Межпланетная война

Не бывает атеистов под артобстрелом

Геннадий стоял в машине времени на Марсе. Собираясь переместиться в прошлое, он никак не мог решиться. Надо же, его давняя мечта переместиться во времени почти сбылась. Никаких препятствий больше нет – осталось лишь нажать зелёную кнопку. Однако он был совсем не рад осуществить свою мечту. Так иногда бывает с людьми, находящими на самом пороге исполнения долгожданного желания.

Что ждёт его в прошлом после перемещения туда? Он надеялся после перемещения беззаботно жить на Марсе, наслаждаясь жизнью.

Между тем, становилось всё труднее дышать. И было очень холодно стоять на ледяном гладком диске терминала совершенно без одежды. Решив не предаваться пустым рассуждениям, он зажмурил глаза, и нажал кнопку.

Машина времени. Перемещение в прошлое на Марсе

Несмотря на то, что он крепко зажмурил глаза, яркая вспышка света резко ударила по ним. Дикая боль, будто судорога, пронзила всё его тело. Дыхание перехватило. Сознание помутилось, в следующий момент в глазах всё потемнело. На мгновение Геннадий отключился. Но тут же он очнулся от удара, неожиданно больно стукнувшись расслабленными голыми ступнями о твёрдую поверхность. Словно удар электротока, его ноги прошило ещё одно сильное болевое ощущение. Не удержав равновесие, он неловко завалился набок, и замер. Не открывая глаз, он ожидал чего-то ужасного.

Однако ничего более не происходило. Он медленно открыл глаза и увидел себя лежащим на чём-то, похожем на бетон. Вокруг было темно. Ночное небо было усыпано множеством мерцающих звёзд. Интересно – созвездия были те же самые, что и на Земле в далёком будущем.

Он медленно, с трудом, встал на отбитые ступни, потирая правый ушибленный локоть. С удовлетворением для себя он отметил, что вокруг оказалось довольно тепло. Воздух был чистый и свежий, со сладковатым привкусом. Вероятно, это запах каких-либо цветущих растений.

Неподалёку среди темноты находилось что-то, похожее на небольшой посёлок, состоящий из множества одинаковых длинных строений, похожих на бараки или ангары. Они располагались в чётком порядке, и освещались множеством тонких и длинных фонарей, находящихся над дорожками между строениями. По одной из них стройной колонной бежали люди, около сотни человек.

С правой стороны от посёлка возвышалось какое-то длинное и высокое здание. Снизу оно было тёмным, а начиная, ориентировочно, с третьего этажа, некоторые окна (огромных размеров – вероятно, во всю стену комнат) ярко светились.

Гена подумал, и решил почему-то направиться не к большому зданию, хотя оно и было ближе, а к небольшим ангарам вдали. По привычке он хотел было полететь к ним. Однако он понял, что от пережитого душевного потрясения не смог взлететь. Он представил себе, что ощущают птицы, у которых по какой-то причине сильно промокли перья на крыльях. Гена горько расстроился, поняв, что утратил способность летать. Вздохнув, он направился к огням пешком. Геннадий подумал с надеждой, что стресс пройдет, и он опять сможет летать.

Под ногами оказался крупный песок, рассыпанный на твёрдом покрытии. Он налипал на голые ступни, доставляя неприятное ощущение.

Пройдя немного вперёд, он увидел, как над ночным горизонтом довольно быстро появился спутник. Гена понял, что это Фобос – он узнал его. Он двигался довольно быстро, если сравнивать его скорость со скоростью спутника Земли – Луной, а размером был раз в пять меньше её, и овальной формы. Однако свет от него в ночной кромешной темноте казался довольно ярким.

В его лучах Гена заметил слева океан. Мелкая рябь блестела в лучах Фобоса на обширной тёмной водяной глади огромных размеров. Она простиралась до самого горизонта. Слева чёткий контур одного берега уходил дугой вперёд. Было заметно, что закругление линии горизонта имеет гораздо меньший радиус, чем на Земле.

Однако путь к океану преграждал высокий забор. Гена не рискнул перелезать через него. Нарушение запрета влечёт наказание. А оно может оказаться весьма суровым.

Разглядев слабо освещённую полосу света от одного из фонарей, расположенных у ангаров, он двинулся по ней прямо на него. Пройдя немного, он услышал оклик женским голосом:

– Задержись! Эй, ты!!

