- -
- 100%
- +
– Да, с этим со всем порядок, – сказал Сергей.
– Тогда понедельник на решение всех проблем, связанных с работой в институте, и во вторник жду вас на Остоженке. Время и место сообщу вечером в понедельник, ваши контакты у меня есть, – сказал Воронин.
Генерал достал мобильный и набрал номер.
– Мы эвакуируемся, кабинет свободен, спасибо, – сказал Воронин по телефону хозяину кабинета.
Они попрощались и Сергей, выйдя из управления, вздохнул почти с облегчением:
– Ну, по крайней мере выходные проведём с семьёй как планировали, – вслух пробормотал Акулов.
Нью-Йорк. 2018 год. Июль.
В США Сергей прилетел вначале июля. Он вошёл в группу экспертов, готовивших доклад Постоянному представителю Российской Федерации при Организации Объединённых Наций в части проблем, связанных с запретом биологического оружия и необходимостью контроля его соблюдения.
Акулова и прилетевших с ним журналистов и дипломатов поселили в Hilton Garden Inn New York – отеле. Основные материалы для доклада были привезены из Москвы, где прошли согласование в МИДе. Теперь предстояло поработать с ними здесь для их окончательного оформления. Во всём этом и участвовал Сергей.
Таким образом под прикрытием российской делегации, которая приехала на очередную ассамблею ООН, Акулов оказался в Нью-Йорке для выполнения задачи, которую ему поставил генерал Воронин.
В программе пребывания делегаций, которые прибыли из разных стран на ассамблею ООН, были двухсторонние и многосторонние встречи по разным темам международного сотрудничества. На одной из таких встреч, касающихся проблеме контроля за соблюдением КБТО по информации, полученной от Службы внешней разведки, должен был быть учёный биохимик, некто Майкл Паркинсон, который и являлся одним из разработчиков штамма гриппа.
В задачу Сергея входило наладить с ним личный контакт и дальше действовать по обстоятельствам, имея основную цель – получение от него информации на интересующую нашу разведку тему. По личности Майкла Паркинсона была очень скудная информация, почти что никакой. Известно только, что с отличием закончил Harvard University, начинал работу в американской компании Monsanto, проработав там четыре года уволился. Далее ничего про него не известно. Каких-либо характеристик по нему как о человеке, пристрастия, хобби и прочее, нет. Времени у Сергея для того, чтобы выполнить эту сверхзадачу было очень мало. До начала ассамблеи оставалась неделя, потом все разъедутся.
На завтра, 10 июля, была назначена встреча делегаций США, России, Китая, Великобритании и Франции по вопросам соблюдения КБТО. Состав стран говорил сам за себя, это были постоянные члены Совета Безопасности ООН. Сергею предстояла встреча с Майклом Паркинсоном, с которым необходимо наладить контакт.
Вечером, сходив в фитнес-зал отеля, Сергей принял душ и сел просмотреть бумаги, где были черновики его завтрашнего выступления. Окончательный доклад лежал аккуратно сложенный в папке и его он трогать не стал. Ничего не лезло в голову. Он всё время думал о завтрашней встрече с Паркинсоном. Акулов как-то уже находился в подобной ситуации в Лондоне, где необходимо было наладить контакт с французским коллегой, чтобы получить некоторые сведения, касающиеся планов строительства биохимических лабораторий на территории Восточной Европы и Казахстана, а вернее даже уже их модернизации, так как они там находились. Тогда с задачей он блестяще справился. Этого француза выбрали не случайно. На него был у СВР компромат, которым Сергей умело воспользовался. Здесь другой случай. И по масштабу целей, и по задаче получения информации от человека, про которого ничего не известно.
Акулов ещё в Москве понял почему Служба внешней разведки, а именно генерал Воронин, выбрали его. Кроме конечно, специфики его знаний в области биохимии и участия в Китае над разработкой штамма, это успешное завершение подобной операции в Лондоне, где проходил форум стран Европы по вопросам о запрете химического и биологического оружия, на который пригласили Россию. Теперь ему предстояло сделать тоже самое, только в более сложных условиях.
Сергей ещё немного полистал бумаги, потом отправил душевные СМС домой с пожеланием доброго утра и хорошего дня и уснул крепким сном, необходимо было хорошо выспаться.
Нью-Йорк. 2018 год. Июль.
