- -
- 100%
- +
И какое же было удовольствие наблюдать, как его челюсть падает и никак не может вернуться на место.
– Не надо таким тоном разговаривать с женщинами. Это некрасиво. И признак плохого воспитания. – Вадим аккуратно отодвинул мужа с прохода, а мне уступил дорогу. – Проходи, милая. Не стой в дверях.
Хотелось зажмуриться и куда-то спрятаться. Но я справилась: не споткнулась, глаза не зажмурила, не убежала. С гордо поднятой головой вошла.
– Это кто такой, Юля?! Что происходит?!
– Знакомьтесь, мальчики. Это – Андрей, мой бывший муж. Это – Вадим, мой любимый мужчина!
Вадим, кстати, проявил чудеса воспитания: он даже руку Андрею протянул. А тот застыл соляным столпом, и только лицо наливалось кровью.
– Юля? Ты с ума сошла? Кого ты сюда притащила? И зачем?!
– Он теперь будет жить с нами. – Легко повела плечами, скидывая куртку Вадика. – Поставь, пожалуйста, чайник. Мы слегка замерзли, хотим погреться.
– Да брось ты, Юль. Какой чай? Я знаю другие способы, гораздо эффективнее!
И чтобы никто не спрашивал, о каких способах идет речь, он тут же принялся за поцелуи.
Глава 4
Томатный сок – моя любовь форевер, кажется. Или дело совсем не в нем?
Губы девочки с привкусом этого сока – просто оглушительные. Стоит лишь прикоснуться к ним, и башку уносит. Куда-то так далеко, что я начисто забываю о ситуации…
А между прочим, я жадно целую чужую жену на глазах ее мужа. Не самое лучшее время, как сказал бы любой зануда. Но мне повезло: я не зануда. А еще я хотел это сделать с самого первого взгляда на Юлю.
Она теряется поначалу, застывает, как статуя, и не шевелится. Лишь позволяет терзать свой рот, как мне больше понравится. Не отталкивает, не дает мне по морде, не орет, что я сбрендил и вообще – наглый козел.
На первое время и этого хватает. Но… только на первое время. Очень быстро становится мало, и мне нужно, чтобы она ответила.
Легко касаюсь ее верхней губы языком, провожу им от уголка до уголка, стараюсь быть нежным и аккуратным, но держусь от натиска с трудом. Ее бы в темную комнату, да чтобы постелька рядом… Вот бы я тогда разошелся!
Несмелый ответ и чуть-чуть приоткрытый ротик… И нежные руки, упирающиеся в мою грудь, аккуратно поднимаются вверх, к плечам… Ложатся на них, обнимают за шею… Девушка переминается на носочках, чтобы под меня подстроиться…
Восторг. Чистый, сладкий, сногсшибательный восторг! И чувство, как будто я за три секунды пьянею. Забываю обо всем на свете, глажу ей спину, стискиваю талию в объятиях…
– Эй, вы что там, охренели?!
Очень невоспитанный муж у Юли. И очень неосторожный.
Ну, кто же так делает?
– А! Тварь, я тебя закопаю, понял?! – Он вопил, но как-то не очень разборчиво. Может быть, вместо слова «тварь» звучало что-то другое… Но я решил не вникать, были вопросы более важные.
– Вот нахрен ты свой нос мне под локоть пихаешь?
Юлю, на всякий случай, отодвинул за спину. Черт его знает, этого мужика, вдруг, решит на ней отыграться?
– Ты что, ему нос сломал? – Тихий шепот за спиной подсказал, что девушка явно не расстроена.
– Кровь не идет… Не знаю. Ща проорется, тогда и поймем.
– А. Ну, ладно… Тебе лучше знать…
Так и осталась – за спиной у меня. Не дернулась, чтобы милого спасать. Даже за пояс меня обняла и из-за плеча выглядывала…
– Юля! Что ты стоишь?! Принеси мне хотя бы лед!
