- -
- 100%
- +
Глава 1
– Давай, блин, просыпайся, дебил! Рулады он выводит своими губёшками!
Евгений медленно выплыл из сна, как крупный дельфин из морской глубины, и лениво открыл левый глаз. Над ним склонилась жена Аделина. Глаза ее метали молнии, казалось, от потока электричества Женя сейчас вспыхнет. Но его было не прожечь этим сгустком напряжения, у Евгения за почти 40 лет совместной жизни выработался на такие вещи иммунитет. Последнее время потуги Аделины достать мужа, забавляли его, вызывали смех. Это еще больше бесило супругу.
– Сколько времени? – поинтересовался Женя сонным голосом.
– Шесть тридцать! – рявкнула Аделина. – Подниматься пора!
– Так будильник пока не звонил. Я мог еще подремать.
– Подремать ему захотелось! – взвизгнула жена. – А то, что я плохо спала, его даже не колышет! Он мне не сочувствует! Эгоист! Я поднялась в 4 утра, сна ни в одном глазу, мучаюсь. А он лежит, выводит мелодии и пастью своей, и задницей! Попердывает, а на губёшках пузыри, как у младенца. Хорошо ему, кайф ловит! Образец безоблачного счастья! Ну, тварина конченная!
Евгений понял, что погрузиться в сон в оставшиеся перед пробуждением блаженные минуты ему уже не суждено. Он сполз с кровати, отжался в гостиной 50 раз и почапал в ванную чистить зубы. Евгений выдавил на щетку полоску зубной пасты, погрузил мятную, приятно освежающую субстанцию в рот. Но завершить нормально процесс ему не дали.
– Иди сюда, дебил! Иди, что-то покажу! Посмотри след от пальца на холодильнике! От твоего дурацкого пальца! Я тебе сколько раз говорила, надо браться за ручку! А ты где хватаешь? Хочешь, чтобы уплотнитель перестал прилегать, и холодильник сломался?
– Я покупал его, – буркнул Евгений на автомате, эти слова он произносил три тысячи раз, если не больше. – Я и сломать имею права. Потом новый куплю.
Он знал, что как только выйдет из ванной, туда переместится Аделина и будет орать, что раковина наклонена, на ней скапливается вода, а дебил муж не хочет ее вытереть, ждет, что вода протечет к соседям снизу, испортит потолок, и придется делать ремонт. Как 3 капли могут испохабить потолок в целой комнате, непонятно, но для Аделины это было неважно. Потому что это был ритуал. И потом она не сомневалась, твердо знала: могут!
После того, как Евгений выпивал чай и съедал бутерброд, супруга являлась на кухню и причитала, что он около стола оставил гору хлебных крошек, видимо, рот у него дырявый. Ей теперь подметать, а ему – плевать на это. А затем Аделина ставила гладильную доску, чтобы погладить Евгению рубаху, но непременно перед этим выключала все электроприборы, в том числе и холодильник, а зимой, когда рассветало поздно, еще и электричество в комнатах. И не дай Господь во время процесса глажки Евгений заходил в туалет, и там вспыхивала лампочка. С визгом: «Пробки же выбьет!» Аделина бросала утюг, пролетала через гостиную и била по выключателю. Свои дела Евгений доделывал в темноте.
А завершающая фаза их утреннего дружеского общения была такой: жена сообщала, что муж ей вытрепал все нервы, что у нее раскалывается башка, с головной болью она пойдет на работу, он – бесчувственное бревно, и всё делает, чтобы у нее подскочило давление, и она сдохла. А он бы привел в еще теплую супружескую постель проститутку. Но вот это у него фиг получится, потому что перед тем, как умирать, Аделина сожжет и постель, и квартиру.
– Идея хорошая, – в тысячный раз говорил Евгений, не в силах задавить в себе ехидную улыбку. – Ты только неожиданно не помри. А то всё мне достанется. И проститутке.
После этого Аделина закатывала истерику, и необходимо было, как можно быстрей, смотаться на работу. И лучше не показываться дома несколько дней. Такая возможность у Жени была, хоть и не всегда. Он работал тренером по греко-римской борьбе в спортивной школе, тренировал детишек и часто выезжал со своими воспитанниками на соревнования в другие города. Там и отдыхал от темперамента супружницы. Правда, Аделина пыталась его доставать по телефону, но и здесь Евгений приспособился. Он выключал у мобильника звук. А когда возвращался, в ответ на упреки и обвинения объяснял, что мешать команде звонками во время соревнований никому не разрешается. И Аделина не исключение.
