, мир действительно станет добрее, – сказал дедушка.
Вдруг со скрипом приоткрылась дверь, и в щелочку, еле видно, заглянула девушка в белом фартуке и сообщила:
– Ужин готов, Александр Дмитриевич.
Не успел он ответить, как дверь распахнулась с ужасным грохотом.
– И не опаздывать! – сказал гораздо мягче, чем открыл дверь, но с большим воодушевлением Карл, сын Александра Дмитриевича и дядя Ирины, и тут же ушел. Девушка застыла на месте, кажется даже не дыша.
– Мы сейчас спустимся. Спасибо вам, Анжелика, – обратился к ней Александр Дмитриевич. – Ирина, положи книгу на место и проводи своего старика, – ласково улыбаясь, попросил дедушка. – Эх, где моя жизнь молодая!
Пока дедушка только выходил из библиотеки, Ирина уже бегом спускалась по дубовой лестнице в столовую. Александр Дмитриевич, насколько это было возможно, быстрым шагом шел за ней, но в столовой никого, кроме няни, не обнаружил.
– Анжелика, куда опять подевалась моя внучка? – спросил он и в ту же секунду отпрянул от разросшегося фикуса, из-под которого выпрыгнула Ирина.
Короткие полукруглые брови Анжелики полезли вверх, под челку, а маленькие губы упали до подбородка.
– Я тут, – объявила Ирина.
– Внученька, совсем не жалеешь моего старого сердца, проказница, – улыбаясь Ирине, сказал дедушка и сел во главе внушительного длинного стола, скромно сервированного на пятерых человек: Орлова Александра Дмитриевича, его сына Карла и дочери Елены с мужем Прометеем Дория и их маленькой дочурки Ирины.
Стол, всем своим существом тянувшийся к устройству пышных пиршеств, вовсе не ломился от лакомств. Напротив, любимые блюда этой семьи, несколько аскетичные, терялись на огромной деревянной резной столешнице. В полупустой, минималистично обставленной столовой, где все до мелочей было аккуратно и правильно, вплоть до последней складки на бордовых шторах, воцарилось молчаливое ожидание, которое, впрочем, держалось недолго. В конце коридора хлопнула дверь, послышались скорые шаги, и Ирина побежала им навстречу с радостными возгласами. Карл, голубоглазый высокий блондин, истинный нордид, как и его сестра Елена, уже стоял у лестницы, так что его было хорошо слышно и видно через широкую арку.
– Карл, Карл! Где ма? Где па? – ухватилась за его рукав Ирина, вытрясая из него ответ.
– Скоро будут, но нам лучше сесть за стол, пошли, – сказал Карл и обратился к отцу: – Моя сестра сошла с ума с этим проектом. Елена опять задерживается в лаборатории. И этот тоже.
– Метэй, Карл. Его зовут Прометей, – поправил сына Александр Дмитриевич.
– Во что я вкладываю деньги?! Мы вкладываем! Это несбыточные детские мечты, – возмутился Карл.
– Разве нам не хватает средств? – спросил Александр Дмитриевич.
– Дела в компании идут хорошо, папа. Просто эта затея с порталами из серии фантастики. Возможно, когда-нибудь настанет время, но не сейчас. Это точно, – настаивал молодой орел.
– Если идея уже есть, ты сам решаешь, когда настанет ее время.
– На этом принципе строилась твоя компания, и я в нее верю, потому что она реальна, а порталы… И уж тем более я не понимаю, зачем навязывать эту идею ребенку!
– Я ничего не навязываю. Я показываю варианты, а выбор за ней.
– Что такое «порталы»? – прервала завязавшуюся дискуссию Ирина.
Александр Дмитриевич, потирая нос, опустил глаза и задумался. В комнате на некоторое время вновь стало тихо. Карл молча развел руками, покачав головой, подпер тяжелую челюсть рукой и, словно измученный скучной лекцией, глядел в никуда. У Анжелики, устроившейся на кухне как на наблюдательном пункте, от этой сцены на лице проступил явный испуг. Да, за последнее время подобные разговоры часто звучали в доме Орловых и наделали немало шума.
