- -
- 100%
- +
Меня зовут Артур Щеглов. Девятнадцать лет, студент-программист, девственник. Почему вот так сразу упоминаю сей прискорбный факт? Да потому, что он во многом определил эту историю.
Нет, я далеко не страшный – под фотографиями в «ВК» полным-полно кокетливых комментариев от дам самых разных возрастов. Некоторые даже видят во мне сходство с эльфом – высокий, худощавый, с узким треугольным лицом и светлыми чуть вьющимися волосами до плеч. Но так я обычно хожу дома или на рок-концертах, а на учебе и редких прогулках собираю хвост и прячу под капюшоном, чтобы не привлекать ненужного внимания.
Дело в том, что я патологически боюсь людей. Примерно так же, как арахнофобы – пауков. Без разницы, кто передо мной – мужчина, женщина, старик или ребенок – сразу замыкаюсь, ухожу в себя и в лучшем случае промямлю что-нибудь невразумительное и поспешу ретироваться. Общение с прекрасным полом и вовсе вызывает едва ли не панику – и как тут, простите, заводить отношения? Хорошо, в группе одни пацаны, а на послания в соцсетях давно перестал отвечать, хотя пишут каждый божий день.
Из-за чего все это? Скажу просто – трудное детство, и не стану вдаваться в подробности, лады? Вам они вряд ли покажутся интересными, а я не хочу расчесывать еще не зажившие раны. Зато приключившаяся не так давно история – совсем другой разговор, так что начнем с того самого дня, когда я пытался устроиться на работу.
С учебой все шло отлично, но стипендии хватало только на проезд, а сидеть на шее у родителей не привык. Однако единственным вариантом была удаленка: тут покодить, там подизайнить – глядишь, и накапает на еду и жилье. А главное – не надо ни с кем видеться, взял ТЗ, отправил выполненный заказ и все в ажуре. Путь мой лежал на онлайн-биржу – этакую виртуальную доску объявлений, где я и стал потихоньку повышать рейтинг и наполнять портфолио.
Процесс меня неслабо увлек – было в нем что-то от любимых в детстве рпгшек. Справился с заданием, получил пять звезд и двадцать баксов – и чувствуешь себя этаким ведьмаком от мира высоких технологий. Шабашка отнимала все свободное время, конкуренция бешеная, самые сочные заказы разбирали за считанные минуты, а до стабильного высокого дохода еще расти и расти – я хоть и толковый кодер, но далеко не специалист. За первый месяц удалось наскрести всего пятнадцать тысяч (увы, рублей), но что гораздо важнее – это репутация надежного и старательного исполнителя. И однажды ко мне обратились с предложением, от которого нельзя отказаться.
Вернее, можно, но зачем? Работенка непыльная, а платят больше, чем получил за все время на бирже – тридцать тысяч. Ничего подозрительного в заказе не нашел бы и Шерлок – отредактировать роман в модном нынче жанре литрпг, расставить правильно запятые, исправить грамматику – одним словом, стандартная услуга корректора. Признаться честно, по русскому у меня нетвердая четверка, но что мешает скачать словари, учебники да посмотреть, как и что правильно пишется.
Тем более, текст небольшой – всего шесть авторских листов, то есть двести сорок тысяч знаков с пробелами. Дело на неделю, и не придется торчать за компом до середины ночи. Свою роль сыграло и тщеславие – уникальные «прямые» задания выдавали только лучшим из лучших, значит, мои потуги не прошли даром и кое-каким авторитетом я пользовался. Как неожиданно и приятна-а-а-а!..
Но перед тем, как выслать вордовский файл, автор под псевдонимом Man_in_Black (наверняка какой-то известный писатель, раз денег не жалеет) заставил переписать от руки договор о неразглашении, черкануть автограф и отправить обратно скан или фотографию документа. И тогда я не нашел, к чему придраться – вряд ли творец хочет, чтобы рандомный чувак с биржи выложил рукопись в интернет или растрезвонил важные детали сюжета грядущего бестселлера. Да все так делают, вспомните те же NDA в играх.
