- -
- 100%
- +
“Ничего не бывает случайного, все имеет первопричину.”
= Зигмунд Фрейд =
Глава 1.
В полутёмном зале клуба освещаемого мерцающими юпитерами было жарко и душно от парфюма, подгорелого кофе и ещё чего – то неуловимого и по наитию опасного.
– Опять марихуану Джон принёс? – мелькнула на заднем плане мысль. Молодой, высокий парень с длинными по плечи чёрными волосами остановился на входе, шаря глазами по залу.
– Эй, Василь, мы тут! – взвилась справа рука друга Ромы и парень, лавируя между тесно стоящими столиками, направился туда.
– Ты что так долго? – уставились на парня четверо сидящих за столом. – Уже вечер, а мы ещё ни в одном глазу, – крепыш кивнул на пустые пивные бутылки. – Или ты тоже пустой?
– Увы, – Василь демонстративно вывернул карманы, – как моряк после берега.
– Блин! – крайний с досады стукнул по столу кулаком, – а что делать?
– Надо искать бабло, – скривился сидящий рядом. – У кого есть варианты?
– Можно по улице прошвырнуться, – предложил крепыш с другого конца стола. – В последний раз неплохо прогулялись.
– В последний раз мы чуть в ментовку не попали, – скривился его сосед. – Еле ноги унесли. Я штаны порвал через заборы лазая.
– Это когда? – вскинул брови крепыш.
– Позавчера, тебя не было, – стукнул сосед его по плечу.
– Улицы парни последнее дело, – присел к столу Василь. – Если брать куш, то солидный. Чтобы на пару месяцев хотя бы хватило.
– А может нам на работу устроиться? – усмехнулся напротив белобрысый.
– Ну ты Котя и загнул, – покрутил у виска пальцем крепыш, – от работы кони дохнут. Слышал?
– Котя боится попасть на зону, – хохотнул сосед крепыша, продемонстрировав щербатый рот.
– А ты Зуб не боишься? – вспыхнул белобрысый.
– Не, а, не боюсь, – Зуб скроил презрительную мину, – каждый уважающий себя пацан должен там побывать. Вон у меня сосед червонец оттрубил. Так его теперь все или боятся, или уважают.
– И чем твой сосед занимается? – хмыкнул Котя.
– Да ничем. Во дворе в домино играет с мужиками или дома телик смотрит на диване.
– А кормит кто его?
– Кто кормит, не знаю. Но мужики бухлом угощают без вопросов.
– Красивая жизнь, – растягивая слова, засмеялся крепыш. – Ты себе тоже такую хочешь, Зуб?
– А чо, нормальная жизнь. Главное работать не надо.
– Ладно, пацаны мы не туда свернули, – постучал по столу костяшками пальцев крайний. – По существу проблемы предложения есть?
– Нужен жирный папец, – поджав губы, покачал головой крепыш. – И я знаю, где такой есть.
– Где? – все посмотрели на товарища.
– На рынке азер один торгует. Я давно на него глаз положил. Выследил где живёт. У бабки рядом с рынком хату снимает. Там и товар свой держит. И бабки скорей всего. В банк он за месяц ни разу не ходил. Я смотрел.
– А что ты на рынке сам делал? – сдвинул брови Зуб.
– Семечками торговал, – ощерился крепыш, – тебе что?
– Тихо, тихо, пацаны, – поднял ладони Василь, – дальше говори Краб.
– А что дальше, всё, – дёрнул плечом крепыш. – Заходим в хату и берём, что найдём.
– А чем торгует твой азер? – спросил молчавший всё время пятый, невысокий, худощавый парень с густыми чёрными, немного кучерявыми волосами.
– Чем, чем, помидорами, – ухмыльнулся Краб, – а что?
– Да жидковат твой азер будет, – покачал головой кучерявый, – с помидор – то.
– Думаешь? – озадачился крепыш. – Он уже два месяца торгует.
– Сам посчитай, – дёрнул кучерявый щекой. – Сколько стоят помидоры и сколько он продал.
– Ёся прав, – кивнул белобрысый, – тут риску много, а навар хилый.
– Давай ты предложи тогда, – огрызнулся крепыш. – Давай, у тебя есть что?
– Если брать пацаны хату, то солидную, – не прореагировал на слова Краба Котя. – И я знаю одну такую. Недавно Маньку одну провожал. Вот у неё сосед из таких.
– Куда провожал? – подались все к говорившему. – Где живёт?