Хорошенько обдумав все, дедушка попытался дать понятный ответ:
– Это сложно объяснить, Ирина, я и сам толком не знаю. В нашем мире еще есть места, о которых мы не подозреваем. Они не отмечены на карте, про них никто не знает.
– Почему? – спросила Ирина.
– Потому что обычному глазу увидеть их не дано. Они находятся рядом с нами – целые города, острова, – ответил дедушка.
– Где они? Знаешь? – задавала все новые вопросы внучка.
– Они невидимы для нас, и найти их непросто. Я, по крайней мере, знаю об одном, о Блоссоме, через него можно попасть в другие. Это мне рассказал твой отец, ведь он оттуда родом. Он покинул Блоссом, чтобы увидеть мир, зная, что не сможет вернуться, потому что остров скрыт от внешнего мира защитным полем, отводящим от себя всех, направляющим путешественников прочь от своих берегов по ложному следу, запутывающим людей и технику. Однако, встретив Елену, Метэй захотел найти способ вернуться и показать ей свой родной дом. Идея и необходимые основы для будущих искусственных порталов у него были уже давно, осталось их доработать, и мы откроем миру спрятанные земли! Порталы. Вот, для чего они нужны, Ирина. Они помогут добраться туда. Хотя это пока большой секрет, конечно.
– Отец, это большой обман… – забормотал Карл, отчаявшийся переубедить старика.
– А как же доказательства? Он ведь и тебе показал книгу по истории тех самых островов!
– Ты про «Легенды пяти островов»? – саркастично усмехнулся Карл. – Это всего лишь сборник сказок для детей. Неужели вы верите в эту книгу как в доказательство? Ты где-нибудь слышал о ней? Да наш чокнутый ученый сам ее написал, чтобы выудить у тебя деньги на исследования.
– Он ученый, а не писатель. И он родом оттуда, я верю ему, – нахмурив брови, строго, но спокойно ответил Александр Дмитриевич.
– Ничего этого не существует, отец. А что за названия! Блоссом, Большая земля? Ха, невидимая Большая земля. Это, скорее всего, материк. Как можно спрятать целый материк?!
– Вот видишь, ты уже рассуждаешь, что бы это могло быть, – просиял дедушка и наконец попробовал кусочек стейка, смачно причмокивая.
– Значит, папа оттуда, откуда Дельвиг? – неожиданно и многозначительно спросила маленькая Ирина.
– Получается, что да, – столь же многозначительно ответил дедушка.
– Если они с мамой сделают порталы, я смогу увидеть, что наказание кончилось?
– Да, – повторил Александр Дмитриевич.
Ирина получила ответы на все вопросы и принялась за собственные размышления и апельсиновый сок. Дедушка ласково улыбнулся и спросил, спрятав руки за спину:
– В какой руке мячик?
– Ура-а! Фокус! – обрадовалась девочка и захлопала в ладоши. – Ни в какой! Ни в какой! – восторженно повторяла она.
– А за каким ухом? – спросил дедушка.
– Хм… – серьезно задумалась малышка. – Может, за правым?
– Давай посмотрим, – в тон ответил дедушка и с удивлением на лице достал крохотный белый мячик из-за правового уха Ирины.
– Ого!
– Как ты угадала в этот раз? Молодец! А знаешь, что ты молодец?
Ирина, недоумевая, посмотрела на деда.
– Обещай видеть не только то, что на виду. Ты поняла?
Девочка покачала головой.
– Тогда запомни, – сказал дедушка.
– Хорошо, – пообещала Ирина.
Глава 1.
Переезд
Прошло тринадцать долгих лет… Ирина из маленькой, четырехлетней девочки превратилась в высокую статную семнадцатилетнюю девушку.
За это время многое изменилось в семье Орловых, да и весь мир стал другим. Вопреки всему, Прометею Дория и Елене Орловой в шестьдесят девятом году удалось достичь своей цели – они создали искусственные порталы (по словам Прометея, существуют и природные), которые перевернули представления научного сообщества о физике нашей планеты. В том же году у Ирины появилась младшая сестричка Катрин.
