Развод на миллион. Вакансия: помощница

Глава 1

– Закрой свой рот и не указывай мне, что делать, поняла?!! – Меня взяла оторопь. Язык застрял где-то в горле.

Если бы Никита ударил меня при всех – не так бы сильно задел и обидел.

Пальцы, в которых были сжаты несчастные документы, нещадно задрожали. Еще немного – и выронила бы.

– Ты делаешь ужасную ошибку, Никит. Пожалуйста, не нужно!

– Да кто ты такая, чтобы мне указывать? Знай свое место, и не лезь в мои дела! – Он свирепел на глазах. Превращался в кого-то чужого, незнакомого и страшного.

– Я – твой партнер по бизнесу. И имею право на голос!

Такой позор – устроить скандал на глазах у посторонних. У людей, которые относятся ко мне с уважением. И не только ко мне, а к нашей с Никитой паре.

– Какой ты партнер? Уймись, женщина. И не раздражай меня. А лучше – свали из этого кабинета.

Пять лет. Он пять лет называл меня самой лучшей и самой незаменимой. Не обходился никогда без моих советов…

– Я – твой партнер. Аналитик. И прекрасно вижу, что ты хочешь себя загнать в ловушку. Ты все разрушишь, Никита!

Характер не позволял упасть на колени и умолять его. А уже пора бы: одним росчерком своей дорогой чернильной ручки он уничтожал наш бизнес. Готовился отдать его за долги.

– Ты – никто без меня. И твое мнение никого не волнует.

– Я вместе с тобой это все создавала. И не позволю просто так поломать…

– Ты – бестолковая, никому не нужная игрушка. Обычная помощница. Знай свое место, и не высовывайся.

– Если я буду молчать, ты быстро разоришься…– Спорить с ним сейчас – как с бетонной стенкой. Слова отражались и летели в меня, только еще больше ранили.

Но я не могла не предупредить. Не получалось молча наблюдать, как наша счастливая, очень удачная жизнь рассыпается….

– Ты без меня – никто. И ни с чем не справишься. Так что лучше – молчи.

– Зря ты так с девушкой… – Ленивый голос мужчины, который все это наблюдал, испугал еще больше, чем его предыдущее молчание.

Он мне дико не нравился с самой первой минуты. Раздражал и нервировал своим, каким-то странным, пронзительным цепким взглядом.

– Моя жена – как хочу, так и разговариваю. – Никита потерял тормоза окончательно. Его несло куда-то. В те дали, откуда люди вместе уже не возвращаются. Во всяком случае, я уже точно решила, что не переживу таких унижений…

– А зачем ты женился на такой, если она бесполезная?

– Да подобрал когда-то, из жалости… Теперь вот не знаю, как отделаться…

Дыхание перехватило. Челюсти свело от возмущения. Сделала шаг вперед – и остановилась. Не дело это – убивать мужа при свидетелях. Но в мыслях уже пролетели картинки самых страшных казней.

– Я думаю, она вполне способная и приличная. Ты что-то упускаешь, Никит. – Этот бородач продолжал обсуждать меня – в моем же присутствии – все таким же спокойным тоном, как только что рассказывал о подробностях контракта.

– Нет. Не спорь со мной. Я лучше знаю, Степан. Одна нервотрепка и убытки.

Секретарь, которая принесла кофе и не успела выйти, только тихонько ахнула, зажимая рот. Бросила мне сочувственный взгляд и тут же смылась. Поняла, что ничем хорошим не закончится этот разговор…

– А давай, поспорим?

Этот мужик, ради какого-то маскарада переодетый в приличный костюм, но забывший побриться, вдруг загорелся азартом. Даже вперед подался, протянул Никите руку.

– О чем? И на что?

– На миллион.

– Шутишь? Миллион – слишком крупная сумма для шуток.

А я уже видела, как его глаза сузились: жадность – вот лучший крючок, на который можно зацепить моего мужа. В последнее время он стал ненормально зацикленным на деньгах.

– Нет. Я забираю Варвару с собой. И доказываю, что она способна на многое.

– Пффф… Я-то думал, ты о чем-то серьезном… – Никита разочарованно отвернулся. Прошелся по мне скользящим, невидящим взглядом. Так, словно меня здесь и не было вовсе.

Из памяти всплывали все новые и новые способы расправы – все более жестокие и потому интересные. Пора было брать ручку и записывать – чтобы потом расставить их по порядку и выбрать самый лучший….