Договор выглядел так:
Я, Артур Николаевич Щеглов (далее – Исполнитель) обязуюсь хранить в строжайшей тайне все, что узнаю из полученного текста. Все события, персонажи и действия ни при каких обстоятельствах не станут известны третьим лицам. В случае нарушения этих условий Исполнитель понесет наказание по всей строгости закона. Исполнитель берется за работу добровольно, является совершеннолетним, дееспособным и несет ответственность за свои решения и поступки.
Дата, подпись
Ничего сложного. Ничего опасного. Никаких подводных камней – да и где им взяться в четырех предложениях? Трижды перечитал и переслал фотку в предвкушении легких денег. Файл сбросили в личку минуту спустя. Назывался роман «Демоны Иринора» – более чем привычное название для подобных творений. Аннотация тоже не настраивала на оригинальное чтиво:
«Добро пожаловать в «Иринор» – новейшую игру с полным погружением! Переверни страницу – и окажешься в царстве интриг и загадок, демонов и эльфов, отважных рубак и коварных колдуний. Твоя цель – победить владыку нижнего мира, насылающего на прекрасные города и живописные долины своих поганых прислужников: бесов, призраков и прочую нечисть. Но помни – сила Иринора неумолима: коснешься лишь раз и уже не вернешься! Да и зачем, если тебя ждут приключения, невообразимые в обычной скучной жизни? Итак, ты готов? Тогда вперед, герой!».
Неплохо, неплохо. Зевнул и промотал текст на первую главу, но вместо знакомых букв увидел странные символы, одновременно похожие и на арабскую вязь, и на клинопись, и на иероглифы. Я и близко не представлял, что означают все эти замысловатые переплетения палочек и змеистых закорючек. Первая мысль – сбой кодировки: бывает – не страшно. Попытался закрыть «Ворд», но курсор мыши намертво завис, кулер взревел раненым волком, а лежащий на коленях ноутбук начал припекать кожу сквозь толстое одеяло.
И прежде чем я скинул взбесившийся гаджет с кровати, экран взорвался ослепительно-голубой плазмой, и сознание окунулось в непроглядную тьму.
***
Очнулся на холодном каменном полу в просторной освещенной голубыми кристаллами комнате. Никакой мебели, кроме ограненных минералов на подставках по углам не было, а всю стену передо мной занимало зеркало в золотой раме. Подошел ближе, присмотрелся – ни ран, ни царапин, одежда тоже цела – серые спортивные штаны и белая футболка, в которых обычно хожу дома.
– Назови себя! – громом грянул с потолка сердитый старческий голос.
Я аж подпрыгнул и схватился за сердце, чтобы то не пробило ребра как личинка Чужого.
– Кто здесь?! – пробормотал дрожащим голосом.
– Здесь я задаю вопросы! Имя!
– Артур!
Правую кисть тут же обожгло огнем. Где бы я ни оказался – ощущения ничем не отличались от реальности. Сон? Однозначно нет. Кома? Не исключено. Загробный мир? Кто знает.
На тыльной стороне ладони проявилась татуировка – Arthur полукругом между запястьем и костяшками.
– Добро пожаловать в Иринор, герой.
Я поднял взгляд и увидел перед собой согбенного старца в белоснежной хламиде с алой лентой через грудь. Высохшая точно птичья лапа рука сжимала увенчанный кристаллом золотой посох. Весил отполированный до блеска дрын килограммов сто, но дед управлялся с ним как с обычной палкой.
– Кто вы? – на всякий случай отшагнул от незнакомца.
– Бог, – проскрипело в ответ. – Создатель. Демиург. Этот мир – мое творенье, но над ним нависла страшная угроза.
– Владыка нижнего мира? – догадался я.
