Два Евангелия. Современные и вечные проблемы христианства, отношений человека и Бога

ВИДЕНИЕ

Когда-то видел видение. Я стоял и видел красивый сад и в нём пирамиду. Я понимал, что это райский сад, но не мог понять, что в нём делает пирамида. Она была ровненькая, точно по средине той стороны которую я видел, было хорошо видно ребро пирамиды, а вершина была скрыта в сильном сиянии. Я понимал, что египетские пирамиды как-то пытались скопировать ту пирамиду, потому их верх обложен был белыми отполированными плитками, чтобы сиять на солнце. До этого если я и видел пирамиды в видениях, то это были вроде как египетские из камней и в песках. Обычно я понимал это как символ порабощения миром. Но тут было не так. В райском саду, зелёная пирамида и посредине тонкая жёлтая полоска. Потом я оторвал от неё взгляд, и посмотрел себе под ноги. Я стоял на дорожке из круглых камушков, вроде гравия. Я стал поднимать голову, чтобы посмотреть куда же ведёт эта дорога, и оказалось, что она ведёт к той пирамиде, и переходит в ту тонкую полоску на ней. Я понял, что я, как житель равнин, не оценил сразу размеры. оказалось что-то не пирамида, то гора. А ребро – это дорога на вершину.

Надо сказать, что в то время, когда я видел это видение, я общался с одной сестрой по интернету. Мы говорили с ней, а я видел это всё, и рассказывал ей что вижу. И вот я увидел, что я уже не в начале той дороги, а на горе, только не иду вверх, а иду вниз. И даже не иду, а смотрю. По обе стороны дороги растут сады, и у меня было ощущение что эти сады растут на моих руках. Я как будто протянул руки и приглашаю идти на гору, между руками дорога, а на руках растут эти сады. Я тогда подумал, что это как-то странно. При чём тут я к этой горе. Я ж не гора, я к ней шёл. Потом стал понимать, что весь этот сад, это Царство Божие внутри меня. А гора – это моё сердце, это Сион, и на нём столица Царства – Иерусалим. В нём Царствует Бог. Он уже там. А я почему-то нет. Это было года полтора назад. теперь вот пишу и думаю, что город этот приготовлен как невеста, и для свадьбы. Туда можно прийти, только если приведёшь туда кого-то, в смысле невесту. Одному туда не зайти. Потому я и приглашал, протянув руки.

Иисус говорил, что Он там, где двое или трое собрались во имя Его. Одному к Нему трудно идти. Один на гору поднимался Моисей. И поднялся на гору закона. На гору любви можно подняться только если идёшь не один, а ведёшь кого-то. Гора Синай, внешняя гора, она снаружи. То есть это внешнее исполнение заповедей. А гора Сион внутренняя гора, это гора Любви, гора в сердце нашем, и нужен кто-то кого мы любим чтобы привести его на эту гору, ввести в этот город, представить Царю. Без этого туда никак не попасть. Это не для одиночек путь. Только отдавая своё сердце кому-то, мы покоряем эту гору.

ВОСХИЩЕНИЕ

Вот предположим, что время сейчас последнее. Вот-вот будет восхищение первенцев на свадебную вечерю Господа. Я не хочу, обсуждать тут, будет ли оно или нет. Хочу о другом, о нас, нашем состоянии. Допустим, Господь придёт и восхитит кого-то, чтобы сохранить от скорби, что придёт на землю. А кто-то останется, чтобы очиститься в том огне что придёт. А кто-то чтобы так и погибнуть, не пройдя всего того ужаса, что придёт. Наверное, никто не хочет проходить такое испытание, лучше, чтобы Бог уже восхитил на небо, на свадебный пир Сына. Лучше побыть на свадьбе Иисуса Христа, чем в мире на пиру у сатаны с антихристом. Но ведь не каждого Бог возьмёт. Как Иисус говорил: в ту ночь будут двое на одной постели: один возьмется, а другой оставится. Так вот что даёт нам право на это восхищение, что даёт надежду на избавление от этой грядущей скорби? Мы можем тут спорить друг с другом о том, кто из нас лучше, кто хуже. Чья доктрина лучше, чья хуже. Но ведь наши споры и победы в спорах не аргумент для Иисуса. На самом деле, что я ему могу сказать, чем аргументировать свою просьбу о том, чтобы он забрал меня и не дал попасть в ту скорбь? Я скажу, что хорошо соблюдал заповеди? Я скажу, что любил? Я знаю себя, знаю, как я соблюдаю, знаю, что я грешен. Я не найду в своей жизни и дня которым можно было бы похвалится что я не согрешил в этот день.