А вот чувак, похоже, опомнился. Руки от распухшей рожи убрал, демонстрируя первозданную свою красоту. И тут же начал хамить.
– Мужик, ты чутка забылся.
– Что?! – Мужик – и не мужиком оказался вовсе. Другой бы уже зарядил мне ответочку, без всяких разговоров. А этот смог лишь бычить и крутить вытаращенными глазами.
Слабак, короче. И трус.
И это хреново: для женщин такие мудаки особенно опасны.
– Юля, ты слышала? Чего ты ждешь? У меня сейчас все лицо опухнет, я как на люди выйду?
Это придурковатый так до конца и не понял, что здесь поменялась власть. Я уже, было, рот приоткрыл, чтобы донести до него все, что надо… Но Юля опередила.
– Вот покажешь свое личико Светке, она проникнется, будет жалеть тебя, ухаживать… можешь, кстати, прямо сейчас ей позвонить: пускай забирает тебя и выхаживает.
– При чем здесь Светка, я не понял? – Он метнулся куда-то на кухню, кажется. – Где у нас лед?
Несчастный холодильник чуть не зашатался, когда его дверь жестко закрылась.
– Чувак, ты не забывайся. Юля теперь – моя женщина. И я запрещаю тебе разговаривать с ней таким тоном!
И локоть чуть почесал… Просто так, без всяких намеков.
– Слышь, умник! Вали отсюда! И отойди подальше от моей жены!
Сам, между прочим, приблизиться не рискнул. Покрикивал, не выходя в прихожую.
– Нет. Юля же сказала тебе: я теперь буду жить с вами. А раз она так решила, я вынужден подчиняться.
Пришла пора разуться и снять с себя куртку. Сколько можно толкаться у дверей, не раздеваясь?
– Милая, где тут у тебя хранится верхняя одежда и обувь?
В душе что-то дрогнуло от этого слова «милая», вылетевшего из моих собственных уст. Девушка тоже в ответ улыбнулась, поиграла изящными бровками…
– А вот, выбирай себе место, какое нравится больше.
Распахнула створку огромного шкафа, сплошь завешанного мужскими пальто и куртками.
Тут, похоже, не просто придурок, а очень самовлюбленный козел обитал…
– Я сейчас полицию вызову!
– Напомни, парень, как тебя зовут?
Мужик, летевший к нам наперерез, опять встал, как вкопанный.
– Андрей. А что?
– Ну, мне же надо знать, кого посылать подальше. Тавтологию не люблю, знаешь ли…
Юля прыснула, ни капли не стесняясь своей реакции.
– Послушай, Юлечка. Я все понял. Ты меня так решила наказать. – Андрей решил сменить тактику, похоже.
– О! Супер! Твои способности меня сегодня удивляют, Андрюш. – Из нее просто сочился сарказм. Если бы он мог капать – разъел бы пол, как серной кислотой.
Но муженька это особенно не тронуло.
– Что не так?
– Ничего.
– Хватит, Юля! Я все понял! Достаточно! Пускай этот человек уходит! – Мы дружно уставились на смельчака. Он сделал паузу. – Я сделаю вид, что его не было. И ты тоже все забудешь.
– С чего бы это? Мы с ним еще в постель не укладывались. И ничего такого не делали. Я должна тебя, как минимум, догнать…
Юля демонстративно скинула туфли и пошагала куда-то дальше.
– Вадим, иди сюда, посмотришь, тебе нравится эта кровать? Или выберем в другой комнате?
Ее непосредственная легкость просто зашкаливала. На минуту даже усомнился: а она, вообще, нормальная, эта Юля? И во что я вляпался?
А вдруг, это у них такие ролевые игры, после которых семья воссоединяется, пьет чай с блинчиками, а потом в полуночи закапывает труп?
Но чутье подсказывало, что девчонку просто нехило плющит от стресса, и актерские данные – от избытка адреналина проявились.
