Капитан Бульбульерро Кругосвет. И Океан Заветной Мечты

Гость из зеркала, или – Он и в самом деле существует?!

Капитан Бульбу… все морские напасти мне под киль и в паруса, вы ещё не запомнили, как его зовут!!! – по прозвищу «Везучий Буль» закончил петь, и печально вздохнул. Ведь когда-то эту песню знали наизусть все капитаны, боцманы, штурманы, коки, судовые доктора, матросы и юнги всего мира.

И не только они. Известность Бульбульерро Кругосвета была просто огромной! Превратись она в океан, то плавание через него заняло бы целый год. Даже на самом быстроходном судне, в паруса которого всегда дует попутный ветер!

Но это было давно. Буль уже не помнил, когда эту задорную песню напевал кто-то – кроме него самого. Да и он делал это всё реже, потому что слова с каждым разом вспоминались всё труднее и труднее. Кругосвет хотел записать их, как записывал многое из того, что приходило ему в голову в последние годы. Для этого у него в кармане всегда лежали блокнот и специальный нестираемый карандаш. Хотел, но, всё равно забывал: по одной нехитрой причине…

Он был довольно стар. А, как известно, в старости многие вещи делать не так легко и просто, как в молодости.

Буль снова вздохнул, поправил очки и окинул взглядом большую красочную картину, висящую на стене. Её нарисовал всемирно известный художник Мазюкло Таланттино. На ней, на фоне каравеллы «Бравая Креветка» был изображён молодой и полный сил Кругосвет. На плече капитана с боевым видом сидел его верный друг – попугай по прозвищу Абордаж.

Под картиной, на подставке в виде бушприта, лежала бутылка тонкого прозрачного стекла: пузатая и длинная. Внутри неё находилась ещё одна «Бравая Креветка», во много раз меньше взаправдашней.

Когда Буль перестал ходить в море, настоящую каравеллу перевезли на сушу: чтобы превратить в музей. Последний раз Кругосвет был в нём три года назад, и страшно огорчился, не увидев ни одного посетителя…

«Совсем забыли Везучего Буля» – подумал старый капитан. Потом с кряхтеньем встал из своего любимого кресла, взял тросточку и медленно пошёл на кухню, которую упорно называл камбузом, чтобы приготовить вечерний чай.

Он всё-всё-всё делал сам, потому что жил совсем один. Ему приходилось нелегко, но Кругосвет твёрдо считал, что хныкать и жаловаться – стыдно: и неважно, сколько тебе лет. Этому его научили многочисленные и разнообразные трудности, приключавшиеся с ним в плаваниях.

Ни одна из трудностей не смогла одолеть капитана. Потому что он никогда не сдавался, преодолевая их изо всех сил! И прозвище «Везучий Буль» он отчасти получил из-за этой привычки. Все, кто знал его – думали, что если у Кругосвета всегда всё получается, то капитан – поразительно везучий человек!

Нет, конечно же, везение порой выручало Буля. Но не меньше половины своей удачи он получил благодаря упорству, храбрости и смекалке.

Кругосвет подбросил в печь дров, поставил чайник и посмотрел в окно. Домик старого капитана находился на окраине города, на самом берегу моря. Так близко, что иногда волны прибоя подкатывались почти к самому порогу.

Солнце опускалось за горизонт, и казалось, что оно тонет в море совсем недалеко от жилища Буля.

«Мне уже много лет… – подумал Кругосвет. – Но солнцу гораздо больше. Меня скоро может не стать, а оно ещё долго будет всходить и заходить. Почему люди не живут хотя бы в два раза дольше, чем обычно? Я был бы нисколько не против этого».

Чтобы хоть немного отвлечься от грустных мыслей, он стал вспоминать приключения, выпадавшие на его долю во время плаваний.

Однажды каравелла прочно села на мель, но Буль нашёл выход. Он велел команде ловить летучих рыб, во множестве водившихся вокруг. Ловля продолжалась три дня и три ночи! Каждую рыбину привязывали одним концом верёвочки за хвост, а другим – к «Бравой Креветке». Наконец, их стало так много, что они смогли поднять судно в воздух, и перенести его на глубокую воду!

