Год кабана. Сборник рассказов

Дорогие друзья,

Уже в зрелые годы появилось непреодолимое желание делиться своими впечатлениями и воспоминаниями, теми или иными интересными событиями, рядом с которыми мне повезло оказаться. К сожалению, такие всплески вдохновения, которые побуждают к написанию конкретной истории возникают не часто. Обычно я жду или ищу, может быть достаточно долго, какой-либо “изюминки”, эмоции, которые подвигают к действию. И если такая удача (в смысле “изюминки”) приходит, я сразу же приступаю к работе над текстом. Потом неизбежен период правок и всяких добавлений, а скорее наоборот, уменьшений объема состоявшегося обрушения “потока сознания”. Поэтому в итоге получается не так уж много написанных опусов и, как мне кажется, относительно легко их читать или слушать, если случилось, что я в вашем присутствии их зачитывал.

В процессе работы над текстами большую помощь мне оказывала моя семья и друзья, принимая на себя первые удары непрофессионального автора. За что им отдельное спасибо.

Зачем и почему? Я давно задавал себе эти вопросы, понимая, мягко говоря, несовершенство, а иногда и откровенную чушь, которую я несу в своих творениях. Тем не менее, ответы мои абсолютно незамысловаты. Я, как любой человек, эгоист и мне просто нравится это дело. То есть вспоминая и отображая случившееся событие я пытаюсь, с долей имеющегося в моем арсенале юмора и определенной фантазии, описать все это в присущей именно мне манере и стиле. И я надеюсь моим читателям и слушателям это тоже доставляет удовольствие. И кроме того, общеизвестный факт, чем больше творческого труда в заслуженном возрасте, тем выше шансы оставаться в добром сознании как можно дольше. Ну а там – как повезет.

"В пять часов утра, как всегда, пробил подъем – молотком об рельс у штабного барака." А. Солженицин

В семь часов утра, как всегда, пробил подъем – как-будто молотком об рельс, завибрировал и загудел мобильник. Антон Павлович никогда не просыпал подъема, всегда вставал по нему – до процедур было еще часа полтора своего времени, не санаторного, а своего, когда можно было сбегать на зарядку, пройтись по рассветному, морозному лесу и вдохнуть свежего воздуха. Или пойти в бассейн, ранним утром там еще не души.

Сегодня он решил не подниматься рано после дня прошедшего, тяжелого, наполненного различными процедурами, визитами к докторам, физкультурой, бассейном и прочими санаторными радостями, а полежать тихонько укрывшись одеялом с головой, отстранившись от свалившегося на него лечебного бытия. Только одеяло не спасает от надвигающегося с каждой минутой старта нового дня, уже заранее обещавшего быть еще более насыщенным. Недолго раздумывая, Антон Павлович резко отбросил одеяло и энергично поднялся с санаторной шконки.

Самое первое, что он должен был сделать утром – строго натощак наполнить контейнеры, оставленные вчера вечером санитаром-надзирателем. И это не составило большого труда, грех жаловаться. Позднее наступало главное утреннее мероприятие – питье минеральной воды. Начиная с 7 утра лечебный народ сбредается к источникам и мелкими глотками задумчиво потягивает воду обычно из специальных керамических сосудов с удлиненными, как у лебедя шеями-горлышками. Можно пить из стакана, но эти специальные кружечки рекомендуются всеми местными курортными эскулапами – как единственно правильное средство для приема воды. Вероятно совместно с коммерческими интересами и какими-то местными традициями. Есть еще одна проблема, серьезно удручающая питокОв – эту вкусную воду можно пить понемногу, не более 200 граммов за один раз. Антон Павлович не соблюдал этой жесткой установки и всегда тайно для надежности выпивал граммов по триста. Впрочем за лишнее количество особо не наказывали. Процесс приема воды – это отдельная история, которую вынужден проживать каждый пациент и Антон Павлович за сорок минут до приема пищи сливался с толпой страждущих и не торопясь выпивал разрешенное себе количество, а потом медленно прохаживался среди многочисленных ларьков, магазинчиков и просто, торгующего разной всячиной, люда.