Пройдет немного времени, и наступит откат. Ей станет плохо, горько, еще обиднее, чем сейчас… И вот тут я особенно и пригожусь: весь из себя такой правильный, да еще и красавчик!
– Мужик, ты же видишь, моя жена не совсем адекватна. – Андрею пришли в голову те же мысли. И он, жук навозный, тоже решил обыграть ситуацию в свою пользу. – Давай, мы с ней тут сами потихоньку разберемся, а ты иди восвояси?
Говорил он полушепотом, так, чтобы Юля не слышала. Она там вовсю резвилась в комнатах, вытряхивая белье из постелей.
– Не, Андрюх. Не отговаривай. Женщина в ярости – это же самый смак. Я таких очень обожаю!
Даже если он в чем-то и прав, Юлю ему оставлять было бы настоящим свинством: по всему ощущалось, что перед нами – классический урод. И за что ему такая краля должна остаться?!
Он скривился. Утер разбитый нос полотенцем, отодвинул меня в сторону, рванул за Юлей.
– Малыш. Я все понимаю: ты захотела меня наказать. Отомстить. Сделать, чтобы я все прочувствовал…
Девушка как раз тащила простыню с кровати и паковала в нее все то, что ранее свалила на пол. Тормознула, сдула с лица свисающую прядку.
– Молодец. Поздравляю. Не прошло и года, а ты сообразил! Говорила мне мама: муж тебе достался умный, сообразительный, догадливый… Только мозги куда-то спрятал и все время забывает, где они лежат! А я не верила, сопротивлялась…
Он скривился, как от зубной боли.
– Я же просил! Я сколько раз тебе говорил: не нужно слушать свою маму! Она живет в прошлом веке и ничего не понимает в реальности!
– Андрюш, ты дебил? – Она заговорила нарочито ласково. Почти нежно. Как обычно обращаются к несмышленым детям или к душевнобольным. – Ты до сих пор от меня что-то требуешь?
– Ты – моя жена. Я – твой муж. Пока что ничего не изменилось. – Ему оставалось еще только ногой притопнуть, для полной убедительности.
– Так мы разводимся, Андрей. Ты еще разве не понял?
– Нет. Развода не будет! – В его голосе даже металл проявился. Так уверенно, жестко сказал, что даже я почти поверил.
– Это потому, что ты меня любишь и никому не отдашь, да? – От ядовитого елея, которым был пропитан вопрос, даже в моем носу защипало.
– Конечно. Люблю. Это даже не обсуждается.
Японский бог… Вот придурок самоуверенный…
Он даже плечи расправил, к Юле шагнул. Она – назад на несколько шагов.
А я напрягся. К моей женщине приближался соперник. Все инстинкты резко взыграли, потребовали биться, сражаться, проливать кровь! Может, даже выкидывать в окно, если это понадобится!
– Юль, поиграли и хватит. Прекращай.
– Ты белье с собой заберешь? Светке, может, подаришь? Пускай она переводит на него порошок… – Девушка задумчиво полезла в комод. Как будто и не слышала ничего из сказанного.
– Светки в нашей жизни больше не будет! – Меня перекосило от звучавшего пафоса.
Дать ему, что ли, еще раз в нос, и выставить за порог? Или швырнуть по лестнице, пускай кубарем катится?
– А куда же ты теперь жить пойдешь, Андрей? Станешь бомжом? Или снимать будешь? – Она все так же целеустремленно застилала постель чистым бельем. Достала откуда-то новые подушки и одеяла…
– Я буду жить здесь! – Андрюха начал снова психовать. Ногой притопнул, сжал кулаки. Я снова напрягся: на совсем тирана парень не похож, но черт его знает, куда перекосит после таких вот новостей?
– Ну, живи, ради Бога! Тебя никто не выгоняет…
Все упало. Похоже, они вот так, не особенно и напрягаясь, уже начинали мириться. Ясен пень, раз я сюда пришел, то уже просто так не сдался бы… Но не хотелось бы отбивать свою женщину у какого-то тупого утырка… жалко время тратить на него и силы.