Встреча делегаций пяти стран, постоянных членов Совета Безопасности ООН, по вопросам контроля за соблюдением КБТО, проходила в одном из помещений здания ООН, предназначенного для таких форматов.
От каждой делегации был выступающий с докладом. Между очередными выступлениями запланировали кофе-брейк, на котором Сергей хотел осуществить первый контакт с Майклом Паркинсоном. Для этого Акулов придумал повод и ждал только удобного момента подойти к нему.
Майкл Паркинсон был сорокалетним, не высокого роста, абсолютно лысый и с пронзительными карими глазами за большими ресницами, которые сильно контрастировали на его лице с головой как бильярдный шар. Одет он был в безупречно сидящий на нём темно-серый классический мужской костюм и белую рубашку с галcтуком от Brioni, всё согласно дресс-коду встречи. На ногах была обувь из коллекции Brioni. Паркинсон держался особняком от американских коллег, что облегчало задачу Сергею начать разговор с ним.
Акулов выбрал момент, когда американец пил кофе и листал какой-то журнал во время кофе-брейка, сидя за отдельным столиком в стороне от общающихся участников встречи. Сергей хорошо говорил по-английски, который выучил и совершенствовал с носителями языка в служебных командировках. Он подошёл к столику, за которым сидел Паркинсон и попросил разрешения присесть. В руке Сергей держал чашку кофе. Тот любезно согласился на соседство за столиком. Некоторое время они сидели молча. Американец читал журнал, Сергей пил кофе и смотрел в iPhone, который держал в руке, листая непринуждённо ленту Facebook.
– Простите, Майкл Паркинсон, если не ошибаюсь? – прервал молчание Сергей.
Паркинсон закрыл журнал и внимательно посмотрел на Сергея.
– Нет, не ошибаетесь, меня действительно зовут Майкл Паркинсон, – ответил американец.
– Меня зовут Сергей Акулов, я из делегации России. Мы с вами коллеги. Я биохимик. Три года назад прочитал вашу научную работу по различию биохимического состава гепатоцитов, культивированных на искусственных матрицах. Дело в том, что это тема моей докторской диссертации. Это научная степень такая у нас в России, – сказал Сергей.
– Я знаю, что такое доктор наук, – сказал Майкл.
– Для меня, то что вы здесь, большая удача, – продолжал Сергей. – Можем ли мы как-то поговорить с вами на эту тему? Ну, например, вечером можно поужинать где-нибудь. Я приглашаю.
Паркинсон посмотрел на часы, потом на Сергея.
– Простите…, – начал с вопросом в глазах Майкл.
– Сергей, – напомнил Акулов, понимая, что американец не запомнил русское имя.
– Да, простите Сергей, давайте сделаем так, – сказал Паркинсон. – Сегодня у меня вечером уже назначена встреча. А вот завтра. Есть такой ресторан Mari Vanna. Там великолепная русская кухня. Я люблю вашу еду. Он откроется в 12.00. Давайте в 13.00 пообедаем и пообщаемся.
– Неожиданно приятно слышать, – сказал Сергей. – Это я про согласие пообщаться в первую очередь и про еду во вторую.
– Ну, вот и договорились, – сказал Паркинсон. – Кажется пора в зал. Время перерыва закончится через пять минут.
Сергей и Паркинсон встали из-за столика и направились в зал, где должна была продолжиться встреча делегаций стран – постоянных членов Совета Безопасности ООН.
Нью-Йорк. 2018 год. Июль.
На следующий день, после встречи в стенах ООН с Майклом Паркинсоном, Сергей, как и договорились, приехал в ресторан Mari Vanna. У входа его встретил метрдотель, который, узнав имя, сообщил, что его уже ждут и проводил до столика, за которым расположился Майкл Паркинсон.
Сергей поздоровался с Майклом и сел за столик. Официант принёс меню, и они после нескольких ничего не значащих фраз о жаркой погоде, принялись его изучать. Сделав заказ, Майкл и Сергей попросили принести холодной воды без газа и приготовились к общению.
– Я осенью планирую защиту докторской диссертации, – начал разговор «по существу» Сергей. – Остались некоторые вопросы, как раз по теме той вашей научной работы, о которой вчера говорили.
Майкл некоторое время внимательно смотрел на Сергея. Что-то в его выразительных умных глазах немного настораживало Акулова. Как-будто какая-то ирония проглядывалась через тактично принятое внимательное выражение лица американца.
