Новая мировая религия. Опыт сравнительного размышления о планетаризме

© Николаев Н. П., 2023

© ИД «Городец», 2023

Моей жене Татьяне.

Вместе мы можем все…

Предисловие

Конфликты на Украине и в Сирии, на Тайване и в Афганистане, еще во множестве стран и точек мира – это наша реальность. Мы привыкли рассматривать их как кровавый продукт политики и экономики, не задумываясь о том, что именно стоит за ними. Но ведь основа политики – этика, а этика, в свою очередь, формируется религией, то есть мировоззрением, ценностями и идеалами, в которые мы искренне и неотступно верим. Политика лишь реализует на практике то, что заложено в нас этой верой.

Мы долгое время пытались закрывать глаза на значение религиозного восприятия мира. Вне поля зрения оставался и тот факт, что многие идеи, на первый взгляд далекие от религии, стали объектами веры, продолжив свое развитие в религиозной парадигме, конкурируя с традиционными конфессиями за человеческие души и сознание.

Сегодня мы наблюдаем, как идеи спасения планеты от истощения и изменений климата, от сокращения биоразнообразия, от несправедливости в отношении различных меньшинств и видов стали предметом религиозной веры миллионов. Глобальное развитие этой веры создает новую этику взаимоотношений между людьми и странами, приводит к экономическим потрясениям, политическим и военным конфликтам, пытается поколебать традиции стран и народов.

Эта книга – моя попытка посмотреть на современный мир через понимание религиозного характера захвативших его идей и происходящих в нем событий.

И я открыт для дальнейших исследований и дискуссий: nikolaevonline.ru

Благодарности

Я искренне благодарен всем, кто так или иначе помогал мне во время работы над этой книгой.

Прежде всего, огромная благодарность Вечеславу Козлицкому, моему помощнику и другу, обладающему феноменальной способностью к терпеливому анализу, поиску информации и конструктивным дискуссиям.

Евгению Ли, который помог мне посмотреть на рассматриваемые в книге явления и события с точки зрения человеческой психологии.

Сергею Турко, Игорю Задорину и Александру Владимировичу Щипкову за ценные комментарии и моральную поддержку в момент сомнений. Вероятно, они даже не догадываются, насколько это было для меня важно.

Тимофею Кургину и Алексею Желнееву за поддержку и возможность, не отвлекаясь, погрузиться в работу.

Но самые главные слова благодарности за любовь, терпение, участие и поддержку – моей семье, которая придает смысл всей моей жизни: жене Татьяне и нашим детям Семёну, Даниилу и Марии.

Вступление

Как-то ко мне поступила жалоба на работу городского приюта для бездомных животных, из которого подозрительно пропадают щенки… Жаловалась женщина, как потом выяснилось, посвятившая себя защите братьев наших меньших. Когда-то она тратила жизнь на создание своего небольшого бизнеса, зарабатывание денег и многочисленные хлопоты о родственниках и друзьях. Но постепенно пришло понимание, что мы не одни на планете, что, помимо друзей и родственников, рядом с нами живут чувствующие, добрые и беззащитные существа, которые могут страдать и любить, испытывать привязанность. Мы каждый день встречаем их на улице: голодных, иногда больных, бездомных, разочарованных в нас, в людях, когда-то давших им надежду и бросивших на произвол судьбы. Конечно, речь шла о собаках. Чтобы исправить несправедливость этого мира, женщина создала общественную организацию, в которую пригласила единомышленников. Увы, но добрые дела тоже требуют денег. Пришлось продать сначала бизнес, а потом и квартиру, переселившись в крошечный дачный домик за городом. От меня она требовала помощи в проведении экспертизы эксгумированных ею тел щенков, закопанных недалеко от городского приюта. Следов физического насилия над щенками не было. Поэтому, скорее всего, их отравили или просто закопали…

Меня, сказать по правде, поразила ее убежденность, фанатичная и абсолютно искренняя вера в свою миссию. «Зачем вы это делаете?» – спросил я. «Чтобы наш мир стал лучше!» Таких людей я встречаю все чаще на своем пути. Уверен, что встречали их и вы.

Или, может быть, вы видели слезы счастья тех, кто спас от вырубки дерево? Вы наблюдали за жертвенностью активиста, который, невзирая на опасность, лезет на нефтяные океанские платформы, чтобы остановить добычу нефти и предотвратить загрязнение океана? А может быть, вы слышали огненный гнев и ненависть в словах, произнесенных странной шведской девочкой в стенах ООН в отношении поколения, которое, по ее мнению, недостаточно внимания уделяет проблемам климата?