Евгений летел по лестнице, когда ему пришло сообщение на ватсап. Прочитал послание он уже в машине: «Привет! Сегодня собрание клуба анонимных опекунов. Гостиница «Нилус» третий этаж, 16-00, как обычно. Приходи, будет новый человек». Внизу стояла подпись «Серый».
Глава 2
Серый ангел появился в жизни Евгения очень давно. Казалось, целая вечность прошла.
В тот год Аделина его особенно достала. Становилась все грубей, все придирчивей. Не разговаривала с мужем, а орала. Чуть что не так, закатывала истерику. Даже замахивалась на Евгения. Драться, правда, не пробовала. Однажды отшибла все руки об его железные мускулы. С тех пор, как отрезало.
Ребенок Катька вышла замуж, укатила с зятем на «севера» и родила дочь Ангелину. Мобильная связь в то время была жутко дорогой, разговоры по сотовому проходили в режиме экономии и длились минут 5-7. Ну, максимум десять. За это время как следует достать Катерину у Аделины не получалось. Поэтому вся ее нерастраченная ярость обрушивалась на мужа.
Надо сказать, что верность своей супруге Евгений не хранил. У него случались мимолетные связи. И будь у него в тот момент любовница, Женя сбежал бы от опостылевшей бабенки. Но не было никого на примете. И Женя решил, что он разведется и съедет на съемную квартиру. Отдохнет от семейной войны, а затем займется поисками новой спутницы жизни.
То есть, Евгений находился на распутье. И в этот момент он познакомился с ангелом.
День был хоть и весенний, но дождливый, холодный. Дул пронизывающий ветер, толкал капли, которые прилипали к лицу, из-за чего создавалось впечатление, будто кожу кололи сотни иголок. Солнце затерялось под слоем унылых туч. В общем, день был хорош, чтобы попрощаться с миром и совершить тоскливый суицид. Но никак не для того, чтобы начать новую жизнь, перейти на иной уровень бытия.
Евгений, чуть уставший после тренировки, недавно выпроводивший своих мелких бойцов, открыл дверь своей иномарки «Хендай Солярис». И тут к нему подошел незнакомец.
Был он лысоват, пивное пузико мягко соскальзывало к паху, ручки и ножки казались полными, создавалось впечатление нездоровой припухлости. Большую часть лица занимал уныло свисающий нос и тучный двойной подбородок. А вот рот был маленький и невыразительный. И весь незнакомец был какой-то серый, незапоминающийся. Такой в толпе промелькнет, а через минуту его даже не вспомнишь. То ли был он, то ли не было его…
– Это плохая идея, – вдруг сказал мужичок неожиданно приятным голосом.
– Какая идея? – не понял Евгений.
– Вы не должны бросать свою жену Аделину.
У Жени нижняя челюсть поползла вниз со скрипом. Ему показалось, что он собственными ушами слышит этот скрип. Челюсть опускалась, пока подбородок не уперся в грудь. Евгений еще сам не принял решение и, разумеется, никому его не озвучил, ни близким друзьям, ни родственникам. Тогда откуда этот мутный подозрительный тип знает о самом сокровенном?
– По-по-послушайте, – от растерянности Женя стал заикаться. – А вам не кажется, что это мое личное дело – бросать супругу или остаться с ней?
Трясущимися руками он вытащил из кармана куртки пачку сигарет, выбил одну, сунул между зубов и стал хлопать себя по карманам в поисках зажигалки.
– Вот и нет, – мужик был серьезен. – Вы ошибаетесь. Это вовсе не ваше личное дело, – и протянул к сигарете указательный палец.
Женя голову готов был отдать на отсечение, что это был обычный палец, коричневый, как у любого заядлого курильщика, шершавый на вид, с коротким, неровно обрезанным ногтем. И вдруг из-под ногтя выскочил дерзкий сгусток пламени. И немедленно на конце сигареты вспыхнул яркий алый огонек, Евгений механически затянулся и впустил в легкие пахучий дым.
– Ничего так фокус, – усмехнулся он чуть растерянно.
– Ага, – кивнул незнакомец печально. – Поднимите ногу! – и когда Женя неожиданно для себя подчинился, у него от нового мокасина отвалилась подошва вместе с каблуком. Мужик поднял ее и поставил на место. Хлопок – и подошва безропотно приросла к мокасину.