О свойствах любви написано в послании к Коринфянам. Одно из свойств – любовь не ищет своего. Выходит, если я скажу, что поступаю по любви, но имею хоть немного личного интереса, то это уже не по любви. Так если я посмотрю на свои побудительные мотивы, любых своих действий, то вряд ли я найду что-то свободное от примеси эгоизма. Что же мне делать? Нет у меня, чем похвалиться, нечего мне предъявить Богу как свою заслугу. Могу только сказать честно, что не выдержу, я уже не выдержал, я уже хромаю на обе ноги, я уже согласен, что я нечестивый грешник. Когда я читаю, смотрю или слушаю проповедников, когда они говорят о своём служении, о том, как много Божьего в их жизни и служении, я смотрю на себя, свою жизнь, и не вижу там ничего хорошего. Они дают место Богу, а у меня не получается. В них, в их сердцах живёт Бог. А я пробираюсь внутрь себя, всё глубже и глубже и вижу пустоту. Всё пустое, всё не настоящее. Как говорят, атом состоит из ядра и электронов, они очень далеко от ядра. Если ядро как вишенка, то атом как стадион, если не больше. Сами электроны тоже, вроде, как только обозначают границу атома, такой частицы как бы и нет.

Получается, что материя – это почти одна пустота, обрисованная электронами. Если все ядра атомов земли собрать в одно ядро, то получится что-то типа яблока, всё остальное пустота, а там, где кончается атмосфера, летают электроны. Вот таким я себя и вижу, только и ядра не нахожу. Одно обозначение границы пустоты мной занимаемой. Чем хвалиться? Какой Закон, какая Любовь? Я никто. Что предъявить Богу? У меня нет ничего. Суд состоит в том, что свет пришёл в мир. Свет пришёл, освятил меня, и я увидел свою пустоту. На что я могу рассчитывать? Только на Иисуса, на Его Любовь ко мне. Может Он меня любит и наполнит меня жизнью своею не потому, что я чем-то примечательный, а потому что Он любящий, и не ищет своего, а только помочь бы таким никчемным как я. Может, не за мои заслуга, а от своего величия Бог даст наполнение моей пустоте. Может Он из милости своей спасёт меня от тех скорбей, что грядут на вселенную. Больше не на что мне рассчитывать. Я подумал, вот если бы я был проповедником, одним из тех больших, что выступают перед большими аудиториями, и по ТВ, чтобы я сказал, какую проповедь? Похвалил бы свою церковь и поругал остальных, какие они там неправильные? Похвалился бы своими делами, похвалился бы чудесами Божьими в своей жизни? И понял, что нужно было бы рассказать о себе, о своей никчемности и пустоте. О своей греховности и эгоизме. Может люди бы и о себе подумали, на себя посмотрели бы. И увидели что-то подобное. Опечалились бы о Боге, о том, как далеки они от Него, как велика между нами пропасть. Может такая печаль по Богу произвела бы нормальное покаяние, открыла бы людям глаза на самих себя, а не на прихожан соседней церкви.