Что движет людьми, когда они ложатся под колеса бульдозера, противясь строительству новой дороги, или выходят под радужными флагами в сомнительных нарядах, крича на весь мир о своих нестандартных сексуальных предпочтениях? Что движет ими, когда они покидают свои дома, чтобы заблокировать здание правительства, планирующего ввести ограничения на проведение абортов или отказывающегося закрыть угольные шахты, загрязняющие окружающую среду? Что в них общего? Во многих случаях и те и другие могут быть попросту избиты или задержаны полицией, как это происходило не раз. Но, даже осознавая это, они продолжают начатое. В последние годы я все чаще и чаще наблюдаю подобные картины как в жизни, так и на экранах телевизоров и страницах интернет-изданий.

Люди забывают о комфорте и безопасности, но выступают за идеи и решения, которые еще сорок-пятьдесят лет назад казались немыслимыми и даже кощунственными. При этом они демонстрируют сильнейшую мотивацию, веру в свою правоту и глубочайшие внутренние переживания. Рациональными причинами многое увиденное объяснить нельзя. Чтобы понять это, я невольно стал искать аналоги такого поведения.

В начале XXI века мы стали свидетелями глубочайших изменений в общественном, политическом и международном устройстве мира. Как-то незаметно в нашу жизнь проникло множество новых терминов, таких как «устойчивое развитие», «изменение климата», «права меньшинств», «И‐эС-Джи», «рациональное использование», «биоразнообразие», а также другие слова с приставками «эко» и характеристикой «зеленое». Эти термины стали основой политических выступлений и даже экономических дискуссий.

Одновременно происходит большое количество событий, которые иначе как иррациональными не назовешь. Государства отказываются от использования ресурсов, которые веками приносили им большой доход, делая доступной и дешевой энергию для их граждан, люди переплачивают за продукцию, на которой красуется очередной «эко» или «зеленый» значок, а миллионы людей со всего мира направляют свои петиции и письма, чтобы где-то на российском Дальнем Востоке не ограничивали передвижение нескольких белух и касаток, притом что рядом можно было бы найти немало сограждан, отчаянно нуждающихся в помощи.

При всей парадоксальности (с позиции традиционных взглядов) многих событий, поступков и решений нельзя не заметить, что всеми упомянутыми людьми, в том числе облеченными большой властью, руководит искренняя вера в то, что они действуют не просто так. Они отстаивают определенные идеалы и ценности, которые, в свою очередь, далеко не во всех обществах встречают понимание и одобрение.

Центром зарождения и распространения новых ценностей являются прежде всего страны Европейского союза, Великобритания и Соединенные Штаты Америки, которые подняли их на глобальный уровень, пользуясь своим влиянием в ООН и в других международных организациях.

Глобальность распространения новых ценностей и тот факт, что они стали затрагивать мою жизнь, жизнь моих близких и моей страны, не могли оставить меня равнодушным.

Мы видим, как в той части мира, которую обычно называют «западная цивилизация», развивается группа философских и идеологических представлений и верований, возникших вокруг идеи о нашей планете как о некоем самостоятельном суперорганизме, обладающем способностью разумного саморегулирования ради поддержания жизни во всем ее многообразии. И эту планету непременно надо спасти. Иначе – конец.

Такие явления, как энвайронментализм, зоозащитные движения, движения в защиту прав сексуальных и других меньшинств, – все они развиваются под общим лозунгом спасения планеты – единого источника и общего дома для всех форм и проявлений жизни. Все, что есть вокруг, рождено планетой, а все, что рождено планетой, имеет право на существование.

При разительных внешних различиях своих проявлений все эти движения имеют единую философскую и вероучительную базу[1]. И в этой книге вы найдете доказательства этому факту.

Чем дальше я изучал поведение, психологию приверженцев новых идей, их веру в истинность своих убеждений, чем больше я вникал в саму идею зеленого движения и дискуссии вокруг прав человека или прав животных, в их философские основы и научные обоснования, тем больше я убеждался в том, что мы являемся свидетелями появления нового единого религиозного учения, которое способно стать в один ряд с другими религиями, оказавшими наибольшее влияние на человеческую цивилизацию. Это, на мой взгляд, заслуживает исследования и осмысления последствий происходящего. Что я и сделал в этой книге, объединив эту группу современных идей и основанных на них верований и ритуалов в понятие «планетаризм»[2].

Часто можно услышать о секулярности[3] современного мира.

Последователи традиционных религий говорят об этом с сожалением. Те, кто отрицает правоту религий, столетиями определявших жизнь общества, говорят об этом с облегчением, как о достижении современной эпохи.