– Посёлок Чёрная пустошь, знаете?
– Ну?!
– Вот там и живёт. Я пока Маньку у забора тискал, расспросил немного. Хозяин хаты крутой чел. То ли банкир, то ли депутат.
– У таких денег точно много, – глаза у Ёси загорелись алчным огнём. – Один живёт?
– Манька сказала, с женой вроде, – дёрнул плечом белобрысый.
– А охрана, охрана есть?
– Манька видела одного садовника. Два охранника привозят хозяина и уезжают потом.
– Получается, что нет? – покачал головой Ёся. – А Манька твоя не врёт?
– С чего ей врать? – дёрнул плечом белобрысый. – Она с матерью рядом живёт у другого папика.
– А про него чего молчишь? – прищурился Ёсик.
– Тот тоже крутой. Но у него охраны, аж четверо бугаёв. Манька на них жаловалась, что ругают её, если поздно приходит. И ещё на ночь трёх кобелей выпускают в сад.
– Серьёзный чел, – кивнул Ёсик. – А у соседа собак точно нет?
– Нет. Манька хвалилась, что она через соседский сад к себе пролазит, когда задерживается. И чтобы охранники не видели.
– А собаки?
– Собаки её не трогают, прикормлены, – усмехнулся Котя.
– Так может мы тоже этим путём пойдём? Собак можно травануть или грохнуть.
– А пушку где взять? – поднял тоскливые глаза к потолку крепыш. – К тому же и не одну. Охрану тоже придётся вырубать не руками.
– Не папик Маньки не вариант, – качнул головой Зуб, – спалимся. Лучше сосед.
– Сосед, так сосед, когда пойдём? – посмотрел на часы белобрысый.
– А пошли прямо сейчас? – оглядел товарищей крепыш. – Выпить хочется и вообще, – он потёр ладони. – Тачку можно тут взять, потом вернём.
– А пошли, – поднялся Ёсик. – Долго думать, лишние сомнения.
Пацаны вскочили и направились к выходу. Последним поднялся Василий. На сердце у него почему – то стало тоскливо. Появилось нехорошее предчувствие. С этими парнями он познакомился здесь, два месяца назад. Когда убежал из дома после очередной нравоучительной беседы с отцом. Парни в тот раз были при деньгах и подтянули его к себе, угостив водкой. В конце вечера похвалились откуда деньги добывают. Разгорячённый обидой на отца и выпитым, Василь тут же согласился пойти с ними на очередное дело. Как называл обычные уличные грабежи мозг компании Ёся. За два месяца, Василь принял участие в пяти таких делах. Компания грабила подвыпивших прохожих. Один раз обчистила старушку в тёмном переходе. Другой раз девчонку в подворотне. Добыча была мелкой и тут же пропивалась. Теперь же, судя по настрою, компания сподвиглась на серьёзное дело. Как и следовало ожидать, мелкие проделки укрепили в сознании безнаказанность и всемогущество. Мелкие деньги лишь породили жажду к большим. А разогретое пивом сознание, отключило чувство самозащиты. Василь, уже давно остыл от обиды на отца и стал задумываться как бы расстаться с компанией. Он ясно осознавал, что дружба с ней, до добра его не доведёт. Но всё оттягивал момент. И сейчас, плетясь в конце ватаги, он решал для себя этот вопрос, понимая, что сегодняшней день может стать для него серьёзной проблемой. Что до этого были семечки. Мелкое хулиганство. Сегодня же они покусились на совсем другую статью уголовного кодекса. А если хозяин окажется дома? А если он услышит их? – Василь постарался отогнать возникающие в голове вопросы. Но они настойчиво стучали в висках боевыми барабанами. Они уже были на крыльце, как в кармане Василя зазвонил телефон. Остановившись, он достал трубку. Звонил Пётр, его второй брат. Спрашивал, где ключи от гаража? На остановившегося Василя оглянулись.
– Чо там у тебя? – сдвинул брови крепыш.
– Блин, пацаны, я не могу пойти с вами, – мозг, тут же подкинул парню спасительную идею.
– Почему? – Пацаны переглянулись.
– Зассал? – ухмыльнулся Зуб, презрительно сплёвывая.
– Соседка позвонила, у матери приступ, надо бежать. Сами понимаете, – Василь виновато пожал плечами.
– Ну, мать, это святое, – выдал важно Зуб, – мать одна нас и ждёт в этом мире. Беги. Только на хабар тогда не рассчитывай, брат, – Зуб развёл руками.