– Так я серьезно. Только нужно сразу решать: если соглашаешься – я сразу увожу ее отсюда. И без откатов назад. – Степан продолжал гнуть свою линию.

Это было еще большим издевательством, чем слова Никиты – еще изощреннее и циничнее.

– И что дальше?

– Если она не справится – я плачу тебе миллион. Если все получится, и она сможет все делать идеально – платишь ты. Я никогда не обманываю, ты в курсе.

Я чуть не рассмеялась, в голосину. Этот жук только что развел моего мужа на кабальный договор, с такою дикой неустойкой, что нам уже пора было бежать куда-то за границу. Менять имена, пол, год рождения – и прятаться всю жизнь.

И… надо было бы вмешаться. Предупредить Никиту, чтобы не ввязывался в это больше…

– Слушай, миллион – это же немного по нашим временам. Мы же не уборщицу обсуждаем, в конце концов. И я останусь без помощницы на какое-то время… – А муж уже вовсю торговался.

Он превратился в какого-то страшного монстра. За очень короткое время… И сейчас его гнилая сущность раскрывалась окончательно.

– Ну, давай, в твердой валюте договоримся. Какая тебе нравится больше?

Степан начертил на бумаге – цифру и значок.

Очень соблазнительные знаки и цифры… Если забыть, что это была цена, которую назначили за меня, кажется…

– Хм… Что ж… По рукам.

Сволочь! Урод! Подлец продажный!

– Что скажете, Варвара? Вы поможете мне заработать этот миллион? – Степан впервые обратился ко мне. И впервые – так уважительно…

– Я разве корова? – Хотелось убивать обоих. Но мужа – больше. И отомстить ему, и доказать что-то… И оставить без штанов, чтобы всю жизнь потом мучился в нищете, пока не сдохнет!

– Поверьте, до коровы вам очень далеко. Вы – лань грациозная. Не нужно себя оговаривать…

– И все же – животное? У которого нет права на выбор и на свое слово?

– Если все сложится – миллион будет твоим. Отличный способ показать и доказать мужу, что он не прав. Мне кажется, будет глупо от него отказываться?

Медовый голос… Взгляд, от которого просто невозможно оторваться…

Гипноз? Это он таким способом свел с ума Никиту, а теперь принялся за меня?

– А потом к нему вернуться и принести этот гребаный миллион в своем клювике?

– Нет, конечно. Вы обязательно разведетесь.

– А не пойти ли вам, любезный, на …. хутор, например? Половить там бабочек?

Мое желание убивать нарастало. Причем – обоих мерзавцев, которые пожелали меня обидеть.

– С удовольствием. Обожаю хутора и бабочек. – А вот Степан, почему-то, не расстроился. И не осекся ни на секунду. Наоборот: он как-то очень удовлетворенно улыбался.

– Ну, вот и отправляйтесь! А я сама решу, что делать со своим браком!

– Варь, мы уже решили все. Можешь отправляться вместе с ним.

– Что? – Каблуки моих туфель практически вонзились в пол: с такою силой я повернулась к мужу. Вовремя затормозила, а то бы прямо на него понесло!

– Ну, миллион же не валяется на дороге, верно? Нужно заработать… – Он не смотрел мне в глаза. Куда угодно пялился – только не на меня.

– Что ж. Ладно. Как скажешь, дорогой!

– Вот. Видишь, я опять оказался прав. Тебе нужно было только меня послушать и вдуматься – и все встало на свои места!

Этот человек в былые времена смотрел как на чудо, на мои таблицы с расчетами. И никак не мог понять, как я управляюсь без бумажки и калькулятора. А теперь, видишь ли, он всегда и во всем прав!

– Степан. Я согласна сотрудничать с вами. Пойдемте, покажете мне фронт работы!

–Варь, ты что, вот прямо так сразу и уйдешь?

– Мне некогда разговаривать. Ты уже почти разорен. А мне нужно думать о будущем, как-никак!

Не дожидаясь ответа ни от одного, развернулась и вылетела из кабинета.

Плевать хотелось на обоих – и на мужа, и на этого хитрого бородатого козла – Степана.

– Далеко бежать собралась, Варя? – Я не слышала, как и когда он меня догнал. Так мягко ступал подошвами ботинок и совершенно бесшумно ступал. Поймал уже у лифта.

– А куда надо?

– На хутор, само собой. Тебе там понравится, обещаю!

