Адмирал Империи – 54

Глава 1

Место действия: звездная система HD 31096, созвездие «Ориона».

Национальное название: «Коломна» – сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: контролируется силами первого министра Птолемея Грауса.

Точка пространства: окрестности промышленного комплекса орбиты Коломны-4.

Дата: 7 августа 2215 года.

– Шесть единиц, господин контр-адмирал, – в голосе Аристарха Петровича прозвучала едва заметная тревога. – Большего выжать невозможно. Буксируемый объект слишком массивен.

На тактическом дисплее пять зелёных точек – «Афина», «2525», «Ариадна», захваченный «Ростислав» и судно технического обеспечения «Кондопога» – медленно удалялись от пылающего хаоса промышленного комплекса Коломны-4. Слишком медленно.

– Мне тоже не нравится эта скорость, – я провёл рукой по гладкой поверхности тактического дисплея, словно пытаясь физически ускорить движение кораблей. – Ещё полчаса назад мы создали настоящую магнитную бурю, взорвав контейнеры с магнетитовой рудой, чтобы ослепить корабли Маркарова. Но эффект от неё скоро исчезнет, либо, что еще более вероятней, эти ребята просто выберутся из промышленного комплекса на открытое пространство.

Жила кивнул, подходя ближе.

– Это тот самый момент, когда я снова задаюсь вопросом – стоило ли отягощать эскадру захваченным линкором, – кавторанг мотнул головой в сторону огромной туши «Ростислава», едва видимой на обзорных экранах. – Мы ползём, как раненая черепаха.

– Мы уже обсуждали это, Аристарх Петрович, – я сдержал разочарованный вздох. – «Ростислав» – для нас слишком ценное приобретение. Линкор такого класса может прилично усилить нашу миниатюрную эскадру.

– Если мы доставим его в безопасное место и отремонтируем, – заметил Жила, нервно поглаживая седую бороду. – А сейчас, Александр Иванович, он больше напоминает чемодан без ручки.

Мостик «Афины» слегка вибрировал – двигатели работали на пределе, пытаясь тянуть неповоротливую махину захваченного линкора. Мягкие шаги за спиной заставили меня обернуться. Таисия Константиновна вслед за мной и Жилой подошла к иллюминаторной панораме, на минуту оставив операторов без присмотра.

– Я согласна с Аристархом Петровичем, Саша, – в её голосе скользила та же тревога, что и у Жилы, хотя княжна пыталась это скрыть. – Время работает против нас.

– Знаю, – кивнул я в ответ. – Но у меня есть план.

– Как всегда, – улыбнулась Тася.

– Какой на этот раз? – Жила повернулся ко мне, его густые седые брови поднялись.

Говорящие в пол голоса дежурные операторы меня почти не отвлекали – привычный фон для любого командира. Я оглядел мостик, где каждый офицер был сосредоточен на своей задаче. Эти люди доверяли мне, полагались на мои решения, которые, признаться, порой казались безумными даже мне самому.

– Все очень просто и банально. Мы в который раз изменим электронные поля наших кораблей, – произнёс я, пожимая плечами. – И снова превратимся в гражданские суда. Только уже другие…

– Думаешь, Макраров и его капитаны, наученные горьким опытом, нас в этот раз не раскусят? – Таисия качнула головой, пряди её волос, выбившиеся из-под строгой причёски, блеснули в свете ламп. – Ты же понимаешь, что это сработало в промышленной зоне только благодаря высокой плотности судов и конструкций. Здесь же на открытом пространстве нас обнаружат мгновенно.

– В сутолоке, что сейчас происходит на орбите и сотнях разлетающихся в разные стороны гражданских посудин, мы сможем затеряться, – указал я на тактический дисплей, где помимо наших кораблей отображались десятки мелких сигнатур. – Паника в промышленном комплексе достигла пика. Сотни судов разлетаются во все стороны, опасаясь оказаться в эпицентре боевых действий.

Таисия недоверчиво покачала головой:

– Это может сработать на минут двадцать, не более. Затем нас всё равно обнаружат.

– Не паникуй раньше времени, – твёрдо ответил я. – Более того, мы разделим эскадру на две части.

– Разделим? – кавторанг Жила теперь смотрел с явным беспокойством.