Костлявый палец ткнул в мою сторону. Только тогда заметил, что под навесом косматых бровей зияют белые впадины – незнакомец был слеп, и тем не менее безошибочно ориентировался в пространстве.
– Ты мне нравишься. Обычно договор подписывают недалекие болваны, но ты определенно не из их числа. Как ты умудрился во все это вляпаться?
– Во что? Скажите, куда я попал?
– Так и не понял?
– Нет.
– Пожалуй, комплимент преждевременен. Ты попал в книгу.
Я тряхнул головой и часто заморгал.
– Ч-что?.. Это невозможно!
– Тогда придумай иную причину.
Да нет же, быть того не может! Подбежал к зеркалу, провел ладонью по глади – холодная. Как и плиты под босыми ногами. Воздух чистый и свежий, с легкой примесью ванили. Я – это я, мои мысли, тело такие же, как и прежде, до взрыва ноутбука. Но черт возьми, как такое возможно? Ладно бы меня похитили и засунули в вирт-капсулу, но я же не выходил из квартиры… А что если…
– Гипноз! – выкрикнул с восторгом, словно Архимед свое знаменитое «эврика!». – Нейронное программирование! Вордовский документ – на самом деле замаскированный вирус. Он изменил частоту обновления экрана и таким образом передал некий код, – говоря это, я вышагивал из стороны в сторону и тыкал пальцем в ладонь. – Глаз не заметил, а по мозгам шарахнуло на полную катушку. Но ничего, скоро все пройдет, я очухаюсь и устрою этому уроду ад на Земле. Это, знаете ли, ни фига не шутки!
– Выговорился? Успокоился? – проворчал старик. – Дурачки на твоем месте обычно кроют матом, падают ниц, пытаются разбить лоб об стену… а ты гляди-ка, во всем научное обоснование ищешь. Выбирай, кем играть будешь.
– Играть? Я типа персонажа создаю?
Демиург вздохнул и потряс бородой. Еще глаза бы закатил, будь они где надо.
– Персонаж уже создан – девятнадцать лет назад. Годный такой персонаж, не самый паршивый, – старик обошел меня кругом, звонко постукивая посохом и потирая подбородок. – Забитый, неуверенный, с добрым сердцем, но темными помыслами. Думаю, толк выйдет, так что немного подсоблю. Обычно вмешиваться в историю нельзя, но бог я или не бог, раз не могу помочь исполнителю своей воли?
– Ис.. пол… нителю? – я передернул плечами и сглотнул.
– Именно. Заступнику Иринора, чемпиону светлых сил, борцу с нижним миром, истребителю бесов, призраков и прочей нечисти. Давай-ка посмотрим, – он поднял руку, и над сморщенной покрытой бурыми пятнами ладонью из ниоткуда возникла тонкая книжица в кожаном переплете. – Силы – мизер. Не быть тебе ни воином, ни рыцарем. Ловкости – крот наплакал. Лучник и разбойник не подходят. Разума… – страница перевернулась сама собой, – хм… Разума много. Твоя колдовская потенция велика.
– Колдовская… – я прыснул в кулак, – потенция?
– Ох и дурень, – пусть творец слеп, но взглянул с таким презрением, какое не всякому зрячему доступно. – Вручить тебе мантию чародея – обречь своих чад на беду. Нестабилен ты, неустойчив, а потому опасен для окружающих. Не дарят пироманам спички – боком выйдет.
– Нестабилен? – всплеснул руками. – Да я спокойный как удав.
– Молчи! – пята посоха врезалась в пол со звоном царь-колокола, аж стены задрожали, а зеркало протяжно запело. – Дать жезл лекаря – впустую потратить боевую мощь. Посему станешь демонистом, ибо гложет тебя моджо – и душа полна им, и чресла!
– Моджо? – бровь выгнулась потягивающейся кошкой. – Что это?