Недалеко от питьевой галереи располагались три винных шинка, в которых питьевой народ не только покупал местную продукцию, но и позволял себе рюмочку другую какого-нибудь коньяка или местной чачи. Антон Павлович был сторонником постного образа жизни в данных условиях, однако с удовольствием заходил во все эти магазинчики и заранее присматривал жертвы для будущих сувенирных приобретений.

После завтрака он неотвратимо попадал в жернова санаторного режима. Орошение десен сменялось массажем спины, ромашковая клизма следовала за масляной ингаляцией, занятия в бассейне строились за физкультурой в зале, а жемчужно-хвойные ванны тут же догонялись душем Шарко или, страшно сказать, восходящим душем, для тех кто понимает. Нужно ли говорить о грязевых тампонах, рефлексотерапии, подводном душе и гидропатии, теннисном корте и бадминтоне, тренажерном зале и ингаляциях? Стоит ли упоминать термомассажный комплекс и гипербарическую оксигинацию, гирудотерапию и спелеокамеру, реабилитационную капсулу и кислородный коктейль. А как быть с физиотерапевтическими процедурами и урологическим массажем, и что хорошего может найти в этом измученном нарзаном теле гастроинтеролог, психотерапевт, стоматолог и еже с ними проктолог? И кто может остановить этот неудержимый зов и тягу?

Антон Павлович, изнемогший под давлением прошедшего дня уже перед отбоем вдруг ясно осознал неудержимую тягу, какой-то магнетический зов, которому подвержен практически каждый человек оказывающийся в этом месте и попадающий в гипнотическую зависимость от всего этого нарзано-терренкурного колдовства.

"Все! Баста", – подумал он и решительно уснул с намерением с утра послать подальше all that jazz и ограничиться питьем вкусной водички, прогулками и купанием в бассейне, вкусным диетическим питанием, послеобеденным сном и прочей приятной мишурой. Антон Павлович еще не знал, да и не мог знать, что завтра утром он даже не вспомнит своего стойкого решения и понесется по волнам орошений и полосканий, в прикуску с йодо-бромистыми ваннами и ромашковыми микроклизмами.....

Крепкого Вам здоровья, дорогие друзья!

г. Ессентуки, январь 2013 г.

Ушел по-английски

Я предложил своим друзьям составить компанию в поездке на “майские” в приличный сочинский санаторий. А они мне в ответ, – Собираетесь ехать в эту предолимпийскую Патайю?

Но у нас все уже заказано, билеты куплены, настроение бодрое. Поехали. На поезде. Очень давно, еще с юности я не приезжал к Черноморскому побережью на поезде. После Туапсе состав покатил по прибрежному участку, последовали Аше, Водопадный, Лазаревка, Лоо и … “еще немного и Прованс”. Ничего с тех пор почти не изменилось, остались прежними многие строения на берегу: обглоданные волнорезы, потрёпанные временем дома, не ухоженная береговая пляжная зона, окаймленная линией железной дороги, проложенной вдоль берега. Но Сочи есть Сочи, там всегда хорошо!

Санаторий "РУСЬ" – в своей глубокой юности носил славное имя Ленина и сейчас переживает не худшие времена, пребывая в заботливом лоне управления делами президента. В санатории действительно хорошо, я не сдержусь и скажу – Очень хорошо! Расположен на большой территории, утопающей в безудержном буйстве субтропической растительности, спускающейся с холма прямо к гранитной набережной еще не очень теплого, майского моря. Местные эскулапы назначают процедуры и консультации, делают вид, что лечат и сами же говорят, что если надо обследоваться и подлечиться в санатории, то лучше ехать на Кавминводы. Поскольку были мы в этом благословенном месте всего несколько дней, назначили мне пару хвойно-жемчужных ванн и еще чего-то. Но прежде чем рассказывать дальше о лечебно оздоровительной части нашего стремительного отдыха в “Руси”, следует предварить это повествование информацией о том, что данный санаторий, кроме присущих ему лечебных функций, выполняет роль некоей гостиницы или базы для множества отечественных и зарубежных делегаций, прибывающих на переговоры по приглашению или просто на поклон к нашему президенту. А резиденция его близко соседствует с “нашим” санаторием. И этот непреложный факт ежедневно, я бы сказал ежечасно подтверждали два пограничных катера, постоянно барражирующих в нескольких кабельтовых от Бочарова Ручья. Так вот, на второй день я вошел в лифт корпуса "Морской" с тем, чтобы спуститься вниз в помещение для приема ванн и прочих водных процедур. В лифте я обнаружил молодую, пухленькую девушку с симпатичным лицом, не омраченным особым интеллектом, интенсивно протирающую зеркала и поверхности стен. Поприветствовав девушку, я весело поинтересовался, что же заставило эту незадумчивую нимфу убираться в воскресный день.