– Именно, – я жестом подозвал их обоих ближе к тактической карте. – Противник будет искать пять кораблей, идущих вместе. А мы направим «Ариадну» и «Кондопогу» параллельным курсом. Они всё равно практически не помогают в буксировке.

Холодное голубоватое свечение голограммы окрасило наши лица, придавая им нездоровый оттенок. Повисло тяжёлое молчание, нарушаемое лишь приглушёнными сигналами и голосами дежурных. Таисия и Аристарх Петрович переглянулись между собой и удовлетворенно кивнули, видимо, соглашаясь, что это может сработать. Я же на время оставил их обсуждать ситуацию и подошел к ближайшему оператору, собираясь отдать на это команду.

– Связь с «Ростиславом», – распорядился я. – Хочу поговорить с полковником Дороховым.

На экране связи почти мгновенно появилось лицо Кузьмы Кузьмича. Несмотря на видимую усталость, он выглядел собранным.

– Господин контр-адмирал, – отчеканил он, выпрямляясь.

– Как ситуация на борту, полковник?

– Стабильно, – Дорохов слегка прищурился. – Пленный экипаж содержится в жилом отсеке под охраной. Алексы патрулируют критические системы.

– Как поведение пленных? – спросил я, вглядываясь в дальний план экрана, где виднелось внутреннее пространство командного центра «Ростислава».

– В основном подавлены и покорны, как агнцы, – ответил Дорохов. – Единственное исключение – космопехотинцы, но и они понимают, что сопротивление бессмысленно.

– А капитан Градский?

– Держится с достоинством, но раздражён. Коды доступа к системам корабля передал, как было приказано.

Я тяжело вздохнул, вспоминая упрямого каперанга. Градский оказался серьёзным противником – расчётливым, хладнокровным и до последнего выполняющим свой долг, как он его понимал. Я был рад, что хотя бы в последний момент капитан принял верное решение и сдался.

– Нам нужно активировать систему «хамелеон» на «Ростиславе», – продолжил я. – Внесите изменения в электронную сигнатуру линкора. Я хочу увидеть перед собой транспорт или грузовоз…

– Будет исполнено, Александр Иванович, – кивнул Дорохов и отключился, склонившись над панелью управления. После этого чипирования у меня не возникало мысли, что Кузьма Кузьмич не справиться.

– А что с лейтенантом Рубаном? – спросил я, вспомнив о тяжело раненном молодом офицере.

– Перевезли в медблок «Афины», – ответила Таисия. – Состояние стабильное, но тяжёлое. Врачи делают всё возможное.

Я молча кивнул. Лёва, пожертвовавший собой ради спасения товарищей, заслуживал лучшего. Его героический поступок – направить корабль на лобовое столкновение с пирсом, спасая «2525» – отражал лучшие качества офицера императорского космофлота.

– Господин контр-адмирал! – голос офицера связи прервал мои размышления. – Полковник Дорохов снова на связи. Срочно!

На экране снова появилось лицо Кузьмы Кузьмича, но теперь его выражение изменилось – напряжённое, с едва скрываемым раздражением.

– Возникла проблема, господин контр-адмирал, – доложил он. – Система «хамелеон» не активируется. Я перепробовал буквально все. Не работает…

«Неужели я ошибся в способностях Кузьмы Кузьмича?» – подумалось мне.

– Пленный каперанг утверждает, что передал правильные коды, но они не работают, – между тем продолжал басить Дорохов, пожимая богатырскими плечами.

– Что конкретно происходит?

– Система показывает принятие кодов, но затем выдаёт сигнал отказа при попытке изменения электронной сигнатуры. Инженеры уже проверили несколько раз – безрезультатно.

Я стиснул челюсти, ощущая, как раздражение перерастает в гнев:

– Свяжите меня с Градским. Немедленно.

Экран мигнул, и я увидел лицо каперанга. Несмотря на поражение и плен, он держался с достоинством.

– Контр-адмирал Васильков, – начал он первым и без приветствия. – Полагаю, у вас возникли трудности с системой маскировки?

Лёгкая, почти незаметная улыбка скользнула по губам капитана. В тот момент я понял – это было сделано намеренно.