– В другой раз повезёт, – Василь, с трудом скрыв ликование, изобразил разочарование. – Я побегу?
– Беги, беги, – сплюнул опять Зуб.
– Я приду сейчас! – крикнул в трубку Василь и припустил по тротуару, боясь, что пацаны передумают и не отпустят его. Отбежав метров сто, он перешёл на шаг и оглянувшись на скрывшийся в темноте клуб, вздохнул с облегчением.
– Прости мама, что прикрылся тобой, – прошептал он занемевшими от переживания губами, – но в тюрьму я не хочу ещё. Да и не по пути мне с ними.
За время знакомства, Василь узнал, что его новые друзья стоят на почти последней ступени социальной лестницы. Каких – то желаний, кроме урвать куш и тут же его пропить, он от них не слышал. Тяги к знаниям, освоению хорошей специальности не заметил. Примитивные, одноминутные желания и такие же способности. Размышления прервал звонок телефона.
– Да иду я, иду! – рявкнул он в телефон.
– Василёк, а ты где? – услышал он испуганный голос матери.
– Прости мам, я думал это Вовка звонит, – стушевался парень. – Я иду домой вот. Что ты хотела?
– Я хотела напомнить, что у папы в субботу день рождения. Ты придёшь?
– Я приду мама, – чуть помешкав, пообещал Василь.
– Ты не обижайся на отца, – всхлипнула мать, – он хочет вам лишь добра.
– Прости мама, я спешу, – поспешил отключиться Василь. Он терпеть не мог материных слёз. Они выводили его из равновесия. Ещё раз оглянувшись, Василь побрёл домой. Теперь он уже никуда не спешил. Дома его тоже никто не ждал. Купленная два года назад отцом квартира встречала всегда запахом одиночества и неясной тоски.
Глава 2.
– Котик, а нас обгоняют, – пропела томным голосом сидящая на пассажирском кресле раскрашенная девица, вглядываясь в зеркало. Ещё две с кавалерами на заднем сиденье обернулись.
– Петро, нас правда какой – то форд обгоняет, – заржал один из парней, сунув руку за ворот блузки своей соседки. Та, взвизгнув, забарахталась, делая вид, что отбивается.
– Сейчас мы ему обгоним, – проговорил сквозь зубы сидящий за рулём джипа Пётр. Машина прибавила скорость. Мелькавшие за окном кусты слились в серо – зелёную полосу.
– Петя, может не надо так быстро? – забеспокоилась вторая девица на заднем сиденье. – Скоро поворот будет.
– Не бзди, Танюха, Петруха у нас Шварценеггер! – заорал её сосед, пытаясь поцеловать девицу.
– А причём тут Шварценеггер? – проявила признаки просвещённости соседка Петра и протянув руку, положила её на колено парня. – Петя у нас Шумахер, правда Котик? – рука девицы поползла вверх. – И ездит не хуже его.
– Нинка не дразни! – скосил глаза на соседку водитель, – а то остановлюсь.
– А что, я не против остановки, – замурлыкала Нинка, и потянулась к парню. Тот повернул голову, собираясь поцеловать девицу. И тут дорога резко свернула влево.
– Петя, поворот! – резанул по ушам запоздалый крик с заднего сиденья.
Перелетев глубокий кювет, машина ракетой влетела в остатки сломанной грозой сосны.
– Покатались! – мелькнула мысль в затухающем сознании Петра.
Пётр очнулся первым и попытался выбраться из разбитой машины. Нинки почему – то рядом не было. В разбитое переднее окно заглядывали еловые ветки. Дверь не открывалась, и Пётр оглянулся. Его дружки лежали кучей сломанных кукол вместе с подругами, без признаков жизни.
– Семён, эй, Семён? – позвал Пётр и просунув руку меж сиденьев тронул верхнее тело. Рука попала во что – то мокрое и липкое. Отдёрнув её, Пётр увидел, что ладонь в крови.
– Чёрт, чёрт, чёрт, – Пётр стал со всей силы биться в заклинившую дверь. Наконец та поддалась, упав совсем. Пётр вылез и стал открывать заднюю дверь. Краем глаза он заметил, как от шоссе бежали к нему люди.
– Живые есть? – первым подбежал с монтировкой крепкий мужик и принялся отковыривать заднюю дверь, отодвинув Петра плечом. Пётр, беспомощно оглянувшись, отошёл и сел на взгорок.