ГОРА ПРЕОБРАЖЕНИЯ

Дух Бога Дух Сына Дух Усыновления в человеке переделает его, он перестанет быть рабом, перестанет относиться к Богу как к работодателю, а к миру как к месту работы, должно поменяться само отношение ко всему. Дух какого-то человека, например Ленина. Ты бы кем себя чувствовал, если бы в тебя вселился дух Ленина? Чем бы ты занялся? Наверное, стал бы организовывать партию большевиков, и пробовал бы свергнуть буржуазный режим в своей стране. Если бы сильно отдался этому духу, то стал бы картавить, и признавался бы, что уже не ты живёшь, а живёт в тебе Ленин.

А это дух Бога, или Христа? Что это значит, если в тебя вселился Дух Бога? А если вселился Дух Бога, однозначно будешь делать Его дела.

Это не к тому, что должен, а к тому, что должно быть видно. Опять же, не обязательно что это будет точно так же, ты посмотришь на малыша, и скажешь, что он похож на отца, потому что похоже поступает, то есть он конечно не такой ещё, но у него подобное поведение, тут не важно сколько они могут поднять, важно, что и тот и тот будут пробовать поднять больше чем могут.

Иисус понимал, что он является хозяином всего, но пришёл послужить всем нам, как настоящий хозяин, вор, если проберётся в мой дом, или в мой сарай, то просто позабирает всё, что сможет забрать, поубивает, кого сможет убить и унести, потому что оно вроде бы и его, но на малое время, пока он пробрался в мой дом. А я буду нести в дом, буду ходить в сарай, кормить всех, служить им. Увижу грязного поросёнка, возьму его, помою, вытру, постелю ему хорошую свежую солому. Всем буду служить, потому что это моё, и всё мне дорого. А как я царский сын? Он не держит, для того чтобы съесть, у него хватает еды Он держит всё это, потому что люблю играть со всем своим хозяйством, любит заботиться Он не просит у папы оплатить мне труд в хозяйстве, наоборот, просит у папы денег, чтобы ещё приобрести, кроме кроликов и поросят, хочу ещё лошадку и телёнка, и пару гектаров земли, чтобы их пасти, а когда они подрастут, он захочет купить им пары, чтобы они у размножались.

Дух Бога не насилует, то есть, ты конечно можешь поступать как поступал Иисус, но если ты не слушаешь Дух Бога в себе, то и не поступаешь.

Другие духи кричат громче и требуют, потому ты лучше слышишь их, они тоже хотят реализоваться через тебя. Ты можешь хотеть стать крутым бизнесменом, или героем-любовником, но это на самом деле не ты, это духи какие-то. Тот же Ленин, не сам по себе был таким, он не родил тот дух, которым руководствовался, он позволил ему реализоваться через себя. Ленин умер, а дух перешёл, в принципе дух может быть сразу во многих людях. Как тот дух революции, бунта был сразу во многих. Это как картридж, от которого зависит вся программа? То есть, в наших компах может стоять одна и та же игра, и мы можем играть в неё, при том я могу быть отрицательным ты положительным, но мы оба играем в одну игру, и мы внутри мира. Все игры внутри мира, а дух Бога отделяет тебя от мира, то есть всё, что в мире, и ты, все что помельче, они внутри. Белые и красные, внутри России. СССР и США, но они внутри мира. Так что ты сосуд, посредством которого реализуют себя духи Духи погибели реализовывают свою программу, они губят всех, и того через кого они работали, погубили и принялись за новых. Те кто посвятил себя этим духам, становится одним с ними, то есть частью самих этих духов. Так Ленина уже не отделишь от того, что было в нём. Мы говорим Ленин, подразумеваем партия, мы говорим партия, подразумеваем Ленин. Маяковский писал. А если ты позволяешь Духу Бога проявиться через тебя, ты становишься одним с Ним, Иисус стал неразделим с Отцом. Что делал Иисус, то делал Бог, потому, что Иисус делал то, что хотел делать Бог, Дух Бога. Иисус дал нам пример, это и есть наша ценность, то что мы можем быть подобными Ему. Но подражать не так как змей предложил:

Чему подражать? Есть люди, который прибивают себя к кресту, но о этого не становятся Христом, Спасителем. Пацан, подражает гитаристу, может одеваться как гитарист, может копировать интонации гитариста, может купить себе такую же гитару, может даже пробовать играть. Но для музыки мало просто бренчать, даже виртуозно, нужен дух, сам дух того стиля, например хевиметл, тогда оно само пойдёт. Высоцкий, не такой уж и виртуоз игры, и не такой уж и певец, в смысле – профессионал, но он отдавался духу, и его песни были заряжены духом.

