Правда о Второй ударной

Светлой памяти бойцов и командиров

2-й ударной армии, павших в боях с немецко-

фашистскими захватчиками посвящается.

В годы Великой Отечественной войны с врагом сражалось семьдесят советских общевойсковых армий. Кроме того Ставка Верховного Главнокомандования сформировала еще пять ударных – предназначенных для действий в наступательных операциях на направлениях главного удара. В начале 1942-го таких было четыре. Судьба 2-й ударной оказалась трагической…

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Двухтысячный год подходил к концу. Часы бесстрастно отсчитывали время, оставшееся до наступления нового тысячелетия. Телеканалы и радиостанции, газеты и журналы выжимали тему миллениума на все “сто”. Высказывались прогнозы политиков, ученых, писателей, хиромантов, а подчас – откровенных шарлатанов.

Подводились итоги. Широко тиражировались списки “самых-самых” выдающихся людей и событий минувшего века, тысячелетия. Все разные. Да иначе и быть не могло в мире, где сиюминутные коньюнктуры постоянно превалируют над исторической оъективностью.

Россия остро переживала трагедию “Курска”. Общество желало получить полную информацию о трагедии. Пока же только высказывались версии, множились слухи…

И в этом огромном потоке сообщений о произошедших и грядущих катастрофах, свершениях и юбилеях как-то затерялась, не будучи выделена из ряда прочих новостей информация об открытии 17 ноября в деревне Мясной Бор Новгородской области памятника-мемориала воинам 2-й ударной армии Волховского фронта. Открыли? Ну и хорошо. Спасибо спонсорам – дали денег на святое дело.

Цинично звучит, не правда ли? Но, тем не менее, жизнь есть жизнь. Вторая мировая война давно отошла в историю. Да и ветеранов Великой Отечественной на улицах встречается все меньше. А больше – людей довольно молодых с орденскими планками за другие войны – афганскую, чеченскую. Новое время. Новые люди. Новые ветераны.

Вот и на открытие памятника бойцам 2-й ударной Санкт-Петербургские власти никого не делегировали. И опять-таки, с точки зрения современной бюрократической формалистики верно: чужой регион. А то, что армия своими действиями заставила немцев окончательно отказаться от планов по захвату Ленинграда, сыграла важнейшую роль в операциях по прорыву и полному снятию блокады, выбила последние немецкие части с территории Ленинградской области в боях под Нарвой… Что ж, пусть этим занимаются историки.

А историки боевым путем 2-й ударной армии отдельно и не занимались. Нет, конечно в многочисленных монографиях, мемуарах, справочниках, энциклопедиях и прочей литературе, посвященной Второй мировой армия упоминается неоднократно, описываются ее боевые действия в конкретных операциях. Но доступного широкому кругу читателей исследования о 2-й ударной нет. Рыться же в ворохе литературы, чтобы составить реальное представление о ее боевом пути будут разве что аспиранты, готовящие диссертацию на профильную тему.

Доходит до удивительного. Всему миру известно имя татарского поэта Мусы Джалиля. И в литературных, и в любых “общих” толстых Больших и Малых энциклопедических словарях вы прочтете, что в 1942 году, будучи ранен, он попал в плен. В фашистской тюрьме написал знаменитую “Моабитскую тетрадь” – гимн бесстрашию и стойкости человека. Но нигде не отмечается, что Муса Джалиль воевал во 2-й ударной армии.1

Впрочем, литераторы все-таки оказались честнее и настойчивее историков. Бывший специальный корреспондент ТАСС на Ленинградском и Волховском фронтах Павел Лукницкий в 1976 году в московском издательстве “Советский писатель” выпустил трехтомник “Ленинград действует…”. Автор сумел преодолеть цензурные препоны, и со страниц своей интереснейшей книги открыто заявил:

“Подвигов, совершенных воинами 2-й Ударной, не перечесть!”

