Вакансия: муж. И все очень прилично
- -
- 100%
- +
Знала, к чему все идет, и чем закончится. Но не увернулась, и по лицу ему не дала. Смотрела, как расширяются зрачки. Как переливается радужка разными оттенками, отражая мое лицо…
Его губы легко и почти невесомо прошлись по моей щеке. По второй. Кончиком носа мужчина пощекотал мне скулы, прошелся к виску и к мочке уха… Боже. Только один звук его дыхания, приглушенного, прерывистого, и то, как он жадно втягивает воздух, мог бы довести до комы, до сладких судорог…
– Милана Артуровна, я жду!
Оцепенение как ветром сдуло. Меня, такими темпами, с работы выгонят и дома запрут! И прощай, долгожданная свобода и независимость!
Гопник же не успокоился, только раззадорился. Не отпустил – прижался к губам. Легко, без нажима. Но и не отпускал.
– Что ты творишь? Я на работе!
– Репетирую. – Он сделал шаг назад. Оглядел меня недовольно. – Хреново у тебя получается. Ни огня, ни задора. Подумай над своим поведением, Милана. Влюбленная дурочка у тебя не очень пока получается.
– Зато из тебя выходит шикарный придурок! Будешь за двоих отдуваться!
– Как скажешь, милая. Как скажешь.
Свалил, к чертям, и к такой-то матери. Исчез из поля зрения, но никак не хотел уходить из мыслей.
– Добрый вечер, красотуля. Скучала по мне? – Он пришел за десять минут до окончания смены. Снова навис над стойкой. – Это тебе, кстати.
– Это что?
На столешницу лег какой-то сверток. Странной формы, подозрительного запаха и в газете.
– Пацанский подкат. Ты не думай, у нас тоже не принято к даме с пустыми руками ходить.
Я весь день готовилась предложить ему еще прием у дерматолога. На всякий случай. Просто губы слишком сильно чесались и зудели после утреннего поцелуя…
Но Иван Иванович снова меня уделал: подарков от него я точно не ждала.
– А чем он так воняет подозрительно?
– Вобла. Домашняя. И пиво. Тоже не абы какое, а свежесваренное.
– Милан, ты готова? – Сестренка ворвалась, как ураган. – Давай, быстрее, у нас очень мало времени! Тихон разрешил гулять до девяти!
– А без меня никак? – У Стефы нормальные коллеги и друзья. Шикарная компания. И если бы не эти бесконечные попытки выдать меня замуж…
– Ты что? – Сестра округлила и без того огромные глаза. – Он же меня только ради тебя и отпускает! А так бы фиг остался сидеть с Алисой!
– Хотите рыбы, барышня? – Иван, конечно же, ворвался в эфир со всей своей непосредственностью. Внимательно слушал наш разговор, и на самом интересном месте вмешался.
– А вы, собственно, кто? И какая рыба? – Стефа запнулась на середине слова. Подозрительно осмотрела незваного собеседника.
– Очень вкусная. Вы попробуйте. Хотите, почищу кусочек? – Он взялся деловито распаковывать кулек.
– Мил. Кто это? Может, позвонить Тише?
– Не нужно. Все хорошо, сестренка. – Поймала недовольный взгляд бандюгана, с таким прозрачным намеком…
Положила свою ладонь поверх его. Сестра поперхнулась воздухом.
– У нас любовь с Миланой. Я – Иван. А вы кто? Кстати, пиво будете?
Вокруг нас все замерло и затихло. Только сердце нарушало беззвучие своим оглушающим «тук-тук-тук».
А нет. Сердце тоже забыло, как двигаться. Это стрелка настенных часов отмеряла секунды…
Глаза сестренки двигались в том же ритме: наши с Иваном сцепленные руки – мое лицо- лицо гопника. И так по кругу, несколько раз.
Наконец, она устала от этой зрительной гимнастики, уставилась на меня.
– Это розыгрыш?
