- -
- 100%
- +
Петр Брагин
12.07.1905 – 05.07.1990 гг.
Книга которую читатель держит в руках, воссоздана из рукописи, предоставленной издательству внучкой Петра Николаевича Брагина , уроженца Амурской области Тамбовского района, село Тамбовка. В ней в хронологическом порядке приведён рассказ его матери о переселенцах на Дальний Восток с1890 год и его собственные воспоминания.
Трудную судьбу свою автор выразил такими словами; « Наш век – век воин.
Война в 1900 года, с Китаем на Амуре, в 1904 году – 1905 годах – с Японией, в 1912 году – мелкие восстания.В 1914 – 1918 – война с Германией, с 1917 по 1922 год – революция и Гражданская война , в 1924 году – Зазейское восстание, в 1929 году – на КВЖД с Китаем, в 1936 году – в Испании, в 1936 -39 годах – у озера Хасан и Халхин- Гол с Японией, в 1939 – с Финляндией, в 1940 год Германия с Польшей столкнулись и с нашими войсками, с в 1941 году – Отечественная война … И вся то моя жизнь – борьба, и война, война.
Из рассказа моей матери т.п.
Я родился в тот самый 1905 год, в сырую хмурую погоду, когда люди нашей страны
Родители; мать из Тамбовской губернии, так ее раньше называли Черниговского уезда село Чернигово из семьи бедняка – крестьянина.Наследство у отца тоже от туда, но рождённый я здесь на Амуре.Крестьянство тогда в Тамбовской губернии страдало от малоземелья да не только там, почти во всей западной России.
В 1890 году было разрешение Правительства – земельному управлению отправить на Дальний Восток, на Амур, крестьянских бедняков, из тех кто пожелает на постоянное место жительство.Тогда крестьяне собрали сходку, где решили сразу послать ходоков, выбрали кандидатов, что бы поехать посмотреть, что за Амур и какая там жизнь.Почти через год вернулись разведчики.Им очень понравились очень понравились амурские просторы; земли сколько хочешь, леса, рыбы.дичи, много зверей и другие богатства.
Тогда, в 1891 году, ранней весной стали собираться к выезду наши переселенцы.По началу набралось 12 дворов.Это называлась она артель.Железных дорог тогда на Дальний Восток тогда было мало, всюду разрывы и недоделанные участки.Приходилось ехать на лошадях много тысяч верст. На каждые две три семьи для маленьких детей были сделаны повозки, обшитые брезентом ( фургон),запряженные парой лошадей и брезентовые палатки для ночлега и на случай дождя.Захватили с собой провизию и необходимый инвентарь; топоры, посуду, ведра и старинные ружья ( у кого они были).
Путь на такое дальнее расстояние на лошадях был очень трудный, в особенности в летнее знойное время: днём оводы, мошка, ночью назойливые комары.Лето было очень жаркое. На пути встречалось много трудностей и преград: болота, озёра, реки, леса; объезжали горы, крутые холмистые местности. И кругом сплошная тайга, кроме сибирской равнины.
Маленькие дети заболевали разными болезнями: малярией, дизентерией, оспой, скарлатиной и так далее. Врачей как известно с собой не было, кто как мог. Всего в пути из нашей артели 5 человек: три ребёнка и два старика.
Среди нас тоже ехало несколько семей, в пути перегоняя друг друга по разным причинам. Поздней осенью подъехали к озеру Байкал. Лошадей с упряжей погрузили на плоты, а сами переплыли Байкал на пароходе. Железных дорог тогда вокруг Байкала ещё не было.Перебрались через Байкал и нас в дороге застала зима, дальше ехать было невозможно.Остановились зимовать в одной деревне у реки Шилка и чтобы время напрасно не терять, мы разошлись по разным работам у крестьян этой деревни.Лошадей сдали в казну для работы.А сами : кто по найму, кто повременно, кто сапожничал, катанки чинил, а кто скотником у богатых казаков. Женщины вязали варежки, чулки, пряли шерсть и т.д.
Прошла зима и весной 1892 года мы снова тронулись в путь до города Сретенска. А там на пароходе по реке Амур доехали до города Благовещенска, который только строился. Отдохнули мы в городе с недельку , потом пошли в земельное управление.
Начальник землеуправления пересмотрел все наши переселенческие документы и направил на отведённое для нас место , в село Тамбовку, что в 45-ти верстах от города, которое только начало строится.Несколько домов были уже построены переселенцами на год, а то и два раньше сюда приехавшими.