– Эта жива ещё, – услышал он голос другого водителя и посмотрел туда. Два мужика несли к шоссе окровавленную Нинку. Петра передёрнуло.
– Тут тоже вроде живы, – заорал вскрывший заднюю дверь мужик и замахал рукой. К нему подбежали. Через минуту к дороге понесли Семёна. За ним других.
– Эй, ты сам как? – подошёл к Петру один из спасателей. – Идти можешь?
– Попробую, – Пётр встал и шатаясь, двинулся к дороге. Вдали проявилась сирена скорой помощи, вызванная кем – то из водителей остановившихся на обочине машин. Скорая была одна и раненых пришлось ложить вплотную, Пётру нашлось местечко в углу. Оглядев забитый салон, врач махнул водителю, езжай. Сирена опять взвыла, дробя на части болевшую голову. Оперевшись о стену спиной, Пётр сжал зубы, пытаясь удержать ускользающее сознание.
Глава 3.
– Иван Николаевич, вы уверены, что это правильное решение? – перед столом программиста банка стояла красная девица со сжатыми кулаками и метала из глаз молнии. Но сидящий за компьютером парень этого не видел, склонившись над какой – то схемой на столе.
– Да, да, Юленька, – кивал он головой, словно кукольный болванчик, – это то, что нужно шефу. Вы отнесите ему это, не бойтесь. Он вам премию выпишет.
– Иван Николаевич, – процедила сквозь зубы девица, – в прошлый раз шеф меня чуть не уволил за ваши новаторства. Объясните мне русским языком, что это такое?
– Это скрытая защита наших банкоматов от взлома, – парень наконец поднял голову и усмехнувшись, уставился на девицу.
– И как она работает? – откинула та назад упавший локон.
– А вот это уже секрет Юленька, – улыбнулся парень. Вид девицы его явно забавлял. – Моё, так сказать ноу – хау. Если я скажу его вам, вы шефу, он ещё кому и всё, это уже не секрет.
– Мне надоели ваши секреты Иван Николаевич, – девица, резко развернувшись, шагнула к двери.
– Юленька, погодите! – вскинул ей вслед руку парень. – Я вас обидел?
– Да, обидели! – остановившаяся девица опять развернулась.
– Чем же? – вскинул брови парень, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.
– Недоверием, Иван Николаевич! Недоверием! – произнесла девица по слогам. – Я что думаете, не забочусь о репутации банка? Или вы подозреваете меня в шпионаже? – девица сощурилась.
– Боже упаси, Юленька! – вскинул руки парень. – Я и подозревать вас?
– Да, да, Иван Николаевич, – глаза девушки наполнились слезами, – именно это и приходит мне на ум, когда я слышу от вас такие вот задания, – она потрясла папкой. Что держала в руке.
– Юленька, выпейте кофе и успокойтесь, – кивнул парень на стоящий в углу кофейный автомат. – А я пока закончу тут кое – что и потом мы поговорим о доверии. Хорошо?
– Хорошо, я подожду, – шмыгнула носом девица и повернулась к автомату. Сделав шаг, она взяла стоящую в углублении кружку и ахнув, выронила её на пол. В коридоре взвыла тревожная сирена.
– Чёрт, я совсем забыл! – вскочил Иван и бросился к падающей в обмороке девице. Положив потерявшую сознание Юлю в кресло, Иван метнулся к автомату и что – то там нажал. Сирена смолкла. Стал слышен топот бегущих по коридору людей. Дверь резко распахнулась. На пороге стоял, тяжело дыша крупный мужчина.
– Что у тебя тут, Королёв? – рявкнул он, обегая взглядом кабинет, заставленной всевозможной аппаратурой. – Где воры?
– Да тут, собственно никого нет, – развёл руками парень, пряча улыбку.
– А почему у нас на пульте сработала твоя сигнализация тогда?
– Извините, – пожал виновато плечами парень, – это просто Юленька хотела попить кофе.
– Что? Ты смеёшься? – взвился мужик и побагровел. – Знаешь, что, Королёв, – мужик замахал кулаком, – мне уже надоели твои шуточки. Я докладываю о тебе шефу. И это, – мужик ткнул пальцем в бесчувственную девицу, – тебе даром не сойдёт. – Резко развернувшись, мужик выскочил, хлопнув изо всех сил дверью. От косяка отвалился кусок штукатурки.