Вчерашний день доставил немало хлопот: начиная с косого июльского ливня, затопившего парадное через открытые окна, и заканчивая долгими сборами перед очередным переездом. Теперь всем приходилось переезжать чуть ли не каждые полгода вслед за Карлом к новому местоположению головного офиса компании. И все-таки настоящим домом всегда оставался этот старый особняк, еще в начале XIX века принадлежавший генералу Орлову. После его смерти владельцы сменялись один за другим, и вот спустя 250 лет, когда здесь снова поселились Орловы, дом все чаще пустовал. Правда, в этот раз уезжала только Ирина: неделю тому назад пришло письмо, извещавшее о ее поступлении в Блоссомский университет. С этого момента ее настроение менялось так же часто, как погода. Ирину переполняла то радость, то горечь разлуки с родными, в особенности с младшей сестренкой Катрин.
Сегодня на нее нашло удивительное воодушевление, а за окном сквозь легкую морось светило солнце. «Жаль, что приходится уезжать именно отсюда. Только вернулись. Вечный спор между дедом и дядей окончен…» – подумала Ирина, присев на состарившееся кресло в любимой домашней библиотеке, где раньше дедушка читал ей сказки. Карл устроил в этой небольшой комнате свой временный кабинет, но в ней все осталось по-прежнему. Лишь на тяжелом, не терпевшем излишеств в деталях, основательном письменном столе из красного дерева расположился легкий, как воздух, компьютер Карла. Ирина, еще раз осмотревшись вокруг, вышла из библиотеки и направилась к двери в самом конце светлого коридора.
Чем ближе становилась цель, тем тише она ступала, ей не хотелось даже касаться до блеска отполированного пола. Ирина чуть слышно приоткрыла дверь и увидела свернувшуюся калачиком на огромной кровати сестренку. Трудно было бы разглядеть десятилетнюю девочку среди груды складок одеяла, но выглядывавшая из-под них копна соломенных волос помогла обнаружить ее. Перед глазами встала картина вчерашнего вечера: в гостиной не утихала дискуссия, Карл с Ирмой по телефону пытались в споре найти истину, и разговор давно вышел за рамки темы поступления Ирины в университет и ее переезда на Блоссом. Ирма, тетя девочек по отцу, была, как всегда, мягка, но непреклонна. В первый же день знакомства с ней на Блоссоме она произвела на Ирину неизгладимое впечатление своим изяществом, добротой и ласковым голосом. Она даже могла переспорить Карла!
Девочки устроились на мягком диване и, вскользь слушая разговоры взрослых, договаривались о том, что каждый день будут звонить и писать друг другу.
– Когда прилетишь, позвоните мне с тетей Ирмой! И вообще каждый вечер будешь звонить, да? – просила Катрин.
– Да, конечно, – пообещала Ирина.
– И первый день – не забудь! Как договаривались, снимешь видео и пришлешь, ладно? Хочу увидеть все! Ладно?
– Ладно.
– Ты же не забудешь? Или забудешь про меня, да?! Ты все забываешь!
– Конечно, не забуду, разве это возможно? Я же тебя так люблю, – сказала Ирина и принялась щекотать сестренку, обнимать и трепать ее за щечки.
– Фу-фу! Только не щеки! Я же уже большая! – протестовала Катрин.
Так Катрин буквально провисела у старшей сестры на шее, повторяя: «Обещай, обещай!» – до тех пор, пока не уснула.
Громкий сигнал автомобиля, поджидавшего на улице, отвлек Ирину от мыслей, и она вспомнила, что пора уходить. Будить сестру не стала, ведь в противном случае не смогла бы с ней расстаться. Задержавшись еще на минуту, Ирина только шепнула: «Пока», – и прикрыла дверь.
Внизу ее ждал водитель с запиской от Карла: «Лично проводить не могу – срочное совещание. Тед довезет до аэропорта и посадит на вертолет до места. Доброго пути. Карл».