Мы приехали в конце августа, когда шла массовая уборка хлебов, хотя их не много и было.Уборка была в ручную: серп и коса, рабочих рук у старожилов не хватало. Тогда мы взялись помогать.Мужики косили, а женщины вязали снопы (связка срезанных стеблей с колосьями) и ставили их в суслоны ( несколько снопов поставленных в поле колосьями вверх для просушки) Девчата подростки качали и нянчили детей.Все же урожай был очень хороший, молотили зерно кто как мог:кто цапами, кто при помощи лошадей. А после обмолота хозяева рассчитали нас хлебом и добавили других продуктов, так что мы были почти обеспечены на зиму.
А как же с квартирами, где будем зимовать? Вопрос серьезный. Приехали мы уже поздно, кругом лес, тайга, много зверей и диких животных, много дичи. Были в наших местах не большие равнины для посева, но все равно к весне их надо корчевать.
Взялись мы пилить лес из сухого кругляша, чтобы обустроить себе времянки и другие постройки для скота, изгороди для дворов.Часть домиков построили, а остальное не успели: захватила зима. Те кто не успели построить себе жилища на зиму, устроились у своих близких соседей, приехавших сюда года на два раньше.
Весной 1893 года наши вновь прибывшие переселенцы посеяли себе хлеб на новых раскорчёванный землях.Сначала каждый понемногу ,Но урожай был очень хороший, а семена нам были выданы земельным управлением. А раз у нас получился хороший первый урожай, мы сразу же в этом году расчищались с государством. И стали жить каждый самостоятельно по своему, кто как хочет, независимо не от кого.Налогов как переселенцы пока не платили: земли разделывай и сей, сколько хочешь, на сколько хватит сил.Вот тут то и закипела захватывающая работа. Леса много, строй сколько хочешь, земли много сей сколько хочешь. А потом спустя пять – шесть лет, вышел закон от земельного управления, что земля должна быть делиться на души, не считая женщин и девчат. На мужчину по 36 десятин, а казачьим семьям земли сколько угодно пока.
Отец мой Гальцев Пимен Григория, тоже стал настоящим крестьянином.Снова стал трудиться с тремя маленькими дочерьми, А я как старшая дочь Татьяна, была всех шустрей и обходительней, так меня отдали в няньки в город Благовещенск к богатым купцам. А в страдное время в уборку хлебов, приезжала помогать родным.После уборки опять уезжала.Хозяева Платоновы меня уважали и любили. Показалось мне, что время быстро пролетело, мне исполнилось семнадцать лет. Надоело детей качать, стала о дочушке скучать. Проработала я в няньках 6 лет.Вот однажды приехал мой отец погостить. А на второй день никак без меня не может уехать. Пристала я к нему: «Уеду я с тобой домой и все !» Тогда отец договорился с хозяевами и забрал меня домой. Приезжаю – меня встретила родная мать, сёстры и подруги, Я от радости тогда и земли не видела.Тогда мать мне сказала: « Ты уже дочка взрослая, останешься у нас дома, будешь помогать нам, ведь я уже болею». В город к купцам Платоновым не возвращалась. Стала работать дома, помогать отцу и матери. В 1899 году, осенью, отец с матерью отдали меня за муж за Брагина Николая ( Колькой его звали). Он понравился моим родителям. А я его совсем не знала, видела только из далека, потому что жила в городе, а у него родители тоже переселенцы из наших краев, земляки, только приехали сюда немного раньше нас.
Жил он со своим старшими братьями.Старший был Сергей Ивлевич, а младший Николай, тот самый мой жених ( Колька).После смерти родителей они остались жить на том же месте.Хозяйство отец им отписал на обоих: Шесть лошадей, три коровы, дом, амбар, баню, завозную, небольшой навес, колодец с журавцем, сноповязалку « Колумбия», плуги – 2 штуки, сеялку разбросную и другой мелкий инвентарь. Старший брат женился лет на пять раньше и хозяйством руководил он. Как тогда говорили : после свадьбы жених был мил или не мил, но тогда был такой обычай и порядок.стали жить мы два брата и две невестки, вместе в одном доме, трудиться в одном хозяйстве.