– В общем Королёв, – сидевший в кресле директор сочувственно смотрел на парня, – ты конечно хороший специалист в своей области. Но жалобы наших сотрудников уже переполнили чашу моего терпения. А мне нужен в коллективе здоровый климат. Так что извини, – директор развёл руками. Выбор у меня не большой. Или ты или коллектив.
– Вы меня увольняете? – вскинул удивлённо брови парень. – Но за что?
– Прости, – пожал плечами директор. – Ты предлагаешь мне уволить пол банка?
– Хорошо, – парень растерянно дёрнул плечами, – я уйду.
– Зайди в бухгалтерию! – крикнул вдогонку директор. – Там премия тебе за последнюю разработку, – добавил он, поморщившись в закрытую дверь и вдруг грохнул кулаком по столу.
– Идиотизм! Он один делает больше, чем весь этот сраный коллектив! Но в этом коллективе, половина родственников хозяина банка. И все хотят сидеть тихо и получать деньги.
Вскочив, директор стал бегать по кабинету, бурча под нос ругательства. Потом остановился у окна. Из дверей банка вышел Иван и направился к остановке автобусов.
– Парень сидел на минималке и не возникал, – скривился директор. – И сохранил денег от хищений больше, чем банк заработал за последние пять лет.
Глава 4.
– В общем так сынки, – высокий, крепкий мужчина прошёл по комнате и остановился перед стоящими в ряд сыновьями, – собрал я вас затем, чтобы сказать следующее. – Мужчина замолчал и глянул на сидящую в углу в кресле жену. Та кивнула, подбадривая его. – Нам с матерью надоели ваши выкрутасы, – мужчина оглядел сыновей потяжелевшим взглядом.
– Один чуть не сел в тюрьму, связавшись с очень хорошей компанией, – отец уставился на Василия. Тот опустил голову, не выдержав взгляда отца. – Ты что не видел, кто твои дружки, олух? – подняв руку, отец постучал парня костяшками пальцев по голове. – Слава Богу, хватило ума не пойти с ними на ограбление Хальцмана. А то б схоронили- уже сейчас, как твоих дружков. Ты знаешь, сколько мне пришлось заплатить, чтобы следователь убрал из дела показания этого Зуба? А? – отец опять постучал сына по лбу. – Балбес, блин! Ну да ладно, надеюсь урок ты извлечёшь из этого для себя правильный?
– Извлеку папа, – пробормотал еле слышно Василий, не поднимая головы.
– Ну, ну, посмотрим, какой только, – скривился отец и перешёл к следующему сыну.
– А тебе что не хватало сынок? – впился в глаза сына отец, – адреналина? Так шёл бы в армию тогда. Там этого добра полно. Нахлебался бы под завязку.
– Прости отец, – Пётр тоже опустил голову, – я всё понял.
– Что ты понял? – взвился мужчина. – Ты на мать посмотри, олух, – у неё от тебя пол головы седой стало. Видел? Вот женю тебя на этой инвалидке Нинке, узнаешь тогда почём фунт лиха. Хочешь?
– Прости отец, – ещё ниже опустил голову Пётр.
– Прости! – отец передразнил Петра, – за что простить? Что инвалидом не стал или что мать в могилу не свёл? Дать бы тебе сейчас, – отец поднял руку, но в бессилии опустил её. – Да ты и так получил уже, балбес. – Поморщившись, отец перешёл к Ивану.
– Ну а ты что лыбишься? – усмехнулся он, оглядывая парня. Взгляд отца потеплел. – Ты зачем любовницу хозяина до обморока довёл, шельмец? Чем она тебе не понравилась?
– Я нечаянно отец, – смутился Иван, – она сама дурра. Вечно ко мне цеплялась и злилась.
– А может она в тебя дурака, влюбилась? – усмехнулся отец, – а ты сразу дурра.
– Нужна она мне больно, – смутился парень. – У неё хозяин есть.
– Так хозяин старый, а ты молодой, – отец хихикнул, – кто лучше, как думаешь?
– Она мне не нужна, – сжал губы Иван.
– Не нужна, так не нужна, – усмехнулся отец, – я тебя не собираюсь на ней женить. А вот с работы тебя выгнали, что делать будешь теперь?
– А я в армию пойду, вот, – покосился на мать Иван. Та охнув прижала ладони к губам.
– В армию говоришь, ну, ну, – усмехнулся опять отец и оглядел Ивана как – то по-новому, оценивая. – И кем ты там будешь, интересно?