Я лишь пожала плечами. Язык присох к гортани и никак не отлипал. Затеяла заваруху, даже все обдумала, кажется… Только не готова была, что все вот так внезапно начнется!
– Мил, скажи, что это шутка?
– Нет. – Иван вальяжно облокотился на стойку, осклабился довольно. – Я жених Миланы. Скоро стану мужем. А вы кто, собственно?
– Милана, где ты его взяла? Что это, вообще, такое? – Стефа упорно игнорировала парня. Похоже, думала, что если на него не смотреть – рассосется, развеется, как туман.
Совсем как со своей беременностью. Она тоже долго боялась делать тест. Ждала, что все само собой образуется.
– Мил, а у этой дамы как, вообще, все нормально со слухом? Может, тоже того, запишешь ее к кому-нибудь? Ухолог, или как там врач называется?
Он доверительно склонился ко мне, откровенно дурачась. Иван все больше увлекался процессом, а мне это уже перестало нравиться.
– Это моя сестра. И она абсолютно здорова! Просто немного растерялась…
– А, сестра! Родня, выходит? – Иван чему-то несказанно обрадовался. – Привет, сестра! Буду скоро тебе почти братом. Это надо обмыть. Или хотя бы объесть… Рыбу, все же, будешь?
Он, наконец-то, выудил из газеты сушеную рыбешку.
– А она с икрой? – Стефа очнулась. Пришла в себя. Заговорила нормальным голосом.
Только почему-то перчатки сжимала с такой злостью, словно хотела кого-нибудь ими убить.
– Обижаешь. Каждую выбирал своими собственными руками. Всех прощупал. Времени убил вагон, да разве для родных и любимых жалко?
Он держал рыбину за хвост и точно так же, как Стефа, похлопывал ею по ладони.
Что ж. Если он ее победит, у меня есть шансы…
– Заверни обратно. Я дома попробую. И Милу накормлю. Сейчас руки грязные, да и некогда. – Стефа кивнула ему по-царски и все. Сделала вид, что больше не замечает. – Милана, я тебя жду. И не придумывай отмазки: ты обещала мне еще неделю назад!
Забыла. Я позорно забыла о своем обещании. Но, кто же знал, что за несколько дней в моей жизни случится столько всего?
– Хорошо. Сейчас переоденусь и поедем. – Скорбь в моем голосе сестренку нисколечко не смутила. Раз она вбила себе что-то в голову, хоть умри, но сделай, как она решила!
– Держи. Я привезла тебе платье и шпильки. И чулки тоже.
Иван, до того молчавший, резко встал в стойку.
– Я никуда не пущу ее одну! Даже с родней! – Перехватил пакет в полете.
– Да какого черта? Охренел, мужик? Я сейчас полицию вызову. – Она дернула за ручку с такой силой, что вещи посыпались на пол. – Мила, где ваша охрана? Тебе самой не надоели эти шутки?!
А Ванечка-то уже начал свое отрабатывать, смотри-ка. Даже захотелось улыбаться…
– Стеф, отдай ему пакет, не дергай. И вещи собери. Иван сказал все правильно: я без него никуда не пойду и не поеду. Только с ним.
– Окей. Скажешь, когда закончится розыгрыш. Я тебе отомщу, поняла?
– Все по-честному, Стеф. Вспомни, вы с Тихоном тоже никак не могли друг от друга оторваться поначалу. Да и сейчас крайне редко отлипаете… Вот и у нас. Тоже…
– Что «тоже»? Откуда он взялся?
– Из подворотни, Стефания. Прямо из подворотни. Милана шла по улице, увидела, как я валяюсь, прикрытый ветошью. Подняла, умыла, обогрела, денег дала. И теперь очень любит. Разве не заметно?
Игра у гопника отменная: он обласкал меня таким горячим, таким дурманящим взглядом… Даже сейчас, напряженная и встревоженная, ощутила, как слабеют коленки…
– Мила, он тебе зачем такой? Есть же нормальный человек. С бизнесом, воспитанный, умеет ухаживать… И уж точно не принесет тебе газету с костями вместо цветов!