– Деньги мне отдашь только после развода! И вообще, прекрати улыбаться так довольно! Раздражаешь!

Он зачем-то взял меня за руку. Очень аккуратно – кончиками пальцев коснулся запястья. Почти неуловимо и совсем невесомо. Но меня будто током шарахнуло – все нервные окончания на теле зазвенели предупреждением. Ощущения обострились до невозможного.

– Конечно, после развода. Я не собираюсь обеспечивать твоего дурного мужчину…

Я потянула руку обратно: казалось, что она больше не принадлежит мне, попала во власть этого странного мужчины.

Степан не отдал. Наоборот, чуть сильнее обхватил запястье, погладил чуть выше, провел до самого локтя костяшками пальцев… Сердце заколотилось. Глаза расширились.

Очень странная у меня реакция на этого странного, непонятного, опасного бородача!

Во что я только что вляпалась? И зачем согласилась на его аферу?! Он же и Никиту так облапошил, наверняка!

– Куда ты меня везешь?

Как зачарованная, вышла на улицу, села в машину, пристегнулась.

Меня настолько оглушило происходящее, что не сразу поняла: мы едем куда-то не туда. Явно не в деловую часть города. Не в офис, который у Степана находился в самом блатном районе, если верить тому, что он о себе сообщал…

– На хутор же. Я не шутил, когда говорил об этом.

– Если ты хочешь сделать из меня наложницу, то очень зря!

В голову полезло все самое страшное: лес, глушь, я одна. И мужчина, о котором неизвестно ничего, кроме его странного, подозрительного обаяния!

– А что так? – Его изрядно веселил мой страх. Под бородой мелькнула белозубая улыбка – впервые настоящая, искренняя.

– Я скучная в постели. Ничего такого не умею… особенного! – Мурашки на коже почему-то намекали, что в постели с этим бородачом стоит и постараться, конечно…

Притворилась, что эти мурашки не замечаю. Не готова я быть наложницей, даже за миллион! Не для того я столько училась и пахала, как слон!

– Не расстраивайся. У меня удобные кровати. – Он помедлил. Наверное, чтобы я успела представить все в воображении и хорошенечко поднапрячься. – А после работы на свежем воздухе они так вообще идеальные!

– Уснешь вот так нечаянно, а я тебя ограблю. И сбегу. Не страшно?

– Ты не захочешь убегать. Тебе понравится. – И снова прозвучала какая-то двусмысленность в его словах. Очень-очень опасная…

– Ты, главное, сам удержись. Раньше времени меня не выгони!

– А есть такие варианты, да?

Его не тронула моя угроза. Скорее, повеселила.

– Я умею работать только с цифрами и информацией. Больше ни на что не способна. Не знаю, зачем ты вообще со мной связался…

– Мы раскроем в тебе еще много всяких разных способностей. Не сомневайся.

И почему-то окинул меня странным взглядом. От самой макушки и до лаковых туфель.

Я только порадовалась, что ноги спрятаны под брюками… Коленки от этого осмотра уже не выжили бы – подпеклись бы и обуглились, однозначно!

– Ты маньяк? Больной? Аферист? Что не так с тобою?

Чем дальше мы ехали в лес, тем становилось все страшнее и подозрительнее. И вот эти странные обещания просто жутко напрягали.

– Мне нужна помощница. Во всем.

– В чем? Конкретнее, будь добр?

– Я покажу тебе все. А дальше будешь сама решать.

– Ты странный.

– А то.

Крыть было нечем.

И добавить – тоже.

И вообще, пришло время рассматривать место, куда он меня привез.

– Это твой хутор?

Небольшой поселок совсем не был похож на убогую деревню из двух домов, которую я уже себе нарисовала.

– Частично мой. – Он все еще рулил и вез меня куда-то, по пыльной проселочной дороге.

Тишина. Идиллия. Жуткая пыль и жара. Вокруг – поля и травы.

И я – на шпильках. И в брючном костюме цвета индиго.

И ни одной запасной вещи с собой не взяла.

И кто из нас странный и идиот, спрашивается?!

Лицо кирпичом – это моя сверхспособность.

Никто никогда не способен догадаться, о чем я думаю и как сильно переживаю.

Степан, хоть и искоса, но несколько раз на меня поглядывал, пытаясь считать реакцию. Не считал.

Но как-то тоже не расстроился. Или не показал мне это?