В другой раз каравелла причалила к незнакомому острову, на котором в изобилии росли сочные и красивые ягоды. Никто из команды, никогда не видел таких ягод. Юнга Шмыль не утерпел, и попробовал одну. И тут же стал кушать их, как будто в жизни не пробовал ничего вкуснее! Глядя на него, за ягоды принялся кок Пальчо Облизотти, потом – боцман Нуптен и остальные: кроме капитана. И не остановились, пока не налопались до отвала!

Но, самое необычное произошло потом, когда команда вернулась на борт. Нет, ни у кого не заболел живот, зато все стали вести себя как маленькие дети! Когда Кругосвет говорил: «Сниматься с якоря!», взрослые и опытные моряки начинали прыгать на одной ноге и хихикать. Приказывал «свистать всех наверх!», а в ответ команда корчила уморительные рожицы и затевала игру в догонялки.

Булю пришлось нянчиться с ними и следить, чтобы они ничего не испортили. К счастью, это продолжалось лишь один день: капитан отлично справился, хоть и прилично устал. Зато потом он частенько шутил, говоря: «Даже не знаю, кто из меня лучше – нянька или мореход?».

И уж никак нельзя было забыть яростный поединок со знаменитым главарём пиратов, по прозвищу Шустрый Хум! Но если кто думает, что Буль и свирепый пират сражались на саблях или другом оружии: то крупно ошибается!

Всё было гораздо страшнее!

В поединке применялась… ЩЕКОТКА!

По его условиям, участники должны были изо всех сил щекотать друг другу пятки. Проигрывал тот, кто засмеётся первым. Упорная борьба продолжалась целый час, и Кругосвет победил!

На самом деле Буль жутко боялся щекотки: поэтому – пошёл на небольшую хитрость. Перед самым поединком он незаметно сунул в рот кислый леденец, и потихоньку сосал его. Кислятина отлично отвлекала капитана от щекотки, и помогла выиграть!

Это была лишь малая часть приключений. Вспоминая их, Кругосвету очень хотелось снова встать к штурвалу «Бравой Креветки», и приказать: «Отдать швартовы! Поднять якорь! Поднять паруса!». А потом отправиться в долгое, возможно – нелёгкое, но – увлекательное плавание.

Старый капитан погрузился в воспоминания и не сразу заметил, что вокруг начали происходить совершенно невероятные вещи!

Стоящий на огне чайник медленно поднялся в воздух, покачиваясь из стороны в сторону. Следом за ним взлетела любимая чашка Буля, похожая на большую раковину. Потом вазочка с сахаром, горшок с кактусом, полотенце и многое другое.

Только это было ещё не всё! Вещи начали быстро и часто менять цвет, словно их поочерёдно макали в разные краски. Кухня стала пёстрой и очень красивой.

А скоро и сам Кругосвет повис в воздухе. Он беспомощно взмахнул тросточкой, чуть не разбив фарфоровую супницу в форме шлюпки, и растерянно воскликнул:

– Что за чудеса выше ватерлинии?! Я – морской волк, а не воздушный змей! А ну, всё по своим местам! Принять швартовы!

Но кухонные принадлежности продолжили неспешно бултыхаться в воздухе, а из комнаты внезапно донеслось чьё-то безостановочное чихание! Сперва оно было совсем тихим, потом усилилось… Как будто чихающий находился где-то поодаль, но постепенно приближался. А после десятого «АПЧХИ!» – чихание стало слышно совсем уж великолепно!

«Что творится?! – старый капитан не на шутку встревожился. – Я видел много разных диковин, но подобного – никогда… Надо срочно выяснить, в чём дело!».

Он замахал руками и ногами, пытаясь сдвинуться с места. Безуспешно. Кругосвет только перевернулся вверх ногами, едва не стукнувшись лбом о горячий чайник.

Но Буль не растерялся! Он взял свою тросточку за низ, а ручкой зацепился за вешалку для полотенца и подтянулся поближе к комнате. Ощущение складывалось такое, как будто старый капитан находился под водой. Только вода была невидимая, и он мог спокойно дышать в ней.

Так, цепляясь за всё, что можно, Кругосвет быстро добрался до комнаты.

И безгранично, невероятно, исключительно удивился!