А потом у Жени зашевелился нагрудный карман рубашки. Из него выплыл, помахивая брелоком, ключ зажигания, пролетел по воздуху и воткнулся в замок. «Хендай Солярис» мягко, нежно заурчал.
– Надо мотор прогреть, – промурлыкал незнакомец, наблюдая, как вытягивается лицо у Евгения.
«Это не человек, а демон какой-то», – подумал он.
– Почему сразу демон? – обиделся мужик. – Какие-то вы люди банальные, шаблонные. Может, я как раз ангел?
Женя раскрыл рот, чтобы произнести фразу, и тут до него дошло: свою мысль он не высказал вслух, она покоилась в голове. Тем не менее, незнакомец ответил. После полета ключей можно было ожидать чего угодно. Но копания в его голове…
– А можно не читать мои мысли? – спросил Евгений.
– Можно, – ответил незнакомец и щелкнул пальцами. – Теперь дорога к ним для меня перекрыта. Итак, на чем мы остановились? Ага, на ангелах. Почему я не могу быть ангелом?
– Ну, – Женя запнулся. – В представлении людей они выглядят несколько по-другому. На вас не похожи.
– Ага, все в белом и с лебедиными крыльями за спиной. А над головой – нимб. Ну, и как ангелу в таком виде жить на земле? Люди же на него будут пялиться! Приедут врачи, определят в психушку. Ангел должен быть незаметным, как разведчик в тылу врага. Его должны видеть, и тут же забывать.
– Ну, тогда вы точно ангел, – ухмыльнулся Евгений.
– Знаете, сарказм вам это не идет. Вернемся к Аделине. Она из разряда убогих…
– Послушайте, – перебил его Женя. – Я, конечно, невысокого мнения о своей жене. Но это моя супруга, я ее выбирал. А вы ее сейчас оскорбляете. Знаете, чем я занимаюсь? Я только раз ударю, и вас увезут в реанимацию. И не факт, что вы вообще выживете… Вы что, бессмертный?
– Ну, – пожал плечами незнакомец. – В некотором роде… А вы, кстати, можете попробовать нанести удар. Ничего у нас не получится. Ну, смелее! Бейте!
– Мужик, ты сам напросился! – рявкнул Женя, выбросил кулак вперед и попал… в воздух.
– Да, – услышал он голос сзади, незнакомец волшебным образом переместился за спину Евгения. – Как-то так. На самом деле убогая – это не оскорбление. Это значит, у Бога. А если более точно, под защитой у Господа. Ну, а вы ее опекаете. Вы из разряда опекунов.
– А попроще нельзя объяснить?
– Есть люди, плохо приспособленные к жизни. Они не умеют нормально общаться с окружающими. Строить отношения в семье у них получается с большим трудом. Заработать на жизнь – целая проблема. Вечно всем недовольны. Часто их поступки противоречат логике. Эти люди не психически больны, но психически нестабильны. Их называют ходячие недоразумения. Выжить без поддержки они не в состоянии. Это и есть убогие. Господь не может за ними всеми уследить. И тогда он назначает им опекунов, которые находятся рядом с убогими и присматривают за ними. Чтобы те не нищенствовали, как-то адаптировались в социуме, создали семьи, чтобы появились дети. Чаще всего этим занимаются родственники, но бывает, что и друзья подключаются. Мужья опекают жен, жены – мужей, родители – сыновей или дочерей, дети – родителей, братья – сестер, сестры – братьев, свекрови – невесток, невестки – свекровей и так далее.
– То есть, Аделина – убогая, а я – опекун? – подвел итог диалога Евгений, они с мужиком уже сидели в машине, печка подавала в салон волны тепла. – Ну, а вы?
– Ну, а я Серый ангел. Курирую большую группу опекунов. В нее входите и вы. Опекунам ведь тоже нужна помощь. Они находятся, так сказать, на передовой. Ведь именно на них обрушивается злоба, ненависть и гнев убогих, они попадают в полосы их депрессий, переживают истерики, терпят обиды, унижения и оскорбления. Не всякий это выдержит. И когда у опекуна рождается и крепнет мысль уйти от убогой, изменить свою жизнь, появляюсь я. И вмешиваюсь в ситуацию.
– Оказываете психологическую поддержку? – криво улыбнулся Евгений.