Акулов попытался сформулировать вопросы, которые якобы хотел прояснить у автора научной работы. Это он ещё в Москве тщательно подготовил. Так продолжалось ещё минут пять. Майкл внимательно слушал, кивал головой, давая понять, что в теме. Когда Сергей окончательно уже подытожил свой научный интерес конкретным описанием того, что хотел бы обсудить, Майкл не торопясь допил свой бокал воды и посмотрел в упор на Сергея.
– Сергей, давайте научные темы, касающиеся вашей, не существующей диссертации, оставим учёным биохимикам, которые сейчас в лабораториях, научных аудиториях или библиотеках занимаются наукой, – неожиданно начал Майкл. – Вас интересует совсем не это.
– Не понимаю, – сказал Сергей, стараясь быть искренне удивлённым. – Что меня ещё должно интересовать?
– Вы участвовали в работе над созданием штамма гриппа по имеющемся уже отработанным технологиям, которые получили китайцы от перебежавшего в КНР сотрудника одной из структур Министерства обороны США, – спокойно ответил Майкл. – Работы эти велись в лаборатории Ухани. И насколько я знаю, успешно. Сейчас, очевидно, вы работаете над созданием вакцины. Я один из разработчиков этого штамма. Отсюда и интерес ко мне со стороны майора ФСБ и по совместительству учёного биохимика. Или наоборот, не знаю ваших личных и служебных приоритетов. Всё просто, как видите, Сергей.
– Хорошо, Майкл, тогда давайте поговорим об этом, – сказал Сергей.
В это время официант принёс заказ. Очень кстати оказалась эта пауза в разговоре. Сергей собрался с мыслями, на ходу перестраивая структуру запланированного разговора. Так или иначе он всё равно должен был предложить Паркинсону сотрудничество, поэтому в этом смысле ничего не изменилось. Но то, что Майкл пришёл, заранее зная кто он и зачем ищет с ним контакт, меняло многое. Это говорило о том, что контрразведка США стоит за Паркинсоном, иначе откуда у этого биохимика эта информация. Это, во-первых. Во-вторых, почему Паркинсон сразу раскрыл карты без игры? Что это? Придётся импровизировать.
– Давайте сделаем вот что, – продолжал Сергей. – Мы оба действуем не самостоятельно. За нами стоят силы, преследующие определённые цели. Мы винтики этого механизма. У нас есть свои задачи и рамки полномочий. Раз вы, зная о том, кто я, пришли на эту встречу, значит у вас есть что мне сказать. У меня тоже есть предложение лично к вам. Откроем карты.
Майкл поглощал заказанные им блины с сёмгой. Он показал ножом на блюдо, стоящее перед Сергеем, это был борщ.
– Вы поешьте, – сказал Майкл. – Остынет.
Сергей начал есть борщ. Так они обедали молча минут десять.
– Я готов, давайте поговорим, – первым сказал Майкл, вытирая салфеткой губы и запивая водой.
– Мы оба с вами учёные биохимики. Прежде всего, я учёный, – сказал Сергей. – Нам, как мало кому, известно, что сейчас создано искусственным путём, кстати с вашим активным участием, и какая угроза человечеству реально существует. Вопрос: что с этим делать? Ответ: это надо остановить и уничтожить. И это в том числе, и моя задача, с которой я шёл на встречу.
– Я понял, – сказал Майкл. – Теперь без рассказов про нравственность. Вы же должны были мне предложить что-то взамен моей лояльности вплоть до сотрудничества? Я слушаю.
– Тут полный карт-бланш, – сказал Сергей. – Ваши условия? В случае согласия, это будет решено без сомнения в полном разумном объёме.
– Что значит «разумном»? – спросил с улыбкой Майкл.
– Луна, континенты – это вряд ли, остров – зависит от величины и географического положения, – пошутил Сергей.
– Теперь давайте скажу я, – произнёс Майкл. – Моё предложение на редкость симметрично. Даже в плане возможности вознаграждения. Добавлю лишь, что наши возможности на порядок больше ваших. Когда говорю, «Ваши», «Наши», вы понимаете, что я имею ввиду.
Сергей молча смотрел на Майкла.