Нехорошая мысль мелькнула: это что, получается, мы с ним – два сапога пара?! Это очень и очень нехорошо…

Поразительно: дорожка во дворе оказалась мощеной. И мои любимые туфли цокали по ней, как по лучшей городской мостовой.

И в целом, все выглядело не таким уж страшным и убогим, как на въезде на хутор…

– Сейчас перекусим , и я покажу тебе владения. – Степан ходил уже по дому, все так же не глядя на меня. Как будто моя реакция его ничуть не волновала.

– Только не проси меня готовить, пожалуйста. Я на это не способна!

Добилась, все-таки, короткого взгляда. Изучающего, но не злого.

– Сегодня готовить не придется. А потом – да. Это будет твоя обязанность.

– Может, еще и печку топить придется?!

– И воду с улицы носить, конечно. Мы же на хуторе. Без этого никак нельзя!

Перспективка – так себе. Она мне совсем не понравилась.

– А мыться я где буду?

– В бане. Или в реке. Мы же в деревне, Варя. Чего ты еще хотела?

– Ты издеваешься, да?

– Над тобой твой муж издевался, а я – отношусь по-человечески.

– У тебя же здесь нормальные условия! Не придумывай! – Прошла вслед за ним на кухню, на которой сразу же бросились в глаза – кран для воды, плита, микроволновка, холодильник.

Ни черта не глухая деревенская обстановка! Да и сама обстановка больше смахивала на приличную городскую квартиру.

– А ты планируешь жить вместе со мной? – Он что-то поставил на разогрев, достал посуду и прибору, расставил все это на столе.

И все так же притворялся, что на меня не смотрит…

– Нет, конечно! – Находиться в одном доме с этим странным человеком – да упаси меня Боже! Никогда и ни за что!

– Ну, вот. А вода и плита – только здесь.

– Да и черт с тобой!

Испугал ежа голой жопой, называется.

Наскоро перекусила тем, что было поставлено на стол. Не замечая ни вкуса, ни цвета, ни запаха. Главное – не остаться голодной в этих странных условиях…

Степан и посуду собрал самостоятельно. Не намекнул даже, что пора вступить в права помощницы.

Я даже чуть-чуть расслабилась: может быть, он просто пошутил? И ничего от меня требовать не станет? Просто позволит немного здесь побыть, а потом вернет обратно, домой?!

– Так что мы будем делать теперь? Может, пришла пора поделиться планами? – Подтолкнула его к признанию.

И даже улыбнулась. Надеялась, что вот сейчас он улыбнется тоже и расскажет про свой розыгрыш…

– Раздевайся.

– Что?! Что ты себе позволяешь?! – Боже.

Подпрыгнула на месте. Внутри все вскипело и заклокотало.

Я не знала, кого уже ненавидеть больше: наглого, бессовестного, циничного Степана или мужа, который заставил согласиться на этот бред.

Ненависть затопляла, готовилась найти выход. Такой, что никому уже сказкой не покажется!

– Тебе нужно переодеться.

Он даже на меня не смотрел. Все так же обращался, как с животным. С собакой, например.

– Можно, я сама решу, что делать?

– Как хочешь. Думал, тебе пригодится совет…

– Мне нравится моя одежда. И в этом вопросе ничьи советы не нужны…

Мой стильный деловой костюм и шпильки еще никогда не получали такую порцию пренебрежения.

– Что ж. Как хочешь, я предупредил… Пойдем, покажу объем работы…

Твою же мать! Разве нельзя было сказать по-человечески, что потащит меня в поле, к коровам?!!!

Идиллия: лето, жара, ароматы цветов висели в воздухе, дурманя и пьяня. Стрекот кузнечиков не раздражал, а скорее умиротворял…

И я, как идиотка, ковыляла на каблуках по заросшею травою тропке.

Могла бы пойти и босиком. Но из чистой вредности не разувалась.

Просто не хотела сдаваться. Ни черта он меня не увидит босой!

После этого рубежа останется стать беременной и зависнуть на кухне…

– Это все твое, что ли?

– Мое. Второе стадо – на другом поле.

– Да ты у нас олигарх, что ли?! Богач по местным меркам?

– Тут ферма, да. Есть еще козы и немного птиц…

Впервые в его голосе прозвучала какая-то эмоция. Положительная. Что-то очень похожее на гордость…

– А я тебе зачем?

– Помогать мне будешь. Одному очень сложно заниматься этим и вести дела в городе.

– И что? Коров доить буду? Или навоз выносить за ними?!