– У чародея – мана, – старик оттопырил узловатый палец. – У воина – ярость. У рыцаря – святость. У жреца – благость. А у демониста – моджо, темная энергия похоти, источник его колдовской силы. Ты ее ни разу не использовал и накопил немеряное количество – самое то для успешного начала.
– Даже не знаю… – я почесал затылок. – А рерольнуться можно?
Дед нахмурился, да так сильно, что брови полностью закрыли глазницы, словно на них выросли вторые усы.
– Ре… что?
– Ну… – с трудом удержался от смеха, глядя на столкновение косматых белых гусениц, – изменить класс.
– Нельзя! – он снова грохнул посохом, а я зажмурился и стиснул зубы от вспышки боли. – Ты – идеал демониста, а в другой ипостаси не добьешься ни шиша! Я устал тут торчать и хочу наконец вернуться в родной Иринор, а не подначивать балбесов и шалопаев на борьбу с нижним миром! Может хотя бы одному удастся побороть владыку и подарить мне заслуженный отдых.
– Погоди… те, – настал мой черед хмуриться. – И много этих ваших балбесов попало в игру?
Демиург пожал плечами.
– Пару тысяч.
– И что с ними стало?
– Кто-то уже погиб. Кто-то еще готовится к бою со злом.
– Погиб?! – у меня аж челюсть отвисла, а глаза полезли из орбит. – Навсегда? В смысле, совсем?
– А как еще можно погибнуть? – с удивлением пробормотали в ответ.
– Ну… временно. Покинуть тело, добежать с кладбища, встать… Или попросить жреца реснуть. Это же игра, а не жизнь, елки-моталки!
– Вестимо, под игрой ты разумеешь нечто иное. Я же говорю об игре богов – темного и светлого. Никогда такой фразы не слышал?
– Блин… – я вытаращился на свое отражение и обхватил голову. – Не хочу умирать. Хочу домой…
– Я тоже, – дед протянул увесистый томик в красивом черном переплете. – Держи.
– Что это?
– У чародея – посох, – как детскую считалочку произнес творец. – У воина – кистень и щит. У рыцаря – двуручный меч. У жреца – кадило. У демониста – гримуар. В книге темных искусств сокрыт ритуал призыва твоего истинного оружия – демона!
– Какого еще демона?
– Могучего, злобного и кровожадного. Ренегата и предателя, ради власти и славы пошедшего войной на собратьев. Носителя величайшей мощи и несокрушимого натиска!
– Да-да… – я вздохнул и подбросил томик на ладони. – Вот вы распинаетесь, нагоняете пафоса, а потом из портала вылезет имп размером с таксу.
– Может и так, – собеседник огладил бороду и учтиво кивнул. – Все зависит от решимости, силы воли, накопленного моджо… и от удачи, куда ж без нее. Особенно когда имеешь дело с обитателями мира лжи, интриг и хаоса. Не попробуешь – не узнаешь. Так или иначе, свежепризванный демон слаб, не воспитан и нуждается в тщательном обучении. Если повезет, если протянешь подольше и не сгинешь в первой же подворотне – глядишь, и вырастишь своего личного владыку преисподней.
– Ага. Сатанчу, выбираю тебя! Что же, давайте начнем. Бред ли это, сон или кома… все равно ведь придется играть по вашим правилам? Иначе из комнаты не выйти, да?
– Именно, – с ухмылкой произнес демиург.
– Окей, – я открыл первую страницу. – Быстрее начнем – быстрее закончим.
«Демон – это житель Нижнего мира, сопряженного с Верхним тайными порталами и разрывами. Сколь велико число светлых рас (человек, эльф, гном и т.д.), столь же обширен и бестиарий дьявольской орды. Призвать демона легко, подчинить своей воле – тяжелейшее искусство, требующее отваги, напористости и хитрости. Хоть темный индивид и восстал супротив своего Владыки, но служить кому попало не станет – у каждой твари свои запросы, вкусы и предпочтения. Понять их – главная задача начинающего демониста, в ином случае школяра ждет лютая смерть от клыков, когтей и копыт.