– Что вы исполняете, каперанг? – мой голос звучал холоднее, чем вакуум за бортом. —

– Не исполняю, а выполняю… свой долг, – просто ответил Градский. – Перед началом штурма я сбросил ключевые коды доступа к технологии «хамелеон». Предвидел, что вы захватите корабль и попытаетесь его утащить, снова спрятавшись за измененные сигнатуры…

Гнев вспыхнул внутри меня, но я заставил себя сохранять внешнее спокойствие. Впрочем, судя по тому, как Таисия положила руку мне на плечо, моё состояние не укрылось от её внимания.

– Я мог бы расстрелять вас за подобную выходку, – произнёс я медленно, хотя, конечно, не всерьёз.

– Вы этого не сделаете, – спокойно ответил Градский. – Вы, при всём моём к вам отношении, офицер, а не палач.

Я отключил связь, не желая продолжать бессмысленный разговор, и повернулся к офицеру коммуникаций:

– Вызовите профессора Гинце на мостик. Он нам срочно понадобится.

– Есть, господин контр-адмирал! – отчеканил офицер и немедленно выполнил распоряжение.

Густав Адольфович появился на мостике минуты через две, будто все это время ждал за дверью. Передо мной выросла его высокая фигура в неизменном белом халате, с растрёпанными седыми волосами и блестящими за стёклами очков глазами.

– Вызывали, Александр Иванович? – с порога спросил он, поправляя очки.

– Да, профессор, – кивнул я, подзывая его к тактическому дисплею. – У нас проблема с «Ростиславом». Нужно изменить его электронную сигнатуру, но этот чертов каперанг Градский заблокировал систему «хамелеон» перед самой сдачей.

Гинце задумчиво потёр подбородок:

– Хм, предусмотрительно с его стороны. И весьма неприятно для нас.

– Можете что-нибудь сделать? – в моём голосе прозвучала надежда.

Профессор погрузился в размышления, его пальцы неосознанно барабанили по планшету:

– Теоретически – да. Система «хамелеон» на «Ростиславе» аналогична нашей. Если Градский просто сбросил коды доступа, их можно перепрограммировать.

– Сколько времени это займёт?

Лицо Гинце помрачнело:

– Около двух стандартных часов, не меньше. И мне потребуется личное присутствие на «Ростиславе».

Мы обменялись взглядами с Таисией и Жилой. Два часа – непозволительная роскошь. Маркаров выберется из магнитного облака гораздо раньше.

– У нас нет этого времени, Густав Адольфович, – сказал я. – Максимум через полчаса корабли противника выйдут на открытое пространство и обнаружат нас. Смысла прятать всю эскадру, если «Ростислав» по-прежнему будет виден радарам и легко идентифицируем, нет никакого…

Гинце кивнул, его обычно живое лицо стало серьёзным:

– Понимаю ваши опасения, господин контр-адмирал, Но, к сожалению, я не могу предложить более быстрого решения. Система защищена слишком тщательно. Надо переустанавливать…

Я стиснул кулаки, ощущая, как продуманный мною ранее план рушится на глазах:

– Значит, «Ростислав» невозможно замаскировать. Его электронная сигнатура будет демаскировать всю эскадру, независимо от того, какими гражданскими судами мы притворимся.

– Именно так, – подтвердил Гинце с сожалением.

Тяжёлая тишина опустилась на мостик. Каждый из присутствовавших понимал серьёзность ситуации. Без возможности замаскировать «Ростислав» наш план терял смысл. Более того, сам захваченный линкор из ценного приобретения превращался в обузу, угрожающую всей операции.

– Что будем делать, господа? – спросила Таисия, нарушая затянувшееся молчание. – Время на исходе.

– Можно подготовить линкор к самоуничтожению, – предложил Жила. – Заминировать его и оставить на автопилоте. Без этого балласта наша скорость увеличится более чем вдвое. Мы успеем достичь межзвёздных «врат» до того, как нас настигнут.

Я внимательно посмотрел на своего старпома. Предложение имело смысл, но мысль о том, чтобы пожертвовать таким ценным приобретением, казалась кощунственной.

Ещё сильнее давила мысль о потраченных ресурсах и человеческих жизнях, заплаченных за этот трофей. Лейтенант Рубан, лежащий сейчас без сознания в медблоке; погибшие во время абордажа штурмовики; повреждения, полученные «Ариадной» и «2525». И всё это – ради корабля, который нам теперь придётся оставить?

– Времени нет, – голос Таисии вернул меня к реальности. – Нам нужно решение. Сейчас.

