Стечение обстоятельств

Глава 1 «Что было до»

Я не понимаю, зачем вы меня вызываете. Ну, то есть — понимаю, конечно. Ника пропала, вы опрашиваете всех, кто с ней общался. Но я… Мы просто вместе работали. Ну, как «просто» — нет, не просто. Мы были близки. По-своему. Как бывает близко с человеком, с которым ты пять дней в неделю дышишь одним воздухом, пьёшь один и тот же плохой кофе из автомата и знаешь, как она чихнёт — тихо, в ладошку, — ещё до того, как она сама это заметит.

Меня зовут Наталья. Тридцать лет. Работала менеджером в «СтройОпт» — может, знаете, такой серый офис на Московской, второй этаж, окна во двор. Ника — тоже тридцать, мы ровесницы, почти день в день, она в апреле, я в мае. Вечно шутили, что мы одного помёта. Она уволилась неделю назад. Никто так и не понял — зачем. Сотрудник достойный, спокойная, обязательная, ни одного прокола за два года. Начальник, тот вообще голову ломал: «Почему? Что не так?» А Ника просто пожала плечами и сказала: «Мало платят, роста ноль, чего тут непонятного». Улыбнулась при этом — мягко, без обиды, будто не она уходит, а просто переводится в другой отдел. И все кивнули. Потому что когда Ника говорит — люди кивают. Не из подобострастия, а потому что она умеет сказать так, что спорить не хочется.

Вот об этом я и хочу сказать. Ника была… Она была хорошая. Правда. Я знаю, что вы, наверное, уже слышали другое — от мужа, от кого-то ещё. Но для меня она была светлым человеком. Вот не смеюсь, не преувеличиваю. Светлым. Если у кого-то проблема — Ника первая бросалась помогать. Не из показухи, не чтобы потом припомнить. Просто не умела проходить мимо. Ленка из бухгалтерии как-то расплакалась прямо на рабочем месте — у неё мать в больницу попала, а Ника села рядом, взяла за руку и просидела два часа, хотя у самой отчёт горел. Потом, конечно, ночевала дописывала. Но ни разу не пожаловалась. Ни разу не сказала: «Из-за тебя проблемы».

О своей жизни с Антоном — ну, с парнем — она говорила… как бы это… с радостью. Всегда. «Тоша вот приехал с вахты, привёз рыбу, весь вечер суши крутили». Или: «Мы на выходных в парк ходили, он мне фоткал, конечно, криво всё, но мне нравится». Она не хвасталась, нет — она делилась. Как будто хотела, чтобы и тебе стало тепло от того, что ей тепло. Я иногда завидовала, если честно. По-доброму, но завидовала. У меня такого не было — ни парня, ни этого «весь вечер суши крутили». А у Ники был свой маленький мир, и он казался… надёжным.

Знаете, что самое странное? Она не изменилась резко. Не было такого дня, чтобы пришла другой человек. Это было медленно. Как будто кто-то потихоньку выкручивал лампочку — не выключал, нет, а делал всё тусклее и тусклее. Где-то за месяц до того, как уволилась, я стала замечать: Ника перестала рассказывать про выходные. Раньше по понедельникам у нас была традиция — кофе на двоих, и она рассказывала, что они делали. Я слушала, кивала, иногда смеялась. А тут — молчит. Или скажет: «Ничего особенного, дома сидели». И улыбнётся, но улыбка… как будто приклеенная. Глаза при этом не улыбались. Вы понимаете, о чём я? Когда человек улыбается ртом, а в глазах пусто?

Я один раз спросила — прямо, без обиняков: «Ник, что-то случилось?» Она посмотрела на меня, и я увидела… Не знаю, как описать. Не страх. Не грусть. Что-то другое. Будто она смотрит на меня издалека, из-за стекла, и хочет сказать, но не может. Или не решается. А потом она моргнула и сказала: «Всё нормально, Наташ. Просто стечение обстоятельств. Устала немного».

«Стечение обстоятельств» — это её фраза. Она её говорила, когда не хотела объяснять. Раньше я не цеплялась — ну, не хочет, её право. Но тот раз… В тот раз мне показалось, что за этой фразой что-то есть. Что-то, что она прячет. Но я не стала давить. Зря. Может, если бы стала, если бы настояла…

Когда она увольнялась, последний день был суматошный — подписывала бумаги, передавала дела. Я подошла, обняла. Сказала: «Давай, не пропадай». Она кивнула и вдруг вспоминает: «Ой, Наташ, я ж свитер свой в шкафчике забыла! Серый, знаешь, с пуговицами. Я постираю — и приду заберу на днях». И засмеялась. Это был её способ сказать «я ещё здесь, не уходи далеко» — через какую-то бытовую мелочь. Я засмеялась тоже и сказала: «Жду, конечно».

Свитер так и остался в шкафчике. Серый, мягкий, с пуговицами-жемчужинами. Я его доставала раз, посмотрела — пах Никиным парфюмом, тем, который она всегда носила. Не дорогой, но свой, узнаваемый. Я его обратно повесила и думала: вот придёт на следующей неделе, заберёт, посидим, поболтаем, как раньше.

Это было последнее, что она мне написала. Не звонок, не разговор — сообщение. «Наташ, я за свитером на неделе заскочу, ха-ха». И смайлик. Сердечко.

Она не пришла. Ни на этой неделе, ни на следующей. Я написала — один раз, второй, третий. Потом позвонила — гудки, никто не берёт. Потом ещё раз. И ещё. И вот тогда мне стало по-настоящему страшно. Не тревожно, не беспокойно — именно страшно. Потому что Ника, которая не отвечает на телефон, — это не Ника. Это кто-то другой. Или — никого.

Свитер всё ещё в шкафчике. Я не могу его забрать. Понимаете? Не могу. Потому что если я его заберу — значит, я признаю, что ей он больше не нужен. А я не готова. Пока не готова.

Вы спрашиваете, не заметила ли я чего-то странного. Замечала. Но не понимала, что это странно. Она стала реже упоминать Антона. Раньше — каждый разговор, каждая история. А потом — тишина. Не было ссор, не было плохих слов — просто тишина. И мне теперь кажется, что тишина была громче любого крика.

И ещё — одно. За три дня до того, как уволилась, Ника стояла в коридоре у лифта. Я вышла из туалета и увидела её — стояла спиной ко мне и смотрела на закрытые двери лифта. Не ждала лифт, просто смотрела. Стояла и смотрела, как на что-то, что уехало и не вернётся. Я окликнула — она вздрогнула, резко обернулась, и на секунду я увидела в её лице… Что-то голое, беззащитное. А потом она снова улыбнулась, и всё пропало. «Ой, Наташ, задумалась. Возраст, наверное».

Ей тридцать, как и мне. Какой возраст.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.