Если описанное не отвратило вашей жажды призвать обитателя мундуса, займитесь подготовкой ритуала. Собственной кровью начертите пентакль (он же пентаграммус, он же пятиконечная звезда) – размер фигуры значения не имеет, важно лишь, чтобы линии были четкими и ни в коем случае не прерывались.
Завершив символ, отойдите на три шага и громко, отчетливо произнесите заклинание…».
– Н-да… – я тряхнул взлохмаченной гривой и посмотрел на старца. – Так и читать?
– Так и читай, – кивнул демиург. – Но на всякий случай повтори пару раз про себя. В заклинаниях лучше не запинаться.
– Логично. А как кровь-то добыть? Мне бы ножик или иголку…
– Может тебе еще коня и полцарства в придачу?! – рассердился дед. – Думай. Если мозгов и на такую чепуху не хватит, то в Ириноре и дня не протянешь.
Боли я не боялся. Ни получить по морде, ни сходить к зубному, ни со злости разбить кулак об стену. Боль тела – ничто по сравнению с болью в душе, поэтому без сомнений и раздумий закусил нижнюю губу и стукнул по подбородку. Несильно, но вполне хватило, чтобы клык распорол мягкую плоть, а рот наполнился теплым соленым вкусом. Засунув под язык палец, нарисовал первую линию – вышло что надо: жирная, ровная, без единой прорехи.
Через пару минут пентаграмма была готова – не чертеж, а загляденье, всем пентаклями пентакль. Может, я и вправду демонист от природы? Вряд ли. По готике и каббале никогда не угорал, в черных мессах не участвовал, в высшие силы в принципе не верил, даже не малевал лицо на Хэллоуин, и вот те на – будто с рождения оккультизмом балуюсь. Что же – пришла пора вызывать демона.
Волновался ли я в тот миг? Скорее – офигевал от происходящего. Связь с реальностью истончилась до полупрозрачности, мысли путались, взор заволокло туманом. Больше всего это напоминало чувство среднего подпития – когда еще не в зюзю и более-менее соображаешь, но до былой трезвости мыслей как до Луны пешком. Глубокий вдох, рот пошире – и погнали. Встал как на присяге: по струнке, подбородок ввысь, книга перед глазами. Голос громкий, мелодичный – сколько раз приглашали в рок-группы, но на сцене точно бы двинул кони.
– Я, Артур, взываю к вратам Нижнего мира. Я, Артур, предлагаю договор: твоя служба – моя помощь в борьбе с Владыкой. Я, Артур, клянусь кровью блюсти договор до его исполнения, либо до своей гибели.
А ведь под чем-то похожим недавно подписался… Ну-с, посмотрим, что за покемон мне достанется.
Бурые черточки засияли как расплавленный металл и поползли во все стороны. Миг – и крохотный чертеж, уместившийся бы на листе а4, растянулся на квадратный метр. Пол задрожал, заскрежетали камни стен, из черного пятиугольника в центре пентакля повалил густой желтоватый дым, стелясь под ногами непроглядным маревом. Следом вырвался протуберанец огня и замер ревущим факелом, точно выхлоп реактивного движка. Невнятный силуэт возник напротив, заклубился кляксой, то стекаясь, то растекаясь в расплывчатые очертания. Низкий – канонично демонический – бас прорычал:
– Повтори свое имя, смертный!
– Артур! – для убедительности поднял кулак с татуировкой.
– Повтори мое имя – Арграхира!
– Ар… гра… хира?
– Я принимаю твой договор, смертный. Morthus fatus aerranth! Пока Смерть не разлучит нас.