– А чем тебе рыба-то моя не угодила? Но могу колбасу, хорошо. Она тоже полезная и вкусная…
Он дурачился, уже откровенно. И в то же время – взгляд Ивана застыл, сосредоточился, стал внимательным и холодным. И даже как будто черты лица заострились.
– Мил, ты реально с ним куда-то собираешься? – Сестра притопнула ногой от нетерпения. – Там люди ждут, и время идет. Мне же нельзя опаздывать домой!
– Да. Собираюсь. И только с ним.
Пара часов позора, зато поработает громоотводом. Вовремя он мне на голову свалился…
– Милана, как я рад нашей встрече! – О, господи… Откуда столько сюрпризов для меня одной?
Стоило только шагнуть за порог, и мы уперлись носами в широкую грудь, обтянутую тонким свитером. Стильным, само собой. И торчащим из-под модной кожаной куртки.
– Слышь, товарищ, дай людям пройти. Не путайся под ногами. – Иван, ничуть не смущаясь, отодвинул Юру в сторону. Немного отодвинул, правда. И совсем не далеко.
– Мила, я вас подвезу со Стефанией. Она попросила, а я никак не мог отказать.
Зубы мои скрипели, готовясь превратиться в крошку. Вот знала, что Стефа его притащит, обязательно! Но не к самому же порогу? Это совсем перебор!
– Она со мной поедет. И это не обсуждается.
Я наблюдала, как Юра осторожно и медленно поворачивает голову, словно не веря своим ушам. Как выгибает бровь – презрительно и немного надменно. Как дергается вверх его губа…
– Это кто? – Подарил Ивану всего лишь секунду своего внимания и тут же отвернулся. – Водитель или охранник?
– Я ее будущий муж. А ты кто?
Немая битва глазами.
Юрий теперь внимательно изучал каждую деталь в образе Ивана. И оценивал, наверное. На его лице было написано: «не стоит и пятака этот соперник»
Почему-то лицо Ивана изображало то же самое. Он кривился даже больше, чем стиляга Юрий, казалось – еще вот-вот, и он сплюнет ему под ноги.
Нет, не показалось. Реально плюнул. Жвачка откуда-то взялась. Хорошо, хоть не на ботинки Стефиного кума…
И снова уставился на Юрика, как на назойливую муху.
Ноздри настырного ухажера вздрогнули, раздулись, грудь заходила ходуном.
– Чувак, сходил бы ты, умылся для начала. И одежду постирал…
– А она чистейшая. Новейшая прям, с иголочки!. – Иван довольно склабился. – Мне Милана ее только вчера купила!
Занавес. Можно расходиться.
За такие покупки владелец сети модных магазинов должен меня проклясть и забыть и навсегда!
– Что ж… Интересный выбор. Мила знает, как подчеркнуть особенности характера. Я в восторге!
– А то! Она ж меня любит! Ценит! Ничего не жалеет для меня!
Стефа самоустранилась и теперь лишь наблюдала за перепалкой. Впрочем, как и я.
Когда самцы дерутся, пусть даже словами, дамам влезать опасно – могут убить ненароком. Не физически, так по самооценке и достоинству пройдутся.
Вадим сверлил моего гопника глазами, явно подбирая замену нецензурщине. Он такой, воспитанный, при дамах ни за что и никогда. А Иван ухмылялся довольно: раунд остался за ним. Юра не смог бы найти козырей ни о моей жалости, ни о любви.
– Ладно, говорите адрес. Мы сейчас с Миланой приедем сами. На месте встретимся.
– На чем? Ты ее на трамвае везти собираешься? – Вот. Юрик нашел, чем подколоть.
На парковке клиники осталось только две машины – его огромный внедорожник , блестящий, будто только из салона, и …. Что-то очень старое. Когда-то бывшее малиновым.
– Так вон, моя ласточка стоит. На ней и полетаем!