– В том числе. И ничего нет в этом смешного. Я, между прочим, по образованию профессиональный психолог. И у нас есть клуб анонимных опекунов, где собираются подобные вам и выплескивают все, что в них накопилось. Видят, что они не одни такие. Но помощь может быть и иного рода. Житейская. Компенсация за жизнь с убогим человеком. Иногда весьма существенная. К примеру, вам что-то надо, но вы не можете этого получить. И тогда к делу подключается ваш Серый ангел.
– Почему Серый?
– Потому что незаметный. Никто не должен понимать, кто я такой. Система такая: вы формулируете просьбу, я передаю ее на небеса, там ее рассматривают, чаще всего одобряют. И ваше желание исполняется.
– То есть, могут и не одобрить?
– Могут. Там ведь видят далеко вперед. И разрушат ваши планы, если поймут, что эти планы способны в дальнейшем разрушить вас.
– А что можно просить?
– Только то, что вам действительно нужно. Дачу на Канарах или яхту за 100 миллионов евро точно не одобрят. Вот что у вас не получается в данный момент, а вы хотите, чтобы получилось?
– Ну, – Евгений почесал макушку, задумался. – Мои мелкие недавно были на соревнованиях. Три вторых места, восемь третьих. Вроде бы 11 призеров, неплохо. Но ни одного «золота». Если бы, к примеру, было три первых места, три вторых и пару третьих! Это же была бы совсем иная картинка!
– А когда следующие соревнования?
– Через неделю.
– Хорошо, я подам заявку, – Ангел вдруг улыбнулся, лицо его озарилось каким-то странным потусторонним светом. – Только вы все равно гоняйте своих борцов, как следует, тренируйте их, не давайте спуску! Помните пословицу: «На Бога надейся, а сам не плошай»?
– Помню, – кивнул в ответ Евгений.
– А вообще-то, вы уникальный опекун. У меня таких больше нет. Вы единственный. Я вас курирую больше 20 лет, с тех самых пор, как вы женились на убогой. У вас уже дочка замужем, внучка родилась. И только теперь вам помощь потребовалась…
– А обычно сколько опекуны обходятся без помощи?
– В среднем 5 лет. Убогие ведь – особый сорт людей. Самое приятное для них – нахамить, в душу плюнуть, довести опекуна до белого каления. А люди не железные… Но вот вы… прямо стальной. Однако почти сломались. Кстати, запишите номер моего мобильного и электронный адрес. Ваши-то данные у меня есть. Я вам позвоню после соревнований…
Глава 3
После «фокусов» и чудес, продемонстрированных Серым Ангелом, Евгений, ожидал от грядущего турнира по греко-римской борьбе некоторых сюрпризов. Но случилось такое! Нет, Женя, конечно, всю неделю гонял юных балбесов так, что после тренировок от них пар валил, и футболки можно было выжимать. Но когда в первый день даже новички стали выходить в финал один за другим, Евгений погрузился в эйфорию и находился в таком состоянии до завершения соревнований. Конечно, в финале его неопытный молодняк уступил более сильным соперникам, но «серебро» себе обеспечил. В итоге пять первых мест, четыре вторых и всего одна завалящая «бронза» у пятиклассника, который пришел в секцию два месяца назад и ничему толком не научился. Даже директор Иван Иванович был впечатлен.
На следующий день после приезда с турнира у Евгения задребезжал мобильник. Он прислонил его к уху и услышал веселый голос Ангела.
– Добрый день, Женя! Ну, вы убедились в наших возможностях? Как вам результаты соревнований?
– Я впечатлен, – признался Евгений. – Спасибо, конечно… Но все равно не понимаю, какое это имеет отношение к моей личной жизни.
– Нам надо встретиться. Давайте сегодня вечером, часиков так в семь, в кафе «Мокрый ус».
Когда Евгений появился в кафе, он понял, что Серый ангел пришел на встречу намного раньше срока. Времени даром его будущий куратор не терял. Перед ним стояли три пустых пивных кружки с дымчато-сизыми потеками на стенках. Четвертая была слегка пригублена.
– Привет, – сказал Ангел каким-то расслабленным голосом. – Пиво употребляете?