Он с трудом узнал марсианский язык, который он слышал ранее. Однако мысли говорившего Гена понимал хорошо. Он остановился. Откуда-то сбоку из темноты вышла женщина. Она была средних лет, небольшого роста, плотного телосложения. Одета в форменную военную одежду: брюки и куртку, на голове круглая шапочка, какая-то обувь типа ботинок. В темноте ему показалось, что всё серого цвета.

– Ты как здесь оказался?

Череда мыслей вихрем пронеслась в голове Гены. Вместо того чтобы говорить, сам не зная что, он предпочёл вообще промолчать.

– Что молчишь? Ты где сейчас должен быть? Не видел, что за вспышка была вот там? – Она указала рукой на то место, где он только что вывалился из будущего.

Гена только отрицательно помотал головой. Но, похоже, она не заметила либо не поняла его жеста.

– Что молчишь и трясёшься? Ты немой или дурак? Подозрительно всё это.

– Давай отведём его обратно на базу. – Донёсся ещё один женский голос из темноты. И вслед за этим появились несколько человек – предположительно мужчин и женщин. Одеты все они были в одинаковую форму. Гена почувствовал себя очень неловко, находясь один нагишом среди одетых людей. Прикрывшись, он молча смотрел на подошедших людей. Сердце его забилось чаще. Ну, вот и встреча с марсианами. Не так он себе это представлял.

Женщина, окликнувшая его (Гена для себя решил, что она, видимо, тут старшая) покосилась на его обнажённое тело, оглядев его сверху вниз. Затем тяжело вздохнула, и сказала, обращаясь к людям, стоящим позади неё:

– Вы двое… Нет, лучше вот вы втроём – отведите этого придурка обратно в приёмник, и выясните, как он тут оказался. Остальные за мной.

Все, кроме троих назначенных конвоиров-мужчин, скрылись во тьме в направлении замеченной вспышки.

Марсианская военная база. Приём

– Вперёд. – Сказал один из оставшихся.

Гена двинулся, шлёпая босыми ногами. Конвоиры за ним сзади. Они прошли немного.

– Ты зачем на плац пришёл? Потерялся, что ли? – Спросил один из них.

Гена подумал, что, возможно, стоит продолжать прикидываться немым и неадекватным, тогда спросу будет меньше.

– Да как тут можно потеряться, вон же фонари горят среди темноты. Это совсем чокнутым надо быть. Ты что, туалет искал, не нашёл и просто выбрал, где темнее? – Спросил другой.

Дружный хохот раздался в темноте. Гена повернулся и криво улыбнулся им в ответ. Лучше, когда над тобой смеются, чем когда над тобой плачут. Пускай хохочут, это не страшно. Затем они потеряли всякий интерес к молчаливому собеседнику, и стали разговаривать между собой. Насколько Гена понял из их разговора, он попал на военную базу. Раздасованный и испуганный, он шёл и размышлял о том, что вот как это угораздило его попасть именно сюда, а не куда-нибудь на курортный пляж, например. Там хоть можно было бы спрятать свою наготу в воде, и осмотреться, прояснить обстановку. В крайнем случае, можно было бы оказаться хотя бы в каком-нибудь пустынном месте. Хотя, если бы место было бы уж совсем пустынное… Во всём нужно искать что-то хорошее. Хорошо, что он быстро встретил людей. А если бы встретил какого-нибудь динозавра? Или оказался где-нибудь в пустыне или болоте? Гена махнул рукой на свои мысли. Вообще, можно сказать, что ему повезло. Если считать происходящее благом, то так оно и будет.

Довольно скоро они пришли на базу. Ангары представляли собой высокие длинные прямоугольные корпуса, без окон. Нигде не видно никого из людей.

Один из конвоиров зашёл вперёд, подошёл к дверному проёму. Дверь открылась быстро и бесшумно, отъехав в сторону.

– Вперёд.

Гена послушно вошёл, и оказался в большой комнате с высоким, до крыши, потолком. Справа от входа стоял большой плоский монитор, похожий на компьютерный, довольно низко от пола. Перед ним сидел на широком низком кресле грузный мужчина, в форме. На правой стороне его груди Гена увидел несколько нашивок-полосок, и какие-то знаки. Он решил, что, скорее всего, это армейские знаки отличия.

– Зачем вы сюда его привели?

– У нас приказ…

– Какой приказ?! Приказы здесь отдаю я!! Где вы его взяли?