– До ассамблеи шесть дней, – продолжал Майкл. – У нас с вами есть время. Предлагаю не рассчитывать на моё сотрудничество, это невозможно по многим причинам, не важно по каким, не тратьте время. А вы подумайте. Давайте встретимся здесь же в 13.00 15 июля. Столик я закажу. Теперь уже приглашаю я.
– Хорошо, – сказал после минутной паузы Сергей. – Мне надо подумать.
Майкл попрощался с Сергеем и вышел из ресторана. Акулов рассчитался с официантом, некоторое время сидел, пил чай, потом поехал в отель.
Нью-Йорк. 2018 год. Июль.
15-го июля ровно в 13.00 Сергей Акулов входил в ресторан Mari Vanna, где его уже ждал Майкл Паркинсон, который расположился за тем же столиком, что и в прошлый раз. Они поздоровались и принялись за меню. После того, как Майкл и Сергей сделали заказ официанту, собеседники были готовы к разговору, ради которого и пришли сюда.
– Я подумал и готов обсуждать условия моего сотрудничества с вами, – первым начал Сергей.
– Хорошо, я вас слушаю, – сказал Майкл.
– Насколько понимаю, я вам необходим в качестве и как офицера спецслужбы противника, и в качестве биохимика, имеющего отношение к разработкам двойного назначения, – сказал Сергей.
– Да, вы правильно понимаете, – сказал Майкл.
– Тогда у меня вопрос: речь идёт о какой-то конкретной информации, и получив её вы отблагодарите меня на моих условиях или что-то ещё? – спросил Сергей.
– Какие ваши условия? – спросил Майкл.
– Сначала я хочу услышать, что от меня хотят, – ответил Сергей.
– Пока ничего, – сказал Майкл. – Вы должны будете подписать кое-какие бумаги, мы в свою очередь выплатим вам аванс, а потом вы вернётесь в Россию и приступите к своим служебным обязанностям. Что же касается вашего задания по моей вербовке, то оно будет успешно выполнено. Я «ваш» на определённых моих условиях и готов делиться информацией.
– Допустим мы договорились. Когда необходимо запускать механизм взаимных условий, я имею в виду бумаги, про которые вы говорили и вознаграждение? – спросил Сергей.
– Сегодня, – ответил Майкл. – Сейчас мы поедем в одно место, здесь недалеко. Это обыкновенная квартира. Там вы подпишите бумаги. На ваше имя будет сегодня же открыт счёт в Bank of Amerika, на который будет переведено сто тысяч американских долларов. Это аванс.
– Как долго мне работать в России? – спросил Сергей. – Одним из условий нашего соглашения является получение политического убежища в США для меня и моей семьи.
– Этого я пока не могу сказать, – ответил Майкл. – На вас есть конкретные планы и как пойдут дела никому не известно. Что касается политического убежища и безбедной жизни в США – это само собой и эти договорённости будут прописаны в бумагах, которые необходимо подписать сегодня.
Официант принёс заказ. Некоторое время Майкл и Сергей молча обедали.
– Я подпишу бумаги, – прервал тишину Сергей. – Какие гарантии лично вы можете дать о поступлении денег на мой счёт?
– Основная гарантия – это здравый смысл, – сказал Майкл. – Вы же разведчик, в том числе, понимаете, что вся работа впереди и размениваться на шантаж бумагами, кинув с деньгами – не стиль серьёзной спецслужбы. Вы же об этом подумали?
– Хорошо, я согласен, – сказал Сергей. – Когда необходимо ехать и куда?
– Не торопитесь, обедайте, – сказал Майкл. – Вот доедим наш обед и поедем.
Через полчаса Майкл рассчитался с официантом, и они с Сергеем покинули ресторан.
Москва. 2018 год. Июль.
В Москву Сергей прилетел 20 июля и с докладом о выполнении задания в Нью-Йорке по «успешной» вербовке Майкла Паркинсона с утра был у генерала Воронина.
Руководитель операции внимательно выслушал доклад майора Акулова. Дело в том, что ещё одной из причин командировки Сергея в Нью-Йорк с заданием Службы внешней разведки был тот факт, что Акулов, по информации резидента в США, был засвечен как сотрудник спецслужб России. И было очевидно, что контакт с Паркинсоном будут вести спецслужбы американцев.
Таким образом был выработан вариант возможных событий, очень похожий на тот, который и произошёл на самом деле.