Пентакль потух, превратившись в корочки запекшейся крови. Исчезли дым и пламя, а на месте дьявольских врат осталась… девушка? Высокая, стройная, красноглазая и чертовски красивая – ни одна земная женщина, даже топ-модель из инстаграмма, не могла поспорить с ней ни фигурой, ни надменной мордашкой. Вздернутый носик с колечком в левой ноздре, густо подведенные глаза с длиннющими ресницами, накрашенные сурьмой спелые губки – воплощение и торжество сильной, дерзкой женственности.
Волосы густыми красными реками обтекали слегка выгнутые козьи рожки цвета эбонитового скола. Тонкую шейку стягивал шипастый коллар, треугольники черной кожи с тесемками плотно облегали высокую крепкую грудь как минимум четвертого размера. Короткая куртка нараспашку приоткрывала упругий живот с едва заметными кубиками пресса, в пупке поблескивала цепочка с алым кристалликом. Кожаные шортики кое-как прикрывали половину попки, которая и не снилась завзятым фитоняшкам. От середины бедра начинались высокие сапоги, плавно перетекающие в усеянные короткими иглами голени. Те в свою очередь венчались тяжелыми лошадиными копытами, меж которых нервно колыхался похожий на «крылья» кальмара кончик хвоста.
В руках гостья из Нижнего мира сжимала темный мешочек. Потянувшись как после долгого сна и сладко зевнув, она проворчала прокуренным грубым голосом:
– Который из вас Артур?
– Я, – поднял дрожащую руку, словно первоклассник на уроке.
– Жаль, – она цокнула. – Старпер больше нравится. Ты же похож на эльфа. А все эльфы – педики. Ненавижу, млять, эльфов. На, господин. Вам подарочек из адской жопы.
Арграхира швырнула мешочек мне в лицо. Сию секунду домашняя одежда сменилась черным балахоном с капюшоном – выглядела обновка как снятая с мертвого бомжа и пахла точно так же. Следом через грудь повисла прямоугольная матерчатая сумка, похожая на ту, с которой ходил в универ. Судя по весу – пустая, зато в нее идеально поместится мой гримуар. Вокруг стоп обвились ремешки убитых в хлам сандалий – ну хоть ноги не замерзнут. Вот и вся экипировка первого уровня – стандартный нубошмот из любой ммошки.
– Господин доволен? – с издевкой спросила девушка.
– Ну… – в присутствии такой милахи я едва помнил, как говорить. – Неплохо, да. Спасибо.
– Спасибо? – демоница вскинула будто нарисованные углем брови. – Точно педик.
– Изыди, бестия! – Демиург стукнул посохом, и наглячка растворилась черным пеплом в колокольном звоне.
– Эй! – возмутился я. – Мне опять себя калечить и пентакли рисовать?!
– Нет. Достаточно позвать ее по имени. Ну, и моджо чтобы хватило. Хм… кто бы мог подумать… ты призвал суккубу, – старик в задумчивости почесал бороду. – И хорошо, и плохо… С одной стороны, суккубы – самые капризные, злобные, мстительные, ревнивые, надменные и эгоистичные обитатели Нижнего мира…
– Ну да. Они же бабы.
– Цыц! – я чуть не оглох от звона посоха. – С другой стороны, эти демоны – самый сильный источник моджо. Достаточно одного взгляда – и фиал наполнится до краев.
– Фиал? – еле сдержался от смешка. – Это какой-то эвфемизм?
– Нет. Фиал – это фиал. Держи.
Творец протянул амулет на цепочке из почерневшего серебра – исписанное колдовскими рунами кольцо. Сверху – Arthur, снизу – Arghrakhira, а между ними две запаянные пробирки величиною с указательный палец. Обе наполовину заполнены жидкостями: левая – темно-фиолетовой, как раствор марганцовки, правая – кроваво-красной.