– На плацу. Нам приказано доставить его сюда.

– Сюда вы его доставили, молодцы… А вы выяснили, как он там оказался? – Мужчина, морщась, потёр правой рукой потную шею.

– Н-нет…

– И что мне с ним делать? Ладно, идите.

Конвоиры поспешно удалились, скрывшись за дверью. Мужчина с кислым выражением лица спросил:

– Кто, откуда, куда направлен?

Гена решил до конца сыграть роль немого придурка. В ответ он только пожал плечами, и замотал головой.

– Ты что, немой?

Гена утвердительно затряс головой.

Мужчина критически посмотрел на него:

– Имя можешь сказать?

Геннадий, заикаясь, промямлил:

– Г-генна…

– Что ты трясёшься?.. Э-эх, кого только не присылают. Ладно, тебе всё равно подыхать. Встань вот туда, руки, ноги в стороны, по контуру. Понял, или нет?

У стены был ещё один монитор, на котором виднелся силуэт человека с расставленными ногами и разведёнными в стороны руками. Гена послушно прислонился к нему спиной, и замер.

– Ты или дурак, или издеваешься надо мной. Ты чем в учебной части занимался? – Мужчина со злостью посмотрел на Гену, Но увидел на его лице испуг и непонимание. – Лицом плотно прислонись, а не задницей. Глаза не закрывай, руки ладонями прижми. Откуда ты взялся такой? С Фобоса что ли свалился? Вот так. Да не надо там долго стоять-то! Ты что, в первый раз? Хорошо, хоть не на голову встал. Всё уже, иди сюда.

Гена послушно подошёл.

– Левую руку дай мне.

Мужчина грубо схватил его руку, прижал ладонью к какому-то небольшому плоскому ящичку. Геннадий почувствовал несколько мельчайших уколов. Затем мужчина записал что-то на мониторе и надел ему на запястье браслет – тонкую полупрозрачную полоску из мягкого материала.

– Всё, Гуинн, иди в казарму. Браслет не пытайся снять. Сейчас получишь бельё. Надевай его сразу. Амуницию и вооружение получишь утром. Ты зачислен в первую роту три тысячи триста восьмой десантной когорты. Вперёд.

Мужчина указал ему рукой на дверь в противоположной от входа стене. Гуинн торопливо направился туда. Мужчина что-то помечал на огромном экране рукой и бормотал устало:

– Как такие вот будут воевать…

Гена подошёл к двери. Она была закрыта.

– Входи, входи – допуск к нужным дверям у тебя уже есть.

Гена подумал, что «Гуинн» – наверняка распространённое на Марсе имя, и решил для себя именоваться так, чтобы не возбуждать лишние подозрения. Он подошёл вплотную к двери – она послушно отъехала в сторону. Он вошёл. Дверь бесшумно и быстро захлопнулась за ним. Он увидел огромное помещение спального отделения казармы. Вокруг тёмно-синий полумрак. Слабое голубоватое свечение ровного потолка и стен освещало всё монотонным синеватым светом. Какие-то конструкции в виде стеллажей из шестиугольных ячеек типа сот пчелиного улья уходили вдаль. В каждом стеллаже – по три ряда ячеек в высоту, все сквозные. Каждая из них была довольно просторная, чтобы в ней мог поместиться человек.

Справа вдоль стены, в которой был вход, стоял узкий и длинный стол. На нём Гуинн увидел тёмно-серый аккуратный свёрток. И никого вокруг. Он остановился, не зная, что делать дальше. Из нижней ячейки ближайшего стеллажа донёсся чей-то заспанный женский голос:

– Надевай бельё, ложись спать на свободное место. Это там, в конце. Утром все получите остальную амуницию. И давай быстрее.

Гуинн подошёл к стопке одежды. Взял её, развернул. Это оказался раздельный комбинезон, состоящий из кальсон, совмещённых с носками, и сорочки типа водолазки, с высоким воротом. Снаружи комбинезон был тёмно-серый, немного шершавый. Изнутри бельё оказалось ослепительно белым, мягким, бархатистым. Всё было эластичное, без швов, замков и пуговиц. Гуинн надел его. Верхняя часть прилегла к нижней части и словно прилипла к ней на уровне пояса. Комбинезон оказался тесноват. Однако в некоторых местах прилегал к телу неплотно, немного провисая. Вообще бельё Гуинну понравилось, не считая, что оно оказалось слегка не по размеру. Но здесь не магазин, чтобы примерять другие товары.