Секуляризация власти, то есть ее отделение от действовавших религиозных институтов[4], позволила уйти от откровенных религиозных конфликтов, найти хрупкий баланс между группами, придерживающимися различных религиозных взглядов внутри одного государства или общества. Благодаря этому были сформулированы основные «общечеловеческие» ценности, которые более или менее устраивали представителей не только постхристианского мира, но и последователей самых разных вероучений. По мере развития религиозной мысли и появления вероучений нового времени понятие секулярности стало терять свой первоначальный смысл. Ведь уход от институтов традиционных религий по факту не стал означать уход от религии вообще.

Что есть религия? Согласно распространенному определению, религия – это вера в сверхъестественное. Но что является сверхъестественным? Кто определяет границы естественного? С одной стороны – Рай и ад, ангелы или духи для верующего являются абсолютно естественными и реальными. Представители многих неписьменных, «примитивных» религий, например сибирского шаманизма, всю жизнь живут со своими духами, кормят их и даже предоставляют жилье в специальных предметах. Для них это – реальность. Они не только вынуждены разговаривать с сопровождающими их невидимыми существами, но и пытаются обмануть самых навязчивых или вредных или поощрить дополнительным угощением наиболее дружелюбных[5]. Нет, это не психическое расстройство или заболевание, это искренняя и сильная вера, обретенная ими еще в детстве, истинность которой не раз была «подтверждена» эмпирически.

Не отстают и представители традиционных религий. Помню, один мой знакомый, алтарник одного из подмосковных храмов, спасаясь от бесов, вынужден был выпрыгнуть со второго этажа. К счастью, он почти не пострадал. После обследования у специального доктора он вновь вышел на службу с полным отсутствием какого-либо психического диагноза, но с убежденностью приобретенного жизненного опыта, доказавшего истинность его веры.

С другой стороны, может ли считаться естественной идея создания нового человека или общества, в котором будут все равны и счастливы? Например, коммунистического общества? И что бы ответили наши предки в XVII–XVIII веках, если бы им сказали, что передача звука или изображения на расстоянии – это вовсе не сверхъестественное явление?

Как показывает история нашей цивилизации, многое кажущееся сверхъестественным может стать объяснимой реальностью и научным знанием, равно как вполне приземленные явления, которые мы знаем, не находя должных объяснений, могут воплотиться в предмет веры.

Начиная с 20–30‐х годов прошлого века все больше исследователей обращаются к теме типизации религий, отделяя традиционные (мировые, авраамические, исторические, внеисторические и прочие) религии от политических или гражданских, появляющихся, прежде всего, в результате сакрализации существующей власти или установившихся гражданских традиций и ритуалов. Предметом веры в этих религиях являются вовсе не боги или духи, не ангелы или демоны, а нация, власть, раса, политический строй, государство, даже корпоративный бренд[6].

Все это наводит на мысль, что понятие секуляризации в современном прочтении скорее миф, с помощью которого новые религиозные институты пытаются избавиться от влияния других религиозных институтов. Ведь отказ от веры в Бога не избавляет человека от веры вообще.

Религиозность – это один из неотъемлемых признаков человека как такового. Описывая это свойство, Гюстав Лебон, один из первых исследователей психологии масс, писал, что оно

…характеризуется очень просто: обожание предполагаемого верховного существа, боязнь приписываемой ему магической силы, слепое подчинение его велениям, невозможность оспаривать его догматы, желание распространять их, стремление смотреть как на врагов на всех тех, кто не признает их, – вот главные черты этого чувства. Относится ли это чувство к невидимому Богу, к каменному или деревянному идолу, или к герою, к политической идее, – с того самого момента, как в нем обнаруживаются вышеуказанные черты, оно уже имеет религиозную сущность… Религиозность обусловливается не одним только обожанием какого-нибудь божества; она выражается и тогда, когда все средства ума, подчинение воли, пылкость фанатизма всецело отдаются на службу какому-нибудь делу или существу, которое становится целью и руководителем помыслов и действий толпы. Нетерпимость и фанатизм составляют необходимую принадлежность каждого религиозного чувства и неизбежны у тех, кто думает, что обладает секретом земного или вечного блаженства. Эти черты встречаются в каждой группе людей, восстающих во имя какого-нибудь убеждения[7].