– Слышь, мужик? Я остаюсь здесь! – Андрей торжествующе обернулся ко мне. – А ты иди, подобру-поздорову! И скажи спасибо, что я не злопамятный: не буду катать на тебя заяву за разбитый нос!
– Он никуда не пойдет. Ты не понял: я буду жить с Вадимом. А ты можешь делать, что хочешь.
– Понятно. Ты спятила на самом деле, а не притворяешься.
– Нет, Андрей. Я Вадима люблю, и хочу быть вместе с ним. – Она по дуге обошла своего супружника, вернулась ко мне. – Пойдем, мой милый. Ты, наверное, давно уже хочешь в кровать? Лично я – сгораю от нетерпения!
Андрей психанул: схватил ее за руку, дернул к себе.
– Да что ты себе позволяешь, курица?! Охренела совсем?!
Я сильно-то и не метился. Просто помнил, что по роже бить не стоит -лучше следов не оставлять. Случайно попал ему куда-то в солнечное сплетение.
Андрюшечка согнулся. Очень тяжело задышал, засопел, согнулся в три погибели.
– Ты его убил теперь, да? Труп закапывать будем или растворим в серной кислоте?
Юля растирала руку, на которой уже появилось темное пятно.
– Если еще раз тронет – растворим. Живьем, думаю. Только не в серной кислоте, а в какой-нибудь хлорке.
– У дедушки в деревне была яма с навозом. Давай, отвезем его туда и выкинем, а?
– Юль, ты – опасная женщина. – Почему-то эта новость не расстроила нисколько. Наоборот, на душе потеплело.
– Я целеустремленная. Во всем, заметь. – Покосилась на мужа-горемыку, который никак не мог отдышаться и прийти в себя. – Что дальше с ним делать будем? Вдруг, начнет буянить?
– Можем к батарее привязать. Поспим, а утром придумаем, как дальше быть.
На лице Андрея начал проступать священный ужас. Или просто предчувствие смерти – бес его знает. Но струсил парень так, как надо.
– У нас батареи закрыты экранами, не получится к ним привязать… Может, закроем до утра на балконе? И рот заткнем кляпом, чтобы соседям спать не мешал?
Хорошенькое личико порозовело: ей явно доставляло удовольствие пугать супруга. Тот лишь пятился, все дальше и дальше. И ни хрена он свою жену не знал: не замечал даже, как ее потряхивает от волнения.
Прижал к себе, чтобы могла спрятаться и передохнуть. Юля этого словно ждала: уткнулась лицом в плечо и даже не выглядывала.
– Ребят, вы сбрендили? Или обкурились чего-то? Что я вам сделал такого, чтобы связывать, убивать и все такое?! – Андрей потерял всю спесь, явно струхнул.
– Ты моей женщине синяк поставил.
– Ну, и что? Я просто схватил ее за руку. Кто виноват, что у нее такая кожа?
– Тьфу ты… – От отвращения захотелось реально сплюнуть. – Чувак, уйди с моих глаз долой. Иначе я за себя не ручаюсь!
– Куда мне идти? Я у себя дома!
– Мне по барабану. Сделай так, чтобы больше тебя я здесь не видел!
Глава 5
Я ждала с замиранием сердца: что ответит Андрей?
Будет и дальше скандалить, в драку полезет или соберет вещи и уйдет в закат? Продолжала насмешливо улыбаться, притворяться, что мне все нипочем…
Но, черт побери, что за мужа я выбрала себе? Неужели он даже не попытается отстоять свои права?! С кем я жила-то все это время?!
Тем временем, Андрей пугающе раздувал ноздри и молчал. Хмурил брови еще. Наверное, глазами пытался мне что-то передать… Но мне даже не пришлось делать вид, что ничего не понимаю: этот взгляд был больше похож на проблемы с пищеварением, чем на что-то серьезное.