– Слушай и запоминай. Это, – отросший ноготь постучал по фиолетовой пробирке, – фиал мастера. Показывает запас твоего моджо. Вызов суккубы отнимает две трети, так что расходуй с умом. А это – фиал слуги. Когда заполнится целиком, демона можно считать прирученным. Накопленная энергия позволит обучить Аргру первому уровню покорности – нерушимой колдовской связи. После этого бестия не убежит и не посмеет напасть на хозяина. Но если алая жидкость иссякнет – тебе конец. Ни заклинание, ни оружие, ни даже мое вмешательство не спасет, и твоей смертью будут триста лет пугать непослушных детей.
– А почему триста?
– Не те вопросы тебя заботят, юный демонист.
– Согласен. Как наполнять фиалы?
– С первым все просто. Моджо, если вдруг забыл, – это темная сила похоти. Чем сильнее возбуждение – тем быстрее приток. Надо учить тебя возбуждаться или сам справишься?
Я скривился, словно лимон куснул:
– Сам.
– Отлично. Что делать со вторым – не знаю. У демонов свои заморочки, к каждому подход индивидуален. Узнай прислужницу получше – что любит, что ненавидит, как предпочитает проводить досуг, но будь предельно осторожен. Набирается – по капельке, теряется как из пробитого ведра. Понял?
– Вроде да.
– На этом твое обучение подошло к концу, – старик выпрямился и по-отцовски сжал мое плечо. – Но Путь в Ириноре только начинается. Долог ли он будет или короток, приведет к успеху или поражению – зависит только от тебя. Удачи, заступник Высшего мира. Да пребудет с тобой Свет!
И свет пребыл. Очень много света. Будто врубили перед лицом стадионный прожектор. А потом пришла тьма, и я очнулся совсем в другом месте.
Глава 2. Хаб-Харбор
Разбудили крики чаек, удары волн о скрипящие доски и хлопанье паруса. Сел, огляделся – палуба небольшого кораблики вроде шлюпа или люггера (я не моряк, просто люблю «Корсаров»), увитая такелажем мачта, но команды нет – посудина шла сама по себе.
На борту лишь один пассажир помимо меня – рассмотреть товарища по несчастью удалось не сразу, ибо он перевесился через фальшборт и судя по звукам наслаждался всеми прелестями качки. Услышав шум позади, он обернулся, вытер губы и устало кивнул.
На вид – ровесник, но при этом моя полная противоположность. Невысокий – даже сказал бы, низкорослый, крепкий, но с явным переизбытком жира, невыразительным округлым лицом, густой каштановой бородой и модной хипстерской прической с зачесом налево. Из одежды – потертый кожаный жилет поверх серой холщовой рубахи и закатанные до колен просторные штаны. На поясе такая же сумка, как и у меня, из-за плеч торчит обод деревянного щита, оружие – крохотный ржавый клевец, больше похожий на обычный молоток.
– Проснулся, браток? – печально пробасил сосед и вздохнул. – Ну, как тебе новый мир?
– Так себе, – признался я и, покачиваясь, добрался до носа.
Соленый ветер заиграл капюшоном и полами балахона, и лишь тогда я понял, как много в нубском облачении прорех и дырок. Стоило заняться шмотом побыстрее, потому что впереди, мягко говоря, ждало далеко не лето. Мы приближались к небольшому портовому городу, примостившемуся в уютной бухточке меж двух пологих холмов. Сразу отогнал напрашивающиеся аналогии, но уж очень это место походило на задницу – и в прямом, и в переносном смыслах.
Ведь если позади светило яркое солнышко и все выглядело как на средиземноморском курорте, то берег сплошь покрывали леса с пожухлыми, а то и вовсе опавшими листьями, над которыми висели низкие тучи цвета кофе с молоком. И стоило кораблю войти под сень ненастного неба, как теплый и во всех отношениях приятный бриз сменился промозглым и сырым ветром, дувшим прямиком из середины октября. Я невольно поежился и спрятал ладони под мышками – помогло не больше, чем укрываться от холода рыбацкой сетью.