Глава 5
Феечка молодец, конечно. Никак не показала, что ей тачка пришлась не по вкусу. Чуть-чуть прикусила губку, и все.
– Милана, ты что, серьезно планируешь ехать на этом тарантасе?! – У ее сестрички прорезались нотки истерики. Девочка с характером тоже, но явно потерялась в новых реалиях.
Глянула с надеждой на стильного хмыря в поисках поддержки.
– Нормальный тарантас. Он же на колесах, ездит, наверное, точно так же, как и все…– Феечка не сдавалась.
– На, подержи. Угостишь потом кого-нибудь. Милана сказала, что пиво не будет. А вобла без пива – это издевательство. – Стиляга офигел от этого подката, поэтому взял свертки без споров.
Феечка ускорилась, нужно было догонять, чтобы галантно открыть ей дверь.
– Она как, вообще, сама двигается? – Новоявленная невеста сейчас была полностью на моей стороне. И это оказалось так приятно… Командовать красотулей и видеть, как она подчиняется, даже круче, чем спорить с ней и делать нервы.
Дверь пришлось чуток подергать, чтобы послушалась, но я своего добился. Закрыл тоже не с первого раза, и с грохотом, от которого взлетела стая ворон.
– Обижаешь, милая. Разве я могу тебя везти на неподвижном транспорте?!
– Мила! Выходи! Я не отпущу тебя никуда с этим подозрительным мужчиной! – Стефания уже стояла рядом и безуспешно дергала за ручку задней двери.
– Ну, садись тогда, поехали с нами. Какие проблемы? – Вспомнил, что порой бываю джентльменом. Галантно помог будущей родне справиться с железом. – Падай, пока обратно не захлопнулась.
Стефания беспомощно оглянулась на Юрия. Тот решительно шагал к нам. Можно понять чувака – за феечку нужно бороться, вот он и рванул следом.
– Ты тоже кидай кости. Все поместимся!
– У меня велосипед просторнее. Не говоря уже о мотоцикле! – Хлыщ с сомнением смотрел на заднее сиденье. Примерялся, наверное – влезет со своим ростом, или придется высовывать голову из окна.
– Да брось! Я сюда девять человек запихивал, и нормально. И тридцать мешков картохи шикарно входят.
Ему как-то не понравилось сравнение с мешками… Он зачем-то еще ногой по колесам постучал.
– Не, если у тебя там с костями проблема, или с позвоночником – ты скажи сразу. Я могу багажник открыть, там просторно!
Гримаса феечкиного ухажера стоила дорого. Я однозначно набирал баллы у Миланы на глазах. Еще чуть-чуть – и парень оставил бы нас в покое. Надо было добивать. Чтобы не мешал моим далеко идущим планам.
– Юра, ну, ты садишься, нет? Уже полчаса потеряли! А я обещала Тихону вернуться вовремя. Он же в девять часов приедет и сам меня заберет!
Стефания все испортила. Придала ускорение парню. Тот с трудом, но забрался внутрь.
– Не кряхти, старичок. Ща по дороге потрясешься чуток, сиденье примнется под твою задницу, и станет попроще!
Ласточка завелась с пол-оборота. А я еще стебался над отцом, который зачем-то чинил, красил и вечно смазывал этот раритет.
– А она точно сможет ехать, Иван? – Глаза феечки потемнели, налились густой изумрудной зеленью. Испугалась, что ли?
– Да не очкуй. Нас много, мужские руки тоже есть. Если встанет, толкнем. Ты когда-нибудь толкала машину, чтобы завести?
– Я вообще на таких никогда не ездила.
– Ну, вот. Наслаждайся! Непередаваемые ощущения!
– Лучше бы ты на трамвае поехал. – Чувак сзади никак не хотел заткнуться. Я его и так уже сделал, но он еще не понял, кажется.
– Ты можешь там поесть и попить пока. Подкрепись. Вдруг, еще понадобятся силы?
– Мила, ты уверена, что правильно выбрала себе друга? – Юрий не считал, что лучше есть, чем говорить. Никак не хотел успокоиться.