Вадим прижал меня к груди и гладил по плечам. И эти прикосновения дарили спокойствие. Как будто к стене прислонилась, которая не даст упасть.
– Юля! Даю тебе последний шанс! Ты сейчас должна одуматься, выгнать этого человека, и все станет как раньше. Ты меня поняла?!
О как! Раздуплился! Неожиданный ход, однако…
– Андрей, тебе принести чемодан, чтобы собрать вещи? Или потом выслать, с курьером? Я к Светке отправлю, а дальше сам решишь, что с ними делать!
Чемодан – моя любимая и самая заветная покупка. Знак, что когда-нибудь я все же съезжу на моря, а не найду себе подработку на время отпуска.
Но сейчас я готова была и этим пожертвовать, лишь бы избавиться от ненавистного муженька!
– Я еще вернусь! И останусь! Чемодан себе оставь, он еще пригодится для твоих шмоток!
Вот так, яростно, жарко и внушительно, он потряс нас речью! Кулаком погрозил, обул ботинки и свалил из квартиры.
И дверью хлопнул так, что стены затряслись.
Сделала шаг вперед, чтобы присесть на пуфик – ноги совсем не держали от волнения. Откинула голову назад, глаза прикрыла…
– У тебя все нормально, Юль?
Вадим, тем временем, закрыл все замки – плотно, надежно, еще и цепочку навесил.
– Да. Что-то перенервничала…
– Хм… Понимаю. – Он как-то криво ухмыльнулся. – Я тоже не каждый день выгоняю из квартир чужих мужей.
– Да? А мне показалось, что ты – профи в этом вопросе. Очень хорошо получилось.
– Не, я больше по другому направлению.
И снова его взгляд засиял.
– Стесняюсь даже уточнять, по какому именно…
– Я женщин люблю. Сильно.
– И поэтому тебя выгоняют их мужчины? Так, что ли? А сегодня впервые получилось наоборот?
– Нет. Меня сами женщины гонят. Характер, говорят, дерьмовый, а еще чувство юмора всех раздражает…
Он тоже устал, я только сейчас поняла – по тому, как жестче прорезались складки у рта, как морщинки у глаз внезапно выделились.
– Даже не надейся. Фиг ты от меня теперь уйдешь! Пока Андрей не даст развод, будешь тут жить постоянно!
Он вдруг присел на корточки, заглянул мне в глаза – снизу вверх. С таким серьезным видом, что не по себе стало…
– За кого ты меня принимаешь, Юль? Разве можно тебе оставлять наедине с таким мудилой? Он же трус и слабак. Подобные ему только на женщинах и отыгрываются.
Меня передернуло. Такие мысли даже в голову не приходили.
– И что теперь? Может, догоним?
– А дальше что? У тебя холодильник не очень большой. Даже если по частям разбирать – весь твой муж туда не поместится…
– Нет, сразу к деду в деревню повезем.
– Яма с навозом – место номер один в твоих предпочтениях? – Он усмехнулся опять.
– Нет. Просто в рабство дедуле сдадим. Пускай коров пасет. Отличный способ перевоспитания!
– А коровы-то в чем виноваты? Нет! Я против издевательства над животными, это негуманно!
Он не успел договорить – потянулся за гудящим мобильником во внутренний карман куртки. Нахмурился. Сбросил вызов.
– Где тут можно у тебя поговорить?
– Выбирай любую комнату, просто дверь прикрой. Я не буду подслушивать, не переживай!
Вадим кивнул и ушел в гостиную, по пути уже набирая чей-то номер…
И только оставшись одна, я почувствовала, как устала за этот день. И какое леденящее одиночество на меня навалилось…
– Мой руки и садись за стол. Будем ужинать. – Его не было долго. Я успела распотрошить холодильник, мучительно придумывая, чем накормить гостя. Потом психануть и просто разогреть все то, что уже было приготовлено.
– Ого! Как вкусно пахнет… Это ты для меня так расстаралась, Юль? – Он даже не притворялся. С предвкушением потирал ладони, рассматривая блюда.