Как ни странно, данное когда-то деду обещание «видеть не только то, что на виду», снова всплыло в памяти. Простая вроде бы фраза, но обещание сложное. Что касается обещаний вообще, Ирина держала все и именно поэтому давала их нечасто. А Карлу это удавалось редко, во многом из-за вечной занятости и постоянных совещаний. Однако даже при такой статистике кошки на сердце Ирины выскребали другие причины.
– Он ведь обещал сам проводить… – вырвалось у Ирины.
– Не расстраивайтесь. Надеюсь составить вам хорошую компанию.
– Спасибо, Тед. С вами всегда приятно помолчать, – ответила Ирина и погрузилась в свои мысли.
До машины дошла уткнувшись глазами в землю, а большую часть пути молча смотрела в окно. Серый город из холодного стекла, бетона и металла проплывал как в тумане. Старый дом – редкий кусочек света – отдалялся с каждой секундой и через минуту погас, пропав из виду.
– А вы бывали на Блоссоме? – спросила Ирина наконец.
– Нет, не доводилось, – ответил Тед.
– Там красиво, – сказала Ирина.
– Слышал. Мой старый друг работал в новом районе Флауербеда. Говорил, что подработать можно в любое время, люди круглые сутки спешат куда-нибудь. Сейчас, конечно, путешествовать стало гораздо легче, но обходится это удовольствие дороговато. Моих средств, естественно, не хватает, но на Летучих островах побывал.
– Попасть туда можно только через Блоссом, значит, вы все-таки были там.
– Проездом, так сказать. Только порог порта переступил – уже на Летучие отправили. Эх-х, мечта! Теперь и умирать не жалко, даже если больше нигде не успею побывать! – прибавил Тед, мечтательно вздыхая. – Приехали, можно выходить, – объявил он.
– Как быстро! – сказала Ирина.
– Как всегда! Я провожу.
– Присматривайте за Катрин по мере возможности. Ну, когда в школу будете отвозить. Только скорость не превышайте.
– Я?! Никогда! Все будет по высшему разряду! Не волнуйтесь, – нарочито переигрывая и непрестанно улыбаясь, отвечал Тед. – Счастливого пути.
– Спасибо, – поблагодарила его Ирина, улыбнувшись в ответ.
Тед проводил Ирину до частного вертолета Orlov corp. Прощаясь, она еще раз тепло улыбнулась и помахала ему рукой.
«Все-таки странный сегодня день, – думала Ирина. – Будто первый раз переезжаю…» Но ведь до этого дня на Блоссоме Ирина была всего один раз, когда только открыли порталы и отец пригласил всю семью к себе на родину, в дом Дория.
Мама Елена и семилетняя Ирина были в восторге, мечта Александра Дмитриевича сбылась, а Карл предпочел сохранять безразличное каменное лицо и постоянно звонил на работу. Через два месяца родилась Катрин, а когда ей исполнился год, Прометей и Елена исчезли в собственной лаборатории. Они работали над новым кодом для еще одного портала. Многолетние поиски их местоположения велись безуспешно. Дедушка занемог и слег от горя, а все дела оставил Карлу.
У всего есть цена, и у большой мечты она большая. Порталы открыли путь в новый мир, о котором Ирина всегда мечтала, но летела туда совсем одна.
«Как долго мы летим. С порталом все было бы проще. Почему этим транспортом пользуется кто угодно, кроме меня? Почему Карл никогда не разрешает? Хотя… Тогда я бы упустила невероятный вид на океан! Который, впрочем, не с кем обсудить. Этот пилот умеет говорить? Он как робот с кучей схем в голове. Наверное, он слишком часто смотрит на океан. Но разве это причина не восхищаться им?!» – размышляла заскучавшая Ирина.