Я оглядел мостик, чувствуя на себе взгляды офицеров. Их лица выражали разную степень тревоги, но у всех читалось ожидание – мое решение определит судьбу эскадры.

Я повернулся к тактической карте, наблюдая за медленным движением нашей эскадры. На фоне бездонного космоса корабли казались крошечными, хрупкими созданиями, затерянными в безмерной пустоте.

– Александр Иванович, – голос дежурного оператора прервал мои размышления. – Перехватили переговоры на мостиках кораблей противника между собой. Судя по всему они уже поняли, что нас там нет, и поэтому сейчас движутся к границам орбитального комплекса, чтобы выйти на «свежий воздух». Расстояние – два миллиона километров от нас.

– Состав сил преследования? – машинально задал я вопрос.

– По-прежнему два крейсера и два эскадренных миноносца. Движутся в строю. «Сивуча» рядом нет…

Я стиснул зубы:

– Расчётное время до выхода на открытое пространство и возможного обнаружения нашей эскадры?

– При текущих параметрах и скоростях движения – минут пять, и покажутся на радарах, господин контр-адмирал, – прозвучал ответ оператора. – Как быстро обнаружат – не знаю. Как только окончательно покинут магнитное поле и настроят системы слежения…

Значит минут семь-восемь. Вот ты и попался на крючок собственной самоуверенности, контр-адмирал Васильков! Один кирпичик выпал, и сейчас завалится вся несущая стена.

В наступившей тишине мостика было слышно ровное гудение систем и учащённое дыхание дежурных. Каждый понимал – наступил критический момент. Я ощущал на себе взгляды всех присутствующих, от Аристарха Петровича до самого младшего офицера на мостике. Все ждали решения, которое определит судьбу нашей эскадры, малолетнего императора Ивана и, возможно, всего нашего долгого приключения.

Ко мне быстро подошла Таисия Константиновна, её лицо выражало необычную для неё тревогу:

– Саша, нам надо от него срочно избавляться, – тихо произнесла она, используя моё имя вместо звания.

– Ты о ком? О нашем профессоре, – улыбнувшись, я кивнул в сторону Густава Адольфовича, бешено работающего у панели управления и все еще пытающегося перезапустить технологию «хамелеона» на Ростиславе. – Или об этом проклятом капитане Градском? Что б ему пусто было! Тогда я – за!

– Не смешно, – нахмурилась Тася, которая, как офицер прекрасно, как и я, понимала, что оставь все по-прежнему, и Маркаров на своих быстроходных кораблях догонит нас буквально через какие-нибудь пятнадцать минут. – Я о линкоре, который замедляет наш ход. Его мы в любом случае уже потеряли. Теперь речь идет о том, успеем ли мы на собственных кораблях оторваться от погони.

Я посмотрел в глаза своей венценосной подруги, прекрасно понимая её беспокойство:

– Не горю желанием расставаться с полюбившимися вещами…

– Господин контр-адмирал, – ко мне снова обратился офицер системы наблюдения, – расстояние до кораблей противника сокращается. Они изменили строй. И, похоже, развернули поисковую сетку. Да, сканирования подтверждает, – они нас уже ищут… И скоро найдут.

– Но, похоже, расстаться все же придется, – закончил я фразу, обреченно вздыхая. – Соедините с мостиком «Ростислава»…

– Есть соединение, – в ту же секунду отозвался дежурный оператор.

– Кузьма Кузьмич, – обратился я к Дорохову, чувствуя неприятное ощущение зря потраченных жизней и времени. – Ничего мне не говори… Я сейчас подведу «Афину» вплотную, а ты начинай срочную эвакуацию своих людей на ее борт. Через пять минут мы отцепляем магнитные тросы. Чтобы к этому времени никого из наших «морпехов» на «Ростиславе» не было…

– Я не совсем понимаю, Александр Иванович, – произнес было полковник, но осекся и замолчал под моим суровым взглядом. – Есть, покинуть корабль!

Глава 2

Место действия: звездная система HD 31096, созвездие «Ориона».

Национальное название: «Коломна» – сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: контролируется силами первого министра Птолемея Грауса.

Точка пространства: окрестности промышленного комплекса орбиты Коломны-4.

Дата: 7 августа 2215 года.