Начальство,– был стремительный ответ, -ждут Начальство, должно скоро приехать.

Вот как, – выразил я свою горечь. А я, старый дурак, иду принимать жемчужную ванну??!!! С тем и удалился из лифта в направлении водных процедур. Придя к медсестрам ванного отделения, я конечно же не угомонился и спросил, знают ли досточтимые дамы о скором визите Самого в наши временно общие пенаты. Они оказались вне ведении и задорно поддержали мои ожидательные настроения. Я погрузился в залитую хвоей и жемчугами ванную и попросил заслуженных женщин, позвать меня, ну или пригласить в кабинет, если вдруг Он подойдет и некому будет задать какой-либо каверзный вопрос про министерство обороны или Медведева. Женщины радостно закивали и заверили, что позовут, если что…

Уже возвращаясь, одухотворенный хвойно-жемчужным воздействием, неспешным шагом я подошел и нажал кнопку лифта. И мгновенно открылась дверь теперь уже соседнего лифта, в котором я с удивлением обнаружил свою молодую визави, продолжающую с неудержимым упорством протирать очередной лифт в компании с еще одной девушкой, но уже облаченной в официальные, контролирующие одежды.

Ну что, встретили?,– расплываясь в добродушной улыбке, поприветствовал я их обеих.

Кого?,– настороженно спросила старшая по званию.

Ну как кого, Владимир Владимирыча, – ответил я понимая, что с одной стороны закладываю простоватую девчушку, но с другой, что сам не могу удержаться и слегка стебануться над ними и над собою тоже.

Не приехал!?, – разочарованно протянул я.

Тихо, тихо.., – испуганно зашептала молодая сотрудница, настороженно поглядывая по сторонам и укоризненно на свою младшую коллегу.

В этот момент подошел соседний лифт и я быстро с него просочился, дабы избежать ненужных вопросов и не навредить проболтавшейся уборщице. Поднявшись на верхний этаж, я вышел на просторный балкон, с которого была хорошо видна вся въездная зона и какое-то время постоял, посмотрел,… подождал. Может на самом деле приедет?! Но он не приехал, ни в этот день, ни в следующий. На третий день я пошел к утреннему морю, коротко искупаться и сказать ему (морю) до свиданья. Бросил взгляд в сторону погранцов, с тем чтобы определить на каком же расстоянии они находятся от берега.... И не определил. Их не было совсем! Я понял, что Он покинул резиденцию. Ни здравствуйте вам, ни до свиданья.

Обиделся что-ли?

Сочи, май 2013 г.

Валетта для Дамы, Сицилия для туза

Загорские дали

Удивительные события произошли во время Победных майских праздников 2014 года. А ведь ничего не предвещало, не было никаких намеков и предзнаменований. Обычно на период майских праздников мы уезжали на юг, иногда за границу или в какие-нибудь близкие гости. Делалось это вполне осознанно, мы освобождали наш летний дом для старшего сына, который традиционно приглашал своих друзей на пикник рядом с лесом и рекой, чтобы отметить свой день рождения.

В это раз решили поехать на пару-тройку дней недалеко от дома и выбрали для этого пансионат на севере Московской области. По пути заехали к нашему старому приятелю. У него тоже день рождения. На лужайке перед домом мы неспешно пообщались с народом, которого давно не видели, немного выпили, закусили, как это водится прекрасно приготовленным весенним шашлыком. А потом отправились в пансионат, находящийся в близких пределах.