– А ты ей кто, любезный, чтобы такие вопросы спрашивать? Да еще при будущем муже? Сейчас психану и высажу тебя в ближайшей подворотне!
– Мил, он тебя шантажирует чем-нибудь, да? Опять? С кем ты связалась, сестренка? – Юрик на секунду заткнулся: я въехал прямо в середину огромной лужи, и стиляге явно не хотелось в нее выпадать. А я бы выкинул его, с радостью!
Зато Стефания почему-то ожила. Занервничала, задергалась…
– Стефа. Я выбрала его сама. Это мужчина, с которым я хочу связать жизнь!
По груди растеклось что-то теплое и сладкое. И плевать, что она врала. Слышать такое – приятно до чертиков. Рука сама собой потянулась к пальцам красоточки, я погладил ее ладошку, сжал, положил к себе на колено.
Все затихли.
– А че тишина такая? Кто-то помер, или что? – В зеркало заднего вида можно было прекрасно рассмотреть: оба пассажира пялятся на наши сцепленные руки.
– Включи музыку, пожалуйста. – Феечка пальчиками пошевелила, устраивая ладошку удобнее. Отнимать не стала. Ох, как она умеет делать приятно-то, ничего по факту не делая!
– А давай, мы лучше высадим этих друзей, и нам сразу станет хорошо в тишине?
– Не перегибай палку, Ванечка!
– Слышь, Ванечка, а ты куда нас везешь-то? – у Юрика опять прорезался голос.
– А ты шустрый, чувак. Быстро соображаешь! – Еще пять минут – и мы бы уже выехали за пределы города. Высаживать попутчиков пришлось бы в лесу.
– Мужик! Остановись! Тебе же будет хуже!
– Уже боюсь. Хочешь, тебя за руль пущу? – Поржал бы, глядя, как он с непривычки будет искать сцепление на моей девятке… Сам-то не с первого раза его ловлю.
– Все. Хватит! Пошутили и достаточно! Тормози на обочине и высаживай нас!
– Хорошо. Я сегодня добрый. Все по желанию истеричек – вы просили, я выполняю!
На месте Юрасика я бы за такие слова надавал оппоненту по роже. У него зубы скрипнули – наверное, подумал о том же самом… Но уже начал дергать за ручку двери, чтобы выпрыгнуть из тачки.
– Иван! Это мои друзья и родные! Не смей их здесь оставлять! – Феечка встала на дыбы. Даже руку начала выдирать.
– Милая. Они мешают нам быть вместе и предаваться любви. Нужно избавляться от посторонних! – Снова поймал ее пальчики, приложился к ним губами… Даже глаза прикрыл от удовольствия – настоящего, не притворного. Теплая, нежная кожа будоражила… Фантазии ожили и понеслись куда-то вскачь.
– Верни их на место. Пускай на нормальной машине добираются, куда хотели!
– Как скажешь, милая, как скажешь.
Первый раунд остался за нами: Юрий и Стефания вышли у клиники, не оказав сопротивления. Сестра попыталась что-то еще сказать Милане, но та лишь отмахнулась, напомнив, что она девочка взрослая и сама решит, как поступать.
– Ну как, я отработал аванс? – Можно было чуток расслабиться. Но не забывать, что наедине с Миланой тоже надо ухо держать востро.
– Да. Если бы санитарам платили премии, я бы тебе даже ее начислила. Но…обойдешься.
Двигатель опять гудел, тачка слушалась идеально. Все, как я планировал, только с задержкой примерно на час…
– Высади меня на ближайшей остановке, дальше я доберусь сама.
– Нет уж, дорогая. У нас свидание. Едем дальше!
– Я его себе не так представляла. – Феечка буркнула что-то себе под нос и отвернулась.
– Мне нравится уже то, что ты о свидании думала. Значит, идем с тобой в нужном направлении, милая!
– Тебе послышалось.
– Не прокатит. У меня отличный слух!
– Ты семечек не принес. Без них даже речи быть не может! Высаживай меня и катись подальше!