В итоге получилось, что для спецслужб США Сергей Акулов, двойной агент, играющий на их стороне. В свою очередь Майкл Паркинсон под контролем американцев завербован российскими спецслужбами для получения важной информации, касающейся разработок в области биологического оружия.
Понятно, что от американского биохимика российские спецслужбы будут получать дезинформацию, тем не менее тем же и российские спецслужбы могут ответить американцам. Началась шахматная партия под название СВР против ЦРУ, в дебюте которой всё-таки преимущество, но пока слабое, было у СВР.
Акулову ещё предстояло множество проверок со стороны его новых патронов на предмет лояльности. Это прекрасно понимали и в Москве, и в Вашингтоне. Игра началась.
Разговор один на один генерала Воронина и майора Акулова продолжался уже больше двух часов.
– Ещё раз необходимо просмотреть материалы работы НИИ Министерства обороны по биохимии, которые возможны для передачи американцам, – сказал Воронин. – Думаю, что проверки они начнут незамедлительно. Времени у них в обрез. По нашей информации ЦРУ готовит пробное применение этого штамма где-то в густонаселённых территориях, естественно в Восточном полушарии. Хотят как всегда отсидеться за «большой лужей». Предположительно это будет либо Индия, либо Китай. Им позарез нужна информация по результатам разработок наших и китайских учёных по созданию вакцины против этого штамма гриппа. Работы ведутся. Есть предварительные результаты. Я в этом не специалист. Вам понятнее что там у них получилось.
– Пока ещё рано говорить о положительных результатах, – сказал Сергей.
– Вот-вот, нам нужно выиграть время, – сказал Воронин. – Им необходимо сливать информацию, с одной стороны позволяющую закрепить вас как агента, то есть добиться доверие к тому, что им пересылаете, с другой стороны, повести их по ложному пути исследований и планов. Но тут – это уже в вашей компетенции и ваших коллег учёных биохимиков.
– Игорь Алексеевич, насколько я помню, когда мы получили от китайцев первую информацию о возможном применении этого штамма американцами в Восточном полушарии, там было указано две страны: Россия и Китай, – сказал Сергей. – Собственно поэтому они и обратились к нам за помощью в совместном исследовании технологии получения этого штамма. Что-то изменилось?
– По последним данным, Россия не фигурирует как возможный объект атаки, – сказал Воронин. – Теперь это Индия или Китай. Не знаем с чем это связано. Возможно после эфира 1 марта, когда Путин рассказал про новые образцы оружия у России. В нашей Военной доктрине есть пункт, позволяющий применять ядерное оружие, если стране угрожает полное уничтожение. Не рискуют сюда соваться. Но это только предположение.
– Всё так серьёзно? – спросил Сергей.
– О серьёзности биологического оружия не мне вам рассказывать, Сергей Яковлевич, – ответил Воронин.
– Что мне сейчас делать, Игорь Алексеевич? – спросил Сергей.
– Работайте в институте, будем на связи. Как проявятся заокеанские коллеги, продолжим дальше, – ответил Воронин.
Москва. 2018 год. Август.
Не прошло и двух недель после приезда Сергея из Нью-Йорка, как на него, по заранее запланированному каналу связи, вышел человек из посольства США. У агента были конкретные вопросы по ходу работы российских учёных в области получения вакцины против нового штамма гриппа. Такую информацию Сергей готовил и фильтровал, строго следуя задачам укрепления уверенности ЦРУ в его лояльности, в то же время скрывая значимые моменты этих исследований. Согласно созданной СВР ситуацией с Майклом Паркинсоном, с американским биохимиком тоже установили контакт, который был обезличен, чтобы не засветить своего агента на территории США.
Таким образом в адрес обеих спецслужб пошла информация, а точнее дезинформация об истинном положении дел в работе учёных в области биологического оружия.
Скоро должен был начаться учебный год в школе, и Сергей с женой и сыном собирались проехаться по магазинам, чтобы закупить всё необходимое Андрею. Рано утром в воскресенье дождавшись тёщу, которая обещала посидеть с Олечкой, пока они будут заниматься необходимыми покупками к первому сентября, Сергей, Марина и Андрей выехали на этот шопинг.
Наконец, купив почти всё необходимое, оставались ещё какие-то мелочи, заехав в последний магазин канцтоваров, Сергей увидел непринятый звонок от Воронина. Акулов набрал номер генерала. Тот просил его срочно приехать к нему. Ускорив покупки оставшихся предметов школьной атрибутики, Сергей отвёз семью домой и поехал на Лубянку.