В комнате происходило то же самое, что и на кухне-камбузе, но Буль удивился не поэтому. Висящие в воздухе вещи хоть и были необычным явлением, но оставались прежними. А вот с большим круглым зеркалом, рама которого выглядела как спасательный круг – произошли изрядные перемены!

Оно стояло в углу комнаты, но почему-то не взлетело в воздух. Зато его поверхность вздулась внушительным пузырём и стала ярко-жёлтой, как спелый лимон. Но самое удивительно было в том, что нескончаемые «апчхи!» – слышались именно из него!

Кругосвет встревожено пробормотал:

– Как-то чересчур много странностей для одного вечера… Очень хочется верить, что сам дом останется на месте, а не взлетит к облакам. Никогда не хотел стать воздухоплавателем… Тысячу дырок мне во все паруса и воронье гнездо вместо якоря! – а это что такое?!

Пузырь вдруг увеличился в два раза, и ослепительно засиял. Старый капитан заслонил ладонью глаза, надеясь, что зеркало не взорвётся, и осколки не разлетятся по комнате, поранив его.

Но вместо грохота взрыва и очередного «апчхи!», Буль услышал незнакомый и взволнованный голос:

– Уф-ф-ф… Наконец-то я добрался! Скажи, капитан Бульбульерро Кругосвет – это ты? Только не говори, что я попал не туда, куда хотел, и ты – не капитан: а какой-нибудь брадобрей или трубочист! Я этого не переживу!

Услышав своё имя, Кругосвет убрал ладонь от лица. И понял, что сегодняшние странности заканчиваться не спешат.

Рядом с зеркалом стоял незнакомец. На первый взгляд, он был одних лет с Булем: но не с нынешним, а с изображённым на картине. Впрочем, на второй, третий и последующие взгляды незнакомец не стал выглядеть старше.

«Откуда он здесь взялся?» – опешил старый капитан, рассматривая нежданного гостя и пытаясь угадать – кто он, и что ему нужно.

Незнакомец был невысоким, не худым и не толстым. Его одежда выглядела самой простой и обычной – белая рубашка, зелёная жилетка, просторные синие штаны и чёрные туфли с блестящей пряжкой. На плече у гостя висела небольшая кожаная котомка серого цвета: набитая так сильно, что походила на мяч.

Физиономия незнакомца была смешной и глуповатой, как у популярного клоуна. Но, стоило Кругосвету заглянуть ему в глаза, как сразу стало понятно – странный гость отнюдь не такой ротозей и простофиля, каким может показаться.

Они были очень умными. Буль даже не смог вспомнить, встречал ли в жизни кого-нибудь с такими же глазами.

Закончив рассматривать гостя, старый капитан хотел спросить у него: «А кто вы?». Или, хотя бы сказать: «Добрый вечер!». Но вместо этого – взмахнул тросточкой и пожаловался:

– Представляешь, я даже чаю выпить не успел! Всё вокруг летает – и я тоже! Ну, совсем как мыльный пузырь! А, ведь я никогда не летал, только плавал. Да и сейчас бы не отказался в море выйти, но годы уже не те…

– Вот именно об этом мне и хочется поговорить! – радостно воскликнул незнакомец.

– О чём? – озадачился Буль. – О годах? А зачем о них говорить? По мне и так хорошо видно, что их целая флотилия и маленькая шлюпка…

– Нет же! – перебил его гость. – О твоём новом плавании!

Кругосвет неуверенно улыбнулся и пробормотал:

– Не могу сказать, что я в восторге от этой шутки… Но так и быть – посмеюсь. Ха-ха-ха… Хо-хо-хо… Хи-хи-хи…

– Я нисколечко не шучу! – решительно заявил незнакомец. – Ты даже не представляешь, сколько стараний мне пришлось приложить, чтобы найти во множестве миров – лучшего капитана, и добраться до него!

– Во множестве миров? – изумился Буль.

– Именно!

– Кто же ты?

– Прости, забыл представиться! – спохватился гость. – Меня зовут Триош. И я – волшебник!

– Ха-ха-ха… – недоверчиво сказал Кругосвет. – Хо-хо-хо… Хи-хи-хи…

Он замолчал, и снова начал рассматривать Триоша: ещё внимательнее, чем раньше. Волшебник молчал, давая старому капитану собраться с мыслями.