– Не в таком количестве, – усмехнулся Евгений. – Слушайте, наверное, нельзя об этом спрашивать? Как у вас получилось? Я имею в виду все эти первые места…
– Откуда же мне знать? Я всего лишь посредник. Мое дело подать заявку. А как в небесах всё организуют, мне неведомо… Но давайте перейдем к вопросу о сотрудничестве. У человека в судьбе ведь не только личная жизнь. Например, работа. Нужны достижения, а не провалы. Дети, внуки. Любому отцу и дедушке хочется, чтобы у них все получалось, чтобы они преуспевали и не бедствовали. Здоровье. Вы, конечно, крепкий, тренированный человек, но время идет, организм стареет, начинает разрушаться. Значит, возможны проблемы со здоровьем. Наконец, общее состояние духа. Многие люди вечно чем-то недовольны, все у них не так, ничего им не нравится, жизнь – дерьмо. Депрессия длится годами. У вас тоже подобное может случиться. Но есть высшая сила, которая готова зарядить вас позитивом.
– То есть, я продолжаю мучиться с Аделиной, но в других сферах жизни могу рассчитывать на вашу помощь, – сделал вывод Евгений.
– В самую точку. Если вы бросите жену, то ей придется подыскивать другого опекуна. А это сложно! Очень сложно! Ну, вы сами представляете, вы с ней 22 года живете как никак! Практически невозможно. Нереально. А без опеки Аделина пропадет. И мою работу на земле небесное руководство назовёт неудовлетворительной. Помогите мне, а я… ну, то есть та инстанция, что стоит за мной, поможет вам.
– Заманчивое предложение, – кивнул Евгений. – А если мне станет совсем туго в личной жизни?
– Ну, вы же боец! Сражайтесь! Не забывайте посещать клуб анонимных опекунов. Пару раз в месяц мы собираемся. Поймите, Женя, уход от Аделины не решит ваших проблем! Вы же захотите найти новую вторую половину. И она опять окажется убогой. Такая уж планида у опекунов. Не факт, что новая супруга будет лучше Аделины. С большой долей вероятности, хуже. Вы сейчас воскликнете, мол, хуже не бывает! Поверьте моему опыту, очень даже бывает…
– Мне надо что-то подписать?
– Достаточно устного согласия, и вы оказываетесь под моей юрисдикцией. То есть, я уже буду не только ваш куратор, но и начальник. Хотя нет, кое-что подмахнуть вам придется. Памятку опекунов. Только сначала внимательно ее изучите.
– Давайте вашу памятку.
Серый Ангел с готовностью достал из бокового кармана рубашки свернутый вчетверо лист бумаги, вручил его торжественно, как почетную грамоту, и тут же присосался к кружке. В его глазах вспыхнул уже знакомый Евгению потусторонний свет.
– Пункт 1: «Никогда не говорите убогому (убогой): «Вот, блин, Господь сподобил меня присматривать за тобой! Но если бы я знал, что ты такая дрянь, что с тобой будет до такой степени тяжело, то отказался бы в самом начале!» – Евгений с удивлением поглядел на Ангела. – Это как понять?
– Не факт, что будет звучать именно так, – голос у куратора стал текучим, видимо, после пива. – Могут быть другие слова, иные фразы. Но дело не в формулировке. Общее направление вы поняли. Конечно, Аделина не воспримет ваши высказывания всерьез, решит, что вы просто пытаетесь так ответить на очередную обиду или издевательство с ее стороны, что это сарказм. Но говорить подобное не благословляется. Будете наказаны.
– Пункт 2: «Никогда не скрывайте от куратора (начальника) своих проблем», – продолжал Женя. – Это понятно. Пункт 3: «Много не просите». В каком смысле?
– Ну, значит, будьте скромнее, – объяснил Серый ангел. – Не обращайтесь за помощью каждую неделю, не клянчите по мелочам. А то потом будет что-то остро необходимо, а вам откажут с формулировкой «Лимит исчерпан».
– Пункт 4: «Если у вас появилась уверенность, что перед вами другой опекун, то не пытайтесь удостовериться в этом», – Евгений озадаченно уставился на ангела. – А это еще что?
– Ну, вы общаетесь с человеком и начинаете подозревать по ряду факторов, что и он из вашего разряда. Однако спрашивать его: «А вы не опекун? А кто у вас ангел?» строжайше запрещается. Строжайше!
Всего пунктов было 12, и по каждому куратор дал Евгению обстоятельное пояснение. В конце Женя поставил закорючку, и Ангел спрятал памятку в карман.
– У меня к вам предложение, – вдруг сказал он. – Зовите меня Сергей. Так по паспорту. И давайте перейдем на «ты». Ты не будешь против, если мы иногда станем вместе ходить в бар, пить пиво и общаться?