– А ты умеешь? Или нужно будет научить?

Блин блинский! Козел бородатый!

Поставил меня перед дилеммой: признаться ему во всех своих умениях или, все же, скрыть их?

– Научи, конечно. Я же сразу сказала: умею работать только с документами. И коров никогда в глаза не видела…

И тут же выпрыгнула наружу из своих шпилек. Самым натуральным образом.

Сзади меня кто-то пнул. Не сильно, но ощутимо.

Милая буренка. Небольшая – теленок еще. Подкралась и зажевала полу моего пиджака.

– Эй, отдай, отдай мне его, пожалуйста!

Очень было сложно притвориться, что мне страшно.

Но я старалась. Даже шлепнула ее немножко по носу.

Она лишь мотнула головой и продолжила жевать.

– Степа! Помоги! Ты не видишь: она мою одежду портит?!

– А я тебя сразу попросил поменять наряд. – Он погладил буренку за рогами, почесал ее и вытащил обслюнявленный пиджак из недовольной морды. Животинка не расстроилась, тут же начала ластиться к мужчине.

– Мне кажется, тебе лучше общаться с коровами, а не с женщинами. Гораздо лучше выходит…

Костюм теперь – только на выброс. Его уже не спасла бы никакая химчистка…

Брюки безнадежно засыпало пылью, летевшей с травы… На туфли смотреть не хотелось, чтобы совсем уже не расплакаться.

– Думаешь? – Степан отобрал у меня пиджак, и зачем-то обнял.

Тонкая шелковая ткань будто бы исчезла с моей спины – таким обжигающим было прикосновение. Он словно голое тело мое потрогал. И снова выбил из груди воздух.

Еще чуть-чуть – и я потянулась бы за его рукой, как та коровушка, что сейчас глядела на нас любопытным глубоким глазом.

– Руки убери от меня! Я тебе не корова! И не коза, чтобы лапать вот так запросто! – Увернулась, отпрыгнула, прячась за телочку.

– Ты в этой блузке от жары умрешь. Спина горячая. Еще немного – и будет тепловой удар.

Как ни в чем ни бывало, он спрятал свою ладонь в карман. Прикинулся, значит. Чтоб его черти за ногу потянули прямо в ад! Меня всю внутри перетряхнуло и расколбасило. А он, получается, температуру тела проверял?

– Спасибо за совет.

Стряхнула с ног туфли. И чуть не расплакалась от удовольствия: ступни давно уже отекли от жары и усталости, гудели и ныли. И теперь горячая трава была для них как искупление…

Степан внимательно наблюдал за моими действиями и молчал.

А мне уже было пофигу.

Хотел раздеть меня посреди поля?

Да пожалуйста!

Начала потихоньку расстегивать пуговки блузки. И – да, мне стало легче дышать.

И такое удовольствие – наблюдать, как вытягивается его наглая физиономия!

Глава 2

Твою ж налево…

На улице – жара. Такая, что давит к земле.

А у меня – мороз по коже. Мурашки ползают по телу и колют, поднимая дыбом все волоски.

Что же она творит? Что она, черт побери, делает? Эта колючая, холодная, неприступная стервозина?!

Тонкие пальчики снуют по петелькам, выпуская пуговки на волю…

А я непроизвольно сглатываю слюну.

Голодную.

Затаив дыхание, жду… Очень сложно не показывать, как манит меня то, что спрятано под полами блузки. А они, как назло, не хотят расползаться по сторонам…

Белоснежная шея, не тронутая загаром, кажется все длиннее и длиннее. Ползущая по ней капелька пота завораживает.

Кулаки сжимаются в карманах. Усилием воли держу их на месте, чтобы не рвануть уже, к хренам собачьим, эту несчастную белую ткань и не довести дело до логического конца!

Краешек кружевного белья – словно кость для жадного взгляда. Его уже просто невозможно отвести больше.

Бледно-розовые ореолы светятся под тонким кружевом и доводят меня до состояния, близкого к трансу.

Еще немного – и мы оба окажемся в ближайших колючих и пыльных кустах. И плевать, что на этом сломаются все мои планы!

К счастью, телушке Варя тоже очень сильно понравилось. Или к несчастью?

Краешек нежной блузки оказался очень вкусным. И буренка его с наслаждением зажевала. Смачно так, причмокивая, пуская слюни…

– Надевай мою. – Не заметил даже, как скинул свою рубаху, протянул ее девушке.