Буль думал целых пять минут, а потом расплылся в понимающей улыбке:

– Сопливую медузу мне за шиворот и морского ежа вместо подушки! Почему же я сразу не догадался! Это всё мне снится! Вот сейчас возьму – и проснусь. Вот прямо сейчас…

– Ну-ну, – весело сказал Триош. – Попробуй. Дёрни себя за ухо. Если будет больно, значит – это не сон. Только, совет – сильно не дёргай.

Кругосвет выпустил из руки тросточку, и осторожно потянул себя сразу за оба уха. Но почти сразу же отпустил их.

– Что-то мне подсказывает, что было больно, – усмехнулся волшебник.

– Угу… – ответил старый капитан. – Может, это какой-нибудь особенный сон?

Триош покачал головой:

– Нет. А вещи в комнате летают и меняют цвет потому, что так бывает всегда, когда кто-нибудь совершает переход между мирами. Да, я знаю, что в вашем мире нет волшебников. Но это не значит, что их нет нигде, и они никогда здесь не появятся. Хочешь, я превращу чайник во что-нибудь – и обратно? Текуб вокичнавудо!

Кругосвет удивлённо охнул. Фиолетовый чайник тут же превратился в большой букет одуванчиков, а спустя несколько секунд – снова стал чайником.

– Ладно, – кивнул Буль. – Убедил. Но зачем я тебе понадобился?

– Мне надо найти один остров, – сообщил волшебник.

Кругосвет засмеялся:

– Фу, какие пустяки! Я знаю все острова во всех морях и океанах… Говори, какой нужен?

– В этом океане ты ни разу не был, – загадочно проговорил Триош. – Но до сих пор очень хочешь побывать. Я имею в виду Океан Заветной Мечты!

После этих слов у Буля перехватило дух.

ОКЕАН ЗАВЕТНОЙ МЕЧТЫ!

Невероятно! Он и в самом деле существует?!

Большая и зубастая, или – Каравеллу на воду!

Старый капитан всегда считал, что этот океан – его собственная выдумка, ставшая Заветной Мечтой. Когда он побывал во всех морях и океанах своего мира (и в каждом – не меньше пяти раз), Кругосвет немного заскучал и выдумал себе необычный океан, в котором есть место разным чудесам. Честно говоря, Буль не совсем чётко представлял – какой он: но знал, что лучше не бывает! Кругосвет прекрасно понимал – ему никогда не доведётся плавать по волнам этого океана. И всё равно продолжал мечтать…

Ведь с мечтой, даже несбыточной – жить всегда интереснее, чем без неё. Возможно, не все это понимают, и не все с этим согласны… но Кругосвет знал – он никогда не забудет свою выдумку!

А теперь выходит, что его мечта – гораздо доступнее, чем представлялось! Старый капитан сразу поверил Триошу. За свою жизнь Буль повстречал множество разных людей, и научился различать – когда они говорят правду, а в каких случаях – бессовестно лгут. Нет, конечно же, Кругосвету попадались лжецы, умевшие врать так, что ложь весьма походила на правду. Но таких, на памяти Буля – было крайне мало, всего два или три.

Так вот, его гость – был полностью честен. Старый капитан даже не стал задаваться вопросом, откуда Триош знает о его мечте. Наверняка, при надобности волшебники могут узнать и не такое…

– Ага! – засмеялся Триош, глядя на поражённого Кругосвета. – Я знал, что это известие придётся тебе по душе. Так как? – ты идёшь со мной, или остаёшься здесь? Разрешаю чуть-чуть подумать.

– Я очень хочу пойти, – без раздумий признался Буль. – Но я далеко не молод, и мне будет тяжело переносить плавание… Боюсь не справиться.

Волшебник весело подмигнул ему:

– Не стоит переживать! Как только мы окажемся на месте, твоей старости простынет и след! А если наши поиски окажутся успешными, то молодость вернётся к тебе навсегда. Это станет наградой за помощь.

У Кругосвета опять перехватило дух. Неужели он снова будет молодым?!

– Хорошо, согласен! – воскликнул старый капитан. – Когда отправляемся? Что брать с собой?