Таким образом, религиозность относится не обязательно к вере в Бога. Скорее к вере в идею. Секуляризация, о которой любят говорить в современном обществе, на деле – уход от идеи единого волевого Создателя в сторону нетеистических, гностических или атеистических идеалов, которым предаются все мистические, трансцендентные и всепоглощающие свойства божества. Все дальше отдаляясь от Бога, человечество не прекратило поиск идей, которые могли бы не просто определить мироустройство, но и дать смысл этому миру и человеческой жизни в нем. В результате, как это ни парадоксально, секуляризация вылилась в обострение религиозного поиска.

Социализм или коммунизм, фашизм, национализм или либерализм – формально все эти идеи базируются на стройных научных или философских теориях.

И тем не менее каждая из них, помимо преданности ученых и философов, обладала огромной армией последователей, которые ничего не понимали в науке, не обладали искусством логики и могли даже не уметь читать и писать, но свято, можно сказать, горячо верили и отстаивали теории, которые оказались способны удовлетворить их духовные потребности, дав смысл всему происходящему вокруг.

Аналогично идеи о спасении и сохранении планеты, идеи о многообразии всего живого, которые я объединяю в единое понятие «планетаризм», базируются на стройных научных теориях, но становятся предметом религиозной веры миллионов и даже миллиардов обывателей.

Конечно, религиозность сознания человека может проявляться самым неожиданным образом, чем нередко пользуются политические силы и корпоративные манипуляторы. Однако я бы провел черту между «светскими»[8] и «истинными» религиями, в основе которых стоит собственная концепция мироздания, а также всепоглощающая, надвременная и надпространственная истина.

Многочисленные «политические», «гражданские» или «корпоративные» религии появляются за счет сакрализации какой-либо существующей системы власти, структуры общества или символа, за которыми кроется определенная, вполне приземленная цель. Чаще всего это ситуация, когда сложившаяся политическая или гражданская система власти формирует в обществе ценности и этику, действующие в интересах самой системы. Постепенно с помощью пропаганды или психологического давления власть формирует в обществе веру и поклонение ценностям, воплощением которых она объявляет саму себя. В результате создается культ со всеми необходимыми атрибутами: верой, символами, ритуалами, поклонением, фанатизмом, жертвенностью и высшим смыслом, праведниками и еретиками. Это и есть политическая или гражданская религия, в зависимости от того, что является предметом культа: политическая власть или гражданское устройство общества.

«Истинные» религии не требуют политического начала. Ведь истина существовала всегда, она находится над временем и пространством. Такая религия обладает исчерпывающим видением мироустройства, охватывающим время от создания мира и до бесконечности. Истина трансцендентна, она сама диктует ценности, формирующие этику существования своих последователей. И лишь на базе существующей этической системы может возникнуть политика[9], воплощающая истинные ценности в жизнь, в том числе в экономические отношения. Именно таковыми являются все мировые религии.

«Истинные» религии не обязательно требуют наличия Бога. Понятия «квазирелигия» или «псевдорелигия», которые мы слышим, например, в отношении марксизма или коммунизма, на мой взгляд, отражают лишь историческую привычку рассматривать религию как явление, в котором присутствуют Бог, боги, духи или другие невидимые сущности. Мы стесняемся религиозности своей природы, а потому, не веря в Бога, отрицаем свою принадлежность к религии вообще. Но буддизм обходится без Бога и от этого не перестает быть мировой религией, даже невзирая на возражения самих буддистов, настаивающих, что их вероучение – философия.

Такой взгляд на систематизацию религий дает возможность сравнивать и проводить параллели между особенностями структуры и развития различных истинных религий, не отвлекаясь на шум многочисленных, но по большей части кратковременных в масштабе истории, религиозных феноменов.

В период с 800 до 200 года до н. э. в разных странах родились и жили гениальные мыслители, которые открыли человечеству глаза на его устаревшие тысячелетние заблуждения. Они объяснили, каждый в своей интерпретации, как устроен этот огромный мир, и кардинально изменили взгляды человечества на смысл, причины и цели Вселенной.

На базе учений этих мыслителей развились величайшие религии, сформировавшие человеческую цивилизацию. Те вопросы о мире, на которые не могли ответить Зевс или Юнона, Ваал или Гор, смогли ответить Платон, Будда, Заратустра, Исайя и Иеремия… Это было «осевое время», по определению Карла Ясперса[10], когда на смену мифологическому пришло философское мировоззрение. В этот период появились библейский иудаизм, приведший впоследствии к появлению христианства и ислама, буддизм и зороастризм. Люди отказались от прежних взглядов. Мир оказался намного больше и целостнее, чем это представлялось раньше. Можно предположить, что в эпоху местных божков и идолов новые идеи воспринимались как дерзкий глобализм, стремящийся поглотить весь мир своим утверждением о его целостности. Но именно эти идеи определили развитие человечества более чем на 2000 лет.