– Зачем? Сам же сказал – очень жарко. Твоя тоже мешать будет…

Высокомерная засранка. Отшатнулась от моего подношения.

– Сгоришь, нахрен. Одевайся. У меня – хлопок, в нем от жары не умрешь.

Колкий взгляд – вместо ответа.

И ее руки спускаются к пряжке ремешка, поддерживающего брюки.

– Хочешь, спою тебе?

Возбуждение, накрывшее с головой, чуть отпускает.

Женщина, которая не хочет меня слушаться, – прекрасна. И заводит своим непослушанием. И я ни за что не откажусь от своих планов.

Но стриптиз на виду у коровьего стада – это что-то. Не только волнующе, но и очень смешно.

– Думаешь, стоит устроить конкурс талантов? – Варя тоже ловит комизм ситуации, но не тормозит.

Молния на брюках расползается, ярко-синие штанины сползает на пол. И Варе плевать, кажется, что вся ткань становится серо-бурой от налета пыли.

– Просто стриптиз без музыки – это как-то не очень романтично…

Взгляды могут убивать. Да, я про такое слышал.

Но увидел впервые – едва-едва успел от едкого выстрела увернуться.

– А где здесь стриптиз показывают? – Она с нарочитым удивлением покрутила головой по сторонам…

– Тебе костюм, я так понимаю, не нужен? – Буренка уже выплюнула тряпку, в которую успела превратить белоснежную кофточку Вари и теперь пристраивалась к брюкам. Не то, чтобы меня очень сильно волновала судьба костюма… Но надо было как-то отвлекаться от длиннющих стройных, бесконечно красивых ног.

Раньше думалось, что каблуки и шпильки всегда добавляют женщинам роста, стройности и красоты… Ни хрена подобного: Варя без обуви и штанов оказалась еще стройнее и красивее!

– Так он же не экологичный. Сам сказал?

– Ты чего добиваешься, Варя? Хочешь сгореть на палящем солнце? Я, конечно, не против того, чтобы намазывать твою нежную спину сметаной… Но есть и другие развлечения, более приятные, согласись?

С упорством, достойным чего-то более важного, я добивался того, чтобы она надела мою рубашку. Хотел ее увидеть в своей одежде.

Озабоченный идиот, не иначе. Самое обидное: никогда раньше за собой не замечал такого…

– Ой. Давай уже. – С достоинством королевы она протянула руку.

Как электричеством щелкнуло, когда кончики женских пальцев коснулись моих.

До самого копчика, словно колом проткнули…

И какое-то сытое удовлетворение накрыло: Варя накинула ткань на плечи, запахнулась в нее. Начала впитывать мой запах.

– Отлично выглядишь. Мне нравится. – Голос перестал слушаться, стал каким-то колючим, хриплым. Каждое слово царапало горло…

Варя упорно смотрела куда-то вдаль. Хмурила брови, крылья точеного носика вздрагивали.

– Пойдем домой. Там есть нормальная одежда. И шляпу какую-нибудь дам. Иначе реально – ты тут сваришься.

Надо было что-то делать с этим наваждением: у меня на девушку совсем другие планы были, а не разврат. Во всяком случае, разврат – не самое главное!

– А мне тут нравится… – Варя, словно проверяя на прочность мою выдержку, крутанулась вокруг своей оси. Как модель на подиуме.

В моих глазах замерцали какие-то темные мушки.

Это было что-то невозможное.

– Ну, я же говорил, что у тебя все получится. Осваивайся, Варя, обживайся. – Звуки все так же царапали горло. Но хоть как-то отвлекали меня от сумасшедшей и сводящей с ума красоты.

– Буренушка, милая, не ешь эту каку. Она вредная для желудка! Ты же потом не сможешь давать хорошее молочко…

Варя заворковала с теленком, обняла его, погладила по ласковой морде. И легко, нанавязчиво отобрала у нее свои замученные шмотки.

И танцующим шагом пошлепала обратно по тропинке.

– Степка, ты откуда эту русалку-то вынул? – Из-за кустов вынырнула тетя Маня. Приставила руку козырьком к глазам, залюбовалась осанкой красотки.

– Помощницу тебе привез. Из города.

Тетя Маня оглянулась на полное ведро с молоком. Перевела взгляд на Варю. Опять на ведро.

– Помощницу? Так она же сломается под любым коромыслом…

– Поверьте, не сломаюсь, милая женщина! Не дождетесь!