Так вот самое важное, что в Иисусе, это тот Дух, которым он руководствовался. Он не был эгоистичен вообще. Он не делал себе, и ради себя, только для других, а славу за свои дела отдавал Богу. То есть ни сами дела, ни слава за них, не были для него, ни труд ни оплата. Ничего себе

Как выбраться на такое?

Как это так жить чтоб ничего себе?

Потому что если посмотреть внимательно на все, что мы делаем, мы все равно делаем для себя, что бы получить все равно себе, пусть немного, пусть только похвалу, или внимание, но все равно себе. Даже если ты говорим «вся слава Ему» то даже это делаем ради себя, вот, мол, какой я. Как Павел говорил:

А ведь каждый на это покупается, каждый ищет своего. Иисус делал совершенно без награды и даже без расчёта получить, что-то кроме осуждения.

Так вот я вникаю в себя, и не вижу в себе никакой способности поступить также, как поступал Иисус, я никогда не смогу сделать хоть один чистый поступок, не загрязнённый эгоизмом, потому человеку невозможно спастись. Все мы одинаковые. Бог нам как-то даёт возможности, что-то такое делать, то есть мы можем сделать что-то, если сами для себя думаем, что делаем другое, то есть делали не это, а вышло это. Мы можем даже расстроиться, ругать себя, и не заметить, что сделали настоящее Нужно хотеть. Нужно очень хотеть дать Ему проявиться через нас. Он не насилует, поэтому может делать только по нашей просьбе. Но и наше желание было действительно ради Него, не для того, чтобы себе получить славу, а чтобы увидеть Его проявление Это путь. Путь за Ним. К Нему, то есть, к проявлению Его в нас. Мы придём к тому, что увидим Его, как Он есть в нас, но оно не придёт приметным образом. Что бы подняться наверх, нужно спуститься вниз, как Иисус шел не в царский дворец, а на Крест, нам туда же. Иисус говорил своим братьям, что они свои миру, и могут ходить на праздники. А сам Он не шёл, потом пришёл. Ему на самом деле никак сразу идти, пока все идут, на ту же пасху, идут довольные, на праздник, будут пить гулять, веселиться, и никому до него нет дела. А когда все как-то насытились, кто чем, пресытились, тогда Он пришёл и начал говорить.

Кому Его слова обличение, кому лекарство Так вот, к нам, пока мы сильно целенаправленны и ломимся вроде, как к Богу, ведь люди шли на праздник, но ломимся по своему, как все так и я, как принято, как сказали. И мы идём к Богу, совершенно не замечая Божьего человека, Божьего Сына, даже затопчем в своём усердии. Потому Он не идёт к нам, пока мы ломимся вот так к Богу. И пока мы уверены в себе, что ломимся правильно, всё верно делаем, и все мы за одно. Ему нет никого места в нашей жизни. А вот когда гульнули на празднике, а потом протрезвели, и поняли, чего наделали. Посмотрели на себя, кто же мы есть, на самом деле, и куда же это мы пришли. Вот когда появились у нас вопросы, когда пришли туда, куда вели священники, но не нашли там того, чего хотела душа наша. Вот тогда у нас возникает вопрос, а что это, куда это, кто мы и зачем, куда вели нас. И тут приходит Иисус и говорит, если не поверите, что это Я, то есть мы шли куда-то, чего-то хотели, не ясно хотели, смутно, нас звали лозунгами, общими фразами, а что там конкретно непонятно. Пришли в Иерусалим, а там праздник. Пасха. Пьём и гуляем. И это то к чему шли? Я бы это мог и дома устроить, и каждый день. А чем Пасха отличается тогда, что в ней Божьего, если я и без Бога могу эту попойку устроить? А где же тут Бог? Столько всего, а где Бог? В общем-то, это вся наша жизнь церковная, много всего, праздник жизни, можно сказать. А где Бог? Всё это можно и в миру найти, и песни, и лекции, и компанию, это же только повод. В принципе всё то же самое, и отношения постепенно становятся такими же, как в миру, праздник сам по себе без Бога