Решив не привлекать к себе лишнего внимания, Гуинн, едва ли не крадучись, пошёл вдоль ячеек в конец казармы. В каждой ячейке спали люди. Наконец в самом конце казармы он увидел несколько свободных ячеек, забрался в одну из них на нижнем ярусе. Изнутри она была чёрная, на ощупь мягкая, как надувной матрац. Ни подушки, ни одеяла не оказалось. Он забрался в ячейку, положил под голову руку, и задумался. Что же делать дальше? Мысли роились в голове, никакого плана не было. Незаметно для себя он заснул.

Космический полёт. Движение на корабле

Утром он услышал голос:

– Воины, просыпайтесь, вставайте.

Гуинн резко открыл глаза. Сначала было дёрнулся, порываясь вскочить и выбраться из ячейки. Но тут же осёкся, не зная, что делать дальше. Осторожно выглянул наружу.

Люди – мужчины и женщины, точно такие же, как и на Земле, неторопливо вылезали из ячеек. Все одеты в одинаковые тёмно-серые комбинезоны, как и у Гуинна. Нестройной толпой, неторопливо, все двинулись на выход мимо Гуинна. Он вылез из ячейки, влился в толпу, и вместе со всеми пошёл к выходу. Обуви ни у кого не было. Гуинн заметил, что бельё, вчера казавшееся чуть тесноватым, сегодня плотно прилегало к телу.

Украдкой он глянул на окружающих людей. Никто на него никакого внимания не обращал. Он ощутил мысли идущих рядом людей. Все думали об одном и том же: о предстоящем космическом полёте на войну.

Гуинн ужаснулся: уж воевать-то он уж точно не намеревался. Но выбора не было.

На улице стояла прекрасная погода. Небольшое Солнце светило достаточно ярко и грело довольно тепло. Редкие белые облака неспешно плыли по голубому небу – совсем, как на Земле. Одинокий спутник Фобос небольшим белым серпиком двигался по небосводу – его быстрое движение было хорошо заметно. Военная база располагалась не берегу огромного океана. Недалеко виднелась дельта впадающей в него реки. Берег слева с широким прибрежным пляжем из белого песка постепенно закруглялся, и уходил дугой до линии горизонта. Перед пляжем начиналась полоса кустарников и деревьев. Пёстрый нижний ярус растительности наверняка состоял из цветов. Верхний ярус – высокие деревья, отдалённо напоминающие пальмы, местами был зелёным с различными оттенками, местами буро-бардовым. Вдалеке виднелся город – множество высоких зданий. Слышно было, как шумят волны, накатываясь на песчаный пляж. С берега доносился слабый приятный аромат цветущих растений.

– Ребята, давайте, давайте, подходите. Время идёт! – Раздался мужской голос.

Гуинн оглянулся. Высокий парень, одетый в серую военную форму со знаками отличия на правой стороне груди обратился к нему:

– Что стоишь, ни разу океана не видел? Хватит прощаться. Война будет недолгой. Вернёшься, насмотришься ещё. Давай, проходи, получай амуницию и грузись на корабль. Каждого я уговаривать должен?

Гуинн послушно и быстро прошёл к следующему ангару. Он хотел как можно быстрее удалиться подальше от военной базы и от лишних расспросов.

В следующем ангаре люди подносили руку с браслетом к окошку в стене, и тут же получали внушительный мешок. Такой же мешок получил и Гуинн. Глядя, как другие одеваются, он прямо тут же на улице стал надевать обмундирование. Это был нераздельный комбинезон из плотного, плохо сгибающегося материала. Подвижными были лишь места сгибов частей тела. Снаружи он был светло-серого цвета, с матовой поверхностью. На рукавах, груди и бёдрах располагались какие-то карманы, приборы и небольшие ящички. Довольно быстро он надел его. Застёжка типа молнии была с передней правой стороны туловища и шла от пояса до горла. Воротник был твёрдый, овальной формы. Гуинн с трудом надел его, он защёлкнулся вокруг шеи. Обувь в виде сапогов до колена была слитно соединена с брюками.