Евгений поначалу опешил. Он понял, что Ангел предлагает ему дружбу. Но по жизни Женя был одиночка. У него имелся обширный круг знакомств, и ни одного друга. В школе и в институте Евгений держался особняком. Работая тренером, тоже ни с кем близко не сошелся. Не подпускал к себе людей.
Но то людей. А ангелов?
– Я не против, – просто сказал Женя. – Но только обещай мне, что ты никогда не будешь читать мои мысли.
Серый Ангел дал обещание. И им действительно было хорошо, комфортно вместе. Они дружили уже почти 15 лет.
Глава 4
Единственную гостиницу в Нилусе величали «Нилус». Видимо, у того, кто, не заморачиваясь, дал ей это название, креативное мышление было на нуле. Вряд ли его приняли бы на должность креативного менеджера даже на самое захудалое местное предприятие. Впрочем, в Нилусе уже и предприятий практически не осталось. Заводы, шахты, теплоэлектростанция приказали долго жить в эпоху дикого капитализма. Мужики Нилуса уже лет 20 зарабатывали в Москве, Сочи или в областном центре. Там была работа, и платили зарплату, которая позволяла как-то сводить концы с концами, кормить семью. А Нилус воспринимался его трудоспособными жителями, как спальный район. Жить можно, отдыхать можно, но не работать…
Поэтому гостиница практически пустовала. Редкий командировочный останавливался в ней на денек-другой. Зато в здании на каждом из его пяти этажей находилась огромная просторная рекреация. Их арендовали для проведений мероприятий всякие некоммерческие организации, фирмы, клубы и общества. Это был основной источник дохода собственников.
На ресепшене обычно дежурили две постоянные девушки. Иногда появлялись новенькие, но они в «Нилусе» почему-то надолго не задерживались. Блондинка была постарше, шатенка – помоложе. Блондинка, в первый раз оглядев спортивную фигуру Евгения, сразу же определила, что он пришел не на встречу членов клуба анонимных алкоголиков или анонимных обжор. А вот шатенка раз пять или больше спрашивала: «Вы на занятия алкашей или любителей пожрать?», и получив ответ, что нет, что Евгений из опекунов, начинала допытываться, что это за клуб такой. Ответ: «Секретная информация», еще сильнее разжигал любопытство шатенки.
В этот раз на посту была блондинка. Поглядев на Евгения заговорщицки, она подмигнула ему незаметно и сказала вполголоса:
– Клуб анонимных опекунов – третий этаж.
Евгений и сам знал, куда ему идти, но девушка была на работе и выполняла должностные обязанности.
В огромной, как футбольное поле, рекреации сидели «Маменькин сынок», пожилая дама, известная здесь, как «Не в деньгах счастье», пара подкаблучников, мужик по кличке «Ребенок поломался», Серый ангел и какая-то незнакомая симпатичная женщина в красивом костюме и блестящих туфлях. Евгений занял стул рядом с Серым.
– Еще рано, – шепнул ему ангел. – Не все подошли.
Маменькин сынок был одет в черный свитер, обильно посыпанный перхотью, и брюки, вышедшие из моды лет 20 назад или даже раньше. Он нервно дергал ногами в кроссовках и неосознанно двигал челюстями. Мужик присматривал за матерью. Ему очень хотелось немедленно рассказать членам клуба, что старушка вытворяет, но он знал, что правом первого рассказа пользуются новички. А, значит, придется сначала слушать женщину в недешевой одежде и обуви. Ну, может, костюм и туфли не был так уж дороги, но Маменькин сынок знал, что себе такие стильные вещи он не в состоянии позволить, финансово не потянет. По сравнению со свежим членом клуба, мужчина был беден, и заранее ненавидел женщину, как представительницу зажиточной прослойки общества.
Маменькин сынок был зануда и нытик, и практически никто в клубе его не любил. А вот женщине «Не в деньгах счастье» все сочувствовали, ее трагическая история народ потрясала.
Женщина жила с дочкой Кариной в маленьком селе. Муж ее давно бросил, поменял жену на спиртное. И вдруг оказалось, что Карина очень хорошо шарит в математике. Прямо вундеркинд. Она играючи выигрывала математические олимпиады.
Окончив школу, поступила на экономический факультет не самого престижного университета. Однако «красный диплом» и способности помогли девушке стать начальником отдела кредитования местного филиала одного из Московских банков. Зарплата была приличная. Скоро Карина вышла замуж за хорошего, доброго парня, у них родилась дочь Регина.