Казалось бы, в 1976-м лед тронулся. Писатель насколько смог подробно рассказал о солдатах армии, описал их участие в операциях. Теперь историки должны подхватить эстафету! Но… они промолчали.

И причина тут – в идеологическом табу. Непродолжительное время 2-й ударной командовал генерал-лейтенант А.А.Власов, ставший потом предателем Родины. И хотя термин “власовцы”, которым привычно характеризуют бойцов “Русской освободительной армии” (РОА) никак не может относиться к ветеранам 2-й ударной, их все-таки (чтобы лишний раз не всплывало в памяти имя изменника) из истории Великой Отечественной войны, насколько это оказалось возможным, постарались вычеркнуть. И вышедший в 1983 году в Лениздате сборник “2-я Ударная в битве за Ленинград” никак не мог восполнить этот пробел.

Странная, согласитесь, сложилась ситуация. О предателе Власове написаны книги, сняты историко-документальные фильмы. Ряд авторов всерьез пытается представить его борцом со сталинизмом, коммунизмом, носителем каких-то “высоких идей”. Предателя давно осудили и повесили, а дискуссии вокруг личности Власова не затихают. Последние (!) ветераны 2-й ударной, слава Богу, живы, а о них если и вспомнят – то в День Победы, заодно с другими участниками войны.

Налицо явная несправедливость, так как роль 2-й ударной и роль Власова в истории Великой Отечественной войны несопоставимы.

Чтобы убедиться в этом, обратимся к фактам.

I

…К Ленинграду продвигалась группа армий “Север”. Генерал-фельдмаршал Вильгельм фон Лееб вел к городу, который так желал уничтожить Гитлер, 16-ю и 18-ю армии генерал-полковников Буша и фон Кюхлера, 4-ю танковую группу генерал-полковника Гёпнера. Всего сорок две дивизии. С воздуха группу армий поддерживали свыше тысячи самолетов I-го флота люфтваффе.

Ах, как рвался вперед командующий 18-й армией генерал-полковник Карл-Фридрих-Вильгельм фон Кюхлер! Со своими непобедимыми молодцами он уже прошел в 1940-м Голландию, Бельгию, промаршировал под триумфальной аркой в Париже. И вот – Россия! Шестидесятилетний Кюхлер мечтал о фельдмаршальском жезле, который ждет его на первой же ленинградской улице – достаточно будет нагнуться и поднять. Он первым из иностранных генералов войдет с армией в этот гордый город!

Пусть мечтает. Фельдмаршальский жезл он получит, но ненадолго. Военная карьера Кюхлера бесславно завершится под стенами Ленинграда 31 января 1944 года. Взбешенный победами солдат Ленинградского и Волховского фронтов Гитлер вышвырнет Кюхлера, командовавшего к тому времени всей группой армий “Север”, в отставку. После этого фельдмаршала явят миру лишь однажды – в Нюрнберге. Чтобы судить как военного преступника.

А пока 18-я армия наступает. Она уже успела прославиться не только военными успехами, но и зверскими расправами с мирным населением. Солдаты “великого фюрера” не щадили ни жителей захваченных территорий, ни военнопленных.

Во время боев за Таллин неподалеку от города немцы обнаружили трех матросов-разведчиков из сводного отряда моряков и эстонских ополченцев. Во время короткого кровопролитного боя двое разведчиков погибли, а тяжелораненый матрос с эсминца “Минск” Евгений Никонов в бессознательном состоянии попал в плен.

На все вопросы о расположении отряда Евгений отвечать отказался, не сломили его и пытки. Тогда гитлеровцы, разозленные упорством краснофлотца, выкололи ему глаза, привязали Никонова к дереву и заживо сожгли.2

Вступив после тяжелейших боев на территорию Ленинградской области, подопечные фон Кюхлера, которого Лееб называл “человеком уважаемым, обладающим бесстрашием и хладнокровием”, продолжали зверствовать. Приведу только один пример.