– Нет. Я старалась для мужа. А он скривился и сказал, что жрать такое не будет!
Он вздохнул. Потер переносицу…
– Твой муж – дебил? Скажи, зачем ты за него замуж вышла? Какой-то меркантильный интерес? Или, может, он тебя заставил?
– Я была в него влюблена. И замуж не пошла, а побежала!
– Мммм…
– Ну, давай, теперь скажи, что я тоже – дура!
Он уже уселся за стол, схватился за вилку, вытащил кусок запеканки прямо из блюда и закинул его в рот. Прикрыл глаза, расплылся в довольной улыбке…
– Женщине можно быть дурой, если она красивая и так божественно готовит!
– Что?! – Взвилась на месте, сама не зная, что больше ощущаю: возмущение или удовольствие.
Мне еще никто не говорил, что моя стряпня – божественная. За одно только это можно Вадиму все простить!
– Ты – наглый шовинист, понял?!
– С чего бы это? Одни недостатки перекрываются другими достоинствами. Лично я считаю, что тебе можно все простить!
– Имей в виду, я не стану тебе доплачивать за всякие там комплименты. Не рассчитывай!
– Так я же согласился просто так работать, на общественных началах. Ты разве еще не поняла?
– Нет. – Это, конечно, польстило мне. Очень. Да только совсем не понравилось.
– А что непонятного, Юль? – Вадим уловил гримасу на моем лице, хоть я и старалась ее прятать. Или не старалась вовсе?
Я как-то с ним совсем расслабилась… Забыла, что мужчинам совсем не обязательно знать, о чем женщины думают, и что переживают.
– У нас должна быть взаимовыгодная сделка, Вадик. Такая, чтобы оба от нее что-нибудь получали. Твоя благотворительность мне нафиг не сдалась!
– Да, я помню. Никаких чувств, эмоций и привязанностей.
– Да! – Мне почудилось, или в его голосе послышался сарказм?
– Ну, вот, ты меня вкусно кормишь. Потом спать уложишь…
– Только спать! Ни на что не рассчитывай больше! – Уже понятно было, к чему он клонит. В принципе, Вадим на это рассчитывал еще в баре.
– Заметь, я ни на что такое и не намекал… – Он расслабленно ухмыльнулся. – Ты вкусно готовишь, Юля. Квартира у тебя уютная. Кровать – широкая и мягкая, я успел рассмотреть…
– И что? – От напряжения не заметила, как сама начала хомячить калорийную запеканку прямо из формы. Прямо руками кусок схватила и закинула в рот. И проглотила, практически не жуя. Реально, вкусная получилась. Как я могла поверить Андрею, что это есть невозможно?!
– Ну, будем считать, что у нас бартер: я твоего муженька гоняю, ты меня за это кормишь, поишь, укладываешь в люльку. Все по-честному, как думаешь?
– Как-то не поровну…
– Я должен буду сделать что-то еще? Маловато, да? – Он сыто и довольно облизнулся. Потянулся, как настоящий кот. – Хочешь, могу стены покрасить? Или буду отвозить и забирать тебя с работы?
– Э… Вообще-то, я думала, что это мне придется «доплачивать»… Хотя, от услуг таксиста и охранника не откажусь.
– Ну, вот и славно. И не парься, Юль: если кто-то готов тебе переплатить по своей воле, не надо отказываться. Может, он тебя еще и недооценил…
– Гладко стелешь. Это как-то подозрительно…
– Я тебя соблазнить пытаюсь, вообще-то. Забыла уже?
– Ну, и пытайся дальше. Главное, что мы об основном договорились. А твои влажные мечты – твои проблемы.
– Юль, а у тебя есть что-нибудь еще съедобное?
Все, что было приготовлено непосильным трудом, исчезло в Вадиме так быстро, что я и не заметила за разговором…
– А в тебя влезет?
– А ты проверь.