В 1900 году началась война с Маньчжоу – го: маньчжуры и китайцы напали на Россию, Амурскую область и Д.В.К. Мужиков в нашей новой деревушке молодых и пожилых, всех забрали на войну, остались в деревне одни молодые и пожилые женщины с малыми детьми да китайцы, которые здесь работали у крестьян по найму и уборке хлебов.Некоторые китайцы заводили себе огороды, садили лук, картофель, помидоры, сеяли опий. А их в деревне было много, они вечно что – то болтают, суетятся.Где – нибудь увидят группу женщин, подходят и говорят:Все равно скоро голова долой, наше войско уже близко – это сторона Амура.Нам тогда было грустно и страшно.Так в квартирах и взаперти и сидели, в особенности ночью.Даже было насилие над молодыми женщинами.
Потом пришёл приказ, чтобы всех китайцев в деревнях собрать и переправить на их сторону.У них деревни были ещё тогда за канавой: от сёл Коврижка, Раздольное, зерносовхоза Партизан и до Будунды. Это была их граница.
Тогда пьяные казаки, атаманы незаконно пренебрегали военными правилами.Женщин ,стариков и детей погнали через Амур без всякой переправы. Большинство из них погибло- те кто не умел плавать.Китайцы, которые ещё помнят эту
несправедливость и сейчас сердятся.Они после китайской войны мстили: много было у нас пожаров, убийств, воровали лошадей и угоняли за границу, убивали и вырезали семейства, всех до одного , в особенности тех кого они заподозрили.
Война тогда прошла очень быстро.Весной началась, а осенью закончилась.У наших войск оружие было хорошее. Были винтовки, берданы,старинная пушка.А у китайцев оружие было очень древнее, даже прилетали с ихней стороны какие-то шарики. Амурское войско только оборонялось, что бы не пустить их на нашу сторону. А когда главные русские военные силы прибыли из Сибири, тогда сразу форсировали Амур и погнали их на юг до Чичихара. Тогда новый правитель провинции Маньчжоу – го видя, что им не устоять против наших войск, запросил мир и установил границу по Амуру. Наши войска отошли по Амуру, затем война с провинцией Маньчжоу – го закончилась победой.
Возвратились мужик с войны домой снова взялись за своё хозяйство, снова вечерами появились песни, пляски музыка молодежи до поздней ночи.
Прошло еще три года. Число ребятишек в семье стало прибавляйся. Невестки стали часто скандалить, тогда старшие братья, которые раньше жили отдельно, стали говорить нам, что пора уже отделяться. В 1904 году, осенью, собрались чуть не все братья, а их было двенадцать ( отца и матери уже не было), подсчитали все наше имущество и мелкий инвентарь. И стали делить. Разделились без спору, всё хорошо. По старому правилу и обычаю должен оставаться на прежнем месте самый малийцы сын. Случился спор, ни кому не хотелось уходить со старого места. Тогда братья решили тянуть жребий. Закатали две бумажки в одной написали « вещь» , а другую пустую. Положили эти бумажки в шапку и доверили старшему брату Сергею лезть рукой в шапку и тащить себе ( вещь, дом). Когда он вытянул скатанную бумажку, там было « пусто». Значим дом с поместьем отходит младшему брату Николаю Ивлевичу. А старшему купили дом напротив, только на другой улице. И стали мы жить каждый в отдельности. Хозяйство и скот велись, все было хорошо. Только не хватало рабочей силы. А земли сей сколько успеешь. Дети еще были маленькие, а хозяйство большое.
В то время много было нерадивых торговцев, которые бросали сельское хозяйство и занимались мелкой торговлей и спекуляцией.от приходит к нам мелкий торгаш Клинков и говорит;» Давай с тобой бросим сельское хозяйство и займёмся какой – нибудь торговлей, хотя бы мясом.Распродавай своё крестьянское хозяйство, подсчитаем деньги ты свои, а я свои.Какая получится сумма, накупим крупнорогатый скот и убойным весом будем продавать мясо, пока оно в цене». Николай Ивлевичь не соглашался на это дело « Я ведь малограмотный и могу проторговаться и останусь тогда ни с чем» Клинков тогда ему и говорит; « Мы тебе поможем в этом деле. Ты посоветуйся с женой и давай договоримся «. Братья и жена настоящего совета ему не дали. Но всё-таки спекулянт Клинков его уговорил, что мол, головы, ноги и внутренний жир останется нам , для себя и продажи.Это пойдет сверх наших прибылей и получается за один оборот по пятьсот рублей на каждого. Считай не считай, а так получается.