– Что ж ты сразу не предупредила о своих гастрономических изысках?
– Я же девочка. Я не должна никого ни о чем предупреждать. – Милый носик задрался куда-то очень высоко. И хитрые искры в глазах.
–Дай-ка, подумаю… – Заговаривал ей зубы, а сам вез – туда, куда мне нужно. И откуда она просто так не сможет сбежать. – А я должен читать твои мысли и предугадывать желания? Правильно?
– Да. Все верно. Иначе плохой жених из тебя.
– Что ж. Придется постараться.
– Давай.
– Но за мои старания ты должна будешь премии и бонусы, поняла?
– Мы так не договаривались! – Судя по голосу, она уже устала спорить и пререкаться. Но продолжала сопротивляться.
– Конечно. Я должен только отгонять твоих ухажеров. С одним, вроде, справился…
– Очень сомневаюсь… Он еще вернется, и не раз.
– В общем, про твои желания речи не шло. – Я торжествующе поднял палец. – Но я-то угадал, прикинь?
Краем глаза увидел, как феечка сжала губы, сморщила нос, нахмурилась и недоверчиво покосилась на меня.
– Ты о чем?
– А вот! – Жестом фокусника вытащил из кармана пакет с семенами подсолнуха. Взял их в том же ларьке, что и воблу с пивом. Хороший ларек, почему я раньше его не замечал?
– Да ну, нафиг… – Короткий изумленный вздох. Она приняла пакет, но очень неуверенными руками…
– Что, твое любимое? Угадал, да?
– Ненавижу семечки! Особенно – шелуху от них. Ее же невозможно вычистить ниоткуда!
Ее аж подбросило на месте от возмущения. Какая темпераментная феечка, все же! Просто прелесть и красота!
Хоть тормози на обочине и проверяй, как далеко еще может зайти ее темперамент… Давно уже, кстати, не целовал-то ее, не жамкал за все округлости…
– Давай обратно. – Выдернул пакетик из цепких пальчиков, забросил назад. – Такой вариант тебя устроит?
Жестом фокусника вытащил из кармана другой пакет. Уже очищенных…
Милана фыркнула. Дернула ноздрями, поджала губки…
– А нормальной едой меня накормить не входит в планы? Только вот эту дрянь можешь подсовывать невесте?
– Входит. – Да! Отлично! Она сама подвела меня к нужной теме! Все идет так, как надо!
– Боюсь даже представить, чем конкретно….
– А ты представь. Обещаю деликатесы!
– Сухарики со вкусом краба и икры, наверное?
– Обижаешь, милая, обижаешь!
– Ну, ладно… Со вкусом лобстеров. И какой-нибудь коктейль со вкусом шампанского. Решил пошиковать, да?
– Мясо, рыба, овощи. Что из этого предпочитаешь?
– Где ты их возьмешь-то, посреди леса? – Феечка, наконец-то, соизволила отвести от меня насмешливый взгляд и осмотреться. Ее голос дрогнул. – Леса?! Как мы сюда попали? Куда ты меня везешь, эй?!
– Поздравляю. Пять за внимательность… – Ее растерянность и злость лишь подняли мне настроение. Попалась птичка в сети, никуда теперь не сбежит, никуда не денется, пока я не позволю.
– Ты с ума сошел? Что это за шутки, Иван? Уже совсем не смешно! И здесь нет никого, чтобы меня спасать!
– Ну, я же должен тебя накормить по-человечески? Должен. – Кивнул сам себе. От Миланы этого не дождался бы в таких условиях.
– Я не одета для прогулок по лесу! Здесь еще холодно и сыро! И мясо взять негде. А от семечек и воблы может случиться заворот кишок и аппендицит!
– Не очкуй, малышка. Успокойся. Ща все будет нормас. Только чутка погоди.
Родная деревушка отца пряталась за поворотом. Всего-то и надо было – проехать парочку километров…
План был идеально-гениальным. Шикарный просто план!