Можем ли мы утверждать, что пришло время нового большого перелома? Что описания мироустройства, предлагаемые учеными-мыслителями эпохи промышленных революций, создают базу для новых истинных мировых религий? Не происходит ли это прямо сейчас? Ведь идеи о достижении прекрасного, справедливого мира, в котором будет царить блаженство и гармония, по-прежнему являются предметом веры и надежды человека.

В этой книге я рассуждаю о том, насколько идеи спасения планеты, захватившие современный мир, можно отнести к категории истинной религии. Можно ли назвать планетаризм «новой зеленой религией», претендующей на статус «мировой»? Как соотносится развитие новой веры с историческим опытом развития религиозных идей?

И если мы действительно являемся свидетелями становления новой мировой религии, то что нам ждать в будущем? Не являются ли вспышки исламского терроризма, уличные волнения, организуемые чернокожими в США, торговые войны против Китая, конфликт на Украине и многие другие потрясения нашей эпохи началом нового глобального цикла противостояний, связанных с появлением новой религии?

В первой части книги я попытался критически посмотреть на отношения, складывающиеся веками между религиозными и научными идеями, и ответить на вопрос, а так ли они различаются, если смотреть на эти два явления с позиции веры? Здесь же я постарался ответить на вопрос, что именно заставляет общества менять религиозную веру? Существуют ли признаки, по которым можно распознать скорую смену религиозных предпочтений? И, конечно, какие из этих признаков мы можем наблюдать сегодня?

Во второй части читатель найдет описание идей планетаризма, которые сегодня не только захватывают западную цивилизацию, но и с помощью инструментов глобализации проникают даже в самые консервативные общества.

Вне зависимости от предмета веры все мировые религии обладают определенной структурой, наличие которой дает возможность отнести то или иное вероучение к категории истинной религии. Универсальной структуре религии, описание которой я привожу в этой части, в точности соответствует группа упомянутых современных идей, что дает основания относиться к планетаризму как к новой истинной религии и рассматривать его с религиоведческой точки зрения.

В третьей части своих размышлений я проследил развитие философских и научных идей, которые постепенно стали предметом горячей веры миллионов, пройдя этапы поиска и понимания сакрального, догматизации и создания апологии символов веры и ценностей планетаризма.

Формирование масштабного религиозного учения – это долгий исторический процесс, который может занимать сотни лет. Например, рождение Иисуса Христа и фиксацию символа веры христианской религии разделяют более трех сотен лет.

Где находятся корни современного планетаризма? Кого можно записать в пророки новой зеленой религии? На мой взгляд, поняв философские и мировоззренческие истоки современных взглядов на мир, мы сможем понять и многие события, которые происходят сегодня в Европе, России и на Ближнем Востоке, на площадках Организации Объединенных Наций и других международных организаций.

Появление нового мирового вероучения – это дерзкий вызов моральным устоям, на которых веками зиждутся государства и общества. Этнические конфликты, которые задевают самые сокровенные чувства человека и возбуждают стихийные силы сопротивления в народах и нациях – это реальность ХХI века.

Новые представления о ценности человеческой жизни, о семье и вопросах пола, о том, что такое права человека, животного и природы, попытка политического навязывания своей системы ценностей через внедрение международных стандартов – все это уже сейчас вызывает протесты, уличные столкновения и межгосударственные противостояния.

Понимая, что эта тема практически безгранична, я постарался в четвертой части сосредоточиться на наиболее опасных противоречиях между этикой пла-нетаризма и традиционных религиозных вероучений, определяющих ценности России и ее соседей.

И, наконец, в пятой части я попытался представить, что именно нам следует ожидать от мира, в котором хрупкий баланс идей и вероучений, достигнутый во второй половине XX века, нарушен становлением новой мировой религии, привлекающей в свои ряды сотни миллионов, а может быть, и миллиарды последователей.

Способны ли мы избежать самых страшных последствий, о которых нам говорит история мировых религий? Это зависит от того, насколько ясно мы сможем понять происходящие в мире процессы и заглянуть в будущее, в которое нас ведет логика развития вероучительных основ и этических воззрений планетаризма.

Так же как и миллиарды людей, я надеюсь, что мир, в котором будут жить наши потомки, будет более понятен и хоть немного предсказуем, а значит, не столь опасен. Ради этого я и отважился совершить эту попытку осмысления ценностного, этического брожения, происходящего сегодня в мире.

Надеюсь, что мои наблюдения и рассуждения будут полезны читателю для собственных размышлений или дальнейших исследований.