Он застал генерала в его кабинете за чтением кипы бумаг, которые лежали у него на рабочем столе.
– Здравия желаю, Игорь Алексеевич, – поприветствовал по-военному Сергей генерала.
– Здравствуйте, Сергей Яковлевич, – ответил на приветствие Воронин и протянул руку подошедшему Акулову. – Присаживайтесь. Извините, что в воскресенье вызвал, но это срочно.
– Да ничего, я понимаю, – сказал Сергей.
– Мне тоже надо бы внука перед школой куда-нибудь вывести, хоть в парк что ли, а то в каникулы почти не виделись, начнётся учебный год вообще не соберёмся. Так что мы в одинаковых условиях.
Сергей вдруг подумал, что не говорил Воронину где он, когда разговаривал с ним по телефону.
– Не напрягайтесь, Сергей Яковлевич, размышляя откуда я узнал где вы, с кем находитесь и что делаете, – сказал Воронин. – Это меры предосторожности, должны всё понимать. Та операция, ключевым участником которой вы являетесь, имеет огромное значение для баланса противостояния с нашими заокеанскими «партнёрами». А вообще вся эта игра, будь она не ладна, это опасная штука для человечества. Может даже опаснее, чем накопленное ядерное оружие. Уже были Хиросима и Нагасаки, а вот этого зверя, по большому счёту, ещё массово никто не применял. Сейчас вы поймёте к чему я всё это говорю.
Воронин встал из-за стола, подошёл к небольшому столику, стоящему в дальнем углу кабинета, на котором стоял электрический чайник, несколько кофейных чашек и кофе с сахаром.
– Кофе будете? – спросил Воронин.
– Не откажусь, – ответил Сергей.
Воронин включил чайник и прошёл опять за стол.
– Получена информация, достоверность её сейчас пытаемся проверить по другим каналам, что ЦРУ приняло решение применить штамм гриппа, который вы с китайскими коллегами получили в Ухани, на территории, как уже и было нам известно, либо в Индии, либо в Китае, – начал генерал. – Пока ещё информация очень скудная и мы не знаем где именно всё это произойдёт.
Воронин встал из-за своего рабочего стола, налил кофе Сергею и себе, сел за стол для посетителей напротив Акулова.
– Когда мы получили этот штамм в Ухани и делали опыты с животными, было опасение, что рано или поздно он мутирует и приспособится к жизни в человеке, – сказал Сергей. – Кроме того, были материалы по работам в Африке и то, что уже наблюдались заболевшие. Там же была информация по большому диапазону симптомов и интенсивности их проявления. Само собой, проверить мы это не могли. Работы по наблюдению за его поведением вели на летучих мышах и крысах.
– К сожалению информация о заболевших людях подтвердилась, – сказал Воронин. – Всё описанное в документах от перебежчика имело место. Теперь это известно достоверно. Этот штамм гриппа передаётся от человека к человеку.
– Работы над созданием вакцины интенсивно ведутся и нами, и китайскими коллегами, – сказал Сергей. – Сейчас трудно сказать, когда её удастся получить. Есть определённый алгоритм такого исследования и получения результата, предусматривающий определённые сроки, сократить которые никак нельзя.
– Завтра по установленному ЦРУ каналу связи для вас, должна уйти к ним информация, что вакцина против штамма получена в Китае совместно с китайскими коллегами, – сказал Воронин. – Вы должны будете немедленно вылететь в Ухань, в лабораторию, где вели исследовательскую работу в семнадцатом году. С китайской стороной всё согласовано. Дальнейший ход операции обсудим завтра, мне необходимо кое-что уточнить и доработать. Во вторник летите из Шереметьево в 13.15 до Пекина. Там вас встретит коллега из разведки Китая.
– Есть, товарищ генерал-майор, – по уставу ответил Сергей.
– Сергей Яковлевич, главное понять, что серьёзность ситуации запредельная. Такого накала противостояния, как сейчас, не было со времён Карибского кризиса. Наши «партнёры», – Воронин пальцами двух рук показал воображаемые кавычки, – из кожи лезут как хотят сохранить собственную доминанту в мире, которая от них уже, по сути, ускользнула.