– Прямо сейчас, – заявил Триош. – Бери только бутылку с кораблём.

Он поймал проплывающую мимо бутылку и сунул её Булю. Тот крепко сжал память о «Бравой Креветке» в руках и вопросительно посмотрел на волшебника.

Триош схватил Кругосвета за рукав и потащил к зеркалу, которое снова начало сиять. Но на этот раз не надулось пузырём, а наоборот – втянулось внутрь рамы: словно приглашая залезть в неё.

– Как только окажемся с той стороны, просто иди за мной, – велел волшебник. – Это быстро и не страшно. А потом делай то же, что и я. Запоминай всё сейчас, потому что спросить будет невозможно.

– Запомнил, – ответил Буль. – А почему невозможно?

– Скоро поймёшь…

Триош влез в зеркало и затащил старого капитана за собой. Оказавшись внутри, Кругосвет почувствовал, что вес быстро возвращается к нему: и с удовольствием встал на ноги. Переход выглядел как большая труба, излучающая серебряный свет. Волшебник пошёл вперёд, и Буль заспешил следом, пытаясь угадать, почему Триош предупреждал о невозможности спросить что-либо.

Совсем скоро он понял, почему…

У него жутко зачесалось в носу, и старый капитан звучно чихнул.

«АПЧХИ!».

Одновременно с ним чихнул волшебник. И они принялись чихать – наперебой, громко, сильно и без передышки! Сказать что-либо было очень и очень трудно. Кругосвету до ужаса хотелось остановиться и начать чесать нос. Но Триош быстро шёл вперёд, и Булю пришлось топать за ним: потерять волшебника из виду ему совсем не улыбалось.

Путь и в самом деле оказался недлинным. Триош и старый капитан прошли чуть больше пятидесяти шагов, а потом Кругосвет почувствовал, что из перехода повеяло свежестью. Как с самого настоящего океана!

Коридор вдруг пошёл под уклон. Триош сел, оттолкнулся руками и поехал, словно по настоящей горке!

Буль последовал его примеру, положив бутылку на колени. Переход закручивался штопором, старый капитан скользил всё быстрее и быстрее. Впереди всё так же раздавалось чихание Триоша.

Внезапно оно прекратилось. А потом, внизу прозвучал удивлённый вопль волшебника и громкий плеск воды. Кругосвет вдруг понял, что нос перестал чесаться. А ещё, что «горка» кончилась – и сам он куда-то падает!

Падение было коротким, Буль даже не успел испугаться. Старый капитан с головой погрузился в воду, едва успев схватить бутылку левой рукой и придержать очки правой!

«Чтоб я стал глупее икринки, если это не океан!» – подумал Кругосвет, вынырнув на поверхность и отфыркиваясь.

Рядом бултыхался Триош, держа котомку над водой. Волшебник был невероятно взволнован, как будто произошло что-то, чего он никак не ожидал.

– Всё в порядке?! – встревожился Буль.

– Нет! – удручённо воскликнул Триош. – Мы должны были оказаться на берегу одного острова, а не здесь!

Кругосвет огляделся. Никакого острова ни поблизости, ни вдали – не наблюдалось.

Старый капитан удивился:

– А разве ты не можешь всё исправить?

– Не могу! – ответил волшебник чуть не плача. – Честно-пречестно, не могу. Сейчас с волшебством не всё так просто. Я способен лишь превратить кораблик из бутылки – в настоящую каравеллу, сделать тебя молодым, и ещё кое-что… Но надо как-то достать его оттуда, а как? Даже бутылку разбить нечем…

– Не стоит унывать! – подбодрил его Буль. – Выход можно найти всегда! Надо только как следует посмотреть вокруг и хорошенько подумать.

Он внимательно огляделся, а потом ткнул пальцем за спину Триоша и уверенно заявил:

– Я вижу решение нашей трудности! Скоро оно будет здесь, а мне останется смешной пустяк – разбить бутылку…

Волшебник посмотрел назад, и громко завопил от страха:

– Это же АКУЛА!

– Не просто акула, – невозмутимо заявил Кругосвет. – Это – рыба-молот.