– Так в армии сейчас тоже компьютеры. Найду чем заняться, – пожал плечами парень.
– Ну, ну, – покачал головой отец и отойдя к окну уставился на сыновей. Те, переглянувшись молчали. Мать тоже молчала.
– В общем, так сынки, – отец опять посмотрел на мать, и та опять кивнула. – Мы с матерью подумали и решили, – отец замолчал, глядя на сыновей. Те замерли в ожидании приговора. Василий и Пётр морщили лбы, гадая, что за участь определили им родители. Иван же наоборот, смотрел весело. Решение идти в армию видно у него было серьёзным.
– Короче, вы должны жениться и родить нам внуков, – словно ныряя в прорубь, скороговоркой выпалил отец. – Иначе с вашим образом жизни, мы их так и не дождёмся.
– Но отец? – вскинули руки все трое.
– Что отец? – сдвинул грозно брови отец. – Это последнее моё предупреждение. Кто откажется, может идти на все четыре стороны, – отец кивнул на дверь. – С глаз долой. Всё, – он топнул ногой.
– А на ком жениться, папа? – спросил Иван, почесав затылок.
– А вот это уже конструктивный вопрос, – смягчил взгляд отец. – Женитесь как в той сказке, – отец усмехнулся. – На кого стрела укажет.
– Это где про царевну лягушку? – прыснул Василий и глянул на Ивана. Тот показал брату кулак.
– Так там надо было из лука стрелять, – вспомнил сказку и Пётр. – А их у нас нет.
– Лук годится для сказки, – прищурился отец. – Вам я придумал современный способ найти невесту.
– Какой? – уставились на отца сыновья.
– Машина, – ухмыльнулся мстительно тот.
– Машина? – парни переглянулись, – это как?
– Машина, машина, – покивал отец. – Я даю каждому из вас по машине с полным заправленным баком. С собой можете взять что угодно, кроме денег. Денег вы не получите ни копейки.
– Телефон можно? – поднял руку как в школе Пётр.
– Телефон будет с одним моим номером, – кивнул отец, прищурившись. – Как найдёте невесту, звоните, я пришлю за вами эвакуатор.
– А что мы будем есть? – развёл руками Василий.
– Бери еды, сколько в машину влезет, – дёрнул щекой отец. – я ж сказал.
– А ночевать если придётся, тоже в машине? – сдвинул брови Пётр.
– А вы далеко не уедете, – усмехнулся отец. – Если и случится переночевать, то одну ночь всего. Так что в машине и заночуете. Ещё вопросы есть?
– Когда отправляться? – хором спросили сыновья.
– Завтра с утречька и тронетесь, – посмотрел на мать отец и та опять кивнула. – А сегодня готовьтесь. Ваши машины стоят во дворе. Надеюсь поделить кому какая, сумеете?
Провожаемые насмешливым взглядом отца и жалостливым матери, сыновья вышли. Спустившись во двор, увидели три копейки ядовито жёлтого цвета.
– Узнаю сарказм папаши, – усмехнулся Василий, обходя вокруг крайней машины.
– Это он показал, кто мы есть? – засмеялся вдруг Пётр, приседая. – Ой, не могу, сейчас описаюсь.
– Мдаа, если ваши друзья увидят вас в этом, то точно засмеют, – хохотнул и Иван. – А что, отец правильно определил вашу суть парни. Так что грех обижаться.
– А ты, блин не такой? – насупился Василий.
– Ну, я по крайней мере не домушник, – Иван показал кукиш брату. – И в отличие от вас сам себе на жизнь зарабатывал.
– Скажи, что ещё любовницу босса не обхаживал, – хохотнул Пётр. – Пай мальчик.
– Не обхаживал, – кивнул Иван. – Она страшная, как твои подружки.
– Сам ты страшный, блогер недопаенный, – Пётр, сжав кулаки, двинулся на Ивана, – щас как дам вот в нос. Красоту твою поправлю сразу.
– Но, но, Шварцнегер, – Иван отбежал, – папан драться не велел. Пешком хотите за невестами отправиться? Имейте в виду рюкзаки со жратвой на спинах потащите.
– Ладно, живи, маменькин сынок, – сплюнул Пётр и повернулся к своей машине.
– Что за сыновья у меня? – покачал головой отец, наблюдая в окно. – Машины и те не могут поделить.
– Что там происходит? – подошла мать и стала рядом, прижавшись к мужу.