Тогда в 1905 году, весной, мой муж Николай Ивлевич распродал все своё имущество и получил солидную сумму денег. Половину этих денег пустил в торговлю, такую же сумму вложил и Клинков. За первый оборот закупленного рогатого скота убойным весом в продаже получилось хорошо. Были приличные прибыли. Клинков и говорит тогда мужу; « Ты малограмотный, давай я сам буду закупать скот у населения и буду отправлять на нашу бойню и отчитываться перед тобой. А ты вместе с мясорубами будешь принимать от них мясо и смотреть за ним». Как наметили так и было.
Николай Ивлевич тогда вотку и разные спиртные напитки не употреблял. Дело шло хорошо. Мясо жарит, щи варит, помаленьку стали выпивать. Приглашали своих друзей. И не стало прибыли. Но у соперника Клинкова план был давно, что бы обобрать малограмотного мужика. Научил его водку пить, а сам за каждый оборот денег понемногу все прибирал и прибирал.И докладывал мужу о том, почем дело пошло в убыток.Это наверное дешёвое мясо. Вот так и получается. А потом ещё нужно выдать заработок рабочим и мясорубам, за всё расплатились сами. А сейчас давай-ка все наши деньги, мы сделаем оборот побольше, закупим побольше скота и посмотрим , как пойдет у нас дело.Клинков забрал все деньги и куда-то скрылся. Но хорошо еще не знали, что он мог сделать такую подлость. Тогда мать и говорит отцу;» Ты бросай эту торговлю пока со своей головой « не пролетел в трубу «
Так и получилось один нажился, а другой пролетел в трубу» И остались мы ни с чем и без имущества , с маленькими детьми. Вот в это время родился и я, третий, Петр Николаевич Брагин.Первой родилась старшая сестра Катя в 1901 году, второй был брат Василий, родился в 1903 году.А потом и я, Пётр Николаевич в 1905 году. Всего пока нас было трое. А потом стал рождаться другие братья и сёстры и всего было детей у матери 12 человек.Так что мать наша многодетная мать – героиня.
В начале этой книги было сказано, что я родился в 1905 году.А далее пошло продолжение нашей жизни и наш век.Сразу как я только появился на свет, получил не благополучное крещение;
– война с Японией
– день девятого января, когда расстреливали рабочих и была первая революция в России.Отсюда и ясно, какая жизнь будет далее.
После того как наш отец с торговлей « пролетел в трубу», он с горяча начал пить.С начала маленько, а потом на всю катушку. Деньги ,которые еще оставались после торговли, все пропил. Нашёл себе друзей – пьяниц, таких же как и сам.
В семье пошла жизнь скандальная и развратная.Обувать, одевать и кормить детей и мать кормить стало нечем, а дети все родятся и родятся. Что только с ним не делали, какие только меры его братья не предпринимали, ни чего ему не помогало.Уйдёт бывало, день его нет, два его нет, и целую неделю нет.Найдём его в каком- нибудь кабаке ,домой привезём. Побудет дома сутки, посмотрит кругом, что кроме избы и детей ничего нет и сново за своё.
Да и рабочие, бедняки, крестьяне тогда переживали тяглое время.В России проварилась Столыпинская реформа. После первой революции в России расстреливали подпольщиков,революционеров, арестовывали рабочих – большевиков и забастовщиков. Защитников угоняли в ссылку в Сибирь, где побывал В.И. Ленин. Время было напряжённое, а у нас в семье – хуже не куда. И такая жизнь тянулась до 1914 года.
В июле 1914 года началась война с Германией, Первая мировая война. Союзниками России были Англия, Франция и некоторые другие мелкие государства. А союзниками Германии были Австрия, Турция и некоторые другие страны.
В 1915 году отца забрали на войну. Война продолжалась четыре года.Жизнь в семье стала еще хуже.Работать было некому, потому что мы были еще маленькими. Мать тогда за отца как воина получала стипендию в сумме сорок рублей романовскими деньгами; удалось ей получить несколько выплат.Скопилось немного денег.Эти деньги прикрыли свою голь. А уж со следующей получки купили кобылу, с которой весной 1916 года наш старший брат Василий пошёл ботать к нашему дяде Василию. Сеяли, пахали косили, жали, молотили хлеб.А я пошёл погонщиком на время уборки хлебов сноповязалками. Сзади – три лошади и спереди – три лошади; Всего запрыгалось в сноповязалку шесть лошадей.Моя работа погонять передних лошадей и чтобы моя лошадь на которой я сижу, шла ровно по краю хлебов. И что бы все ровно тянули. А мне тогда было девять или десять лет. Чтобы я не заснул или не упал под машину, меня привязывали к седлу.