– Да хоть рыба-веник, или рыба-кочерга! Какая разница?! ОНА ЖЕ НАС СЪЕСТ!!!

– Нет ещё такой рыбы, которая бы съела Везучего Буля. Многие пробовали, но мало зубов сохранили, да кое-как хвост унесли…

Он посмотрел на треугольный плавник, который быстро приближался к ним и спросил:

– А ты можешь сейчас вернуть молодость? Мне было бы легче сделать то, что задумал…

– Нет! – с огромным сожалением воскликнул волшебник. – Слишком мало времени! Да и лучше, чтобы под ногами была земля, или палуба корабля.

– Жаль, – сказал Буль. – Ладно, справлюсь и так.

Он поплыл навстречу плавнику, стараясь плескаться и бултыхаться как можно громче: приманивая океанского хищника к себе. Плыть в одежде и с бутылкой в руке – было не очень удобно, но Кругосвет не сдавался. Ведь выбора-то не было! Да и не привык сдаваться.

Удивительно, но как только он очутился в воде, то сразу почувствовал себя лучше. Как будто океан придал ему сил и уверенности.

– Эгей! – крикнул старый капитан. – Тащи свой хвост и жабры сюда, мелюзга тупоносая! Чтобы мне драить своей бородой сто ржавых якорей, если не покажу тебе – кто тут самый зубастый!

Рыба-молот с удвоенной скоростью поплыла к Булю. Словно она обиделась на него за «тупоносую мелюзгу», и решила проучить, как следует.

– Давай-давай… – шептал Кругосвет, не отводя взгляда от плавника, стремительно разрезающего водную гладь. – А теперь – поиграем в лошадки!

Он подпустил акулу вплотную, и ловко увернулся от её необычного носа. И тут же… схватился за плавник свободной рукой, оседлав морского хищника как обычную лошадь!

– Гордись, что на тебе сидит Везучий Буль! – прокричал Кругосвет. – Ну-ка, быстро задери нос от гордости!

Он изо всех сил стукнул пятками по акульим бокам, и та высунула голову из воды! Только не от гордости, а от боли и неожиданности.

Старый капитан именно этого и добивался. Он быстро примерился, и аккуратно ударил акулу бутылкой по носу!

«Хруп!». Стекло треснуло, «Бравую Креветку» тряхнуло, но у неё ничего не сломалось. Ведь маленькая каравелла была сделана из самого лучшего и прочного дерева.

Рыба-молот вытаращила глазки от неожиданности. Умей она говорить, то наверняка завопила бы что-нибудь вроде: «Караул! Малюсенькую добрую рыбку обижают! На помощь!!!».

Не теряя времени, Кругосвет ещё раз ударил бутылкой по носу акулы. Стекло треснуло сильнее, и донышко отвалилось.

Старый капитан ловко вытащил кораблик из бутылки. Опять стукнул пятками по бокам океанского хищника, и грозно прикрикнул:

– А ну-ка, брысь отсюда!

Рыба-молот страшно испугалась. Она привыкла, что все – кто встречается с ней, стараются уплыть как можно быстрее и дальше. И спрятаться получше.

Океанская хищница ударила хвостом по воде и торопливо нырнула в глубину.

– Хе-хе… – усмехнулся Кругосвет, возвращаясь к Триошу. – Такая большая и зубастая, а смелости – как у головастика.

Волшебник смотрел на подплывающего капитана, раскрыв рот. Он до сих пор не мог поверить, что Буль сумел разбить бутылку и избавиться от опасности.

– Ну, что? – подмигнул ему Кругосвет. – Будем купаться дальше, или сделаем вот эту крохотулю – настоящим судном?

Старый капитан помахал корабликом перед глазами Триоша, и волшебник опомнился:

– Да-да, конечно! Сейчас! Только надо кое-что достать…

Он принялся открывать котомку. Ему было очень неудобно делать это одной рукой. Триош пару раз погрузился в воду с головой, отфыркивался, что-то ворчал, чуть не утопил котомку: но справился.

Теперь настала очередь Буля удивляться. Ведь волшебник достал… небольшой веер! Серого цвета, самый обыкновенный с виду.

Раскрыл его, и Кругосвет увидел, что на одной стороне веера нарисован знак «плюс», а на другой – «минус».