А где Бог? И тут появляется Христос, и говорит, если не поверите что это Я, жаждущий иди ко мне и пей. То есть туда пришли разные люди, кто-то чисто гульнуть, а кто-то на самом деле Бога хотел найти, жаждал Бога. Кто хотел гульнуть, гульнул и получил удовлетворение, а кто-то почувствовал себя обманутым, ведь того чего хотелось, не случилось, не нашёл. Его упрекнут, да кто ты такой, что ты не как все? Всем хорошо, а этому уже и праздник не праздник. Да что ж тебе нужно-то? Бог дал нам праздник, заповедал приходить сюда и веселиться, не работать, а ты недоволен, нехорошо.

А ему не праздник нужен, а что-то от Бога, то есть самого Бога, а не указ о празднике. Потому ему и не нравится. Для таких и пришёл Иисус, и сказал, что Он и есть причина Ради Него и пришли, и не остались обманутыми, вот Он Бог, вот Его проявление. Кто искал, тот увидел, и Бог увидел тех, кто искал, и дал им. Они хотели тайно, Он дал явно, но явно для них, а для остальных закрыто, потому что не ждали. Не ждали чего-то необычного, а ждали исполнения сценария. Сами написали сценарий и ждали от Бога, что Он будет играть под их дудку, в их сценарии, а Он хочет быть свободным, и прийти таким как Ему хочется. Потому те, кто ждёт по сценарию, не видят приход Бога.

6 Кто говорит, что пребывает в Нем, тот должен поступать так, как Он поступал. (Рим.8:9)

Если же кто Духа Христова не имеет, тот и не Его. (1Иоан.2:6)

29 и Я завещеваю вам, как завещал Мне Отец Мой, Царство,

(Лук.22:29)

4 И сказал змей жене: нет, не умрете

5 но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло.

3 И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы.

(1Кор.13:3)

Если делаю что-то не из любви, то есть чтобы отдать, а чтобы получить, то нет мне в этом пользы

2 Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою.

(Матф.6:2)

ДВА ЕВАНГЕЛИЯ

4 Ибо если бы кто, придя, начал проповедовать другого Иисуса, которого мы не проповедовали, или если бы вы получили иного Духа, которого не получили, или иное благовестие, которого не принимали, – то вы были бы очень снисходительны [к тому].

(2Кор.11:4)

Благовестие и Евангелие – одно и то же слово, только на разных языках.

Сейчас очень много конфессий и деноминаций в христианстве. У всех одна Библия, но почему-то так много разных учений. Как из одного учения Иисуса Христа могло развиться столько разных учений, которые ещё и враждуют между собой? Как всегда, в таких случаях всё это разнообразие можно разделить на две группы – истинное и иное (ложное, поддельное). Понятно, что истинное благовествовал Иисус Христос и Апостолы, и эта Благая Весть записана в Новом Завете. По ней мы и сможем определять, что благовествовал Христос, а иное скорей всего будет иметь противоположное направление. Грех, как известно в переводе означает промах, мимо цели.

В свете этих слов Христа мы легко можем увидеть, что Благая Весть не трудная для понимания простых людей, но трудная для мудрых. Почему так? Потому что мудрецы обычно ищут второй и третий смысл сказанного, и не уделяют внимания самому простому прямому смыслу сказанного. Им не интересно, когда им говорят прописные истины. Им нравится, чтобы это был спрятано под тройным покрывалом.