Я обвёл взглядом мостик. «Ростислав», за который мы заплатили столь высокую цену, приходилось оставлять. Хуже того – он достанется противнику. Все присутствующие на нем выглядели если не недовольными, то несколько растерянными.

– Александр Иванович, – произнёс Жила, подойдя к моему креслу. – Разрешите обратиться?

– Говорите, Аристарх Петрович, – кивнул я. – И давайте без прилюдий…

Кавторанг бросил короткий взгляд на тактический дисплей, где с каждой секундой сокращалось расстояние между эскадрой Маркарова и нашими кораблями.

– Понятно, что линкор мы оставляем… Но, может, не нужно так уж срочно эвакуировать «морпехов» полковника Дорохова, – проговорил он негромко. – Пусть перед этим парни заложат заряды взрывчатки, чтобы корабль все-таки врагу не достался.

Я отрицательно покачал головой.

– Во-первых, там остаются пленные космоморяки из прежней команды, – ответил я. – И хоть жизнь капитана Градского для меня после его выкрутасов ценность потеряла, но жизни двухсот членов экипажа «Ростислава» тем не менее, необходимо сохранить, а быстрая эвакуация в данном случае невозможна.

– Можно провести эвакуацию пленных уже после того, как мы отсоединим тросы, – парировал Жила. – Дорохов проследит, чтобы все покинули корабль и заложит взрывчатку в реакторный отсек и топливные хранилища. После чего на десантных модулях вернётся на «Афину». А когда Маркаров подойдёт к «Ростиславу» – тогда мы дистанционно бахнем.

– Обязательно бахнем, Аристарх Петрович, но не в данном случае, – ответил я, хмуро глядя на тактический дисплей.

– Но, почему, господин контр-адмирал?! – изумлённо воскликнул кавторанг. – Нельзя отдавать линейный корабль этим паразитам!

– Потому, как нам самим надо умудриться оторваться от преследователей, – отрезал я. – Посмотрите на соотношение скоростей нашей эскадры и эскадры противника. Мы, отцепив трофейный линкор, в лучшем случае сможем развить скорость в 12 единиц, враг же легко даст все 18, и поэтому рано или поздно, и скорее рано, чем поздно, нас настигнет на полдороги к «вратам».

Жила нахмурился. Даже капитан с его опытом не понимал, о чем это я.

– Что-то я потерял нить? – наконец пробубнил Аристарх Петрович, несколько смутившись своей же недогадливости. – Как это связано и вообще что мы делаем?

Я провёл пальцем по сенсорной панели, выделяя область рядом с нашей эскадрой, где следовали своими курсами гражданские суда, покидающие зону боевых действий.

– А сделаем мы вот что, – загадочно улыбнулся я. – Свяжите меня с мостиками вот этих сухогрузов: «Илья Богатырев» и «Дунай», а также транспорта «Гавгамелы».

Жила удивлённо поднял брови, но возражать не стал, кивнув ближайшему оператору. Офицер связи быстро установил соединение с указанными судами.

Первым на связь вышел капитан сухогруза «Илья Богатырев» – грузный мужчина с усталым, но цепким взглядом.

– Говорит Кортюков, временно исполняющий обязанности капитана сухогруза «Илья Богатырев», – представился он. – С кем имею честь?

– Контр-адмирал Васильков, – коротко ответил я. – Готовится операция особой важности. Вам и вашим коллегам потребуется изменить курс и подойти к нашей эскадре. Приказываю немедленно начать манёвр.

Лицо Кортюкова выразило полнейшее недоумение, затем быстро сменилось настороженностью.

– Позвольте, адмирал, но мы гражданское судно, – запротестовал он. – У нас срочный груз, сроки доставки, контракт… Мы и так потеряли время из-за ваших непредвиденных в промышленном комплексе!

– Отставить разговоры, капитан, – мой голос стал стальным. – Это приказ. На счету каждая секунда.

На экране появились ещё два изображения – капитаны остальных судов тоже подключились к общему чату. Оба выглядели не менее озадаченными, чем Кортюков.

– Уважаемый господин контр-адмирал, – начал один из них, высокий мужчина с военной выправкой, – Савелий Сергеев, капитан транспорта «Гавгамелы». С чего вдруг этот приказ? Мы, как вам известно, не входим в состав ВКС Российской Империи!