Дело пошло к лучшему.За работу нас снабжали помаленьку продуктами.А бывало даст дядя Тимофей или дядя Сергей за лошадь и за наш труд с Василием. Наш дядя Василий посеял две десятины пшеницы и одну десятину овса. Урожай убрали, смолотили и в амбар к нему засыпали, потому-то у нас ссыпать было некуда.А уже на бушующий год мы; мать Василий и я, автор этой книги, весной 1917 года стали работать самостоятельно.Семена у нас уже были, зерно для еды тоже оставили.
Посеяли мы в эту весну уже семь десятин. Четыре – пшеницы и три – овса.Так что нам приходилось работать летом на сельскохозяйственных работах, а зимой учились в школе.А ведь осенью нужно хлеб свезти домой в клади, возить в снопы, а потом молотить уже дома.Потому что солома шла на топливо, а овсяная солома на корм скоту. У нас уже были три лошади и корова. Во всем нам помогал дядя Василий, а мы помогали ему рабочей силой и лошадьми.
Неслыханное в истории человечества случилось зимой 1917 года.Говорили ,что свергли Царя, то есть арестовали и посадили в тюрьму со всей его семьей.Крестьяне стар и мал не поверили.Как мол можно снять с престола Царя даже.Бог не допустит это сделать рабочему.Ведь сколько мы молились за Царя и Отечество; ,»Боже Царя храни и Его имперское Величество!» Николай Александрович Самодержец Российский, титул наследнику сыну Алеше пророчил; Царевич Великий Князь Алексей Николаевич дома Романовых и всех его дочерей.
В феврале 1917 года смотрим, какой-то народ идёт с песнями и красными флагами.Тогда мы тоже к ним присоединились.Остановился народ возле Дмитриевского дома и был не большой митинг≥ Тогда мы точно убедились, что Царя у нас больше уже нет.Опять крестьянам было не известно, как же будем жить без царя, ведь война то не кончилась, Наверное это большая измена, что Россия будет разбита. А некоторые говорили, что без Царя жить будет лучше. К власти пришло временное правительство ( буфер).Митинги, собрания сходки, в общем было шуму много.
Весной в 1918 году отец приехал с войны и рассказывал нам, что солдаты не хотят воевать, разбегаются ; кто с ружьем едет домой , а кто бросает оружие; что правительство Керенского свергли и будет теперь у нас Советская власть. И в самом деле был декрет, что вся помещичья земля отходит в пользу крестьян, а фабрики и заводы – рабочим. Рабочие , крестьяне и бедняки были довольны.А богатые , которые имели собственные земли , выражали своё неудовольствие .На сходках сильно шумели, кулаками стучали, доказывали , что свою собственную землю не отдадут даром. Капиталистов , помещиков у нас в районе не было. Но по слухам и печати было ясно, что их фабрики и заводы тоже отобрали. Время настало суровое и напряжённое.
Появились на улицах вооружённые отряды казаков с плетками. Потом прибыл карательный отряд – и пошли обыски, били плётками, а большевиков расстреливали. Осенью 1918 года прибыли к нам японские вооружённые войска для усмирения русских рабочих и крестьян. Началась Гражданская война. Богатый берет винтовку и идёт в Белую армию. А рядом дом – бедный берёте винтовку и идёт в партизаны или в Красную армию.
Их жёны , оставшись дома, бывало вцепится в космы и таскают друг друга , пока их кто-нибудь не разнимет. Кое-где мать с дочкой вцеплялись , отец с сыном, сын с отцом. Сын пошёл в партизаны, а отец к белым и воюют друг против друга. Такие бои были под Волочаевкой , под Тарбагатаем , под Ивановкой. Были случаи отец убивал сына, а сын отца.
Казаки вместе с японцами стали ездить по деревням, искать партизан и сжигать дома. Где нет мужиков , значит хозяин ушёл в тайгу к партизанам. Жгли деревни; Тамбовку , Жариково, Зеньковку, Красный Яр, Ивановку и другие. И вот такая « свистопляска» длилась четыре или пять лет, с 1918 года.