Кроме комбинезона, в обмундировании был шлем. Он был очень похож на шлем космонавта. Гуинн надел и его. Нижняя часть шлема герметично прилегла к воротнику, и словно примагнитилась к нему. Гуинн попытался снять шлем, но не смог. На тонированном прозрачном забрале изнутри шлема появилось множество прозрачных символов и графиков. Некоторые из них изменялись, отражая какую-то информацию. Все звуки снаружи приобрели особое звучание, словно из трубки телефона.

Многие уже оделись. Из ангара вышел коренастый человек невысокого роста. Так же, как и все, в обмундировании. Шлем он держал в руках. Лицо широкое, волосы совершенно седые, коротко постриженные. Всем своим видом он выражал уверенность и скрытую силу. Он медленно оглядел солдат. От его взгляда становилось не по себе. Он надел шлем, и начал говорить. Его голос слышался в шлемах солдат:

– Воины! Я ваш командир. Не буду тратить драгоценное время на длинные речи, вы и так всё знаете после учёбы. Скажу кратко: наша боевая задача – высадиться десантом и атаковать венерианцев, занять стратегически важный плацдарм – Огненную гору на берегу Стеклянного моря. Я только что оттуда. Кроме того, у меня для вас два радостных сообщения. Первое: венерианцы почти разбиты, они отступают и несут потери. Один из последних их стратегически важных плацдармов – эта Огненная гора. Осталось нанести решающий заключительный удар. Эта честь выпала именно нам. Второе: нашему командованию удалось заключить военный союз с доселе нейтральной цивилизацией планеты Фаэтон. Сейчас они приступили к мобилизации, и скоро их солдаты придут к нам на подмогу. Они уже проходят обучение на наших базах. Сейчас садимся на транспортный корабль, и вперёд, к победе! Оружие и боеприпасы уже погружены. Все вопросы зададите по дороге. Она будет недолгой. Кто надел обмундирование, следуйте за мной.

Гуинн поспешил поскорее за харизматичным командиром. Ему хотелось поскорее убраться с военной базы.

Они вошли в следующий ангар. Там, освещённый ярким светом, стоял огромный чёрный транспортный корабль. Он имел форму параллелепипеда со скруглёнными углами. Чем-то он напоминал Гуинну железнодорожный вагон, только раз в пять больше. Ряд небольших круглых иллюминаторов блеснули на его боку. Какие-то конструкции, похожие на выпуклости, выступали из его ровных стен. Снизу виднелись довольно большие колёса, около десятка с каждой стороны. Сзади была открыта широкая дверь. Она была опущена вниз, образуя наклонный трап для подъёма.

Солдаты торопливо прошли внутрь. Там в два ряда вдоль бортов стояли кресла. Они имели анатомическую конструкцию, с сильно наклонёнными спинками. Гуинн поспешил занять место у окна. Садясь в кресло, он нашёл его весьма удобным. Всё его тело, включая ноги, удобно расположилось на поверхностях кресла, довольно мягких.

Все расселись. Гуинн услышал голос командира в шлеме:

– Всё, моя рота сформирована. Остальные полетят на следующем транспорте. Всем проверить герметизацию. Пристегнуться. Отправляемся.

Гуинн заметил, как на мониторе его шлема изменились какие-то показания, и комбинезон немного надулся. Он торопливо огляделся, увидел три широких ремня слева. Глядя, как сосед пристёгивается, он последовал его примеру.

Корабль дрогнул, и тронулся с места, довольно резко. Ускорившись, он понёсся мимо ангаров, и вылетел на дорогу. За окном Гуинн увидел, как замелькал окружающий ландшафт – океан, какие-то деревья, поля. Чувствовалось, что едут они, а, точнее, почти летят, очень быстро. Кресла оказались закреплёнными на шарнирах. При поворотах они все дружно наклонялись в одну сторону. После корабль стал подниматься в гору. Затем он жёстко замедлился и остановился. Гуинн поднял голову, огляделся. Никто не двигался.

Почувствовалось, как корабль перемещается куда-то вверх. Затем его носовая часть стала подниматься. Кресла при этом свободно проворачивались на шарнирах. Наконец корабль занял вертикальное положение.

Через короткий промежуток времени корпус корабля мелко задрожал. Гуинн неотрывно смотрел в окно. Снизу показались ярчайшие языки пламени.

Гуинн заволновался. Он чувствовал, что окружающие тоже переживают.