Один лишь минус в нем застрял, совсем маленький и незаметный: я забыл, что здесь дороги чистят по нечетным дням недели. А мы приперлись в четверг. В самые сугробы.
Ласточка с разбегу влетела в гору плотного снега, фыркнула пару раз и встала. Намертво. Дальше ее насиловать и таранить наст – сплошной идиотизм и издевательство над здравым смыслом.
– Все. Приехали. Вылезай!
– Сбрендил?– Ну, теперь-то она права была, конечно.
Я бы сам не обрадовался такой идее.
– Ты хочешь здесь ночевать, в машине? И лопать сырое мясо и рыбу?
– А там, в снегу, они станут вдруг жареными? – Она вцепилась пальчиками в приборную панель. Всем видом показывала – никуда не тронется больше. Ни на шаг!
– Милан, ты хочешь здесь замерзнуть? Или лучше согреешься, отдохнешь, поужинаешь нормально?
– У меня короткие сапожки! Я утону здесь, и ни за что не смогу вылезти, понимаешь? Вези меня обратно! Я тебе деньги отдам, сразу за месяц! И ты можешь больше ничего не делать!
Вот как заговорила, надо же…
– А если я не хочу денег? Что предложишь?
– Да что угодно! Только верни меня в город. Я хочу домой!
– Нет, Милан. Не получится. Домой отвезу тебя только завтра…
– Значит, понесешь меня на руках! Я не полезу туда! – Надо ей отдать должное: быстро переключилась по ситуации. Решила взять меня на понт. Правда, не тем способом.
И феечка просто не в курсе еще была, что брать меня на понт – бессмысленно.
– Хорошо. Носить тебя на руках я готов сколько угодно! Вылезай, забирайся мне на спину!
Пауза. Длинная. Мучительная такая…
– Да ну тебя, нафиг! Еще вместе в снег свалимся!
– Ты ж моя умничка. Посиди здесь немного. Я схожу за валенками. Переобуешься и спокойненько дотопаешь.
– Эй, ты куда? – Вслед мне доносились вопли и проклятия. – Я боюсь оставаться здесь одна!
Вернулся.
– Я машину не глушу, чтобы ты не замерзла. Не скучай. Если хочешь – включи музыку. Магнитола рабочая.
Достал из багажника продукты и посвистал.
Главное, чтобы феечка не психанула и не сбежала куда-нибудь… Искать ее в темноте – так себе радость…
Глава 6
Господи. Это ж как меня угораздило связаться с таким судаком? Он же настоящий маньяк, если не хуже!
Завез куда-то, к черту на куличики, да еще и одну здесь бросил!
И куда пошел? А если не вернется?!
Умела бы водить – угнала бы машину. Вон, ключи на месте же. Заводи и дави газ в пол. Сейчас бы ехала и подпевала «Золотому кольцу» с его идиотским ручьем…
А если здесь волки водятся? Прогрызут в машине дверь, а потом и меня сожрут? Они же, наверняка, даже сквозь железо почувствуют запах мяса!
Нет. Скорее всего, гопник вернется раньше волков. Или будет караулить где-нибудь снаружи. Как только поймет, что я уже от страха умираю окончательно, тогда и придет. И возьмет меня! Тепленькой! А я буду уже так счастлива его возвращению, что даже не стану сопротивляться!
Кому я вру, боже мой. Это можно Стефу с Юрой обманывать или самого маньяка. Только себя-то не проведешь: тянет к этому Ивану, как бабочку к огню. Такой дурак, такой странный… А коленки почему-то дрожат от каждого его взгляда.
Это все, конечно же, от скуки. И от долгого воздержания. Но вот сейчас пробегусь по колено в снегу, и все сразу же пройдет. И коленки будут трястись только от усталости!
В свете фар, которые Иван Иванович не стал гасить, мелькнула какая-то серая тень. Мороз продрал изнутри, разбежался инеем по коже. Волк? Это же волк пришел? А если он съел Ивана, а теперь явился за мной?!