Идёт бывало человек поздно домой с мельницы или с гостей или идёт из города, встречают его верховые;» Стой ! Кто ты такой?» Скажешь, что белый, снимай штаны и получай плёток. Скажешь, что красный тоже самое бьют. А спросишь; « Кто вы такие ?» ,вернутся и еще раз добавят. Ну а дальше уже и не спрашиваешь, так за штаны и держишься и скорее домой.
Японцы устроили в Тамбовке штаб. Заняли только что отстроенную волость, а командующий состав занял большие крестьянские дома. И было всех японцев около 3 – х тысяч. Чуть не каждый день откуда-то приезжали и куда-то уезжали отрядами. Всю площадь , где их разместился штаб, обтянули колючей проволокой в несколько рядов. Центральные въезды в деревню и улиц через квартал обтянуты проволокой. Зимой часов в шесть вечера ворота закрывались, а утром в восемь открывались.А летом вечером в восемь≤а утром в шесть.
Летом в субботу ездили после полей в баню. И на выходной в воскресенье, если опоздал к восьми часам, ворота проволочных заграждений закрылись. И оставайся за деревней или поезжай обратно. Ни какой пощады нет.
У штаба для охраны деревни были установлены пулеметы. На переулках, на окраинах стояли посты.Здесь – крестьянский пост, с другой стороны – японский. Наше дело было молодое; придёшь с полей, хочется побывать на улице, повеселиться, походить с девчатами. Но нельзя. Каждый вечер и ночь стрельба из винтовок и пулемётов. То собака побежит, то скотина выйти со двора, то партизаны придут за чем – нибудь; лекарствами или продуктами, одеждой, другой провизией. Часто приходилось ночевать под пулями.
Однажды ночью ушли у кабанчика два верблюда, на котором он возил вино. И пошли по деревне. Где только они не прошли, Амур ни одной лошади не осталось, изломали всю изгородь. И со страхом галопом бежали к речке Гильчин. Японцы с постов заметили конницу, подняли пулемётную стрельбу; Тревога! Партизаны! Когда разобрались, много лошадей было убито и ранено.
В деревне у нас было много китайцев ,жили они в своих фанзах человек по тридцать – сорок. Работали кто как может.Сеяли лук, подсолнухи и мак.Работали по найму у богатых крестьян.
В феврале у них был праздник , Новый год. Встречают они его тоже в 12 часов ночи. Когда заходишь в фанзу, с правой стороны на красной бумаге приклеено изображение их бога . Поставленно много свечей из картона в 3 – 4 мм.,длинной 40 сантиметров. На палку – черенок прибивают дощечку, на которую приклеивают своего бога. Зажигают свечи и бегут на улицу встречать Новый год. Собираются в один круг и молятся примерно час.А потом после молебна .идут на свой пир, где уже все приготовлено. Кушают пельмени.лапшу, пампушки. И пьют спирт, играют в карты.
Однажды в полночь уселись в кружок среди улицы и лопочут по своему.Японцы с поста заметили кучки людей и закричали; «Бурсувика, партизаны!» и подняли стрельбу из пулемета из пулемёта; Тревога! Не благополучный получился для китайцев Новый год тогда.Убитых не было, а вот раненые были.
Весной 1920 года, мы с товарищами в конце деревни собирали степной лук. К нам подъехали два японских броневика, наполненные солдатами и двумя офицерами. Один офицер подходит к нам и спрашивает; « Где дорога на Кутеевку?» Мы отвечаем; « Есть дорога со стороны речки и вот прямо есто дорога».Один офицер плохо по русски говорил, тогда другой сказал; «Садитесь с нами, укажите нам дорогу».Пока мы с ними разговаривали, остальные ребятишки убежали, тогда нас двоих и забрали с собой.
Недалеко от Тамбовки на Чуевку есть Мокрая падь ( так ее раньше называли). Там небольшой крестьянский мостик был из плах (куски бревна). Вот первый броневик передними колёсами проехал, а задними провалился и осел. Японцы все повскакивали и давай тащить его назад. Зацепили задним броневиком, всё равно ничего не получается. Тогда офицер стал ругать первого водителя , почему он неостановимая, чтобы проверить мост. И они стали сильно ругаться между собой. Солдаты окружили их чтобы не получилось плохого.