На утро, когда рассвело и солнце уже поднялось над лесом, я отправился на окрестную лесную опушку для пробуждающей пробежки. Свежее дыхание набирающего силу утра, легкий туман и дымка, застревающие в ветвях уже распустившихся кустов и деревьев, цветущая черемуха внушали оптимизм и спокойствие.

На пути моего оздоровительного движения как-то неожиданно появился мужиченка неказистого вида, который громко и отрывисто разговаривал по мобильному телефону. Причем разговор был резким, требовательным, можно сказать, озлобленным и, самое главное, этот разговор велся на самом, что ни на есть украинском языке, наполовину разбавленным оригинальным, ничем не запятнанным русским матом.

Чтобы не искушать судьбу, я из легкой рыси постепенно перешел в галоп и направился в сторону берега озера, где продолжил свою гимнастику, сильно недоумевая, откуда в таком приличном государственном учреждении могли появиться нагловатые приспешники то ли террористов, то ли сепаратистов, а может быть и самой хунты. Однако, отбросив эти ни к месту пришедшие мысли, я подумал, что это вероятно был какой-то наймит, который выполнял указание администрации пансионата по уборке территории или травокошению.

А чего тогда было так громко и настойчиво ругаться? Не давала покоя предательски появлявшаяся мысль настороженности. Физические упражнения, сказочная красота природы и свежесть расцветающего утра отогнали прочь всякие мысленные поползновения.

Вскоре, забыв уже, про встреченного на пути матерящегося украинца, я бодрой трусцой поспешил по тропе в сторону леса. Через некоторое время на перекрестной тропинке я заметил идущих мужчину и женщину лет сорока, впереди которых, уже поближе ко мне, бежали девочка и мальчик весело перекликающихся ….на английском языке!!?? Я прислушался к разговору взрослых и, учитывая собственные знания и опыт, понял, что эти двое разговаривают на «Американском» языке!!! КАК? Посреди государственного пансионата свободно шастают матерящиеся хохлы и кляти америкосы, спокойно беседующие каждый на собственной мове. О це дило!!!???

Между тем ноги продолжали нести меня вперед, спортивный костюм начал трещать и постепенно превращаться в кроличью шкуру. На встречу мне вместо странных “англосаксов” уже наворачивался клубок из четырех удавов, которые алчно поглядывали на отрастающие у меня длинные уши.

Врешь, не возьмешь! Я резко рванул сразу за два мохнатых уха, мысленно содрал кроличью шкуру и смело, не таясь выбросил все это барахло под куст расцветающей жимолости. И когда мы практически сошлись на перекрестке, удав-мужчина, по виду оказавшийся симпатичным парнем с приятным улыбчивым лицом, повернулся ко мне и … на чистом русском языке, правда с хорошим американским акцентом, поприветствовал, что-то сказал про погоду и все такое. Я же пнул подальше в кусты кроличью шкуру и разумеется ответил по возможности любезно. Мы недолго поговорили и они всем выводком продолжили путь в направлении деревянного дома на опушке леса.

Что мне оставалось делать.

1.Голова стала холодной.

2.Сердце забилось учащенно под потоком горячей крови.

3.Руки я вытер антибактериальной салфеткой до стерильной чистоты.

И мозг заработал четко и уверенно.

Все-таки эти проклятущие хохляцкие и америкацкие двоестандартники, примкнувшие к ним загнивающие европидоры в конечном итоге снюхались. Это что ж получается изоляция и оккупация, аннексия и контрибуция. Хрена вам лысого, черта вам рытного, motherfuckerы!!!

Я решил проследить за удавской семейкой и медленно, как бы невзначай, последовал за ними, делая вид, что любуюсь скачущими белками и тайно их фотографируя для убойного компромата. Из дома вышла женщина в белом медицинском халате и в нормальном человеческом русском лице, радушно поприветствовала подходящих на чистом русском языке, но уже без акцента и мата, отметила, что прибывающая семья пока первая и остальные еще не подтянулись.

Вот теперь-то все стало на свои места и ситуация прояснилась до чистоты кристалла. У них получилось и они собираются, чтобы окончательно разработать план ликвидации. Американцы уже прибывают, матерящиеся хохлы где-то на подходе, скоро появится какая–нибудь проституирующая, не помнящая родства и доброты, меркель. Нужно этот план разрушить!