Каждая мысль отражалась ярким рисунком на белоснежном, как фарфор, лице Ирины. А когда Блоссом оказался в поле зрения, на нем сменилось еще с десяток выражений. Сначала любопытство сдвинуло концы прямых, но мягких бровей к аккуратному носику, затем Ирина так сильно прищурилась, что из-под густых, длинных, но по-детски полупрозрачных ресниц были видны только зрачки – два ярких огонька; шоколадные локоны растрепались до состояния творческого беспорядка. Когда Блоссом приблизился так, что виден был будто на ладони, на остров вместе с палящими лучами солнца полился свет из полных восторга нефритовых глаз Ирины, а ее чуть заостренные алые губы расплылись в нежной улыбке.
Да, чудный остров Блоссом цветет и пышет красотой круглый год, украшая будни жителей своего единственного города Флауербеда. Флауербед часто называют городом в городе из-за резкого разделения на две части, что отлично видно с высоты невооруженным глазом. Если смотреть сверху, то старый район города имеет круглую форму, а новый полумесяцем огибает его. Они выглядят как солнце и луна и соединяются северным, центральным и южным мостами, перекинутыми через узкую речку Горянку, и окружены смешанным лесом, широченное кольцо которого прерывается только у причала Блоссомского порта. Величественный порт сохранил древний белокаменный фасад с двумя вырастающими из прибрежных скал высокими башнями-маяками и вобрал в себя новейшие технические достижения своего времени.
В западной части находится новый район, сплошь застроенный многоэтажными зданиями с крышами – солнечными батареями или крышами-садами. По размерам он несколько меньше старого, почти «музейного» района и выглядит как часть современного мегаполиса. Все потому, что там находится огромный порт, с грузовыми кораблями у причала, вертолетной площадкой и, конечно, портостанцией, занимающей добрую половину порта. В порту никогда не останавливается движение, поэтому новый район всегда бодрствует, а вот на востоке, в старой части Флауербеда, жизнь течет значительно спокойнее. Здесь нет зданий выше чем в семь этажей, и все они следуют определенному стилю: белокаменные гранитные стены, символизирующие чистоту и вечность города, аквамариновая черепица – знак неразрывной связи с морем. На центральной площади – площади Дория – и над зданием Блоссомского порта реют голубые флаги Блоссома с белой водяной лилией. С одной лишь разницей: флаги на площади традиционно из шелковой ткани, а флаг в порту – это громадная горизонтальная голограмма, проецируемая в воздухе над всей портостанцией.
Ирина приземлилась на вертолетной площадке Блоссомского порта, который, можно сказать, и составляет весь новый район. Первое впечатление: «Сколько народу!» А ощущение – будто даже молекулы в здешнем воздухе двигаются быстрей, чем где бы то ни было на земле. Осмотревшись, Ирина сразу ухватила правила игры и, решительно шагая в сторону выхода, влилась в толпу. Вокруг царило многоголосие всевозможных акцентов. Люди наконец пришли к всеобщему миру, и настало время всеобщего языка. Но на вновь открытых землях его еще плохо знали, поэтому на Блоссоме отовсюду слышалась только древне-греко-латинская речь. Обычно туристам приходилось туго, но Ирина учила этот язык с детства по совету отца, невзирая на насмешки по поводу бесполезности ее занятий. После исчезновения родителей ее поддерживал только дедушка: Ирина упражнялась с ним с завидным упорством и в итоге овладела этим древним языком в совершенстве, как будто родилась и выросла на Блоссоме. На портостанции ее внимание привлек голографический флаг, но стоило замедлить темп, и толпа неумолимо уносила ее в другую сторону. Когда же Ирина поймала нужный поток, эта неуправляемая сила в момент вынесла ее за пределы порта.
До северного моста, который, в отличие от южного и центрального, был построен гораздо позже и выглядел более современно и менее помпезно, без фигурных балюстрад и статуй, она добралась на такси. Сюда доносились лишь отголоски шума, и она смогла вздохнуть спокойно. Ирина достала из нагрудного кармана рубашки помятую пожелтевшую карту старого района Флауербеда с улицами, названными в честь цветов и деревьев. Она нашла обведенный красным кружком адрес «Цветочная, 17» и пересекла мост.