Корабль медленно тронулся, и оторвался от поверхности. Ускоряясь, он устремился в небо. Тем временем снизу, под космическим кораблём, уносившем десантников в космос, был Марс, наполовину освещённый Солнцем. Очень красивая планета – огромный голубой океан с небольшими архипелагами островов, единственный огромный материк, занимающий более половины планеты, серые горы, синие струйки рек, блестящие пятна озёр, белёсые полосы облаков. На тёмной части Марса были светящиеся пятна – это огни марсианских городов мерцали в ночи. Так же в нескольких местах виднелись периодические яркие точечные вспышки – это другие военные космические корабли стартовали с Марса.

Гуинна от перегрузок вдавливало в кресло всё сильнее и сильнее. Перед глазами всё посветлело, он почти перестал видеть. На него как будто навалилась огромная тяжесть. И её вес всё нарастал и нарастал. Гуинн не мог шевельнуть и пальцем. Перегрузка стала почти нестерпимой. Он хотел закричать от сильной боли, но у него получился лишь сиплый выдох. Он почувствовал, что сейчас будет раздавлен, и от жуткой боли во всём теле на какое-то время потерял сознание.

Гуинн очнулся, когда корабль, разогнавшись, был уже очень далеко от Марса, и перегрузки уменьшились. Гуинн, разминая затёкшие от перегрузок члены, с трудом повернул шею и посмотрел в иллюминатор. Там он увидел абсолютно чёрную космическую бездну с мириадами ярчайших звёзд. Они светились разноцветными огнями, моргая.

Через некоторое время перегрузки прекратились, и совсем пропали. Наступила невесомость. У Гуинна комок подкатил снизу к горлу. Во рту пересохло. Он облизал губы, посмотрел вокруг. Все сидели спокойно, как будто летели не на войну, а на экскурсию. Расслабленные руки Гуинна в невесомости стали непроизвольно подниматься. Он втиснул их между бёдрами и мягкой обивкой кресла.

Речь президента Марса. Планы на использование Земли

В шлеме послышался голос командира:

– Всё, ребята, мы успешно вышли на расчётную траекторию. И сейчас я включу вам обращение Президента Марса.

На прозрачном стекле шлема Гуинна появилось изображение высокого человека в военном обмундировании. Его амуниция не отличалось от амуниции Гуинна с соратниками. На заднем плане возвышалась живописная картина: озеро в горах.

Он снял шлем. Высокий лоб, светлые короткие волосы пострижены ёжиком. Большие голубые глаза, широкие скулы, тонкие губы, квадратный подбородок. Лицо его выражало волевой характер. Президент начал речь:

– Дорогие собратья! К вам обращаюсь я, ваш президент Арес. В учебной части вам сообщили не всю правду во избежание ненужных народных волнений. Поймите меня правильно. Теперь, когда мы с вами сражаемся в одном ряду, между нами не может быть никаких тайн. Сейчас я уже на Венере вместе с ударными батальонами, чтобы с оружием в руках защитить наше с вами благоденствие.

Ситуация сейчас складывается следующая: очень давно цивилизация Меркурия достигла высокого уровня развития. При этом они пренебрегли собственной экологической осторожностью ради прогресса. Это стоило им гибели их планеты. Сейчас Меркурий мёртв. Его поверхность стала совершенно непригодной для жизни. Они перебрались на Венеру, где и заключили со слабее, чем они, развитой цивилизацией соглашение – современные технологии Меркуриан в обмен на жизненное пространство Венеры, и право на разработку полезных ископаемых. Но Венериане просчитались – Меркуриане взяли у Венериан больше, чем полезные ископаемые – они смешались с коренным населением, и официальными путями захватили и узурпировали власть. Затем Меркуриане добрались до третьей планеты – Земли. И попытались договориться с их цивилизацией. Но местным жителям-дикарям не было никакого дела до высоких технологий или межпланетной политики. Они были поглощены развратом и междоусобным разбоем. Среди Землян в большой чести война. Самым выдающимся военным даже ставят памятники. Но это их личное дело. И они чуть было не убили и не ограбили пришельцев-Меркуриан. Мы, Марсиане, не находим для себя уместным вторгаться в личные дела соседних планет. Однако Меркуриане посчитали для себя возможным вмешиваться в чужие дела без приглашения. Они предприняли ещё несколько попыток политическими методами добраться до почти нетронутых богатейших полезных ископаемых Земли. Но Землян не интересовал прогресс. Они хотели заниматься только своими любимыми делами. Из новой техники их интересовало главным образом оружие. В общем, Меркуриане с Землянами не договорились.