Боже. Кормить голодного мужчину – это же такое удовольствие! Особенно, когда он лопает без остановки и добавки просит!
– Ну… Есть пирог…
– Тащи.
– Он с творогом и кабачком…
– И что?
– Андрей вчера сказал, что я специально готовлю так, чтобы он не мог ничего съесть…
– Тебе не приходило в голову, что он просто питался в другом месте, а для тебя сочинял отмазки, заодно и виноватой делал?
Хорошо, что я уже и так сидела. Иначе бы упала без сил.
– Боже… Вот он козел!
– Да не парься ты. Мне больше достанется. Тащи свой пирог!
Пирог был торжественно водружен на стол.
– Ох, ни фига ж себе! – Он зачем-то полез за телефоном. Начал что-то на нем настраивать и наводить камеру на стол.
– Эй, что ты делаешь? Зачем снимаешь? Ты не похож на тиктокера, Вадим…
Даже расстроил этой своей выходкой, больше подходящей подросткам или понтоватым девицам…
– Ща маме отправлю.
– Кому?!
– Похвастаться хочу. Показать, как меня хорошо кормят…
– Ты серьезно, Вадим, не шутишь?
– Нет. Мою роднулю волнует только одно в жизни сына: чтобы он хорошо покушал. И вот, я ее иногда радую…
– А в остальные дни? Она думает, что ты голодаешь?
– Ну, не буду же я отправлять ей фото коробок из фастфуда?
В его телефоне что-то звякнуло.
– Что пишут? Просят выплюнуть каку?
– Нет. Мама попросила взять у тебя рецепт.
– Извини. Ничем не смогу помочь… – Я наблюдала, как он прячет гаджет обратно, сам нарезает пирог и тут же с удовольствием его уминает. Такой аппетит впечатлял и радовал. И немного огорчал: такими темпами, я задолбаюсь бегать по магазинам и закупать продукты…
– А что? Фирменный секрет?
– Это была импровизация. Я не помню уже, что и в каком количестве положила…
– А дай-ка мне номер телефона твоего супружника…
– Это зачем?!
– Будем ему жизнь отравлять целиком и полностью. Пускай страдает на все сто процентов!
Не задумываясь, протянула ему свою трубку с открытым номером Андрея.
Вадим задумал какую-то пакость… Но я ему, отчего-то, целиком и полностью верила.
– Все!
– И что ты сделал?
– Сказал ему спасибо.
– Спасибо?! За что? – Этот человек вводил меня в еще больший стопор своими выходками словами, чем поступки Андрея.
Но этот ступор был совсем другой – волнующий и немного приятный. Я почему-то не ощущала от Вадима никакой угрозы. Просто очень странное поведение у человека…
– Ну, если бы не его тупость… Разве бы у меня был шанс оказаться рядом с такой женщиной?!
– И что ты ему написал? Покажешь?
– Не нужно тебе видеть разговоры взрослых мальчиков. Мы всякие слова нехорошие знаем…
И тут же взялся тыкать что-то на экране моего гаджета…
– Эй, ты что там делаешь? Отдай!
– Ничего. Ничего страшного. Все, забирай!
Вместо контакта «Любимый муж» теперь светилось «мудила».
– Что ж… Оригинально. Я бы до такого не додумалась…
– Я свой номер тебе тоже записал.
Тут же раздался звонок от абонента «Моя любовь»…
Глава 6
Переборщил чуток. Поторопился.
Наверное, надо было дать ей денек, чтобы привыкла, а потом уже вбивать свое «имя» в телефон.
Но, черт побери, как можно ждать, если такая женщина перед глазами? Если вообще никаких мыслей нет, кроме того, что ее нужно срочно себе забирать?
– И зачем ты это сделал, любовь моя? – Юля протянула эту фразу таким елейно-сладким голосом, таким обещающим… что даже бубенчики чуток поджались: ясно стало, сейчас грянет буря! И такая, что мало мне не покажется.
Если, вообще, из дома не выкинут.