– Именно поэтому вы нам и нужны, господа, – ответил я. – Повторяю, всем трём судам – немедленно начать сближение с нашей эскадрой. Одновременно мы подведём к вам линкор «Ростислав». Вы примете его на буксир с помощью собственных магнитных тросов.

На лицах всех трёх капитанов отразилось такое потрясение, что в другой ситуации я бы даже усмехнулся. Но сейчас было не до шуток.

– Что?! – вскричал третий капитан, командир сухогруза «Дунай». – Взять на буксир боевой линкор?! Вы с ума сошли, контр-адмирал! У нас нет необходимого оборудования, опыта, квалификации… Да и вообще, это не наше дело!

– Вашего оборудования более чем достаточно, – отрезал я, всегда не любивший, когда меня пытаются обмануть, причем такими детскими отмазками. – Выполняйте распоряжение, господа. Это вопрос государственной важности.

– И как мы объясним это нашему руководству? – запротестовал Кортюков. – Нас вообще-то ждут в назначенных координатах и строго по графику! У нас срочные поставки!

– Выполняйте приказ, – повторил я. – Иначе я буду вынужден применить силу.

– Силу? – Сергеев опешил. – Вы угрожаете гражданским?!

– Если угодно, то да, угрожаю. И если понадобится, я прикажу нанести точечные удары по вашим силовым установкам, – ответил я. – Тогда о своих срочных поставках можете забыть надолго…

Капитаны недовольно переглянулись между собой в чате. Им потребовалось несколько секунд, чтобы принять окончательное решение.

– Хорошо, – первым сдался Кортюков. – Мы вынуждены подчиниться грубой силе. Но мы протестуем и будем жаловаться!

– Протест принят, – кивнул я, облегченно вздыхая, ведь конечно я сейчас блефовал, когда угрожал им применить оружие, ни по кому из них я бы, безусловно, не стрелял. – Жалобы можете отослать на «Новую Москву» первому министру Граусу… А теперь меньше слов и больше дела. Время дорого…

Отключив связь, я повернулся к Жиле:

– Аристарх Петрович, в свою очередь рассчитайте оптимальный маршрут сближения вот с этими судами. Нужно ювелирно подвести «Ростислав» так, чтобы они могли быстро взять его на буксир.

– Понял, Александр Иванович, сейчас сделаем, – ответил кавторанг, уже работая со штурманом.

Я же в этот момент подмигнул Таисии Константиновне, молча стоящей рядом.

– Господин контр-адмирал, если мы передадим им «Ростислав», – кавторанг Жила снова повернулся ко мне. – Маркаров их нагонит ещё быстрее.

– В этом-то и смысл, – кивнул я, ухмыльнувшись. – Пусть нагоняет…

– Так, может, все-таки бахнем, – подмигнул мне Аристарх Петрович, все еще намекая на взрывчатку на борту «Ростислава».

– И в результате детонации уничтожим эти транспортники, которые его будут тянуть? – отрицательно покачал я головой. – А их корпуса точно не выдержат ударной волны и осколков… Нет, мой друг, на это я пойти не могу…

Тактический маршрут был проложен, и наши три корабля – «Афина», «2525» и «Ариадна» – начали манёвр сближения с вышеупомянутыми судами. Одновременно три гражданских корабля тоже изменили курс, явно нехотя направляясь к нам.

– Господин контр-адмирал, – обратился ко мне дежурный оператор, – корабли Маркарова появились на открытом пространстве. Они начали сканирование сектора.

– Сколько у нас времени?

– При их текущей скорости, – оператор произвёл расчёты, – они обнаружат нас через четыре с половиной минуты. Возможно, раньше.

– Держите меня в курсе, – я повернулся к Жиле. – Как продвигается сближение?

– Ещё две минуты, – ответил кавторанг. – «Илья Богатырев» и «Дунай» уже почти на позиции. «Гавгамелы» отстают.

– Мы не можем себе позволить ждать, – решил я. – Как только первые два судна будут на позиции, начинаем передачу «Ростислава». «Гавгамелы» подключатся по ходу.

– Есть, – кивнул Жила.

На экране связи появилось лицо Дорохова.

– Господин контр-адмирал, – доложил он, – эвакуация закончена согласно вашему приказу. Ситуация на «Ростиславе» стабильная. Пленные содержатся под замком, все системы под контролем.